Жанр: Любовные романы
А ты уловила флюиды?
...о не помнила, пила пиво, наливаемое
из кувшина, и тосковала. Конни непременно хотела отправиться в какое-нибудь
заведение на Раш-стрит, а предложение Трейси найти местечко потише было
отклонено большинством голосов.
Образ Конни складывался из пышной прически, обильного макияжа, широких
свободных жестов и привлекающих внимание возгласов восторга. Трейси она и
раньше никогда не нравилась, но этим вечером ее смутная неприязнь начала
расти и оформляться во что-то более значительное. Тереза в присутствии Кейт
казалась не особенно ужасной, но все равно глуповатой. Она была толста —
примерно шестнадцатый размер одежды — и всегда пребывала в трансе из-за
неудачной любовной истории.
Когда Трейси вернулась из туалета, Кейт как раз о чем-то увлеченно спорила с
Терезой — наверное, о ее послед нем дружке, решила Трейси. Потому что Кейт
только что сказала о некоем парне, что он — настоящая сволочь. Он обманул
Терезу, по меньшей мере, дважды, и все же она утверждала, что по-прежнему
любит его.
А Конни... Что ж, Конни нашла себе занятие: строить глазки какому-то
Рики
Мартину
в другом конце бара. Наконец он направился к их столику, и Трейси
едва сдержала стон. Похоже, за столом только она оставалась без дела. Она
ненавидела быть единственным человеком не у дел и чувствовать
ответственность за других, чтобы, не дай Бог, не случилось ничего плохого.
— Как дела? — К столику приблизился фальшивый Рики Мартин,
приветливо кивая Конни.
— О, прекрасно! Просто замечательно! — прощебетала Конни, щеголяя
своим техасским акцентом.
Можно подумать, что она набила рот медом.
Ну и гадость
, — подумала
Трейси.
Рики
изобразил галантную улыбку и в сторону Трейси, и та вымученно
улыбнулась в ответ. Когда же ужасный вечер кончится?
К тому времени Тереза уже рыдала, а Кейт вытирала ей слезы столовыми
салфетками. Кейт поймала взгляд Трейси и выразительно покачала головой.
Трейси надеялась только, что предмет их обсуждения не вздумает заявиться в
бар — иначе бы Кейт расквасила ему нос.
Рики
тем временем купил для Конни коктейль, и они начали вместе хихикать.
Он не замечал кольца с бриллиантом на пальце собеседницы. Все в порядке,
подумала Трейси, ведь сама Конни кольца тоже, кажется, не замечает.
Хотя кому какое дело? Ладно, пускай Конни помолвлена. Кто запретит ей
невинный маленький флирт? Трейси невольно вспомнила об Уильяме и отпила еще
пива. Интересно, зачем она с ним связалась? Может, ради секса? Но Трейси
тогда казалось, что дело в чем-то большем. Долгая переписка по электронной
почте заставила ее подумать, что между ними существует какая-то особая
связь. В чем же она ошиблась? Почему была так наивна?
Беседа Конни и
Рики
приобретала все более интимный характер, но неожиданно
Конни сказала что-то резкое. Грубость заключалась не столько в словах,
сколько в тоне. Очевидно, ее кавалер переступил границы дозволенного, и
после нескольких неудачных попыток все уладить он поднялся и пошел прочь.
— Сучка гребаная! — приложил он Конни напоследок.
Очаровательно
, — подумала Трейси.
Конни поправила прическу.
— Вот ведь урод. Решил, что покупка коктейля дает ему право лезть мне
под юбку.
Трейси попыталась изобразить сочувствие и промолчала.
— У меня идея! — воскликнула Конни, жестом подзывая официантку,
чтобы заказать еще кувшин пива. — Давайте сыграем в
Я никогда
!
— Хватит, Конни, — взмолилась Трейси, отодвигая бокал. — Мы
уже выпили не одну кварту. Не пора ли остановиться?
— Да ну вас! — расхохоталась та. — Веселиться так веселиться.
Кейт! Тереза! Я знаю, вы ведь хотите поиграть?
Обе согласились, и игра началась. Цель была двойная — во-первых, напоить
подруг, во-вторых, их унизить. Играть полагалось только с близкими друзьями.
Участники садились в кружок, каждый держал в руке бокал с напитком и
вспоминал всевозможные гадости о партнерах по игре. Потом первый участник
поднимал свой бокал и огорошивал прочих грязными намеками на их прошлое.
— Я никогда... — начала Конни, усмехаясь в сторону Кейт, — не
занималась любовью в постели моих родителей.
— Да брось ты, — прыснула та. — По-моему, такое с каждым
порой случается. Пей, Трейси, я думаю, к тебе тост тоже относится.
Она не ошиблась, и Трейси послушно отпила большой глоток. Теперь настала
очередь Терезы говорить. Глаза ее все еще оставались красными, она
задумалась и, наконец, сказала:
— Я никогда... не ухлестывала за парнем, который оказался
голубым
.
— Эй, так нечестно! Наверняка такое случалось с каждой из вас, только
вы об этом не знали! — Однако Кейт подняла бокал и выпила.
Очередь Кейт.
— Я никогда... — она бросила взгляд на Конни, — не занималась
сексом с парнем в туалете во время вечеринки!
— Ах, ты, дрянь! — взвизгнула Конни, откидывая голову. Ее возглас
имел целью привлечь как можно больше мужского внимания, и это сработало.
Трейси заметила, что к ним обернулось несколько парней, и Конни поспешила
так выгнуть спину, чтобы ее огромные груди (
На самом деле до отвращения
огромные
, — подумала Трейси) тоже не остались незамеченными. Трейси
отпила еще пива.
— О, Трейси пьет! Решила чем-нибудь поделиться? — Конни обернулась
к ней, сияя стервозной улыбкой.
— Нет, не решила. Просто захотелось пить. —
До чего же ты мне не
нравишься, маленькая уродина
, — думала Трейси.
— Твоя очередь, — усмехнулась Кейт. Трейси почувствовала себя
виноватой. Подруга изо всех сил старалась ее развлечь. И не ее вина, что
Конни оказалась самой мерзкой особой на земле. В баре действительно
тусовалось несколько приличных на вид парней среди прочих неандертальцев.
— О'кей... Я никогда не встречалась подряд с тремя парнями с
одинаковыми именами, — сказала Трейси. Она специально выбрала самое
невинное из возможного.
Тереза и Конни расхохотались.
— Конечно! Троица Майков!
Кейт встряхнула головой и допила пиво.
— А кстати, как дела с Майком Купером? — спросила Конни. —
Ты, кажется, говорила, что он тебя выследил?
— Ах, Боже мой, я ж тебе еще не рассказала! — И Кейт начала с
жаром посвящать Конни в историю с Майком, а Тереза повернулась к Трейси:
— Ну как, тебе здесь нравится?
— Э... конечно. — Трейси кивнула на Конни: — Только вот она
сущая...
— Я знаю, — кивнула Тереза. — Ужасно действует мне на
нервы. — Она заплатила официантке за новый кувшин пива и улыбнулась
парню за соседним столиком, — Слава Богу, что она живет в
Техасе. — Вдруг Тереза сменила тему: — Ох, Трейси, Кейт рассказала мне
про тебя и Тома. Я очень сочувствую! Как ты, оправилась?
Если бы этот вопрос задал кто-то другой, он мог бы прозвучать издевательски.
А вот в случае Терезы, одного из добрейших созданий в мире, пусть и из самых
наивных, это был пример искреннего участия.
— Все уже нормально. — Трейси долила бокал. Обычно она не пила
пива, но сегодня вечером оно пошло хорошо. — Представляешь, Том успел
найти себе другую.
— Правда? Так быстро?
— И они не просто встречаются. Том собирается на ней жениться.
— Не может быть! — Тереза искренне негодовала. — Ведь вы
прожили вместе так долго! Ничего не понимаю...
— Иногда я сама ничего не понимаю. — Трейси сделала еще один
большой глоток. — Столько времени провести вместе с кем-то — и вдруг
так просто вычеркнуть его из своей жизни... К этому нелегко привыкнуть.
— Ты не обидишься, если я спрошу... что именно случилось?
Трейси вздохнула, думая, как объяснить.
— Ну, пожалуй, это классический случай
холодных ног
. Я встретила
парня, меня к нему по-настоящему потянуло, и из-за него я стала думать, что
выходить замуж за Тома не стоит. Видимо, я просто была не готова.
— Вот так дела. — Тереза со стуком поставила бокал. — Пойми
правильно, Трейси, для меня это сюрприз. Вы с Томом казались такой
гармоничной парой, понимаешь? — Она рассмеялась. — И он выглядел
таким милым... Я на самом деле всегда тебе немножко завидовала. Все парни, с
которыми я встречалась, были ужасно ненадежные. И обманывали меня. Я уж не
знаю, встречу ли когда-нибудь настоящую любовь.
— Тереза, что за настроение? Куда тебе спешить!
— Конечно, я не должна так говорить. Только я хочу выйти замуж! И
рожать детей! Это, разумеется, несовременно, да что поделаешь!
— Перестань. Ты умная, хорошенькая, добрая, у тебя есть любимая
работа, — сказала Трейси. — И у тебя еще есть время, чтобы выйти
замуж и завести детей.
— Я слишком толстая. — Тереза шлепнула себя по бедру. — Ты-то
не знаешь, каково быть толстой, ты красивая и стройная. А толстухе выбирать
не из чего.
— Тереза, брось! Для настоящего, хорошего мужчины не будет иметь
значения твой вес! Он полюбит тебя ради тебя самой. — Черт, ее слова
звучали как отрывок из любовного романа... Из довольно сопливого романа.
— Ты, правда, так думаешь? — робко, но с надеждой спросила Тереза.
Трейси неожиданно почувствовала себя очень старой. Она не знала, верит ли в
собственные слова, однако хотела бы в них верить.
— Надеюсь. Без надежды какой смысл искать любовь? — Она допила
пиво одним глотком. — И вот что я тебе скажу. Забудь о физическом
влечении. Я однажды положилась на него — и трюк не сработал. Все, к чему я
пришла, так это к полному хаосу в мыслях. В следующий раз собираюсь
влюбиться только по внутреннему, душевному порыву. — Трейси
поразмыслила, прежде чем продолжить: — Может, в таком случае лучше
влюбляться, общаясь по Интернету, а? Тогда на тебя не влияют гормоны и
прочие телесные штучки...
— Кто знает. — Тереза заулыбалась, и Трейси заметила, что она в
самом деле очень мила. Тем не менее, Тереза права — большинство парней
прошло бы мимо нее, едва взглянув на ее огромную задницу. — Мне вообще-
то нравятся... телесные штучки.
— Да и мне тоже, — призналась Трейси, понижая голос. — Если
ты, конечно, полностью сознаешь, что делаешь.
— Согласна. — Тереза налила пива им обеим. Трейси кивнула в
сторону Кейт:
— Вот она всегда рассказывает про некие флюиды. Ты в них веришь?
Тереза, улыбаясь, покачала головой:
— Сама не знаю. Она в этом вопросе слишком невнятна. Пожалуй, да, я
представляю, о чем она говорит. Я чувствовала такое с двумя парнями. —
Она вздохнула. — И оба, к сожалению, оказались негодяями.
— Я вот ни в какие флюиды не верила. А потом по встречала того, кто
заставил меня их уловить. Парня, о котором я рассказывала.
— Значит, ты недавно с ним познакомилась?
— В этом году.
Тереза уставилась на нее:
— И ты изменила Тому?
— Нет, нет. Я бы так никогда не поступила. Просто после знакомства с
этим человеком изменились мои взгляды на многое. Я боялась, что если не буду
с ним вместе, то никогда не узнаю, что это такое... Понимаешь, о чем я? О
подобном влечении. — Неожиданно ей стало очень грустно. Трейси как бы
услышала себя со стороны.
Лучше бы тебе заткнуться
, — предупредил ее
внутренний голос, но она все равно продолжила: — И я даже не знаю,
улавливала ли в самом деле какие-нибудь флюиды! Все свелось к сексу, а
сначала мне казалось, что было нечто более глубокое... А секс в итоге
оказался весьма посредственным.
Тереза слушала ее приоткрыв рот.
— Ну и дела! Ты все сильнее удивляешь меня, Трейси! Нам стоит почаще
встречаться. Ты мне всегда нравилась, но казалась немножко
заносчивой. — Извиняясь, она со строила забавную гримаску. — Не
обижайся, пожалуйста.
— Ни в коем случае. Может, я и правда была такой. Не знаю.
Тереза взглянула на Кейт и Конни, которые над чем-то истерически смеялись.
— Так что же произошло?
Трейси тоже бросила на Конни осторожный взгляд — ей не хотелось, чтобы эта
стерва ее слышала.
— Ну, мы, наконец, встретились, и он не оправдал моих ожиданий, —
призналась она. — А после того как мы переспали, я, похоже, перестала
его интересовать.
— Поверить не могу! Каков подлец!
— Может быть... Думаю, я слишком многого от него ожидала, Я ведь тогда
только что рассталась с Томом и искала ему замену... Не исключено, что я
просто испугала того парня. — Трейси пожала плечами. — Я считала,
что между нами есть какая-то особая связь, а оказалось, что ему на самом
деле хотелось одного... — Она понизила голос: — Ну, трахнуть
меня. — Она покачала головой: — Как бы то ни было, история вышла
странная. Нас соединяло изумительное сексуальное влечение, а когда мы
оказались в постели, надежды лопнули.
— Почему?
— Э... Для краткости скажу, что он принадлежит к породе
мужчин-
минуток
.
— О нет! — Тереза сочувственно покачала головой. — Я знаю,
что это такое, и просто ненавижу!
— Да, и я все время думаю: вот во что обратились мои мечты! —
Трейси откинула волосы со лба. Лицо горело, и пусть. Так хорошо оказалось
рассказать кому-то об Уильяме и не держать переживания внутри! — Хотя,
знаешь, все равно до сих пор немного больно. Я чувствую себя такой дурой, ты
не представляешь.
Тереза ласково тронула ее за плечо:
— Очень хорошо представляю. Вспомни, каждой из нас приходится
перецеловать много лягушек!
— Если бы только целовать, а то и еще кое-чем заниматься!
Они рассмеялись. Трейси наклонилась к собеседнице:
— Впрочем, если честно, все прошло не так уж плохо. Он проделывал
языком такие штучки, каких я еще не знала.
— О'кей. — Тереза придвинула свой стул к ней поближе. — Давай
делись.
— Даже не представляю, как толком описать. — На Трейси внезапно
нахлынуло небывалое чувство облегчения. — Ты ведь знаешь, некоторые
парни занимаются оральным сексом так, словно делают тебе одолжение. А с ним
все вышло иначе. Как будто он сам наслаждался и не хотел останавливаться,
пока я не стала его умолять. И, в конце концов, я получила свое! —
Трейси, правда, не упомянула, что даже в процессе орального секса Уильям не
прерывал своего игривого монолога, от которого ее в дрожь бросало.
— О! — Тереза притворилась, что обмахивается салфеткой. —
Обожаю оральный секс! Почему парни не понимают, что чем чаще они этим с нами
занимаются, тем охотнее мы будет делать то же для них?
— Ну, слово
охотнее
не совсем подходит. Я бы сказала:
с меньшим
отвращением
! — Они с Терезой опять расхохотались, и Кейт удивленно
взглянула на них:
— Эй, мы пропустили что-то интересное?
— Мы болтаем о сексе. — Трейси снова наполнила бокал. — И я
только начала входить во вкус.
Кейт приподняла брови:
— Похоже, я не ошиблась, пригласив тебя на вечеринку, Трейс!
— О сексе, девочки? — вмешалась Конни. — Моя любимая
тема! — Она сгребла горсть крендельков из вазочки, которую только что
попросила принести Кейт. — Хотя в послед нее время для меня секс —
нечто из древнейшей истории, потому что Билл то и дело в разъездах. Может,
Кейт расскажет нам о своих секретах? Каково спать со стариком, а?
— Нед не старик. И скажу только, что его многолетний опыт — это
огромный плюс, — усмехнулась Кейт. — Он входит в меня постепенно,
медленно, очень медленно... А потом, когда я уже не могу терпеть, проникает
внутрь одним движением. — Она зажмурилась и сладко поежилась. —
Потрясающе! И процесс может длиться целую вечность.
— Замечательно, — согласилась Тереза.
— О да. Неплохо.
— Ласки — самое интересное в сексе, — мечтательно сказала
Конни. — А парни часто думают, что главное — это их натиск. Если ты
поутру не можешь ходить, они считают себя самыми крутыми.
— Иногда приятно, когда поутру не можешь ходить, — возразила
Тереза.
— Как вы думаете, девчата, — спросила Трейси, — размер имеет
значение?
— Послушай только! — фыркнула Кейт. — Разве ты до сих пор не
знаешь? Конечно, да!
— Определенно. Член должен быть длинным и толстым. — Конни развела
руки на ширину плеч, показывая размер.
— Не обязательно. Главное, чтобы ты чувствовала, какой он, когда он
внутри, — добавила Тереза.
— То есть какой? — снова встряла Конни.
— Точно сказать не могу... — Тереза закатила глаза. — Но уж
побольше вот этого! — Она подняла мизинчик, и четыре девушки покатились
со смеху.
Наутро Трейси проснулась с незнакомым ощущением похмелья. Во рту пересохло,
в висках пульсировала кровь. Трейси даже не могла вспомнить, в котором часу
вернулась домой и каким образом. Она залпом выпила огромный стакан воды и
вышла в коридор, забрать воскресную газету. И как раз начала ее читать,
когда зазвонил телефон.
— Трейси! Как самочувствие? — Голос Кейт звучал необычайно громко.
— Паршиво. Спасибо, что спросила. А что?
— Как что? Ты же вчера разгулялась не на шутку! Ты дала-таки тому парню
свой телефон или нет?
— Парню? Какому парню? — Трейси разглядывала свои пальцы. Великолепно — под ногтями грязь!
— Трейси! Ты что, не помнишь красавчика, который клеился к тебе в
Соусе
? Высокий, стройный, серая рубашка, черные брюки, похож на
обедневшего Брэда Питта... Приехали! Ты действительно забыла?
Трейси нахмурилась. Она не помнила даже своего пребывания в
Соусе
, не
говоря уж о
Брэде Питте
.
— Да. Конечно. — Она вздохнула. — Скажи, я наделала каких-
нибудь глупостей? Кейт, я ума не приложу, как добралась домой!
— Да нет, ты нормально себя вела. Веселилась, рассказывала о своем
мужчине-
минутке
. Потом сообщала всем и каждому, что ключ к хорошему сексу — это
разрыв отношений.
Сначала расстаньтесь, потом переспите
, — говорила
ты. Неужели не помнишь? Ты еще повторяла, что
секс после разрыва самый
лучший
, как популярную песенку или вроде того. В общем, дала нам жару.
Трейси схватилась за голову:
— Ох, какой ужас! Там был кто-нибудь из знакомых?
— Да нет, никого. Собралось много молодежи, лет за двадцать, типа
ребята из колледжа
. Не волнуйся из-за них.
— Я рассказывала совершенно незнакомым людям о своей личной жизни — и
ты советуешь мне не волноваться?
— Трейси, я считаю, что иногда человек просто обязан расслабиться. Это
ничего не значит. Плюнь. — Кейт сказала еще что-то
неразборчивое. — Эй, мы с Конни собираемся пойти пообедать вместе.
Хочешь с нами?
От одной мысли о еде Трейси чуть не стошнило.
— Ни за что! Буду сидеть дома, надеюсь хоть до завтра оправиться.
— Ладно-ладно. Тогда позвоню тебе позже, солнышко Тут Конни как раз
говорит, что у нас получился крутейший девичник!
Верная своему слову, Трейси провела остаток дня дома в безделье.
Единственное, на что она оказалась способна, — это принять душ, и то
понадобилось приложить огромное усилие. Поужинала Трейси супом с крекерами,
а спать легла около восьми вечера.
Глава 43
ЧАС РАСПЛАТЫ Кейт застонала и взглянула на будильник. 3.27 утра. В последний раз она
проверяла время одиннадцать минут назад. Ладно, забудем о сне. Может, стоит
встать и заняться каким-нибудь делом? Она выпила стакан воды и уселась за
компьютер, чтобы проверить почту — личную и деловую. Немного спама, короткое
письмо от Трейси, которая поехала в командировку, пара строк от Гангстерса —
напоминание о предстоящей деловой вечеринке. Так называемые вечеринки
устраивались для того, чтобы приглашать крупных клиентов — и тех из мелких,
которые могли стать крупными, — вместе выпить и дружески облобызаться.
Кейт ненавидела подобные мероприятия, но посещение их было обязательным. Парням-
то легко — они всегда могут поболтать о
Кабз
, или
Уайт соке
, или
Беарс
, или о печально известных
Буллз
. Большинство клиентов даже сейчас
оставались мужчинами, в конце концов.
Хотела бы Кейт хоть немного интересоваться спортом! А так она редко обращала
внимание на эту часть жизни. Кейт, конечно, знала, что Сэмми Соуза — хороший
игрок, и все же в случае необходимости не вспомнила бы его но мера. Форма
одежды на вечеринке предполагалась свободная, что для мужчин означало — хаки
и рубашка для гольфа. А что это значит для женщин, представить сложно. В
просторных брюках Кейт чувствовала себя недостаточно одетой, в деловом
костюме — одетой чрезмерно. Вся ее одежда казалась или слишком официальной,
или слишком вольной. Утешало одно — когда эта пытка кончится, у Кейт впереди
будут выходные. Нед взял себе пару отгулов и спрашивал, не хочет ли она
поехать с ним навестить старых друзей в Вальпо, просто так, ради
развлечения.
Кейт остановила выбор на черных строгих брюках, туфлях без каблука и розовой
блузке с короткими рукавами. Она уже обошла, как положено, всех знакомых
клиентов и теперь искала предлог, чтобы улизнуть. Если удастся удрать до
девяти, то, как обещал Нед, они будут на месте в одиннадцать.
Гангстерс засек Кейт, когда она пробиралась к двери.
— Кейт, вы уже знакомы с Брэдли Уортом? Из
Кей иншурэнс
?
— Нет, кажется, мы еще не были представлены. — Она с улыбкой
протянула Брэдли руку: — Кейт Беккер. Очень приятно.
— Кейт работает в отделе гражданских процессов, — сообщил
Гангстерс.
В присутствии клиентов он всегда изображал доброго дядюшку. Только
сотрудники фирмы — и еще несчастные юристы, которых угораздило оказаться по
другую сторону баррикад, — знали его истинное лицо.
— Как давно вы работаете в фирме? — спросил Брэдли, которому явно
не было до Кейт никакого дела.
Лет сорока, с намечающимся брюшком и редеющими волосами, он уже разукрасил
подмышки рубашки и воротник пятнами пота.
— Полных четыре года, — ответила Кейт. — Все — в отделе
гражданских процессов.
— И что же заставило вас избрать карьеру юриста?
Боже, как я устала от
бессмысленных разговоров!
— подумала Кейт, выдавая очередной стандартный
ответ.
— Я всегда хотела заниматься чем-нибудь, развивающим интеллект, делом,
которое не может наскучить, — сказала она. — Юриспруденция
показалась мне именно такой областью.
Кейт не стала добавлять, что ошиблась в выборе, — юриспруденция давным-
давно надоела ей. Она успела удивиться своей двуличности — ей по-прежнему
удается выдавать подобный вздор с честным видом. Может, она не сильно
отличается от Гангстерса?
Гангстерс тем временем отошел за новым напитком, и Кейт лихорадочно
подыскивала новую тему для разговора. Голова ее внезапно совершенно
опустела. Брэдли взглянул на часы.
— Мне пора покинуть вашу приятнейшую компанию, что бы успеть на
поезд, — извиняющимся тоном объяснил он.
— А где вы живете?
— В Женеве. Так что мне на запад.
— О, я слышала, Женева — прелестный город.
Через несколько секунд подобного жалкого общения Брэдли, наконец, откланялся
и ушел. Тут появился Гангстерс, его обычно розовые щеки раскраснелись.
Больше ничто не выдавало в нем нетрезвого.
— Где Брэдли?
Кейт отпила глоток диет-колы.
— Он опаздывал на поезд.
Гангстерс вздохнул:
...Закладка в соц.сетях
