Жанр: Любовные романы
Предсказание цыганки
...е по себе. — Янсен — один из
лучших телохранителей мистера Деймона.
Кире казалось, что она очутилась в комнате с сотнями зеркал и не может
понять, что здесь настоящее, а что — лишь отражение.
— Семь лет? — изумленно переспросила она.
— Вообще-то, все это длилось не семь, а десять лет, — вступил в
разговор Зак. — Мне не понравилось пренебрежительное отношение Стефана
к твоей безопасности, и я решил защищать тебя сам. — Он махнул рукой в
сторону деревьев. — Табор за этой рощей, Перри. Пожалуйста, подожди нас
там.
— Хорошо, — с видимым облегчением Перри Бентли направился по
тропинке к фургонам.
— Думаю, ты должен мне кое-что объяснить, — ледяным тоном
произнесла Кира.
— Да, конечно, — кивнул Зак. — Я впервые услышал о тебе,
когда был здесь в девятнадцать лет. Марна приехала тогда в табор ухаживать
за умирающей матерью, но сначала я видел ее лишь мельком, потому что мы с
Поло проводили большую часть времени на охоте в горах. И вдруг я стал все
чаще ловить на себе взгляд Марны. — Он хитро улыбнулся. — Она
смотрела на меня, точно повар, решающий, вкусное ли получится жаркое из
этого куска мяса. Однажды Марна отвела меня в сторону и рассказала о
мондаве. И еще — о девочке по имени Кира, которая и есть моя вторая
половина. Марна обещала, что в один прекрасный день, когда девочка готова
будет стать женщиной, она пришлет ее ко мне. — Зак помолчал. — Я
не поверил ни единому слову. Конечно, я жил в мире, не чуждом мистики, но
очень трудно воспринять эту самую мистику, когда она относится лично к тебе.
Все это больше походило на мыльную оперу или старинную мелодраму. Принцесса
крови не может быть второй половиной незаконнорожденного полукровки. Я
вернулся в Аризону и забыл обо всем этом. — Он медленно покачал
головой. — Только я недооценил упорство Марны. Первое письмо пришло
через месяц.
— Письмо?
— Она писала мне раз в месяц — не реже. Я много путешествовал и до сих
пор не знаю, как это ей удавалось разыскивать меня в самых невероятных
местах... но как-то удавалось. Зак посмотрел в глаза любимой.
— Все ее письма были о тебе, Кира. О том, что ты делаешь, как растешь,
от чего плачешь, почему смеешься. Иногда она присылала мне любительское
фото, твою ленточку или листок с домашним заданием, за которое ты получила
на хорошую оценку. И постепенно ты становилась мне все ближе и ближе. Я стал
ждать этих писем, словно речь шла о моем ребенке. Потом, когда ты стала
старше, мои чувства к тебе начали меняться. Ты по-прежнему была моей, но
писем казалось уже недостаточно. Я все чаще размышлял о мондаве и постепенно
поверил в нее. — Голос его упал до шепота. — Я изнывал от
нетерпения с той минуте, когда Марна наконец прислала тебя ко мне в Таксон.
Еще немного — и я бы сам отправился к тебе. Наверное, она чувствовала это.
— Наверное, — Кира растерянно провела ладонью по волосам. — И
она не могла допустить, чтобы кто-то испортил ее драгоценную мондаву. Но это
не все, верно? Освобождение Марны прошло как-то слишком гладко. Ты ведь уже
знал, что ее держат под арестом, когда я пришла к тебе?
Зак кивнул.
— Охранников, которым дали взятку, начали обхаживать около месяца
назад. В Швейцарии работал все это время мой специальный агент, Стив
Даблисс.
Кира покачала головой.
— Вы с Марной распланировали все до мельчайших деталей. — Она
вдруг резко отвернулась от Зака. — Мне кажется, ты и сейчас сказал мне
не все. Я должна поговорить с Марной.
Зак едва успевал за Кирой — так быстро она пошла в сторону табора.
— Но мы хотели тебе только добра. Почему ты так расстроилась, Кира?
— Я не могу говорить об этом сейчас! Я должна объясниться с Марной! Я
хочу знать все!
Зак хотел что-то сказать, но передумал.
Марна стояла в толпе цыган, обступивших Перри Бентли, но тут же отошла от них, заметив Киру и Зака.
— У тебя снова есть камера, Кира! — радостно улыбаясь, воскликнула
она. — Как приятно будет... — она осеклась, разглядев лицо
принцессы. — Что случилось?
— Она все знает, Марна, — пожав плечами, сообщил Зак.
— Думаю, не до конца, — едва переведя дух, выпалила Кира. —
Но многое начинаю подозревать. — Она глубоко вздохнула. — Марна,
не можешь ли ты объяснить мне, откуда знали солдаты Стефана, где искать нас,
когда мы пробрались из Седихана в Тамровию и приехали в цыганский табор.
Марна невозмутимо смотрела на свою воспитанницу.
— Я велела Поло послать королю Стефану анонимную записку.
Зак тихонько присвистнул.
— Об этом не знал даже я. Не удивлюсь, ели окажется, что в жилах
Макиавелли текла капля цыганской крови.
Марна в ответ лишь пожала плечами.
— Если б он был цыганом, то наслаждался бы жизнью, а не стал
ввязываться во все эти интриги. К интригам можно прибегать лишь изредка,
чтобы добиться конкретной цели.
— Ты обманула меня, — ошеломленно проговорила Кира. — Я так
боялась, так беспокоилась о тебе, а ты сама устроила так, чтобы тебя снова
посадили под арест. Но почему, Мирна, почему?
— Настало время мондавы, — просто пояснила цыганка. — Мне
нужен был повод послать тебя к Заку.
— Она сделала это ради твоего счастья Кира, — сказал Зак.
— Я знаю. Марна пошла бы на костер только бы видеть меня счастливой.
Цыганка кивнула.
— И все ведь вышло к лучшему.
— Вы оба говорите об этом так, словно не произошло ничего
особенного! — взорвалась Кира. — Неужели вы не понимаете, что
случилось на самом деле? Вы манипулировали мною как и все остальные! Для
родителей и Стефана я всю жизнь была лишь фигурой, которую можно двигать туда-
сюда по шахматной доске. Я приняла это, — она печально
улыбнулась. — Может быть, не слишком покорно, но смогла смириться,
потому что знала: они все равно никогда не любили меня. Но ты ведь любишь
меня, Марна, и все-таки ты тоже манипулировала мной! — Она повернулась
к Заку. — А ты? Неужели за все эти годы тебе не пришло в голову просто
прийти ко мне, а не разыгрывать этот дурацкий сценарий? Думаю, не пришло. Я
ведь была для тебя просто куклой, которую можно дергать за ниточки. Только
знаете что? Я не шахматная пешка, и не кукла, и я больше не ребенок.
— Кира! — Зак шагнул к ней.
— Не смей! — Кира попятилась. — Когда ты касаешься меня, я
теряю способность ясно мыслить. А мне пора уже перестать плыть по течению и
задуматься о своей жизни.
— Тебе больно! — тень мелькнула на лице Марны. — Я никогда не
хотела причинить тебе боль.
— Что ж, наверное, мне пора узнать, что это такое, — хрипло
проговорила Кира. — Когда ты была рядом, Марна, мне все время казалось,
что я свободна, что меня выпустили из-под стеклянного колпака, в котором я
живу во дворце. Но это было не так. Покровительство любящих людей может
точно так же оградить от реальности, как дворцовый протокол и королевская
охрана. — Она сунула в руки Марне коробку с фотоаппаратом. — Ты не
подержишь? Мне надо кое о чем подумать, и я хочу вернуться для этого на
холм.
— Я пойду с тобой, — сказал Зак.
Кира покачала головой.
— Я хочу побыть одна. — Она улыбнулась дрожащими губами. — А
то ты будешь меня отвлекать. Я постараюсь не задерживаться. Она пошла прочь,
но на полпути к деревьям вдруг обернулась. — Не думайте, будто я не
понимаю, что вы оба желали мне только добра. Просто я чувствую себя примерно
как вчера вечером, когда Поло потрепал меня по волосам и назвал малышкой. Я
не могу допустить этого, — прибавила Кира и, беспомощно взмахнув рукой,
направилась к холму.
Когда принцесса спустилась в табор, уже почти стемнело. Она долго смотрела,
как солнце красит небеса в пурпурные закатные тона, а потом на смену им
приходит густая синева ночного неба.
Тихое тепло осеннего дня сменилось вечерней прохладой. Кира сидела,
прислонясь к дереву, погруженная в свои мысли. Потом вернулась в табор.
Зак и Марна сидели вдвоем возле салданы. Они разожгли костер, и до Киры долетел запах горячего кофе.
Марна подняла глаза от своей кружки.
— Ты ничего не ела с самого утра. Я приготовила жаркое.
— Я не голодна, но выпью немного кофе, — сказала Кира, подходя к
костру и усаживаясь рядом с Заком на овечью шкуру. Скрестив ноги по-турецки,
она взяла из рук Марны жестяную кружку с горячим напитком. Цыганка снова
села на складной стул по другую сторону костра и взяла свою кружку.
Кира глотнула обжигающий кофе и шутливо поморщилась, поймав на себе
озабоченные и взгляды Марны и Зака.
— Я чувствую себя, как Моисей, спустившийся с горы Синайской с десятью
заповедями. Когда я решила пойти подумать, мне coвсем не хотелось, чтобы все
выглядело так помпезно. Я не сделала никаких философских открытий, способных
потрясти мир. — Принцесса выдержала паузу. — Кроме тех, которые
важны только для меня.
— И для нас, — тихо сказал Зак. — Все, что ты говоришь и
делаешь, очень важно для нас, Кира. Тебе стало легче?
— Да, — Кира смотрела прямо перед собой, на пляшущее пламя. —
Во-первых, я решила, что не должна сердиться на вас. Если вы и решали все за
меня, то лишь потому, что я позволяла. Я ведь привыкла действовать,
повинуясь сиюминутным порывам, и всегда знала, что за меня подумаешь ты,
Марна, — она встретилась взглядом с цыганкой. — Ни одна взрослая
женщина в здравом уме и твердой памяти не позволила бы, чтобы ее послали к
незнакомому мужчине со словами
иди сделай то, что нужно
. Я так привыкла
полагаться на тебя, не сомневаясь в твоей правоте, что попросту слепо
следовала твоим указаниям. — Марна хотела было возразить, но Кира
вскинула руку, призывая ее к молчанию. — Я не говорю, что не
послушалась бы тебя, если бы остановилась и обдумала все это. Вполне
возможно, я поступила бы точно так же... но тогда я бы знала, что делаю это
по собственному выбору, на который имеет право любая независимая
личность. — Она замялась, подбирая нужные слова. — Знаете, я
всегда играла в независимость, бунтуя по мелким поводам против Стефана и
родителей, но на самом деле боялась сделать шаг в сторону реальной
свободы. — Кира нервно рассмеялась. — Ведь пока я была ребенком,
можно было ни за кого и ни за что не отвечать. Теперь я решила, что не могу
больше жить. Я должна принять на себя ответственность, которую налагает
любовь.
Поставив кружку, Кира положила руки на колени, нервно сжимая и разжимая
пальцы. Затем она глубоко вздохнула и продолжала:
— Я люблю тебя, Марна. И буду любить до самой смерти. И ты всю жизнь
будешь частью меня. Мне наплевать на то, что по законам мондавы ты должна
уступить Заку место в моем сердце. Я знаю себя и знаю, что моя любовь к тебе
неизменна. Разве что она станет в будущем еще сильнее. — Принцесса
повернулась к Заку: — И тебя я тоже люблю. Я никогда не говорила тебе об
этом. Мы все были так заняты мондавой, что забыли о главном, о том, без чего
невозможен бессмертный союз.
Зак улыбнулся.
— Разве бывает что-нибудь главнее мондавы?
Кира твердо выдержала его взгляд.
— Да, бывает. Знаешь, существует еще старый как мир обычай давать друг
другу клятвы в вечной любви и верности. — Она нетерпеливо махнула
рукой. — Но об этом потом. А сейчас просто хочу, чтобы ты знал: я люблю
тебя.
И неважно, что ты чувствуешь ко мне сейчас. В один прекрасный день я вдруг
пойму, что ты тоже меня любишь. Ты сказал однажды, что я считаю, будто могу
привлечь кого-то только своим титулом. Возможно, ты был прав. Но я много
думала об этом в последнее время и поняла: конечно же, я — это куда больше,
чем мой титул. Я умна, решительна и упорна.
— И у тебя доброе, любящее сердце, — тихо добавил Зак.
Глаза их снова встретились.
— Да, и это тоже, — кивнула Кира. — Мужчина, которому я
достанусь, получит настоящий подарок. И я хочу убедиться, что ты ценишь
меня, Зак. — Сделав над собой усилие Кира отвела взгляд и снова
посмотрела на костер. — Но и это может подождать. Сначала я должна
уладить дела со Стефаном и лишь потом смогу заняться собой.
— Мне это не нравится, — настороженно пробормотал Зак.
— Я знала, что тебе не понравится. — Кира поморщилась. — И
еще меньше тебе понравится, как именно я собираюсь это сделать. Я хочу
вернуться во дворец и добиться у Стефана обещания, что Марне разрешат жить
среди людей своего племени или беспрепятственно навещать их.
— Нет! — воскликнула Марна, резко выпрямившись.
— Да, — твердо сказала Кира. — Я не допущу, чтобы ты страдала
за то, что хотела мне помочь. Стефан неправ — и я не должна с этим
смириться.
— Но ты ведь уже пыталась убедить его, — странно, но голос Зака
звучал спокойно, и лицо было не сердитым, скорее задумчивым. — Почему
ты полагаешь, что на сей раз у тебя получится?
— Раньше я умоляла или убеждала с помощью логики. Сейчас все будет по-
другому. Я выставлю свои условия и заставлю короля с ними согласиться. Если
придется, я буду его шантажировать. Пригрожу, что дам журналистам интервью и
расскажу об истинном положении дел в Тамровии. Если не будет другого выхода,
придется задействовать Седихан. Коли уж решил что-то, надо идти до
конца. — Она печально улыбнулась. — По крайней мере, так сказал
мне недавно один знакомый.
— Ты не полетишь во дворец. Я сама должна сражаться за себя! —
Марна сверкнула глазами.
— Это не только твоя битва — моя тоже, — возразила Кира. — И
тебе придется смириться с тем, что этот бой дам я.
Зак поставил на землю свою кружку.
— Хорошо. Сегодня вечером мы летим во дворец. — Он не обратил
внимания на протестующий возглас Марны. — Не уверен, что из этого что-
то выйдет, но попробовать можно.
Кира покачала головой.
— Не
мы
, Зак. Я. Я возвращаюсь во дворец одна.
С минуту он молчал, затем медленно проговорил:
— Так и знал, что ты задумала нечто в этом роде.
— Это будет уже не моя победа, если я одержу ее, прикрываясь именем
Зака Деймона, который будет стоять рядом, готовый в любой момент нажать на
все экономические политические рычаги. Нет, — веско заключила
Кира. — Я должна сделать это сама, по-своему.
Зак долго смотрел ей в глаза и наконец стремительно встал.
— Хорошо, — бросил он. — Ты вернешься одна. Сейчас я позову
Поло, мы выкатим на поляну вертолет и подготовим его к полету. Тебе лучше
переодеться, — Зак едва заметно улыбнулся. — Этот наряд совсем не
годится для того, чтобы предъявлять ультиматумы. В цыганской одежде ты
чересчур красива и женственна.
Киру удивило и немного встревожило то, как легко он сдался. Она встала и с
подозрением посмотрела на Зака.
— И никаких возражений?
Он покачал головой.
— Это твоя битва. — Он строго глянул на озадаченную Марну. —
И твой долг. Я уважаю такие чувства. Встретимся через пятнадцать минут на
поляне.
Марна переводила взгляд с Зака на Киру, пытаясь понять, что происходит.
— Зак, я изменила свое мнение о тебе. Ты все же читко — безмозглый
идиот. Прикажи ей не ехать. Вас соединила мондава. Она должна тебя
послушаться.
— Если Кира подчинится, это будет для нее шагом назад. Я ни за что не
обреку ее на это.
С этими словами Зак направился к поляне, на ходу бросив через плечо:
— Через пятнадцать минут.
Глава 8
Когда Кира, переодевшись в джинсы, свитер и куртку, вышла на поляну, было
уже совсем темно. Зак, Поло и Бентли стояли вокруг вертолета в ожидании
принцессы. Марна с фонарем держалась чуть в стороне. Лицо ее было мрачнее
тучи.
Кира подошла к цыганке и, встав на цыпочки, поцеловала ее в лоб.
— Я буду чувствовать себя гораздо лучше, если ты пожелаешь мне удачи.
— Почему я должна желать тебе удачи, если ведешь ты себя как
читко? — огрызнулась та и смолкла — в душе ее боролись самые
противоречивые чувства.
— Желаю тебе хорошо долететь, — наконец угрюмо сказала она. —
Лучше, чем ты заслуживаешь. — Она крепко обняла Киру. — И если
Стефан посмеет обидеть тебя, я нашлю на него порчу. Я давно устала от его
глупости. Пусть только попробует — придется ему жить без...
Отпустив Киру, Марна легонько шлепнула ее пониже спины.
— Иди.
В глазах Киры стояли слезы. Она медленно подошла к Заку. Перри Бентли успел
покинуть поляну, а Поло отошел на почтительное расстояние, чтобы оставить их
наедине.
— Интересно, что там отвалится у твоего братца от заклинаний
Марны? — пробормотал Зак вполголоса, открывая дверцу вертолета. —
Хорошо бы именно то, что я подумал.
— Марна наверняка имела в виду интимные части тела, — усмехнулась
Кира.
— Хм! Надо мне вести себя осторожнее, чтобы не заслужить от Марны
подобного проклятья. — Зак серьезно посмотрел на Киру. — Ты не
хочешь изложить мне свой план?
— Я просто намерена поговорить со Стефаном. Посажу вертолет на поляне
напротив главных ворот и пройду во дворец через подземный ход. — Она
пожала плечами. — Я могла бы войти и в двери, но хочу застать своего
царственного братца врасплох. Когда добьюсь своего, то свяжусь с тобой по
радио.
— Когда? — переспросил Зак. — Не
если
? Ты очень уверена в
себе, Кира.
Принцесса тяжело вздохнула.
— Я не могу позволить себе сомнений. Иначе страх заставит меня забыть
обо всем.
— Не думаю. Мне кажется, твой брат Лэнс сказал бы сейчас, что его
маленькая сестренка выросла весьма упорной и целеустремленной. — Зак
вдруг заключил Киру в объятия и поцеловал с такой страстью, что у принцессы
перехватило дыхание.
— Будь осторожна, черт побери! — воскликнул он, сверкнув
глазами. — И держись подальше от Карпатана.
— Обещаю тебе это, — кивнула Кира.
Зак помог ей забраться в вертолет и закрыл дверцу. Включая зажигание, Кира
видела, как он отошел и встал рядом с Поло. Зак был таким большим и сильным,
казалось, он способен покорить весь мир. С минуту Кира боролась с искушением
все-таки взять его с собой. Ей так нужна его сила! И все же это означало бы
вернуться на прежний путь, а она должна стать наконец самостоятельной.
Помахав на прощанье, Кира подняла вертолет в воздух. Вскоре поляна скрылась
из виду, и принцесса видела внизу лишь огонек фонаря Марны. Она повернула на
юг, и огонек исчез.
— Не думал, что ты позволишь ей улететь, — сказал Поло, глянув
искоса на напряженное, словно окаменевшее лицо Зака. — Я был уверен до
последней минуты, что ты передумаешь и остановишь ее — или полетишь с ней.
— Время дарить свободу, — сказал Зак, не сводя глаз с удаляющихся
огней вертолета. — Настало время отпустить Киру, чтобы она ощутила себя
личностью.
Поло медленно кивнул.
— Разумный шаг. Теперь она вернется и будет принадлежать тебе по
собственному выбору.
— От души надеюсь на это.
Лишь сейчас Зак заметил, что руки его сжаты в кулаки. Он с усилием разжал
пальцы, напомнив себе, что сейчас ему, как никогда, потребуется вся его
выдержка. Он уже чуть не вышел из себя, наблюдая, как Кира поднимает
вертолет в воздух. Она выглядела за штурвалом такой одинокой.
— Давай вернемся в салдану, — сказал он Поло. — Я велел Перри
связаться с моими людьми в Белахо, чтобы они встречали Киру. И надо
выяснить, какие еще вести пришли из дворца. — Зак огляделся
вокруг. — Кстати, где Марна?
Поло пожал плечами, вслед за ним шагая к салдане.
— Наверно, ей захотелось побыть одной. Ей очень не нравится все это.
— А кому это нравится? — буркнул Зак. — Я просто вне себя.
Все твержу себе, что даже такой тиран, как Стефан, не станет сажать под
арест собственную сестру.
— Вот тут Марна могла бы с тобой поспорить, — ответил Поло. —
Она считает, что король Стефан способен на любую глупость, какая только
существует под солнцем.
— Звучит не слишком обнадеживающе, — заметил Зак.
— Надо смотреть в глаза реальности. — Поло, прищурившись,
посмотрел на Зака. — А что ты станешь делать, если он все же решит
задержать Киру?
— Полечу туда и вызволю ее, — угрюмо ответил Зак. — Но
сначала подготовлю экономический удар, способный лишить этого дурака трона.
А затем я, возможно, захочу убедиться, что проклятие Марны и впрямь поразило
предмет его мужской гордости. Лучше всего сделать это, вырвав священный
корешок собственными руками.
Поло тихо рассмеялся.
— Приятно слышать, что ты не намерен сидеть сложа руки. Мне всегда
нравились люди, которые думают на пару ходов вперед.
Они подошли к салдане, и Поло похлопал Зака по плечу.
— Вчера ночью мы не допили бутылку. Попробуем прикончить ее сегодня?
Думаю, тебе и сейчас необходимо забыться.
— Кажется, у нас проблемы, Зак, — объявил, вылезая из фургона,
Перри Бентли. — В Белахо происходит нечто странное.
Зак застыл на месте.
— Что значит — странное?
Перри нервно передернул плечами.
— Понимаете, Фонтейну не удалось вытянуть ни слова из своих
информаторов во дворце, вот мы и послали туда нескольких агентов разведать
все на месте. Так вот — там происходит что-то непонятное. Никто не входит во
дворец. Никто не выходит. Вокруг стоит оцепление. Причем в оцеплении — не
дворцовая гвардия, а регулярные войска.
Зак громко выругался.
— Очередной заговор? — предположил он.
Перри покачал головой.
— Не знаю. Может быть.
— Это не заговор, — медленно произнес Поло. — Это революция.
Зак быстро взглянул на него.
— Тебе что-то известно?
— Все одно к одному. Помнишь, я намекнул вчера, что в лесу появилась
новая дичь? Я говорил о партизанских отрядах. Больших отрядах.
— Повстанцы, — пробормотал Зак. — Черт побери, почему ты не объяснил все как следует?
— Они не трогали меня. Я не трогал их. Я принес себе кое-что из их
оружия. Можешь посмотреть в моем фургоне. Они прекрасно вооружены. —
Поло выдержал паузу. — Все оружие российского производства.
— Принеси сюда, — велел Зак. — Возможно, оно нам понадобится.
Лицо Поло осветилось улыбкой.
— Мы пойдем охотиться?
— Да уж, — угрюмо проворчал Зак. — Перри, радируй Фонтейну,
чтобы собрал всех людей и ждал нас в лесу, справа от главных ворот. Но
прежде попытайся связаться с Кирой и предупредить ее по радио. — Он
посмотрел на часы. — Хотя, думаю, уже поздно. Она должна была
приземлиться несколько минут назад. Но все равно попробуй.
— Хорошо, — Перри исчез в фургоне.
Поло лукаво поднял одну бровь.
— Так ты передумал дарить нашей малышке свободу?
— Я отпустил ее, но она рискует попасть в лапы к этим чертовым
повстанцам! — в отчаянии проговорил Зак. — Надо было мне лететь с
ней. Страшно подумать, что ждет ее по прибытии во дворец. Неси же скорее
оружие! — напомнил он Поло. — Встретимся в вертолете Перри.
Солдат грубо втолкнул Киру в библиотеку Стефана. Глаза ее метали молнии, но
грубиян хладнокровно захлопнул дверь за спиной
...Закладка в соц.сетях
