Жанр: Любовные романы
Похитительница алмазов
...наивно полагала, что Генри Браун такой же.
Ник заглянул в ее настороженные голубые глаза. Он был гордым человеком, но
не глупым... Лиза пришла к нему... И слепым он тоже не был. У него потемнели
глаза, когда он увидел, как она проводит руками по стройным бедрам, туго
обтягивая свое тело тонкой тканью.
— Садись, Лиза. Расслабься.
Лиза уселась в кресло ближе к огню и молча смотрела, как Ник подошел к
шкафчику у стены и открыл его.
— Хочешь выпить? — предложил он.
— А это разумно?
— Я редко бываю разумным в твоем обществе, — тихо заметил Ник и
наполнил янтарной жидкостью два бокала.
— Я хочу объяснить, — серьезно начала она, еще раз пытаясь произнести
свою речь. — Ник, я действительно не имела представления, что Генри Браун —
вор, и когда ты привез меня сюда... я думала, что твоя мама этого хочет.
Когда я вернулась в Лондон и мистер Стаббс поведал мне всю историю, я была
потрясена. — Она сделала глоток бренди для храбрости, чтобы продолжить, и
взглянула на Ника. — Теперь я знаю, что ты не только спас меня от возможного
тюремного заключения, но еще и спас мне жизнь, в то время как у тебя не было
причин доверять мне. Так что я хочу поблагодарить тебя от... всего сердца.
— Остановись здесь, Лиза, — прервал ее Ник. — Во-первых, я никогда не
верил, что ты воровка. Когда в отчете моего агентства безопасности, которое
расследовало похищение алмазов, появилось твое имя, моей первой реакцией
было полететь на Лансароте и самому допросить тебя. Согласен, что я сделал
это несколько окольным путем, но мне нужно было защищать интересы Карла
Дэлка. Твоя информация оказалась жизненно важной для расследования.
— Ты прав. Я ничего не знала.
— Да, я догадался. — Ник поднялся и встал перед нею, глядя в ее
красивое, слегка порозовевшее лицо. Не надо было давать ей бренди после
того, как она выпила вина. Протянув руку, он поставил ее на ноги. — Я привез
тебя с собой в Испанию, чтобы уберечь от беды, и потому, что хотел тебя.
Когда я вез тебя в хижину, я уже был абсолютно уверен, что ты невиновна. — У
Лизы все еще шла голова кругом от его небрежного признания
хотел тебя
,
когда он продолжил: — Мы оба наделали ошибок, так что объявим перемирие и
посмотрим, что будет дальше.
— Мир. — Лиза с трудом сглотнула.
— Скрепим его поцелуем, — подсказал Ник. Он обхватил рукой ее спину, и
их губы слились в горячем поцелуе. Ник издал хриплый, похожий на стон звук,
и Лиза беспомощно задрожала под настойчивым давлением его губ. Она закрыла
глаза, протянула к нему руки и обняла за широкие плечи. Она любит его...
— Диос мио, Лиза, — пробормотал Ник, накрыв ладонью ее грудь, большим
пальцем теребя сосок через тонкую ткань платья. — Представляешь ли ты себе,
что ты со мной делаешь? — тихо спросил он, проводя рукой по ее бедру и
теснее прижимая ее к своему сильному телу. — Хватит ли у тебя смелости не
обратить внимания на двух мамаш в доме, или ты хочешь заставить меня
подождать?
Когда смысл его слов дошел до Лизы, она почувствовала холод и замерла.
— Подождем. — Она положила ему на грудь руку и оттолкнула его.
Ни слова о будущем, ни слова о любви. Он дважды затаскивал ее в постель, но
она не пойдет на это в третий раз. Она заслуживает большего. Может быть, он
и спас ей жизнь, но это не означало, что он может использовать ее.
— Ведь на самом деле ты не хочешь, чтобы я ждал. — Ник протянул к ней
руку, но она оттолкнула ее. — Лиза. — Темные глаза Ника впились в нее. — Что
происходит?
— Ничего. Я пришла извиниться, и я это сделала. — Она увидела вспышку
гнева в его глазах, но не позволила себе испугаться. — Но спать с тобой я не
собираюсь.
— Но ты же хочешь меня и знаешь, как нам хорошо вместе, — прорычал Ник,
бросив взгляд на очертания ее сосков под тканью платья.
— Может быть, я хочу от отношений большего, чем просто жаркий секс, а
ты не мой мужчина, — монотонно заявила Лиза, — но я уверена, что мы можем
остаться друзьями ради наших мам. — На секунду ей показалось, что она
увидела боль в его черных, как ночь, глазах.
— Пусть будет так. — И, пожав широкими плечами, Ник подошел к двери и
раскрыл ее. — Беги, подруга, — с сарказмом произнес он.
Беспокойно ворочаясь в своей кровати час спустя, Лиза говорила себе, что она
правильно сделала. Единственное, что мешало ей успокоиться, были живые
воспоминания о том, как Ник любил ее на этой самой кровати. Ее мучила
неудовлетворенность, пока она наконец не уснула тревожным сном.
В соседней комнате Ник выпил еще немного бренди. Смешно, что ему отказала та
единственная женщина, которую он по-настоящему хотел.
Ничего. Завтра он полетит в Швейцарию и примет участие в соревновании
Вербьера.
Анна и ее мать уже заканчивали завтрак, когда Лиза вошла в столовую.
— Ты ужасно выглядишь, — отметила Памела.
— Спасибо, мамочка. Доброе утро, Анна. — Она села за стол, но есть не
хотелось.
— В этом нет ничего хорошего, — резко заметила Анна. — Когда Ник
согласился присоединиться к нам, я подумала, что, может быть, он не поедет
на соревнование Вербьера, хотя я знала, что он уже отправил заявку.
Лицо Лизы побелело. Соревнование Вербьера — она слышала о нем и видела по
телевизору. Это были смертельно опасные гонки на сноубордах в Альпах,
апофеоз сезона экстремального спорта.
— О нет.
— Именно так, Лиза. Он уехал из поместья утром и улетает в Швейцарию
сегодня днем.
Тут вмешалась ее собственная мать:
— Мы с Анной ушли рано спать, чтобы вы двое смогли побыть наедине, так
что же вышло не так?
Лиза не могла поверить своим ушам:
— Ты... Она... — Она переводила взгляд с одной на другую, а они обе
ласково глядели на нее. — Вы хотели помочь мне? Помочь нам?
— Конечно. Я знаю все про это дело об алмазах, — твердо заявила Анна, и
лицо Лизы стало пунцовым. На мгновение она подумала, что его мать знает, что
они любовники, но тут Анна добавила: — Мой сын не единственный, у кого есть
могущественные друзья.
— Вы знаете о краже алмазов? — нерешительно переспросила Лиза.
— Да, и твоя мама тоже знает, — подтвердила Анна. — Насколько я поняла,
Ник вытащил тебя из очень неловкой ситуации. Вчера вечером мы с Памелой
старались дать тебе возможность лично поблагодарить Ника.
— Тебе надо было рассказать мне, Лиза, — вставила ее мать. — И я очень
надеюсь, что ты должным образом поблагодарила Ника.
— Оставь бедную девочку в покое, Памела. Разве ты не видишь, что она
растеряна? — Анна взяла в руку ладонь Лизы. — Я знаю своего сына, он тяжелый
человек и близко подпускает к себе только очень немногих. Но он неравнодушен
к тебе, Лиза, иначе зачем ему было все это? Поэтому я подумала, может быть,
ты попробуешь уговорить Ника не участвовать в соревнованиях Вербьера? Ты моя
последняя надежда, Лиза, и ты окажешь мне огромную услугу, если сможешь
остановить его.
Лиза представила, как прекрасное тело Ника лежит избитое и израненное у
подножия заснеженного утеса. Она знала, что не вынесет, если с ним что-
нибудь случится. С ним она или нет, это не имеет значения. Ей следовало
понять это, когда она наблюдала за прыжками Ника с парашютом. Тогда она
наивно думала, что не позволит себе полюбить его. Но любовь не подчиняется
ничьим приказам.
Ник не предлагал ей вечной любви, но он предложил честные правила игры, и
она отвергла его, испугавшись, что будет больно. Теперь все стало ясно. Она
безраздельно и беззаветно любит его. Будет ли он с нею только день или всю
жизнь, она все равно попробует.
— Я постараюсь, — проговорила Лиза. Слишком долго она трусила, скрывая
свои чувства. Если ей нужна любовь Ника, она должна действовать решительно.
— Только скажите мне, как его найти.
— Мы сделаем лучше, — нежно улыбнулась Анна. — Мануэль ждет у машины,
чтобы отвезти тебя в аэропорт. Вылет самолета Ника назначен на час дня.
Поездка длилась бесконечно долго. Лиза смотрела, как часы на приборной доске
отсчитывали секунды и минуты, и ей хотелось, чтобы Мануэль ехал быстрее.
Наконец без двадцати час она выскочила из машины в аэропорту, бросилась к
зданию, внимательно осмотрела толпу, и у нее упало сердце. Она ринулась в
справочную, где ее направили к нужному терминалу, задыхаясь и тяжело дыша,
прибежала туда, но выяснилось, что без документов ее не пропустят.
Пробиваясь сквозь толпу пассажиров и не понимая, что еще можно сделать, Лиза
натолкнулась на твердое тело.
— Извините. — Она хотела отступить, но в петельке ее кружевной блузки
застряла пуговица от чьего-то пиджака. Она посмотрела вверх. — Ник!
— Похоже, ты меня нашла, — пошутил он, лениво оглядывая ее темными
глазами. — Не хочешь ли сообщить, что ты здесь делаешь, Лиза?
Она долго смотрела на него, стараясь отдышаться и чувствуя, что у нее
разрывается сердце.
— Я приехала за тобой, — наконец ответила она.
— Зачем?
— Потому что я люблю тебя и не хочу, чтобы ты участвовал в
соревнованиях Вер... Вер... Вербьера, — заикаясь и вздыхая, произнесла она.
Ник сомкнул вокруг нее руки.
— А что ты можешь предложить взамен, Лиза? — отрывисто спросил он. —
Что-нибудь особенное?
Он наклонил голову и накрыл губами ей рот, а ее губы раскрылись, приглашая
его требовательный горячий язык. Неистовое удовольствие охватило ее, когда
она обняла его за шею и прижалась к его телу.
— Помнится, вчера вечером ты сказала, что я не твой мужчина, Лиза, —
напомнил Ник, отстраняя ее от себя. — Так что же заставило тебя изменить
свое решение?
Он не сказал ни слова о любви.
— Нет-нет... Но это больше для меня неважно. Я хочу тебя — на день, на
неделю, сколько получится.
— Отдавай себе отчет, Лиза, в том, что говоришь. Потому что я больше
никуда не отпущу тебя. — И он захватил ее губы своими.
Когда Ник наконец дал ей отдышаться, она услышала аплодисменты. Посмотрела
на него своими широко раскрытыми, светящимися любовью глазами:
— Мне кажется, мы собрали аудиторию. — И они оба расхохотались.
— Давай уйдем отсюда, — тихо произнес Ник, и они вышли из аэропорта.
Когда Мануэль увидел их, он улыбнулся и эффектно раскрыл заднюю дверцу
машины.
Через тридцать минут Лиза стояла в холле его дома в Малаге.
— Как красиво, Ник.
Высокие потолки, мозаичный пол и большая лестница из белого мрамора. Лиза
взглянула на мужчину своей мечты. Он снял пиджак, белая, сшитая па заказ
рубашка прекрасно облегала широкие плечи, создавая контраст с его загорелым
телом.
Ник встал перед нею:
— Моя прекрасная Лиза. — Он поднял руку и провел длинными пальцами по
ее щеке. — Опять заставишь меня ждать?
— Что ж, может быть, — ответила она, давясь от смеха, увидев, каким
расстроенным стало его лицо. — Пока не найдешь кровать.
— Ведьма. — Его глаза заблестели, когда он поднял ее на руки и понес
вверх по огромной лестнице.
Они упали на кровать, переплетая руки и ноги. Губы Ника отыскали ее рот, и
легкий поцелуй быстро превратился в жаркий и неуправляемый.
— Я не могу ждать, Лиза... это было слишком долго.
Лиза обвила руками его шею.
— Тогда что тебя держит? — нетерпеливо спросила она. Они лежали
обнаженными плоть к плоти, и она горела желанием, а боль была почти
невыносимой.
— Лиза, — произнес Ник хриплым голосом, и ее исступленный крик смешался
с его криком, когда она вместе с ним стала участвовать в неистовом ритме его
тела. Они вместе достигли наивысшего наслаждения.
Долгое время единственным звуком было затрудненное дыхание двух насытившихся
тел. Потом Ник перевернулся на спину и, обняв Лизу за плечи, прильнул к ней.
— Мне тебя не хватало. — Его улыбка стала несколько неуверенной. — Как
ты себя чувствуешь?
Лиза ответила лучезарной улыбкой:
— Как никогда прекрасно. — Она увидела, как в его черных глазах появилась знакомая уверенность.
— Я удивился и обрадовался, когда увидел тебя в аэропорту, — тихо
заметил Ник. Он поднял светлые пряди ее упавших на лицо волос. — Я мечтал,
чтобы твои волосы снова лежали на моей подушке, — хрипло прошептал он. — Ты
сводишь меня с ума, Лиза. Я люблю тебя. — Потерев подбородок, он продолжил:
— За те два длинных месяца, что мы были в разлуке, я решил, что уж лучше
вытерпеть твой хук левой, чем совсем не видеть тебя. Разве это не отчаяние?
— пошутил он.
Лиза замерла: ей снится или он действительно сказал, что любит ее?
Ник почувствовал ее напряжение.
— Ты в порядке? — спросил он, озабоченно глядя своими черными глазами в
ее красивое лицо. — Я не сделал тебе больно?
Подняв руку, Лиза провела ею по его щеке.
— Нет, ты не сделал мне больно. — Между ними было много полуправды, но
все это в прошлом. — Мне необыкновенно хорошо, — тихо призналась она. —
Извини, что ударила тебя тогда. Я бы умерла, если бы с тобой что-нибудь
случилось. Когда я была ребенком, ты всегда был моим героем, — честно
призналась она. — Потом, после сцены в конюшне, я пыталась возненавидеть
тебя. Но когда встретила на Лансароте, и ты поцеловал меня, я поняла, что
пропала.
— И ты, и я — мы оба, — со стоном произнес Ник. — Я люблю тебя до
безумия. — И он снова начал страстно целовать любимую.
— Ник, мне нужно подышать. — Улегшись на его широкой груди, Лиза
заглянула в его красивое лицо и увидела в черных, как ночь, глазах страсть,
смешанную с нежностью и любовью. — Ты правда любишь меня? Достаточно сильно,
чтобы забыть о соревновании Вербьера?
— Достаточно, чтобы забыть обо всем, кроме тебя, — заверил он. — Я
любил тебя, когда ты была еще восьмилетним ребенком, но влюбился как
мужчина, когда тебе исполнилось шестнадцать.
— Что? — воскликнула Лиза. — Я не верю тебе.
Ник усмехнулся.
— В то лето, когда тебе исполнилось четырнадцать, я заметил, что ты
превращаешься в женщину, но ты по-прежнему была моим товарищем. На следующее
лето все изменилось. Когда мы поехали верхом и ты упала с лошади.
— Я это помню, — вставила Лиза. — Ты был таким добрым.
— Я не мог представить себе жизни без тебя. — Он сильнее сжал ее талию.
— Тогда я уже понял, что влюбился в тебя, но продолжал подавлять в себе
чувства.
— А на следующее лето ты обручился с Софией, — напомнила Лиза.
— Да, — вздохнул Ник. — Я рассказывал тебе об этом. Ты была слишком
юной для меня, и я обручился, оберегая не только своего отца, но и себя
самого.
— Но ты спал с нею, — не смогла сдержаться Лиза.
— Нет, не спал. София больше интересуется женщинами. — Скосив глаза, он
улыбнулся ей. — Я старше тебя, так что в моей жизни, конечно, были другие
женщины, но ты единственная, кого я люблю и буду любить.
— А в тот день в конюшне, когда ты увидел меня... — Она замолкла. —
Почему ты так разозлился?
— Я знал, что моя помолвка с Софией была лишь формальностью, и ничем
другим. Но когда я увидел, как ты целуешь того прыщавого мальчишку, меня
стала душить ревность, потому что на его месте должен был быть я. — Он
быстро поцеловал ее, как будто хотел стереть это из памяти.
— Но если то, что ты говоришь, правда, почему ты не искал меня позже? —
спросила Лиза.
— Потому что, — улыбаясь, ответил он, — я осознал истину, только когда
снова встретил тебя. Даже после того, как мы стали любовниками, я продолжал
твердить себе, что это очередной роман. И только в хижине я наконец
признался себе, что люблю тебя. В самую первую ночь у меня на вилле я решил,
что меня не интересует твое прошлое, и уговорил тебя поехать в Испанию.
— И соблазнил меня в самолете! — Лиза игриво посмотрела на него. —
Признаю, что мне хотелось быть соблазненной.
— Я тогда не узнал себя, — сухо проговорил Ник. — Я вовсе не такой
бабник, как обо мне пишет
желтая
пресса. Обычно я очень сдержанный
мужчина, и то был первый и единственный раз, когда я занимался любовью в
самолете. А что касается нашего романа... — Голос у него стал ниже, а руки
крепче сжали ее. — Мне нравится эта идея, если только он растянется на целую
жизнь, а ты будешь моей женой. Согласна?
Голубые глаза Лизы с изумлением посмотрели на него. Ее сердце переполнилось
любовью.
— Я согласна — хотя это было не самое романтичное предложение на свете,
— съязвила она.
Ник улыбнулся, поднял палец и провел им по ее щеке.
— Но оно сработало, и я не выпущу тебя из своего поля зрения, пока не
надену тебе кольцо на палец. — Он крепче прижал ее и приник к ней губами в
нежном, полном обожания поцелуе. — Мы поженимся как можно скорее.
— Да, — выдохнула Лиза и заглянула в его потемневшие глаза. В них она
увидела разгорающийся огонь, темное, всепоглощающее пламя, и в этом пламени
отражалась она. — Мой герой... — вздохнула она и потянулась к нему.
Через четыре часа Ник вошел в спальню. В темных брюках, голубой рубашке и
кашемировом свитере, свободно спадающем с его широких плеч, он выглядел
потрясающе.
— Мне казалось, ты говорила о пяти минутах. — Он усмехнулся, и у Лизы быстрее забилось сердце.
— Я нормально выгляжу? — спросила она, подворачивая слишком длинные
рукава рубашки. Ее блузка была мятой, и она надела к джинсам одну из рубашек
Ника.
— Я не стану отвечать на твой вопрос, потому что в таком случае мы
никогда не сможем уйти отсюда. Идем.
Через двадцать минут Ник привел Лизу в роскошный ювелирный магазин. Хозяин
узнал Ника, и скоро они сидели в глубоких бархатных креслах около
стеклянного столика. Продавец спросил, что бы они хотели выпить: кофе,
шампанского?
Ник заказал и то и другое.
— Нам надо сделать это прямо сейчас? — неуверенно спросила Лиза.
— Сама решай, — рассудительно ответил Ник, поглаживая ее ладонь. — Если
хочешь присутствовать на обеде с двумя мамашами без кольца, я не возражаю. —
Он улыбнулся, заглядывая Лизе в глаза и крепче сжимая ей руку. — Из
аэропорта я позвонил маме и сообщил ей, что ты убедила меня не участвовать в
соревновании Вербьера. Она была в восторге, — небрежно заметил он. — Она
едва не лишилась дара речи, когда я пообещал ей, что привезу тебя к нам
домой, чтобы вместе вздремнуть после обеда, как и полагается мужчине моего
возраста, — закончил он с дьявольской усмешкой.
— Ты не мог этого сказать! — в ужасе воскликнула Лиза. Глядя в его
темные глаза, она увидела золотые искорки и застонала.
Ник все еще улыбался, когда перед ними появился хозяин с подносом изящных
колец с бриллиантами. Ник почувствовал, как в его руке дрогнула рука Лизы, и
улыбка быстро превратилась в гримасу. При данных обстоятельствах бриллианты
не слишком подходили. Лизе меньше всего нужно было постоянное напоминание о
краже алмазов.
— Извини, Лиза. Я не подумал. Может быть, выберешь что-нибудь другое?
Ник выглядел таким растерянным, что Лиза улыбнулась и потрепала его по щеке.
— Ну, я не знаю, — медленно произнесла она, и ее глаза заблестели от
сдерживаемого смеха. — Я очень полюбила бриллианты — они всегда будут
напоминать мне о тебе, Ник, дорогой.
Раздался его громкий смех, а затем яркая улыбка осветила красивые смуглые
черты Ника. Он поднял руку Лизы и благоговейно припал к ней губами.
— Я твой навеки, любовь моя!
Закладка в соц.сетях
