Жанр: Любовные романы
Огненный вихрь
...sh; Какого черта вас понесло разгуливать в одиночестве по глухим
переулкам?
Он не сумел скрыть раздражения, хотя и пытался. А какого черта ему здесь
надо?
— Избавьте меня от ваших нравоучений!
— Хорошо еще, что ваши права выписаны на двойную фамилию и в них
имеется домашний адрес! Когда полиция стала разыскивать ближайших
родственников, они вышли на меня.
Она огляделась и отметила богатое убранство палаты.
— На общественную больницу не похоже.
— Нет. Я перевез вас в частную клинику.
Конечно, он все может, ему все подвластно! По ее телу пробежала дрожь.
— А мама... — Лизетту охватила паника при мысли, что ее матери уже
сообщили о случившемся. — Я не хочу. Чтоб она об этом знала, пока я не
поправлюсь. У меня ведь ничего серьезного, правда? Она два года не отдыхала,
зачем ее волновать без нужды?
— А если она позвонит вам домой?
— Ну и что? Подумает, я где-нибудь ужинаю. Там включен автоответчик.
А утром я ей позвоню.
Взгляд Джейка скользил по ее бледному лицу, на котором лихорадочно блестели
глаза.
Его присутствие подавляло Лизетту. Ослабевшая после вчерашней травмы, она не
могла больше переносить это эмоциональное напряжение.
Она закрыла глаза, чтобы не видеть его, и вздрогнула, услышав, как он хрипло
выругался.
— Уходите, — устало проговорила она. — У меня от вас мигрень.
— Вам ничего не нужно?
Лизетта только помотала головой.
Джейк вышел, и она блаженно откинулась на подушки. Постель была большая и
мягкая; ее хрупкая фигурка утопала в ней.
Через несколько минут вошла сиделка, засуетилась возле Лизетты, испытывая
священный ужас перед человеком, который только что покинул палату. Три часа
назад, когда на
скорой
эту худышку доставили из общественной больницы, он
буквально перевернул все тут вверх дном, требуя вмешательства лучших
специалистов. Даже чопорная матрона владелица и та пришла в трепет.
Ловкими, уверенными движениями сиделка поправила подушки, сделала пациентке
болеутоляющий укол и тихонько удалилась, чтобы продолжить обход. Проснулась
Лизетта уже утром; ощущение легкости исчезло, и на смену ему пришла тупая
боль во всем теле. Даже дышать было трудно.
Сразу после завтрака ее осмотрел доктор. На вопрос Лизетты, как долго ее
здесь продержат, последовал весьма странный ответ:
— Мистер Холлингсуорт распорядятся, чтобы до завтра вас не выписывали.
— Меня интересует ваше мнение.
— По-моему, можно и сегодня, но только если вы будете выполнять
предписания.
— Какие?
— Неделю не двигать рукой и находиться в состоянии полного покоя и
отдыха.
— Я сама доберусь до дома, — заявила Лизетта.
— А мистер Холлингсуорт? Вы даже не поставите его в известность?
— Я хочу сделать ему сюрприз.
— Хорошо, я поручу сестре оформить выписку. А вас прошу пока не
покидать палату.
Смысл последней просьбы дошел до нее, только когда перед ней предстал Джейк,
заслонивший собою все свободное пространство. Вид у него был по обыкновению
непроницаемый, но Лизетту это не обмануло.
— Что вам здесь понадобилось? — напустилась на него она.
Он взглядом пригвоздил ее к месту.
— У доктора хватило ума мне позвонить. Вам бы это, конечно, в голову не
пришло.
Он был взбешен, но пытался держать себя в руках.
— Я сама о себе позабочусь! — с вызовом проговорила Лизетта.
Он оценивающе оглядел ее фигурку.
— По-моему, вы переоцениваете свои силы.
— Вам незачем было приезжать, я бы прекрасно добралась на такси.
Джейк, пытаясь сдержаться, засунул руки в карманы и угрожающе понизил голос:
— А чем вы расплатитесь с водителем? Сумочку-то вашу похитили.
Она только теперь вспомнила, что ее ограбили.
— Моя машина...
— С машиной все в порядке: ее перегнали в гараж. Но поскольку все ключи
пропали, я велел сменить замки и в машине, и в квартире. — Он чуть
помедлил. — Ну, если вы готовы, можно ехать.
Они прошли через приемный покой, и Лизетта опять-таки с опозданием осознала,
что и счет за лечение оплатил Джейк. От этой мысли ей стало не по себе.
Его
ягуар
стоял у входа; Джейк помог ей устроиться на сиденье, потом обошел машину и сел за руль.
Домой они ехали в полном молчании, и только когда он, открыв новым ключом
дверь квартиры, вошел следом, Лизетта неуверенно запротестовала. — Я
приготовлю поесть, и пожалуйста, не спорьте!
— Но я не голодна, мне хотелось бы побыть одной, если вы не
против. — Я против. Она изумленно раскрыла глаза.
— То есть?
— Вы раньше времени выписались из больницы. Доктор ни в коем случае
этого бы не позволил, если б не знал, что за вами есть кому ухаживать.
— Надеюсь, вы не хотите сказать, что останетесь здесь? — в ужасе
спросила она.
— Только на несколько дней. Впрочем, если вы предпочитаете вызвать
Луизу...
— Нет! Ни за что! Я не могу лишить ее отдыха. Да и к чему? Я уже вполне
сносно себя чувствую и не нуждаюсь в ее уходе.
— Тогда вам придется терпеть мое присутствие, — заявил Джейк.
— Еще чего! — От волнения она не находила слов. — Что я, сама
не справлюсь?
Будь у него кнут, подумала Лизетта, он бы высек меня за строптивость.
Пора бы уже привыкнуть к тому, что перечить ему бесполезно и опасно.
— И каким же образом?
Она упрямо вздернула подбородок.
— Вы можете пользоваться только одной рукой, — продолжал
он. — Сомневаюсь, что вы умеете одной рукой, скажем, открывать
консервные банки. И потом... — у него в глазах мелькнула дьявольская
усмешка, — объясните мне, как вы собираетесь раздеваться?
Она вспыхнула как спичка.
— Да я скорее сгорю в геенне огненной, чем позволю вам помогать мне в
этом!
— Хорошо, тогда ступайте на кухню, а я посмотрю, как вы справитесь с
готовкой.
И пойду, сказала она себе, даже если сдохну от боли!
На кухне Лизетта достала хлеб, масло, несколько яиц и сыр. Поставила
сковородку на плиту, разбила в миску яйца.
Как ни странно, у нее получился сносный омлет; еще она сделала тосты и
сварила кофе в кофеварке.
Джейк ястребиным оком следил за ней, готовый вмешаться при первых признаках
ее слабости. У Лизетты ныло плечо, каждый вздох отдавался мучительной болью
в подреберье, но она твердо решила не подавать вида.
— Так, — сказал он после ужина. — Теперь идите раздевайтесь.
Лизетта без звука прошла в спальню и плотно закрыла дверь. Корчась и стиснув
зубы, джинсы она кое-как сняла, а вот с вязаным джемпером дело оказалось
потруднее: как она ни изворачивалась, он не желал сниматься и все.
От легкого стука в дверь она застыла на месте и беспомощно уставилась на вошедшего в спальню Джейка.
Он сверкнул на нее глазами, молча подошел и очень бережно высвободил ей
сперва одну, потом другую руку и стянул джемпер через голову. После этого
Джейк расстегнул ей лифчик и отбросил его. Она вся напряглась теперь ее
наготу прикрывала лишь узенькая полоска шелка и кружев на бедрах. Вся грудь
была в лиловых кровоподтеках, которые она уже разглядывала нынче утром в
зеркале и едва не лишилась чувств. Сейчас эти синяки стали объектом его
пристального внимания. Лизетта не могла выдавить ни звука и только
вздохнула, когда он аккуратно просунул ее голову в вырез ночной рубашки.
— Ложитесь, я принесу вам чаю с молоком и таблетки. — Даже когда
он говорил совсем тихо, трудно было не подчиниться этому властному голосу.
Лизетта забралась в постель и замерла, прислушиваясь к боли во всем теле:
болело от ушиба бедро, раскалывалась голова, не говоря уже о плече и ребрах.
Больше всего на свете ей хотелось уснуть и не просыпаться. Через несколько
минут кровать сбоку от нее прогнулась. Лизетта страдальчески вздохнула и
взяла две таблетки с протянутой ладони Джейка.
Он поднес к ее губам кружку с теплым питьем, и Лизетта медленно запила
сначала одну таблетку, затем другую.
Когда чай был выпит, Джейк поднялся и посмотрел на нее сверху вниз.
— Если вам что-нибудь понадобится — позовите.
Лизетта вгляделась в его суровые черты. Спорить было бесполезно. Она и не
пыталась, а просто закрыла глаза и затаила дыхание до тех пор, пока он не
вышел из комнаты.
Ночью она вдруг проснулась как от толчка и поняла, что кричала во сне. Затем
вскрикнула наяву, когда неожиданно загорелся ночник. События прошлой ночи
возникли перед ней так явственно, что ее сковал дикий страх.
Она вздрогнула от приглушенного проклятия: это Джейк присел на кровать и
склонился над ней.
— Надо бы запихнуть вас в машину и отвезти обратно в больницу, —
сердито пробормотал он.
— Только потому, что мне приснились кошмары?
— Только потому, — мрачно уточнил он, — что вы упрямая и
своенравная скандалистка, у которой не хватает здравого смысла признать
собственные ошибки.
— Не поеду в больницу.
— Я же предлагаю вам помощь... — он неумолимо сверлил ее
глазами, — а вам бы только настоять на своем!
— Да поймите же, не хочу я, чтобы вы были здесь! — устало бросила
она и болезненно сжалась при виде его усмешки.
— Где это — здесь? В квартире или в спальне?
— Нигде.
Он стиснул зубы.
— Это мы утром обсудим. Спите! — Он выключил ночник и уселся на
обтянутый ситцем стул в двух шагах от кровати.
Лизетта впилась в него глазами.
— Вы что, собираетесь всю ночь тут сидеть?
— А я никуда и не уходил, — невозмутимо сообщил Джейк.
От него, как от судьбы, не избавишься!
— Но это нелепо!
— Постарайтесь уснуть, Лизетта, — проронил он.
После нескольких минут невыносимого молчания у нее стали слипаться веки, и
она погрузилась в блаженный сон.
Глава 8
Наутро Лизетта проснулась оттого, что ноздри защекотал аромат сваренного
кофе. Она осторожно выбралась из постели, достала свежее белье, спортивный
костюм с курткой на молнии и пошла в смежную со спальней ванную.
С волосами возникла небольшая заминка, но все же ей удалось запихнуть их под
купальную шапочку, после чего она встала под душ. Горячие струи,
обрушившиеся на измученное тело, принесли невыразимое облегчение. После душа
она принялась неторопливо одеваться. Ей сразу стало ясно, что застегивать
бюстгальтер — напрасная затея.
Интересно, как однорукие управляются без посторонней помощи? — подумала
она.
Наглухо застегнув куртку до горла, она продела руку в поддерживающую
повязку. При этом перед ней впервые за нынешнее утро возник образ Джейка,
хлопочущего на кухне, и сердце ее гулко забилось. Она поплелась туда и
увидела, как он ловко переворачивает на сковородке бекон и помидоры. Он,
должно быть, тоже недавно принял душ и еще не снял темного махрового халата,
что еще больше подчеркивало его мужскую привлекательность.
Он повернулся и смерил Лизетту холодным оценивающим взглядом темно-серых
глаз. Но внезапно они потеплели, и Джейк дружески ей улыбнулся. Она подавила
инстинктивное желание улыбнуться в ответ: память о вчерашнем была еще
слишком свежа, чтобы Лизетта могла без сожаления расстаться со своими
обидами.
Что-то не похоже, чтоб он провел всю ночь на стуле: с таким ростом и часа не
высидишь.
— Доброе утро.
От тягучего голоса вновь мурашки побежали по всему телу. Она кивнула на его
приветствие, достала из шкафа стакан и подошла к холодильнику.
— Садитесь. Через минуту все будет готово.
— Я не ем так плотно утром.
Ее завтрак обычно состоял из апельсинового сока, низкокалорийных хлопьев со
снятым молоком и кофе.
— Тогда скажите мне, что выедите, я приготовлю.
Лизетта достала бутылку апельсинового сока и налила себе в стакан.
— Ну уж хоть это позвольте мне решать самой! — Она распахнула
дверцу холодильника.
— Все так же настроены на полную независимость? — вкрадчиво
спросил Джейк, и Лизетта почувствовала легкий озноб.
Она выпила сок, дрожащей рукой насыпала в тарелку хлопья. Не дергайся,
внушала она себе.
— Я сама справлюсь.
— Пока что вам не удалось меня в этом убедить.
Опять ее нервы скручиваются в тугой болезненный узел!
— Прошлой ночью вы сказали, что мы обсудим необходимость вашего
пребывания здесь.
— Ну что ж, давайте обсудим, — с неприкрытой издевкой согласился
Джейк.
— Я повторяю вам, что не нуждаюсь в вашей опеке, — заявила она, с трудом сдерживая ярость.
— Через полчаса я ухожу, — успокоил он ее. — Я нашел в
холодильнике консервированный суп, развел его в кастрюле и поставил в
микроволновую печь. Вам остается только разогреть его к обеду. На столике в
спальне номер моего переносного телефона. Вернусь часам к пяти и приготовлю
ужин. — Его глаза будто проникали ей в душу. — Смиритесь, Лизетта,
у вас нет выбора. Бороться со мной бесполезно, это пустая трата сил.
У нее дрожали губы, хотелось исхлестать его словами за эту проклятую
бесцеремонность. Джейк пробудил в ней чувства, о которых она раньше не
догадывалась, и, если не уйти прямо сейчас, задержаться здесь хоть на
секунду, все они прорвутся наружу.
Лизетта затворилась в спальне и не выходила до тех пор, пока в передней не
хлопнула дверь.
Тогда она вернулась в кухню, доела завтрак, пролистала утренние газеты.
День тянулся нескончаемо. Лизетта посмотрела новости по телевизору, затем
переключила на видео. Часов в одиннадцать загудел домофон.
На экране монитора возник рассыльный в униформе с красивым букетом в руках.
Лизетта попросила его оставить цветы в привратницкой.
Через десять минут консьержка постучала в дверь, вручила цветы, участливо
справилась о ее здоровье и удалилась.
На открытке, которую Лизетта вынули из букета, были наилучшие пожелания от
фирмы Андерсена. Лизетта налила воды в вазу и долго расставляла цветы.
После обеда она почувствовала усталость и решила часок поспать, но проспала
дольше, чем предполагала: открыла глаза уже в начале четвертого. Сварю-ка я
себе кофейку, решила она. Кофеварка уже начала пыхтеть, когда снова загудел
домофон.
Опять цветы! — удивилась Лизетта, включив монитор. Правда, на сей раз
посыльный был вне поля ее зрения.
— Оставьте в привратницкой, мне передадут, — снова попросила
Лизетта, недоумевая, кто бы еще мог прислать ей цветы. Помимо сотрудников
Андерсена, которых она предупредила по телефону, о нападении на нее знает
только Джейк.
— Нас попросили вручить лично.
Она слегка нахмурилась и вдруг каким-то шестым чувством угадала опасность.
Ей была видна лишь макушка посыльного: он прикрывал лицо цветами.
— Из соображений безопасности все передачи оставляются в
привратницкой, — повторила Лизетта.
Как при замедленной съемке, цветы опустились, и открылось лицо посыльного.
Лизетта похолодела, узнав одного из пятерки нападавших.
Он молча положил цветы на пол, повернулся и ушел, оставив Лизетту на
распутье: то ли ей заявлять об этом инциденте, то ли нет.
От решительного стука она подскочила и бросилась к двери. Но, прежде чем
открыть, на всякий случай накинула цепочку.
— Лизетта?
Джейк! С громадным облегчением она сняла цепочку и отворила.
— Я не ждала вас так рано.
— Совещание раньше закончилось. — Серые глаза прищурились, глядя
на нее. — Что случилось? Вы похожи на взъерошенного котенка.
Господи, сказать или не сказать?
— Да нет, ничего такого, — справилась она с нахлынувшими
чувствами.
— Поверю на слово.
Он прошел в гостиную, поставил большой пакет с продуктами на стул, затем
повернулся и вновь стал сверлить ее взглядом.
— Хотите чего-нибудь выпить? — Ей необходимо было хоть что-то
сказать, иначе она бы просто не выдержала такого разглядывания.
— Попозже, — отмахнулся он. — Как прошел день?
— Мне прислали цветы из фирмы. — Она слегка улыбнулась. — Я
пообедала, посмотрела телевизор, поспала.
Господи, разговариваем как благопристойная супружеская пара! У Лизетты едва
не вырвался нервный смешок. Такое определение меньше всего подходило к их с
Джейком отношениям.
Какой-то чертик засел у нее внутри и дразнит, толкает к безумным соблазнам.
Чем больше она внушает себе, что ненавидит Джейка Холлингсуорта, тем сильнее
ее тянет к этому человеку. Она уже почти не способна сопротивляться его
гипнозу. При одном взгляде на него все тело охватывает сладостная дрожь,
тепло медленно растекается по жилам, а душа вся трепещет от смешения чувств,
в которых она не желает себе признаваться.
Вот бы сейчас прижаться к нему, найти утешение в кольце его рук, рассказать
про все свои страхи и заручиться обещанием, что он никогда и никому не даст
ее в обиду! Безумие, конечно, однако же он будто почувствовал ее мысли,
подошел вплотную, и она услышала его неровное дыхание.
Двумя пальцами он приподнял ее подбородок.
— Да ладно вам хорохориться! — Для его глаз не существовало
никаких барьеров, и бесполезно было их воздвигать. — У этих подонков
осталась ваша сумка, значит, есть и адрес, и фамилия. — Он легко провел
пальцами по ее губам, потом взял голову в свои широкие ладони. — Если
они уже пытались до вас добраться, не надо этого от меня скрывать.
Она судорожно вздохнула и срывающимся голосом рассказала ему все.
Когда закончила, он отпустил ее и направился к телефону.
В полицию звонит, отметила про себя Лизетта, прислушиваясь к его сухой
внятной речи. Она подошла к огромному — во всю стену — окну, за которым с
одной стороны открывался вид на внушительные небоскребы, с другой — на
уютные домики пригородов. И вдруг Лизетту поразила мысль: ведь ничего бы
этого не произошло, если б она не пыталась всеми силами избежать компании
Джейка в тот вечер. Ей надо было, чтоб он не застал ее дома, только поэтому
она и пустилась слоняться по темным улицам.
Она в жизни ничего не боялась и теперь негодовала на Джейка и на себя за то,
что его настойчивость повлекла за собой ее необдуманные действия, а в итоге
она должна сидеть здесь с вывихнутым плечом и трястись от страха!
Джейк разговаривал долго; когда он наконец повесил трубку, Лизетта встретила
его вопросительным взглядом.
— В привратницкой заметили оставленные у входа цветы и внесли их
внутрь. Там не было никакой записки или карточки. Они сейчас сделают снимок
с монитора и попытаются установить личность. Как только фотография будет
готова, вам останется лишь ее опознать, и полиция заведет дело.
Лизетта вцепилась в спинку стула.
— А вдруг он раскаивается и принес цветы, чтобы как-то загладить свою
вину?
Джейк задумчиво посмотрел на нее.
— Почему тогда не вложил карточку или хотя бы коротенькую записку?
Лизетта пожала плечами.
— Испугался, а может, подозревал, что в доме установлена телекамера.
Они обдумывали различные версии, и ни одна не представлялась полностью
убедительной. Худший вариант — что бандиты намерены ее запугать, пригрозить
новым нападением, если Лизетта вздумает обратиться в полицию, — ни он,
ни она не высказали.
— Вы звонили Луизе?
— Да, сегодня утром.
Лизетта стала передавать ему содержание разговора с матерью, а он тем
временем накрыл ее руку своей, чтобы успокоить нервное продвижение пальцев
по спинке стула. Она тут же вырвала руку, проклиная себя то, что не может
спокойно на него реагировать.
С одной стороны, ей хотелось остаться одной и продолжать свое размеренное
существование, с другой — она не могла этого отрицать, — его
будоражащее присутствие сулит поддержку и защиту, без которых ей сейчас
трудно обойтись.
— Пойду займусь ужином.
Голос Джейка звучал, как всегда, немного насмешливо, но Лизетта решила
смириться с этим.
— Да я не очень голодна.
Не обращая внимания на ее слова, Джейк снял пиджак, повесил его на спинку
стула, потом вытащил запонки и закатал рукава рубашки. Мускулистые руки были
покрыты темными волосами и выглядели столь же впечатляюще, как их
обладатель.
— Покажите мне, где у вас что.
Лизетта не смогла пересилить своего любопытства и последовала за ним на
кухню.
— А что вы собираетесь готовить?
Джейк посмотрел на нее с сомнением.
— Ну, что-нибудь попроще. Мясо, овощи. Разогрею яблочный пирог; меня
уверили, что он домашнего приготовления.
Глаза Лизетты лукаво заблестели; она невольно улыбнулась.
— Американская кухня, одним словом. Неужели вам приходится часто
готовить?
Джейк пожал плечами и принялся доставать из пакета продукты.
— Удачные сделки не обходятся без хорошего ужина.
— Не говоря уже о неофициальных встречах с той или иной... — Лизетта
нарочно выдержала паузу, — спутницей.
— Вы хотите сказать — любовницей, — ничуть не смутившись, уточнил
он и вновь остановил на ней серые глаза.
Внутри у нее все сжалось. Уже не в первый раз она представила себе это
сильное тело, объятое любовным экстазом, и голова у нее пошла кругом.
— Я уверена, Мелани умеет ценить ваши достоинства.
— Если вы имеете в виду постель, то, каковы бы ни были устремления
Мелани, у нее не было возможности их оценить.
— Ай-ай-ай, какая непреклонность! — едко заметила она.
Глаза Джейка насмешливо сверкнули.
— Мне больше нравится быть охотником, чем дичью.
А в качестве дичи избрал меня?! — чуть не выкрикнула Лизетта.
— Понимаю, азарт погони, наслаждение муками жертвы! — Голос ее
звенел отчаянной бравадой. — А потом, когда цель достигнута, как
правило, наступает пресыщение.
— Может и не наступить.
Непостижимо, как она сама завела себя на зыбкую почву двусмысленности,
заведомо понимая, что тут их силы неравны.
— Я накрою на стол, — оборвала она разговор и повернулась к нему
спиной, чтобы не дать его глазам снова проникнуть в тайники своей души. Ужин
удался на славу, они едва успели поесть, как раздалось гудение домофона.
Пришел полицейский из участка снимать показания.
Опознание фотографии много времени не заняло, но потом полицейский целый час
донимал ее вопросами. И хотя, у него не появилось ни одной зацепки, он был
уверен, что ее обидчики будут пойманы — это лишь вопрос времени. А пока он
настойчиво советовал принять дополнительные меры безопасности.
После его ухода Лизетта начала собирать посуду и складывать ее в раковину.
Каждой клеточкой она ощущала близость Джейка, который сосредоточенно
полоскал кастрюли и сковородки в мыльной воде.
Закончив работу, он вымыл и вытер руки. Взял в гостиной свой пиджак и
набросил его на одно плечо.
— Я скоро. Надо принести сюда кое-какие вещи.
У Лизетты внутри что-то оборвалось.
— Вам совершенно незачем оставаться здесь и сегодня! Я прекрасно
обойдусь сама. — Она затравленно поглядела на него.
— Мы ведь уже решили, что, пока все это не кончится, вам нельзя быть
одной.
— Это вы решили! — в отчаянии выкрикнула она.
— Да, и останусь здесь, пока полиция их не поймает.
— Мне надоело исполнять все ваши прихоти!
— И не вздумайте запирать дверь, — пригрозил Джейк, направляясь к
выходу. — Я вам такое устрою — не обрадуетесь, что родились на свет.
— Да вы что?! — взвилась Лизетта, чувствуя, как ее крик отдается
болью под ребрами. — Это моя квартира и моя жизнь, вам нет места ни
там, ни тут!
Джейк, не говоря ни слова, закрыл за собой дверь. Больше всего Лизетту
выводило из себя его непоколебимое самообладание. Она вышла в прихожую и
набросила цепочку на дверь.
Ей нечего противопоставить этой беспощадной, разрушительной, убийственной
силе!
Сперва у нее мелькнула мысль не снимать с двери цепочку — и пусть выполняет
свои угрозы! Но когда он вновь постучал, Лизетта, лишь секунду
поколебавшись, уступила доводам здравого смысла.
— Это нелепо! — пробормотала она, впуская Джейка в квартиру.
Сколько ей еще поджариваться на медленном огне своей злости?! Какого дьявола
он возомнил, будто она нуждается в его защите?!
— Вы бы взяли тайм-аут, Лизетта, — посоветовал Джейк. — А то
ваш г
...Закладка в соц.сетях
