Жанр: Любовные романы
Пусть не кончается любовь
...тил Бэмби, решительно маршировавшую
к двери Кэтлин в своих нелепых белых ковбойских сапожках.
— Кэтлин! — Дэйн шагнул к ее столику, взял Кэтлин за руку и
повернулся к ее собеседникам: — Извините нас, парни, — на пару минут.
Мне нужно поговорить с Кэтлин наедине.
Кэтлин последовала за ним к двери.
— В чем дело, Дэйн? Что-то неладно?
— Можно сказать и так. Пойдем, нам надо кое-что прояснить. Я собирался
провести этот разговор в кабинете, но там Джибби звонит по телефону. Так что
выбирай: у тебя или у меня.
— Лучше у меня. Мне как раз нужно захватить книжку для Мэри-Эллен.
Они прошли по коридору и свернули к ее комнате. Дэйн чувствовал себя
отвратительно. Вчера он разбудил Кэтлин среди ночи из-за случившихся
неприятностей, а теперь собирается корить за то, в чем, в сущности, не было
никакой ее вины.
Криво усмехнувшись, Дэйн опустился на край постели Кэтлин и терпеливо ждал,
пока она отыщет книжку для гостьи. Когда не так давно фантазия рисовала ему
их свидание в ее спальне, картина была совершенно иной.
— Я просто не знаю, как еще я должна была вести себя с ним. —
Кэтлин в растерянности уставилась на Дэйна. — Ты же знаешь, что я вовсе
не стремилась увлечь мистера Кеннеди.
— Я знаю, что ты ничего не делала намеренно, но... ну... просто, будучи
самой собой, ты наводишь мужчин на подобные мысли.
— Ты хочешь, чтобы я перестала быть собой?! — Кэтлин яростно
сверкнула глазами, но всерьез рассердиться не смогла. Все было слишком
нелепо.
— Нет, разумеется, не хочу. Я понимаю, что это невозможно. Я всего лишь
хочу, чтобы ты перестала быть такой чертовски привлекательной.
— Так. — Кэтлин уселась рядом с ним на кровать, с трудом сдерживая
желание подвинуться поближе. — И каким же образом я должна это сделать?
— Не знаю. Поэтому нам и нужно поговорить. Ты выглядишь такой
сексуальной, что у мужчин возникают мысли... не важно, женаты эти мужчины
или нет. Они просто не могут устоять. Это... понимаешь... ну просто
безусловный рефлекс.
— Безусловный рефлекс? Чушь собачья!
— Ты знаешь, что я имею в виду. — Дэйн покраснел, и Кэтлин
фыркнула, но тут же стала серьезной: до нее дошло, что именно он пытается ей
объяснить. — Значит, мужчины ничего не могут с собой поделать? Даже ты,
Дэйн?
— Я... ну, я... я говорю не о себе. То есть не совсем. Я хочу сказать,
что ты очень привлекательная женщина, и с этим нам следует что-то сделать.
Кэтлин не смогла сдержать улыбки. Дэйн выглядел очень смущенным. А ей так
хотелось прижаться к нему и проверить его слова на деле. Он, по сути,
признался в том, что его тоже влечет к ней. А уж ее, безусловно, влекло к
нему.
— Так ты хочешь, чтобы я постаралась выглядеть безобразной?
— Угу. Вот именно. Мы потерпим убытки, если жены начнут считать тебя
соперницей.
— Но я же им не соперница! — с досадой воскликнула Кэтлин. —
По-моему, Дэйн, ты делаешь из мухи слона. Я уверена, нормальные жены знают,
что я вовсе не стараюсь с ними соперничать.
— Знают? А как насчет Бэмби Кеннеди? Если бы я не выдумал этой истории
про твою боязнь молний и грома, она потребовала бы деньги назад и утащила
мужа на ближайшем самолете домой.
— Ты утверждаешь, что неправильные представления Бэмби Кеннеди — моя
вина? — возмутилась Кэтлин.
— Нет. Я просто считаю, что мы должны позаботиться, чтобы подобного не
случалось впредь. Нам совершенно не нужно, чтобы какая-нибудь жена,
вернувшись домой, рассказывала своим друзьям, что на ранчо
Дабл-Би
появилась новая хозяйка, потрясающая красотка-разведенка!
Кэтлин крепко сжала губы, чтобы не сорваться и не накричать на Дэйна. Но по
крайней мере он назвал ее потрясающей красоткой. Она глубоко вздохнула,
чтобы успокоиться, и вежливо поинтересовалась:
— Чего же ты от меня хочешь? Что я, по-твоему, должна сделать?
— Не знаю. Но ты сама должна что-то придумать, чтобы не быть такой
привлекательной. Я наблюдал за мужчинами. У них глаза лезут на лоб каждый
раз, когда ты проходишь мимо. Может, тебе надо подумать об одежде? Носить
что-то менее броское.
— Что? Я уж и так надеваю самые затрапезные и унылые вещи.
— Может, тебе стоит изменить походку, сделать ее больше похожей на
мужскую? — Склонив голову набок, Дэйн пристально вглядывался в
нее. — Старайся шагать, не виляя бедрами.
Кэтлин почувствовала, что в ней закипает бешенство. Этот человек советует
ей, как она должна держаться при ходьбе!
— Что-нибудь еще?
— Не знаю. Может, сама придумаешь, как тебе стать менее
привлекательной?
Кэтлин кивнула и дала волю сарказму:
— Могу предложить несколько способов. Если я побрею себе голову и
надену старушечьи очки, как, по-твоему, это поможет?
— Побреешь голову?! — Дэйн потрясение уставился на нее... и с
облегчением вздохнул: — Ты шутишь! Не надо, Кэтлин. Ситуация вовсе не
смешная. Мне не хотелось поднимать этот вопрос, но я ума не приложу, как мне
успевать присматривать за тобой и одновременно выполнять свою работу. Я
предвижу кучу неприятностей... и просто не знаю, как их избежать.
У него был несчастный вид, и Кэтлин почувствовала, что ее глаза наполняются
слезами. Она отвернулась, вцепившись пальцами в покрывало.
— Ты меня ненавидишь, потому что у тебя из-за меня одни проблемы?
— Ненавижу тебя? — изумился Дэйн. — Откуда у тебя эта
безумная мысль?
— Тебе не нравится, как я выгляжу, ты критикуешь все во мне... даже
то... как я хожу. Я знаю, что я горожанка, новичок... или как там ты это
называешь... что я не подхожу к здешней обстановке, к ранчо... но я
надеялась...
Голос Кэтлин становился все тише и наконец совсем замолк, жгучие слезы
покатились по щекам. Она чувствовала себя потерянной, ей казалось, что она
лишилась единственного друга, и вынести этого Кэтлин не могла. И вдруг она
ощутила, что Дэйн потянулся к ней, и, еще не успев понять происходящего, она
оказалась притянутой к его сильному телу и зарыдала, уткнувшись ему в грудь.
— Ну, Кэтлин, перестань. Я не хотел тебя огорчать. Наверное, я слишком
долго общался только с мужчинами и совсем забыл, как положено разговаривать
с красивой женщиной.
— Значит ты... не ненавидишь меня? — Она посмотрела на него и
прочла в его взгляде такое откровенное желание, такую тоску, что
затрепетала.
— Нет. Я вовсе не ненавижу тебя. Я просто не смог бы тебя ненавидеть.
Наступила долгая пауза, длившаяся, казалось, вечность. Кэтлин почувствовала
безотчетную радость. Губы ее приоткрылись, и голова Дэйна склонилось к ней,
словно притянутая неведомой силой. Его рот приник к ее рту, и сладостное
блаженство затопило ее, подхватило, закружило... Она почувствовала, что
млеет, млеет... почти теряя сознание.
— Красавица Кэтлин, — простонал Дэйн. Их поцелуй разгорался,
набирал силу, обжигая огненной вспышкой страсти. Руки Кэтлин сами собой
поднялись и обвились вокруг его шеи. Сомкнулись, не в силах разомкнуться.
Она прильнула к нему всем телом и словно сплавилась с Дэйном губами, языком.
Они содрогались от неутоленной нужды друг в друге... А затем Дэйн вдруг
разомкнул объятия, решительно отстранил ее от себя и вздохнул. — Мне
очень жаль, Кэтлин. Этого не должно было произойти. Никогда. Это моя вина, и
больше такого не повторится.
Кэтлин втянула в себя воздух и выдохнула с болезненным стоном. Ей хотелось
крикнуть ему в лицо, чтобы он не был идиотом, что она жаждет, чтобы он снова
ее целовал. Ей хотелось от него большего, чем просто поцелуй. Однако в его
глазах отражалась мучительная борьба. Кэтлин встретилась с ним взглядом и не
осмелилась ничего сказать.
— Что ж... — Она воспользовалась проверенным способом разрядки
напряженности драматичной ситуации. — Полагаю, ты прав.
— Я прав?
Дэйн смотрел на нее так, будто она лишилась рассудка, и Кэтлин усмехнулась:
— Наверное, я и вправду вела себя провокационно.
— Поверь, так оно и было! — Дэйн воздел к небу руки в притворной
беспомощности, и Кэтлин поняла, что он благодарен ей за то, что она не
превратила их поцелуй в нечто очень серьезное. Более серьезное, чем взаимное
сексуальное притяжение двух взрослых людей. — Я вовсе не собирался тебя
целовать.
— Уверена, что не собирался. Просто так получилось, и нам повезло, что
это был ты, а не какой-нибудь гость. Что же мы будем со мной делать, Дэйн? Я
не хочу причинять ущерб деловым интересам
Дабл-Би
. И, уж конечно, не хочу
повторения схватки с Алленом Кеннеди.
— Тебе не надо выглядеть такой соблазнительной и аппетитной. —
Дэйн весело ухмыльнулся. — Сможешь найти какую-нибудь совсем
бесформенную и мешковатую одежду?
Кэтлин покачала головой:
— У меня ничего такого нет. Мешковатое и бесформенное не входит в
гардероб эффектной деловой женщины Бостона. Если не веришь, загляни в мой
шкаф и убедись.
— Давай попробуем. — Он встал и протянул ей руку. —
Просмотрим всю твою одежду, не найдется ли там чего-нибудь более закрытого,
чтобы ребятам не на что было толком и посмотреть.
Пять минут спустя Дэйн вынужден был признать, что поиски подобного наряда в
шкафу Кэтлин оказались бесплодными. Каждая вещь в ее гардеробе была дорогой,
модной, подобранной с прекрасным вкусом. Было очевидно, что Кэтлин выбирала
одежду, чтобы выгодно подчеркивать фигуру, а не скрывать ее.
— Мне жаль, Дэйн. Но у меня нет ничего слишком свободного и
мешковатого.
Она обернулась к нему, озабоченно хмуря брови, и Дэйну потребовалось
призвать на помощь всю свою волю, чтобы не схватить ее вновь в объятия и не
поцеловать. Видимая уголком глаза постель провоцировала. Дэйн живо
представил себе, как стаскивает с Кэтлин одежду, берет ее на руки и опускает
на мягкие шелковые и атласные платья, разбросанные по покрывалу, а потом...
— В чем дело? — Ее вопрос отвлек Дэйна от эротической сцены,
разыгравшейся в его голове.
— Ничего. Я пытаюсь найти какое-то решение. — Дэйн заставил себя
встретиться взглядом с ее зелеными глазами и понадеялся, что она не прочтет
мысли, вертевшиеся в его мозгу. — Полагаю, что ты сможешь заказать кое-
какую рабочую одежду по каталогу, правда, доставка займет не меньше двух
недель.
— Может быть, я смогу одолжить у кого-нибудь из ребят пару джинсов?
— Нет. — Дэйн с ходу отмел ее предложение. — Нед Баском —
самый мелкий из всех, но даже и его джинсы с тебя свалятся.
— Полагаю, это лишь усугубит положение, — проказливо пробормотала
Кэтлин.
— Вот именно. — Дэйн не мог не оценить ее чувства юмора. Она так
умно отнеслась к этой неловкой ситуации и не стала упоминать об их страстном
поцелуе... — Жаль, что тебе не подходит одежда Беллы. Это было бы как
раз то, что нужно.
Кэтлин задумчиво посмотрела на него:
— А что случилось с одеждой тети Беллы?
— Она все еще здесь. Хочешь посмотреть?
— Разумеется, хочу! — воскликнула она. — Какой размер был у
тети Беллы?
— Ну-у... она была примерно твоего роста, может на дюйм пониже. Но
весила она больше, чем ты, пожалуй, фунтов на тридцать.
— А какого рода одежду она носила?
Дэйн попытался вспомнить. Последние два месяца жизни Белла почти не вставала
с постели, и он привык видеть ее во фланелевых ночных рубашках и халатах.
Однако говорить об этом Кэтлин Дэйн не хотел. Она может почувствовать себя
виноватой.
— Она носила синие джинсы и ситцевые блузки. У нее их было множество.
Она вообще любила джинсовку, так что у нее были еще джинсовые платья и
блузы. Зимой она носила свитера и фланелевые вещи, и у нее не было одежды,
которую нельзя было бы стирать. Помню, она вечно предупреждала Иду и
Мэрилин, чтобы они стирали ее вещи в прохладной воде, иначе те сядут.
— Значит, они садятся? — Кэтлин воодушевилась. — Что, если я
постираю некоторые вещи тети Беллы в горячей воде? Может быть, они сядут
настолько, что подойдут мне?
— Что ж, этого мы не узнаем, пока не попробуем, — ответил Дэйн,
заражаясь ее энтузиазмом. — После смерти Беллы я все ее вещи запаковал
и отнес на чердак.
— Ты это сделал? — удивилась Кэтлин. — Но почему?
— Потому что я не хотел, чтобы ты приехала сюда и нашла все ее вещи в
шкафу, словно она вышла на минутку и скоро вернется. Я подумал, что тебе от
этого станет грустно.
— Это было... — Она заморгала, стряхивая с ресниц внезапно
набежавшие слезы. — Это было очень чутко с твоей стороны. Спасибо,
Дэйн.
Ее благодарность тронула его. Он понял, что еще до ее приезда хотел
заботиться о ней просто потому, что она была племянницей Беллы. Он и теперь
хотел проявлять эту заботу, но уже по другой причине, о которой сейчас
запретил себе думать.
— Я пойду позову одного из парней, и мы принесем к тебе эти ящики с
чердака.
— Но я могу подняться на чердак с тобой и там просмотреть эти вещи. Это
легче, чем все стаскивать вниз.
— Нет. — Дэйн подвел ее к постели и усадил. — Чердак
недоделан, там нет полов. Только потолок и несколько неприбитых досок вместо
пола. Ты можешь оступиться и провалиться в комнаты. Кроме того, нам придется
воспользоваться фонариками. На чердаке нет электричества. Подожди здесь, где
ты в безопасности, а мы принесем тебе эти ящики.
Похоже, Кэтлин хотела возразить, но потом сдержалась:
— Ладно.
Дэйн вздохнул с облегчением и вышел из комнаты. Он сказал ей правду. На
чердаке действительно не было полов... и света тоже. Но настоящая причина,
почему Дэйн не хотел, чтобы Кэтлин туда поднималась, заключалась не в этом.
Когда он нанялся на работу к Белле, она разрешила ему сложить все его лишние
вещи на чердаке. Там стояли ящики книг из его кабинета, лежали семейные
альбомы с фотографиями Бет, и даже пылилась коллекция мягких игрушек,
которую Бет собирала и держала в их спальне.
Если Кэтлин увидит эти неподъемные ящики, она начнет задавать вопросы,
отвечать на которые ему будет мучительно. Нет, для них обоих будет лучше,
если Кэтлин Брэдфорд ничего не узнает о его прошлой жизни и о женщине,
которую он любил.
Глава 14
— Вы хотите, чтобы я постирала эти вещи в горячей воде? —
удивленно переспросила Кэтлин Ида Биллингс, пожилая женщина, отвечавшая на
ранчо за стирку. — Но ваша тетя все время повторяла, что тогда они
сядут и чтобы я помнила об этом.
— Знаю. — Кэтлин похлопала рукой одну из простых ситцевых блузок
тети Беллы. — Но тетя Белла была гораздо крупнее меня. Я хотела бы
надеть некоторые ее вещи, но они мне не подойдут, если не сядут.
— Значит, в горячей воде? — рассмеялась младшая сестра Иды,
Мэрилин. — Но это риск. Правда, Ида? Белла может вернуться с того света
и задать нам перца. Она всегда так дрожала над своей одеждой.
Кэтлин внимательно посмотрела на этих крупных ширококостных женщин и
заметила лукавые искорки в их глазах.
— Нет. Я могу гарантировать, что вам она являться по ночам не будет.
Скорее, она примется за меня, ведь это я велела вам так поступить.
— Она, пожалуй, права. — Ида посмотрела на Мэрилин. — По-
видимому, нам ничего не грозит.
Мэрилин повернулась к Кэтлин:
— Ладно, не беспокойтесь. Мы это сделаем. Но почему вы захотели носить
тетины вещи?
— У меня нет ничего другого. — Кэтлин решила быть совершенно
откровенной. — Всю свою одежду я привезла из Бостона и здесь эти наряды
носить не могу: они слишком вычурные для здешней жизни... К тому же я... ну,
словом, я больше не хочу выглядеть, как раньше. Но ничего подходящего для
ранчо у меня нет. Даже джинсы и те не такие, как носят здесь. А мне нравится
жизнь на ранчо, и я хочу вписаться в нее, как это смогла сделать тетя Белла.
Ида погладила Кэтлин по руке.
— Я видела красивое платье, которое вы отдали Лайзе Торнтон. Это так
здорово с вашей стороны! Но, конечно, здесь, на ранчо, его надевать некуда.
Остальные ваши наряды такие же?
— Да, — кивнула Кэтлин. — Все мои вещи подходят для
официальных обедов и шикарных приемов. Еще у меня есть несколько деловых
костюмов, которые носят женщины — служащие высокого ранга... Но на ранчо им
делать нечего. Кроме того, все эти вещи требуют сухой чистки.
Мэрилин озадаченно наморщила лоб.
— Но у вас же есть джинсы. Мы их стирали.
— Модные, дизайнерские джинсы, — уточнила Кэтлин. — Они
слишком облегающие и... они... ну, как бы это сказать... они
слишком... — Кэтлин замолчала и глубоко вздохнула. — Вы, наверное,
видели меня в них. Что скажете?
— Слишком сексуальные, — мгновенно откликнулась Ида.
— Вот именно. А это создает проблемы. — Кэтлин смущенно
покраснела, сознавая, что хочет заслужить одобрение этих приветливых
женщин. — Я не хочу выглядеть сексуальной. Я хочу выглядеть работником
ранчо. Вот я и подумала, что если надену что-то из вещей тети Беллы, то...
не буду так бросаться в глаза...
— Ты права, дорогуша, — объявила Мэрилин. — Умница, что это
придумала. Мы их ошпарим, они сядут и будут как раз на тебя.
— Только не слишком их уменьшайте, — предостерегла их
Кэтлин. — Я не хочу носить... ну...
— Понимаю, — поспешно прервала ее Ида. — Ты не хочешь, чтобы
они обрисовывали твою фигуру.
— Совершенно верно, — облегченно вздохнула Кэтлин. — Спасибо
за чуткость.
Ида посмотрела на груду джинсовых рубашек, брюк и ситцевых блузок,
принесенных Кэтлин.
— У Беллы были всегда такие чудесные вещи. Она так щегольски выглядела,
когда приоденется. Конечно, это случалось не так часто... Где уж тут, на
ранчо... Да и причин не было.
— Только когда приезжал Джереми, — улыбнулась Мэрилин. —
Белла всегда наряжалась к его приезду.
— Джереми? Вы говорите об отце Джерри Кэмпбелла? — Кэтлин широко
открыла глаза, на лету схватив намек Мэрилин.
— Угу, — кивнула Ида. — Мы всегда знали, когда он приедет,
потому что Белла душилась такими приятными духами, которые он подарил ей на
Рождество. По-настоящему дорогими... французскими. Она говорила, что они
называются
Шанель № 5
.
Кэтлин усмехнулась. Если Джереми Кэмпбелл подарил тете Белле флакон
Шанель
№ 5
, значит, он был настроен очень серьезно.
— Оказывается, у тети Беллы был ухажер?
— Угу, — подтвердила Мэрилин. — Жаль, что ты уже не сможешь
увидеть их на танцах. Они всегда так веселились.
— Мы все надеялись, что они поженятся, но этого так и не
случилось, — грустно заметила Ида. — Может быть, это и произошло
бы, если б жена Джереми умерла пораньше.
— Его жена? — растерянно заморгала Кэтлин. Она не была толком
знакома с тетей Беллой, но образ разрушительницы семейного очага никак не
вязался со всем тем, что она успела о ней узнать. — Джереми Кэмпбелл
ухаживал за тетей Беллой, будучи женатым?
Мэрилин энергично покачала головой:
— Нет. Конечно, он этого не делал. Ты, Ида, лучше объясни все миссис
Брэдфорд, а то она невесть что подумает.
— Жена Джереми, Сара, была лучшей подругой Беллы. Когда Сара заболела,
Белла стала за ней ухаживать. Больше некому было это делать. Дети у
Кэмпбеллов выросли и уехали отсюда, а молодой Джерри учился на юриста где-то
далеко.
— А как насчет мистера Кэмпбелла? Разве он не мог позаботиться о жене?
— Одному ему было трудно. Кто-то должен был присматривать за ней днем,
когда Джереми работал у себя в конторе. Это была непростая проблема, но они
втроем договорились. Кончилось тем, что Белла собрала Сару и перевезла сюда.
— Сара оставила мужа? — удивилась Кэтлин.
— Нет, конечно. Джереми тоже переехал сюда, — продолжила рассказ
Мэрилин. — Это была идея Дэйна. Он переселился в общежитие к ребятам, а
Джереми и Сара устроились в его комнатах. Все получилось лучше некуда.
— Вы сказали, что это была идея Дэйна?
— Угу, — подтвердила Ида. — Он помогал ухаживать за Сарой,
давал ей лекарства, лечил, когда старый док Хенли не мог сюда добраться.
Если бы не Белла и Дэйн, Саре пришлось бы торчать в больнице в Ларами.
Кэтлин понимающе кивнула. Дэйн говорил ей, что жители Литтл-Форка заботятся
о своих.
— А чем болела Сара Кэмпбелл?
— Точно не знаю, — пожала плечами Мэрилин. — Какой-то
болезнью мышц. Она становилась все слабее и слабее, пока совсем не перестала
двигаться. Жила в инвалидной коляске.
— Белла была просто золото, — вернулась к своему рассказу
Ида. — Она построила у дома сход, чтобы Сара могла съехать вниз и
поучаствовать в барбекю или посмотреть на субботние танцы. Сара до самого
конца сохраняла остроту ума и была бесконечно благодарна Белле за заботу.
Она как-то сказала мне, что хотела бы, чтобы, когда она умрет, Джереми
женился на Белле. Но этого так и не произошло.
— Вы думаете, Джереми хотел жениться на тете Белле?
— Наверняка, — мгновенно отозвалась Мэрилин. — Джереми был
очень благодарен Белле. Она была ему опорой.
— Опорой?
— Она поддерживала его все это время, — объяснила Ида. —
После смерти Сары она предложила ему остаться на ранчо, пока он не придет в
себя. Только после этого он вернулся в свой городской дом. Вот тогда-то мы и
подумали, что между ними что-то произойдет, потому что Джереми продолжал
приезжать сюда раза два в неделю и было очевидно, что он любит Беллу. Но тут
молодой Джерри окончил юридическую школу, вернулся домой и поселился с
отцом.
— Вы считаете, что возвращение Джерри помешало его отцу жениться на
тете Белле?
— Отчасти. — Мэрилин помолчала. — Конечно, может быть, я не
права, но, по-моему, главным препятствием стала дружба Беллы с Сарой. Даже
после ее смерти. Такие чувства не умирают. Если вы по-настоящему кого-то
любили, это сохраняется до конца вашей жизни.
— Полагаю, что так оно и есть. — Слова Мэрилин странно встревожили
Кэтлин. Она раньше думала, что любит Спенсера, но теперь прежних чувств к
нему не испытывала. У нее вообще не осталось к нему никаких чувств: ни
плохих, ни хороших. Означало ли это, что ее любовь не была настоящей?
— Ладно, беги, дорогуша, у тебя много дел. Мы тебе все
постираем. — Ида похлопала ее по спине. — Мы с тобой тут
заговорились, пора возвращаться к работе.
Дэйн круто развернулся и торопливо пошел в обратную сторону. Мысли его были
заняты подслушанными словами Мэрилин. Она была права: настоящие чувства
никогда не умирают. Он все еще любил Бет, даже спустя пять лет после ее
смерти. Дэйн разыскивал Кэтлин, чтобы, как они договаривались, вместе
поработать над бухгалтерскими книгами. Но в эту минуту ему не хотелось ее
видеть. Замечание Мэрилин пробудило воспоминания о жизни с Бет и старые
сомнения, которые не переставали его мучить до сих пор.
Так что, вместо того чтобы пойти в контору, он вышел из дома и глубоко
вдохнул чистый свежий воздух. Если бы он остался на Западе, вместо того
чтобы соглашаться на работу в Нью-Йорке, изменило бы это ход событий или
нет? Если бы он в свое время выбрал для постоянного жительства какой-нибудь
маленький городок, вроде Литтл-Форка, потерял бы он Бет?
Их жизнь в Нью-Йорке шла в бешеном темпе, в бесконечной суете. Дэйн не
представлял себе, что работа будет отнимать у него столько времени. Он не
мог себе позволить расслабиться, спокойно провести вечер с Бет, поговорить с
ней о заботах дня. Когда он поздно ночью возвращался в их дорогую, прекрасно
обставленную квартиру, Бет уж
...Закладка в соц.сетях
