Жанр: Любовные романы
Счастье под запретом
...а велела немедленно всем замолчать и провела расследование в лучших
традициях Боу-стрит*. Она вскоре выяснила,
что пропавший китайский чай не пользовался любовью слуг, предпочитавших черные
сорта, и китайский начали заваривать
исключительно с появлением здесь господ. Пропажу обнаружили только сегодня,
когда понадобилось приготовить господам
чай.
* Предшественники Скотленд-Ярда.
- Значит, - уверенно заявила Серена, - чай мог пропасть в течение тех
месяцев, когда здесь не было лорда Мидлторпа.
- Кто-нибудь заметил бы пропажу, мадам, - возразила повариха.
- А кто обычно ходит за чаем, миссис Скотт?
- Кэти, - с пылающим, гневным взглядом ответила женщина. - Я посылаю ее
тогда к миссис Эндовер за ключом.
- Я не брала его! - завопила девушка.
- Она не брала его! - вторил ей садовник.
Серена подождала, пока все успокоятся.
- Похоже, установить истину теперь просто не возможно. Необходимо купить
новый ящик для хранения, с хорошим
замком, а миссис Эндовер будет проверять наличие чая каждый вечер. Таким образом
не будет причин для необоснованных
подозрений.
- Как же, необоснованных! - пробурчала повариха.
Садовник тут же шагнул вперед.
- Слушай, ты, старая су...
- Тихо! - Серена подняла руку. - Довольно.
- Я не хочу больше слышать об этом. Однако если Кэти не устраивает ее
место, я позабочусь, чтобы ее приняли в другой
дом.
Глаза девушки заметались, но потом она промямлила, что ей здесь нравится,
правда. Садовник бросил на Серену мрачный
взгляд, и она подумала, как бы он не отплатил пакостями за ее добрые намерения.
Она не была уверена, что успешно справилась с конфликтом, и удалилась в
элегантный мир остальных комнат дома,
размышляя, какие драмы разыграются там, внизу, прежде чем ее снова позовут
выступить в роли судьи.
Кому подарит свою благосклонность Дибберт: поварихе или экономке?
Уступит ли Кэти ухаживаниям садовника и женится ли он на ней?
Или же вернется к горничной, которая явно была когда-то его фавориткой?
Она вздохнула и покачала головой. Дела эти, важные для всех
заинтересованных лиц, все же были мелочью по сравнению с
ее проблемами.
Утренние газеты содержали официальное сообщение о браке виконта Мидлторпа с
Сереной, леди Ривертон. Они с
Френсисом могли рассчитывать на уйму визитеров сегодня после обеда, которые
захотят лично поздравить их и выразить
наилучшие пожелания. Она лишь надеялась, что Френсис не забудет появиться, чтобы
поприветствовать гостей.
В четыре часа ее братья нагрянут в сад с намерением получить драгоценности
и три тысячи фунтов. Если она не выйдет к
ним навстречу, кто знает, что они выкинут. Возможно, Френсис уже предпринял чтонибудь
и контролировал ситуацию, но
это было слабым утешением.
В полдень Френсис все еще не возвратился домой. Серена начала серьезно
опасаться, что он позабыл и о посетителях, и о
ее гнусных братьях. Она пыталась уговорить себя, что муж просто не мог упустить
такое из виду.
Вдруг она сообразила, что оба волнующих ее события произойдут почти
одновременно. Если она и Френсис будут заняты с
гостями, то как, ради всех святых, ей выбраться к Тому? Вероятно, ей надо будет
послать к брату слугу с запиской, чтобы
объяснить задержку, но, наверное, Френсис ей ни за что не позволит этого.
Проклятие! Где только его носит?
Чтобы как-то отвлечься, она вынесла щенка в сад. Братцам еще рановато
появиться, разве что они шпионят за ней, и, таким
образом, она не нарушит приказа Френсиса не встречаться с ними. С другой
стороны, она чувствовала, что ей станет легче,
если они все же заявятся. Она смогла бы объяснить им свою занятость и перенести
встречу на завтра.
Когда она вышла на солнышко и отпустила Бренди порезвиться, то с удивлением
заметила прогуливающуюся свекровь.
Леди Мидлторп не произвела на нее впечатление человека, наслаждающегося зимним
садом.
Леди Мидлторп резко остановилась, словно запаниковала, но затем подошла к
ней.
- Чудесный день для февраля, не так ли, Серена?
- Да, леди Мидлторп.
Серена краешком глаза наблюдала за щенком, явно собиравшимся удрать
подальше от хозяйки.
- Если мы по-прежнему будем официальны друг
С другом, то жизнь станет просто невыносимой. Вы зовете мою сестру
Арабеллой. Называйте же меня Корделией.
Серена даже заморгала от неожиданности.
- Очень хорошо... Корделия.
- Немного осталось людей, которые зовут меня Корделией, - нахмурясь,
сказала свекровь. Она задержала взгляд на
прическе Серены. - Ваши волосы так и норовят избавиться от шпилек.
И ушла по направлению к дому.
Серена поспешно привела волосы в порядок. И как только свекрови - Корделии
- неизменно удается выглядеть столь чинно
и аккуратно? Серена уставилась вслед ушедшей женщине, вспомнив мужчину, которого
повстречала здесь в саду - Чарльз
какой-то там, и он хотел поговорить с Корделией. Он напрочь вылетел у нее из
головы в связи с последними событиями, но
неужели Корделия встречалась здесь с мужчинами?
Серена попыталась вообразить такую встречу, но у нее ничего не получилось,
а тут еще она заметила, что Бренди
собирается нырнуть в живую изгородь.
- Бренди, нельзя! Немедленно вернись!
Бренди решила, что это новая увлекательная игра в прятки, а через несколько
секунд так же рассудила и Серена. Поэтому
они с восторгом довольно долго гонялись друг за другом по саду. Серене было
наплевать, что она совершенно не походила в
эту минуту на виконтессу и что шпильки постоянно выпадали из волос. Она со
смехом подняла колючую ветку, чтобы
нырнуть под нее, и столкнулась с мужчиной, который как раз пытался пролезть в
этот же лаз в изгороди; за ней находился
тихий уголок с каменной скамейкой, именно там она вчера и сидела.
На какую-то долю секунды в незнакомце ей почудился Том, но она сразу же
поняла, что обозналась. Это был Чарльз кактам-его.
- Боже, отчего вы все время здесь околачиваетесь?
Но стоило ей произнести это, как она обо всем догадалась!
Боже мой, ее свекровь встречалась здесь с мужчинами!
Незнакомец, казалось, изумился не меньше ее.
- Леди Мидлторп...
Он поддержал ее, затем отпустил и, казалось, потерял дар речи. Затем
пробормотал "Проклятие!" и продолжил уже более
внятно:
- Я пришел, чтобы встретиться с леди... с вдовствующей леди Мидлторп. Я
вижу, что вы шокированы.
- Да, немного.
- Неужели это так странно, что два человека любят друг друга?
- Н-н-нет.
- А-а, значит, это потому, что мы уже не столь юные? Мне, миледи, всего
тридцать восемь.
- Но...
- А Корделии сорок шесть. И ни один из нас еще не впал в маразм!
- Мистер... О Боже, я забыла, как вас зовут.
- Фернклиф. Я вручил вам свою карточку.
- Я не помню, куда ее подевала. Мистер Фернклиф, меня абсолютно не волнует
ваш возраст. Меня удивило, что кто-то
решил встречаться тайком! Это неприлично.
- Понимаю вас, леди Мидлторп. Но это не мое решение. Кажется, это просто
сведет меня с ума, если я не умру еще раньше.
- Я не верю в истории, где люди умирают от разбитого сердца, сэр.
- Да? - Он начал забавляться ситуацией. - Но пуля тоже может прекрасно
справиться с этим.
- Пуля? Но кому придет в голову стрелять в вас?
- Лучше спросите об этом у сумасброда, которого зовете своим мужем.
- Френсис?
- Вот именно. Он уже несколько месяцев гоняется за мной по всей стране. И
очень часто - с пистолетом в руке.
Серена рухнула на каменную скамью.
- Мистер Фернклиф, вы наверняка ошиблись. Мой муж очень нежный и разумный
человек.
- Видимо, разум покидает его, когда речь заходит о предполагаемом
замужестве его матери, особенно если у жениха нет
средств к существованию. Кроме того, боюсь, что вы заблуждаетесь, моя дорогая
леди. Он может быть нежен по отношению к
вам - и слава Богу, - но я знаю из достоверных источников, что лорд Мидлторп
ведет довольно опасную жизнь со школьной
скамьи. Он даже входит в шайку злобных развратников.
- Вы имеете в виду Шалопаев?
- Вот именно. Правда, им больше пристало бы зваться могоки. Корделия
переживала, что эта шайка дурно влияет на сына,
а теперь я услышал о них и от других почтенных людей.
Могоки были хулиганствующими отпрысками обедневших дворян, которые в
середине прошлого столетия сделали улицы
Лондона опасными для приличных людей. Серена не видела никакой связи между этими
негодяями и Френсисом с его
друзьями.
- Мистер Фернклиф, я знакома с некоторыми из Шалопаев, и все они очень
приятные люди.
- Полагаю, они и должны быть очаровательными.
- Если вы намекаете на то, что я глупенькая мисс, которую легко одурачить,
то, сэр, вы глубоко ошибаетесь. И довольно об
этом. Вы уверены, что мой муж возражает против ваших ухаживаний за своей
матерью?
- Абсолютно.
- Насколько я знаю, ему хотелось бы, чтобы мать снова вышла замуж.
- Несомненно, но только за мужчину, у которого больше денег, чем у меня. Я
ученый, леди Мидлторп. У меня есть
небольшое состояние - сущая безделица - и вряд ли прибавится в будущем. Да и мне
это все равно. Если честно, то я никогда
бы не женился на женщине, способной рожать, потому что абсолютно не в состоянии
воспитать детей так, как мне бы этого
хотелось.
- А я прекрасно понимаю своего мужа, которому явно не хочется, чтобы его
мать жила в бедности.
- Об этом не может быть и речи. У Корделии достаточно средств.
Его губы задрожали.
- Вот видите, даже вы тут же предположили, что я охочусь за богатством. И
он того же мнения. Но это не так. Я вполне
счастлив, ведя свою скромную жизнь. Я просто признаю, что она вряд ли
удовлетворилась бы тем, что имею я. Если же нам
понадобится солидный дом и слуги, если мы планируем путешествовать и принимать
гостей, то все это будет на ее деньги.
- Что ж, я вижу, почему мой муж может возражать, мистер Фернклиф. Это как
раз то, против чего любящий сын должен
бороться всеми средствами.
- Он имеет полное право думать все, что ему угодно, леди Мидлторп, но
разумный человек постарался бы встретиться с
поклонником и обсудить ситуацию. Мидлторп же преследует меня с оружием в руках.
Эта смехотворная ситуация зашла уже
слишком далеко. Корделия утверждает, что ее сын не потерпит нашей связи, но не
желает выходить за меня замуж из страха
рассердить его. Я же решительно настроен поговорить с ним, чтобы понять, не
смогу ли хоть чуточку образумить его.
- Это отличная идея, - сказала Серена в полной уверенности, что встреча
пойдет обоим мужчинам на пользу.
- Но как все это устроить? - спросил он. - Корделию приводит в отчаяние
даже намек на встречу, и она отказывается
помочь мне.
- Существует уйма способов встретиться двум джентльменам.
- Это верно, но, поскольку он уже дважды разыскивал меня с оружием в руках,
я стараюсь быть осторожным. Может быть,
вы согласитесь помочь мне, леди Мидлторп?
Серене не хотелось вмешиваться. Ее отношения с мужем и без того были
шаткими, а если он еще сочтет, что она помогает
его противнику...
- Вряд ли, сэр.
- Но это же несложно, не так ли?
- Даже не знаю. Скажите мне, где вас можно застать, и я извещу вас, если
мне удастся устроить встречу.
- Я снимаю комнаты в таверне "Скипетр" неподалеку отсюда, но под именем
Лоуден.
Он вытащил из кармана слегка помятый серый кудрявый парик и напялил его на
голову, надев сверху треуголку.
- Вы понимаете, до какой крайности меня довели? Мидлторп, кажется, поднял
на ноги половину Лондона, чтобы все
преследовали меня.
- О Боже! - потрясенно выдохнула Серена. - Ладно, посмотрим, что я сумею
сделать, мистер Фернклиф.
Когда Фернклиф ушел, Серена спохватилась, что она совсем позабыла про
щенка.
Расстроенно вскрикнув, она выбежала из своего укрытия и громко позвала
Бренди. Не услышав никакого отклика и не
заметив щенка, она открыла калитку и выглянула на дорогу, ведущую к конюшням.
Неужели это несносное создание убежало
на улицу? Она тут же представила, как щенок гибнет под колесами экипажей или
копытами лошадей.
- Бренди!
Она уже собралась было вернуться в дом, чтобы разослать слуг на поиски
щенка, когда услышала отчаянный визг. Она
снова позвала щенка, и Бренди пролезла наконец под изгородью из соседнего сада и
восторженно понеслась к Серене.
Серена прижала ее к себе.
- Ах ты гадкая девочка! Вся испачкалась в грязи! Где ты была?
Вполне вероятно, что Бренди недоумевала по той же самой причине. Ворчливо
отчитывая щенка, Серена пошла к дому.
- Серена!
Она увидела Френсиса, спешившего ей навстречу.
- Где ты пропадала?
- Бренди отправилась осматриваться, и я думала, что потеряла ее.
Посмотрев на мужа, Серена тотчас вспомнила, что она вся растрепана. И к
тому же Бренди основательно испачкала ее
платье.
Он с упреком посмотрел на нее, забрав у нее щенка.
- Она так измазала тебя, а у нас гости.
- Уже? - в отчаянии воскликнула Серена,
- Только Николас и Элеонора. Не стоит волноваться.
Серена насторожилась.
- Если ты отнесешь Бренди на кухню, я переоденусь.
- Отлично.
Серена заспешила прочь, чувствуя, как внутри у нее все сжалось. Она и сама
недоумевала, почему мысль о новой встрече с
Николасом Делани так волнует ее. Он сразу же догадается, что она встречалась в
саду с врагом мужа, и потому в данную
минуту решила скрыть это.
Серена быстро переоделась в новое платье, а служанка помогла ей справиться
с волосами. Оглядывая себя, она в отчаянии
подумала, что ей никогда не достичь безупречной элегантности Корделии. И фигура
у нее округлилась, а волосы вообще,
казалось, жили по своим собственным законам.
Но и Корделии вряд ли удастся сохранить прическу в объятиях любовника, не
правда ли? Так были ли Фернклиф и
Корделия любовниками? Казалось невозможным представить мать Френсиса в роли
любовницы, но ведь она точно
занималась любовью хотя бы раз со своим мужем! Иначе откуда же взялся Френсис?
Серена отпустила служанку и на мгновение задумалась. Фернклиф мог быть
злонамеренным лжецом, но Корделия-то
выходила в сад с какой-то целью?
Конечно, об этом можно поговорить и с самой Корделией, но от подобной мысли
у Серены застучало в висках. "Корделия,
я хочу поговорить с вами о вашем любовнике..."
А как сказать об этом Френсису? "Френсис, я хочу поговорить с тобой о
любовнике твоей матери..."
А тут еще эти самые братья, которые разозлятся, если не найдут ее ожидающей
в саду, с отступными в руках.
Не волнуйся, велел ей муж.
Да уж.
Серена со вздохом отправилась в гостиную, где Френсис уже принимал гостей.
Николас и Элеонора были такими же
милыми, как и вчера вечером, но Серена по-прежнему беспокоилась из-за Николаса.
Было нечто особенное в его взгляде -
наверное, необыкновенная проницательность, из-за чего она казалась самой себе
прозрачной. А она вовсе не хотела бы, чтобы
он догадался о том, что волновало ее в данный момент.
Разговор шел обо всем понемногу - политике, посевных работах, светских
сплетнях и погоде. Кажется, Серене предстояли
довольно мрачные и тревожные часы.
- Святые небеса, - сказал вдруг Френсис. - Давайте побеседуем о более
приятных вещах. Как там Арабелла?
- Френсис, - изумилась Элеонора. - Неужели ты относишься к нашей семейной
гордости и радости как к вещи?
- Боже упаси! А все же, как у нее дела? - Френсис повернулся к Серене. -
Арабелла - дочь Николаса и Элеоноры.
Ответил Николас - с отчетливым восхищением в голосе:
- Несомненно, она крайне недовольна нами. Она, видишь ли, твердо уверена,
что правит всем миром. Она, конечно,
довольно милостивый тиран, но мы решили все же ее немного проучить и поэтому
оставили в Сомерсете.
- Значит, она капризная?
- Конечно, нет. Но ей понравилось общество двух Леандеров, и она объявила,
что ей хотелось бы побольше братьев и
сестер. Мы объяснили ей, что все они будут младше ее, а не старше, но она
упрямится.
Серена слушала всю эту чепуху с возрастающим изумлением.
- Сколько лет вашей дочери, мистер Делани?
- Древняя, как Мафусаил. Ей четырнадцать месяцев.
- О, и она уже разговаривает?
Элеонора рассмеялась.
- Пусть болтовня Николаса не введет вас в заблуждение, Серена. Он
утверждает, что понимает любой звук или отрыжку
любимой доченьки, но мне кажется, что он интерпретирует все так, как хочет. Это
он жаждет дюжину детей.
Ее муж улыбнулся.
- Вот именно.
После недолгой беседы на разные темы Френсис увел Николаса показать коекакие
документы на свои владения. Когда обе
женщины остались наедине, Элеонора сказала:
- Вы уже догадались, да? Нам дали возможность поговорить, потому что
посчитали, что вы, возможно, захотите
посоветоваться. Пусть это вас не волнует. Мой премудрый Николас в своем
репертуаре.
Серена уставилась во все глаза на Элеонору Делани.
- А зачем бы мне советоваться с вами?
- Понятия не имею. Но Френсис и Николас сегодня пол-утра беседовали с глазу
на глаз в кабинете. Они очень близкие
друзья, и никакая разлука не поколебала их отношений.
- Мне говорили об этом. А вот Френсис даже не упомянул мистера Делани при
мне ни разу.
- Признаться, Николас тоже почти не рассказывал мне о друге в начале наших
отношений. Но Френсис оказывал ему
огромную поддержку - был как бы его якорем в плохие времена. И мы хотели бы
помочь вам, чем только сможем,
- С чего бы нам потребовалась ваша помощь?
- А разве вы в ней не нуждаетесь?
Серена пожала плечами.
Элеонора помолчала и вдруг сказала:
- Кажется, я уже была беременна, когда мы поженились.
Серена изумленно взглянула на нее.
- Кажется?
- Мы не стали ждать вердикта врачей. А разница в пару недель не имеет
значения при рождении ребенка.
- Да, если это всего лишь недели, а не месяцы.
- Вот именно. Я просто хотела, чтобы вы поняли: я хорошо знаю, насколько
болезненной и щекотливой может быть
подобная ситуация.
- Забеременеть преждевременно не идет ни в какое сравнение с тем, что ты
вдова Мэтью Ривертона, уверяю вас.
- Но быть вдовой Ривертона все же лучше, чем быть его женой, - подмигнула
Элеонора.
Серена не выдержала и прыснула от смеха.
- Помнится, - посерьезнев, продолжила Элеонора, - я как-то задумалась
насчет платы за совершенный грех, потому что
оказалась счастлива вследствие своего грехопадения.
- Вы полагаете, что я сопротивляюсь своему счастью?
- Не знаю. Но людям свойственно считать, что они не заслуживают иных
подарков судьбы, и потому они изо всех сил
борются с этим. А вам судьба подарила в супруги лучшего из мужчин. Наряду с этим
у вас положение в обществе и солидное
богатство, и все без жутких мучений, какие выпали, к примеру, на долю Бет. У вас
будет ребенок...
- Я прекрасно осознаю, как мне повезло, - перебила ее Серена. - Я лишь
страшусь, что все это будет самым гнусным
образом уничтожено.
Решившись наконец на откровенность, она рассказала Элеоноре о позорных
рисунках.
- И мне почему-то не верится, что Френсис собирается заплатить братьям, но
из каких именно соображений, я не знаю.
Мне он не говорит.
- Стоило бы, наверное, заплатить, хотя бы для вашего спокойствия.
- Мне теперь никогда не будет покоя, - заявила Серена. - Мои братья
воспримут это лишь как хорошее начало.
- Верно. Я поговорю с Николасом, если Френсис не сделал этого сам. У меня
тоже жуткий братец, но Шалопаем не впервой
расправляться с такими персонами.
Содрогнувшись, Серена припомнила, что Фернклиф думал о Шалопаях.
- А что случилось с вашим братом?
- Не знаю. Он уехал за границу.
Серену это нисколько не убедило в благонамеренности Шалопаев.
- Как вы думаете, Шалопаи опасны?
- О да, если они считают, что борются за правое дело.
На этом, однако, беседу пришлось прервать, потому что вернулись Френсис и
Николас, а вслед за ними начали один за
другим появляться гости. Арабелла и княгиня Кол. Делани вскоре уехали, и хотя
гости не задерживались, поток их не
иссякал, поражая громкими именами. Лорд и леди Каупер, герцог и герцогиня Еовил,
граф и графиня Ливерпуль, герцог и
герцогиня Белкрейвен...
Серена взглянула на часы - уже четыре. Она огляделась, надеясь, что
Френсису удалось выскользнуть ненадолго, но он
спокойно беседовал с герцогом Белкрейвеном. Он что, ничего не собирается делать?
А может, он уже решил проблему, убив обоих братьев?
Бет, одетая в роскошный наряд, выступала в роли величавой маркизы. Она
подошла и сказала:
- Не волнуйся ты так. Все складывается просто блестяще. Ты прекрасно со
всем справляешься.
Серена не смогла скрыть свою тревогу:
- Я чувствую себя марионеткой. Улыбаюсь, киваю, снова улыбаюсь.
- Ужасно, правда? Но скоро твои мучения кончатся.
- Бет, - спросила Серена, - Шалопаи очень кровожадны? Я имею в виду, они
решатся на убийство, если потребуется?
- Тут они мыслят по-разному, но, пожалуй, да. В конце концов и Кон, и Хэл,
и Леандер были солдатами, а Николас успел
побывать в сотне опаснейших переделок. Не волнуйся, дорогая, - радостно заверила
она Серену. - Они не станут колебаться,
если потребуется применить силу. О, я должна бежать, - она нежно поцеловала
Серену. - Завтра мы потолкуем поподробнее.
И перестань изводить себя.
Серене хотелось закричать, но она повернулась и улыбнулась леди Баффингтон.
Пока леди оживленно болтали о чем-то,
Серена гадала, не убили ли уже Шалопаи ее братьев. Не велика потеря, однако ей
было тревожно. А больше всего ее
беспокоило, что Френсис способен убить Чарльза Фернклифа, если тот попадет в его
руки.
Но Фернклиф же был совершенно ни в чем не виноват!
Час спустя поток гостей наконец иссяк, и в комнате остались лишь Френсис,
Серена и Корделия.
Серена была абсолютно без сил. Френсис заботливо подставил ей под ноги
мягкий стульчик.
- Ты держалась просто замечательно. Теперь ты прочно утвердилась в свете.
Корделия выглядела такой же свежей и элегантной, как несколько часов назад.
- Да, Френсис, думаю, что Серена принята обществом безусловно, несмотря на
несчастливое прошлое. Поэтому я
возвращаюсь в Торп завтра же. Кажется, я тебе уже говорила, что ужинаю сегодня с
Арабеллой и княгиней Кол.
И она ушла.
Серена хмуро посмотрела ей вслед.
- Френсис, ты будешь возражать, если твоя мать снова выйдет замуж?
Он весело хихикнул.
- Собираешься сосватать ей кого-то? Понимаю. Жизнь действительно станет
гораздо легче, если мать перестанет
вмешиваться в твои дела. Ради Бога, вперед, если тебе так хочется.
Он совершенно не понял ее, но она воспользовалась случаем, чтобы обсудить
данную тему.
- Ты, наверно, очень ревностно отнесешься к тому, кто попросит ее руки.
- Я? Нет. Это меня не касается.
- Даже если она захочет выйти замуж за младшего конюха?
Он громко расхохотался.
- Что за чушь!
- Но что бы ты сделал?
- Боже милостивый, Серена! Ты всерьез или это какая-то новая игра? Конечно,
я бы воспрепятствовал этому мезальянсу.
Где же проходит граница допустимого, недоумевала Серена.
- За какого же мужчину ты не позволил бы ей выйти замуж?
Он подозрительно покосился на нее.
- Ты ведь серьезно, да? Очевидно, что я не хотел бы ей в мужья прощелыгу,
который начнет плохо обращаться с ней или
тут же примется транжирить ее деньги. Правда, я вовсе не уверен, что мне удастся
запретить ей хоть что-то.
- Вероятно, одного твоего неодобрения будет достаточно.
- Я уповаю на ее здравый смысл. Хватит об этом, Серена. Я вообще
подозреваю, что моя мать не жаждет снова выйти
замуж. Она искренне любила моего отца.
- Не сомневаюсь, но время меняет все и вся. А как насчет титула или
положения? Ты станешь возражать, если она
влюбится в простого человека?
- Нет! Но только не младший конюх.
- Ты все время шутишь!
- Да, и советую тебе не слишком ломать голову по этому поводу. Моя мать
выйдет замуж, если пожелает, но к нам это не
имеет никакого отношения.
Серена уже ничего не понимала. Тогда она решила расспросить его о другой
животрепещущей проблеме.
- А что насчет моих братьев? Если ты оставил их в саду немного охладить
свой пыл и пятки, Френсис, то только разозлил
их пуще прежнего. Они пойдут на что угодно.
И лишь высказав это, она мгновенно заметила перемену в муже и сообразила,
что несколько минут назад между ними
царило согласие. Теперь же он снова спрятался за своим барьером ледяной
вежливости.
- Я же просил тебя оставить это мне.
- Как же мне не беспокоиться? Ты что-нибудь предпринял сегодня?
- Немедленно выброси все это из головы.
- Это же дамоклов меч, Френсис. По-моему, ты совсем не понимаешь Тома. Он
не очень умен, но злопамятен и глупеет,
когда рассвирепеет. Если его разозлить, то он опубликует рисунки из чистого
злорадства.
- Он действительно так поступит? - Он способен на большее. Будь я на его
месте, то отдала бы растиражировать самые
невинные рисунки. Их вполне достаточно, чтобы вызвать сплетни и в то же время не
уничтожить меня целиком и полностью.
А это вынудит тебя согласиться и платить.
- Значит, ты именно так и поступила бы?
- Я предполагаю, на что может решиться Том. Как бы ты стал выпутываться?
- Я бы убил его.
Серена даже подпрыгнула на диванчике.
- И ты бы смог хладнокровно застрелить его?
- С удовольствием. Но, полагаю, я все же должен был вызвать его на дуэль.
- О нет, только не это!
- Почему? - Голос его был мрачен и подозрителен.
- Мне невыносима мысль, что тебя могут ранить из-за меня.
Он внимательно посмотрел на нее, затем встал.
- Пойдем со мной.
Заинтригованная Серена последовала за ним. Он был в самом странном
настроении. Он вошел в свой кабинет и вынул
сверкающий футляр из запертого ящика. Из него он достал инкрустированный
серебром пистолет и привычно зарядил его.
- Пошли.
- Куда мы идем? - спросила Серена, когда он направился в сад.
- Избавить тебя хотя бы от одного из страхов.
Выйдя на улицу, он, посмотрел по сторонам.
- Проклятие! Здесь нет ни одной прямой тропинки!
- А по-моему, это очень милый сад. Что ты хочешь сделать?
- Это очаровательный сад. - Он прошел мимо первой живой изгороди. - А-а,
видишь вон тот распустившийся крокус под
деревом?
- Да.
Цветок, был на расстоянии добрых двадцати ярдов и едва различим сквозь
переплетенные, голые ветви кустарника. Более
того, солнце уже, начало садиться, и свет был скудным.
Он поднял руку, прицелился и выстрелил. Желтый цветок упал.
- О, какой ужас. Как ты мог?
После секундного замешательства, он расхохотался.
- Тебе полагается быть в восторг
...Закладка в соц.сетях
