Жанр: Любовные романы
Бархатная клятва
...ктриса, хотя Уолтер думает иначе. — Его взгляд стал
тяжелым. — Уолтер — дурак, а я нет. Он считает, что ты приехала сюда
Только из любви к нему, я же в это не верю. Будь я женщиной, я бы попытался
воспользоваться своей красотой, чтобы освободить дорогих мне людей. Твой
план заключается в том, чтобы продать себя в обмен на освобождение матери и
мужа?
— Отпустите меня! — потребовала Джудит, вырываясь из его рук. Он
прижал ее сильнее.
— Тебе от меня не убежать. Даже не пытайся.
— А Уолтер? — с вызовом спросила она. Артур расхохотался.
— Ты хорошо ведешь свою роль, но знай, что играешь с огнем и можешь
сгореть. Ты думаешь, я боюсь куска дерьма вроде Демари? Я умею управлять им.
Кому, по-твоему, пришла в голову мысль о том, чтобы аннулировать
брак? — Джудит перестала вырываться. — А! Теперь я завладел твоим
вниманием. Слушай меня. Сначала тебя возьмет Уолтер, но потом ты будешь
принадлежать мне. Когда ты надоешь ему и он бросится к другим женщинам, ты
будешь моей.
— Я скорее отдамся гадюке, — прошипела Джудит, и его пальцы больно
сжали ей руку.
— Даже ради того, чтобы спасти свою мать? — с угрозой в голосе
произнес он. — Ты уже и так много для нее сделала! На что еще ты
способна?
— Вы этого не узнаете.
— Не узнаю? Ты считаешь себя благородной дамой, думаешь, будто держишь
в руках дурака Демари, но я покажу тебе, кто здесь главный.
— Что... что вы имеете в виду? Артур ухмыльнулся.
— Скоро узнаешь.
Джудит попыталась избавиться, от неприятного осадка, оставшегося после его
слов.
— Что вы собираетесь делать? Вы ничего не сделаете моей матери?
— Нет, я не такой коварный. Просто немного позабавлюсь. Мне будет
приятно посмотреть, как ты корчишься. Когда ты почувствуешь, что сыта по
горло, приходи ночью ко мне, и мы поговорим.
— Никогда!
— Не торопись. — Внезапно Артур отпустил ее. — Я должен идти. Подумай о моих словах.
Оставшись одна, Джудит еще некоторое время не двигалась и глубоко дышала,
чтобы успокоиться. Она повернулась, чтобы идти в свою комнату, и тут
вздрогнула, увидев в тени коридора мужчину. Он стоял прислонившись к стене.
Через его широкое плечо был переброшен ремень от лютни, и он ножом чистил
ногти. Джудит не поняла, что заставило ее взглянуть на него, —
наверное, она испугалась, что он слышал угрозы Артура. Однако она не могла
отвести от него глаз, в то время как он не поднимал головы. Наконец он
посмотрел на нее, и в его взгляде отразилась такая жгучая ненависть, что
Джудит вскрикнула. Ее рука метнулась ко рту.
Пробежав по коридору, она ворвалась в спальню и бросилась на кровать. Слезы
закипали медленно, как бы поднимаясь из самых глубин ее души.
— Моя госпожа, — прошептала Джоан, погладив Джудит по голове. За
последние несколько дней они настолько сблизились, что почти забыли о
разнице в положении. — Он сделал вам больно?
— Нет, я сама себе сделала больно. Гевин сказал, что мне следовало бы
оставаться дома со своим вышиванием. Боюсь, он был прав.
— Вышивание, — с улыбкой повторила горничная. — Ваши нитки
запутались бы гораздо сильнее, чем все ваши проблемы.
Джудит ошеломленно взглянула на нее.
— Ты слишком добра ко мне, — наконец сквозь слезы произнесла
она. — Просто мне на секунду стало жалко себя. Ты вчера отнесла Гевину
еды?
— Да.
— Как он выглядел? Джоан нахмурилась.
— Хуже.
— Как же мне ему помочь? — задала самой себе вопрос Джудит. —
Гевин сказал, что я должна дожидаться его брата Стивена, но как долго? Я
обязана вытащить Гевина из этой дыры!
— Да, моя госпожа, обязаны.
— Но как?
Джоан сохраняла полную серьезность.
— Только Господь может ответить на это. В тот же вечер на вопрос Джудит
ответил Артур.
Они ужинали. Еда состояла из супа и тушеного мяса. В отличие от предыдущих
дней, Уолтер вел себя спокойно и не дотрагивался до Джудит, а следил за ней
краешком глаза, как бы оценивая ее.
— Вам нравятся наши блюда, леди Джудит? — поинтересовался Артур.
Она кивнула. — Будем надеяться, что развлечение тоже понравится вам.
Джудит хотела было спросить, что он имеет в виду, но раздумала. Она не
доставит ему такого удовольствия.
Артур наклонился вперед и взглянул на Уолтера.
— Вам не кажется, что пора?
Уолтер начал протестовать, по потом замолчал. Очевидно, Артур имеет в виду
что-то, о чем они договорились раньше, догадалась Джудит. Уолтер махнул
рукой двум дружинникам, ждавшим у двери, и те удалились.
У Джудит от волнения кусок застрял в горле, и ей пришлось запить его вином.
Она догадывалась, что Артур задумал какую-то гадость, и хотела быть готовой
ко всему. Она тревожно оглядела зал. И опять увидела человека, с которым
днем встретилась в коридоре. Он был высоким и стройным, с темно-русыми
волосами и нежными чертами лица. Твердая линия подбородка нарушалась
ямочкой. Но больше всего ее привлекли его глаза. Глубокого синего цвета, они
горели огнем ненависти — ненависти, направленной именно на нее. Он
гипнотизировал ее.
Внезапно наступившая неестественная тишина и раздавшийся звон цепей заставил
Джудит отвести от него глаза. Она не сразу поняла, что освещенная ярким
светом бесформенная груда, которую волокли два дружинника — живое существо.
Это скорее было кучей тряпья, а не человеком. И именно эти несколько секунд,
понадобившиеся для того, чтобы она все поняла, спасли ее. Она заметила, что
Артур и Уолтер внимательно наблюдают за ней, и бросила на них озадаченный
взгляд. В тот момент, когда Джудит отвернулась, она сообразила, что
дружинники втащили в зал Гевина. И не посмотрела на него второй раз,
остановив свой взгляд на Уолтере. Это дало ей время на размышления. Почему
они привели его сюда в таком виде? Разве они не знают, что ей хочется
броситься к нему и помочь?
Ответ пришел сам собой, когда Джудит догадалась, что именно этого и
добивается от нее Артур. Он решил показать Уолтеру, что она вовсе не
ненавидит своего мужа.
— Вы не знакомы с ним? — спросил Уолтер. Придав своему лицу
удивленное выражение, Джудит взглянула на Гевина. Потом начала улыбаться,
очень медленно — Мне всегда хотелось увидеть его в таком состоянии.
Уолтер издал победный возглас.
— Приведите его сюда! Пусть исполнится желание моей прекрасной дамы, и
она увидит его таким, — громко объявил он. — Пусть она насладится
мгновением — она заслужила это.
Дружинники подвели Гевина к столу. Кровь бешено стучала в висках, но сейчас
Джудит не могла рисковать и совершать ошибки. Если она покажет, как ее
сердце рвется навстречу мужу, то за этим последует множество смертей. Она
встала и трясущейся рукой подняла кубок с вином. И выплеснула его содержимое
в лицо Гевину.
Прохладное вино, казалось, привело его в чувство, и он взглянул на нее. На
его изможденном лице отразилось изумление. Потом недоверие. Он медленным
взглядом обвел Артура и Уолтера, стоявших рядом с его женой.
Уолтер по-хозяйски обнял Джудит.
— Смотри, кому теперь она принадлежит. В следующую секунду Гевин через
стол бросился на Уолтера. Он протащил за собой дружинников, которые держали
сковывавшие его цепи, и они рухнули лицом прямо в блюда. Уолтер не успел
увернуться, и грязные пальцы Гевина сомкнулись на шее этого пышно разодетого
франта.
— Взять его! — задыхаясь, прохрипел Уолтер, пытаясь оторвать руки
Гевина от горла.
И Джудит и дружинники словно окаменели, пораженные. Казалось, дни Гевина
сочтены, однако у него осталось достаточно сил, чтобы свалить двух рослых
мужчин и почти придушить своего мучителя.
Дружинники пришли в себя и рванули цепи, прикованные к запястьям Гевина.
Потребовалось дернуть несколько раз, прежде чем им удалось освободить
Уолтера. Потом они перекинули еще одну цепь через грудь Гевина, и он
застонал. Несколько секунд он балансировал под придавившим его весом, прежде
чем выпрямился.
— Я убью тебя за это, — проговорил он, сверля Уолтера взглядом. В
этот момент на него накинули еще одну цепь.
— Уберите его! — приказал Уолтер, потирая саднящее горло. Он был
не в силах отвести взгляд от Гевина, его трясло.
Как только пленника увели, Уолтер рухнул в кресло.
Джудит поняла, что сейчас самый удобный момент, чтобы как-то повлиять на
него.
— Это было замечательно, — улыбнулась она и повернулась к
дрожащему Уолтеру. — Нет, я не имею в виду то, что он сделал с вами.
Мне доставило удовольствие то, что он увидел меня с тем, кого я могла бы...
полюбить. — Уолтер посмотрел на нее и расправил плечи. — Но мне
стоило бы рассердиться на вас. — Джудит кокетливо опустила глаза.
— Почему? Что я сделал?
— Вам нельзя было допускать, чтобы в присутствии дамы в зал приносили
такую грязь. Он выглядит ужасно изможденным — мне даже удивительно, почему
он сразу же не набросился на еду. Только разве он может понять, как мне
хорошо сейчас, если все его мысли заняты едой и отвратительными тварями,
ползающими по телу?
Уолтер задумался над этим.
— Вы правы. — Он повернулся к рыцарю, стоявшему у двери. —
Вели дружинникам вымыть его и накормить.
Он был вне себя от счастья. Артур утверждал, что Джудит будет рыдать, когда
увидит своего мужа в таком состоянии, а она улыбалась.
Только Джоан знала, чего стоила ее хозяйке эта улыбка.
Джудит направилась к двери, всем сердцем желая уйти из зала, а главным
образом, оказаться подальше от Уолтера. Она гордо несла свою голову, когда
проходила мимо слуг и вассалов.
— Эта женщина заслуживает того, что получила! — сказал один из
них, мимо кого как раз шла Джудит.
— Точно. Никакая жена не имеет права так обращаться с мужем.
Все вокруг презирали ее. И она тоже начинала презирать себя. Она медленно
поднималась по лестнице на четвертый этаж, и единственным ее желанием было
остаться одной. Внезапно чья-то рука обхватила ее за талию, и Джудит
оказалась прижатой к твердой как камень мужской груди. К ее горлу приставили
кинжал, острое лезвие которого коснулось нежной кожи. Попытка высвободиться
не привела к успеху.
Глава 19
. — Скажи хоть слово, и твоя голова полетит с плеч, — произнес
низкий и совершенно незнакомый ей голос. — Где Джон Бассетт? —
Джудит почти лишилась возможности говорить, однако поняла, что этот мужчина
не из тех, кого можно ослушаться. — Отвечай! — приказал он, и его
рука еще крепче сжала ее, а кинжал сильнее надавил нашею.
— С моей матерью, — прошептала она.
— Матерью! — прошипел он ей в самое ухо. — Будь проклята та
женщина, которая дала жизнь такой, как ты.
Джудит не видела его лица, к тому же он с такой силой сдавил ее, что она
начала задыхаться.
— Кто ты? — с трудом выдохнула она.
— Да, тебе следует задать этот вопрос. Я твой враг, и я с радостью
положил бы конец твоей мерзкой жизни, если бы не нуждался в тебе. Как Джон
охраняется?
— Я... не могу дышать.
Поколебавшись, он ослабил хватку и немного отодвинул кинжал от ее горла.
— Отвечай!
— У двери комнаты, в которой он заперт, дежурят двое дружинников.
— На каком этаже? Ну, говори, — потребовал он, опять сдавив
ее. — Не надейся, что кто-нибудь придет и спасет тебя.
Внезапно Джудит поняла, что ей не перенести второго за один день испытания,
и засмеялась. Сначала ее смех звучал тихо, но постепенно он перерос в
истерический хохот, сопровождавший каждое ее слово.
— Спасет меня? Боже, да кто же будет спасать меня? Мою мать держат в
плену. Мой единственный телохранитель тоже сидит под замком. Моего мужа
бросили в колодец. Человек, который мне отвратителен, получил право лапать
меня на глазах у моего мужа, в то время как его прихлебатель нашептывает мне
свои угрозы. А теперь еще из темного коридора на меня нападает какой-то
незнакомец. — Она прижала руку мужчины, в которой он держал кинжал, к
горлу. — Умоляю вас, сэр, кем бы вы ни были, доведите до конца то, что
начали. Возьмите мою жизнь. Зачем она мне? Чтобы стоять и смотреть, как
убивают моих друзей и близких? Я не хочу жить, чтобы видеть это.
Напряжение, чувствовавшееся в руке незнакомца, ослабло. Потом он, оттолкнув
руку Джудит, вложил кинжал в ножны и схватил ее за плечи. Джудит совсем не
удивилась, узнав в нем того менестреля, которого видела в большом зале.
— Я хочу узнать еще кое-что, — заявил он, однако голос его звучал
уже не так сурово.
— Зачем? — спросила она и открыто посмотрела в его синие
глаза. — Кто послал вас шпионить за мной, Уолтер или Артур? Я и так уже
слишком много сказала.
— Да, правильно, — резко произнес он. — Если бы я был
шпионом, то этого хватило бы для доклада моему хозяину.
— Вот и рассказывайте ему! Идите!
— Я не шпион. Я Стивен, брат Гевина. Джудит с изумлением уставилась на
него. Она поняла, что он говорит правду. Именно поэтому ее так потянуло к
нему. В манерах Стивена, если не во всем его облике, было нечто такое, что
напоминало ей Гевина. Она не сразу сообразила, что у нее по щекам текут
слезы.
— Гевин сказал, что вы приедете. Она сказал, что я только усложнила
ситуацию, но вы сможете все вернуть на свои места.
Стивен прищурившись взглянул на нее.
— Когда вы видели его и когда он вам все это сказал?
— Во вторую ночь моего пребывания здесь. Я спускалась к нему в яму.
— Спускались — куда? — До него доходили слухи, в каких условиях
держат Гевина, — может, не все, но кое-что он знал, — однако он
никак не мог добраться до брата. — Присядьте, — предложил он,
подводя Джудит к подоконнику. — Нам надо многое обсудить. Расскажите
мне все с самого начала.
Стивен молча слушал ее историю о том, как Уолтер убил ее отца и потребовал
ее земли, как Гевин решил дать Уолтеру отпор.
— И он захватил и Гевина, и вашу мать?
— Да.
— Тогда почему вы здесь? Разве Демари не потребовал выкуп? Вам
следовало бы собрать его с крепостных.
— Я не стала ждать, когда он станет о чем-то просить. Я приехала сюда с
Джоном Бассеттом, и нас впустили в замок.
— Да, я вижу, — насмешливо заметил Стивен. — И теперь Уолтер
Демари заполучил всех: вас, Гевина, вашу мать, основного помощника Гевина.
— Я не знала, что еще можно сделать.
— Вы могли бы послать за одним из нас! — возмутился Стивен. —
У Рейна, с его сломанной ногой, и то получилось бы лучше, чем у вас,
женщины. Джону Бассетту следовало бы понять...
Джудит положила руку на локоть Стивена.
— Не надо обвинять его. Я пригрозила, что поеду одна, если он откажется
сопровождать меня.
Стивен посмотрел на ее маленькую ручку, потом поднял глаза.
— А что же было то, что я видел там, внизу?
Все в замке говорят, что вы ненавидите Гевина и готовы на все, чтобы
избавиться от него. Возможно, вы хотите положить конец вашему браку? Джудит
поспешно отдернула руку. Он все больше и больше напоминал ей Гевина. Ее
охватил гнев.
— Мое отношение к Гевину касается только меня и его, а посторонним
нечего знать об этом. Глаза Стивена блеснули. Он схватил ее за запястье, и
она от боли сжала зубы.
— Значит, это правда. Вы любите Уолтера Демари?
— Нет, не люблю!
Он еще сильнее сжал ее руку.
— Не смейте лгать!
Жестокость мужчин всегда приводила ее в бешенство.
— Вы такой же, как Гевин! — взвилась она. — Вы видите только
то, что хотите увидеть. Нет, я честна, в отличие от вашего брата. Это он
пресмыкается перед ничтожеством. Я не опущусь до такого.
Ее слова озадачили Стивена, и он ослабил хватку.
— Каким ничтожеством? Почему вы заговорили о честности?
Джудит выдернула руку и потерла запястье.
— Я пришла спасти своего мужа, потому что он был дан мне Господом и
потому что я ношу его ребенка. Я обязана попытаться помочь ему, но делаю это
вовсе не из любви к нему. Нет! — с горячностью добавила она. — Он
отдал свою любовь той блондинке! — Она замолчала и взглянула на руку.
Смех Стивена заставил ее поднять глаза.
— Элис, — заключил он. — Значит, вот как обстоят дела? Это не
междуусобная война за земли, а обида на возлюбленного, бабьи проблемы.
— Бабьи...
— Тише! Нас услышат.
— Это гораздо серьезнее, чем бабьи проблемы, уверяю вас, —
прошипела Джудит. Улыбка исчезла с лица Стивена.
— Вы можете разобраться с Элис позже, но я должен предупредить вас, что
вы не поедете к королю и не будете просить его о разводе. Мы не можем
позволить себе потерять земли Риведунов.
Так вот почему его интересовало, любит она Уолтера или нет! Его не трогало,
что Гевин изменил ей с другой, но если бы выяснилось, что она испытывает какие-
то чувства к другому мужчине, помочь ей могло бы только чудо.
— Я не могу получить развод, потому что ношу его ребенка.
— Кто еще знает об этом? Надеюсь, не Демари?
— Только моя мать и Джон Бассетт... и моя горничная.
— А Гевин?
— Не знает. У меня не было времени сообщить ему.
— Отлично. У него и так есть, над чем поразмышлять. Кто лучше всего
знает замок?
— Управляющий. Он служит здесь двенадцать лет.
— У вас на все готов ответ, — подозрительно заметил Стивен.
— Хоть вы с братом и считаете иначе, у меня есть мозги, чтобы думать, и
глаза, чтобы видеть. Несколько секунд он внимательно изучал ее.
— Вы проявили исключительную храбрость, приехав сюда, хотя и все
испортили.
— Я должна принять это как комплимент?
— Как пожелаете. Джудит прищурилась.
— Ваша мать, по всей видимости, была счастлива, что два младших ее сына
не похожи на двух старших.
Стивен непонимающе посмотрел на нее, потом улыбнулся.
— Моему брату придется еще здорово побегать за вами. А теперь хватит
кусаться, и давайте подумаем, как нам выпутаться из заварухи, которую вы
устроили.
— Я'... — начала она и замолчала. Он, конечно, прав.
Однако Стивен не обратил внимания на ее возмущение.
— Вам удалось добиться того, что Гевина вымыли и накормили, хотя ваши
методы вызывают у меня отвращение.
— А мне следовало бы подбежать к нему и обнять? — с сарказмом
поинтересовалась она.
— Нет, вы поступили правильно. Не думаю, что у него сейчас хватит сил
для путешествия. В таком состоянии он будет для нас серьезной помехой. Но он
силен. Через два дня хорошего ухода он поправится, и мы сможем бежать. Я
должен покинуть замок и привести подмогу.
— Наши люди снаружи.
— Я знаю. Но моего войска здесь нет. Я пришел один, когда услышал, что
нужен Гевину. Мои люди направляются сюда, но им понадобится еще два дня,
чтобы подойти к замку. Я должен привести их.
Джудит опять коснулась его руки.
— Я опять останусь одна.
Он улыбнулся ей и провел пальцем по ее подбородку.
— Да, это так. Но вы справитесь. Проследите, чтобы за Гевином ухаживали
и чтобы он набирался сил. Я вернусь и вытащу вас всех отсюда.
Она кивнула и опустила глаза.
Он взял Джудит за подбородок и, повернув ее лицом к себе, посмотрел в глаза.
— Не сердитесь на меня. Я думал, вы желаете смерти Гевину. Теперь я
вижу, что это не так. Джудит неуверенно улыбнулась — Я не сержусь. Просто
меня тошнит от этого места, от того, что этот мерзавец дотрагивается до
меня, а его...
Стивен приложил палец к ее губам.
— Вам придется еще немного пококетничать с ним. Сможете?
— Постараюсь. Я уже стала терять надежду. Он наклонился и поцеловал ее
в лоб.
— Гевину повезло, — прошептал он, потом встал и ушел.
— Ты видела его? — спросила Джудит, поднимаясь с постели. Дело
происходило на следующее утро после встречи со Стивеном, и теперь ей было
важно узнать, что Джоан выяснила о Гевине.
— Да, — ответила Джоан. — Он опять красив. Я боялась, что
после своего заточения он никогда не будет прежним.
— Ты слишком много внимания уделяешь внешности.
— А вы слишком мало! — отпарировала Джоан.
— Но он хорошо себя чувствует? Его здоровью не причинен ущерб?
— Уверена, он остался в живых только благодаря еде, которую вы
посылали.
Джудит молчала. А какие мысли бродят у него в голове? Как он отреагировал на
то, что она плеснула вино ему в лицо?
— Принеси мне то простое платье, что я надевала. Его постирали?
— Вы не пойдете туда, — твердо заявила Джоан. — Если вас
схватят...
— Принеси мне платье и больше не смей приказывать мне.
Гевина держали в подвале башни. Это было мрачное место, даже дневной свет не
проникал внутрь. В подвал вела обшитая железом дубовая дверь.
Казалось, Джоан была хорошо знакома с дружинниками, стоявшими по обе стороны
двери. В замке Демари почти отсутствовала дисциплина, и Джоан решила
воспользоваться этим к своей выгоде. Она игриво подмигнула одному из мужчин.
— Открывай. — закричала она так, чтобы ее было слышно за
дверью. — Нас послал лорд Уолтер, чтобы принести еду и лекарства. Дверь
открыла грязная старуха.
— Откуда мне знать, что вы от лорда Уолтера?
— Потому что я тебе так сказала, — ответила Джоан и толкнула
дверь.
Джудит не поднимала головы, стараясь, чтобы капюшон из грубой шерсти
полностью скрывал ее волосы.
— Можете взглянуть на него, — сердито проговорила старуха. —
Он сейчас спит — это единственное, чем он занимается с тех пор, как его
привели сюда. Я за ним ухаживаю, и делаю это хорошо.
— Еще бы! — насмешливо заметила Джоан. — Постель выглядит
грязной!
— Чище, чем у него была раньше. Джудит слабо толкнула свою горничную,
чтобы та прекратила препираться со старухой.
— Оставь нас, мы позаботимся о нем, — потребовала Джоан.
Они предполагали, что эта старуха с сальными седыми волосами и гнилыми
зубами заартачится. Но ошиблись. Старуха заметила, как вторая женщина, та,
что пониже, толкнула первую, и нахалка сразу же угомонилась.
— Ну, чего же ты ждешь? — спросила Джоан. Старухе хотелось увидеть
лицо, скрываемое капюшоном.
— Я должна взять кое-какие лекарства, — ответила она. — Есть
другие больные, которые нуждаются в моей помощи.
Взяв баночку, она прошла мимо так заинтересовавшей ее женщины и в тот
момент, когда поравнялась со свечой, уронила банку. Женщина вздрогнула и
приподняла голову, бросив на старуху быстрый взгляд. В отблеске пламени
блеснули прекрасные золотистые глаза. Старухе пришлось приложить все усилия,
чтобы не улыбнуться. Такие глаза она видела только у одного человека.
— Ты глупа, да к тому же неуклюжа, — прошипела Джоан. —
Убирайся, пока я не подожгла твои лохмотья.
Старуха злобно посмотрела на нее и с грохотом хлопнула дверью.
— Джоан! — возмутилась Джудит, когда они остались одни. — Это
я подожгу тебя, если узнаю, что ты позволяешь себе так обращаться с людьми.
Джоан была шокирована.
— Что вы подразумеваете под
людьми
?
— Она такое же создание Божие, как ты или я. — Джудит могла бы
продолжить, однако понимала, что это бесполезно. Джоан была неисправимым
снобом. Она унижала всех, кого считала хуже себя.
Джудит предпочла не тратить зря время на нотации и направилась к мужу.
— Гевин, — тихо позвала она и села на край кровати.
Тусклый свет свечи отбрасывал на его лицо блики. Джудит провела рукой по его
щеке. Как приятно, что он находится в чистоте.
Он открыл глаза. В полумраке они казались темнее, чем на самом деле.
— Джудит, — прошептал он.
— Да, это я, — улыбнулась она и откинула капюшон.&n
...Закладка в соц.сетях
