Жанр: Любовные романы
Роковая ночь
...о было это делать? — устало спросила она, имея в виду его
публичное заявление.
- Я хотел, чтобы мы выступили единым фронтом.
- Я не хочу играть ни в какие игры.
- А кто говорит, что это игра?
Сглотнув ком в горле, она вдруг опомнилась и почувствовала, насколько близко
он находится. Его запах — смесь мускуса, дорогой туалетной воды и
свежевыстиранной рубашки.
Ей не нужно было прилагать усилий, чтобы представить его мускулистое тело
под великолепно сшитым костюмом. Она помнила его во всех подробностях
— широкие плечи, узкие бедра, длинные стройные ноги, крепкие ягодицы,
плоский живот, рельефные мышцы, которые играли и перекатывались при каждом
его движении.
- Ты откажешь мне в удовольствии наблюдать за тем, как внутри тебя
растет наш ребенок?
О, небеса! Разве он может знать, что она ночь за ночью проводит без сна,
снова и снова воскрешая в памяти прикосновения его рук, его губ, каждую
ласку... тот экстаз, который они делили несколько раз во мраке ночи, пока
первые предрассветные лучи не подняли ее с постели, не заставили поспешно
одеться и выскользнуть из номера. Она не могла справиться с этим, а он
хочет, чтобы они регулярно виделись, общались...
- Своим публичным заявлением ты неразрывно связал нас, во всяком случае
в общественном мнении, хотя мог спокойно избежать этого. — Она
встретила его взгляд и не отвела глаз. — Зачем ты сделал это?
Взгляд Николаса сделался задумчивым.
- Чтобы никто не сомневался в том, кому ты принадлежишь. — Он
сделал паузу. — Или кому отныне принадлежит моя верность.
Миа сразу поняла, в чем дело.
- Проблема в Анушке?
Взгляд темных глаз сделался непроницаемым.
- Ты считаешь, я бы не справился с ней другим способом?
- Наверное, справился бы. — На самом деле Миа не сомневалась, что
он справится с кем и с чем угодно.
Они переходили от одного экспоната к другому, подолгу задерживаясь перед
теми, которые показались им чем-то интересными.
- У меня есть билеты в театр на
Веселую вдову
на четверг, —
сообщил Николас, когда они остановились у последней картины.
Миа повернулась к нему.
- Ты меня приглашаешь?
- Да.
- Вроде как на свидание?
- Не
вроде как
, а на свидание. Тебе кажется это странным?
Да. Потому что рядом не будет ни Криса, ни Элис.
- Тебе нужно подумать, прежде чем ответить?
Миа увидела насмешливый блеск в его глазах и улыбнулась.
- Нет.
-
Нет
означает, что тебе не нужно думать или что ты мне отказываешь?
- Я с удовольствием схожу в театр.
Рядом с ними сверкнула вспышка фотоаппарата, затем еще и еще —
сенсация в колонке светских сплетен обеспечена.
Николас Каредас был важной персоной, и его появление с незнакомой женщиной
обязательно вызовет шквал догадок и предположений. Миа подумала, как скоро
поползут слухи и какой процент правды они будут содержать, а потом
ужаснулась при мысли, что будет, когда София, мать Николаса, прочтет
страницу светской хроники. Или когда до нее дойдут слухи, а они обязательно
дойдут.
- София, Анджелина и Крис в курсе дела.
О, ужас! Он рассказал им!
- Ты умеешь читать мысли?
- Это нетрудно, потому что у тебя очень выразительное лицо.
Этого- то она и опасалась -того, что он видит и понимает, что она чувствует.
Итак, Николас запустил лиса в курятник. Миа буквально слышала хлопанье
крыльев и кудахтанье, когда женщины Каредас услышали эту шокирующую новость.
- Они хотели бы снова встретиться с тобой.
- Мне не хотелось бы подвергнуться еще одному допросу с пристрастием,
тем более так скоро.
Его хриплый смех оказался приятным сюрпризом.
- Обещаю, что не оставляю тебя с ними один на один.
- Именно это меня и тревожит.
- Моя мать обязательно полюбит тебя. Уже хотя бы потому, что ты
подаришь ей долгожданного внука. А Анджелина... в глубине души она просто
котенок.
- Ты издеваешься?
В этот момент взгляд Мии выхватил из толпы Анушку, которая профессионально и
с удовольствием позировала фотографу, а затем обменялась с ним несколькими
словами.
Уточнила, заметил ли он ярлык известного кутюрье на ее платье? Или то, что
на ногах у нее туфли от Маноло Бланик?
Это, безусловно, очень важно
,
— с не присущим ей цинизмом подумала Миа.
Они с Николасом еще походили по залу, то и дело вступая в вежливый разговор
то с одним его светским или деловым знакомым, то с другим. Наконец выставка
была объявлена закрытой и названа сумма, собранная от продаж, которая будет
перечислена в благотворительный фонд. Гости начали расходиться.
Когда Николас подвез их до дома, Элис, как вежливая хозяйка, предложила
кофе. Миа затаила дыхание в надежде, что Николас откажется.
- Очень любезно с твоей стороны, но мне завтра рано вставать —
утренним рейсом улетаю в Мельбурн, — поблагодарил Николас.
Минуту спустя Миа уже входила в дом вслед за сестрой. Остановившись в холле,
она с облегчением сняла с ног туфли на высокой шпильке. Наблюдая за ее
сосредоточенными действиями, Элис спросила:
- Хочешь поговорить?
- В другой раз, ладно? — Миа действительно чувствовала себя очень
уставшей.
- Конечно. — Лицо сестры стало озабоченным. — Ты выглядишь
измотанной. Постарайся хорошо поспать, дорогая.
Как будто это возможно! Миа знала, что ей предстоит очередная бессонная
ночь, в течение которой она снова и снова будет прокручивать в голове
события сегодняшнего вечера.
ГЛАВА ПЯТАЯ
К своему большому удивлению, Миа спала очень крепко и проснулась полностью
отдохнувшей. Она сразу почувствовала запах свежесваренного кофе, и ей очень
захотелось сделать хотя бы глоточек, но кофеин теперь был под запретом.
На сегодня они с Элис запланировали лодырничанье, решив подарить себе день
полного и ленивого ничегонеделанья. Неделя отпуска, которую Элис взяла на
работе, подходила к концу, да и практика Мии в аптеке должна была вот-вот
начаться, поэтому сестры решили провести этот день вместе. Они с
удовольствием болтали обо всем на свете, выпекая кексы, которые Мэтт обычно
брал с собой в школу на ленч. По молчаливому соглашению, имя Николаса
Каредаса не было упомянуто ни разу, и Миа смогла полностью расслабиться.
Она позвонила нескольким друзьям, потом связалась с агентом, который
занимался сдачей ее квартиры, а потом они с Элис посмотрели фильм.
И все же ее мысли то и дело возвращались к предстоящему свиданию с
Николасом. Одна ее часть настойчиво советовала отменить его, а другая
призывала забыть осторожность — и будь что будет.
Интересно, как все произойдет? Они посмотрят нашумевшую постановку, он
отвезет ее домой, она вежливо поблагодарит и... все? Миа надела вечерний
брючный костюм из темно-красного шелка, босоножки на высоком каблуке и
минимум украшений.
Она была сплошным комком нервов, когда усаживалась на пассажирское сиденье
роскошного
майбаха
Николаса. В ее душе царило смятение — не иначе
как полным безумием ее реакцию на этого мужчину нельзя было назвать. Судьба
и случай всего однажды свели их вместе, и не просто свели, а бросили в
объятия друг друга, и вот теперь они оказались навсегда соединены ребенком,
которого зачали.
- Когда ты вернулся из Мельбурна? — спросила Миа. Они как раз
остановились у светофора, и Николас бросил на нее пристальный взгляд.
- Сегодня дневным рейсом.
- Надеюсь, поездка была успешной?
- Вполне.
Все как обычно — интенсивные переговоры, исключительно упрямый
оппонент, который прекрасно знал, что выхода у него нет, тем не менее никак
не шел на компромисс.
- Полагаю, тебе часто приходится ездить.
- Деловые поездки — неотъемлемая часть моей работы в качестве
главы империи Каредас.
Интересно, в скольких городах мира его поджидают женщины?
- Нет.
Его насмешливый голос вывел ее из задумчивости.
- Прошу прощения?
- Я не укладываю в постель всех женщин без разбору.
- Ты хочешь, чтобы я поверила, что была исключением?
- Да. Это была исключительная ночь. — Он сделал паузу. —
Для нас обоих.
Для нее так точно. Она помнила каждое мгновение той ночи. Легкое покалывание
в затылке, когда она почувствовала на себе его взгляд, потрясение, когда их
глаза встретились. Ее тогда как будто ударило током, и она стояла, не в
силах сдвинуться с места. Он стал прокладывать себе дорогу к ней через
заполненную гостями комнату, заговорил и... уже не отходил от нее весь
оставшийся вечер.
После вечеринки она приняла его приглашение выпить кофе в баре его отеля. Но
даже тогда она еще не представляла, чем закончится этот вечер. Страстью,
восторгом, открытием неизведанного мира.
Это было... невероятно. Николас был невероятен. Она забыла, кто она, где и
зачем. Были только он, ночь и страсть.
Они в молчании доехали до театра и вошли в фойе. Там уже прогуливались
завсегдатаи, сновали официанты с подносами, уставленными бокалами с
шампанским и апельсиновым соком.
Миа узнала нескольких заправил шоу-бизнеса, многих других известных людей.
Все они приветствовали Николаса, что лишний раз подчеркивало, какое высокое
положение он занимает в обществе. Быть увиденной в его компании означало
оказаться в центре повышенного внимания. Представлениям и обмену светскими
любезностями, казалось, не будет конца. В тот момент, когда Миа в который
раз мысленно посетовала, что не может позволить себе выпить ничего более
крепкого, чем сок, в фойе вплыла Анушка, как будто сойдя прямо с обложки
журнала
Vogue
. На ней было платье из оранжевого шелка без бретелек и почти
без спины, туго обтягивающее ее идеальную фигуру.
- А вот и ты, дорогой. — Мурлыкающие интонации были в точности
такими, какими они запомнились Мии. Такими же были и улыбка, и призывный
взгляд влажных темных глаз.
Похоже, это будет еще тот вечерок
, — подумала Миа.
- Анушка, — вежливо произнесла она.
- Майя... или Мэри?
Все интересней и интересней.
- Миа. — Видимо, Анушка что-то уловила в ее голосе, потому что не
сразу перевела взгляд на главный объект своего внимания.
- Николас! Какая жалость, что я не смогла присоединиться к тебе в
Мельбурне. Но в бутике был эксклюзивный показ, вход только по персональным
приглашениям... Ну, знаешь, как это бывает. — Она дернула изящным
плечиком. — Может быть, в следующий раз?
Ого, это уже была война! Односторонняя, но тем не менее война.
- Не помню, чтобы я приглашал тебя присоединиться ко мне. — В
голосе Николаса прозвучала откровенная насмешка, но Анушка предпочла не
заметить ее.
- Дорогой... — запротестовала она кокетливо, сопровождая свои
слова очаровательной улыбкой, — разве оно мне когда-нибудь
требовалось?
Спасение пришло в виде звонка, вернее, электронного зуммера.
Миа расслабилась, но, как оказалось, ненадолго. Анушка вместе с ними прошла
в зал, подошла к их ряду и заняла место по другую сторону от Николаса.
Прямо анекдот какой-то — с одной стороны любовница, с другой мать
будущего ребенка.
- Может, мне лучше уйти? — спросила она Николаса под звуки
настраиваемых инструментов.
- Даже думать не смей, — наклонился к ней Николас. Если она
сейчас повернется, то их губы непременно встретятся.
- У нее приоритет.
- Нет никакого приоритета.
Николас схватил ее руку и сжал в своей. Когда она попыталась высвободиться,
он нежно пощекотал большим пальцем ее запястье там, где бился пульс. В ответ
Миа вонзила ногти в его ладонь, но это возымело обратный эффект — он
лишь крепче стиснул ее руку.
Поднялся занавес, и Миа забыла обо всем на свете, отдавшись во власть музыки
и прекрасных голосов исполнителей. Антракт наступил неожиданно быстро,
нарушив очарование развернувшегося на сцене действия.
Анушка поднялась с кресла.
- Пойдемте что-нибудь выпьем?
- Я нет, — вежливо отказалась Миа и улыбнулась Николасу. —
Но пусть тебя это не останавливает.
- Николас? — В тоне Аннушки сквозило нетерпение, которое Николас
предпочел проигнорировать.
- Не жди нас.
Анушка передернула плечами и выплыла из зала.
- Обязательно было меня подставлять? — с усмешкой спросил
Николас.
- Да у нее на лбу каждый раз, когда она видит тебя, вспыхивает неоновая
вывеска
Мое!
. Только не говори, что ты не заметил.
- Анушка владеет бутиком модной одежды в Дабл-Бэй, —
проинформировал Николас. — Мы просто светские знакомые, и ничего
больше.
- Неужели?
Его глаза сузились.
- Ты не веришь мне?
- Я этого не говорила.
- Если бы я был связан обязательствами с другой женщиной, я бы
никогда...
- Не соблазнил меня? — любезно помогла Миа.
- Как мне подсказывает моя память, все происходило исключительно по
обоюдному желанию.
Возразить ей было нечего.
- Ладно. Моя память не позволяет не согласиться.
Мгновенная улыбка приподняла уголки его губ.
- Какая честность!
Миа поднялась на ноги.
- Мне нужно выйти. Одной, — добавила она, когда Николас поднялся
вслед за ней.
- Даже не надейся.
- Мне не нужно, чтобы меня все время водили за ручку. —
Неожиданно она разозлилась. — Ты просто настоящий...
Она не договорила, потому что его губы накрыли ее рот. Этот медлительный,
дразнящий поцелуй заставил Мию мгновенно забыть обо всем на свете.
- Ты дважды демонстративно покидала меня, — тихо произнес он.
— Третьего раза не будет.
Миа ничего не ответила, потому что ни одного подходящего случаю слова не
пришло ей на ум. Единственное, о чем она могла думать, так это о том, как бы
притянуть его голову к себе и возобновить поцелуй.
Немного придя в себя, Миа вспомнила, где они находятся и сколько людей имеют
возможность наблюдать за этой сценой. Она сказала себе, что это ее не
волнует, но покривила душой, и ее щеки залил нежный румянец.
Николас вывел ее в шумное фойе и показал, где находится дамская комната.
Там, как это часто бывает, образовалась очередь, благодаря чему Миа получила
короткую передышку и восстановила относительное душевное равновесие.
Николас поджидал ее чуть ли не под дверью. Они молча пересекли фойе и
вернулись на свои места.
Когда поднимался занавес, Миа повернула голову и наткнулась на ненавидящий
взгляд Анушки. Все второе отделение она тщетно пыталась отделаться от
неприятного ощущения, вызванного этим злобным, убийственным взглядом. Как и
любому человеку, Мии приходилось бывать объектом зависти, даже ревности, но
никогда такой жгучей ненависти, какую она увидела в глазах Анушки. Она
испытала чувство огромного облегчения, когда занавес опустился и зрители
разразились бурными аплодисментами.
Как только они двинулись к выходу, Анушка положила руку на плечо Николаса.
- Выпьем кофе в нашем обычном месте?
Николас снял ее руку.
- Спасибо, нет.
Анушка скорчила презрительную гримасу.
- Что, дорогой, невесело возиться с беременной любовницей? — Она
посмотрела на Мию с обманчивым сочувствием. — Утренняя тошнота,
усталость... Как ты справляешься?
- Без проблем. Но спасибо за заботу, — сладким до приторности
голосом поблагодарила Миа и так же сладко улыбнулась Николасу. — Я
поймаю такси, а ты можешь выпить кофе с друзьями...
- Нет!
Глаза Аннушки кокетливо расширились.
- Ну, если Миа сама предлагает тебе... свободные отношения... Ты
знаешь, как меня найти.
- Что, черт возьми, ты творишь? — с опасной мягкостью спросил
Николас, как только Анушка отошла от них.
- Оказываю тебе любезность, — не осталась в долгу Миа.
- Какую еще любезность?
Они медленно шли на стоянку, где Николас оставил машину.
Когда они уже влились в транспортный поток, он предложил:
- Давай заедем куда-нибудь выпить.
- Давай, — неожиданно легко согласилась Миа. Раз уж у них
свидание, пусть все будет по правилам.
Николас остановился у небольшого кафе на окраине. Как только они сели за
столик, он заказал чай для Мии и кофе для себя.
- Итак, расскажи мне о себе.
- Что, например?
- Все. Почему бы не начать с самого начала?
- Ты хочешь сказать, что не наводил обо мне справки? — Цинизм в
собственном голосе неприятно удивил ее.
Она попала в цель, но Николас не стал ей говорить, что действительно ни один
человек не может проникнуть в семью Каредас без тщательной проверки.
Официант принес заказанные напитки. Николас налил ей чай, добавил молоко и
сахар. Это был неожиданный, но приятный жест.
- Я понял, что ты пошла учиться на фармацевта после нескольких лет
работы...
- Родилась и выросла в Сиднее. Элис — моя единственная
родственница. Родители погибли в авиакатастрофе, когда я была подростком. Я
заинтересовалась косметологией, училась и работала. Была обручена с
доктором. — Эта часть биографии была самой болезненной. — Когда
дело коснулось секса, я предложила дождаться первой брачной ночи. Он
согласился, но стал решать эту проблему на стороне. Я узнала об этом, и мы
расстались. Потом я поступила в Брисбенский университет. — Рассказ
занял ровно три минуты. — А ты?
От пристального взгляда Николаса не ускользнуло выражение боли,
промелькнувшее на лице Мии, и он мгновенно возненавидел неизвестного
доктора, причинившего ее.
- Родился в Перте, имею греческие корни, учился в Сиднее, два года
провел в Нью-Йорке, два — в Афинах. Вернулся в Сидней, когда отец и
дед погибли в автокатастрофе.
- А как насчет женщин в твоей жизни?
- Их было меньше, чем ты думаешь, — насмешливо ответил Николас.
- Смотря что брать за точку отсчета, — парировала Миа.
Она допила чай и решила, что пора прощаться.
- Уже поздно.
Николас тут же поднялся, засунул под чашку купюру, с лихвой покрывающую
счет, и они направились к машине.
- Как ты смотришь на обед в субботу?
- Как? Еще одно свидание? Да так скоро?
- Рассматривай это как репетицию воскресного ленча с Софией и
Анджелиной.
- А Крис будет? — быстро спросила она.
Машина плавно влилась в общий поток и набрала скорость.
- Рассчитываешь на его ответную любезность?
Слова Николаса показались ей двусмысленными и вселили тревогу. Что он имеет
в виду? Не может же он...
- Неужели ты думала, что я не знаю о сексуальной ориентации своего
брата?
Миа похолодела. Что ответить? Как выйти из этого положения?
- Крис — мой друг.
- И твоя преданность ему очень похвальна.
Миа бросила на него настороженный взгляд, но в полумраке салона не смогла
разглядеть выражение его лица.
- Он — хороший парень.
- Да. И я сделаю все, чтобы защитить его.
Она облегченно расслабилась.
- Может быть, тебе стоит сказать ему об этом.
- Уже.
- А твои мама и бабушка? — с любопытством спросила Миа.
- Крис сам должен рассказать матери, когда будет готов. — Он
затормозил у тротуара возле дома Элис. — Я рассказал им правду о наших
отношениях.
О- о-о!...
- Спасибо. Теперь в их глазах я легкомысленная потаскушка, запрыгнувшая
к тебе в постель через несколько часов после знакомства.
- Нет.
- Что значит
нет
?
Знает ли она, как очаровательна, когда злится? Глаза сверкают, тело
натянуто, как струна... Миа пробуждала в нем все инстинкты, даже такие, о
существовании которых он и не подозревал.
- Они доверяют моим суждениям. — В его тоне Миа уловила
насмешливые нотки, что не только не успокоило ее, но и привело в еще большую
ярость.
- Да неужели?
- У них нет причин не доверять мне.
- Ты так уверен? — Она даже не пыталась завуалировать свой
сарказм.
Перед ее мысленным взором предстала Анджелина Каредас, и Миа стиснула зубы.
Да, похоже, воскресный ленч будет напоминать прогулку по минному полю.
- С тобой будут обращаться уважительно...
Ха, внешне! А что будет скрыто за этим? Миа отстегнула ремень безопасности и
потянулась к ручке.
- Ты кое-что забыла.
Она обернулась и посмотрела на него вопросительно.
- Вот это. — Николас взял ее лицо в ладони, притянул к себе и
приник к губам в поцелуе, который взорвал ее и без того хрупкое
самообладание. Ей хотелось отдаться этому поцелую, облегчить томление,
мучающее ее днем и ночью... А что потом?
Его губы покрыли легкими поцелуями ее висок, прошлись по щеке и снова
вернулись к губам.
- Я... пожалуйста... — с мольбой прошептала она. Она не может, не
должна...
Николас издал сдавленный стон.
- Беги, — хрипло велел он, убирая руки. — Я позвоню.
Миа, не оглядываясь, поспешила по дорожке к двери. Закрыв за собой дверь,
она обессилено привалилась к ней спиной.
О боже! Она чувствовала его вкус и запах, ощущала, как от желания вибрирует
каждый нерв в ее теле. Двенадцать недель она обуздывала свои фантазии,
взывала к логике и здравому смыслу, пыталась оправдать свое поведение той
роковой ночью. Но какие могут быть оправдания, если услужливая память то и
дело подсовывала ей картинки того, с каким энтузиазмом и вдохновением она
участвовала в...
Но она и подумать не могла, что новая встреча принесет еще больше проблем.
Она попала в ловушку, будучи навсегда связана с ним ребенком, а это
означает, что им придется постоянно видеться и общаться. Глупо пытаться
сбежать — Николас Каредас найдет ее везде. То немногое, что она успела
узнать о нем, не оставляет ей ни малейшего шанса.
Это несправедливо, сердито думала Миа, пробираясь в темноте в свою комнату.
Несколько часов очередной
шопинговой
терапии пополнили гардероб Мии
вещами, о существовании которых она практически забыла за последние три
года, предпочитая традиционную студенческую одежду — джинсы, футболки
и куртку зимой.
Конечно, мысль о предстоящем ленче с Софией и Анджелиной беспокоила ее. Но
Миа обманывала себя тем, что согласилась на встречу с Николасом накануне
только ради того, чтобы обсудить предстоящий визит. Согласилась она потому,
что хотела согласиться.
- Еще одно свидание с Николасом? — лукаво осведомился Мэтт, когда
Миа спустилась в гостиную.
- Это вовсе не свидание, — запротестовала Миа, но племянник лишь
насмешливо усмехнулся.
- А выглядит как свидание.
Миа сделала устрашающее лицо.
- Ты хочешь, чтобы я утром отвезла тебя в конюшни и ты покатался на
лошади?
- О'кей, это не свидание.
- То-то же.
- Ну-ка, вы, двое, прекратите! — со смехом урезонила их Элис.
Затем она оценивающе оглядела Мию. — Выглядишь просто великолепно.
Миа и сама знала это. Она остановила свой выбор на классическом маленьком
черном платье, потрудилась над тем, чтобы макияж выглядел безупречно, и, как
всегда, надела минимум украшений...
- Правда великолепно, — поддержал Мэтт, но в его глазах прыгали
бесенята.
- Ты просто чистое наказание, — с нежностью в голосе шутливо
попеняла Миа. — Еще лет десять, и женскому населению придется туго.
- Пять, — самоуверенно поправил мальчишка.
- Сойдемся на семи, ладно? И не забывай о лошадях.
- Угрозы, обещания, шантаж... Моей жизнью управляют целых две женщины.
— В шутливом отчаянии он вскинул руки. — Какому еще парню так не
повезло?
Ну как тут было не рассмеяться?
- Повезло. Именно повезло, и не забывай об этом. — Миа поцеловала
племянника в лоб.
- Николас приехал, — сообщила Элис.
Легкомысленное настроение мгновенно сменилось нервным напряжением.
Интересно, как изнашиваются нервы? Натягиваются, натягиваются и... рвутся?
Ее нервы, судя по ощущениям, именно это и собирались сделать.
Как можно испытывать столь противоречивые чувства к одному и тому же
человеку? Как могут эмоции находиться в такой сумятице? Но именно в таком
состоянии они находились с тех пор, как она впервые увидела Николаса
Каредаса.
Миа не могла оторвать от него глаз, наблюдая, как он входит в гостиную в
сопровождении Элис. Все остальное враз перестало для нее существовать.
На его высокой стройной фигуре прекрасно сидел темный костюм. Армани? Его
дополняли бледно голубая рубашка, шелковый галстук на несколько тонов темнее
и кожаные туфли явно ручной работы.
- Привет. — Даже для собственных ушей ее приветствие прозвучало
до ужаса банально.
Николас слегка наклонил голову.
- Здравствуй. — Он повернулся к Мэтту. — Здорово, приятель.
А это что, грим? — Он усмехнулся и указал глазами на лоб.
Мэтт сразу сообразил, в чем дело, и стал яростно стирать со лба след губной
помады.
- Это меня Миа поцеловала.
- Повезло тебе, парень.
От этих шутливых слов самообладание Мии в который раз оказалось под угрозой.
Господи, догадывается ли он, как действует на нее? Наверняка! И это ужасно.
- Мы уже можем идт
...Закладка в соц.сетях
