Жанр: Любовные романы
Взаимное притяжение
...тно, что он
забыл обо всем на свете.
Потом Силоу разжала руки и молча показала ему на кольцо, висевшее у него на
шее. Она увидела, что он понял ее, потому что на его лице появилось
выражение нежности и торжества. Билли Боб поднес кольцо к губам и поцеловал
его.
Но он не стал прижимать ее к себе, наоборот, вместо этого он оттолкнул ее, и
она упала на кожаное сиденье. Она попыталась схватиться за него, но он с
горящими, как уголья, глазами отвел ее руки. Потом потянулся обеими руками к
ее горлу и расстегнул верхнюю пуговицу белой джинсовой рубашки.
У нее перехватило дыхание, а он продолжал медленно расстегивать пуговицы. На
третьей по счету он поднял на нее глаза.
— Билли...
— У меня нет кольца, — с трудом сказал он, возвращаясь к
прерванному занятию. — И я, наверное, не смогу на глазах у всех надеть
тебе на палец свой подарок еще в течение какого-то времени. Но если все, что
ты сказала — правда, у меня есть одно законное право, и я хочу
воспользоваться этим правом...
Силоу лежала неподвижно, широко раскрыв глаза; кровь бешено пульсировала у
нее в жилах, сердце колотилось, а он, покончив с последней пуговицей,
наклонился, чтобы вытащить рубашку у нее из шорт.
Увидев ее белую, как будто светящуюся в темноте кожу, Билли задохнулся.
Лифчик не полностью закрывал груди, он ласково провел пальцем по его
краешку. Она вздрогнула от его прикосновения, ее груди часто вздымались в
такт дыханию.
— Не бойся, — прошептал он. — Никто не узнает. И я перестану
сразу, как только ты захочешь.
— Что перестанешь? — спросила Силоу прерывистым шепотом.
— А вот что, — сказал он и припал к ложбинке меж ее грудей.
Она почувствовала, как он провел по коже языком, а потом, коснувшись ее
губами, легонько втянул в себя.
— Билли, — нежно прошептала она и притянула к себе его голову.
Билли, конечно, не знал — и никогда не узнает — что делал с ней Майкл, но ей
захотелось, чтобы он понял, что его поцелуй снимает с нее позор похотливых
прикосновений Майкла; чтобы он понял, как остро она почувствовала разницу
между братьями, как она ненавидит одного и как хочет другого, такого
ласкового и нежного.
Мир сошел с ума, встал с ног на голову, если считает, что Майкл лучше Билли.
Кто это может знать лучше, чем женщина, которая целовалась с обоими?
Они еще долго лежали после того, как его губы оторвались от нее. В конце
концов, он поднялся и посмотрел на нее, а потом опустил взгляд на след,
оставленный им на ее левой груди.
— Клеймо, — сказал он. — Даже когда оно сойдет, ты все равно
будешь помнить его.
Она еще не пришла в себя и не могла сказать ни слова. Он заправил ее рубашку
в шорты и стал застегивать пуговицы.
— Ты меня не остановила, — сказал он. — Значит, тебе это не
было противно?
Силоу помотала головой, и он застегнул следующую пуговицу.
— Да? И знаешь, что это значит? — спросил он и застегнул последнюю
пуговицу.
Ей так не хотелось покидать мир грез, но его слова вернули ее к
действительности. Он наклонился к ней; кольцо на цепочке повисло между ними.
Она коснулась его пальцем.
— Это значит для тебя: больше никаких женщин.
—
Никаких женщин
? У меня уже давно нет никаких женщин, Силоу. С тех
пор, как мы поженились. — Тут он снова попытался рассмеяться. —
Нет, это значит, что я — круглый дурак, что отпустил тебя только с одним
подарком, — и он коснулся пальцем левой груди, где оставался скрытый
одеждой след его губ.
— Нет, мне кажется, Билли, что на сегодня вполне достаточно.
Его лицо внезапно потемнело.
— Только держись, пожалуйста, подальше от Майкла. Пусть вы, конечно,
вместе хорошо смотритесь, но...
— Билли! С тобой мы будем смотреться еще лучше! Вот увидишь! Подожди
только до завтра! Завтра мы встряхнем этот сонный городишко!
Глава 13
Силоу вскочила, как взведенная пружина, в семь часов утра, свежая,
выспавшаяся и готовая ко всему, будто легла не в три часа ночи, а проспала
целые сутки.
Сегодня — суббота. Начало новой эры! Первый день свободы! Прежде всего, надо
будет собраться с силами и поставить Сэма перед фактом: она хочет быть с
Билли Бобом. Надо проявить твердость характера. Если она хоть чуточку
дрогнет, это сразу заметят и Сэм, и Билли. Она улыбнулась, глядя на себя в
зеркало. Билли Боб сегодня придет сюда! За ней!
Стук в дверь заставил ее вздрогнуть.
— Силоу! Ты спишь?
Отец! Так рано? Она вдруг увидела в зеркале испуганную девчонку с широко
открытыми глазами. Что ему нужно? Силоу усмехнулась. Чего она испугалась?
Она вышла к нему из ванной в голубой ночной сорочке, а он был одет с
иголочки, хотя вид у него был очень усталый и какой-то помятый.
— Я услышал, что ты уже встала, — тихо сказал Сэм. — У меня
мало времени. Через час здесь будет судья с двумя советниками. Я только
хотел сказать... — тут он посмотрел в сторону, — что сожалею о
том, что не верил тебе насчет Майкла.
Он говорил отрывисто, невнятно, скрывая смущение за суховатым тоном. Силоу
остолбенела. Отец никогда на ее памяти не извинялся. Ни разу в жизни! Она
такого просто не помнит.
— Я не спал всю ночь... размышлял. Конечно, Майкл был взбешен. Я думаю,
он все-таки любит тебя. По-своему, разумеется. Любит, как умеет. Но это все
равно не извиняет его.
— Папа!..
Чувства переполняли Силоу. Она не могла произнести ни слова. Отец поднял
руку, призывая ее молча выслушать его.
— Лидия тоже не должна была так разговаривать с тобой. Я и с Майклом
хотел еще поговорить, но он не ночевал дома. С ними все ясно, с обоими. У
меня мало времени, и пока я вот что тебе скажу, Силоу: кроме Майкла, есть
много других парней, и красивее, и умнее. Мне жаль, что я принуждал тебя...
Он неловко потрепал ее по щеке. Силоу уже было, открыла рот, чтобы сообщить
ему о своем замужестве, но, пока она собиралась с духом, он уже повернулся и
направился к двери.
— Все, я уже опаздываю. На параде меня не будет, но я очень постараюсь
прийти к трем. Ты ведь будешь вручать призы в три?
Она молча кивнула.
Билли не пришел.
Ни в восемь, ни в девять. Без четверти десять она вышла из дома, даже не
взглянув в сторону телефона. Она не будет ему звонить. Вчера она сказала
все, что могла.
Отметина на левой груди жгла кожу, щеки тоже горели при одном воспоминании о
вчерашнем. Она сделала все, что могла. Если после всего, что произошло, он
не пришел, значит, она бессильна его привлечь. И больше не будет даже
пытаться.
В субботу утром Билли охватила легкая паника. Как он мог до сих пор ходить с
такими волосами? Теперь надо думать, как понравиться Сэму Пеннингтону.
Старику наверняка легче было бы смириться с аккуратно стриженым женихом
дочери. Но, увы... Совершенно нет времени. Да и ни к чему изменять себя без
всякой надежды на успех. Вряд ли этот старый козел стал больше любить его,
чем четыре года назад.
Главное — Силоу. Она, кажется, любит его. И прическа ей не мешает.
Но все равно он решил повременить и ничего пока не говорить маме и деду.
Небольшое сомнение у него все-таки оставалось. Она еще, наверное, может
передумать. А ему остается только ждать ее решения. Он, похоже, сделал все,
что мог, думал Билли Боб, оглядывая себя в зеркале: летняя шотландская
рубашка, новые джинсы, ремень с большой пряжкой, отполированные до
зеркального блеска ботинки. Он, конечно, не Майкл, но ему этого и не надо.
Еще не хватало, чтобы он походил на этого великосветского пижона!
Было только шесть часов утра, но у него было такое чувство — очень приятное
чувство, что Силоу уже не спит и ждет своего возлюбленного.
— Ты такой нарядный сегодня, — удивленно встретила его на кухне
мать, оглядев с ног до головы.
Билли не знал, куда деваться от смущения. Он налил себе чашку кофе и опустил
глаза.
— У меня дела в городе, — сказал он, отодвигая тарелку. — Дед
уже собрался?
— Это та девушка, что звонила...
— Мама! Не спрашивай меня ни о чем, пожалуйста. Я не хочу сейчас об
этом говорить. Пока. Это мое личное дело, понимаешь?
Она отвернулась со скрытой обидой и стала мыть посуду.
— Как скажешь.
С минуту он смотрел ей в спину.
— Ты с нами поедешь?
— Нет, — решительно сказала она. — Не люблю политиков.
Они старались не затрагивать в разговорах больную тему. Но счастливый Билли
забыл об осторожности и произнес:
— Нельзя же всю жизнь прятаться от него. Прошло уже почти тридцать лет.
Мать резко обернулась, разбрызгивая по полу мыльную воду.
— А вот это, Билли, мое личное дело!
— Мама...
Вдруг в окно заглянул дед.
— К нам едет Томми, — сообщил он.
— Зачем? — Билли удивился и встревожился. Дед подозрительно
посмотрел на него.
— По-моему, тебе лучше знать.
— Ума не приложу, — сказал Билли и сорвался с места. Он как раз
выбежал на заднее крыльцо, когда шериф с угрюмым лицом выбрался из машины.
— Привет, Томми.
— Привет, Билли Боб... Вилли, мое почтение, — пробурчал Томми и
надолго замолчал.
Билли оперся о перила.
— Погостить приехал? — пошутил он. Томми не поддержал шутки.
— Я приехал за тобой, — с сожалением сказал он.
— За мной? — Билли выпрямился. — По какому поводу?! Шериф
подошел к Билли Бобу и встал, глядя ему в глаза.
— Где ты был этой ночью? — сказал он, как будто изобличая
преступника. — Только не говори, что дома! Клэнси Грин видел твой
грузовик в два часа ночи на площади! Он возвращался с рыбалки...
Билли хотел было ответить, но передумал. Сразу как-то не придумаешь, что
отвечать. Не правду же говорить?
— Почему это тебя интересует?
— Сегодня утром на двадцать пятой миле была авария. Вскоре после того,
как Клэнси Грин видел тебя.
— И что из того? Неужто я разбился? А я и не знал.
— Нет, разбился не ты. Разбился мистер Джулиард из Магнолии, штат
Арканзас. Кто-то столкнул его с дороги. Он точно не помнит, как это
произошло: то ли его ударили в бок, то ли он сам свернул, чтобы избежать
столкновения...
— И что из того? — спокойно повторил Билли.
— Тот, с кем он столкнулся, вылез из своей машины и подошел к
пострадавшему... Джулиард просил о помощи. Но не дождался ее. Он говорит,
что кричал несколько раз. Он истекал кровью!
Утреннее солнце светило весело и ярко. Было больно смотреть на залитые
солнечным светом двор и сад. Ветер был почему-то холодным, совсем как этой
ночью, когда они с Силоу стояли друг против друга. Эти мысли пронеслись в
голове Билли Боба перед тем, как он понял, куда клонит шериф.
— Это не я, — сказал он. — Я не сталкивал машину, и я не оставил бы человека в беде.
Томми снял солнцезащитные очки и посмотрел ему прямо в глаза.
— Ты! Джулиард узнал тебя!
Его слова прорвали плотину молчания. Эллен стала всхлипывать. Вильям Уокер
тихо выругался. Билли в два огромных прыжка преодолел все ступени крыльца и
оказался нос к носу с шерифом.
— Как он мог узнать меня? Я никогда не был в Арканзасе!
— Он описал тебя до мельчайших подробностей. Думаешь, мне легко было
поверить? Думаешь, я плохо его допрашивал? Он сказал, что ты был пьян. Это
тебя хоть как-то оправдывает. Иначе ты бы, конечно, не оставил беспомощного
человека умирать. Я знаю, что ты даже собаку постарался бы спасти. Но...
сомнений у меня нет. Джулиард все время повторяет свой рассказ о том, как ты
смотрел на него, а потом ушел, хотя он тебя звал. Я трижды давал ему ряд
фотографий, и трижды он выбирал тебя.
— Но это не я!
— У него сотрясение мозга, многочисленные тяжелые порезы. Он сильно
ударился, — Томми провел рукой по бокам. — У него перелом
нескольких ребер и ног. И он лежал на дороге больше часа... таково
заключение экспертизы.
— Но это не я! — твердил Билли Боб.
— Тогда что ты делал в два часа ночи? И почему Клэнси Грин видел тебя
на площади?
— Я... поехал... Мне надо было... съездить к нашему киоску...
— Виль! Что ты там делал?
Как отвечать? Какая-то часть мозга Билли холодно анализировала ситуацию. Как
выкрутиться? Надо ли вовлекать Силоу? Нет, не надо. Это явное недоразумение,
скоро все само выяснится.
— Посмотрите на мой грузовик! — сказал он Томми. — Где на нем
следы аварии?
— Джулиард не утверждает, что ты сбил его. Может, он сам неудачно
вырулил, когда пытался избежать столкновения. Наш технический эксперт,
конечно, осмотрит твою машину, но пока его нет в городе и не будет три
дня, — Томми повертел очки в руках, потом с сожалением сказал: — Я
должен тебя арестовать, Билли. Сам понимаешь.
— Но я...
А что
я
? Что ему сказать? Меня там не было? Меня ждет девушка?
— Это не он, — сказал Вильям Уокер, быстро, насколько ему
позволила болезнь, загородив внука. — Ты что, глухой? Он тебе сколько
уже твердит? Это не он!
— Это надо доказывать, Вилли... Его слова к делу не пришьешь, —
Томми подошел к машине и открыл заднюю дверцу. — Народ, возможно, меня
осудит, но я не хочу надевать на тебя наручники. По крайней мере, не на
глазах у матери. Поэтому садись сам, Билли. Не усложняй жизнь ни себе, ни
мне.
Билли был раздавлен случившимся. Переход от счастья к этому кошмару был
слишком стремительным. За спиной он услышал тихие шаги матери и заторопился
к полицейской машине.
Едва Томми сел за руль, как Эллен приникла к окошку.
— Это из-за девушки. Это из-за нее, я знаю. Заставьте его признаться!
Пожалуйста!
— Однако, Эллен...
— Не вмешивайся, мама! Томми, мы едем или нет? Чего ты ждешь? Езжай,
ну!
Он отвернулся в сторону, чтобы не смотреть на маму, деда, родной дом. Он
старался не думать о Силоу, о том, что она подумает, когда узнает о
случившемся. Оставит его, может быть? Женщины не любят неудачников.
Он не станет впутывать ее до последней возможности. Сначала попытается
выкрутиться сам.
Что-то случилось. В толпе перешептывались. Сначала Силоу, поглощенная своим
горем, не замечала выражений удивления и досады на лицах людей. Билли не
показывался. Даже на парад не пришел. Неужели все-таки что-то случилось?
Даже их семейный киоск закрыт. Может, заболел его дедушка? Раз или два ей
показалось, что в толпе произнесли его имя. Но она стояла на помосте; парад
должен был скоро начаться.
Солнце слепило глаза; она все время щурилась и чувствовала себя прескверно.
— Какое солнце! Я долго не выдержу, — сказала она мужчине,
стоявшему рядом с ней.
— Конечно, идите, отдохните, — сочувственно произнес он. —
Только обязательно вернитесь вовремя.
Несколько мужчин стояли в тени деревьев около фруктовых прилавков и
разговаривали.
— ... и он лежал в луже крови.
— Говорят, его видел Клэнси Грин. Ты мне скажи, что здесь делал Билли
Боб в два часа ночи?
— А что будет, если раненый умрет? Силоу перебила их:
— Скажите, пожалуйста, а почему киоск мистера Уокера закрыт?
Мужчины переглянулись. Один из них, с большой бородой, нехотя ответил:
— Хозяина нет.
— А что случилось?
Бородач пожевал губами и процедил:
— Говорят, у них в семье неприятности.
Она поняла, что неприятности связаны с Билли Бобом, но все-таки спросила:
— С Билли Бобом что-нибудь? Никто не ответил.
— Я слышала, вы говорили о нем! Что с ним? Он ранен? — спросила
она с тревогой.
— Нет, здоров, как огурчик, — ответил другой мужчина, более
вежливый. — С ним все в порядке... если не считать того, что он в
тюрьме.
— В тюрьме! — Ей самой стало смешно, что она вздохнула с
облегчением, но показывать радость было нельзя, уж слишком серьезно смотрели
на нее мужчины. — За что его посадили? За драку?
— Нет, вчера ночью он сбил человека и оставил его умирать на
дороге, — угрюмо сказал бородач. — Тот едва не отдал Богу душу.
— Что? Как вы сказали? — Силоу побледнела.
— Да подожди ты! — вмешался более вежливый. — Это все лишь
предположения, понимаете? Ничего еще не известно.
— Но почему подозревают Билли Боба?
— Пострадавший его описал и опознал по фотографии. И еще его видели
здесь, на площади, в два часа ночи.
— Но это потому, что... — чуть не ляпнула она всю правду первым
встречным.
Нет, ей нужно рассказать все Томми!
Даже тюрьма была расцвечена патриотическими лентами и походила теперь на
нищего, нашившего на одежду яркие заплатки.
Билли сидел и ждал, пока Томми поговорит по телефону, судя по всему, с
родственниками пострадавшего. После переговоров шериф запер Билли в ту же
самую, знакомую ему камеру и ушел в больницу.
Дежурный принес арестованному поесть, но он не ел. Молчал. И думал.
Где Силоу? Когда это кончится? Когда найдут настоящего преступника?
Потом вернулся Томми и открыл камеру. По пятам за шерифом следовал Дэвис.
— Тебе, наверное, понадобится адвокат, Билли, — хмуро сказал
Томми. — Я пригласил Дж. К. Он согласился помочь тебе. Бесплатно.
— Очень любезно с его стороны.
— Это, конечно, немного не по правилам... Но я не считаю... то есть не
возражаю... Ну, короче, Дэвис зачитает тебе бумагу о твоих правах, а потом
мы приступим к допросу.
Дж. К. вошел в камеру, кивнул Дэвису и уверенно похлопал своего подзащитного
по плечу. И Билли стало до боли ясно, что он может запросто загреметь в
тюрьму на несколько лет. Дэвис зачитывал ему стандартную бумагу, но он
ничего не слышал. И даже когда его стали обыскивать, повернув лицом к стене,
он едва осознавал, что с ним делают.
— Складной нож, бумажник... — диктовал Дэвис. Похоже, без помощи
Силоу ему не обойтись.
Руки дежурного полицейского похлопали ему по груди и наткнулись на кольцо,
висевшее на шее.
— Повернись ко мне, — скомандовал он. — И еще... Что это?
Ага, кольцо на цепочке, — удивленно добавил Дэвис.
— Не трогайте! — предостерегающе сказал Билли. — Зачем вам
кольцо?
Дэвис отпустил руку, но Томми быстро сказал: — Лучше отдай сам, сынок, или
сначала прикажешь связать тебя, а потом уж взять?
Билли стиснул зубы. Одним движением он разорвал цепочку. Кольцо упало и
укатилось.
— Думаешь, не найдем? — усмехнулся Томми, начиная злиться.
Дэвис подобрал кольцо и отдал его начальнику. С лица Томми не сходило
удивление. Он был слегка дальнозорок; подержав некоторое время, кольцо
подальше от глаз, на вытянутой руке, он все равно не смог рассмотреть его
как следует.
— Что там написано? — спросил он, наконец, у Дж. К. Дж. К. взял,
посмотрел, прочитал и... замер от удивления.
У него даже челюсть отвисла.
— Вы не п-поверите, — сказал он, слегка заикаясь. — Это
кольцо с именем... Силоу Пеннингтон.
Все молчали. Удивление Дэвиса достигло высшей точки. Потом Томми встал и
забрал кольцо у Дж. К.
— Теперь я понимаю, о ком говорила Эллен. Итак, прошлой ночью ты был с
ней?
— Не ваше собачье дело, — выдавил наконец, Билли.
— Ах да, — смешался Томми. — Чего это я? У меня и так
достаточно... Дэвис! Приведи сюда Силоу! Быстро! И мне плевать на то, как ты
ее найдешь, понял?
— Меня не надо искать.
Она стояла в дверях, на том самом месте, где несколько недель назад дралась
с офицером дорожной полиции, в ярко-голубом платье, и, не отрываясь,
смотрела на Билли Боба.
— Не говори ничего, — резко сказал он. — Уходи сейчас же! Не
вмешивайся!
— Уже вмешалась. Ничего не поделаешь... Это ведь мое кольцо. И... и я
была с Билли Бобом в ту ночь...
— Силоу, не надо!
— ... или в это утро, назовите, как хотите. Мы встретились примерно в
полночь и провели вместе... наверное, около двух часов...
Силоу нервно закусила губу. Билли стоял неподвижно, бледный как смерть.
— Зачем ты пришла? Я же тебя не просил. Ты решила принести мне в жертву
свою репутацию? А я тебя об этом просил?
—
В жертву
? — удивилась она. — Почему
в жертву
? Я просто
хотела...
Томми прервал их спор, всем своим видом и поведением выражая неудовольствие.
— Ладно. Хватит. Даже если я поверю, что ты была с ним...
— Я была!
— ... все равно это не объясняет, почему пострадавший опознал его.
Откуда ты знаешь, что делал Билли Боб после того, как вы... после вашего...
после вашей встречи?
— Как ты не понимаешь! — воскликнула Силоу. — Это был не
Билли, а Майкл!
Томми стал хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. А Билли
вздохнул так, что чуть не сломал себе ребра. Его глаза остекленели и
округлились. Майкл! Как ему самому в голову не пришло! Он приезжает из
Мемфиса достаточно редко, так что никем не воспринимается как житель
Суитуотера. О нем забыли!
— Томми, выслушай меня, пожалуйста! — взмолилась Силоу. — Он
много пьет. Никто этого не знает, но это правда. Я видела, как он напивался.
И он... вчера... Он был сильно огорчен. Мы... то есть я, расстроила
помолвку. Понимаешь? Он, наверное, напился, и... Это был он. Точно.
— И ты хочешь, чтобы я вызвал его на допрос? — медленно произнес
шериф. — Сына судьи? Сына будущего губернатора? Если он окажется
невиновен...
— А с Билли Бобом, значит, можно не церемониться? — гневно
закричала Силоу. — А он тоже, между прочим, сын судьи!
Она высказала вслух то, чего никто не осмеливался говорить в течение почти
тридцати лет.
На несколько минут все застыли.
— И вообще, — продолжала она, — у Билли Боба — алиби, потому
что он был со мной.
— И чем они, интересно, занимались? — усмехнувшись, спросил Дэвис
у Дж. К. тихим шепотом. Но так, что вопрос услышали все.
Билли Боб резко выбросил вперед правую руку. Дэвис получил сильный удар в
грудь, стукнулся о стенку и упал на пол.
— Я тебе заткну рот! — прорычал Билли, склонившись над
поверженным. — Еще слово скажешь — мозги вышибу!
Томми кинулся и встал между ними. — Билли! Он при исполнении!
Дэвис с трудом поднялся, не сводя удивленного взгляда с широкоплечего парня,
только что одним ударом свалившего его с ног. Томми обратился к помощнику:
— Дэвис! Обзвони все больницы в округе! Наверняка тот, кто сбил
пострадавшего, сам тоже что-нибудь повредил себе. Выясни, обращался ли кто-
нибудь, похожий на Билли Боба, в больницу за помощью. Билли! Похоже, у тебя
есть алиби... но я не могу пока отпустить тебя... по закону. Пока не
докопаюсь до истины. Силоу! Раз уж ты вляпалась в это дело — по самые уши,
то можешь помочь мне... И тебе, наверное, понравится поручение: сопровождать
меня к судье!
— Я хочу сначала поговорить с Билли Бобом. Наедине.
— Э-э-э... нет, нельзя, девочка, — деликатно сказал Томми и стал
легонько подталкивать ее к дверям. — Закон не разрешает. Может, вы
сейчас договоритесь о подробностях, а на самом деле вы вовсе не были вместе,
а? Я ж не знаю. Поняла?
— Ты не веришь мне? — сморщилась Силоу, словно от боли.
— Увы, — вздохнул Томми. — Я совсем запутался. Уж не знаю,
что и думать про тебя. Ты вроде бы обручилась с одним мужчиной и в то же
время тайно встречаешься с другим. Подозрительная история.
Силоу тоже вздохнула. Она бы сказала ему, но нельзя. Сначала надо
переговорить с Билли.
— Прими мою историю как правдоподобную гипотезу, — холодно сказала
она. — И ты убедишься, что я говорю правду.
— Посмотрим. Посмотрим, во что это выльется... для Сьюэллов.
— И все-таки ответьте мне, пожалуйста, — упрямо повторил
Томми,
...Закладка в соц.сетях
