Жанр: Любовные романы
По своей воле
... что так. И коль это столь важно для тебя, я с радостью и
гордостью буду помогать тебе здесь.
— Но я обязана выполнить работу, которая не закончена.
— И это важнее меня? Важнее нашей любви? Важнее нашей жизни?
Она опустила глаза под его сверлящим взглядом. Руки дрожали. Дэни понимала,
что со слезами ей не справиться, поэтому не делала никаких попыток их
сдержать.
Вот к чему все пришло. Дани любила Логана каждой клеткой своего тела, всей
душой, всем сердцем. Но она взяла обязательство несколько лет назад. Это
обязательство тоже диктовалось любовью, но любовью другого рода. Неужто
придется изменить этой любви ради любви другой?
Логану никогда не понять. Он попытается переделать ее, будет убеждать пойти
на компромисс. Но она не сделает этого. Она дала клятву никогда не
отступаться. Тогда у нее действительно не было выбора.
Дэни сделала настолько глубокий вдох, что почувствовала боль в груди, а
главное — с этим вдохом она убивала последний шанс на то, чтобы на всю жизнь
остаться с Логаном. Сейчас нельзя долго размышлять, иначе она не сможет
произнести эти слова.
— Моя благотворительная деятельность для меня важнее.
Логан поставил бокал на стойку бара. Глаза его не отрываясь смотрели на
пальцы, которые только что сжимали бокал до такой степени, что побелели.
Когда он поднял наконец на нее взгляд, она прочитала в его глазах презрение.
— Нам придется ждать еще десять лет. Это будет просто шикарно.
— Дэни, честное слово, вы могли бы быть повнимательнее, —
проговорила миссис Менеффи, потряхивая серебристо-голубыми кудрями.
Дэни пошевелилась в кресле.
— Я думала... Простите, о чем вы спрашивали?
— Я спрашивала, сколько автобусов направляется в лагерь Вебстера на
следующий уик-энд.
— Полагаю, два. Многие семьи поедут на своих машинах.
— Так сколько всего людей мы можем ожидать?
— Около двухсот пятидесяти... Приблизительно.
Миссис Менеффи повернулась к другому члену комитета.
— Вы можете обеспечить освежающими напитками такое количество? Самыми
обыкновенными.
Сейчас, когда внимание временно было переключено на других, Дэни позволила
себе снова вернуться к своим мыслям. Трудно поверить в то, что минуло почти
два месяца с того момента, как она рассталась с Логаном. Боль до сих пор не
проходила, оставаясь все такой же острой и мучительной. Дэни надеялась, что
она вот-вот затихнет, однако надежда оставалась лишь надеждой. Утомительная
работа, в которую она с головой окунулась в эти недели, не принесла
ожидаемого успокоения.
— Он совершенно изумительный человек! Вы согласны, Дэни?
Вопрос Менеффи взорвался в мозгу, словно прилетевший неизвестно откуда
снаряд.
— Что? Кто?
— Мистер Вебстер, разумеется. — И пояснила всем присутствующим:
— Он вложил всю душу и сердце в этот проект. Лично наблюдал за
реконструкцией зданий, даже выполнял некоторые плотницкие работы. Когда я
говорила с ним по телефону, он заверил, что все честь по чести будет сделано
к следующей неделе... Дэни, вы уведомили телевидение и прессу об этом?
— Я очень сомневаюсь, что ТВ откликнется, миссис Менеффи, —
рассудила Дэни, — тем не менее я отправила пресс-релиз тем, кому сочла
нужным.
— Отлично. — Она закрыла заседание, однако успела поймать
Дэни. — Я удивлена, что вы большую часть работ в лагере Вебстера
возложили на других, Дэни.
Дэни догадывалась, какую критику может сейчас услышать. Внешне миссис
Менеффи похожа на добрую бабушку, однако у нее был острый, как бритва, язык.
— Я была занята на других проектах, — сухо ответила Дэни. Она не
произнесла вслух, но всем своим видом показала, что если этой старой
перечнице такое не по душе, пусть катится ко всем чертям.
— Разумеется, вы были заняты, — согласилась миссис Менеффи и
похлопала ее по руке. — Я вовсе не хочу сказать, что вы бездельничали.
— Я вкалывала, как черт.
Дэни быстро повернулась и ушла, пока эта старая склочница не оправилась от
шока, впервые услышав ругательства из уст Дэни Куинн. Руки ее тряслись,
когда, сев в машину, она вставила ключ зажигания. Ее душил гнев. Это так
здорово — испытать гнев! Настоящий гнев, а не какую-то стерильную апатию, в
которой она пребывала последние несколько недель.
У миссис Менеффи были некоторые основания для критики. Вернувшись из
Хардуика в Даллас, Дэни переложила большую часть дел на добровольных
помощников. Подстегнуло ее к этому то, что общество
Друзья детей
решило
открыть лагерь еще до окончания сезона.
Дэни не хотела быть в центре внимания. Ей стало известно, что Логан развил
активную деятельность в этом деле, и она опасалась столкнуться с ним на каком-
либо собрании или на строительстве. Поэтому всю текущую работу поручила
другим.
Однако, похоже, на следующей неделе ей отвертеться не удастся. Все дети
знали и ожидали, что должно произойти нечто грандиозное. Они были
взволнованы не меньше родителей. И Дэни не имела права их разочаровать.
Однако где найти силы, чтобы вынести презрение Логана? Она не могла раскрыть
ему причину того, почему должна выполнять эту работу. Он, наверное, считает,
что Дэни ждет, чтобы ее пожалели. Но она никогда и никого не просила о
жалости. Способен ли Логан понять, какие мотивы побудили ее взять на себя
обязательства? Раньше Дэни не понимали ни родители, ни муж.
Ей пришел на память визит к родителям неделю назад. Мать сказала:
— Дэни, дорогая, ты выглядишь бледной. Ты здорова?
— Я плохо сплю в последнее время.
— Кофеин. Тебе нужно уменьшить употребление кофе, кока-колы и чая. Но
не в данный момент.
Мать протянула ей чашку тепловатого чая, который Дэни терпеть не могла.
Однако, приходя с обязательным визитом, она вынуждена была мириться с
непременной чашкой чая в гостиной, обставленной настолько казенно, что Дэни
казалось, будто ей здесь не хватает воздуха.
Миссис Куинн сделала пару глотков и критически оглядела дочь.
— С тех пор как вернулась из этого злосчастного городка, ты какая-то
сама не своя. Я не виню тебя. Я возненавидела его с того момента, как твой
отец привез нас туда. До сих пор не могу ему простить.
— Я была там очень счастлива. Мне нравится этот небольшой городок.
— Там не было даже частной школы.
— Мне нравилась обычная средняя школа. Это были два счастливейших года
в моей школьной жизни.
— Подозреваю, ты видела его. Это был один из трюков, которые мать часто
использовала в разговорах. Смысл заключался в том, чтобы заставить
собеседника уйти в оборону.
— Да. Я видела его, — сказала Дэни. Она поставила чашку и
посмотрела матери прямо в глаза. — И он еще более красив, чем был.
Неотразим. Харизматичен. И я до сих пор его отчаянно люблю.
— Не говори подобных идиотских вещей, Даниэль, — повысила голос
мать. — Мы с отцом поступили совершенно правильно. Это был лучший выход
для тебя.
— Нет, не правильно. Это был лучший выход для вас. А я никогда не
переставала его любить. Логан — единственный человек, которого я когда-либо
любила.
— Он остался таким же дерзким и невоспитанным, как и раньше. Да, я
читала о нем. Сейчас, когда у него появились кое-какие деньги, он
разбрасывает их направо и налево, как последний дурак... Противно! Презираю
такую низкопробную демонстрацию богатства.
Дэни оглядела гостиную. Ее трижды перекрашивали за последние четыре года.
— Вижу, — проговорила Дэни, понимая, что ее саркастический взгляд
не дошел до матери.
— Стало быть, после того как ты с ним повидалась и сейчас высказала
свои смехотворные мысли о любви, нам следует опасаться, что он где-нибудь
снова возникнет? Твоего отца хватит удар.
— Нет. Вы можете быть спокойны. Все позади.
— Сейчас, когда он в центре внимания, я думаю, он вряд ли уделил тебе
много внимания.
— Между прочим, — вставая из-за стола, сказала Дэни, — он
просил меня выйти за него замуж.
— И ты отказала? Почему же? Дэни посмотрела на мать, и вдруг ей стало
грустно, что они очень разные. Так было раньше, так будет всегда.
— Не тебе об этом спрашивать, мама. Миссис Куинн невозмутимо сделала
глоток чая.
— Мы с отцом собираемся в лагерь Вебстера по приглашению миссис
Менеффи. Она звонила сегодня.
Это была еще одна небольшая бомба, цель которой привести человека в
замешательство.
И она достигла-таки цели, думала Дэни, подъезжая к гаражу недалеко от своего
дома. Что и говорить, новость была удручающая.
Однако не следует удивляться, что они приняли приглашение миссис Менеффи.
Родители никогда не упустят возможность увидеть, насколько дерзким,
невоспитанным и богатым был на самом деле Логан.
Он увидел, как Дэни вышла из автобуса. Почему она ездит в автобусе? Это был
не какой-нибудь роскошный скоростной, а обычный школьный автобус, новая
окраска которого не могла закамуфлировать все его несовершенство.
Как всегда красивая, Дэни выглядела несколько утомленной и похудевшей.
Поверх бежевого платья на ней был коричневого цвета блейзер. Волосы зачесаны
назад, что подчеркивало угловатость лица. Она вела за руку умственно
отсталого ребенка. Когда мальчик увидел яркие флаги и шары, услышал музыку,
то улыбнулся Дэни так, словно перед ним была богиня, которая исполнила его
самое заветное желание. Получив от нее разрешение, он присоединился к другим
детям, сидящим за столом.
Логан остановился под деревьями. Он не хотел, чтобы она его увидела.
Дэни приветствовали аристократы и бедные — жертвователи и получатели. Она
обнимала детей, не делая никаких различий между ними, родители целовали ее.
Когда Дэни стала рассказывать о том, что представляет собой лагерь, люди
ловили каждое ее слово. Очевидно, она была для всех чем-то вроде идола.
Один из детей, взволнованный происходящим, опрокинул чашку с напитком ей на
платье и разразился отчаянным плачем. Дэни взяла со стола салфетку и встала
на колени, но вовсе не для того, чтобы промокнуть пятно. Она стала вытирать
слезы ребенка и делала это до тех пор, пока тот снова не заулыбался.
Можно ли ее назвать светской красавицей?
В глубине души у него зародилось предчувствие, перешедшее в уверенность.
Он ошибался!
Подъехал второй автобус и остановился под деревьями. Механический лифт
опустил инвалидную коляску. На девочку в коляске невозможно было смотреть
без боли в сердце. Ноги и все тело ее изувечены. Но когда к ней подошла и
наклонилась Дэни, девочка протянула костлявую искривленную ручонку и
ухватилась за золотистые волосы. Прическа была нарушена, но Дэни, похоже,
даже не обратила на это внимания. Она была занята разговором с малышкой.
Дэни достала из карманчика блейзера носовой платок и вытерла обслюнявленный
ротик девочки. Сделала все быстро, естественно, с любовью, без каких-либо
колебаний. Было видно, что ей и в голову не приходило считать это чем-то
неприятным. И продолжала с улыбкой разговаривать с ребенком.
Из автобуса вышла смущенная пара. Дэни сердечно поприветствовала молодую
чету и показала, куда нужно идти. Отец покатил коляску, а девочка продолжала
улыбаться и пыталась помахать Дэни ручкой.
Лицо у Дэни светилось, словно она находила радость в общении с этими
обездоленными детьми или знала секрет источника счастья.
Боже милостивый!
Его ноги сами понеслись к ней.
Глава 10
— Дэни!
Она испытала нечто вроде шока, услышав его голос. Да, Дэни знала, что он
будет здесь. Но еще не успела морально подготовиться к встрече с ним. Да она
никогда к ней и не подготовится. Тем не менее встречи не избежать. Дэни
повернулась и увидела его.
— Привет, Логан.
Он смотрел на нее таким пронизывающим, испытующим взглядом, что впору прийти
в замешательство. Им владело какое-то сильное чувство, которое она
затруднялась определить.
Не гнев и не враждебность, как она могла ожидать. Это было... Впрочем, Дэни не знала, что это такое.
Она нервно прижала руки к талии и сцепила пальцы.
— Огромное тебе спасибо, Логан. Все сделано изумительно. Ты сотворил
настоящее чудо. Дети...
— У тебя есть ребенок, я не ошибся? Она задохнулась, не в силах
выдохнуть воздух из легких, словно ей нанесли сильный удар под дых. Дэни и в
голову не пришло соврать или ответить уклончиво. Его поза, глаза, голос
требовали, чтобы она сказала правду.
— У меня была девочка, — тихо произнесла Дэни. — Она умерла.
Логан зажмурился, на лице появилась гримаса боли. Напряжение не сразу
отпустило его. Расслабилась шея, затем дошла очередь до плеч и рук. Открыв
глаза, он сказал:
— Расскажи мне.
Сейчас, когда он узнал главное, ей захотелось поделиться с ним. Закрытый
наглухо уголок в ее сердце приоткрылся. Это будет такое облегчение —
исповедаться Логану. Подобное искушение она испытывала не раз за последние
несколько лет.
Взяв Логана за руку, Дэни повела его к одному из павильонов на открытом
воздухе, который предназначался для проведения лагерных мероприятий. Она
села на один конец скамейки, он — на другой.
— Моя малышка Мэнди родилась физически недоразвитой и умственно
отсталой, — без преамбулы начала Дэни. — Кроме того, она пережила
травму при родах.
— Я не знал, что у тебя был ребенок. Дэни грустно улыбнулась:
— Мало кто знал об этом. Я была настолько потрясена, узнав о своей
беременности, что отказалась от участия во всех общественных мероприятиях.
Когда родилась Мэнди, Фил пришел в ужас, так же как мои и его родители. Они
называли ее, — Дэни нервно передернула плечами, — разными
кошмарными именами. Фил даже не хотел забирать девочку из больницы.
Логан видел, как тяжело было Дэни все это вспоминать. Она сжала ладони в
кулаки с такой силой, что побелели суставы. Логан с трудом сдержал себя,
чтобы не накрыть их своими ладонями. Ему вдруг страшно захотелось схватить
этого выродка Фила за горло.
— Все были против меня. Мне пришлось выдержать борьбу за то, чтобы
привезти ребенка домой. — Она подняла полные слез глаза на
Логана. — Я любила ее. Она отнюдь не была красивой. Но была такой
беспомощной и страшно нуждалась в любви... Она была моей... И я любила ее...
— Продолжай, — хрипло прошептал Логан.
— Все складывалось как нельзя хуже. Я перестала появляться в обществе,
потому что ухаживала за Мэнди. Это бесило мужа. В конце концов Фил поставил
ультиматум: либо она, либо он. — Дэни невесело засмеялась. — Он не
знал, как я обрадовалась, узнав, что Фил хочет развода. Я не могла спокойно
смотреть на него, зная о его отношении к собственной дочери.
Она потрогала край юбки, на которой расплылось липкое пятно. Но никто из них
этого сейчас не замечал.
— Фил оставил мне приличное состояние — деньги в банке и дом. Мои
родители после развода не разговаривали со мной много месяцев, но это меня
мало беспокоило. Гораздо больше волновало другое. Здоровье Мэнди все
ухудшалось. Ей было около двух лет. Она перенесла три хирургические операции
в течение года. Я не буду утомлять тебя подробностями...
— Я хочу знать все подробности, — тихо сказал Логан.
Дэни долго и задумчиво смотрела ему в глаза, после чего продолжила рассказ:
— Я не могла получить страховку на случай ее госпитализации. Мои
родители отказывались платить за лечение девочки. — Из-под век Дэни
скатились слезы, она смахнула их. — Они хотели, чтобы Мэнди умерла и не
позорила их. О том же мечтал и Фил. Я продала дом, распродала большую часть
драгоценностей и многое другое, чтобы оплатить счета за ее лечение,
однако... — Голос задрожал, она проглотила комок в горле. — Врачи не
смогли спасти ее. Ночью, во сне она перестала дышать.
Воцарилось тяжелое молчание. Праздничный шум, казалось, умчался куда-то за
миллионы миль. Наконец Дэни заговорила снова:
— На второй день после похорон я дала Господу обет работать с такими
детьми. Я обещала подарить им заботу и любовь, которую не смогла дать Мэнди.
Это обет на всю жизнь, Логан. И пошла я на это осознанно.
Логан встал со скамьи и подошел к кедровой колонне, поддерживающей крышу
павильона. Он оперся на нее плечом и невидящим взором стал смотреть на
зеленеющий вдали лес.
— Я очень сожалею, Дэни... Сожалею обо всем. — Он чертыхнулся про
себя и стукнул кулаком по колонне. — Стоит мне вспомнить, что я
наговорил... С каким презрением отзывался о тебе. Называл испорченной...
— Ты ведь не мог знать, Логан.
— Но мне следовало бы знать! — воскликнул он, резко повернувшись к
ней. — Как я мог оставаться настолько слепым по отношению к тому, кого
люблю? Должно быть, ты ненавидишь меня за то, что я наговорил!
— Ненавижу? Нет, Логан.
— Ну должна ненавидеть.
— За что?
— За то, что я круглый идиот! Вот за что!
— Вовсе нет! — горячо проговорила Дэни, направляясь к нему. —
Ведь я люблю тебя. А круглого идиота я бы не полюбила.
— Дэни! — В два прыжка он оказался рядом с ней и сгреб ее в
объятия. — Ну почему, любимая, почему? Почему не пришла ко мне? Страшно
подумать о том, как ты мыкалась одна с Мэнди! Почему не дала мне разделить с
тобой свою боль?
Отстранившись от него, она молча посмотрела ему в глаза.
— Ты... Ты хочешь сказать, что хотел бы?
— Господи, ну конечно же! — проговорил Логан, снова привлекая ее к
себе. — Почему ты мне не сказала?
— Я хотела, — вздохнула Дэни. — Я не знала, кому выплакать
свои слезы. Я нуждалась в тебе. Продолжала любить, но не знала, как ты
относишься ко мне. Если помнишь, я оставила тебя на растерзание шерифу. И
полагала, что ты ненавидишь меня.
— Конечно, умом я могу это понять. Хотя я думал, что ты знаешь меня
лучше. Но у тебя было много возможностей рассказать мне об этом позже.
Например, в тот день, когда я говорил всякие оскорбительные вещи о светских
вечерах и званых завтраках. Почему ты не защищалась и не рассказала о своем
обете?
— Это мое собственное решение. Я не могу просить тебя или кого-либо
другого заниматься тем же самым. Ты не можешь чувствовать так же, как я.
— Я никогда не буду чувствовать так, как чувствуешь ты, Дэни, потому
что не испытал той боли, которую испытала ты, — тихо сказал он. —
Но я понимаю твое решение и с радостью присоединяюсь к нему. Я бы сделал это
недели... годы тому назад, если бы ты попросила меня.
— Я боялась, что ты станешь отговаривать меня делать то, что я делаю.
— Никогда! Ни при каких обстоятельствах, а тем более сейчас, когда знаю
подробности.
— И потом я не хотела твоей жалости.
— Никакой жалости! Я люблю тебя.
— А я тебя. Ты знаешь об этом. Но ты хочешь жениться на мне. Хочешь
иметь детей... Узнав о Мэнди, возможно, не станешь рисковать...
Он дотронулся до ее губ.
— Не смей так даже думать! Если ты выйдешь за меня, у нас будет
ребенок, Дэни. И я буду любить его, что бы там ни было.
Дэни почувствовала, как спазм сжал ей горло, и она некоторое время не могла
говорить.
— Если бы я не любила тебя, то полюбила бы за эти слова.
Он крепко прижал ее к себе.
— Прости меня за то, что я так плохо думал о тебе, и за те слова, которые наговорил в сердцах.
— Ты уже прощен. Я знаю, откуда все пошло. — Она положила ладони
ему на грудь и серьезно посмотрела на него. — Хочу, чтобы ты знал:
когда я приехала, у меня не было намерения рассказывать тебе обо всем. Я
хотела лишь еще раз увидеться с тобой и убедиться, что ты здоров и счастлив.
— Я был несчастлив, начиная с того вечера, когда нас разлучили.
— Я тоже.
— От тебя требовалось немалое мужество, чтобы приехать сюда. Ты должна
была понимать, что я захочу встретиться с тобой.
Дэни стрельнула в него взглядом:
— Это если мягко выразиться. Логан негромко рассмеялся:
— Даже тогда, когда вел себя как подонок, я любил тебя. И чем больше
любил, тем хуже вел себя... Пойми и прости.
Он нежно поцеловал ее. Страдания, которые не отпускали все последние недели,
вдруг отлетели от нее, словно сброшенная старая кожа. Казалось, она
мгновенно переродилась под воздействием этого поцелуя.
— Выходи за меня замуж, Дэни.
— Я хочу этого, я хочу этого, — шептала она, уткнувшись лицом ему
в шею.
— Так сделай это.
— Но не менее того я предана своей работе.
— А я предан тебе. Во всех смыслах. И почему ты считаешь, что твои
обязательства по отношению к этим детям помешают нашей любви? Да ты здорово
упала бы в моих глазах, если бы бросила их ради меня или кого-либо другого.
— Мне придется часто выезжать в Даллас. Ты должен это понимать.
— Я доставлю тебя на самолете в любое место. И подумай только: как
удобно будет нам с тобой контролировать лагерь Вебстера. — Он пальцем
приподнял ей подбородок. — Так как — хочешь или не хочешь выйти за меня
замуж?
Дэни прижала ладони к его щекам и притянула к себе.
— Хочу. Я уже говорила тебе об этом десять лет назад.
— На сей раз я намерен удержать тебя. Они снова поцеловались и не
размыкали объятий, пока Логана не бросило в жар. Он отстранился и сказал:
— До того как это произойдет, нам нужно показаться людям. У нас есть перед ними обязательства.
— А как насчет обязательств друг перед другом?
Он тронул ее за талию.
— Я определенно намерен выполнить их чуть позже.
Едва Логан и Дэни вышли из павильона, как тут же столкнулись с ее
родителями. По всей видимости, они давно наблюдали за ними. Выражение их лиц
не предвещало ничего хорошего.
— Здравствуйте, мама, папа, — спокойным тоном произнесла
Дэни. — Я только что думала о вас. Вы, конечно, помните Логана.
— Миссис Куинн, мистер Куинн, — вежливо, но без особого почтения
приветствовал их Логан.
— Вы можете первыми поздравить нас. Логан и я решили пожениться. Снова.
На несколько секунд воцарилось напряженное молчание, которое прервал мистер
Куинн:
— Не сомневаюсь, вы делаете это, чтобы насолить нам за то, что
произошло десять лет назад.
— Наоборот, отец. Мы делаем это по той же причине, что и тогда. Мы
любим друг друга.
— Знает ли он о твоем ребенке? — спросила мать.
Дэни напряглась. Они готовы пуститься во все тяжкие, лишь бы разлучить их с
Логаном, и даже не потому, что Логан плохой, а просто потому, чтобы
сохранить свое лицо.
— Да! Знает! Он знает и о том, что благодаря Мэнди у меня хватило
мужества разорвать этот брак, вырваться из-под вашего каблука и бросить вам
вызов сейчас. Я выхожу замуж за Логана, и вам придется смириться с этим. И
не стоит на сей раз посылать шерифа. Логан — друг губернатора.
— Дэни! — с легким укором произнес Логан, кладя ей руки на плечи,
что сразу же успокоило ее. Она доверчиво прильнула к нему. Логан понимал
причину гнева Дэни, однако сам он к Куиннам испытывал лишь жалость. Им были
неведомы ни любовь, ни радость. Все в жизни они измеряли ярлыком с указанием
цены. Надо благодарить Бога за то, что Дэни не переняла от них этого
качества.
— Мы сообщим вам о дне свадьбы. И Дэни, и я — мы оба хотим, чтобы вы
пришли. А сейчас просим нас извинить. Миссис Менеффи знаками приглашает нас
к репортерам, которые толпятся возле нее.
— Я не понимаю, из-за чего такая спешка? — проговорил Джерри
Перкинс, ослабив галстук и положив ноги на кофейный столик. Он глотнул из
бокала охлажденного шампанского.
Картошка, устроившись на краю дивана, тоже потягивала шампанское. Туфли ее
валялись на полу, а сама она сидела, поджав ноги под себя.
— Может, они вынуждены пожениться, — лукаво сказала она, глядя на
пару, расположившуюся на диване напротив. Видя, что те не клюют на ее
приманку, комично изобразила испуг:
— Это так, признайтесь?
Логан оторвал взгляд от лица невесты и повернулся к Картошке.
— Нет, не так. — И снова обратил лицо к Дэни. — Правда же?
Дэни засмеялась и уткнулась ему в шею.
— Правда. Но мне почти хочется,
Закладка в соц.сетях
