Жанр: Любовные романы
Папаша напрокат
...mdash; Она пойдет ко мне? — спросила Энн.
Саре не хотелось выпускать из рук дочь, но она заставила себя сделать это.
Энн села на диван вместе с малышкой, поглаживая ее волосы.
— Расскажи мне, что произошло, — снова попросила она Сару.
— Ты не должна никому говорить того, что я тебе расскажу, —
предупредила Сара.
— Ни одной живой душе, — сказала Энн, и Сара поняла, что может
доверять этой женщине.
Заливаясь слезами, Сара объяснила, в какой ситуации оказалась. Она упомянула
об ужасных экспериментах в
Сент-Маргарет
, о попытке Джо провести
собственное расследование и о той цене, которую ему пришлось заплатить за
свою неугомонность. Она не забыла об угрозах доктора Пальмиенто и о том, что
мистер Д. всегда находил ее, куда бы она ни переезжала. У Энн отлила кровь
от лица, когда Сара рассказала ей о
несчастном случае
с Сэмми.
— Бедняжка, — посочувствовала Энн, — ты как в ловушке.
От этих слов слезы с новой силой хлынули из глаз Сары.
— Я на самом деле попала в ловушку, — согласилась она. — Вот
почему я здесь, Энн. Прошу тебя, не могла бы ты помочь отдать Джейни на
усыновление таким образом, чтобы в документах не осталось никаких записей?
Чтобы ее невозможно было найти? Со мной она всегда в опасности. Я хочу,
чтобы моя дочка... — Сара тяжело глотнула, достала из сумочки платок и
вытерла глаза. — Я хочу, чтобы у нее были хорошие родители, были и
отец, и мать. Джейни лишилась родного отца. Эти родители могли бы вырастить
ее как родную дочь. Им придется сменить ей имя и дату рождения. В следующем
месяце ей исполняется два года, но ей придется убавить возраст или немного
прибавить, чтобы никто не догадался, что она моя дочь. Тогда Джейни будет
спасена.
Энн молча плакала, словно не хотела будить Джейни, заснувшую у ее груди. Она
смотрела в потолок, и Сара понимала, что она пытается придумать, как ей
помочь. И поэтому Сара молчала, не мешая Энн размышлять.
Наконец Энн встретилась взглядом с Сарой.
— Я больше не работаю в службе усыновления, — объяснила она, и у
Сары упало сердце. — Ты помнишь, я плохо с этим справлялась? Но
послушай меня, дорогая. — Энн замолчала, словно собиралась с
мыслями. — Я помолвлена и собираюсь выйти замуж через два месяца.
— О, это замечательно, — вежливо отреагировала Сара.
— Недавно я узнала, что не могу иметь детей, а мой жених и я считаемся
слишком старыми, чтобы нам позволили усыновить ребенка. Мы в отчаянии. Как
ты думаешь... Тебя бы устроило, если бы... Правда, ты ничего о нас не
знаешь...
— Да! — Сара подалась к ней. — Я все знаю о тебе. Все, что
нужно. Я видела тебя в поезде с маленьким мальчиком, помнишь? Я еще тогда
поняла, что ты будешь замечательной матерью.
Энн рассмеялась сквозь слезы.
— Я надеюсь. Но, Сара, ты понимаешь, что делаешь? Мне тридцать девять
лет. Моему жениху сорок два. Мы будем не слишком молодыми родителями для
твоей девочки.
— Вы будете для нее лучшими родителями, чем я.
Это судьба
, —
подумала Сара. Судьба свела ее и Энн в том поезде. Судьба привела ее в этот
дом.
— Расскажи мне о твоем женихе, — попросила она.
— Уверяю тебя, он любит детей, — сказала Энн. — Он был самым
младшим ребенком в своей семье, а всего детей было восемь. Он замечательный
человек. — Энн покраснела. — Это мое мнение. Конечно, я немного
пристрастна. Он работает дизайнером в компании, производящей моторы для
самолетов. Он хороший человек, Сара.
Она кивнула.
— Тогда все в порядке. — Сара медленно встала. Она сама себе
казалась столетней старухой. — Ее вещи в машине.
— Ах, Сара. — Энн осторожно переложила Джейни на диван, встала и
дотронулась до ее руки. — Не делай этого сейчас, не торопись...
— Отпусти меня. — Сара быстро прошла мимо
нее. — Я сейчас вернусь.
Она вышла к машине без пальто, не чувствуя холода, и вернулась с вещами
Джейни.
Энн взяла чемодан у нее из рук и поставила у лестницы.
— Джейни может испугаться, когда проснется и увидит, что меня
нет, — сказала Сара. — Но она очень быстро приспосабливается. Ты
же видела, как легко она пошла к тебе на руки. Я боюсь, что она слишком
общительна и пойдет к любому, вот почему... — Ее голос прервался.
— Я понимаю, Сара, — Энн снова коснулась ее руки. — Послушай
меня, дорогая. Я думаю, что тебе надо побыть некоторое время наедине с
Джейни. Посиди с ней и подумай о том, что ты делаешь. Может быть, найдется
другое решение.
Сара посмотрела на Джейни, мирно спящую на диване, и быстро отвернулась.
— Нет, — отказалась она. — Я все уже обдумала. Не хочу давать
себе возможность передумать.
— Как я буду поддерживать с тобой связь? — спросила Энн. — Я
хотела бы сообщать тебе, как малышка...
— Не надо, — оборвала ее Сара. — Это слишком опасно. Мы не
должны общаться. — Она отколола от ворота брошь, подаренную ей
Джо. — Пожалуйста, отдай ей это, когда она станет постарше. Сделай так,
чтобы Джейни знала, что это подарок от того, кто ее очень любил.
Энн сжала ладонь, прикрывая брошь.
— Обещаю тебе, — сказала она.
— Спасибо.
Сара надела пальто, повернулась, словно сомнамбула, и вышла из дома, зная,
что встревоженный взгляд Энн не отрывается от нее. Она села в машину и не
оглянулась, отъезжая. Боль в ее сердце немного успокаивало сознание того,
что Джейни спасена.
— О Сара! — Лаура нагнулась к ней и коснулась ее руки. Руки своей
матери. — Вам было ужасно тяжело.
— Да, страшно тяжело, — кивнула Сара. — Но я поступила
правильно. Я знала, что о моей дочери позаботятся и ей ничего не будет
угрожать.
Лаура сжала ее пальцы.
— Я должна сказать вам кое-что, — она показала Саре свой
кулон. — Вы узнаете это?
Сара покосилась на украшение:
— Это леди в шляпе? Лаура улыбнулась:
— Это ваша брошь, Сара. Та самая, которую подарил вам Джо.
— Нет, у меня была брошь.
— Я знаю. Но из брошки сделали кулон. — Лаура расстегнула цепочку
и дала подвеску Саре.
— О боже! — воскликнула пожилая женщина. — Это и вправду
похоже на мою брошь.
— Но это и есть ваша брошь, дорогая, — мягко сказала Лаура.
— Джо когда-то подарил мне точно такую же.
— Послушайте меня, Сара. Я Джейни. Я ваша дочь. — Лаура запнулась,
потом продолжала: — Я та самая маленькая девочка, которую вы оставили у Энн.
Энн воспитала меня как свою дочь. Она и ее муж Карл. Карл Брендон. Он был
тем самым мужчиной, за которого Энн собиралась выйти замуж. Вот откуда мой
отец знал о вас. Ему каким-то образом удалось найти вас. Он хотел быть
уверен, что о вас позаботятся. Он был очень благодарен вам за то, что вы
отдали меня им с Энн.
Сара смотрела на нее и ничего не понимала.
— Вы ведь просили Энн отдать мне брошь, когда я вырасту, правильно? Она
и Карл переделали ее в кулон. — Лаура снова показала украшение
Саре. — И Карл отдал его мне. Вы понимаете?
Сара покачала головой, на ее лице появилось по-детски недоуменное выражение.
— Сара, вы знаете, как меня зовут? Она снова покачала головой.
— Я Лаура Брендон. Моими родителями были Энн и Карл Брендон. Я та самая
маленькая девочка, которую вы им отдали. Я ваша дочь.
— Нет. — Сара начала раздражаться. — Моя дочь Джейни.
— Но я и есть Джейни. — Лаура от досады закусила губу, моргая,
пыталась справиться со слезами. — Энн и Карл назвали меня Лаурой. Вы же
просили их поменять мне имя, помните?
— Я хочу лечь спать, — сказала Сара, вставая.
Она ничего не поняла. Она могла часами рассказывать Лауре о своем прошлом,
не забыв даже об азалии в горшке на крыльце дома Энн, но ей никогда не
удастся связать между собой двухлетнюю девочку, давно потерянную для нее, и
взрослую женщину, сидящую перед ней.
Лаура встала, нагнулась к Саре и поцеловала ее в щеку.
— Я люблю тебя, — шепнула она, — спи крепко.
ГЛАВА 43
— Они всегда говорили мне, что поженились в 1957 году, —
вспоминала Лаура. Они с Диланом сидели рядом на заднем крыльце ее дома у
озера. — Полагаю, для того, чтобы я не считала себя незаконнорожденной.
— Твой отец и в самом деле работал в компании, которая выпускала моторы
для самолетов?
— Да. Они жили в Элкинс-парк, это пригород Филадельфии. Я выросла в
этом доме со щипцовой крышей, о котором рассказывала Сара. Мой отец
пристроил к нему небольшую галерею вдоль верхнего этажа, чтобы поставить
свой телескоп.
— Ты говоришь так спокойно. — Дилан обнял ее за плечи. —
Тебя, должно быть, переполняют чувства.
— Я не ощущаю этого. Я... — Лаура вздохнула. Как трудно разобраться в
своих ощущениях. — Печально, что моя настоящая мать не может понять,
кто я такая. И еще более грустно сознавать, сколько она выстрадала в своей
жизни. Но мне очень повезло, и это благодаря Саре. Я не знаю, смогла ли бы я
сделать то же самое, если бы опасность грозила Эмме. Это решение далось ей с
огромным трудом, но кто знает, что могло случиться, если бы она оставила
меня у себя?
На крыльце было холодно, и Лаура вздрогнула. Дилан крепче прижал ее к себе.
— Сара подарила мне замечательных родителей. — Лаура вспомнила
Энн. Она не знала, что когда-то ее мать была социальным работником. —
Мне бы хотелось лучше узнать мою мать. Я говорю сейчас об Энн. Если бы не
мой отец, я бы никогда не стала астрономом. Он подталкивал меня к этой
карьере, подбадривал меня. Должна это признать. — Лаура
рассмеялась. — И я об этом не жалею.
— А теперь у тебя есть другой отец.
— Да, — тихо ответила Лаура, нежно улыбаясь. — Мне следовало
бы позвонить ему и рассказать о том, что я узнала от Сары.
— Правильно, — согласился Дилан. — А потом тебе следовало бы
заняться со мной любовью.
Лаура удивленно посмотрела на него и рассмеялась.
— Да, мне следовало бы это сделать. — Она подняла голову, чтобы
поцеловать его. — Встретимся в моей спальне, — сказала она,
вставая.
— Нет, в комнате с прозрачным потолком, — не согласился с ней
Дилан.
— Хорошо, пусть будет комната с прозрачным потолком. — Лаура ушла
в дом, чтобы позвонить Джону Соломону.
Потом она поднялась в комнату с прозрачным потолком. Свет не горел. Дилан
лежал под одеялом, которое принес из ее спальни. Его одежда была сложена в
углу. Ее любимые звезды освещали их постель.
— На тебе что-нибудь надето? — поинтересовалась Лаура.
— Нет.
Поколебавшись лишь секунду, она начала раздеваться, бросая свою рубашку и
джинсы поверх его, заранее радуясь тому, что позже им придется копаться в
этом ворохе, разбирая, кому что принадлежит. Свет звезд коснулся и ее тела,
и Лаура закрыла глаза, неожиданно смутившись.
Скользнув под одеяло, она откинулась на подушки. Дилан обнял ее за талию и
притянул к себе. Она облегченно вздохнула, почувствовав прикосновение его
кожи. В своих фантазиях она никогда этого не представляла.
Лаура подумала о том, что для него это будет внове, потому что он забыл их
первую ночь, хотя сама она помнила все.
Но воспоминания подвели ее. Они были яркими, эротичными, но Лаура не могла
помнить того, что было сейчас. На этот раз он был с ней душой и телом. Его
руки касались ее тела, словно теплая вода, останавливаясь на ее грудях, на
чувствительном местечке между ногами. Она чувствовала его нежность, которой
не было в ту далекую ночь.
Позже, когда он сбросил одеяло с их горячих, влажных тел и они лежали,
насытившись, купаясь в свете звезд, Лаура думала о том, что, даже став
привычными, прикосновения Дилана всегда будут возбуждать ее. Она не
сомневалась в его любви. К Эмме. К ней самой.
Она была уверена в нем, как в звездах над ними.
Лаура выключила зажигание, но осталась сидеть в машине. Пожилая пара вошла в
дом престарелых, и она проводила их невидящим взглядом.
— С тобой все в порядке? — спросил Дилан.
— Да, — ответила Лаура, явно не собираясь открывать дверцу.
Она несколько дней откладывала поездку к Саре, боясь, что расплачется и
смутит ее еще больше, чем во время их последнего разговора. Но в этот день
была великолепная погода для прогулки. Лаура попросила Дилана присоединиться
к ним. Он очень помогал ей последнее время.
— Я просто не представляю, что ей сказать, — призналась Лаура.
— Почему бы тебе не спросить Сару, что произошло после того, как она
отдала тебя Энн? — предложил Дилан. — Разговори ее, как ты это
делаешь обычно.
Сара, 1960 год После того как Сара оставила Джейни в доме Энн, у нее началась сильная
депрессия. Она ушла с работы, сразу же переехала в другой город в Северной
Виргинии, чтобы скрыться от соседей и друзей, которые неизбежно стали бы
расспрашивать ее, куда исчезла ее дочка. В конце концов Сара оказалась в
одиночестве в чужом городе. Она нашла работу в маленькой психиатрической
больнице, где никого не знала.
Работа отнимала у нее все силы. Она не могла сосредоточиться, часто
ошибалась, в сущности, работала из рук вон плохо. Сара думала только о своем
ребенке. Она никому не могла рассказать о том, что сделала, и ложь в
сочетании с полным одиночеством была бы невыносима, если бы у нее оставалась
хотя бы капля энергии, чтобы размышлять о своих чувствах. Для Сары все
потеряло смысл. На дверях ее квартиры был один-единственный хлипкий замок,
да она и не запиралась на ночь. Джейни и Джо ушли от нее. Ее перестало
волновать, что с ней теперь будет.
Через три недели после того, как Сара оставила дочку у Энн, ей позвонил
доктор Пальмиенто. Судя по всему, он легко узнал ее новый номер телефона,
хотя он и не значился в справочнике.
— Я бы хотел, чтобы вы пришли ко мне. У меня частная практика, —
сказал Пальмиенто. — Кабинет приема в моем доме. Я продиктую вам адрес.
— Зачем? — спросила Сара. — У нас с вами больше нет ничего
общего.
— Не вешайте трубку, — быстро приказал Пальмиенто. — У меня
есть информация, которая, как я полагаю, может вас заинтересовать. Это о
вашем муже.
— Скажите по телефону, — ответила Сара.
— Я думаю, что нам лучше обсудить это при встрече. — Его голос
звучал удивительно спокойно и разумно, и потом у него были сведения о Джо.
Единственное, что он мог сказать ей лично, — это сообщить о смерти ее
мужа. И все же Сара решила поехать.
Здравомыслящая женщина никогда бы не отправилась в дом сумасшедшего, у
которого было оружие, рассуждала Сара, надевая пальто. Здравомыслящая
женщина взяла бы кого-нибудь с собой или даже попросила полицию сопровождать
ее. Здравомыслящая женщина подумала бы о том, что может с ней произойти. Но
теперь Сара не считала себя здравомыслящей.
Дом Пальмиенто в городке Маклин стоял довольно далеко от соседних домов. Его
окна, кроме двух в маленькой комнате, пристроенной к гаражу, оставались
темными. Сара решила, что это и есть его кабинет.
Потуже запахнув легкое пальто, она прошла по дорожке и постучала. Через
мгновение Пальмиенто впустил ее.
— Позвольте мне взять ваше пальто, — сказал он.
Пальмиенто сильно изменился. Теперь безумие плескалось не только в его
глазах, оно исказило все лицо. Доброе, отеческое выражение исчезло, и Сара
вздрогнула, взглянув на него.
— Не стоит, — она не собиралась надолго задерживаться.
Они стояли в приемной, со вкусом обставленной дорогой мебелью.
— Пройдемте в мой кабинет, — пригласил Пальмиенто.
Сара последовала за ним в смежную комнату и с удивлением увидела мистера Д.,
сидевшего в кожаном кресле рядом с массивным письменным столом. Он встал,
когда она вошла, столь же изумленный ее появлением.
— Что она здесь делает? — обратился он к Пальмиенто. Мистер Д.
словно обвинял своего начальника в чем-то, и Сара задумалась над тем, во что
она ввязалась.
— Я пригласил сюда миссис Толли, чтобы определить истинную глубину
твоего предательства, — спокойно ответил Пальмиенто и сел за свой
стол. — Садитесь, миссис Толли.
— Мне незачем садиться. Я не знаю, что здесь происходит, но вы сказали,
что у вас есть новости о Джо. Если это так, то я хотела бы их услышать. Если
вы меня обманули, то я ухожу.
— Уходите, Сара, — мистер Д. подошел к ней. — Ему нечего
рассказать вам о Джо. — Он повернулся к Пальмиенто, на его щеках
выступили красные пятна. — Незачем впутывать ее. Это касается только
вас и меня.
Сара хмуро посмотрела на Пальмиенто.
— У вас есть новости о Джо? — спросила она.
— Никаких. — Пальмиенто улыбнулся.
— Господи, как же я вас ненавижу. — Сара повернулась к двери,
собираясь уйти.
— А как насчет Джейни? — Голос Пальмиенто звучал спокойно, и Сара
остановилась. У нее замерло сердце. Сделав глубокий вдох, чтобы набраться
смелости, она подошла прямо к его креслу и наклонилась к его лицу.
— А что с ней? — подчеркнуто равнодушно спросила она.
Прошу тебя,
господи, не позволяй им найти ее
.
— Я в курсе того, что вы ее кому-то отдали. Но я не знаю наверняка, не
мистер ли Д. натолкнул вас на мысль так поступить. Ведь это он, правда?
Неуверенная в том, что происходит в этом кабинете, Сара не знала, что
ответить.
— Я... я услышала о смерти сына Колин Прайс, — начала она, —
и я...
— Оставьте ее в покое, Питер, — вмешался мистер Д. Его руки
вцепились в подлокотники кресла, костяшки пальцев побелели. — Да, это я
сказал Саре, что надо принять меры и обеспечить безопасность ее дочери. Я
рад, что она послушалась меня. Вы, вернее, мы оба и без того уже превратили
жизнь Сары в ад. С нее достаточно.
— Ах ты, сукин сын! — Пальмиенто медленно встал с кресла, и Сара,
стоявшая возле него, попятилась. — Я доверял тебе, я позволил тебе
заниматься...
— И это святое, — поторопился сказать мистер Д. — Наши
исследования — это святое. Но вы зашли слишком далеко, пытаясь защитить их,
Питер. — Он медленно приблизился к нему. — Питер, вам нужна
помощь, — спокойно продолжал мистер Д. — Я знаю...
— Не смей подходить ближе. — Пальмиенто сунул руку в один из
ящиков стола, и Сара задохнулась, увидев, что его пальцы коснулись рукоятки
револьвера. Ей следовало убежать, но ее ноги приросли к полу. — Ты
предал меня. — Пальмиенто поднял револьвер и нацелил его на мистера Д.
Его палец лег на спусковой крючок.
Сара инстинктивно ударила его по руке, чтобы пуля ушла в потолок. Выстрел
оказался таким громким, что у нее заложило уши. Пуля попала в плечо мистеру
Д. Он взвыл от боли, а Сара рванулась мимо него к двери. Она мчалась через
приемную, прочь из этого дома к своей машине. Когда она выезжала на дорогу,
в ее голове была только одна мысль:
Господи, сделай так, чтобы Джейни не
коснулась опасность
.
Сара весь вечер просидела в своей тесной гостиной. Она не сводила глаз с
телефона. Ее трясло. Она думала о том, чтобы позвонить в полицию и
рассказать, что случилось. Но тогда ей придется объяснить, куда исчезла
Джейни. Наверняка ее спросят, кому она отдала дочь. А что, если полицейские
в руках у Пальмиенто? Ведь под его дудку пляшут власти, ФБР, Совет по
психиатрии. Сара смотрела на телефон до двух часов ночи. Наконец она
перестала дрожать и отправилась в постель.
В эту ночь, как и во многие другие, ей снились доктор Пальмиенто и мистер
Д., но она никогда больше не слышала о них. Не получала она известий и от
Энн. Но не было дня, чтобы Сара не думала о Джейни. Сара знала, что
поступила правильно, спасая Джейни от сумасшедшего психиатра из
Сент-
Маргарет
, но от этого ей не было легче. Не было — и все.
— Нам надо ехать, — коротко сказала Лаура. Они сидели в гостиной у
Сары, потому что пожилая женщина не успела рассказать свою историю во время
прогулки. Лауре захотелось уехать отсюда. У нее закружилась голова, комната
поплыла у нее перед глазами, стоило ей встать. — Дилан, пожалуйста,
поедем.
Его удивило нетерпение Лауры. Он повернулся к Саре.
— Можем мы что-нибудь для вас сделать перед тем, как уйдем? —
спросил Дилан.
Он был добрым человеком, но в эту минуту Лауре хотелось, чтобы он плюнул на
все и немедленно увез ее. У нее отлегло от сердца, когда Сара покачала
головой и встала, чтобы проводить их.
Они вышли на улицу, и Дилан обнял Лауру.
— Я все понимаю, — сказал он. — Ты расстроилась.
Сара постоянно говорит о Джейни и не понимает, что взрослая Джейни сидит
перед ней.
— Дело не в этом, — ответила Лаура. Головокружение все еще не
прошло. — Я и сама не могу объяснить, что со мной творится.
Дилан выглядел встревоженным.
— Хочешь, я поведу машину? — спросил он.
Лаура кивнула. Она не доверяла себе и не могла сесть за руль.
Только когда они выехали на главную улицу, Лаура наконец попыталась
объяснить свое состояние.
— Я понимаю, что это покажется тебе бредом, но у меня ужасное чувство.
Я думаю, что Рэй и был этим мистером Д.
— Что? — Дилан рассмеялся. — Это безумие, детка. Почему это
пришло тебе в голову?
— У Рэя на плече был шрам от пули, — принялась перечислять
Лаура. — Он всегда говорил мне, что его ранили в Корее.
— У многих людей может обнаружиться след от раны на плече, —
возразил Дилан.
— И еще кое-что. Рэй всегда говорил, что я бросаюсь в авантюры очертя
голову. Он всегда так говорил, когда я начинала новый проект.
— Ну и что? — Между бровями Дилана залегла складка.
— Как-то раз Сара сказала, что мистер Д. часто употреблял именно это
выражение.
— Но так все говорят, Лаура. — Дилан был, пожалуй, излишне
терпелив, словно объяснял что-то ребенку.
— Многие люди говорят
нестись очертя голову
, а не
бросаться
. Когда
Сара сказала так, она напомнила мне о Рэе. Но тогда мне это не пришло в
голову.
— Ты и в самом деле думаешь, что Сара дословно повторяет слова мистера
Д.?
— Не знаю. — Лауру раздражали попытки Дилана преуменьшить ее
страхи. — Я знаю только одно. Мне не по себе.
— Но почему его называли именно мистером Д.?
— Фамилия Рэя была Дэрроу. Дилан взял ее за руку.
— Я понимаю, Лаура, как тебе тяжело, но я думаю, что ты создаешь
проблему на пустом месте. Начнем с того, что Рэй слишком молод для того,
чтобы быть мистером Д.
— Когда я родилась, Рэю был двадцать один год. Мистер Д. был юнцом,
когда работал в
Сент-Маргарет
. Помнишь, у него еще были прыщи. Так
рассказывала Сара. И у Рэя в этом возрасте тоже были прыщи.
— Как и у всех подростков. У меня они тоже были. Лаура посмотрела на
его гладкую щеку.
— Лжец, — укорила она его. Дилан пожал плечами.
— Пара штук по крайней мере. — Он улыбнулся ей. — Мне просто
не хочется, чтобы ты ломала над этим голову.
— Сара говорила, что мистер Д. изучал психологию, — продолжала
рассуждать вслух Лаура. — Вот тут не сходится. Рэй получил степень по
социологии.
— Не вписывается в эту картину и книга, которую написал твой
муж, — добавил Дилан. — Разве мистер Д. похож на человека, который
будет заботиться о
...Закладка в соц.сетях
