Жанр: Любовные романы
Коснись горизонта
...ственна и восхитительно сексуальна, - прошептал он.
Наконец он притянул ее к себе и прижался губами к ее губам с такой страстью,
что ей показалось, что она теряет
сознание. Он легко опустил ее на спину на шелковое покрывало и лег на нее. Даже
через одежду она ощутила жар его тела.
- Ты все еще одет, - прошептала она, едва его губы оторвались от ее, чтобы
покрыть поцелуями ее тело.
- Да. - Он поднял голову и хитро прищурился, встретившись с ней глазами. - А
ты совершенно раздета. Ты
чувствуешь что-нибудь особенное?
- Что? - смущенно переспросила она. - Свою уязвимость, наверное.
- Больше ничего? - мягко спросил Дэвид. И он прижался грудью к ее груди.
Шероховатая ткань рубашки слегка щекотала ее голую грудь, и это, неожиданно
для нее, возбуждало.
- Может быть, еще что-нибудь, любовь моя?
Да, было и еще кое-что. Беззащитность ее собственной наготы, превосходство
его все еще одетого тела - все это
усиливало эротическое возбуждение, пронизывавшее ее. Вскрикнув, она спрятала
голову у него на плече, чувствуя, как ее
спина изгибается ему навстречу.
- Я ждал этого, - сказал он охрипшим голосом. - Но мы не будем торопиться. -
Его губы дотронулись до ее соска, и
он вдохнул в себя горячий, свежий запах ее тела.
- Теперь я попробую твой мед, Билли.
Он сжал руками ее грудь.
- Разреши мне поласкать твою прелестную грудь. - Прикосновение его губ
вначале было очень нежным, но затем
становилось все более сильным, в то время как его пальцы сжимали ее грудь. В
сладком бессилии она откинула голову на
шелковую простыню.
- Ты чувствуешь биение ритма жизни, Билли?- Его горячий шепот еще сильнее
разжигал в ней желание.
Внезапно его колено оказалось между ее ногами. От этого прикосновения у нее
перехватило дыхание. Грубая ткань его
джинсов царапала ее кожу, но она не обращала на это внимания.
"Биение жизни, - как в тумане думала Билли, биение ее трепещущего сердца, его
губы на ее груди, его нога у ворот ее
лона. Жаркое, гулкое, необъяснимое биение жизни. - Да, этот мощный пульс внутри
меня - это биение самой жизни".
Наконец Дэвид поднял голову, и она увидела его разгоряченное, возбужденное
лицо. Он тяжело дышал.
- Я чувствую, что не могу больше ждать. Наше время настало.
Он приподнялся, не отрывая от нее горящих любовью глаз. Его руки дрожали,
когда он начал расстегивать свою черную
рубашку.
- Через минуту я буду таким же уязвимым, как и ты. - Он смущенно улыбнулся. -
Удастся ли мне наконец справиться
с этими пуговицами?! - Он вытащил рубашку из брюк и снял ее, его бронзовые плечи
будто светились в лунных бликах.
Он быстро скинул оставшуюся одежду и лег на софу рядом с ней.
- Иди ко мне, любовь моя, я хочу показать тебе, как хорошо нам будет вместе.
- Он притянул Билли к себе и прижал к
своей груди так крепко, что ей показалось, что она стала его частью. Его
гладкое, теплое тело, мягкие волосы на груди и
твердые мускулы - все это возбуждало ее. Не осознавая того, что она делает,
Билли еще теснее прижалась к нему и
услышала его низкий смеющийся голос:
- Не торопись, поверь, что скоро ты получишь все, что хочешь.
Он перевернул ее на спину, затем, приподнявшись, посмотрел на нее долгим
изучающим взглядом своих темно-голубых
глаз и сказал:
- Господи, ты ждешь меня и вся горишь от желания.
Он обхватил ее бедра, и через мгновение она почувствовала приятную тяжесть
его тела, когда он вошел в нее, заполнив ее
собой. Лицо его было сосредоточенно, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Его
движения были размеренны, как
морские волны, лицо сосредоточенно, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Его
пальцы нежно ласкали ее, и от их
прикосновений по всему ее телу разливался жаркий огонь.
- Дэвид, - сказала она, ее глаза возбужденно блестели, - я никогда...
- Я знаю, - мягко перебил он ее. - Я все знаю про тебя, любовь моя, ты в моем
сердце навсегда.
Он внимательно посмотрел на нее:
- Я причинил тебе боль, Цветок Пустыни. Но через это надо пройти, зато потом
все будет чудесно.
Дэвид снова притянул ее к себе и приник к ее губам.
Возобновив свое движение, он уловил еле слышный звук - нежный вздох, идущий
откуда-то из глубин ее естества. Его
движения были полны огня, и желания, и опустошающей силы. Боль прошла, и Билли
почувствовала, как ее тело начинает
двигаться в такт его движениям.
Откинув голову, она прогнулась дугой - гибкой, напряженной. Закрыв глаза,
Билли позволила ему увлечь ее туда, где
реальность смещается, торжествует одна лишь любовь, и за ее порогом остаются
сомнения и здравый смысл. Стихли
последние содрогания. Бутон их любви раскрылся, и она ощутила восторг и счастье.
- Солнце, Дэвид, рассвет. Господи, это чудо!
- Чудо. Я же обещал, что тебя ждет чудо, Цветок Пустыни, - прошептал Дэвид,
все еще задыхаясь. Он повернулся на
спину, не выпуская ее из своих объятий. - Чудо любви. Оно всегда будет с нами,
дорогая моя девочка!
- В это невозможно поверить!
- Это случится с нами еще не раз. Поверь, любовь моя, - произнес он, обнимая
ее. - Разве мы не счастливы сейчас?
- Да, очень, - прошептала она. - И так будет снова?
- Очень скоро, любовь моя. Сразу после того, как ты отдохнешь. У тебя был
такой трудный день, я думаю, что тебе это
просто необходимо.
"День. Неужели все это произошло со мной за один день, - с удивлением
повторила про себя Билли. - Как много
событий уместилось в такой короткий промежуток времени: ее гитара, Юзеф и
"Серебряный Полумесяц". Билли казалось,
что все это произошло с ней давным-давно. Все для нее перестало быть
реальностью, кроме объятий Дэвида.
- А ты уверен, что тебе не нужен отдых? - шутливо спросила она, пряча свое
лицо у него на груди. - После всего, что
произошло, я думаю, немного найдется мужчин, которым не нужен был бы отдых. Ты
убедил меня в том, что я очень
сексуальна. Разве не так? Если сексуальность проявляется и в ласках, то я побью
все мировые рекорды. - Она подняла
голову и поцеловала его долгим благодарным поцелуем. - Ты видишь, как я
чувствительна к твоим ласкам, Дэвид?
- О да, любовь моя, - сказал он низким от волнения голосом, нежно убирая с ее
лица растрепавшиеся волосы. - Мое
тело всегда готово отозваться на твои ласки! И через пятьдесят лет я буду хотеть
тебя так же, как сейчас, даже если ты
будешь мне просто улыбаться.
Внутри ее все смешалось от отчаяния, пронзившего ее.
- Это слишком долго, - сказала она, стараясь не выдать сковавшего ее
напряжения. - Я ведь говорила тебе, что не
знаю, как долго я пробуду в Казбахе.
Он нежно сжал ее в своих объятиях:
- Не волнуйся, любовь моя, я обещал не задерживать тебя здесь. Оставайся со
мной столько, сколько хочешь. Вот все, о
чем я прошу тебя.
Она прижалась к нему, чувствуя, как ее сердце разрывается от безысходности.
"Господи, это любовь, - думала Билли, -
если бы это не была любовь, то разве бы я страдала так, как страдаю сейчас?!"
- Не думай, что я не хочу остаться, - прошептала она с горечью. - Я просто не
могу. Всегда, как только я где-нибудь
останавливалась и пыталась пустить корни, что-то происходило. Мной овладевало
беспокойство, я впадала в панику, и мне
хотелось убежать. - Она гортанно засмеялась. - Я сумасшедшая, правда?
- Нет, не сумасшедшая, - ответил он, целуя ее в висок. - Я все понимаю,
Цветок Пустыни. Ты ведь в моем сердце.
Билли поняла, что тоже чувствовала Дэвида всем сердцем, только так и можно
было понять его.
- Я попробую, - серьезно пообещала она, - я попробую остаться.
- Мне больше ничего от тебя не надо, - тихо ответил Дэвид. - Мы приложим все
усилия, чтобы стать счастливыми.
Теперь закрой глаза, радость моя, я хочу укрыть тебя в своих объятиях и охранять
твой сон.
Ее веки медленно сомкнулись, но она еще лежала некоторое время без сна, с
ноющим сердцем думая об ускользающем
счастье и чудесах, которые так быстро кончаются.
Глава 7
- Посиди еще одну минуту спокойно, Юзеф, я должна еще немного посушить тебя
феном. - Она закрутила последние
бигуди на голове Юзефа и остановилась, рассматривая его голову. - Отлично
получится, - произнесла Билли, надевая
колпак фена на голову Юзефа.
- Господи, Билли, что ты делаешь, - спросил Дэвид, застыв от изумления в
дверях ее комнаты.
- Что? - переспросила она, включив фен над головой Юзефа. - О, привет Дэвид,
я освобожусь через минуту. - И
прокричала Юзефу сквозь шум фена: - Девять минут.
Подойдя к Дэвиду, Билли нахмурила брови:
- Ты думал, я кромсаю его ножом?
- Билли, ты не будешь надо мной смеяться, если я поинтересуюсь у тебя, чем же
он похож на ребенка? - Он закрыл
дверь и прислонился к ней, с иронией глядя на гиганта под феном.
- Я решила сделать ему завивку, хотя он и спорил со мной по любому поводу: то
ему не нравится запах жидкости для
завивки, то процедура очень долгая. - Она нахмурилась. - Я, конечно, не
профессиональный парикмахер, и времени ушло
много. - Она понюхала свои пальцы и, сморщив нос, продолжила: - А он оказался
прав по поводу этой жидкости.
- Завивку? - недоуменно повторил Дэвид. - Зачем ты это сделала?
- Потому что мне хотелось, чтобы он был похож на Тони Гэри - актера, который
играл в "Муниципальной больнице".
Знаешь такой сериал?
- "Муниципальной больнице"?
- Это телевизионный сериал. Некоторое время я была увлечена этим фильмом,
когда работала в организации,
занимавшейся делами индейцев в резервации.
Дэвид помотал головой:
- Зачем, ради всего святого, тебе нужно, чтобы он был похож на какого-то
телевизионного актера?
- Не просто телевизионного актера, а на Тони Гэри, - с чувством произнесла
Билли. - Это очень важно, чтобы он
выглядел, как Люк из сериала, потому что Люк по роли очень тонкий, даже ранимый.
Другие выглядят такими бодрячками.
- Ее брови сошлись на переносице. - Не то чтобы Люк слабый, это просто...
Он прикрыл ее рот рукой:
- Дай-ка мне разобраться. Я так понял, что ты хочешь, чтобы он выглядел, как
Тони Гэри. Теперь мы переключились на
Люка. На кого все-таки он должен быть похож?
Она поцеловала его руку прежде, чем он успел убрать ее.
- Тони Гэри - это актер, играющий Люка Спенсера.
- Ты вернула меня к жизни, а то я испугался, что никогда не разберусь в этом,
- улыбнулся Дэвид. - Теперь все ясно.
Люк очень чувствительный парень?
- Ты правильно понял, - подтвердила Билли. - Нам не нужно, чтобы он выглядел
заумным философом или чем-то в
этом роде. Мы стремились создать образ чувствительного и ранимого человека.
- Ах, какие мы умные, - с усмешкой проговорил Дэвид. - Завивка поможет Юзефу
стать чувствительным?
- Юзеф и так чувствительный, - возмутилась Билли. - Я просто хочу, чтобы его
внешность отвечала его внутреннему
содержанию. Он совсем не такой свирепый, каким кажется с первого взгляда. У него
нежная душа, уж я-то знаю!
- У меня и в мыслях не было обижать твоего маленького послушного барашка, -
мягко ответил Дэвид, глядя на
могучего Геркулеса, покорно сидящего в плену фена. - Не думаю, что в Седихане
найдется человек, который захочет его
обидеть.
- В этом-то все и дело. Из-за его внешности его все боятся. Никто не дает
себе труда разглядеть, какой он на самом деле
милый.
"Милый", - повторил про себя Дэвид, вспомнив, как всего две недели назад этот
милый человек избил двух охранников.
- Как же людям не стыдно быть такими несправедливыми к нему! И ты, значит,
нашла решение проблемы?
- Да! Кудри, - просияла в ответ Билли. - У Люка были кудри, кудри по всей
голове. Они так естественно и мягко
лежали.
- Я надеюсь, что ты все-таки хочешь, чтобы он выглядел мужественным? Но,
честно говоря, я удивлен, что Юзеф
позволил втянуть себя в эту авантюру.
- Он, правда, сделал это без особого желания. - Билли сердито взглянула на
Юзефа, все еще сидящего под феном. -
Если бы не Дайна, он вообще бы не позволил мне все это.
- Кто это? Еще одна героиня сериала?
Билли отрицательно помотала головой:
- Она и ее семья держат ювелирную лавку на базаре. Это очень милая и скромная
женщина. Но она боится Юзефа до
смерти. Я встретила ее вчера утром, когда мы выходили с Юзефом в город. Ты ведь
был очень занят работой над рукописью
и не мог пойти со мной.
Она взглянула ему в глаза и ощутила, как желание волной пробежало по ее телу.
- Ты тратишь на меня слишком много времени, - глуховатым голосом сказала она.
- Я ненароком слышала твой
разговор с издателем, ты обещал выслать ему окончательный вариант рукописи в
конце недели. Если бы ты не уделял мне
столько внимания, тебе бы не пришлось работать ночами. Ты не ложишься раньше
трех. Я боюсь, что ты просто
надорвешься.
Дэвид погладил Билли по щеке, подразнивая ее.
- Поверь мне, что работа меня не утомляет, и ничто на свете не может помешать
мне прийти к тебе и доказать свою
любовь. - Его глаза блестели. - Надеюсь, я не разочаровываю тебя?
- Совсем наоборот! Ты демонстрируешь чудеса стойкости и неограниченных
сексуальных возможностей. Я уже
начинаю волноваться, что ты скоро начнешь заглядываться на других девушек.
- О, нет! - уверенно ответил Дэвид, и в глубине его глаз зажегся огонек. - Но
когда я просыпаюсь, тебя уже нет рядом,
и я не могу доказать тебе, как ты заблуждаешься на этот счет. Для этого я и
пришел сюда. Почему бы нам не пойти ко мне,
чтобы я доказал тебе, какая ты потрясающая женщина. Или ты мне докажешь это?
Она сделала порывистый шаг ему навстречу, но остановилась и отрицательно
качнула головой.
- Сначала я должна закончить с Юзефом, - сказала она. - Я хочу, чтобы он
выглядел наилучшим образом, сегодня
днем он отправляется на свидание с Дайной.
- Ах да, тихая, скромная Дайна! Надеюсь, она по достоинству оценит ваши
жертвы. Так уж это необходимо?
- О да, Юзеф без ума от нее, а она его боится как огня, - серьезно произнесла
Билли. - Он больше не будет пугать ее
своим дикарским видом и предстанет перед ней в совершенно новом свете.
- Тони Гэри?
Она довольно кивнула. Стараясь скрыть досаду, Дэвид подошел к ней и нежно
поцеловал в нос.
- Я так понимаю, что ближайшие часы ты будешь занята. Может быть, не мешало
его подкрасить и сделать ему
маникюр?
- А что здесь смешного?! Ты же знаешь, что в наши дни завивку делают и
женщины и мужчины. - Внезапно она
выпалила: - Я бы на твоем месте помолчала! На портрете ты выглядишь настоящим
мачо!
- Попала, - сказал он. - Попался в собственную ловушку.
Их разговор прервал требовательный стук в дверь, и на пороге появился Клэнси.
- Ясмин сказала мне, что ты здесь, Дэвид. Мне необходимо срочно поговорить с
тобой.
Клэнси кивнул Билли и сказал:
- Привет, Билли. Извини, что я так бесцеремонно ворвался сюда. - Затем,
стараясь скрыть беспокойство, он подошел к
Дэвиду и вынул конверт из заднего кармана брюк. - Думаю, тебе лучше взглянуть на
это.
Дэвид взял конверт в руки. Внимательно прочитав написанное, он произнес:
- Не о чем волноваться. - И Дэвид вернул конверт Клэнси. - Разве что
многословнее, чем всегда, но в общем все то же
самое.
- Дело в том, что это письмо пришло не по почте, как раньше, а его подбросили
к воротам Казбаха, - раздраженно
произнес Клэнси. - Если учесть, что два охранника стоят у ворот, а два - у
центрального входа, то это просто невероятно.
Тем не менее вот оно письмо. Это означает, что либо Ладрам притворился
просителем, чтобы проникнуть в город, либо он
здесь кого-то подкупил. Как бы там ни было, это значит, что он подобрался совсем
близко. Может быть, он и сейчас здесь, в
городе, а ты не хочешь считаться с этим.
- Прекрасно, - сказал Дэвид. - Значит, мы с ним встретимся в скором времени.
- Он кивнул на письмо в руках
Клэнси. - Все говорит о том, что Ладрам находится в сильном нетерпении. Он
просто сгорает от него.
"Как Дэвид может быть таким беспечным?" - с волнением думала Билли. При мысли
о том, что Ладрам где-то рядом,
страх пронзил ее.
- Можно мне прочесть? - спросила она, стараясь не выдать охватившего ее
беспокойства.
Внимательно вглядевшись в ее бледное лицо, Дэвид ответил:
- Не думаю, что тебе стоит читать это. Угрозы слишком откровенны.
- Это стиль Ладрама, - коротко изрек Клэнси. - В красноречии ему не откажешь.
В любом случае к этому надо
отнестись серьезно. Ради Бога, Дэвид, будь осторожен.
- Я всегда осторожен, - улыбаясь, ответил Дэвид.
Клэнси нахмурился.
- Сомневаюсь, - сердито произнес он. Вдруг он увидел Юзефа, и его глаза
расширились от удивления.
- Господи, что вы с ним сделали?
- Это один из новейших способов пытки, - смеясь, проговорил Дэвид. - Посмотри
на его страдальческий вид. Билли
делает ему перманент.
- Перманент? - озадаченно переспросил Клэнси, внимательно разглядывая хмурое
лицо человека, сидящего под феном.
- Юзефу?
- О Господи, его давно пора вынимать оттуда, - воскликнула Билли в отчаянии.
- Как бы не пережечь волосы. - Она
бросилась к Юзефу.
- Вы его завили? - повторил Клэнси в изумлении. - О Господи, я этого не
выдержу! Давно я так не смеялся. Кудрявый
Юзеф! Вот это картина! А с чего это вы решили причесать Юзефа?
- Не могу посвятить тебя в личные дела Юзефа, - сказал Дэвид. - Но Билли
считает, что по волосам, кудрявые они
или нет, жесткие или мягкие, можно многое понять о внутреннем мире человека. - В
его глазах зажегся смех. - Как ты
думаешь, есть вероятность того, что Билли обратит свой взор на меня и захочет
заняться моим внутренним миром?
- Черт возьми, Дэвид, ты прекратишь, наконец, - пробормотал Клэнси, с трудом
сохраняя серьезное выражение лица.
- Что ж, нет ничего невозможного для этой девчонки. Я уже понял, если Билли чтото
вбила себе в голову, то остановить ее
нельзя. То, как она обошлась с охранниками, яркий тому пример. Карим до сих пор
не может с этим смириться. А теперь она
пытается загладить свою вину перед ними и нашла для этого весьма оригинальный
способ.
Дэвид перестал улыбаться, и в глазах его появилась настороженность:
- О чем, черт возьми, ты говоришь? Я ничего не знаю об этом.
- Она, наверное, не придает большого значения тому, что сделала. Помнишь, на
прошлой неделе ночи были очень
холодные. Билли отправила одного из слуг с горячим глинтвейном для внешней
охраны и распорядилась, чтобы это делалось
каждый вечер, потому что, по ее мнению, несправедливо, когда бедные люди мерзнут
и не имеют никакой возможности
согреться.
Пока Клэнси сообщал об очередной выходке Билли, Дэвид, улыбаясь, наблюдал,
как Билли сосредоточенно раскручивает
мелкие бигуди на голове Юзефа, сдвинув брови от напряжения.
- Это так похоже на Билли.
Вдруг улыбка исчезла с его лица.
- Она уже пробовала выходить без меня в город. Приставь к ней охрану. Но,
ради Бога, сделай это незаметно, а то ничто
не спасет меня от ее гнева, если она решит, что я сомневаюсь в ее способности
самой о себе позаботиться.
- Ладрам?
Дэвид кивнул:
- Есть некоторая вероятность, что он может сделать попытку захватить ее.
Видимо, он неплохо информирован обо всем,
что здесь происходит. Постарайся не дать ему такой возможности.
- Хотел бы я, чтобы и о себе ты так же заботился, - произнес недовольно
Клэнси. - Ты останешься, чтобы увидеть
Юзефа во всей красе или пойдешь со мной пить кофе?
- Я пойду с тобой.
Дэвид бросил задумчивый взгляд на Билли.
- Возможно, что она провозится тут еще долго. Для того чтобы Юзеф выглядел
более романтичным, потребуется много
времени.
- Могу себе представить, как надолго это затянется. Надо сматываться отсюда,
пока парень не увидел, на кого он стал
похож. - С этими словами Клэнси вышел из комнаты. Дэвид не спеша последовал за
ним.
Платье из хлопка было действительно очень красивым. Билли с удовольствием
провела по нему руками. Конечно, оно не
было таким шикарным, как то платье, в котором она была в первый вечер. Она
купила его на базаре фантастически дешево.
Вырез лодочкой удачно подчеркивал линию ее красивой шеи. Сегодня вечером ей
необходимо чувствовать себя уверенно.
- Садитесь, я причешу вас, - сказала Ясмин, входя в комнату. - Мне хочется,
чтобы вы хорошо выглядели сегодня. -
Она усадила Билли на низкую скамеечку. - Вы ведь можете быть такой
очаровательной и женственной, если немножко
постараетесь. Думаю, что шейху Кариму это понравится.
- То, что я буду в платье? - Билли отрицательно помотала головой. - Ему не
так-то легко угодить. Кроме того, я делаю
это не для него. Просто мне хочется выглядеть как-то иначе.
Ясмин недоверчиво вскинула брови:
- Тем не менее теперь ваш внешний вид совпадает с его представлениями о том,
как должна выглядеть женщина. Сидите
спокойно и дайте мне закончить.
- Подождите, я должна прослушать, хорошо ли получилось то, что я записала
прошлой ночью. - Билли встала и
включила магнитофон, стоявший на низком столике, и в ту же секунду негромкий
звук ее собственного голоса заполнил
комнату.
- Вы чудесно поете, - сказала Ясмин, опять принимаясь за ее прическу.
- Да нет, голос у меня - ничего особенного, но слух есть, к тому же мне
нравится сочинять песни.
- Шейху Кариму понравилось ваше пение, - настаивала Ясмин. - Я слышала, как
мистер Донахью говорил Лизану,
что у вас приятный голос и что они с удовольствием слушали вас в тот вечер в
библиотеке.
- Может быть, ему и понравилось, но я пела не для него, а потому, что Дэвид
попросил меня.
Ясмин замолчала, полностью сосредоточившись на своей работе, и Билли стала
внимательно слушать песню, которую
сочинила вчера вечером, пока Дэвид сидел над рукописью. "Неплохо, -
удовлетворенно подумала она. - Первая была
поинтереснее, но эта тоже неплоха. Может быть, стоит ее оставить".
За последнее время Билли записала уже несколько кассет песен и сейчас сама
удивлялась своей работоспособности.
Вечерами, которые она проводила около Дэвида, она записала довольно много
песен, но считала, что большинство из них
не стоит оставлять.
- Не стирай, - посоветовал ей Дэвид. - Это преступление - уничтожать плоды
своего вдохновения. Как много песен
ты написала и забыла потом? Если они останутся на пленке, то ты всегда можешь
вернуться к ним.
Она решила последовать совету Дэвида и с удивлением обнаружила, что эти
записи доставляют ей удовольствие. Идея
писать песни, делать записи, чтобы потом работать над ними всерьез, раньше была
чужда ей, теперь же, напротив, нашла
отклик в ее сердце. Но ее не оставляла мысль, что эти недели, которые она
провела здесь, не имеют никакого отношения к ее
реальной жизни. Билли как будто находилась на золотом облаке, парящем над
действительностью, и она поймала себя на
мысли, что ей хочется задержаться на этом облаке навсегда. Слово "навсегда",
промелькнувшее в голове, испугало Билли, и
она решила не думать об этом, а жить только сегодняшним днем. Билли казалось,
что если она не будет думать об этом, то,
может быть, ей и удастся заглушить в себе чувство страха и остаться с Дэвидом
если не навсегда, то надолго.
- Мне нравится эта песня. Пожалуй, это лучшее, что ты написала за последнее
время, - проговорил Дэвид, входя в
комнату.
Она дотянулась до магнитофона и выключила его.
- Спасибо, - сказала Билли, улыбаясь Дэвиду. - Но это не моя песня. Мне
захотелось исполнить одну из песен Карли
Симоне.
- Да ну! - Глаза Дэвида весело щурились. - Тогда следующая песня у тебя
получится на следующей неделе. Ты
сочиняешь все лучше и лучше. Ясмин отложила щетку и встала за спиной Билли.
- Ты разве не заметил, как замечательно выглядит Билли, как женственно и
романтично.
- Ясмин ненавидит мои джинсы, - заметила Билли. - Она считает, что женщине
неприлично ходить в брюках.
- Я уверен в обратном, - пробормотал Дэвид, - все, что ты делаешь, так
естественно и прекрасно, любовь моя.
- Лизан, - строго напомнила Ясмин.
- Да-да, Ясмин, я как раз собирался сказать Билли, что она сегодня особенно
женственно и очаровательно выглядит. -
Дэвид вопросительно поднял брови, обращаясь к Ясмин: - Ну как, Ясмин, ты
довольна?
- Честно говоря, не очень, - строго сказала Ясмин. - В следующий раз найди
слова поубедительнее, иначе она больше
никогда не наденет платье.
Едва Ясмин вышла, Дэвид прошептал:
- Ты для меня в любой одежде хороша и желанна. Особенно если мы с тобой...
- Замолчи, - сказала Билли и счастливо засмеялась. - Ясмин все равно никогда
не согласится, что в джинсах можно
выглядеть женственно. - Она замолчала. - Пойдем, а то мы опоздаем к обеду. Не
так уж часто мы обедаем с Каримом и не
должны быть невежливыми.
- Не должны? - переспросил Дэвид. - Твое отношение к Кариму заметно
улучшилось. Значит ли это, что твое мнение
о нем переменилось? Ну-ка вспомним, как ты его называла. Ах да, "высокомерный
старый диктатор", не так ли?
- Да, и так тоже называла, - ответила Билли, выходя из комнаты. И,
обернувшись в дверях, добавила: - Еще я
убедилась, что он порядочный человек, с чувством юмора и гораздо более ранимый,
чем я предполагала. Нельзя плохо
относиться к такому человеку. - Она остановилась, чтобы взять свою сумочку, и
внезапно вскрикнула:
- Моя гитара?!
Билли только сейчас поняла, что ни на минуту не забывала о своей любимой, но,
как ей казалось, безвозвратно утерянной
вещи. Не сдержав крик радости, она бросилась к кровати, с волнением взяла ее в
руки. Первое, что ей бросилось в глаза, это
то, что разбитые части собраны с таким мастерством, что невозможно определить с
первого взгляда следы трещин, а вся
поверхность была до блеска отполирована.
- Ее доставили на вертолете сегодня днем, и я надеялся, что ты зайдешь ко
мне, когда закончишь свои эксперименты с
Юзефом.
- Не хотела тебя отвлекать от работы, - ответила она, прижимая к себе гитару
и любовно поглаживая ее. - А еще мне
хотелось пойти с Юзефом, чтобы посмотреть, какое впечатление произведет его
прическа на Дайну.
- Она была потрясена?
Билли кивнула.
- Она наконец-то сказала ему несколько слов. Во всяком случае, Юзеф был
счастлив. - Она провела пальцем по еле
заметным трещинам. - Посмотрим, как она будет звучать теперь.
Стоя у нее за спиной, Дэвид сказал:
- Все-таки она нравится тебе больше, да? А я надеялся, что ты уже успела
полюбить новую.
Билли подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза:
- Но ведь мы всегда радуемся старым друзьям после разлуки.
...Закладка в соц.сетях
