Жанр: Любовные романы
Влюбленная герцогиня
...ю спальню.
Кэм уже не мог остановиться. Толкнув ее на кровать, он почти до конца разорвал ей платье и снова начал целовать, а его
рука спускалась все ниже... ниже. Джина закрыла глаза и, тяжело дыша, вцепилась пальцами ему в плечи.
Наконец он владел той частью ее тела, которой так жаждал, которая была сейчас влажной, скользкой, пульсирующей.
Когда он выпустил изо рта сосок, она сделала попытку отодвинуться, бормоча "нет" и другие глупости, но герцога это не
интересовало. Он видел только великолепное тело, распростертое перед ним, и вожделенный треугольник волос.
Целовать ее там... Он поднял голову, и Джина тут же схватила его за руку, хрипло пробормотав:
- Кэм! Ты должен остановиться...
- Молчи, - отстранение прошептал он. - Молчи.
Его губы двигались по ее груди, придавая форму, облекая эту грудь в нечто более прекрасное, чем обыкновенный мрамор.
Ее глаза затуманились, стали дымчато-зелеными. Он позволил своей руке действовать в ритме, который знал так же хорошо,
как собственное имя.
- О, Кэм! - бормотала Джина, подчиняясь воле искусных пальцев.
Он жаждал лечь на нее и сделать то, что должно быть сделано. "Моя жена. Она моя". Возьми ее, требовали чресла.
Возьми ее, убеждало сердце. И лишь назойливый голос в голове твердил: "Она не хочет тебя, она хочет вздорного маркиза".
Но Кэм пренебрег неуместными предупреждениями. Несведущая... и все же сведущая Джина выгнулась под его
пальцами. Всхлипывающая, прижимающаяся к нему, молящая:
-Пожалуйста, Кэм... пожалуйста... пожалуйста.
"Это заставит ее выйти за тебя замуж", - не унимался голос, очищенный от ненависти его отца и его собственной
ненависти к принудительному браку. Он немного охладил его, позволил обрести контроль и преодолеть искушение.
Не останавливаясь, Кэм продолжал целовать жену, затем провел большим пальцем по соску... и Джина содрогнулась в
последней истоме.
Он стиснул зубы, подавляя желание войти в нее, заполнить пустоту собой, теплом, пульсацией.
Но голос разума победил.
Джина хотела открыть глаза и не смогла. Во всем теле была приятная теплота, а в ногах приятная тяжесть.
- Я должен уйти. Нам не следовало этого делать, - глухо сказал герцог, и Джина наконец открыла глаза.
Конечно, им не следовало этого делать. Она же обручена с кем-то еще, а это Кэм, друг детства. Она попыталась овладеть
собой, но ее продолжала нести безвольная волна удовлетворения.
- Я больше не зайду в твою комнату, - говорил Кэм. - Так что подобный... инцидент больше не повторится. В общем,
я...
- Не извиняйся.
Кэм выглядел удивленным.
- Я и не думал об этом. А должен был?
- Мужчины извиняются после единственного поцелуя, - улыбнулась Джина.- А ты...
- О, мы ведь женаты, - ухмыльнулся он.
- В настоящий момент.
- Достаточно и момента. К тому же ничего особенного мы не делали. Поцеловались, только и всего.
Только поцеловались? Ноги у Джины дрожали, дыхание еще не пришло в норму, а он называл это поцелуем?
- Я должен поскорее убраться отсюда, - сказал Кэм, заправляя рубашку в панталоны. - Будет чертовски
затруднительно для нашего развода, если меня увидят в твоей комнате.
Джина окончательно пришла в себя. Ей хватило секунды, чтобы осознать правду: для него они уже разведены, оставаться
женатым не входило в его планы.
Через минуту Кэм выглядел так же, как перед своим приходом, и она почувствовала раздражение. Как он смеет
выглядеть, будто ничего не произошло?
- Но я должна еще поблагодарить тебя, - сказала она, когда герцог направился к двери. - Ты очень меня успокоил. -
Он мгновенно принял нахально-самодовольный вид. - Я счастлива, что имела возможность изучить эту проблему с тобой, а
не с Себастьяном, и теперь пойду в его постель со вновь обретенным чувством уверенности.
Кэм застыл, глядя на нее, затем поклонился:
- Рад был тебе услужить...
Остаток ночи Джина провела в размышлениях, коря себя за то, что при расставании не смогла сказать что-нибудь
поумнее. К рассвету она точно знала, что требовалось сказать, будь у нее хоть капля мозгов.
Вариант номер один (язвительный): "Я чрезвычайно благодарна тебе, ибо теперь знаю, что пойду в постель моего
любимого Себастьяна с восторгом, равным его желанию". Этот вариант звучал так, словно ее жених испытывает к ней
страсть, хотя здесь нет и доли правды.
Вариант номер два претерпел за ночь многочисленные изменения, сопровождавшиеся кое-какими воспоминаниями, и
звучал примерно так: "Я хочу, чтобы ты немедленно вернулся в постель".
Иногда она добавляла: пожалуйста...
Глава 18
Гостям не требуется вставать до полудня
Джина проснулась очень поздно. Она чувствовала себя очень уверенно. Переполненная чувствами, торжествующая
женщина исчезла, зато обретенные познания никуда уже не денутся. А это самое важное. Она и вправду должна благодарить
Кэма. Теперь ей не нужно волноваться по поводу ее первой брачной ночи - настоящей брачной ночи с Себастьяном.
Наконец-то она имеет пусть и не очень большой, но все же опыт.
В безжалостном свете утра она выглядела скорее неопрятной, чем соблазнительной. Избавившись от порванного
пеньюара, Джина надела сорочку. И тем не менее...
Она с легким самодовольством улыбнулась своим воспоминаниям.
Она вспомнила похотливые взгляды Кэма, его прерывистое, хриплое дыхание. Это удивительным образом рассеяло ее
тайные опасения, что жених не реагирует на нее, поскольку она не слишком молода. Слишком неловкая, слишком герцогиня,
слишком худая. Кэм, судя по всему, не считал ее худышкой. Правда, он все еще хотел развестись, но это в основном из-за его
характера. Он всегда избегал любой ответственности, связанной с браком. Главное, прошлой ночью он хотел ее, и теперь она
знала, как заставить и Себастьяна захотеть ее.
В комнату влетела Энни, чтобы помочь хозяйке одеться.
- Уже готовы планы на день, - сказала она, заплетая Джине косу. - Леди приглашены участвовать в соревновании по
стрельбе из лука. Чаплины собираются продемонстрировать свое искусство фехтования в три часа. О! Леди Троубридж
спрашивала, не желаете ли вы присоединиться к ней, она едет в деревню, там родился еще один младенец.
- Я бы хотела посмотреть ребенка. - Джина бросила взгляд на кипу бумаг, до сих пор лежащих возле кровати. - Но у
меня очень много дел.
- Вы слишком много работаете, - ответила Энни. - И вся эта работа отнюдь не на пользу душе.
- Возможно, однако на письма нужно ответить.
- Желаете надеть сегодня платье с короткими рукавами, мадам?
Проскользнув в гостиную, Джина едва успела поздороваться с женихом, как леди Троубридж хлопнула в ладоши и гости
отправились на обед. Кэм появился, когда подали суп. На его плече виднелся след мела. Джина отвела взгляд, ибо ее
совершенно не интересовало, что муж немедленно устремился к Эсме, как пчела к розе.
- Себастьян! - с воодушевлением сказала она. - Я хочу несколько часов поработать в библиотеке над письмами. Вы не
присоединитесь ко мне во второй половине дня?
Маркиз наклонил голову:
- Почту за честь.
Потом лорд проводил ее до комнаты и уже откланивался, когда Джина, открыв дверь, буквально остолбенела на пороге.
В спальне царил хаос. Одежда, книги, яркие ленты, которыми Энн перевязывала хозяйке волосы, были разбросаны по
всему полу, дверцы шкафа распахнуты, ящики туалетного столика выдвинуты.
Боннингтон с досадой оглядел погром.
- Кажется, тебя кто-то ограбил. Драгоценности не пропали?
- Нет. Леди Троубридж настояла, чтобы они хранились у нее в сейфе. Энн относит их туда каждый вечер.
- Мудрая предосторожность, - заметил Себастьян. Он прошел через комнату, с отвращением глядя на валявшиеся под
ногами вещи. - Негодяи обшарили твой стол в надежде, что ты здесь что-нибудь оставила. Подумать только, нагло явились
средь бела дня, хотя их вполне могла застать горничная. - Он поднял упавший стакан и поставил его на столик.
Джина медленно вошла в комнату. Ее зеркало было снято и прислонено к стене, белье, сдернутое с кровати, валялось на
полу.
- Меня никогда раньше не грабили, - слегка дрожащим голосом сказала она.
- Тебя и сейчас не ограбили, - успокоил ее Себастьян. - Поскольку здесь нечего было красть, тебе лишь причинили
беспокойство. Ты же не впала в истерику, не так ли? - Джина покачала головой. - Твоя служанка быстро наведет порядок.
Интересно, грабители побывали и в других комнатах? Сейчас мне лучше уйти. - Он направился к двери. - Я бы не хотел,
чтобы меня увидели в твоей спальне.
- Едва ли кому-нибудь придет в голову, что ты сорвал эти простыни в минуту страсти. Успокойся, я пошутила! - Она
бесцельно нагнулась и подняла два корсета. - Очень неприятно. А тебя когда-нибудь грабили?
- Несколько раз. Фактически, когда собирается много гостей, кражи приобретают характер эпидемии. В прошлом году
обыскали мою комнату в Фокс-Мэноре, взяли пару запонок.
- И они тоже все перерыли, включая нижнее белье? Себастьян посмотрел на то, что Джина держала в руке, и быстро
отвел взгляд.
- Они искали твои драгоценности, а их часто прячут в белье, в том числе и нижнем. Я скажу об этом инциденте леди
Троубридж. Думаю, она захочет опросить слуг. - И Себастьян исчез.
Джина огляделась. Бумаги, присланные Биксфидлом, разлетелись по всему полу, возле кровати валялся один шелковый
чулок, другой она так и не смогла найти. В конце концов она села на голый матрас и стала дожидаться горничную. Хотя
Себастьян назвал это лишь причиненным беспокойством, Джина чувствовала себя намного хуже.
- Тысяча чертей!
Герцог стоял в дверном проеме, огромный, разъяренный, изрыгающий проклятия. Джина всхлипнула, глаза наполнились
слезами.
- Они причинили мне беспокойство.
Кэм быстро взглянул на Джину, снова выругался, затем подхватил жену, сел и посадил ее к себе на колени. Слишком
удивленная, чтобы протестовать, Джина опустила голову ему на грудь, слушая нескончаемый поток ругательств.
Наконец Кэм взял себя в руки.
- Они что-нибудь украли?
Джина покачала головой, но протянула руку, в которой еще держала корсеты.
- Взгляни!
- Презренные ублюдки! - рявкнул он.
- Вряд ли я когда-нибудь захочу их надеть. - Подбородок у нее задрожал.
- Ублюдки! Пристрелил бы их за это!
Джина заплакала, и герцог стал гладить жену по руке, успокаивая словно ребенка, а затем протянул ей большой носовой
платок.
В этот момент на пороге возникла леди Троубридж.
- О, дорогая, я просто ненавижу воров, просто ненавижу! - вскричала она. - Все в порядке, моя дорогая?
Понимая, что должна спрыгнуть с колен мужа, но чувствуя, как его руки крепко сжимают ее, Джина не тронулась с места.
- Ее светлость, конечно, расстроена, - ответил Кэм и встал. - Я провожу ее в библиотеку, а тут пусть наведут порядок.
- Отличная идея, - с задумчивым видом произнесла леди Троубридж.
Не сказав больше ни слова, он вышел в коридор, и Джина стала вырываться.
- Отпусти меня, Кэм. Я не желаю упасть!
- Ты не упадешь.
- Я слишком большая, чтобы ты нес меня по лестнице. Немедленно отпусти... то есть, пожалуйста, отпусти меня.
- Нет. Мне нравится держать тебя на руках. - Он слегка сжал объятия.
-Кэм!
- В этом определенно что-то есть. Открываются такие замечательные перспективы. - Он весело подмигнул, а его
руки...
.- Кэм! - Джина была вне себя.
- Так-то лучше. Ты уже не выглядишь как испуганный кролик.
- Я не кролик!
- Ну да, просто красные глаза и все, - кивнул он.
- Пожалуйста, можно я пойду сама? - умоляюще спросила Джина. - Это весьма затруднительно.
- Для кого затруднительно?
Кэм слегка вытянул правую руку и шумно вздохнул. Но когда они дошли до лестничной площадки, он поставил ее на
ноги.
- У меня и правда могут возникнуть затруднения.
- Неужели? Это действительно проблема, - усмехнулась она.
Герцог быстро огляделся. Поскольку здесь их никто не видел, он обнял жену, скользнув руками по ее спине и
восхитительным бедрам.
- С моей стороны это был акт милосердия. Требовалось отвлечь твои мысли. Ты ведь что-то потеряла...
- Что? - нахмурилась Джина.
- У тебя короткая память. Ты уже забыла про корсеты? Я только что представлял, как ты будешь выглядеть, не имея под
платьем ничего, кроме собственной кожи.
- Почему...
Не дослушав окончания фразы, он закрыл ей рот поцелуем.
- А потому, что без корсета ты будешь...
Но Кэм уже не помнил, что хотел сказать, ибо ее теплые губы прижались к его рту, и он сделал то, о чем думал всю ночь,
- он положил руку ей на грудь, и Джина, выгнувшись, тихо вскрикнула.
- А я думал, мне это показалось, - с удовлетворением сказал Кэм. - Значится не ошибся. - Он снова заглушил ее
крик поцелуем, а потом шепнул на ухо: - Ты не способна заниматься любовью вне спальни.
Его уже начало беспокоить, что кто-нибудь может появиться на лестнице, поэтому он слегка оттолкнул ее и дернул за
платье.
- Смотри!
- О чем ты? - удивленно спросила она и вдруг поняла. - Боже мой! Да будет тебе известно, что англичане никогда не
делают... этого.
Кэм засмеялся:
- Охотно верю, что некоторые этого никогда не делают. Или ты подразумеваешь, что они никогда не делают этого вне
дома?
Спустившись с лестницы, Джина обернулась, и герцога вдруг охватило непреодолимое желание растрепать ей волосы.
Она слишком уж герцогиня с этой ее гордой походкой и спокойной манерой говорить.
- Будь я женат на тебе...
- Уже, - вставила она.
- Ты знаешь, что я имею в виду. Если бы я действительно был женат и жил в Гертоне, я бы повел свою жену в лес, где
цветут колокольчики.
Они дошли до коридора, и он неловко одернул сюртук. Нужно прекратить этот разговор, иначе ему грозит общественное
унижение. Посмотрев на Джину, Кэм внезапно решил повести ее на прогулку. Она сдвинула брови, словно обдумывала
какую-то сложную проблему.
- Ты помнишь тот лес с колокольчиками? - прошептал он ей на ухо.
- Конечно, помню, - отрезала Джина. - Ты оставил меня там среди ночи, как я могу забыть?
- А вот я забыл, - усмехнулся Кэм. - Мы со Стивеном убежали, да?
- Сначала ты сказал мне, что в лесу живут упыри, - возмущением напомнила она.
- Ты слишком преуспела тогда в рыбной ловле, и мы решили поставить тебя на место. А кроме того, мы вернулись за
тобой через пять минут, разве не так?
Фыркнув, Джина открыла дверь гостиной и была встречена неравномерным гулом, словно там летал целый рой пчел.
Наверняка все уже знали, какому оскорблению подверглась герцогиня. Кэм поклонился и шагнул назад, сейчас мужское
общение конюшен показалось ему намного более привлекательным.
Чем-то жена сводила его с ума, и он мрачно засмеялся. У него слишком долго не было женщины, вот и все. А поскольку
Джина - единственная женщина, с которой он не мог спать, чтобы не повредить их разводу, то, естественно, искушение
доводило его до безумия.
Это все объясняло.
Кэм направился к конюшням.
Посреди ночи он вдруг понял, что важным пунктом их развода является невинность. Прошли долгие-долгие годы от
невинности до ее потери. И если жена захотела поэкспериментировать с ним, до того как прыгнуть в постель к своему
чванливому маркизу, то кто он такой, чтобы жаловаться?
Кэм шел к двери конюшен, обдумывая несколько вопросов, которые собирался задать леди Троубридж.
К примеру, нет ли в ее поместье леса с колокольчиками?
Рыбацкие споры на берегу реки
Невил оказался слишком придирчивым, и Карола даже пожалела, что не согласилась на предложение Эсмы и не выбрала
для флирта Берни. Они еще не спустились к реке, потому что Невил все время поправлял ее одежду и давал наставления, как
нужно флиртовать.
- Невил! - раздраженно воскликнула она. - Уверяю тебя, что Таппи не обратит внимания на мою одежду, появись я
хоть в мешковине.
- Ты себя недооцениваешь, - заявил молодой человек, в последний раз критически оглядев туалет спутницы. - Нет, он
совершенно не к месту. - И Невил убрал шарф, с которым до этого полчаса возилась ее горничная.
- Без шарфа декольте выглядит слишком вызывающе. Я не могу в нем показаться!
- Конечно, можешь. Вот теперь именно то, что нужно, - с удовлетворением констатировал он.
Карола в ужасе посмотрела на свою грудь.
- Он и так уже думает, что я толстая, Невил! Я должна замаскировать всю эту плоть, разве тебе непонятно? Иначе он
решит, что я увеличилась как минимум на два размера!
- Когда ты вышла замуж за беднягу?
- Четыре года назад. А что?
- Полагаю, за это время твоя грудь должна была увеличиться. И она, несомненно, увеличилась с тех пор, как я с тобой
познакомился, с милой, еще не оформившейся девушкой.
- Размер моей одежды закрытая информация, - нахмурилась Карола.
- Даже если я пообещаю не жаждать твоей большой и соблазнительной груди? Хотя я не позволяю себе этого, однако
вполне допускаю, что этого желает твой несчастный, ослепленный страстью муж.
- Ослепленный страстью? Маловероятно!
- Ослепленный, - повторил Невил. - Я заметил, как он смотрел на тебя, когда ты дала ему пощечину. Он имел столь
же унылый вид, как одна из тех рыб, которых он так любит, Если у меня и была надежда заполучить тебя, в тот момент я от
нее отказался.
Карола взяла его под руку и улыбнулась.
- О, Невил, ты лучший друг, какого может иметь женщина.
- Не улыбайся так, иначе я передумаю отдавать тебя бедняге Таппи.
Они уже подходили к реке, и он замолчал, но Карола тянула его вперед.
- Вот он. Я узнаю его спину!
- Минутку, Карола.
- Тебе надо думать обо мне.
- Я думаю.
- Нет, в самом деле обо мне. - Он приподнял ей подбородок, но Карола стояла, невинно моргая карими глазами. -
Будь я проклят, если не завидую Таппи, этому торговцу рыбой, - пробормотал Невил.
И он припал к ее розовым губам, не обращая внимания на то, что она яростно молотит кулачками по его груди.
- Вот так, - наконец сказал он.
Щеки девушки покраснели, она выглядела крайне возбужденной, но, увы, от злости, а не от желания.
- Ты! Ты! - прошипела Карола. - Ты не должен вести себя так возмутительно, Невил Чарлтон!
- В следующий раз, если кто-нибудь схватит тебя, бей его ногой прямо по щиколотке, - посоветовал он, поворачиваясь
спиной к реке. - А теперь запомни: ты должна смотреть на меня. Не на торговца рыбой.
- Он не торговец рыбой! - ответила Карола, еще больше покраснев.
- Добрый день, - поздоровался Невил.
Рядом с Таппи сидели два престарелых джентльмена, принимая наживку от слуги. Оба при появлении парочки встали.
Карола старалась не смотреть на мужа, но все же заметила, что единственный свободный стул был рядом с ним. Она
собралась занять его, однако Невил опередил ее. Он сел и дерзко улыбнулся.
- Я посажу вас к себе на колени, миледи, - с явным вожделением сказал он.
Карола изумленно раскрыла глаза, поскольку никогда в жизни еще не садилась на колени к мужчине, но он выжидающе
протянул ей руки. Два старика вернулись к беседе о рыбной ловле и не обращали на них внимания. Карола с величайшей
осторожностью присела на его колено.
Слуга подал им удочку.
Невил устроил целое представление, обхватив руками и показывая, что надо делать.
- Расслабься, маленькая дурочка! - тихо сказал он.
- Я расслабилась, - возмущенно прошептала Карола. Невил положил ладонь ей на руку, демонстрируя правильный
обхват удилища.
- Я послал слугу за стулом, - раздался справа от нее суровый голос.
Карола наконец взглянула на мужа, и презрение в его глазах заставило ее окаменеть. "Наверное, Таппи считает, что я
слишком толстая, чтобы сидеть у мужчины на коленях, - с ужасом подумала она. - Возможно, он послал за стулом, чтобы
освободить Невила от моего веса".
Забыв обо всем, Карола нежно хихикнула и взглянула на своего учителя.
- Мне тут очень удобно, сэр. Вас это не смущает? "До чего же у Невила плотоядный взгляд, - подумала она. - Просто
удивительно, как его обычно добродушное лицо моментально обрело такое непристойное выражение". Он снова положил
ладонь на ее руку.
- Я не смог бы мечтать о чем-то более восхитительном! - задушевно произнес Невил.
Лишь когда он ткнул ее в бок, Карола вспомнила, что должна сказать в ответ. Она бросила на мужа взгляд из-под
опущенных ресниц. Таппи, определенно слышавший заявление Невила, мрачно смотрел на свою удочку.
- Я никогда бы не смогла лишить вас подобного удовольствия, - ответила Карола, в последний момент вспомнив, что
надо многозначительно улыбнуться партнеру.
- Отлично, - шепнул тот и с демонстративным восхищением посмотрел на ее грудь.
"Да, грудь у нее роскошная, черт бы ее побрал! Но чего не сделаешь во имя дружбы".
- Прижмись ко мне, - прошептал он и украдкой взглянул на мужа Каролы.
Судя по всему, Таппи готовился устроить побоище, и он, Невил, конечно, будет первым, кто падет от его руки. Именно в
этот момент оба пожилых джентльмена встали и направились к дому.
Невил слегка дернул леску, чтобы крючок показался из воды, а потом резким движением снова забросил удочку.
- Черт возьми! Речная вода попала мне на брюки. Я должен немедленно переодеться! Ничто не оставляет таких мерзких
пятен, как речная вода.
- Речная вода? - с удивлением спросила Карола. - Я ничего не вижу.
Она наклонилась вперед, чтобы посмотреть на его лимонно-желтые панталоны, давая Таппи возможность заглянуть в ее
декольте. Невил усмехнулся. После того как он взялся за решение маленькой проблемы Каролы, ему придется исключить
себя из числа ее потенциальных женихов.
- Уверяю вас, я чувствую холод речной воды. И естественно, не могу допустить, чтобы меня увидели в грязной одежде.
- Невил поднялся, нежно усадил Каролу на свое место, передал ей удочку и одарил партнершу самым плотоядным
взглядом. - Я мигом вернусь и провожу вас домой. Наверняка эта прогулка была в высшей степени утомительной, и вам
требуется отдых, леди Перуинкл.
Не дожидаясь ответа, молодой человек энергично зашагал к дому. Раз ему не суждено обладать этой восхитительной
грудью, можно утешиться теплой лепешкой. А лучше тремя или четырьмя. Пусть влюбленные часок посмотрят с глупым
видом друг на друга.
Тем временем Карола глядела на реку, а не в сторону мужа, пытаясь дышать неглубоко, чтобы ее грудь не выглядела
более полной, чем есть на самом деле.
Когда сбоку послышалось нечто похожее на рычание, она наконец повернулась к Таппи:
- Вы что-то сказали, милорд?
- Вы еще моя жена, хотя, видимо, забыли этот факт.
- Я осознаю свой замужний статус, - ответила Карола, стараясь не привлекать его внимание к декольте.
- Тогда почему ты ведешь себя как проститутка? Карола тут же забыла о своей груди.
- Я не проститутка!
- Но ведешь себя именно так. "Я никогда бы не смогла лишить вас подобного удовольствия". - Таппи презрительно
фыркнул.
"Кажется, план Эсмы дает результаты", - подумала Карола и бросила невинный взгляд на мужа.
- О, просто я не могла отказать Невилу. Последний год он был моим ближайшим другом.
- Сам вижу, - процедил сквозь зубы Таппи, уставившись на свою удочку.
Пора было сменить тему.
- Используете приманку? - спросила она, поводя леской и надеясь на клев. Будет замечательно, если она поймает рыбу
под носом у Таппи.
- Блесну, - сказал он.
- Из кроличьего хвоста?
- Дерево, - с непроницаемым видом ответил ее муж. Карола чуть не взвыла от его безразличия, но решила не сдаваться.
- Я лично предпочитаю из кроличьего хвоста. Финклер утверждает, что такие приманки особенно хороши для сельских
рек.
- Финклер идиот.
Оба замолчали, слышалось только пение зимородка на противоположном берегу.
- И что же вам известно о Финклере? - наконец спросил он.
- Случайно его услышала, - беззаботно сообщила Карола, хотя специально отправилась на лекцию, надеясь увидеть
Таппи. - И потом я читала его книгу. Она довольно интересная, за исключением тех мест, где Финклер говорит о
разделывании несчастной рыбы. - Ее передернуло. - Это было отвратительно.
- С каких пор вы заинтересовались рыбной ловлей? Карола начала терять смелость. Но что хуже: навсегда потерять
мужа или унизить себя признанием? Прошлым вечером она тайком пробралась в библиотеку леди Троубридж и вернулась к
себе даже не с одной, а с двумя книгами по рыбной ловле. Она предпочла солгать.
- Меня обучил Невил. Благодаря ему рыбная ловля стала моим любимым развлечением. Он искусный рыбак, вы сами
могли убедиться в его блестящем мастерстве.
- О да, - холодно произнес Таппи. - Мы, рыбаки, всегда очень беспокоимся насчет пятен от речной воды. Даже не
могу сосчитать, сколько я испортил желтых панталон.
- Невил прекрасный рыбак, он сам вырезает себе блесну.
- Я тоже! Это делает каждый умелый рыбак.
- Он не только умелый рыбак. Посмотрите, с каким мастерством он владеет удочкой! - Об этом Карола услышала на
лекции Финклера.
Однако Таппи не воспринял ее слова за веское доказательство. Лицо у него стало еще более суровым.
- Надеюсь, вы знаете, о чем говорите, мадам, - холодно сказал он.
- Конечно, знаю! - Да как он смеет подвергать сомнению ее познания в рыбной ловле после того, как она прочла все
эти книги? - Невил во много раз искуснее обращается с удочкой, чем вы, лорд Перуинкл!
- Я и не предполагал, что вы нас сравниваете. - Он бросил удочку на землю и поднялся.
Карола тоже встала.
- Почему, Таппи...
- О, теперь я уже Таппи? А что случилось с лордом Перуинклом? - Он шагнул к ней. - И почему же вы не сказали
мне, что я участвую в соревновании по рыбной ловле?
- Это не соревнование.
- Ловля форели в частном пруду, - резко ответил Таппи. - И пруд, о котором идет речь, похоже, вы, мадам. - Его
взгляд был прикован к ее груди.
Карола посмотрела вниз. Боже, она совсем забыла, как надо дышать, и сверху ее грудь выглядела до безобразия полной.
- Хочу надеяться, что она все еще принадлежит мне. - Голос у Таппи слегка дрожал.
Потом он вдруг притянул Каролу к себе, и когда ее грудь прижалась к его, она почувствовала секундное унижение. Но
когда Таппи поцеловал ее, она растаяла, обняла его за шею и вообще повела себя так, будто ее любимое развлечение именно
поцелуи, а не рыбная ловля.
Он с непроницаемым видом отстранил жену, и его взгляд задержался на ее вздымавшейся груди. Карола чуть не умерла
от стыда. Если бы она надела шарф, он бы сейчас не дум
...Закладка в соц.сетях
