Жанр: Любовные романы
Я с тобой
... не знала тебя так хорошо, — поддразнила ее
невестка, — то подумала бы, что ты с нетерпением ждешь этой поездки по
магазинам.
— Что свидетельствует о том, через какие мучения готова пройти женщина,
лишь бы заполучить своего мужчину, — вмешался Майкл, избавив Валери от
необходимости защищаться и оспаривать утверждение Лесли.
Этим утром они сообщили ей, что, как и предполагалось, Лесли беременна, и
Валери, очень гордая собой, заявила, что догадывалась об этом факте.
— А вот и Стивен, — предупредила ее Лесли, когда какая-то машина
въехала во двор. — Вы только посмотрите — он, похоже, горит не меньше
нетерпением, чем ты!
— С нетерпением ждет, когда покончит с этим, — пробормотал
Майкл. — Я лично ненавижу магазины...
— Если это начальный выстрел в битве за то, чтобы отвертеться от
покупки приданого для малыша, то должна предупредить, что ты ее
проиграешь, — весело сказала ему Лесли, потешаясь над выражением его
лица. — И потом, в отличие от тебя, Стивен любит ходить по магазинам, и
у него прекрасный вкус, чего нельзя сказать об одном моем хорошем
знакомом...
Когда Валери уселась в машину, Стивен заявил, что везет ее не в соседний
городишко, а в новый торговый комплекс, недавно открывшийся несколькими
милями ближе к столице штата.
Валери слышала об этом комплексе от одной из своих клиенток, которая
покупала там наряд к свадьбе дочери. И если прежняя Валери немедленно
заметила бы, что нет смысла везти ее туда, поскольку она не намерена
выслушивать его безапелляционные заявления о том, что ей следует носить, а
что нет, то новая Валери вдруг обнаружила, что с трудом подавляет возглас
обычного женского возбуждения. А ведь лишь при одной мысли о необходимости
вступить в этот чуждый для нее мир одежды чувство знакомого ужаса
пронизывало ее.
Из своих новых книг она узнала, что одежда, которую выбирает женщина, несет
в себе очень большую смысловую нагрузку и что мужской пол восприимчив, порою
до болезненности, к визуальным сигналам.
А что касается порыва, побудившего ее на днях купить пару невероятно дорогих
и шикарных модных журналов вместо привычной газеты и нового автомобильного
обозрения, что ж, сказала себе Валери, если она вынуждена во всем
подчиняться Стивену Элсуорту и следовать его советам, то ей сгодится любая
дополнительная помощь для того, чтобы сделать это испытание как можно более
недолгим. Когда Валери оправилась от шока, вызванного их ценой, и преодолела
начальное нежелание перевернуть первую страницу, она обнаружила, что изучать
крой и линии дорогой одежды почти так же интересно, как дизайн новых
автомобилей, и быстро поняла, что, как и в отношении машин, ее пристрастия
тяготеют скорее к четкости и простоте, чем к вычурности и избыточности
украшений.
И уже сейчас, хотя девушка еще и не осознавала этого, то, что она видела в
журналах, и то, что дали ей наблюдения за людьми, незаметно начало оказывать
на нее влияние. Стивен, однако, заметил, что джинсы, в которых Валери была,
сидели на ней чуть лучше, чем мешковатое нечто, которое она так любила
раньше. Да и снежно-белая рубашка, хотя явно мужская и, как предполагал
Стивен, позаимствованная из гардероба брата, была намного привлекательнее,
чем байковые клетчатые рабочие рубашки, которые она обычно носила.
Торговый комплекс — Валери вынуждена была признаться себе в этом — произвел
на нее впечатление. Они со Стивеном пересекли не слишком людную мощеную
внутреннюю площадь. Молодые деревца, кустарники и симпатичные клумбы, наряду
с щедро рассыпанными повсюду ресторанами, барами и кофейнями, выставившими
уютные столики на улицу, — все помогало создать расслабляющую, почти
европейскую атмосферу. Валери также порадовало отсутствие мусора и общий дух
чистоты.
— С чего начнем? — спросил у нее Стивен. — Или ты предпочитаешь сначала выпить кофе?
Мысль о чашке кофе казалась соблазнительной, и не только из-за желания
оттянуть неизбежное, однако Валери решительно покачала головой. Уж коли они
оказались здесь, то нужно со всем покончить как можно скорее.
— В чем дело? — мягко поддел ее Стивен. — Боишься растерять
решимость?
Валери бросила на него презрительный взгляд и, откинув голову, с
негодованием возразила:
— Конечно нет!
Скрывая улыбку, вызванную столь предсказуемой реакцией, Стивен указал на
магазин, расположенный по другую сторону площади. Валери было направилась к
нему, но вдруг, слегка нахмурившись, нерешительно остановилась.
Очевидная изысканность витрины свидетельствовала о том, что это, должно
быть, один из тех магазинов, где продавцы смотрят на тебя, с изысканным
пренебрежением прищурив глаза. До сих пор Валери предпочитала обходить их
стороной. Но Стивен решительно шагал вперед. И ей ничего не оставалось
делать, как последовать за ним, — она не хотела давать Стивену повод
думать, что нервничает или, хуже того, боится.
— Одежда — часть цепочки представлений, которые производят единичные
модели, варьируя один и тот же образ в зависимости от сезона, —
объяснил Стивен.
— Правда? Как интересно! — воскликнула Валери и, скрывая
возрастающее чувство неуверенности и паники за показным сарказмом, добавила:
— Полагаю, это облегчит твое существование. Если ты одеваешь здесь всех
своих подружек, то, по крайней мере, можешь быть уверенным, что не
обознаешься, встретив последнюю из них на улице.
— Проклятье! Что ты хочешь этим сказать? — Валери ошарашенно
застыла на месте, когда, вместо того чтобы отнестись к ее замечанию со
снисходительным весельем, к которому она привыкла, Стивен резко развернулся
лицом к ней. Губы его превратились в тонкую линию, а глаза были холодными от
злости.
— Я... ничего особенного... — пролепетала Валери. — Просто...
пыталась пошутить...
— Пошутить? — Брови Стивена взлетели вверх. — В самом деле?
Но я не нахожу ничего смешного в том, что меня пытаются изобразить
человеком, за которым по жизни тянется цепочка взаимозаменяемых интрижек. И,
к твоему сведению, я ни в мыслях, ни действием не могу оскорбить женщину,
относясь к ней как к кукле, игрушке, которую можно одевать и раздевать по
моей или чьей-нибудь прихоти. Кроме того, я нахожу в высшей степени
несмешным, если не сказать — обидным, то, что ты могла так обо мне подумать!
Несмотря на приступ окатившей ее злости, Валери доблестно сдержалась и,
более того, решив загладить свой промах, заметила:
— Извини, возможно, я ошибаюсь, но у меня сложилось впечатление, что ты
принадлежишь к числу мужчин, которые меняют подружек чаще, чем иные
меняют... носки...
— Неужели? — насмешливо воскликнул Стивен. — Продолжай,
продолжай! По-моему, ты знаешь о моей личной жизни больше, чем я сам. Ты,
должно быть, на редкость проницательный человек, Валери! Я-то всегда считал,
что ты не замечаешь ничего, кроме своих колес и моторов, а она —
полюбуйтесь! — в курсе самых интимных подробностей моей жизни...
Кстати, в последний раз у меня были отношения, хотя бы отдаленно
напоминающие...
Его заставил замолчать горячий протест девушки, которая, не в силах более
сдерживаться, выпалила:
— Не знаю, почему ты так зол или притворяешься таковым, но... Я
слышала, как Майкл, бывало, похвалялся количеством его и твоих побед, —
напомнила она. И глаза, и голос Валери предательски выдавали ее чувства, но
она об этом не догадывалась. И, словно оправдываясь, тихо добавила: — Я
думала, что... ты был... таким же... хвастливым и самодовольным...
— Вовсе нет, — прервал ее Стивен. — Не могу припомнить, чтобы
когда-либо обсуждал подобные темы в твоем присутствии. На самом деле...
Мрачная суровость его тона заставила Валери уже совсем устыдиться своих
поспешных, сгоряча сказанных слов и неохотно признать:
— Хорошо... Возможно, мне лишь показалось и ты не говорил этого, но,
согласись, — ты был частью... частью того, о чем хвастался Майкл. Вы с
ним...
— Мы с ним, возможно, когда-то и вели себя с той разнузданной
глупостью, на которую порой способны подростки, — прервал ее
Стивен, — но соблазнять оптом и затем покидать вереницы беззащитных,
уязвимых девочек так, как ты это себе представляешь... Это чистейшей воды
выдумка! С одной стороны, ты недооцениваешь... С другой — мальчикам-
подросткам, свойственно обманываться на свой счет и все преувеличивать до
невиданных размеров. Большинство из нас очень быстро переросло этот
недостаток, и не стоит слишком серьезно воспринимать хвастливые замечания
мальчишек...
Слегка поежившись, Валери отвернулась от Стивена и низким, чуть дрожащим
голосом взволнованно произнесла:
— Ненавижу, когда ты так говоришь о... о девушках... и...
— Сексе? — мягко закончил за нее Стивен. Валери покраснела. Зачем,
зачем вообще она затронула такую тему?! Это было то, о чем она боялась даже
думать, не говоря о том, чтобы обсуждать это с другими, тем более со
Стивеном.
— Да, можно понять, что ты чувствовала, подслушивая некоторые наши
разговоры. — Стивен задумчиво посмотрел на нее. Внезапно многое встало
на свои места.
— Heт, нельзя! — яростно возразила Валери. Ее постепенно
охватывала паника при вос-миании о том, что ей приходилось испытывать,
становясь случайной свидетельницей сугубо мужских разговоров братьев и
выслушивая продиктованные благими намерениями, но неуклюжие лекции на тему о
том, как вести себя с мальчиками и какие напасти подстерегают ее, если она
не последует умным советам. — Ты мужчина... и ты не можешь... — Валери
внезапно остановилась, осознав, что чуть было не сказала лишнее.
Стивен, однако, не собирался оставлять эту тему и мягко подбодрил ее:
— Чего я не могу?
Валери стиснула зубы и покачала головой, упорно разглядывая витрину
магазина. То, что десять минут назад она считала негостеприимным, неуютным,
чуждым местом, сейчас показалось ей землей обетованной по сравнению с
бесцеремонным вторжением Стивена в тщательно охраняемые ею мысли и чувства.
— Чего я не могу, Валери? — настаивал Стивен. — Я могу
понять, какое разрушительное, отравляющее эмоционально и физически
воздействие могут оказать на молодую девушку на пороге ее сексуального
созревания подслушанные разговоры молодых людей, не стесненных присутствием
представительниц ее пола.
— Они не причинили мне никакого вреда, — немедленно встала на
защиту братьев Валери. — Напротив, принесли пользу! По крайней мере, я
узнала, о чем думают мальчики...
— Да, ты узнала, о чем думают мальчики, — спокойно согласился
Стивен. — А как насчет мужчин, Валери? Узнала ли ты... знаешь ли ты,
что думают и чувствуют они? Или урок, невольно преподанный твоими братьями,
внушил тебе такой страх, что ты до сих пор относишься к сексу как к чему-то
неприятному и постыдному?
— Конечно нет! — быстро возразила Валери. — На самом деле...
— Она храбро выпятила подбородок и соврала: — Мне это и в голову не
приходило... Я... на самом деле люблю секс, я очень его люблю...
— Понимаю. Значит, если бы я тебе предложил вместо ходьбы по магазинам
вернуться в Вэлли и приятно провести время в постели, ты бы с радостью
согласилась?
— Я не могу лечь в постель с тобой, — сдавленным голосом
запротестовала Валери.
— Почему? Я ничем не отличаюсь от других мужчин, — вкрадчиво
сказал Стивен и добавил, окидывая ее тело нарочито сексуальным взглядом: —
Не хочу показаться нескромным, но думаю, что способен удовлетворить тебя
ничуть не меньше, чем любой из мужчин, которые у тебя были.
У Валери округлились глаза.
— Я не... у меня не было... Похоже, ты забываешь про Роберта, —
удалось ей сказать.
— Ах да, Роберт, — согласился Стивен, но тут же добавил: — Но его
ведь здесь нет, и мы с тобой...
С Валери было достаточно. Сейчас, когда она преодолела первоначальный шок,
вызванный удивительным предложением Стивена, здравый смысл подсказал ей, что
тут не все сходится. Встряхнув головой, девушка прямо заявила ему:
— Ты просто издеваешься надо мной! Я отлично знаю, что ты не
собираешься ложиться со мной в постель, ты ведь не хочешь заниматься со мной
сексом...
— Ты права, не хочу, — согласился Стивен, но, наблюдая за ее
лицом, мысленно добавил: однако я чертовски хочу заниматься с тобой любовью
— снова и снова, и если бы твои драгоценные братцы оказались сейчас здесь, я
бы, невзирая на нашу дружбу, свернул их проклятые шеи!
К облегчению Валери, он отвернулся и направился в сторону магазина, но
стоило ей последовать за ним, как он вновь остановился и, застав ее
врасплох, равнодушно спросил:
— Очевидно, сексуальная сторона ваших с Робертом отношений безупречна?
Валери мгновенно насторожилась.
— Разумеется, — подтвердила она, радуясь, что Стивена отделяет от
нее приличное расстояние и он не может слышать, как стучит ее сердце. Меньше
всего ей хотелось, чтобы из всех людей именно Стивен раскрыл ее самую
тщательно скрываемую и постыдную тайну... заключавшуюся в том, что она все
еще была девственницей.
Теоретически Валери, разумеется, представляла себе, что такое секс. Как
могла она оставаться в неведении, имея таких болтливых братьев? Старших
братьев, которые не только открыто обсуждали свою сексуальную жизнь, когда
считали, что девочка не понимает, о чем идет речь, но и давали
непосредственно ей братские советы, как следует отвечать на различные
сексуальные предложения.
— Говори
нет
и твердо стой на своем, — сурово поучал ее
Майкл. — Тогда они поймут, что тебя так просто не возьмешь, и будут
уважать тебя.
— Именно, а если нет, они будут иметь дело с нами, — яростно
добавлял Пол.
Единственное, чего они ей не сказали, это когда и как девушке следует
заменить
нет
на
да
и что еще более важно, как обнаружила Валери, общаясь
с Робертом, — каким образом дать мужчине понять, что она готова к
этому.
В начале их отношений Роберт, разумеется, был достаточно увлечен ею, чтобы
постараться затащить Валери в постель, но она, следуя суровым наставлениям
братьев, очень твердо сказала
нет
. Однако недели, предшествовавшие его
отъезду, Роберта, казалось, уже вполне удовлетворяли прохладные поцелуи и
невинные ласки, которыми они обменивались, и Валери терялась в догадках, как
разжечь хотя бы искру страсти между ними.
Когда она предпринимала робкие попытки чуть теснее прижаться к Роберту, он
только спрашивал, не холодно ли ей, когда пыталась сделать их поцелуи более
серьезными, он, казалось, не замечал ее намеков.
Теперь-то у нее появилась надежда — умные советы, содержавшиеся в купленных
книгах, помогут ей достучаться до Роберта. Вопреки поразительному заявлению
об отсутствии у него в данный момент каких-либо увлечений Стивен, конечно
же, имел неизмеримо более богатый опыт в отношениях с противоположным полом,
чем она. Но она вовсе не собиралась обсуждать эту тему со Стивеном.
Погруженная в свои мысли, Валери внезапно поняла, что уже вошла в магазин и
девушка, приблизившаяся к ней и явно не относившаяся к тому надменному типу
людей, которого так боялась Валери, с искренней теплотой улыбается ей. ...
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила она у Валери. —
Или вы предпочитаете побродить в одиночестве?
— Нам нужно...
— Я хочу посмотреть все сама!
Валери решительно опередила Стивена и столь же решительно проигнорировала
его насмешливое замечание, предназначенное только для ее ушей.
— Это не магазин джинсов, — сказал он, когда девушка, отвернувшись
к стопке джемперов, которые складывала до того, как они вошли, оставила их в
покое.
— Я знаю, — с подчеркнутой значительностью произнесла Валери и,
повернувшись на пятках, прошла мимо Стивена к коллекции подобранной по
цветам одежды — первой, что попалась ей на глаза.
Поначалу простые, пастельных тонов комплекты, к которым она направлялась,
могли показаться тусклыми по сравнению с более яркими рядами одежды,
выставленной рядом, однако Валери вспомнила, что видела в одном из своих
модных журналов такие же сочетания на модели, похожей цветом волос, глаз и
лица на нее.
Она протянула руку и неуверенно прикоснулась к ткани брюк. На ощупь она
казалась шелковисто-мягкой и прохладной. Нахмурившись, девушка изучила
ярлычок.
Тенсел
— гласил он, и это не сообщило ей ничего нового, Валери
уже знала:
Тенсел
, что бы это ни означало, производит приятные на ощупь и
хорошо сидящие вещи.
На кофейном столике неподалеку от нее лежал проспект, открытый на странице,
где зеркальное трюмо, стоявшее в углу, в нескольких футах от нее. В нем она
увидела спину женщины, одетой в точно такой же костюм, но на ней он выглядел
действительно элегантно, действительно женственно. Валери подняла руку,
чтобы снять шарф, и застыла, уставившись на женщину в зеркале, пораженная
внезапным озарением — отражение принадлежит ей самой, это именно она
выглядит поистине элегантной, а незнакомая спина, которой она так
восхищалась, на самом деле — ее собственная.
— Я беру это, — поспешила сказать Валери, чтобы не
передумать. — Все это... и платье тоже, — добавила она.
Улыбка продавщицы стала еще шире.
Десять минут спустя, оплачивая покупки, Валери бросила на Стивена
торжествующий взгляд. Пусть он считает, что в ней нет того, что позволяло бы
носить столь женственную одежду, но продавщица думает иначе, а уж она-то
повидала разных покупательниц.
Вот если бы Роберт увидел ее в этих обновках!
— Надеюсь, вы на меня не обидитесь, — заметила продавщица,
протягивая Валери объемистый пакет с покупками, — но мне так нравятся
высветленные пряди в ваших волосах! Не могли бы вы сказать, где вам сделали
их?
Высветленные пряди? Валери удивленно взглянула на девушку, но Стивен,
прислушивавшийся к разговору, с готовностью объяснил продавщице:
— Боюсь, что в этом повинно лишь солнце.
— Вы хотите сказать, что они натуральные? Везет же вам! — с
завистью сказала она. — Мне приходится тратить уйму денег, но никогда
не удается достичь такого прекрасного результата!
Покидая магазин, Валери все еще хмурилась. Высветленные пряди! Неужели кто-
то даже платит за то, чтобы волосы выглядели выгоревшими? Если это модно,
то, слава Богу, у нее хоть в этом нет проблем! Каждое лето делало ее волосы
светлее.
— Кофе? — предложил Стивен, когда они вышли из магазина.
Но Валери покачала головой и настойчиво спросила:
— Тебе ведь это не понравилось? Наряд, который я купила... Он тебе не
понравился, я вижу по твоему лицу...
— Наоборот, — искренне заверил ее Стивен. — Он мне очень
понравился. — Откуда взялась, уныло недоумевал он, эта женская
способность точно улавливать и по-своему истолковывать любую неосторожную
мужскую реакцию?
— Но тебе не понравилась я в нем, — настаивала Валери. —
Должно быть, ты считаешь меня недостаточно... недостаточно женственной,
чтобы носить его...
Стивен снова нахмурился, его лицо приняло суровое выражение, и ее сердце,
как всегда, забилось быстрее. А впрочем... Неужели она боится его
неодобрения? Вовсе нет, поспешно заверила она себя.
— Как бы то ни было, меня не волнует, что думаешь ты, это не имеет
значения, — сообщила она, тряхнув головой, и, не дав ему ответить,
добавила: — Важно, что подумает Роберт...
— Что он подумает или что сделает? — спросил Стивен хриплым
голосом. Похоже, он терял контроль над своими чувствами. — Какой
реакции ты ожидаешь от него, Вэл? Чего ты хочешь добиться? Чтобы, бросив на
тебя единственный взгляд, он так тебя захотел, что немедленно начал бы
срывать с тебя одежду? Или ты полагаешь, что, бросив этот единственный
взгляд, он тут же признается в неувядаемой любви? Если так...
— Если так, то что? — зло воскликнула Валери. Ее пальцы с силой,
вцепились в ручку пакета, а лицо покраснело от стыда. — Ты считаешь,
что я... что Роберт не любит меня? Ну так вот — он меня любит! — гордо
сказала она. — И когда он вернется...
Она остановилась, и Стивен, увидев, что слезы, которые Валери так старалась
сдержать, заблестели у нее на глазах, мысленно обругал себя за глупости.
Меньше всего он стремился обидеть девушку. Где найти слова, чтобы она
поняла; любовь, настоящая любовь, зависит не от того, как человек одет или
как воспринимают его остальные, а от него самого? Как объяснить, что
мужчина, способный любить лишь женщину, которую можно выставить на всеобщее
обозрение, как красивую безделушку, по его мнению, не вполне мужчина? Как
это все сделать?!
— Сюда, мы еще не закончили. Валери нахмурилась, когда Стивен, крепко
сжав плечо, развернул ее в сторону другого магазина.
— Нижнее белье, — добавил он коротко, хотя никаких объяснений не
требовалось — Валери и так было ясно, какого рода снаряжение продавалось в
данном заведении: перед ними блистала чистым стеклом роскошная витрина. Это
белье не имело ничего общего с простыми, добротными вещами, купленными в
универмаге, к которым Валери привыкла и которые обычно носила.
— Не нужно, у меня все есть, — пробормотала она, покривив душой.
Недоверчивое выражение на лице Стивена вызвало ее свирепый взгляд.
— Разве? — насмешливо спросил он. — Но ведь не собиралась же
ты надеть те, без сомнения, удобные, но, ты уж меня извини, абсолютно...
непривлекательные предметы, которые убрала с батареи при моем появлении на
прошлой неделе? Я имею в виду — надеть для сцены соблазнения Роберта. Если
так, то... — Он остановился, не закончив свою мысль, и, перейдя на другую
тему, добавил: — К тому же под шелковыми брюками все это будет заметно.
Валери открыла рот, чтобы поспорить, но тут же вновь закрыла его. Возможно,
ей и требовалось новое белье, подходящее к новому костюму, но она никоим
образом не собиралась покупать его вместе со Стивеном.
— Сегодня у меня нет на это времени, — надменно заявила
она. — Меня ждет машина клиентки, которой я назначила встречу на
половину пятого.
— Вот как? Ну что ж, в таком случае нам следует поторопиться, —
согласился Стивен. — Сейчас почти четыре.
Они были на полпути к машине, когда он неожиданно заявил:
— Полагаю, ты вообще могла бы обойтись без белья; в этом случае можно
быть совершенно уверенной, что все на тебе сидит отлично. К тому же ты,
полагаю, уже узнала из своих книг: самолюбие мужчины, конечно же, тешит
сознание того, что женщина так его хочет, что заранее приготовилась
заниматься с ним сексом и желает чтобы он знал об этом.
Валери замерла на месте и бросила на Стивена убийственный взгляд. С горящими
от гнева щеками она яростно запротестовала:
— Я бы никогда не стала так делать... Как ты смеешь предполагать, что я
способна на такое?!
Наивность ее сердитого негодования должна была бы вызвать у него чувство
раскаяния, а не ехидного удовлетворения, рассуждал Стивен, идя рядом с
Валери. Девушка хранила грозное молчание — что ж, его очередная колкость
попала в цель. Но что поделаешь: полностью открыться ей он не мог.
А ведь ему нужно было, например, сказать ей, что мужчины, особенно он, не
находят ничего более эротичного и волнующего, чем звание, что единственной
соблазнительной преградой между его руками, губами и ее кожей является лишь
внешняя преграда из элегантных брюк и блузки и что под ними ее тело —
восхитительно и желанно обнаженное!
Стивен решительно тряхнул головой и сурово напомнил себе об опасности
подобных мыслей.
Хватит с него и того потрясения, которое он испытал, увидев Валери в новой
одежде. Она была такая очаровательная и изыск
...Закладка в соц.сетях
