Жанр: Любовные романы
Грешный Джек Дарси
...небо, и
приземление вертолета прошло без всяких неожиданностей.
Еще до того, как открылась дверь кабины, Джейк, держа Мэри за руку, побежал
к вертолету.
Поднятый лопастями вертолета ветер нещадно трепал волосы Мэри. Бруно
протянул руки и легко втащил ее в вертолет, одновременно глядя на Джейка с
виноватым видом.
— Я ничего не мог сделать, Джейк. Она выскочила из самолета, прежде чем
я успел моргнуть. Не ожидал, что она будет выкидывать такие сумасшедшие
номера.
— Я тоже не ожидал. — Джейк поднялся в вертолет и уселся рядом с
Мэри. — Мы уже побеседовали о ее внезапном решении отправиться спасать
меня.
Бруно занял кресло пилота.
— Ты разобрался с Паллалом? — Нет.
— Не повезло. — Вертолет начал подниматься над землей. — Мы
видели фейерверк уже с воздуха. Это был лучший прощальный салют Саид-Абабе.
Сердце Мэри наполнилось надеждой: она поняла, что они действительно на пути
из этой ужасной страны. Правительство, убившее ее отца, ужасная тюрьма в
Балахаре — все теперь позади. Через несколько часов они с Дэви будут
свободны. Ее глаза наполнились слезами радости.
— Эй, — взгляд Джейка остановился на ее лице, — с тобой все в
порядке?
— Со мной все хорошо. — Мэри судорожно вздохнула. — Я только
сейчас поняла, что все уже кончилось. Просто чувствую себя немного
неуверенно.
— Я бы сказал, что у тебя для этого есть причины. — Джейк
отстегнул ремень безопасности и притянул Мэри к себе, удобно устраивая ее
голову на своем плече. — Почему бы тебе не подремать немножко? —
Он нежно поглаживал ей волосы у виска. — А когда ты проснешься, мы уже
будем приземляться в Марасефе. Хорошо?
Я не должна принимать заботу от Джейка
, — подумала Мэри. Не стоило
показывать ему этот момент ее слабости. Но сил для того, чтобы
сопротивляться теплу и чувству безопасности, у Мэри уже не было.
Джейк прикрыл ей глаза рукой.
— Сент-Мориц... — шепнул он. — Подумай о Сент-Морице. Белый снег и
зубчатые горы, а у их подножий — голубые кристально чистые озера, маленькие
домики высоко на склонах...
— Снежные лавины...
— Заткнись, Бруно!
— Горные лыжи, параплан...
— Я молчу, — ехидно вставил Бруно.
— Свежий чистый воздух. Тишина. Покой. Подумай о Сент-Морице, милая.
Мэри глубоко вздохнула и расслабилась, опираясь на сильное плечо Джейка.
Засыпая, она чувствовала, как уходят прочь воспоминания, как уходит в
прошлое вся ее жизнь в Саид-Абабе.
Тридцатикомнатное шале из дерева и стекла, казалось, вырастало из склона
горы и нависало над бездной. Из его окон открывался потрясающий вид на
равнину внизу.
— Впечатляюще, — признала Мэри, когда они вошли в огромное фойе.
Джейк пожал плечами.
— Мне тоже нравится. — Он повернулся к Калане. — Бруно
проводит тебя в твою комнату. Когда отдохнешь и приведешь себя в порядок,
Бруно отведет тебя в город, чтобы ты купила все, что нужно для ребенка. Купи
подходящую одежду для себя и Мэри. — Он повернулся к Бруно и состроил
уморительную гримасу. — Если Бруно прекратит наконец играть с моим
сыном.
Бруно не смотрел на него, подбрасывая над головой смеющегося ребенка.
— Я подумаю об этом. Какая замечательная игрушка, Джейк! Почему мы не подумали об этом раньше?
— Когда пойдешь в город, оставь ребенка здесь, — сухо сказал
Джейк. — Я не хочу, чтобы ты уронил его в сугроб.
— А кто же позаботится... — Калана остановилась, бросила взгляд на
Мэри, быстро кивнула и последовала за Бруно по лестнице.
— Я хочу поговорить с тобой. — Джейк привел Мэри в просторную
комнату с высоким потолком, с превосходным вкусом и элегантностью отделанную
в бордовых, кремовых и бежевых тонах. — Садись.
Она покачала головой.
— Мне надоело сидеть во время полета. — Мэри сделала несколько
шагов к огромному камину в центре комнаты. Она чувствовала на себе взгляд
Джейка, и ее мышцы напряглись. — Это так непохоже на Саид-Абабу. Я не
видела снега с тех пор, как каталась на лыжах в США пять лет назад. —
Мэри коснулась резной каминной доски. — У меня не особенно это
получалось. Возможно, если потренироваться...
— Я не хочу говорить о лыжах. — Джейк устало потер затылок. —
Почему ты сторонишься меня? Ты не была такой в Саид-Абабе. Я не собираюсь на
тебя набрасываться.
Мэри встретила его взгляд.
— Мне просто не по себе. Все происходит так быстро. Даже в этом доме я
чувствую себя неспокойно после стольких лет, проведенных в клетке. Здесь
слишком светло и просторно.
Губы Джейка изогнулись в иронической улыбке.
— Мы можем поставить твою кровать в стенной шкаф, если тебе так больше
нравится. — Его улыбка погасла. — Мы оба должны кое-что изменить в
своем поведении. Я никак не привыкну к мысли, что стал отцом.
— Мы не будем тебя беспокоить, — поспешно сказала Мэри. — Как
только ты сможешь оформить нам документы, я возьму Дэви и уйду. Я с самого
начала так и собиралась поступить.
— Неужели? Значит, все так просто:
Привет, как делишки? Взгляни, вот
твой сынок, приятель
— и потом попрощаться?
— Дэви — мой сын. Он единственное, что заставляет меня продолжать жить.
Я не отдам его.
— И даже не поделишься? Ты ведь разделила его с Каланой. Почему же не
со мной?
Мэри молча смотрела на него.
— О чем ты думаешь? Скажи мне.
— Я в растерянности. Я никогда не пыталась планировать что-то дальше,
кроме как убежать из Балахара и забрать Дэви из Саид-Абабы. Все мысли, вся
моя энергия были направлены на одну цель. Но я сделана все, чтобы вернуть
сына.
Он мрачно кивнул.
— Я знаю.
— Возможно, если бы я все делала сама, мне было бы проще... Я полагаю,
ты действительно имеешь кое-какие права, когда речь идет о Дэви.
— Неужели? — Он покачал головой. — Ты больше не покинешь
меня. Я позволил тебе уйти однажды — и что из этого получилось? На этот раз
мы будем решать наши проблемы вместе. — Он подошел к большому, во всю
стену, окну, из которого открывалась захватывающая дух панорама. — Я
хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
— Из-за Дэви? Это только все усложнит.
— Я хочу, чтобы мальчик носил мою фамилию. Не имею ни малейшего
представления, кто были мои родители. Я выбрал фамилию сам, когда пошел
служить в армию. Но позже я выполнил все необходимые формальности, и теперь
она моя. Я хочу дать ее вам обоим, если вы согласитесь.
Мэри захлестнула волна щемящей нежности — неожиданной и сильной.
— Это хорошее имя, Джейк, — сказала она мягко. — Спасибо за
то, что ты его предлагаешь, но...
— Ты не хочешь его носить, — закончил он за нее. — Хорошо,
давай вернемся на грешную землю. Тебе необходимо мое имя, Мэри. Когда Паллал
инсценировал авиакатастрофу, официально ты была признана погибшей, а все
имущество твоего отца, которое не сумел присвоить Паллал, разделено между
всякими благотворительными организациями.
— У меня есть
Принцесса Бургундии
, — возразила Мэри.
— Но, чтобы продать драгоценность, тебе понадобится доказать ее
подлинность и права на владение, и пройдет год или два, прежде чем мы сможем
это сделать. В то же время, пока ты не имеешь легального американского
гражданства, Дэви — подданный Саид-Абабы. — Джейк взглянул ей прямо в
глаза. — Из этого следует, что Паллал может потребовать его возвращения
назад в Саид-Абабу, как подопечного государства, в любую минуту.
— Нет!
— Пока мы летели на самолете, я по телефону переговорил со своим
юристом, — сказал Джейк. — Это возможно, Мэри.
Ее охватил ужас.
— Я убегу. Исчезну. Он его не получит.
— Спокойно. Если ты выйдешь за меня замуж, я смогу потянуть за
некоторые ниточки, и у нас будут официальные бумаги об усыновлении, которые
сделают его моим сыном с моим швейцарским гражданством.
— Это законно?
— Мы можем передать дело в суд, и оно затянется на ближайшие лет
десять, независимо от того, легально это или нет. Что даст нам время
получить документы для тебя и Дэви.
— Но если у меня нет никакого удостоверения личности, как я могу выйти
замуж?
— Я владею крошечным островком в Средиземном море, у берегов
Греции, — построил там отель-казино два года назад. — Джейк пожал
плечами. — Одна из приятных сторон обладания островом состоит в том,
что ты можешь устанавливать там какие угодно законы. Мы можем полететь туда
завтра и в тот же день пожениться. А на следующий день вернемся сюда со
свидетельством о браке в кармане.
Это звучало разумно.
— Я не знаю, что тебе ответить... Ты не будешь пытаться забрать у меня
Дэви?
— Клянусь Богом, никогда... — Джейк помолчал, а затем осторожно сказал:
— Нет, я не буду пытаться забрать его у тебя. И не буду препятствовать
разводу или требовать опеки над Дэви. Я могу дать расписку, если хочешь.
О Боже, она снова причинила ему боль. Джейк не мог понять, что это значит —
не иметь в мире никого, кроме ребенка. Или, быть может, он как раз очень
хорошо это понимает, подумала она внезапно. Он вырос на улицах голодным и
более одиноким, чем она была в тюрьме. По крайней мере у нее есть Дэви.
— Прости. Это необязательно, — тихо сказала Мэри. — Я верю
тебе, Джейк.
— Нет, не веришь. — Он криво улыбнулся. —
Не верь мне вовсе
— или верь во всем
.
— Что?
— Теннисон.
Еще одна вещь, которую она забыла. Мальчик, который не умел читать, но
преодолел свой недостаток воображением и настойчивостью.
— Но ты должна верить мне, Мэри. — Джейк повернулся и пошел к
двери. — Пойдем, я покажу тебе твою комнату. Она рядом с моей. —
Он покачал головой, когда увидел, что она напряженно застыла на
месте. — Видишь? Ты все-таки не доверяешь мне.
— Сейчас все по-другому.
— Ты имеешь в виду, что не должна ложиться ко мне в постель, чтобы
спасти Дэви от Паллала?
— Я свободна, Джейк. Не думаю, что ты понимаешь, как много это для меня
значит. Я не хочу снова попасть в зависимость, даже в эмоциональную.
— А я и не собираюсь требовать от тебя чего-то, что ты не захочешь дать
мне сама. Я просто буду чувствовать себя лучше, если ты будешь рядом со мной
и в безопасности. Хорошо?
— Хорошо. — Мэри нерешительно улыбнулась. — Ты очень добр ко
мне, Джейк. Я благодарна тебе.
— Благодарна! — повторил он с внезапной жестокостью. — Мне не
нужна твоя благодарность. Я хочу, чтобы ты стала прежней. Я хочу, чтобы ты
была счастлива и...
— Мы не можем вернуться в прошлое, Джейк. — Она твердо встретила
его взгляд. — Я не хочу отношений с тобой или любым другим мужчиной.
Особенно с тобой. Я хочу спокойно жить с моим сыном, а больше всего я хочу
свободы.
— Я дам тебе свободу. Мэри грустно улыбнулась.
— Дашь? Если свободу можно дать, то это уже не свобода. Да, я помню ту
ночь, Джейк. Я помню, ты смял меня как торнадо. Ты был таким же в казино. Ты
любишь, чтобы все шло так, как этого хочешь ты. Возможно, та девочка три
года назад была не против стать твоей тенью, но я не смогу этого вынести. Я
должна иметь достаточно свободы.
— Не помню, чтобы я подавлял тебя.
— У тебя просто не было возможности попробовать. И я не дам тебе шанса
сейчас. Я уже потеряла слишком много времени.
— Итак, я отвергнут без суда и следствия?
— Это не сработает, Джейк.
— Поспорим, милая? — Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты
через холл и начал подниматься по лестнице. — Я бы на твоем месте не
стал.
Нежный ветер дул Мэри в лицо и приносил пьянящее благоухание цветов. С
балкона отеля открывался завораживающий вид. В отдалении на фоне
ослепительно яркого неба один за другим поднимались пологие холмы. У отеля
ряды пурпурно-сиреневых кустов повторяли очертания выложенных камнями
дорожек сада. В просветах между деревьями проглядывали миниатюрные водоемы.
— Тебе нравится? — Джейк стоял у двери, ведущей в спальню. —
Не так впечатляюще, как вид из шале, но очень уютно.
— Здесь спокойно, — с улыбкой повернулась к нему Мэри. —
Красота, тишина, никакой суеты. Я могла бы оставаться здесь неделями.
Джейк покачал головой.
— Ты не хотела покидать Дэви даже на день. Ее улыбка исчезла.
— Я хотела, чтобы он снова привык ко мне. Калана чудесно ухаживает за
Дэви, но я хочу сама заботиться о нем, кормить его и...
— Времени для всего этого более чем достаточно, — мягко произнес
Джейк. — У тебя теперь есть все время мира.
— Действительно есть? Это кажется таким странным. — Она расправила
плечи, снова поворачиваясь к нему. — Когда состоится церемония?
— Сегодня вечером. Я пригласил преподобного Дуклера на ужин, после
этого будет церемония на террасе. — Он улыбнулся. — Кстати, я
попросил владельца бутика, расположенного в холле отеля, подобрать тебе
платье и украшения.
— Ты обо всем позаботился. Спасибо. Он нахмурился.
— Я привык обо всем заботиться, но, если ты выбрала себе что-нибудь
сама, отошли вещи обратно. Я просто подумал, что проще сделать все
приготовления самому.
— Нет, мне все равно. Все прекрасно. — Она повернулась назад,
чтобы посмотреть на зеленые холмы. — Кажется, у меня проблемы с
принятием решений. Три года я не могла распоряжаться даже собой и теперь
внезапно снова могу выбирать.
— Все пойдет проще. Просто принимай одно решение за раз. — Он
подошел и встал рядом с ней. — Когда ты просыпаешься утром, ты
выбираешь, надеть черные туфли или коричневые. Потом решаешь, выпить за
завтраком чаю или кофе. — Он поднял ее волосы, наслаждаясь их
шелковистой тяжестью. — Зачесать волосы наверх или оставить так.
Джейк отпустил ее волосы и, когда они упали ей на спину, стал осторожно
приводить их в порядок, любовно укладывая каждую прядь. Он стоял так близко,
что Мэри чувствовала тепло его тела и улавливала пряный аромат одеколона, а
Джейк продолжал:
— Стать снова свободной или оставаться в моральной тюрьме, которую
Паллал создал для тебя.
Мэри судорожно вздохнула, отступая на шаг, чтобы взглянуть ему в лицо.
— Ты прав. Одно решение за раз. Сначала я пойду в салон красоты внизу и
что-нибудь сделаю с этой ужасной гривой. — Она двинулась к
двери. — А потом позвоню Калане, чтобы удостовериться, что с Дэви все
нормально. Это целых два решения за одну минуту. У меня заметный
прогресс. — Она оглянулась через плечо. — Встретимся в вестибюле в
семь?
Джейк кивнул, пристально глядя Мэри в лицо.
— Ты убегаешь.
Ее щеки вспыхнули.
— Нет, не убегаю. Я просто делаю то, что должна сделать перед
сегодняшним вечером.
— Я не думаю, что ты убегаешь. — Медленная улыбка осветила лицо
Джейка. — Это хороший знак. Ты могла бы чувствовать страх передо мной.
Могла бы пытаться убежать.
Она замерла.
— Я не вижу в тебе угрозы.
— Да, сначала ты не видела во мне угрозы. Я мог послужить выходом из
создавшейся ситуации, мог вернуть тебе сына. Но теперь, когда ты можешь
перевести дыхание, ты видишь меня немного по-другому, не так ли?
— Секс? Я никогда не отрицала, что ты возбуждаешь меня.
— Отрицать это было бы бесполезной потерей времени. Но не только секс,
Мэри. Выбор. Ты совершенно свободна. Хорошо, выбор — первая составляющая
свободы. Ты воспринимаешь меня как первого мужчину, с которым ты решила
заняться любовью. Ты можешь вспомнить, что я никогда не принуждал тебя. Ты
воспринимаешь меня как мужчину, которого так ужасно хотела три года назад,
что не могла дождаться, когда мы выйдем из лифта.
Мэри ошеломленно смотрела на него. Его слова пробудили в ней воспоминания о
первых моментах страсти: пальцы Джейка, расстегивающие ее блузку, его
горячие губы на своей коже. Она почувствовала, как ее мышцы сжимаются. Этот
физический отзыв удивил ее саму, и она поспешно отвернулась и пробормотала:
— Это было так давно. Я... Увидимся в семь.
Мэри чувствовала взгляд Джейка на своей спине, когда шла через комнату к
двери, ведущей в коридор. Она ведь действительно не убегает, уверяла она
себя. Мэри знала, чего хотела. Она хотела Дэви и свободу и, возможно, когда-
нибудь потом — работу. Она точно знала, что не хотела бури чувств и
зависимости от Джейка. Его магнетическое притяжение тоже могло оказаться
тюрьмой. То, что они с Джейком испытали тогда, три года назад, было похоже
на взрыв страсти между двумя людьми, не имеющими ничего общего, кроме
взаимного физического влечения.
Нет, Мэри не пыталась убежать. Она просто пыталась выжить.
Глава 6
По окончании церемонии преподобный Дуклер вручил супругам требующиеся
документы и, улыбаясь, отбыл с наилучшими пожеланиями.
— Он очень приятный человек, — сказала Мэри, пока они с Джейком
наблюдали, как он идет к двери террасы. — Не похож на обычного
приходского священника. Он сказал мне, что ты вывез их с женой с Ямайки и
построил здесь церковь.
— Жителям острова нужен был священник. Да и постояльцам отеля
тоже. — Его глаза внезапно блеснули. — После того, как деньги из
их карманов перекочевывают в мое казино, я предлагаю им духовное утешение.
Это очень хорошо срабатывает.
— Нет, в самом деле, почему ты привез его сюда?
Он ответил не сразу.
— Завтра я могу потерять и отель, и казино, — тихо сказал он
наконец, — но есть в жизни ценности, которые остаются навсегда.
— Ты верующий?
— Я вырос в такой смеси восточной и западной культур, что мне трудно
стать приверженцем какой-нибудь философии или религии. Но у меня есть
определенные убеждения. Разве существуют люди, у которых их нет совсем? Я
верю, что там, наверху, есть кто-то или что-то. И я верю в судьбу. У меня
есть доказательства, что в нее стоит верить.
Мэри быстро поднесла к губам бокал с вином и кивнула на документы на столе:
— Когда ты отдашь своему адвокату свидетельство о браке?
— Как только мы вернемся. — Джейк поставил свой бокал и
встал. — Пойдем прогуляемся по саду. — Он улыбнулся. — Ты
знаешь, мы никогда не гуляли вместе.
— Что в этом удивительного? Мы ничего не делали вместе, кроме...
— Занятий любовью, — закончил он. К большому облегчению Мэри,
Джейк не стал спорить или пользоваться ее замешательством. — Но ты не
права. Мы делали вместе и другие вещи. — Джейк подал ей руку и повел
через террасу к каменным ступеням, ведущим в сад. — Смотри сама: мы
танцевали, мы ели вместе, мы принимали вместе душ. Мы вместе ездили на
машине. Если задуматься, то все это обычно рассматривается как ритуал
ухаживания. — Он оглядел Мэри с ног до головы. — Мне нравится это
кружевное платье. Ты была в белом, когда я впервые увидел тебя.
— Я бы не хотела вспоминать ту ночь. — Она быстро сменила
тему. — Когда мы вернемся в Сент-Мориц, я хочу пригласить Калане
учителя. Она говорит, что не ходила в школу последние пять лет. — Мэри
нахмурила брови. — Но это все, что я смогла из нее вытянуть. Она не
хочет говорить о себе или своей семье. Но она кажется очень смышленой,
правда?
Джейк кивнул.
— Когда я пришел к ней, она быстро сориентировалась в ситуации и во
всем, что от нее требовалось. Она привыкла справляться со всем сама.
— Как выглядел ее дом?
— Крошечный, убогий, но абсолютно чистый. Никаких семейных фотографий
или сувениров. Когда мы уезжали, она собрала только вещи малыша и немного
одежды для себя и ушла, не оглядываясь.
— Странно.
— Не так уж и странно. В Саид-Абабе уйма сирот благодаря так называемой
благожелательной диктатуре. Дети привыкают принимать то, что им дают, и
извлекать из этого все, что можно.
— Как ты?
Джейк покачал головой.
— Я ничего не принимал. Я всегда должен был брать больше, становиться
чем-то большим. Это делало мою жизнь чертовски тяжелой.
— Но ведь ты мог жить и как-то по-другому.
— Нет, думаю, не мог. — Он ухмыльнулся. — Но об этом легче
рассказывать сейчас, годы спустя, чем пройти через все самому. Жестокая
школа выживания — хорошая тренировка. Я научился не сдаваться, пока остается
хоть один шанс выиграть.
— Я тоже научилась этому. Первые несколько месяцев в Балахаре я не
могла поверить, что смогу выжить еще неделю, не потеряв рассудок. Потом
поняла, что, если я умру или сойду с ума, Паллал победит. Я не могла этого
допустить.
Они остановились возле одного из водоемов, мерцающего словно зеркало. Глядя
на свое отражение в воде, Мэри удивленно подумала: разве эта красивая
женщина в белоснежном платье может знать что-то о смерти или тюрьме?
— Потом я начала делать то, что должна была делать, чтобы выжить.
— Создавать пустоту в душе
7 — Когда появился Дэви, стало проще. Он дал моей жизни смысл. Я думаю,
все дети неосознанно делают это. Они показывают нам, что есть надежда.
Долгое время они шли, не произнося ни слова, но Мэри не испытывала ни
малейшей неловкости. Быстро темнело, но Джейк оставался надежной опорой в
сгущающейся темноте, даже когда все окружающее постепенно потеряло четкость
контуров. Теперь Мэри казалось странным, что когда-то она могла испытывать
беспокойство и даже раздражение при общении с ним. Но ведь и раньше было так
же, вдруг вспомнила она. Между ошеломляющими взрывами страсти Джейк был с
ней заботливым, дружелюбным и ласковым.
— Полагаю, ты не собираешься спать со мной сегодня? — тихо спросил
Джейк.
Мэри подняла на него взгляд.
— Только спать, — сказан Джейк. — Я хотел бы обнять тебя.
— Это не самая лучшая идея.
— Ты можешь мне доверять.
Она скептически поглядела на него.
— Хорошо. — Джейк кашлянул. — Согласен. Мы оба слишком
взрывоопасны, чтобы давать друг другу какие-то гарантии. Мне просто
понравилась сама идея. Но я не буду настаивать. — Подумав секунду, он
добавил: — Пока не буду.
— Думаю, пора возвращаться в отель. — Мэри повернулась и быстро
пошла по вымощенной плиткой дорожке. — Уже поздно, и я устала.
— Еще нет десяти часов, и я не очень-то верю, что ты действительно
устала. — Джейк догнал ее в два шага. — Но все в порядке. Я знал,
что рискую, что ты снова отступишь на защитную позицию. Я должен был
подождать. — В лунном свете Мэри увидела, как напряглось его
лицо. — Всегда думал, что умею ждать, но теперь мне кажется, что у меня
абсолютно нет терпения, когда дело касается тебя.
Мэри не ответила, и они молча вернулись в отель.
— Нет, снег есть нельзя. — Мэри тщательно вытерла снег с лица Дэви
бумажной салфеткой. Малыш тотчас же снова упал лицом в сугроб.
— Дэви! — Мэри вдруг охватил безудержный смех. В своем красном
зимнем комбинезоне с капюшоном Дэви был похож на помощника Санта-Клауса, и
теперь картину завершала снежная борода. — Пора вести его домой,
Калана. Я не могу с ним справиться. Наверное, он пытается вырыть пещеру,
чтобы впасть там в зимнюю спячку.
Калана тоже хихикала, вытаскивая сопротивляющегося малыша из снега и
отряхивая его.
— Как только снова выпадет снег, мы сделаем ему снежное мороженое. Возможно, это его успокоит.
— Сомне
...Закладка в соц.сетях
