Жанр: Любовные романы
Двойная игра
... в зоопарк, то поезжай вместе с Макси и
Кордом, - предложила Кендра. - Он
же не посторонний человек, ты знаешь его.
- Я знаю его только тогда, когда рядом ты или мама, - удрученно сказала
Дэйзи.
Она выглядела испуганной.
- Корд - отец Дэйзи, Эшлин, - зашептала Кендра, отведя в сторону сестру,
чтобы Дэйзи не могла их услышать. -
Это же... печально, что она боится своего отца.
Кендра была не единственная, кого обеспокоил ответ Дэйзи Корду. Отец и дочь
были чужими друг другу, и Эшлин
прекрасно знала, кто виноват в этом. Сознание вины - могучая сила, и она не
устояла перед ней.
- Прекрати плакать, Дэйзи. - Она вздохнула. - Я поеду с тобой в зоопарк.
Дэйзи ликовала.
- Мама поедет!
Она помчалась в гостиную, чтобы обрадовать Корда и Макси. По ее лицу все еще
текли слезы, и она вытирала их рукой.
Корд почувствовал колоссальное облегчение. Он был счастлив, что больше не
увидит слез на лицах двух девочек. Нелепо
было оказаться в таком затруднительном положении. Во всем виновата Эшлин со
своим духом противоречия. Эшлин
присоединилась к ним через несколько минут. На ней были старые голубые джинсы,
отвратительного цвета футболка,
которая была ей велика, и спортивные тапочки, некогда белые. Ее густые упругие
волосы были убраны назад, на лице ни
капли грима, и даже губы не тронуты помадой.
Эшлин была одета не так, как одевается женщина, чтобы привлечь внимание
мужчины. Казалось, что она добивалась как
раз обратного. Корд прекрасно понял, что она хотела этим сказать. Она не желала
ехать, и ее внешность свидетельствовала о
ее антипатии к нему и их поездке.
- Я хочу, чтобы ты знал, что я отношусь к твоему сегодняшнему поведению как к
эмоциональному шантажу и что
больше я не позволю тебе так обращаться со мной, - сказала ему Эшлин, нарушив
молчание, которое они сохраняли с тех
пор, как сели в машину. Она старалась говорить приглушенно, чтобы ее слова не
услышали Дэйзи и Макси, которые сидели
на заднем сиденье. - Я не позволю, чтобы с моими детьми так обходились. Начиная
с сегодняшнего дня, я не желаю больше
ни видеть тебя, ни слышать о тебе.
- На этот счет будь спокойна, крошка. Мне до смерти надоели эти твои игры в
"шаг вперед - два назад". Я еду в
зоопарк только потому, что не хочу расстраивать детей. - Корд так вцепился в
руль, что его пальцы побелели. - Обещаю,
что с сегодняшнего дня я больше не буду тебя беспокоить.
Он с нетерпением ждал вечера, чтобы навсегда вычеркнуть ее из своей жизни.
- Прекрасно! - огрызнулась Эшлин.
Еще несколько часов, и она начнет новую жизнь, в которой не будет Корда.
Поскорей бы!
Между ними опять не было сказано ни слова, пока Корд не спросил, какой ленч
она предпочитает. К этому времени они
вошли в ресторан "Макдональд" около зоопарка. Когда подошла их очередь, Макси и
Дэйзи попросили набор "Хэппи Мил",
в который помимо традиционного гамбургера, жареной картошки и легкого напитка
входила еще и игрушка.
- Я видела рекламу по телевизору. Для девочек там есть совсем маленькие куклы
Барби с волосами, которые можно
расчесывать, - с жаром объяснила Макси, словно тоже рекламировала набор. Трое
Монро потребовали отдельную кабинку,
а Корд в это время стоял в очереди, чтобы сделать заказ. - А для мальчишек -
немые машины, - с презрением добавила
Макси.
И вместе с Дэйзи они стали смеяться над несчастным призом и несчастными
мальчиками, которые получат его.
Корд заказал обед для себя и детей. Эшлин ничего не желала есть. И он
раздраженно подумал, что она наверняка не
может заставить себя съесть ничего за его счет. День, по всей видимости,
предстоял довольно длинный.
- Мне очень жаль, но у нас больше не осталось миниатюрных кукол Барби, -
сообщил извиняющимся тоном подросток
за прилавком. - Но у нас имеется сколько угодно машинок.
- Нет проблем, - сказал Корд. Но проблема была, и немалая.
- Машина! - в ужасе воскликнула Макси, выпи-мая игрушечную машинку из яркой
картонной коробки. - Где моя
Барби? - Она расплакалась. - Я хочу куклу Барби! Не хочу эти дурацкие машинки.
Они для мальчишек!
Она громко и безутешно завопила, привлекая внимание других посетителей.
Некоторые смотрели сочувствующе,
некоторые с удивлением, но большинство - осуждающе, Эшлин была в ужасе. Никогда
еще Макси не вела себя так плохо. И
теперь, видно, наверстывая упущенное, она демонстрировала свой гнев всему
ресторану, а Корд Уэй наблюдал это. Он был
смущен и совершенно не знал, что делать.
- У меня есть идея, - сказал Корд, стараясь говорить с энтузиазмом. Длинный
день? Да этот день будет длиться вечно.
- Мы пойдем в другой ресторан, где есть Барби. Мы пообедаем там и...
- О'кей, - фыркнула Макси и вскочила с места. - Пошли.
- Выбросить превосходную пищу, до которой никто не дотрагивался, и покупать
еще только ради того, чтобы получить
куклу? - Эшлин задыхалась от негодования.
- Это совсем небольшая сумма за место, где будет мир и покой, - голос Корда
звучал уверенно.
- Ничего подобного! - безапелляционно заявила Эшлин. Она строго посмотрела на
девочек. - Вы будете есть здесь.
- Нет, - завизжала Макси. - Это несправедливо!
Она взяла машинку и бросила ее на пол.
Глаза Дэйзи стали круглыми. Она схватила свой гамбургер и стала есть.
Корд обвел взглядом наблюдавшую за ними публику. Практически все, кого он
видел, следили за их компанией.
- Я чувствую себя так, как будто развлекаю публику в кино-кафе, - пробормотал
он. - Давайте закончим первое
действие и пойдем к машине.
- Превосходно.
Эшлин взяла ревущую Макси за руку и повела из ресторана.
Корд и Дэйзи обменялись взглядами и последовали за ними.
- Похоже, что твоя сестра не очень любит машины, - заметил он, чтобы как-то
сгладить неловкое положение.
- Да, не любит, - согласилась Дэйзи, рассматривая свою машинку, которую она
держала в руке. - Особенно если она
рассчитывала вот-вот получить маленькую Барби, как по телевизору. Ей хочется
куклу с тех пор, как она увидела эту
рекламу. Только мальчики должны получать машины.
Она в нерешительности снова посмотрела на игрушечную машинку.
- Понятно, - сказал Корд.
Он действительно начинал кое-что понимать.
- Можно мне оставить машинку? Я ведь девочка, - спросила Дэйзи, несколько
обеспокоенная.
- Конечно, можно. Ты же знаешь, что девочки тоже играют в машинки. Моя сестра
Холли любила играть в мои машины
и грузовики. А своих кукол она считала глупыми и скучными.
Он улыбнулся, вспомнив, как резко высказывалась Холли всякий раз, когда ей
дарили куклу.
Дэйзи с изумлением посмотрела на него.
- Куклы не глупые и не скучные, - сообщила она ему, и ее голос, ее манера
разговора так напоминали Эшлин, что ему
даже показалось, что он разговаривает с Эшлин.
Они подошли к машине, возле которой Эшлин выговаривала упрямой Макси.
- Дети, сядьте в машину, я хочу немного поговорить с вашей мамой, - приказал
Корд.
Они тотчас же повиновались, забравшись в машину и закрыв за собой дверь.
- Ты можешь отвезти нас домой, - сказала Эшлин, избегая его взгляда. -
Извини, но я очень расстроена поведением
Макси. Она ведет себя, как избалованный, невоспитанный ребенок, и я не знаю,
как... Я не знаю почему... Одному Богу
известно почему. Они не избалованы. Они и не могли быть избалованы. Ведь они не
имеют всего того, что хотят, и никогда
не имели.
- Ничего особенного в этом нет, Эшлин, - быстро сказал Корд. - Ребенку только
шесть лет, и ведет она себя как
шестилетка.
- Она ведет себя как маленькое чудовище!
- Попробуй посмотреть с позиции Макси. Она видит всю эту рекламу по
телевизору, и когда, наконец, у нее появляется
возможность пойти в ресторан и получить игрушку вместе с едой, как в рекламе, -
вместо куклы ей вручают машинку,
которая предназначена исключительно для мальчишек. Она чувствует себя обманутой
и приходит в ярость. Любой ребенок
повел бы себя точно так же.
- У Дэйзи не было такой вспышки раздражения, - напомнила Эшлин.
- А, Дэйзи, - пожал плечами Корд. - Ребенок-робот.
- Что это значит? - вспыхнула Эшлин. - Дэйзи...
- ...похожа на тебя. Замкнутая, осторожная, всегда владеет собой. Я знаю, ты
высоко ценишь эти качества, но не стоит
наказывать Макси, потому что она импульсивна и эмоциональна. Вместо того чтобы
стараться подавить ее, тебе нужно
наградить ее за то, что она не скрывает своих чувств. Макси такая же отважная,
какой была Рейлин, и это тебя бесит, так как
ты не одобряла этого.
Эшлин побледнела.
- Я любила свою сестру, - сказала она. - Я скорей провалюсь на месте, чем
буду слушать твои советы по воспитанию
детей!
Она рывком открыла дверцу и села в машину.
- Мы все еще собираемся в зоопарк, мама? - тихо спросила Дэйзи, когда Корд
сел за руль. Корд решил, что ответить
должен он.
- Конечно! А после мы зайдем поесть, и я обещаю вам, что вы получите своих
кукол.
Ему было нелегко изображать веселье, в то время как зубы его непроизвольно
стискивались.
Макси снова начала хныкать, как только они покинули стоянку и влились в поток
машин.
- Я оставила там мою машину! - Она встала на колени на заднем сиденье и
показала пальцем на ресторан, который уже
почти исчез за поворотом. - Я хочу мою маленькую красную машинку!
Корд тяжело вздохнул. Дети! Он никогда раньше не встречался с женщиной, у
которой были бы дети. Он напомнил себе,
что в данный момент он не на свидании с Эшлин. Это была их первая и последняя
встреча, и слава Богу. Дети - это хорошо,
когда они посещали турбазу в Глетчере и ее окрестности со своими родителями,
которые платили за услуги. В противном
случае...
Эшлин рассвирепела. Корд выглядел раздраженным и недовольным. Она чувствовала
то же, что и он, но, поскольку это
были ее дети, она тем не менее готова была держать оборону.
- Макси импульсивна и эмоциональна, - еле слышно пробормотала она, адресуясь
только ему. - Не думаешь ли ты,
что ее нужно наградить за то, что она не скрывает своих чувств?
- Послушай, Макси, ты можешь взять мою машинку, - успокоила сестру Дэйзи и
протянула ей игрушку.
Макси сразу же перестала плакать.
- Молодец, Дэйзи, ты такая добрая, - сказала Эшлин, окинув Корда холодным
взглядом. Ребенок-робот, как же!
- Спасибо, Дэйзи, - воскликнула Макси. - Теперь у меня есть маленькая машина,
на которой будет кататься моя новая
маленькая Барби, когда я получу ее.
Корд приготовился еще к одной истерике, на этот раз со стороны Дэйзи, которая
осталась без машины. Но он не услышал
ни звука. Он посмотрел на детей в зеркало. Макси катала машинку по сиденью, а
спокойная, сдержанная Дэйзи наблюдала за
ней.
Он вдруг подумал о том, что двадцать лет назад такая же сдержанная маленькая
Эшлин, возможно, также наблюдала за
маленькой пылкой Рейлин, как Дэйзи наблюдала сегодня за Макси. Он задумался.
Их первая остановка у магазина подарков в зоопарке прошла довольно успешно.
Макси и Дэйзи были очарованы
набитыми чучелами, красочными книгами и множеством других вещей, связанных с
животными.
- Возьмите все, что хотите, дети, - снисходительно сказал Корд, который
выглядел, как настоящий Санта-Клаус в мае.
- Дядя Корд заплатит.
Эшлин захотелось провалиться от унижения. Дети с такой жадностью хватали все
подряд, что напоминали
соревновавшихся в шоу-игре, которых запустили в супермаркет, дав определенное
время, чтобы приобрести и не растерять
как можно больше вещей.
- Пора это прекратить, - объявила она, загнав девочек в угол. - Немедленно
положите все туда, откуда взяли.
- Дядя Корд сказал, мы можем... - начала Макси, но Эшлин резко оборвала ее:
- Положите на место. - Ее тон не терпел возражений.
Дэйзи послушно стала возвращать захваченное на полки.
Но Макси упорно держалась за свои подарки, не желая отдавать их.
- Дядя Корд, заставьте ее сказать "да"!
Губы Корда дрогнули. Ему нравилась никогда не унывающая, пленительная Макси.
Она напоминала ему его самого,
когда он был ребенком.
- Мне очень жаль, но я не могу, Макси. Она ведь твоя мама, и это ее
требование.
- Вот именно, - сказала Эшлин. - Гораздо легче и интереснее не устанавливать
каких-либо пределов. Именно к этому
мы и стремимся всю свою жизнь.
- За исключением тех случаев, когда приходится иметь дело с тобой, - ответил
Корд. - Тебе удается сделать все
настолько сложным и скучным, словно ты получаешь удовольствие именно от такой
жизни. Тебе нужно только одно: сделать
из детей свое маленькое подобие, чтобы они были такими же занудами с полным
отсутствием чувства юмора, которые не
переносили бы ни шуток, ни каких-либо развлечений. Что ж, на Дэйзи это действует
исправно, но Макси еще не настолько
пала духом, чтобы поддаться. - Он повернулся к Макси, которая внимательно
наблюдала за ними. - Я куплю тебе все эти
вещи, дорогая, - сказал он, подняв ее на руки. - Я же сказал, что куплю, и я
сдержу свое обещание.
Корд подошел к кассе и усадил девочку на прилавок. Продавец начал
подсчитывать стоимость покупок. Расчет Корда был
прост: Эшлин ничего не могла сделать, разве что вырвать ребенка из его рук и
устроить сцену, наподобие той, которая
произошла в ресторане. Живость и мужестве Макси должны быть оценены хотя бы один
раз, решил Корд. Это будет
справедливо. И кроме того, это единственная возможность показать маленькой
девочке, что настойчивость в стремлении
добиться своего приносит положительные результаты. Преклонение перед
авторитетами приведет к тому, что человек
просто...
- Возьми вон ту панду для Дэйзи, дядя Корд, - приказала Макси, указывая на
меховую игрушку на полке.
Корд машинально потянулся за ней, и его взгляд остановился на Дэйзи. Она
стояла позади матери, наблюдая за ним и
Макси. Она выполнила требование матери, положив все вещи на место, и теперь в ее
руках ничего не было.
Корд отвернулся от них. Если бы взглядом можно было убить, то от взгляда
Эшлин он бы уже оказался на столе для
бальзамирования. Большие темные глаза Дэйзи тоже преследовали его. Если Макси
поняла, что неподчинение авторитету
поможет ей добиться своего, то что же вынесла для себя Дэйзи из всего
происшедшего? То, что во всем слушать мать значит
остаться ни с чем? Что ее хорошенькая блондинка-сестра может сделать так, что
мужчина купит ей все, что она захочет, а для
тихой девочки, которая старается поступать правильно, такой удачи уже не
предвидится?
Макси торжествовала. Она схватилась за наполненную до краев пластмассовую
сумку, украшенную фигурками
экзотических животных. Другой рукой она взяла за руку Корда, болтая и смеясь.
Корд посмотрел на Эшлин, которая держала
за руку молчаливую маленькую Дэйзи. Никогда еще он не чувствовал такой
растерянности. Он смутно понимал, что сделал
страшную ошибку, но не мог придумать, как исправить положение.
Воспитание детей - это ад, решил он. Его счастье, что ему некого воспитывать,
иначе он бы понятия не имел, что нужно
делать.
После провала в магазине подарков они обошли зоопарк. Смотрели на зверей,
которые жили почти на воле. В отличие от
старомодных клеток, где животные находились на виду у посетителей в любое время,
современные вольеры, одобренные
экологами, позволяли животным прятаться за деревьями и прыгать по скалам.
- Я не видела ни тигров, ни львов, ни панды, - пожаловалась Макси после того,
как они посмотрели на места обитания
этих животных, но так и не дождались, когда звери появятся из укрытий.
- Интересно было наблюдать за обезьянами, они ведь такие смешные? - напомнил
ей Корд.
Макси сразу же начала изображать обезьян, сопровождая действо звуковыми
эффектами. Дэйзи смеялась, наблюдая за
ней своими темными светящимися глазами.
- А еще раз, - попросила она, хихикая.
Макси, довольная вниманием аудитории, повторила свое выступление,
совершенствуя актерское мастерство.
Дэйзи держала маленького, похожего на кошку медведя, которого дала ей Макси,
и, казалось, совсем не завидовала своей
сестре, прижимавшей к себе полную сумку с сувенирами. Но Эшлин, несомненно,
затаила негодование на него за то, что он
купил все эти подарки, мрачно подумал Корд. Она теперь ни смотреть на него, ни
разговаривать с ним не захочет.
- Мама, мне нужно кое-куда сходить, - зашептала Дэйзи Эшлин.
- А мне не нужно! - пропела Макси, не дожидаясь, пока ее спросят. - Я
останусь с дядей Кордом.
Корду показалось, что она избегает оставаться наедине со своей матерью, но он
не обвинял ее.
- Макси и я посидим здесь и подождем вас, - сказал он, указывая на скамью под
высоким деревом. Эшлин не ответила
и пошла за Дэйзи.
Несколько позже Макси передумала.
- Я тоже хочу.
- Это вон там. - Корд показал на компактное здание в пятидесяти ярдах от них,
к которому вела цементная дорожка.
- Вы последите за моими вещами, дядя Корд? - спросила Макси, осторожно ставя
свою сумку ему на колени.
Он пообещал ей, что с сумкой ничего не случится. Она запрыгала по дорожке, и
два хвостика на ее голове качались взадвперед
в такт прыжкам. Улыбаясь, Корд наблюдал за ней.
Когда она скрылась в домике, к нему подошли три пожилые женщины со схемой
зоопарка в руках и на ломаном
английском спросили дорогу. Схема сбила их с толку, а его разъяснения, казалось,
запутали их окончательно. Когда подошли
Эшлин и Дэйзи, в разговор были вовлечены еще несколько прохожих, но
безрезультатно.
- Послушайте, следуйте за мной. Я проведу вас к слонам, - наконец предложил
какой-то студент.
Женщины ушли с ним, перешептываясь на своем языке.
- Где Макси? - спросила Дэйзи, оглядываясь вокруг.
Корд тоже оглянулся. Макси не было видно.
- Она пошла туда же, куда и вы, через несколько минут. - Он посмотрел на
Эшлин, чьи голубые глаза становились все
шире и шире от страха. - Ты разве не встретила ее?
- Нет, - коротко ответила Эшлин.
- Я видел, как она вошла туда, - успокоил ее Корд. - Она наверняка еще там,
вы просто не заметили ее.
- Дэйзи, будь здесь, - сказала Эшлин, с трудом дыша. Она побежала обратно.
Макси должна была быть там, она просто
не заметила ее - Макси! - закричала она, не в силах сдержать своего волнения. В
домике никого не оказалось, но
несколько кабинок были заняты. Однако ни в одной из них из-под двери не было
видно розовых носочков и белых
спортивных тапочек шестилетней девочки. - Макси! - снова закричала Эшлин и
начала расспрашивать вышедших из
кабинок женщин, не видели ли они маленькой девочки со светлыми волосами, одетой
в розовое с белым летнее платье.
Никто не видел.
Корд и Дэйзи стояли у скамьи. Сходство их глаз, цвета волос и выражения
беспокойства на лицах было столь очевидным,
что Эшлин вздрогнула от удивления. Затем ужас, посеянный исчезновением Макси,
навалился на нее со страшной силой. Она
начала задыхаться. Внутри все словно перевернулось, к горлу подступила тошнота.
- Ее там не было! - Эшлин услышала свои собственные слова, которые эхом
отдавались в ее голове.
Дэйзи закрыла рот руками.
- Макси нет!
У Эшлин подогнулись колени. Корд увидел, как она покачнулась, и обнял ее за
талию, чтобы она не потеряла равновесие.
- Мы найдем ее. Она, возможно, вышла не в ту дверь. Я пойду схожу туда и
обойду вокруг здания. А вы сидите здесь и
ждите ее. Не беспокойтесь, Макси вернется через минуту-другую.
Эшлин опустилась на скамейку. У нее голова шла кругом. В памяти одна за
другой всплывали слышанные когда-то
жуткие истории о том, как внезапно исчезали дети и больше их никто не видел.
Буквально парализованная от страха, она
уставилась на Дэйзи, которая стояла позади нее на скамейке и вытягивала шею,
высматривая сестру.
- Мама, а вдруг Макси съел аллигатор? - спросила она, и ее голосок дрожал от
страха.
Гревшиеся на солнце аллигаторы произвели впечатление на Дэйзи. К тому же
малосимпатичный подросток, стоявший
рядом с ними, рассказал кровавую историю об аллигаторе, который проглотил
ребенка во Флориде.
- Такого не может быть, Дэйзи.
Эшлин постаралась взять себя в руки, чтобы успокоить девочку.
Как бы ей хотелось чувствовать себя такой уверенной, какой она старалась
казаться в присутствии Дэйзи. А что, если
Макси и в самом деле забрела на территорию, отведенную для диких животных?
Однако она знала, что Макси угрожала
гораздо большая опасность со стороны хищников в человеческом обличье, которые
видели в беззащитном ребенке добычу.
Испугавшись своих темных мыслей, Эшлин схватила Дэйзи и прижала ее к себе.
Вернулся Корд. Он совсем упал духом, когда увидел, что Макси не появилась.
- Пойдем в бюро находок. Незачем устраивать панику. - Он попытался успокоить
их. - Дети каждый день пропадают.
В прошлом году восьмилетний мальчик ушел куда-то с нашей базы, и весь город всю
ночь искал его. Он нашелся в лесу,
живой и невредимый, и, если не считать испуга и царапин, он ничуть не пострадал.
Продолжая говорить, Корд взял на руки Дэйзи и пошел так быстро, что Эшлин
пришлось просто бежать рядом, чтобы не
отстать от него. У первого же встретившегося им справочного бюро Корд без
очереди пробрался к окошку. Его
обеспокоенный вид заставил стоявших в очереди расступиться.
- Мы ищем маленькую девочку...
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Уатт чувствовал себя как выжатый лимон. Рано утром он встречался с творческим
коллективом газеты "Вечерний
Экстон", где провел два изнурительных часа, отвечая на вопросы, а затем
отправился в крупнейший торговый центр Экстона
на традиционную встречу с избирателями. Радости не испытал ни тут, ни там.
Вопросы журналистов были жалящими или
откровенно враждебными, а многие начинались со слов "Дэн думает" и "Дэн
говорит"... Нетрудно было вычислить, что Дэн
Кларкстон был именно тем кандидатом, которого продвигала газета. И только
природная сдержанность Уатта не позволила
ему раздавать обещания направо и налево так же легко, как это делал Дэн
Кларкстон.
Сразу после полудня расписанием предусматривалась остановка в штаб-квартире
избирательного округа для короткой
мозговой атаки на своих штатных сотрудников. Собрание получилось поверхностным и
вылилось в попытку подбодрить
работников низшего звена и добровольных помощников. На самом деле, кампания
планировалась наверху, теми, у кого были
собственные офисы далеко отсюда, но штат и волонтеры, казалось, получали
удовольствие от обмена мнениями.
После собрания, вместо того чтобы поехать домой, чего ему так хотелось весь
день, Уатт, следуя внезапному и
непреодолимому импульсу, рванулся вниз по улице в кафе.
Его глаза встретились с глазами Кендры в тот момент, когда он входил в дверь.
Мгновение она бесстрастно смотрела на
него, а затем продолжила аккуратно разрезать на куски пирог.
- Приветствую вас, мистер Уатт, - воскликнула Летти, выплывая из-за стойки
ему навстречу. - Что я моту для вас
сделать? - Она воздавала ему должное, обращаясь персонально и провожая его в
отдельный кабинетов глубине зала. -
Сегодня свежий домашний пирог, - добавила она.
- Ну, и какой же у вас пирог, Летти? - спросил он, хотя его не интересовала
еда, во всяком случае пирог.
- Сегодня особенный, клубничный. И еще остался кусок шоколадного торта.
Именно эти два он любил меньше всего. Но он не мог сообразить, что бы еще
заказать, поскольку пришел совсем не для
того, чтобы есть. Его взгляд следовал за Кендрой. Каждый раз, когда он думал о
ее страстных объятиях, о двух мягких
округлостях, дразняще прижимавшихся к нему, о ее тихих женских вздохах, когда он
целовал и касался ее, его тело тяжелело
от желания.
- Клубничный, - сказал он, надеясь, что это прозвучало заинтересованно.
- Кендра, солнышко, принеси мистеру Уатту большой кусок клубничного пирога, -
распорядилась Летти и
проскользнула в кабинет впереди него. - Я бы хотела знать все о вашей кампании,
- затараторила она. - Вы знаете, Этан
Торп торчит тут каждое утро и агитирует за этого парня Дэна Кларкстона. Но я
благоволю к семейству Уэев. Давайте
называть вещи своими именами: Уэи происходят из большой семьи Уэйзборо и всегда
занимались добрыми делами...
- Ваш пирог, мистер Уэй, - присоединилась к ним Кендра, подавая пирог. В
своих шортах и жилете она была
достаточно обнажена. Ее голые руки и ноги были гибкими и гладкими. Уатт
вспомнил, как плотно они обвивали его, и
подавил дрожь желания. - Хотите к нему взбитые сливки? - спросила Кендра, ставя
перед ним тарелку.
Ее рука скользнула по его руке, когда она наклонилась, предоставив ему
возможность увидеть все, что было под жилетом:
твердые белые груди, наполнявшие бледно-голубые чашки бюстгальтера.
Уатт поспешно перевел взгляд на кусок жирного сладкого пирога.
- Нет, спасибо. - Он с трудом проглотил слюну.
- Нет? Вы были бы поражены тем, что я могу проделать с бидоном взбитых
сливок. - Кендра округлила свои темные
брови, ее тон бесспорно провоцировал его. - Давайте волю воображению.
Уатт побагровел. Летти хохотала. Кендра не сводила с Уатта глаз, от этой ее
призывной улыбки его кровяное давление
взмыло вверх.
- Ох, да перестань ты дразниться, Кендра! - упрекнула пожилая женщина, все
еще давясь от смеха. - Из-за тебя
мистер Уэй стал красным, как этот пирог. Не берите в голову, мистер Уэй, Кендра
всегда шутит с посетителями. Господи
Боже мой, посмотрите, кто пришел! - Летти легко вскочила. - Извините меня, это
мой племянник с женой заявились.
И она поспешно двинулась встречать молодую пару, входившую в кафе.
- Ты все никак не побледнеешь, Уатт, - сказала Кендра низко и хрипло, только
для него. - Что же ты себе представил
в связи со взбитыми сливками?
- Кендра, ради Бога. - Уатт тоже говорил хрипло.
- Ну, что ж, как говорят по телевизору: "Приятного аппетита", - и Кендра
повернулась, чтобы уйти.
- Меня пригласили в школу Уэйзборо для того, чтобы я поздравил выпускников с
окончанием, - сказал Уатт ей вслед.
Он не мог позволить ей так просто уйти. - Вероятно, Кларкстона тоже. Каждому из
нас дали по пять минут для
неполитических добрых пожеланий и советов выпускникам.
Кендра лениво повернулась к нему.
- Что-то холодно. И о чем же пойдет речь?
- Если я расскажу тебе, ты побежишь с информацией к Кларкстону?
- Ты обвиняешь меня в том, что я шпионка, так, что ли?
И она начала густо заливаться краской.
- Я знаю, именно ты сказала Кларкстону, что в школе я буду не с пустыми
руками и привезу детям сладости, -
...Закладка в соц.сетях
