Жанр: Любовные романы
Я все снесу
Стейси смотрела из окна вниз, на машины, снующие между бетонными зданиями.
Мрачные серо-коричневые тона башнеподобных сооружений соответствовали тому
душевному состоянию, которое тяжелым грузом давило на молодую девушку. Из ее
груди вырвался легкий вздох, она опустила занавеску и повернулась к пожилому
человеку, сидевшему за письменным столом.
— Мистер Миллс, вы были папиным другом. Вы должны понять лучше, чем кто
бы то ни было, почему мне необходимо уехать одной и разобраться в себе.
Какая разница — квартира в Нью-Йорке или домик в Техасе?
— Именно потому, что я был адвокатом и ближайшим другом твоего отца, я
бы хотел, чтобы ты еще разок все взвесила, — ответил юрист, снимая очки
в черной оправе и механически протирая их носовым платком.
— Я же не пытаюсь сбежать. — Стейси нервно провела затянутой в
перчатку ладошкой по своей руке. — Мне просто нужно время для того,
чтобы понять, как жить дальше.
— Любая другая девушка в твоем положении отправилась бы либо в Европу,
либо на острова. Ведь ты теперь богата. Я понимаю, что обстоятельства, при
которых тебе достались деньги, не больно-то веселые, но, когда умирает
близкий человек, всегда трудно. Ты же всю жизнь отличалась независимостью и
своенравием. И у меня не укладывается в голове, почему ты так упорно
стремишься похоронить себя в деревне.
Стейси Эдамс с сомнением смотрела на Картера Миллса-старшего, подыскивая
аргументы для того, чтобы объяснить ему причины своего отъезда. Ее отец,
Джошуа Эдамс, уважал этого человека и доверял ему — такое в жизни выпадает
редко. Отец. Слова застряли в горле. Стейси оглядела свой синий костюм и
стиснутые на коленях руки в перчатках. Мать умерла вскоре после рождения
Стейси, оставив ребенка на вечно колесящего по белу свету мужа, который
страшился своей отцовской миссии. Многочисленные друзья предлагали забрать
Стейси к себе. Однако Джошуа Эдамс взял дополнительный чемодан, набил его
пеленками и тальком и укатил с годовалой малышкой в очередную зарубежную
командировку. Жизнь отца — свободного, пользовавшегося известностью в
профессиональных кругах фотографа — и дочери была нескончаемым кругосветным
путешествием с короткими остановками в НьюЙорке, чтобы перевести дух перед
тем, как снова отправляться в путь.
Ожили милые сердцу воспоминания: самое яркое — ее семнадцатилетние, когда
отец тайком пронес щенка в шикарный отель
Нью-Орлеан
. Отец назвал щенка
Каюном в честь своей родины. Резвая, игривая собачонка быстро выросла в
здоровенную немецкую овчарку, беззаветно преданную своей хозяйке. Отец
предсказал, что Каюн будет оберегать Стейси надежнее всякого ангела-
хранителя. Если бы он только знал, как был прав: ведь это Каюн вытащил
потерявшую сознание, но невредимую Стейси из рухнувшего самолета, прежде чем
тот вспыхнул. Пилот и отец остались внутри.
Стейси постаралась удержать набежавшие слезы, подняв голову, она встретила
добрый взгляд адвоката. Ее карие глаза подернулись пеленой — ведь она чуть
было не расплакалась, — а губы растянулись в страдальческой улыбке.
— Беру свои слова обратно, Стейси. Возможно, поездка в далекие края
пойдет тебе на пользу. Джошуа любил Запад и никогда не отказывался от
командировок в том направлении. — Картер Миллс-старший вышел из-за
стола и приблизился к Стейси. — Но помни, ты еще почти ребенок, тебе
едва исполнилось двадцать, и жизнь только начинается. Он бы не хотел, чтобы
ты прожила ее неполноценно — как хорошего, так, конечно, и плохого тебе не
миновать.
Стейси пожала протянутые ей руки и поднялась; элегантный, сшитый на заказ
костюм подчеркивал женственность ее фигуры.
— Я не сомневалась — вы поймете, что иначе я не могу.
— Я знаю одного юношу, которого весьма огорчает твой отъезд, —
произнес Картер Миллс. — Но нельзя осуждать моего сына за то, что ему
хочется сопровождать тебя в самые фешенебельные клубы. К тому же, имея
состояние, которое оставил тебе отец, ты можешь считаться их полноправным
членом.
— Боюсь, я еще не привыкла к мысли, что весьма богата. Раньше я была
просто счастлива оттого, что отец рядом и мы можем путешествовать вместе,
как ветер, — видимо, я в него, вот почему мне и не сидится на месте.
Безбрежные просторы, Каюн и Диабло — вот и все, что мне надо, а с остальным
я справлюсь, — в заключение сказала Стейси и потянулась за сумочкой.
— Ты берешь с собой эту глупую лошадь? Я надеялся, что ты ее давно
продала, — воскликнул адвокат с нескрываемым беспокойством. —
Прямо тебе скажу, по-моему, ты делаешь это зря.
— О, Диабло вовсе не такой дурной и непослушный, как вам кажется.
Просто он легковозбудимый, вот и все. — Стейси улыбнулась. — Вы
ведь знаете, что я отличная наездница. Папа давно отнял бы у меня Диабло,
если бы не был уверен, что я с ним слажу.
— Пусть так, но твоему отцу и в голову не могло прийти, что ты потащишь
за собой этого жеребца в дикие края, — хмуро проговорил мистер Миллс.
— Да уж. Наверняка папа надеялся, что я остепенюсь и займу, так
сказать, подобающее место в обществе. Но я для этого пока не созрела. А
может быть, никогда и не захочу созревать, кто знает? — Помолчав, она
добавила: — Мне действительно пора.
— Как ты решила поступить с квартирой на время твоего отсутствия?
— Решила, что запру ее, зачем от нее отказываться? — ответила
Стейси.
— Ты всегда желанная гостья в нашем доме. И что бы тебе ни
понадобилось, смело обращайся, — сказал Картер Миллс.
— Непременно. Картер-младший пригласил меня завтра поужинать — это
будет прощание с цивилизацией. По-моему, он думает, что я уезжаю в
непроходимые джунгли Африки. — Стейси улыбнулась, тронутая искренним
участием адвоката. — Спасибо за все, мистер Миллс.
Когда сын мистера Миллса — Картер — сообщил ему о решении Стейси снять на
весну охотничий домик в техасских горах Апачи, он немедленно вмешался на
правах близкого друга. Но никаких серьезных изъянов в ее планах, кроме того,
что она едет одна, он не обнаружил, в чем и признался.
Стейси вошла в лифт, над которым вспыхнула и замигала стрелочка
вниз
.
Поглощенная своими мыслями, она не замечала пристальных взоров некоторых
попутчиков. Первое впечатление при взгляде на ее веснушки, осыпавшие
чересчур прямой нос, было впечатлением заурядности. Но, присмотревшись, вы
замечали золотисто-каштановые волосы, обрамлявшие овальное лицо, и темно-
карие глаза с густыми ресницами.
Стейси спустилась на первый этаж и вышла на улицу, где нескончаемый поток
пешеходов замер в ожидании зеленого огня светофора. На перекрестке ее
смыло
приливом
, и людская волна несла ее до самой стоянки, где она оставила свою
машину. Дорогой спортивный автомобиль был последним подарком отца.
Подъехав к дому, где она жила, Стейси вошла в подъезд и поднялась в лифте на
пятый этаж. Она дошла по коридору до своей квартиры и остановилась в
нерешительности перед дверью. Когда она вставила ключ в замочную скважину и
отперла дверь, на нее опять нахлынула тоска. Пес, повизгивая от восторга при
виде хозяйки, бросился навстречу.
— Каюн, скучал обо мне, чертенок? — Стейси печально улыбнулась,
лаская огромную голову и читая нескрываемое обожание в глазах собаки. —
Что бы я без тебя делала?
Негромкий телефонный звонок вывел Стейси из состояния задумчивости. Она
сняла трубку.
— Да?
— Стейси? Это Картер, — раздался мужской голос на другом конце
провода. — Папа сказал, мы просто чудом разминулись.
— Я ушла оттуда около четырех, — сказала Стейси, взглянув на часы и усаживаясь на кушетку.
— Как дела? — Сквозь непринужденность интонаций сквозили нотки
беспокойства.
— Замечательно, — сказала Стейси и добавила с легким смешком: — Я
уложила даже несколько платьев вместе с экипировкой для верховой езды. И
намереваюсь выходить в них в свет в маленьком захолустном городишке!
— Ну если ты не повстречаешь какогонибудь высокого, темноволосого
красавца ковбоя и не умчишься с ним на его верном коне, — пошутил
Картер, — я ничего не имею против.
— Тебе не о чем беспокоиться. Теперь ковбои не те, что прежде, —
хмыкнула Стейси. — Во время нашей последней поездки на Запад я только и
видела что загорелых, пожилых мужчин, несущих бремя семейных обязанностей.
— Ты не передумала — едешь на машине?
— Вдвоем с Каюном. Диабло путешествует поездом до Пекоса. Там я его
заберу, и мы двинемся дальше, в Макклауд. Домик находится примерно в
тридцати милях от города, так что я не буду оторвана от цивилизации.
— Как хорошо, что ты не пригласила меня составить тебе компанию. Я бы
сдох от скуки. Не представляю, как ты сможешь выдержать дольше недели. Ну
чем одна гора отличается от другой? — поддразнивал Картер.
— Возможно, ты и прав, но я сама хочу в этом убедиться.
— Разве тебя отговоришь, — посетовал голос в трубке. —
Слушай, сегодня вечером у меня дела, поэтому не смогу прийти. Но на
завтрашний вечер все остается в силе. Ровно в семь, да?
— Да, — подтвердила Стейси.
— Ну тогда все. Будь умницей, до завтра. Пока.
— Пока, Картер.
Щелчок телефонной трубки скорбным эхом отозвался в воцарившемся вновь глухом
молчании.
На следующий вечер раздался звонок в дверь. Она бросила последний
оценивающий взгляд на свое отражение в зеркале. Платье персикового цвета,
без рукавов, с треугольным вырезом и плиссированной юбкой оттеняло медный
отлив ее смуглой кожи и золотистые прядки волос, откинутые со лба и
уложенные локонами в греческом стиле.
Стейси промокнула подкрашенные оранжевой помадой губы косметической
салфеткой и нанесла на них тонкий слой блеска и тогда наконец удовлетворенно
улыбнулась.
Отворив дверь Картеру, она спросила:
— Я не слишком долго заставила тебя ждать?
Высокий светловолосый мужчина взял ее за руки и окинул оценивающим взглядом.
— Можно я скажу то, что ты и так знаешь? Я бы прождал и дольше в
предвкушении такого зрелища. Пошли? — спросил он, набрасывая ей на
плечи расшитую тамбуром шаль и нежно целуя ее в голову. — Я заказал
столик на восемь часов в клубе
Медоу-Вуд-Кантри
.
— Прекрасно, — улыбнулась Стейси.
Они оживленно ворковали на пути к его машине, однако, сев в машину, умолкли.
Картер сосредоточенно следил за дорогой, а Стейси украдкой разглядывала его
профиль. Он был красивым юношей со светло-русыми волосами и ясными голубыми
глазами. Картер был на шесть лет старше Стейси и недавно начал заниматься
юридической практикой в конторе отца; многие ее знакомые считали, что ей
крупно повезло с кавалером.
Они никогда не клялись друг другу в любви и верности. Когда Стейси уезжала с
отцом, она отовсюду слала Картеру забавные открытки, а по возвращении
звонила. Во время ее отсутствия Картер встречался с другими девушками, но
постоянно — только со Стейси. Обе семьи радовались многообещающей дружбе
детей и втайне лелеяли надежду на будущую свадьбу. Стейси предполагала, что
когда-нибудь они поженятся. И заживут счастливо. Иначе просто и быть не
могло — они идеально подходили друг другу. Но пока еще не время.
Кроме того, размышляла Стейси, я еще слишком неопытна для любви, от которой,
даже если это все выдумки, можно потерять голову.
— Мечтательница, ты собираешься выходить из машины или так и останешься
сидеть? — спросил, посмеиваясь. Картер, он стоял, открыв дверцу с ее
стороны, и глядел на нее сверху вниз.
— Извини, я унеслась мыслями Бог знает куда.
— Ну что ж, возвращайся обратно. Сегодня мой вечер. — Он улыбался,
подводя ее ко входу в клуб.
Распахивая украшенные витиеватой резьбой двери частного клуба, он нежно
обнял ее за талию. Пока Стейси разглядывала оригинальную обстановку, Картер
заказал аперитив. Интерьер зала являл собой экзотическую стилизацию джунглей
— на стенах красовались шкуры зебр и леопардов.
Когда официантка вернулась с напитками, Стейси заметила, что Картер
наблюдает за ней с мрачным видом.
— С чего такая угрюмость? Я думала, мы сегодня будем веселиться, —
упрекнула его Стейси.
— Извини, я подумал о твоем отдыхе. Стейси, отец не в восторге от твоей
затеи, я тоже. Если с тобой что-нибудь случится в этой забытой Богом хибаре,
может пройти несколько недель, прежде чем об этом кто-нибудь узнает, —
сказал он серьезно.
— Прошу тебя, давай не будем сегодня говорить на эту тему. Я решила
уехать, и точка, — ответила она нарочито грубым тоном — ей самой было
страшновато. — Мне начинает казаться, что все, кроме меня, знают, как
мне будет лучше.
— А тебе не приходило в голову, что на сей раз
все
могут быть
правы? — Он говорил с легким раздражением. — Ты, похоже, думаешь,
что если ты объездила весь свет, то тебе все нипочем. Но жизненного опыта у
тебя не больше, чем у зеленой провинциалки! Твой отец показал тебе мир через
объектив фотоаппарата, и только. Ты же понятия не имеешь, что такое жить
самостоятельно.
— Если я видела войну, голод и нужду его глазами, разве от этого они
стали менее реальны? Я знаю, что такое жизнь. И знаю, как поступлю со своей,
так что продолжать этот разговор бессмысленно, — резко ответила Стейси.
— Хоть раз ты можешь перестать упрямиться и прислушаться к доводам
рассудка?
— Я же сказала, разговор окончен.
— В таком случае давай потанцуем, — неловко предложил Картер под
звуки медленной мелодии, которую заиграл оркестр.
Стейси встала и отодвинула стул от стола. Картер повел ее на танцевальную
площадку, крепко держа за локоть. Когда он обнял ее за талию, у обоих вид
был слегка угрюмый.
Стейси рассмеялась.
— Картер, прости меня. Сама не знаю, почему я сорвалась. Пожалуйста,
давай сегодня больше не будем ссориться.
Он улыбнулся, прочитав мольбу в глазах девушки.
— Ну хорошо, давай считать, что тема исчерпана. Будем просто наслаждаться сегодняшним вечером.
Через некоторое время их пригласили в зал, там, в уединенном уголке, для них
уже был накрыт столик на двоих. Когда с последним блюдом было покончено, они
откинулись на спинки стульев, с удовольствием потягивая кофе.
— Прекрасный ужин, — сказала Стейси, прикуривая от зажигалки
Картера.
— Хм. А моя дама еще прекраснее.
— Спасибо, сэр, вы очень любезны.
— Хочешь вернуться в бар потанцевать или поедем куда-нибудь в другое
место?
— Давай останемся здесь. Мне очень нравится здешняя атмосфера, да и
настроение не то, чтобы отплясывать на дискотеке, — ответила Стейси.
— Вот и отлично, наши желания совпадают. Я хочу кое-что с тобой
обсудить, не перекрикивая грохот рок-группы.
— Но только, ради Бога, никаких наставлений по поводу моей
поездки, — взмолилась она. — Ты обещал, что больше не будешь
касаться моего отъезда в Техас.
— Я и не собираюсь нарушать обещание. Речь пойдет совершенно о другом.
Пошли?
— Пошли.
Пока Картер расплачивался, Стейси поджидала его у входа в комнату отдыха.
Они облюбовали столик в углу и заказали напитки. Оркестр заиграл медленный
танец, и они пошли танцевать. Держа Стейси на некотором расстоянии, Картер
пристально смотрел в ее карие глаза и нежно улыбался.
— Помнишь, после похорон мой отец сказал, что ты член нашей семьи?
— Да, — ответила Стейси, гладя так же серьезно в глаза Картера.
— Я хочу это узаконить. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. — Они
почти остановились, прекратив танцевать. — Я не пытаюсь отговорить тебя
от поездки, но, когда будешь строить планы на будущее, пожалуйста, включи в
них и меня. Стейси, я беспокоюсь за тебя, люблю тебя и хочу заботиться о
тебе всю жизнь. Мы никогда прежде не говорили о будущем, но теперь настало
время. До сих пор мы оба были слишком молоды. Мне надо было закончить
юридический колледж, а тебе — подрасти. И то, и другое осуществилось, и
пришла пора подумать о нашей дальнейшей жизни.
— Картер, я не знаю, что ответить. Не знаю, готова ли я к семейной
жизни. Не знаю...
— Ничего не говори. Я понимаю, тебе нужно время, чтобы оправиться после
кончины отца. Я не прошу тебя дать мне ответ немедленно. Когда я увижу, что
ты готова, то повторю свое предложение подобающим образом. А пока, сидя в
своем техасском убежище, помни, что я люблю тебя и хочу на тебе
жениться, — тихо сказал Картер, нежно целуя ее в лоб.
Он снова притянул ее к себе, и они продолжали молча танцевать, тем временем
Стейси обдумывала его предложение. Ничего неожиданного в нем не было, однако
же она была удивлена, хотя накануне сама размышляла о том же. Танец
закончился, они вернулись к столику и сели, не проронив ни слова.
— Ты сказала, что отправила Диабло в Техас поездом. Я хотел спросить,
не лучше ли тебе взять моего серого? — сказал Картер. — Он,
безусловно, гораздо покладистее, чем твой рыжий дьявол.
— Не думаю, что с Диабло у меня будут серьезные проблемы, но все равно
спасибо за заботу, — ответила Стейси, улыбаясь своему
поклоннику. — Кроме того, он уже на пути в Пекос, так что пусть все
идет своим чередом.
— Во сколько ты завтра отбываешь? — поинтересовался Картер.
— Рассчитываю выехать к полудню.
— Уже довольно поздно. Не хочу, чтобы меня обвиняли в том, что ты не
отдохнула и хуже выгладишь. По-моему, тебе есть о чем подумать на сон
грядущий. По крайней мере я на это надеюсь, — сказал Картер, намекнув
на свое предложение.
На обратном пути они почти не разговаривали. Стейси, уютно устроившись на
сиденье, разглядывала в окно неоновый мир. На стоянке перед домом Стейси
Картер выключил мотор, но вместо того, чтобы выйти из машины, продолжал
молча сидеть, не сводя глаз с темноволосой девушки.
— Завтра я не смогу заехать попрощаться, поэтому хочу пожелать тебе
удачи сейчас, — сказал он, привлекая ее к себе.
Стейси откинула назад голову в ожидании поцелуя. Его губы были властными и
нежными. Он крепко прижал ее к себе, лаская ладонями загорелые плечи под
накидкой. От поцелуя сердце Стейси забилось с бешеной силой.
— Это тебе от меня в дорогу, Стейси, и пусть мой поцелуй будет мне
заступником, — сказал он в заключение.
Он подошел к ее дверце и открыл ее, Стейси с неохотой вышла из машины. В
молчании они вошли в здание и подошли к лифту.
— Здесь мы распрощаемся. Стейси, возвращайся поскорее, — прошептал
Картер, ласково гладя на веснушчатый нос и карие глаза. Он нежно чмокнул ее
в лоб и вышел.
Глядя вслед удаляющейся изящной, но сильной мужской фигуре, Стейси
почувствовала, как к сердцу подступила леденящая пустота. Как во сне она
повернулась к открывшимся дверям лифта. Она бесшумно вошла в квартиру,
задавая себе вопрос: правильно ли она поступает, покидая свой единственный
дом и единственных друзей.
Через час она уснула, преисполненная решимости осуществить свои планы и
уехать в Техас.
Указатель гласил:
Макклауд — 10 миль
. Стейси выгнула спину, расправляя
закостеневшие мышцы. Два с половиной дня за рулем давали о себе знать. Но
она была почти у цели, и ею овладело радостное возбуждение оттого, что она
наконец приближалась к заветному месту. Она бросила беглый взгляд на свое
отражение в зеркале заднего вида. Только глаза выдавали усталость от
утомительной езды. Блузка бледного лимонного цвета, прекрасно подходившая к
брючному оливковому костюму, не потеряла своей свежести. Пиджак лежал на
спинке сиденья, где спал Каюн, свернувшись клубком, — его огромное тело
с трудом умещалось на небольшом пространстве.
Фургон, рассчитанный на двух лошадей и предназначенный специально как прицеп
к
ягуару
, легко катился сзади. Диабло причинил ей немало хлопот, когда она
заводила его в фургон в Пекосе, но потом вел себя спокойно.
Послеобеденное солнце ярко светило в ветровое стекло, и Стейси достала
защитные очки, лежавшие в перчаточном отделении. До ее техасского прибежища
было уже рукой подать. Сначала она сделает остановку в городе — надо
разыскать Ноланов, чтобы проводили ее до домика, и купить кое-каких
продуктов. Если все сложится удачно, около семи она уже будет готовить себе
ужин.
Впереди вырастал городок. Подъезжая к нему, Стейси сбавила скорость,
стараясь не упустить ни одной мелочи в представшей перед ней картине.
Она остановилась у бензоколонки при въезде в город. Выйдя из машины, она
щелкнула пальцами пробуждающемуся псу — мол, иди за мной. Сонно и неуклюже
он ступил на бетонную мостовую и последовал за хозяйкой. Стейси окинула
бензоколонку оценивающим взглядом, отметив про себя, что нигде не было
мусора и не валялись, как обычно, детали от автомобилей. И хотя здание было
не очень современным, оно содержалось в отличном состоянии.
Из здания вышел мальчик-подросток и направился к
ягуару
. Стейси,
созерцавшая залитый послеполуденным солнцем городок, не обратила внимания на
восхищение, с которым тот посмотрел на ее упругое тело.
— Доверху, мисс? — пропел мальчишеский голос.
— Да, пожалуйста. И заодно проверьте мотор, — ответила она,
улыбаясь протяжному южному выговору.
Каюн отправился обследовать поросшую травой лужайку рядом с бензоколонкой, а
Стейси решила укрыться от солнца в здании. Через минуту глаза привыкли к
отсутствию слепящего солнечного света. Здесь, в помещении, находились двое
мужчин. На старшем из них была форма служащего бензоколонки. На другом,
стоявшем к Стейси спиной, — джинсы
Ливайс
и выцветшая клетчатая
рубашка. Темные, почти черные волосы скрывала широкополая коричневая шляпа.
Его высокая, крупная фигура загораживала Стейси от служащего, который увидел
ее только тогда, когда она подошла к прилавку, где были выставлены сладости.
— Извини, Корд, чем я могу вам помочь, мисс? — спросил мужчина.
Стейси разглядела его улыбающиеся светлокарие глаза и морщинистое лицо,
огрубевшее под техасским солнцем. Она не могла не улыбнуться этому
коренастому старику.
— Я бы хотела купить плитку шоколада, — сказала Стейси.
— Конечно, — кивнул мужчина, взяв у Стейси мелочь за шоколад и
повернувшись к кассе. — Не сочтите меня излишне любопытным, мэм, но,
судя по выговору, вы не из наших мест.
Стейси рассмеялась.
— Я и не подозревала, что у меня есть выговор, но верю вам на слово.
Действительно, я из Нью-Йорка и собираюсь провести здесь лето. Вы не
подскажете, где я могу найти семью Ноланов? Я сняла у них охотничий
домик, — объяснила она.
При этих словах второй мужчина обернулся к Стейси — ее поразил его
враждебный взгляд. Она с удивлением услышала, как он буркнул
до свидания
служащему и направился к джипу, стоявшему около бензоколонки. Снова
повернувшись к прилавку, она попыталась отогнать от себя встревожившее ее
впечатление. Что она такого сделала?
— Простите, я не расслышала, — переспросила она, осознавая, что служащий обращается к ней.
— Я говорю, Ноланам принадлежит бакалейный магазинчик в городе. Через
квартал повернете направо, потом — два квартала прямо, потом — налево. Их
магазин — второй от угла. — Он улыбнулся.
— Спасибо.
— Мисс, у вас было мало масла, так что я долил. Бог мой, ну и
машина, — произнес, входя, парнишка. Теперь объектом его восторга стал
черный спортивный автомобиль. — Готов поспорить, такая обойдет на шоссе
любую.
— Ну хватит, Билли, — оборвал его старик, когда Стейси
рассчитывалась за бензин и масло. — Не сомневаюсь, госпожа осталась
довольна тем, что ты по достоинству оценил ее выбор.
В ответ Стейси рассмеялась.
— Мне пора отправляться на поиски Ноланов, иначе не успе
...Закладка в соц.сетях
