Жанр: Любовные романы
ЗАЧЕМ ТЫ ТАК
... стоял теплый,
но не жаркий, работал кондиционер,
кожаные сиденья были очень удобны, из динамиков лилась тихая музыка. Казалось
бы, такая обстановка способствовала
тому, чтобы полностью избавиться от напряжения, но Фелиция не могла преодолеть
волнения. Она невольно стиснула
пальцы.
- Расслабьтесь, - внезапно проговорил Рашид. - Или вам больше нравится
водить машину, чем быть пассажиркой? Ведь
вы, европейские женщины, предпочитаете все делать сами!
- Возможно, это происходит потому, что мы по опыту поняли, что на мужчин
нельзя полагаться? - парировала Фелиция,
вспомнив о дяде Джордже и о том, как он контролировал свою жену и племянницу,
лишая их даже самых невинных
удовольствий.
- Именно поэтому вы хотите выйти замуж за Фейсела? - спросил он. - Вы
видите в нем плечо, на которое можно
опереться? Странно, вы казались мне более независимой и самостоятельной. Что ж,
в этом случае мне нужно изменить
стратегию. Фейсел слаб, мисс Гордон. Та женщина, которая выйдет за него замуж,
должна стать ему матерью, любовницей, а
иногда даже тюремщицей. Вы уверены, что готовы исполнить все эти роли?
- Очень легко осуждать человека в его отсутствие, когда он не может
защитить себя, - возразила Фелиция, не желая
признавать правдивости слов Рашида. Но в глубине души она не могла не
согласиться с тем, что Фейсел любил притворяться
маленьким беспомощным мальчиком.
- Вы преданы ему, - с неудовольствием признал Рашид, словно это огорчало
его, и сменил тему, обратив внимание
спутницы на посольство Великобритании.
Зачем он это делает? - задумалась Фелиция. Думает, что скоро ей понадобится
посетить это здание, чтобы вернуться
домой?
Уже не в первый раз она пожалела о своем опрометчивом поступке. Как можно
было позволить уговорить себя поехать в
Кувейт? Фейсел оплатил ей билет на самолет. Она потратила почти все собственные
небольшие сбережения на новый
гардероб. Жених уверял ее, что очень скоро прилетит в Кувейт, считая само собой
разумеющимся, что она будет дожидаться
его там, пока они не поженятся! Но если это произойдет не раньше, чем он
достигнет двадцати пяти лет, то ей придется
вернуться в Лондон. Это значит, что она вынуждена будет просить у него денег на
обратный билет. Теперь Фелиция почемуто
была уверена в том, что Рашид никогда не позволит племяннику приехать домой,
пока она находится здесь.
После дня рождения Зары я напишу Фейселу письмо и все объясню, пообещала
она себе и немного успокоилась.
Они миновали дворец эмира, около которого стояла стража. Над высокой
квадратной башней развевался флаг.
- В этой стране даже беднейший из нас может встретиться с эмиром, чтобы
рассказать о своих проблемах.
- Если он мужчина, - не удержавшись, добавила Фелиция.
- Как вы болезненно относитесь к этому вопросу, мисс Гордон. Может быть,
обретя независимость, вы поняли, что она не
так уж и нужна вам?
Девушка отвернулась, избегая его пронизывающего взгляда. Она не считала
себя феминисткой и поэтому откровенно
спросила:
- Но ведь вы не можете отрицать, что женщины в вашей стране занимают
подчиненное положение?
- И это вас возмущает? Вы будете удивлены, но наши женщины тоже имеют свои
права. Они могут жаловаться эмиру и
даже развестись, если докажут, что муж с ними жестоко обращается. Но тот факт,
что они очень редко пользуются такой
возможностью, говорит сам за себя.
- Или доказывает, что они забитые существа, лишенные даже самолюбия, -
резко ответила Фелиция и, оглянувшись,
обожглась о пронзительный взгляд сузившихся серых глаз.
Рашид, не снижая скорости, развернул машину, и Фелицию по инерции качнуло к
нему. Его рука случайно коснулась ее
груди, и она вдруг испытала чувство, которое никогда не посещало ее в объятиях
Фейсела. Девушка испугалась.
- Теперь мы находимся в деловой части города. Здесь расположены крупнейшие
банки, - как ни в чем не бывало сообщил
Рашид, - А теперь я припаркую машину, и мы немного пройдемся пешком. Вы не
возражаете?
Они оставили "мерседес" на огромной подземной стоянке рядом с кварталом
офисных зданий.
- Здесь расположена главная контора нашей фирмы, - рассказывал Рашид. -
Этот дом был построен одним из первых.
- Но не последним, - проговорила Фелиция, вспомнив рассказы Фейсела о том,
что их банк помогал финансировать
строительство отеля и многих других зданий.
Рашид вышел из машины, открыл дверцу и галантно предложил ей руку. Девушка
не хотела принимать ее, но
споткнулась, ослепленная ярким солнечным светом, и он тут же подхватил ее. Это
легкое прикосновение взволновало
Фелицию. Его серые глаза насмешливо взглянули на ее заалевшее лицо.
- Вы правы, - согласился он. - Заниматься строительством в нашей стране
крайне выгод но. Прибыль от таких инвестиций
составляет сорок процентов доходов. Впрочем, женщины, как правило, предпочитают
тратить деньги вместо того, чтобы
зарабатывать их.
- Я не из таких, - резко бросила Фелиция. Широкая улица, на которую они
вышли, была усажена тропическими деревьями.
Повсюду на газонах горели яркие цветы. Там, где когда-то простиралась бесплодная
пустыня, раздавался плеск фонтанов,
раскидистые кроны простирали свою благодатную тень над головами пешеходов.
- Кувейтская Бонд-стрит, - с иронией сообщил Рашид. Фелиция промолчала, не
отрывая глаз от великолепных
драгоценностей в витрине ювелирного магазина. - Я не сомневаюсь, что вам было бы
гораздо приятнее бродить здесь в
компании Фейсела, чем со мной, - медленно проговорил он, намекая на то, что
жених должен был бы купить ей украшения.
- Разумеется, но вовсе не потому, что вы имеете в виду, - сказала девушка,
подходя ближе к витрине в надежде подобрать
что-нибудь не слишком дорогое в подарок Заре.
Она уже заметила любовь девушки к драгоценностям и хотела побаловать ее
новой безделушкой, но, увидев цены,
подавила вздох. Здесь не было ничего, что она могла бы купить. Впрочем, все
магазины на этой улице были очень дорогими.
- А что вы ожидали увидеть? - проговорил Рашид, когда она выразила свое
удивление. - Нищих, выпрашивающих
подаяние? Теперь их здесь не встретишь, мисс Гордон, разве что случайно. Раньше
слепые муэдзины выкрикивали молитвы с
высоких минаретов, но теперь, благодаря достижениям современной техники, их
передают по радио, а заботу о бедняках
взяло на себя государство.
- Слепых специально нанимали для этих целей?
- Именно так. Кстати, не так давно, если мужчина видел лицо чужой жены, это
было величайшим оскорблением для них
обоих. Наверное, таким же сильным, как в вашей стране - переспать с женой
лучшего друга. Хотя я слышал, что сейчас такие
связи в порядке вещей.
Фелиция покраснела от негодования.
- Но не в том обществе, к которому я принадлежу, - раздраженно возразила
она.
Брови Рашида взлетели вверх, и он пожал плечами.
- Мне это безразлично. Теперь, когда вы осмотрели центр, предлагаю
вернуться в машину.
- Но я не купила Заре подарок, - в замешательстве проговорила Фелиция.
Рашид повернулся к ней.
- Так вот почему вы согласились поехать со мной? Что именно вы хотели
купить?
- Я надеялась подыскать какую-нибудь драгоценность, но это, - она показала
на витрину ювелирного магазина, - мне не по
карману.
- Да, - согласился он. - Этим магазином владеет самый дорогой ювелир
Кувейта. Но вам все равно не удастся переплюнуть
Сауда и его семью.
- Я и не собиралась с ними соперничать, - раздраженно сказала Фелиция. -
Просто с моей стороны было бы невежливо не
сделать Заре подарка.
- Вы просите моей помощи?
Ей хотелось послать его ко всем чертям, но она была вынуждена молча
кивнуть.
Ей показалось, что в улыбке Рашида промелькнуло удовлетворение.
Раздосадованная этим, она устремилась через дорогу,
не обращая внимания на поток машин, несущихся навстречу.
- Очень хорошо, мисс Гордон. - Он взял ее за руку и отвел от опасного
места.
В этот момент его окликнула молодая женщина, ярко накрашенная и одетая поевропейски
- в джинсы и тонкую
хлопчатобумажную блузку. Фелиции показалось, что девушка одного с ней возраста,
может быть, немного моложе, принимая
во внимание то, что восточные женщины раньше взрослеют. Судя по всему, Рашид не
обрадовался этой встрече, хотя он с
вежливой улыбкой слушал быструю арабскую речь своей знакомой.
- Ясмин - дочь моего друга, - представил он девушку Фелиции. - Она
некоторое время училась в Англии. Мисс Гордон -
подруга Фейсела. Она гостит у нас.
- В то время как Фейсел находится в Нью-Йорке? - Ясмин оценивающе взглянула
на Фелицию. - А он знает, как
непринужденно ты обращаешься с его "подругой"? - Она резко повернулась и ушла.
Рашид хранил мрачное молчание.
- Вероятно, вы находите странной такую враждебность, но должен вам
объяснить, что Ясмин - одна из бывших
возлюбленных Фейсела. Они были очень близки, когда он жил в Англии, и, видимо,
эта девушка по-своему расценила слово
"подруга", которое я употребил по отношению к вам. Не стоит обращать на это
внимание... Она не станет распространять
сплетни о вас и Фейселе. Он ей слишком дорог.
Ясмин и Фейсел! Странно, но мысль об этом не вызвала у Фелиции ревности.
Она почувствовала к девушке скорее что-то
вроде легкой жалости.
Рашид провел ее вдоль узкой аллеи, тенистой и уединенной. Затем он уверенно
свернул в лабиринт узких улочек,
вымощенных потрескавшимся от времени булыжником.
- Куда вы меня ведете? - спросила она его на одном из перекрестков,
пораженная таким внезапным переходом от Запада к
Востоку.
Молчаливые прохожие неслышно скользили мимо. Экзотические ароматы восточных
пряностей витали в воздухе,
Рашид усмехнулся.
- Во всяком случае, не на рабовладельческий рынок, если вы так подумали.
Да, в отдаленных оазисах воины из
захваченных племен до сих пор могут быть проданы в рабство. Это конечно,
незаконно. - Он пожал плечами. - Но к тому
времени, когда подобный факт обнаруживается, уже бывает поздно что-то
предпринимать.
Фелиция вздрогнула, внезапно почувствовав, что рада его присутствию. Они
проходили через старинный рынок, где
торговцы зазывали покупателей, стоя в дверях своих лавочек. В витрине одной из
них были вывешены такие красивые
восточные ковры, что Фелиция невольно остановилась, чтобы лучше рассмотреть их.
- Их ткут иранцы, - пояснил Рашид. - Это ремесло передается из поколения в
поколение.
Он повел ее дальше и наконец остановился у открытой двери одной из лавочек.
Привыкнув к полумраку, Фелиция увидела полки, уставленные коробочками и
бутылочками. Воздух благоухал запахами
кедра, сандала, амбры... Она поняла, что оказалась в магазине, где торговали
благовониями.
Пока девушка с интересом осматривалась, двое мужчин вели тихий разговор.
Владелец магазина, морщинистый, как
грецкий орех, скользнул по Фелиции оценивающим взглядом. Он что-то сказал
Рашиду, но тот отрицательно покачал
головой.
- Может, хозяин подберет что-нибудь для Зары? - взволнованно прошептала
Фелиция.
- Вы хотите купить благовония для мисс Зары? - спросил старик по-английски.
Он осмотрел полки и снял с одной из них
маленькую бутылочку. - У меня есть смесь благовоний, которую она заказывала в
последнее время. Не хочет ли мисс купить
ее?
В магазине было темно, но девушка увидела, что Рашид кивнул в ответ на ее
вопросительный взгляд.
- Да, пожалуйста, - пробормотала она. Лицо торговца расплылось в широкой
улыбке.
- Разрази меня Аллах, я совсем забыл, что мисс сама скоро выходит замуж. Я
приготовлю что-нибудь и для вас.
Он стал отмерять и смешивать какие-то благовония, потом перелил смесь в
маленький хрустальный бокал.
- Можно мне понюхать? - с любопытством спросила Фелиция.
К ее разочарованию, продавец отрицательно покачал головой.
- Этот запах не подходит для вашей красоты. - Повернувшись к Рашиду, он
сказал что-то по-арабски, потом повернулся к
девушке. - Вы похожи на розу, которая еще не расцвела, бутон, который еще
полностью не раскрылся. Таким должен быть и
аромат ваших духов.
Фелиция была рада, что полумрак комнаты скрыл краску, выступившую ей на
щеки. Старик с церемонным поклоном
вручил ей маленький пакетик. Она старалась не смотреть на Рашида, боясь, что он
заметит ее смущение. Мудрый хозяин
попал в самую точку. Она действительно была еще "бутоном" с туго свернутыми
лепестками, ждущими тепла мужского
прикосновения, чтобы превратиться в прекрасный цветок.
Наступало время послеполуденного отдыха, когда на окна витрин опускали
плотные шторы, а двери закрывали, чтобы
сохранить в помещении прохладу.
Они вышли из магазина на яркий солнечный свет, и тут старик что-то громко
произнес. Рашид оглянулся.
- Одну минуту, - быстро проговорил он и вошел внутрь.
Фелиция растерянно стояла на месте, не зная, последовать ли за ним. Она
услышала быстрый тихий разговор двух
мужских голосов и, не желая подслушивать, остановилась в дверях.
Старый араб искал что-то на полках среди бутылочек и коробочек. Она
распознала легкий запах английской лаванды,
мгновенно вызвавший воспоминания о доме, а потом более острый, пряный аромат.
Старик толок что-то в деревянной миске
маленьким пестиком. Повеяло лесными фиалками.
Фелиция задумалась. Для кого Рашид покупает эти благовония? Для сестры?
Тогда зачем эта таинственная беседа? Может
быть, для какой-нибудь другой женщины? Наверное, это изощренная дама, которая,
как хамелеон, может менять свою
окраску с восточной на западную. Для женщины, которая скрывает свою красоту на
публике, но отбрасывает стыдливость,
оставшись наедине с человеком, которого любит...
- Мисс Гордон?
Сколько ей еще придется слушать этот властный голос?
Она медленно переступила через порог и услышала нотки раздражения в
холодном тоне Рашида, сделавшего к ней
несколько шагов.
- Неужели то, о чем говорили вам я и моя сестра, так же мало значит для
вас, как горсть песка, унесенная ветром? Или
ваше постоянное неповиновение - это просто каприз?
Неповиновение? Фелиция резко повернулась. В глазах ее вспыхнул зеленый
огонь. Боже праведный, она не собиралась
спорить с этим человеком, но не позволит бесконечно попирать ее достоинство!
- Я не вошла внутрь, потому что не хотела мешать вам, - резко проговорила
она. - Думала, что вы решаете какие-то свои
проблемы. - Гнев лишил ее осторожности. - Может, вы выбираете подарок для какойнибудь
женщины, которой разрешено
делить с вами постель, но запрещено знать о других сторонах вашей жизни.
- Вы совершенно точно описали тип женщины, для которой предназначались эти
благовония, - сказал Рашид. - Но хозяин
магазина не разделяет моих взглядов на ваш счет, мисс Гордон. - Он рассмеялся,
увидев растерянное выражение ее лица. -
Неужели вы не поняли? Старик приготовил эту смесь для вас. Впрочем, должен
заметить, что это была его идея, не моя. Вот,
возьмите, - скомандовал он, вкладывая маленький пакетик в ее ладонь. - Хозяин
говорит, что в этом запахе заключена
невинность, которая показалась ему неотъемлемой частью вашей натуры. Я не хотел
его разочаровывать, но, к сожалению,
слишком хорошо знаю своего племянника, чтобы догадаться, какого рода женщины
обычно разделяют его общество, -
мрачно закончил он.
Фелиция отвернулась, но он протянул руку и остановил ее, предостерегающе
бросив:
- Не делайте глупостей. В этой части города легко заблудиться. Не думаю,
что вам нужны приключения подобного рода.
Фелиция испугалась, но все же постаралась взять себя в руки.
- Вам не стоит волноваться, шейх Рашид, - проговорила она. - Если я и
потеряюсь, то постараюсь сама найти выход из
положения.
Она сделала резкий шаг вперед и напоролась на заостренный камень, лежавший
на ступеньке. Резкая боль пронзила ее
пятку, и девушка вскрикнула. На коже выступила кровь.
Рашид наклонился, чтобы рассмотреть ранку.
- Ничего страшного, - запротестовала Фелиция, почувствовав, как длинные
пальцы осторожно ощупывают ее ногу.
- Нужно продезинфицировать и забинтовать вашу пятку, - властно произнес
Рашид. Девушка молча вынула из сумочки
несколько салфеток. - Я сам это сделаю, - заявил он безапелляционным тоном. Она
покорно протянула ему салфетку.
- Как приятно наблюдать англичанку, попавшую в беду, - насмешливо
проговорил Рашид. - Абсолютное спокойствие,
полный самоконтроль... готовность к любой случайности.
Блеск в его глазах напомнил ей, что несколько дней назад такая случайность
произошла. И она оказалась к ней
совершенно не готова.
- Мы стараемся...
- Конечно, конечно. И терпим поражение, спасая свою душу.
Что означают эти слова? Предупреждение о том, что она не сможет убедить его
дать разрешение на ее брак с Фейселом?
Ступив на больную ногу, Фелиция поморщилась от боли. Рашид взял ее за
талию, чтобы поддержать, и девушку пронзило
какое-то странное незнакомое чувство.
- В чем дело?
Она отвернулась, но он успел заметить испуганное выражение ее лица и тихо
рассмеялся.
- Ах, вот в чем дело! Вы, наверное, боитесь повторения романтической сцены,
которая разыгралась в нашем саду? Должен
вас разочаровать, мисс Гордон.
- Вы называете это романтической сценой? - мрачно спросила Фелиция и
направилась вдоль аллеи, желая только одного -
поскорее избавиться от этого человека и его насмешек.
Она торопливо шла мимо закрытых лавочек и магазинов, ощущая на себе взгляды
множества невидимых глаз. Ее пятка
все еще болела, но она старалась не обращать на это внимания. Позади послышались
шаги, и знакомый голос проговорил:
- Вы просто маленькая дурочка! Кто же бегает по такой жаре? Вы что,
действительно хотите заблудиться?
Фелиция взглянула на его твердо сжатые губы и вдруг почувствовала странное,
уже когда-то испытанное ею волнение.
Осознав это чувство, она поняла, что ей, которая никогда не прилагала никаких
усилий, чтобы возбудить мужчину, и всегда
избегала любого физического контакта, удалось зажечь огонь желания в этом
человеке.
Она с удовлетворением отметила, что гнев загорелся в глазах Рашида, и
испытала непреодолимое желание вывести его из
себя.
Здравый смысл предупреждал Фелицию, что не стоит раздувать пожар, в
результате которого может пострадать и она
сама, но ей не хотелось об этом думать. Она мечтала унизить Рашида, заставить
его хоть раз побывать на ее месте.
- Итак, мисс Гордон?
- Вы уже дали мне подходящий повод бежать на край света, но ваше
высокомерие, как всегда, помешало вам заметить это.
Он сжал ее хрупкое плечо и безжалостно улыбнулся, когда она вскрикнула от
боли.
- Это Восток, - напомнил он ей. - Вы можете в любой момент понести
наказание толь ко за то, что уже сказали, и ни один
мужчина не встанет на вашу защиту, даже если я публично ударю вас на улице.
Берегитесь! В каждом восточном мужчине
дремлет сокол - его жестокость и жажда причинить боль.
Он легонько сжал пальцами ее горло. Воинственное настроение девушки
мгновенно сменил страх. Она вздрогнула от его
прикосновения, как породистая арабская кобыла, и Рашид невесело рассмеялся.
- Ну вот, - насмешливо сказал он, - теперь вы поняли, что не стоит злить
мужчину. Его предназначение - разрушать!
- Перестаньте! Сейчас же прекратите! - взмолилась Фелиция. - Я не хочу вас
слушать! - Ее голос дрожал от страха и
негодования. - Вы хотите, чтобы я уехала, стремитесь запугать меня и заставить
отказаться от Фейсела. Вы даже готовы
применить силу. Что ж, вас ждет разочарование. Я привыкла прислушиваться к своим
чувствам.
- Неужели? - тихо спросил он, поглаживая пальцем ее нежную шею.
Она снова вздрогнула, вызвав его смех.
- И что же теперь вам говорят ваши чувства, мисс Гордон?
Было поздно притворяться, что она не реагирует на его прикосновения, и
сожалеть, что гнев и неосмотрительность
завлекли ее в эту ловушку. Закрыв глаза, Фелиция медленно сказала:
- Мне говорили, что секс без любви похож на пустыню без воды. Это
бесплодная земля, где ничего не цветет.
- Но при этом она обладает своим собственным очарованием.
Теперь его палец гладил ее подбородок, приподнимая его. Она открыла глаза и
увидела красивое мужское лицо всего
лишь в дюйме от своего. Чувственные губы Рашида скривились в легкой улыбке.
Он наклонил голову, и она застыла в ожидании. Его легкое дыхание колебало
ее волосы.
- Вам когда-нибудь приходилось ощущать власть пустыни, мисс Гордон?
Господи, что с ней происходит? С болезненным криком она вырвалась из кольца
его рук. Чего он хочет? Оторвать ее от
Фейсела? Почему она совсем забыла о своем женихе? Почему их любовь оказалась
бессильна перед жестоким обаянием
Рашида?
Собрав остатки своей гордости, Фелиция холодно посмотрела в его серые
глаза.
- Меня не привлекает пустыня, шейх Рашид, так же, как и вы.
6
Боже, опять наедаться до отвала и улыбаться в течение нескольких часов,
уныло думала Фелиция, переодеваясь к обеду.
Она мысленно помолилась, чтобы за столом не было Рашида. В зеркале мелькнуло
отражение бледного лица. Что ж, дурнее
предчувствие, что она не справится со своей задачей, не обмануло ее. Теперь
девушка была точно уверена: ей никогда не
убедить Рашида в том, что она - именно та жена, которая нужна Фейселу.
Фелиция вздернула подбородок. Что же ей теперь, умереть от горя? Вряд ли он
сможет поклясться, что не спровоцировал
ее. Провокация! Краска бросилась ей в лицо, когда она вспомнила прикосновение
его пальцев к своей шее и странную
слабость, охватившую ее при этом.
Схватив щетку, девушка стала яростно расчесывать волосы.
Рашид сделал это нарочно, - в этом нет сомнения! Еще немного, и она могла
бы уступить ему.
Медленно отложив щетку, она снова взглянула в зеркало на свое бледное лицо
и трясущиеся губы. Вот в чем главная
проблема. Ее волнует близость Рашида, его прикосновения.
Да, она раздразнила его, но никак не ожидала такого всплеска чувственности
от самой себя. Это просто обычная женская
реакция, безуспешно старалась утешить себя девушка. Она изо всех сил пыталась
забыть насмешливую улыбку Рашида и
вместо нее представить себе лицо Фейсела. Но увы! Рашид оказался слишком сильной
личностью, и мысли о нем не шли у
нее из головы.
Может, он прав и ее любовь к Фейселу основана только на стремлении к
материальному благополучию? Чем больше
Фелиция думала об этом, тем тяжелее становилось у нее на душе. Фейсел окружил ее
заботой и любовью, и она приняла их,
не удосужившись разобраться в собственных чувствах. Ей казалось, что она просто
хочет быть любимой. Но всегда ли этого
будет достаточно? Не обманывает ли она себя и Фейсела?
Фелиция обрадовалась, когда обеденный гонг положил конец ее грустным
размышлениям. Разумеется, пока Фейсел
далеко, у нее могут возникать сомнения. Она все еще не хотела признаваться себе,
что мысли о Рашиде волнуют ее гораздо
сильнее, чем воспоминания о женихе.
Неприязнь может быть такой же сильной, как и любовь, напомнила она себе,
надев легкое платье и слегка проведя нежнорозовой
помадой по губам. Светлый шифон очень шел к ее пышным золотистокаштановым
волосам, делая глаза более
темными. Фелиция набросила на обнаженные плечи белый кружевной палантин.
На туалетном столике стоял флакон с благовониями. На мгновение Фелиции
захотелось избавиться от него, но она
вспомнила, что это подарок хозяина магазина. Она засунула маленький пакетик в
самый глубокий ящик стола, словно желая
спрятать саму мысль о нем.
Она первая спустилась вниз и, повинуясь непонятному импульсу, вышла в сад и
направилась туда, где бросила кожаный
футляр с пресс-папье. Как это было глупо - выбросить такую красивую вещицу,
поддавшись влиянию минуты!
Увы, Фелиция ничего не смогла найти и решила, что пресс-папье подобрал
садовник.
Свежие пряные ароматы, доносящиеся из столовой, не возбудили ее аппетит.
Желудок болезненно сжался при мысли о
том, что ей вот-вот придется увидеть Рашида. Фелиции казалось, что она не сможет
проглотить даже маленького кусочка в
его присутствии.
Зара приветствовала девушку одобрительной улыбкой.
- Какое чудное платье! Оно словно весна в пустыне! - похвалила она. - Дядя
Рашид не будет обедать с нами сегодня - он
занят со своими деловыми партнерами.
Фелиция вздохнула с облегчением. По крайней мере, одно из ее желаний
исполнилось. Теперь доброй фее осталось только
дважды взмахнуть волшебной палочкой - первый раз, чтобы возвратить домой
Фейсела, а второй - чтобы добиться согласия
Рашида на свадьбу. Но эти два желания вряд ли могли исполниться в ближайшее
время.
- Прогулка по городу утомила тебя? - озабоченно спросила Зара. - Ты очень
бледна.
- Немного.
При чем тут прогулка? - с горечью подумала Фелиция. Как всегда, причиной
была стычка с Рашидом и невеселые мысли,
которые она вызвала. Фелиция постоянно ловила себя на том, что сравнивает жениха
с его дядей. Рашид никогда никому не
позволил бы руководить собой! Но ведь у Фейсела не было выбора. Дядя являлся
хозяином положения.
- Зара сказала тебе, что моя старшая дочь с семьей скоро приедут к нам в
гости? - спросила Фатима.
Селина наполнила ее тарелку пряным темным рисом.
Отрицательно покачав головой, Фелиция вопросительно взглянула на Зару.
- Ах да, я совсем забыла, - воскликнула та. - Надия приезжает к нам в
оазис. Она должна тебе понравиться хотя бы потому,
что очень похожа на Фейсела. - Зара лукаво улыбнулась, увидев, что гостья
покраснела.
Фелиция вяло ковыряла вилкой в тарелке, слушая, как женщины обсуждают
приготовления к поездке. Может, Рашид не
обедает с ними вовсе не из-за деловых переговоров, а потому, что сегодняшняя
стычка отбила у него желание видеть ее?
Она отказалась от кофе и, сославшись на головную боль, поднялась к себе в
комнату. Это не было ложью - она
действительно чувствовала тяжесть в затылке, и единственное, чего ей сейчас
хотелось, это вытянуться на кровати в своей
прохладной комнате, глядя в окно на темное бархатное небо.
Фелиция не заметила, как задремала. Ее разбудил легкий стук в дверь. В
комнату вошла Селина и робко проговорила:
- Шейх Рашид просит мисс к себе в кабинет.
Видимо, служанку подвело ее плохое знание английского, решила девушка и
ласково улыбнулась.
- Шейх Рашид занят со своими деловыми партнерами, Селина, и я не думаю, что
он хочет, чтобы я присоединилась к ним.
- Деловые партнеры ушли, - ответил
...Закладка в соц.сетях
