Жанр: Любовные романы
Больше, чем любовница
...бы сказали, что я счастливчик, и все. А если бы они попробовали
прибавить к этому хоть слово, я бы поколотил их. Вот. — Он поставил
кофейник на ночной столик. — С сахаром и сливками, — добавил
Дэниел, прежде чем девушка успела открыть рот. — Хочешь печенья?
— Конечно. А где твой кофе?
— Мы поделимся, — ответил он, хитро поглядывая на Сару.
— Ох... — Сара отпила из чашки, пытаясь понять, что он задумал.
— Ты заговорила о братьях, и я вспомнил, что не спросил, как тебе
понравилось у нас.
Сара отвела взгляд.
— Весело, шумно, тепло... У вас такая дружная семья. Спасибо, что вы с
Карли пригласили меня.
Дэниел уловил легкую фальшь, но не правильно истолковал ее причину.
— Джарод задавал бестактные вопросы?
Она вздрогнула и натянула на себя покрывало.
— Вовсе нет. Вопросы как вопросы.
Он пальцем приподнял ее подбородок.
— Мы с тобой теперь близки так, что дальше некуда. Неужели ты не можешь
рассказать мне все?
У нее сузились глаза.
— Физическая близость еще не означает, что я должна обнажать перед
тобой душу.
Дэниел отпрянул, как от пощечины, и убрал руку — Извини.
Сара вздохнула и покачала головой.
— Нет, это ты извини. Я не хотела тебя обидеть. Просто мне немного не
по себе. — Она беспомощно развела руками, подыскивая подходящие
слова. — Мы с тобой в первый раз, и вообще...
Дэниел прищурился. У него похолодело внутри.
— Это то, чего ты ждала?
— Нет.
Сердце остановилось. Она вздохнула.
— Гораздо больше... Ох, я не знаю, как сказать. Это было намного лучше,
чем я ожидала.
Сердце забилось снова.
— Ты имеешь в виду мое тело или что-то другое?
Сара кивнула.
— Да, твое тело. — Она часто заморгала. — И что-то другое
тоже.
— Сара...
Она прижала палец к его губам.
— Я все еще не знаю, что сказать. Пока не знаю. Но это больше того, на
что я рассчитывала. — Она смерила Дэниела чувственным взглядом, и он
несказанно обрадовался, что родился мужчиной. — У тебя чудесное тело, и
я жалею, что не воспользовалась случаем узнать его раньше. — Сара
вынула у него из рук пачку печенья, положила ее на столик рядом с чашкой,
искоса посмотрела на Дэниела и прикоснулась ладонью к курчавым волосам на
его груди. — Ты не против, если я постараюсь исправить свою ошибку?
У Дэниела мурашки побежали по спине. Он тяжело вздохнул и погладил девушку
по руке.
— Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты не хочешь отвечать и
просто заговариваешь мне зубы. — Сара молча положила голову ему на
грудь.
Шелковистые волосы щекотали кожу, а груди нежно прижимались к животу
Дэниела. — Не отвечаешь?
— Просто беру
тайм-аут
. Ты не хочешь... узнать мое тело?
Эту женщину следовало бы посадить в тюрьму за совращение. Казалось, ее
ничуть не смущает нагота. Если бы только удалось добиться ее доверия,
убедить ее поделиться своими тайнами... Не все сразу, решил он, чувствуя
пробуждающееся желание.
Дэниел сжал ее руку.
— Очень хочу, но ты забыла про настырность Пендлтонов. Я буду задавать
тебе все те же вопросы и когда-нибудь дождусь ответа. — Он стянул с
девушки покрывало, лег навзничь и вытянул руки по швам, предоставив себя в
ее полное распоряжение.
— Делай что хочешь.
— Вспомнила, — медленно протянула она и прикоснулась языком к его
соску. — Кажется, ты просил этого.
Через три часа Дэниел подошел к своему грузовичку. Он бы с удовольствием
остался на ночь, но Сара не хотела соседских пересудов. У него подкашивались
колени, сердце билось так, словно он пробежал марафон, мозг превратился в
кашу, но Пендлтон был ужасно доволен, что на прелестном ротике Сары Кингстон
не осталось и следов хваленой помады.
Мотор завелся лишь с третьей попытки, словно и грузовику не хотелось
возвращаться домой.
Он многого ждал от Сары Кингстон, но действительность превзошла все
ожидания. Эта женщина возбуждала, дразнила, мучила его и дарила такое
наслаждение, о котором и мечтать не приходилось.
Дэниел ехал по темным улицам, вспоминая о часах, проведенных с Сарой, и
начиная понемногу понимать, каким образом ей удавалось губить мужчин.
Правда, с ним ей так легко не справиться. Он слишком дисциплинирован,
слишком основателен, чтобы позволить женщине сгубить себя, но факт оставался
фактом: в Саре Кингстон было что-то сатанинское. Она делала все, чтобы
ублажить его, словно Дэниел Пендлтон и впрямь был единственным мужчиной на
свете.
Его беспокоило только одно: Сара не хотела отвечать на вопросы. Может,
действительно, достаточно и того, что они познали друг друга телесно? В
конце концов, он ведь к этому и стремился, правда? Но что-то заставляло его
желать большего.
Подъезжая к дому, он пообещал себе, что раскроет все ее тайны. Только это
принесет ему облегчение, только тогда он сможет перестать день и ночь думать
о ней. Только тогда его голод будет утолен.
Он вылез из кабины, направился к двери и тихо закрыл ее за собой, не желая
будить братьев. Пендлтон на цыпочках прошел в гостиную и обнаружил там Троя,
сладко похрапывавшего перед экраном телевизора. Дэниел щелкнул клавишей, и
брат сразу же проснулся.
— Это ты?
— Ага. Чего не спишь?
Трой зевнул, встал, потянулся и смерил Дэниела взглядом.
— Ну, ты и лохматый...
— Спасибо за предупреждение, — сухо ответил Дэниел.
— А где твои носки и галстук?
— В карманах. — Трой мог кого угодно вывести из себя. Дэниел,
заскрежетал зубами и решил побыстрее убраться от греха подальше. Но брат
посмеивался и шел следом.
— Похоже, ты изрядно повеселился. Дэниел открыл дверь спальни.
— Рассказал бы, что к чему. Как Сара, хороша в постели?
Кровь бросилась Дэниелу в голову. Он развернулся, схватил Троя за грудки и
прижал к стене.
— Не смей упоминать Сарино имя! Наши отношения — тайна. Ты понял? Не
твое собачье дело. И держи свою вонючую пасть на замке, пока не научишься
вежливости!
В глазах Троя вспыхнул страх. Дэниел опустил руки и отвернулся,
раздосадованный и словами брата, и собственной несдержанностью.
— Извини, — пробормотал Трой.
— О'кей, — буркнул Дэниел. — Пошли спать. Он прошел в
комнату, закрыл за собой дверь, тяжело вздохнул и уставился в пол. Чувства
вышли из-под его контроля. И если тому виной один-единственный вечер,
проведенный с Сарой, то впредь придется быть осторожнее, ибо и дураку
понятно, что эта встреча у них не последняя.
С тех пор как Дэниел и Сара стали любовниками, они проводили вместе каждый
вечер. Они пытались беседовать, садились обедать, но не могли утерпеть до
конца и вскоре перебирались в постель.
Однако сегодня у Сары не было настроения заниматься любовью. Месячные...
Пришлось осторожно попросить Троя передать Дэниелу, что она устала и
увидится с ним через день-два.
Как назло, работы было невпроворот, а потом пришлось посидеть на собрании у
мэра, посвященном началу строительства столовой. За окном уныло моросил
дождь. Здравый смысл подсказывал Саре, что следует воздержаться от шоколада
и соли, принять горячую ванну и лечь спать.
Однако по дороге домой она купила коробку воздушной кукурузы с сыром, три
пирожных с шоколадным кремом и видеокассету с
Доктором Живаго
.
После ванны Сара влезла в старую фланелевую ночную рубашку и пристроилась на
диване, прихватив с собой воздушную кукурузу, пирожное и пульт
дистанционного управления.
Через три минуты после начала фильма она потянулась за платком, и тут
прозвучал звонок в дверь. Она высморкалась, побежала открывать, заглянула в
глазок
и выругалась.
Сара приоткрыла дверь, но впускать Дэниела не собиралась.
— Хай. Тебе передали, что?..
— Ага. — Тон его был угрюмым и обиженным. — Трой сказал, что
ты от меня устала.
Сара боролась с раздражением.
— Я не говорила, что устала от тебя. Просто устала.
— Так ты позволишь мне войти?
Замшевый пиджак и волосы Дэниела были влажными, однако выражение лица без
слов говорило о том, что он останется на крыльце, но не сделает отсюда ни
шагу. Сара вздохнула и открыла дверь.
Он вошел и остановился в прихожей, не говоря ни слова и всем своим видом
излучая недовольство. Тишину прервало шмыганье носом, и Дэниел принялся
всматриваться в лицо Сары.
— Ты простудилась?
Она фыркнула, поняв, что у Дэниела были все основания для подобного
заключения. Глаза у нее покраснели, нос распух, а на щеках виднелись следы
слез...
— Нет. Просто я всегда плачу, когда смотрю
Доктора Живаго
.
Он был потрясен.
— Ты плакала!
— Да. Дэниел, сегодня у меня не самый удачный день. Я измучена, и
мне... — Она помахала рукой, подыскивая нужное слово. — Я не смогу
развлекать тебя.
— А меня и не: надо
развлекать
. Совсем не обязательно каждый раз
ложиться в постель. — Он выглядел слегка смущенным. — Можно просто
поговорить.
Сара нетерпеливо откинула волосы с лица. Лучше бы этого разговора вообще не
было!
— Из-за каприза природы я несколько дней не смогу спать с тобой.
Дэниел недоуменно умолк, но потом начал кое-что понимать и неловко пожал
плечами.
— У Карли обычно начинались спазмы, она стонала или плакала без умолку.
— А ты что делал?
— Давал ей бутылку с теплой водой и обнимал.
Она представила себе эту картину и умилилась.
— Правильно. Так и надо.
Он снова пожал плечами.
— У тебя тоже спазмы?
Сара покачала головой.
— Нет, только боль в боку и слезы. Вечер не из веселых, и я уверена,
что ты поймешь, если я не...
— Может, помассировать тебе спину?
Сара моргнула. Дэниел обезоружил ее.
— Я... Гм... — Она была в растерянности. — Все это не так уж
приятно.
— О'кей, Сара. Просто посидим вместе.
Эта простая фраза глубоко тронула девушку. У нее сжалось горло и выступили
слезы на глазах.
— Ох, черт возьми, — всхлипнула она. — С тобой никакого
Доктора Живаго
не нужно.
— Иди сюда.
— И не подумаю. — Она скрестила руки на груди.
Он шагнул к девушке и нежно обнял ее. От Дэниела исходил запах чистого,
здорового мужского тела, напомнивший ей о проведенных вместе вечерах. Сару
переполнили чувства, и неудивительно, что она тут же заплакала.
Дэниел отнес ее на диван и протянул платок.
Сара собралась с духом и вытерла нос.
— Это так унизительно...
Не обращая внимания на ее смущение, Дэниел снял пиджак.
— Ляг на живот, я помассирую тебе спину.
Сара подчинилась, зарывшись головой в подушку.
— Выше или ниже? — Под тяжестью Дэниела прогнулся диван.
— Ниже, — пробормотала она и тут же вздрогнула от уверенного
прикосновения.
— Хорошо?
— Да-а-а...
Несколько минут он продолжал растирать ей поясницу. Хотя Дэниел делал это
замечательно, Сара все же пыталась протестовать.
— Не надо было тебе этим заниматься...
— Я все знаю.
— Дэниел...
— Сара, расслабься. Это все, что мне сегодня от тебя нужно. Не старайся
быть сексуальной, милой и даже вежливой. Просто расслабься.
В конце концов он настоял на своем.
Закончив массаж, Дэниел привлек девушку к себе и обнял ее.
— Ты помнишь, когда впервые услыхала про птичек и пчелок?
Сара кивнула.
— Одна из приемных матерей пыталась мне что-то втолковать, но я мало
что поняла и детали уяснила лишь в седьмом классе. А ты?
Дэниел потерся подбородком о ее волосы и улыбнулся.
— Долгая история. Дело в том, что моя мать мечтала стать звездой стиля
кантри
.
— Серьезно? А моя мама хотела быть рок-звездой...
Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.
— Мать обожала сочинять песни, в которых не было никакого смысла. А
когда настало время просветить меня, она сочинила песню, в которой
описывался весь процесс воспроизведения себе подобных от начала до
конца. — Дэниел хохотнул. — На мелодию
Яви нам милость свою
.
Сара уставилась на него.
— Не верю!
Дэниел поднял руку, словно свидетель в суде.
— Ей-Богу, не вру. Могу поклясться на сборнике баптистских псалмов.
— А как на это реагировал твой отец?
— Он обожал мать и готов был для нее на что угодно. Однако тут и он не
выдержал. Услышав эту песню, отец сказал, что он справился бы с этим делом
лучше, и велел мне немедленно забыть мамину песню.
— Держу пари, ты ее помнишь до сих пор!
— Слово в слово. Она... незабываема.
— Должно быть, мама у тебя была замечательная.
Дэниел кивнул и с отсутствующим видом погладил Сару по голове.
— Она очень страстно бралась за любое дело и никогда не останавливалась
на полпути. Когда она умерла, это стало для всех нас страшным ударом. Но
тяжелее всех пришлось Карли. Она была еще маленькая и после смерти мамы
долго заикалась.
Он умолк и углубился в свои мысли.
— Нет, пожалуй, хуже всех было отцу. Он стал похож на отшельника,
которого ничто не может заставить вернуться к людям. Мне до сих пор жаль
женщину, на которой он женился во второй раз, хотя она и была сущей
ведьмой. — Он скорчил гримасу. — Юнис всегда кричала на Гарта.
Его голос напрягся, и Сара подумала, что семья для Дэниела значит куда
больше, чем ему кажется.
— А на тебя?
— Со мной Юнис не связывалась. Я был уже взрослый, и после смерти
старика ферма легла на мои плечи. — В его тоне вновь послышались
уверенность и сила. Сара представила себе юного Дэниела и поняла, почему
мачеха даже не пыталась покуситься на пост главы семейства. — Она
уехала, как только Карли исполнилось шестнадцать лет. Пока она не умерла, я
каждый месяц посылал ей деньги.
— Иногда я представляю себе, как братья и Карли смотрят на тебя, когда
им что-нибудь нужно. Удивительно, что тебе удавалось так здорово управляться
с ними.
Дэниел покачал головой.
— Далеко не всегда. С Гартом, например... — Он прервался на полуслове,
вспомнив о том, как ему досталось несколько лет назад.
Сара не могла видеть его огорченное лицо.
— А кого первым делом позвал Гарт, когда начались сложности с кобылой?
— Меня, — признал он и дернул ее за волосы. — Слушай, тебе
еще не надоели разговоры о моей семье?
Сара сомневалась, что это может ей когда-нибудь надоесть. Дэниел околдовал
ее. Чем больше она узнавала о нем, тем больше хотела знать остальное.
— А твоя мать ни разу не пыталась примкнуть к какой-нибудь рок-
группе? — спросил он.
— Этого я не знаю. Почти всю свою жизнь она провела в маленьком городке
в Миннесоте. Может быть, если бы не было меня...
— Она когда-нибудь говорила об этом? — тихо осведомился Дэниел.
Сара замешкалась с ответом.
— Дэниел, она не сочиняла песен. Она была молодая, одинокая и
неуверенная в себе. Я думаю, ей хотелось отказаться от меня, но что-то
внутри не позволяло ей это сделать. Я так и не знаю, к лучшему это было или
к худшему. На какое-то время она забирала меня у приемных родителей, а потом
отдавала другим. Мне хотелось иметь один дом и одних родителей, в которых я
могла бы быть уверена, но этого не случилось. Мне всегда не хватало
устойчивости. Думаю, поэтому я и... — Она осеклась, не зная, стоит ли
продолжать исповедь.
— Вышла замуж?
Сара кивнула.
— Однако вскоре я обнаружила, что физическая устойчивость — это одно, а
эмоциональная — совсем другое. Совершенно другое, — пробормотала она.
Дэниел молча следил за тем, как быстро меняется выражение ее лица. Хотел бы
он знать, что вызывает эти эмоции. Хотел бы знать о Саре все...
— Какой он был?
— Он был намного старше меня, работал адвокатом, имел взрослых детей от
первого брака и казался очень одиноким. — Воспоминание вызвало у нее
слабую улыбку, и Дэниел почувствовал укол ревности. — Я долго не хотела
выходить за него, но он был так добр, что постепенно я стала чувствовать
себя виноватой. Сначала с ним было легко и удобно. Он почти ничего не
требовал, и я решила, что буду за ним как за каменной стеной. Так оно и
было. По крайней мере первый год...
— Но затем что-то изменилось, — догадался Дэниел по печальному
выражению ее глаз.
Сара сжала губы.
— Да. Ему стало известно кое-что из моего прошлого, и он...
Сара напряглась. Дэниел, державший ее в объятиях, сразу ощутил это и
нахмурился.
— О твоей матери?
— Да... — Она немного помолчала, а затем заговорила снова. — Кроме
того, один коллега рассказал ему о связи, которая у меня была за несколько
лет до встречи с ним. Он повел себя так, словно я действительно изменила
ему. Подозреваю, что он подумывал о разводе, но погиб в автомобильной
катастрофе. — Сара откашлялась. В тоне ее послышалась глубокая
горечь. — Тот последний год был не слишком веселым. Он не хотел меня
видеть. — Она закусила губу и отвела взгляд. — И не прикасался ко
мне.
Должно быть, это было для нее тяжелее всего. Сара страстно нуждалась в
физической близости, и Дэниел был счастлив, что смог угодить ей. Он крепко
обнял девушку.
— Не думаю, что мне понравился бы твой муж.
— Он был хороший человек, Дэниел, и его все уважали — и как личность, и
как адвоката. Просто он не мог примириться с тем, что я...
— Живой человек. Прекрасная и добрая. Ему была нужна женщина с хорошей
родословной и безупречным прошлым. Мне кажется, он получил намного больше и
просто не знал, что с этим делать.
— Нет, — покачала головой Сара. В ее глазах стояли слезы. —
Не идеализируй меня. И не идеализируй наши отношения. Я знойная женщина, а
наш роман — безумная, чувственная связь. Никогда не забывай об этом. —
Она тяжело вздохнула. — Никогда.
9
— Говорят тебе, Карли, Дэниел ведет себя странно!
Из-за приоткрытой двери кабинета доносился голос Троя. Услышав его, Сара
застыла на месте.
— Однажды он вернулся заполночь, а когда я начал скалить зубы, он чуть
не вцепился мне в глотку. Понятия не имею, что там происходит, но вижу, что
Дэниелу будет чертовски трудно выпутаться. Сара что-нибудь говорила тебе?
— Это не наше дело, — убежденно заявила Карли.
— Значит, не говорила.
У Сары голова пошла кругом.
Дэниел ведет себя странно... чуть не вцепился
мне в глотку... чертовски трудно выпутаться...
Ее охватила паника. С того
вечера, когда Дэниел пришел без приглашения и не лег с ней в постель, их
отношения стали совсем другими.
Поразительно, что может сделать с людьми откровенность. Поверив Дэниелу все
свои тайны, она ощутила себя так, словно с нее содрали кожу. Едва ли он
испытывал что-нибудь похожее. Но теперь она знала, что это не так. Видно, их
связь очень много значит для Дэниела, если из-за нее он чуть не поссорился с
Троем. Мысль о том, что она стала причиной раздора между братьями, причинила
девушке боль. Сара была очень чувствительна к семейным распрям — наверно,
потому что у нее самой семьи не было.
Сара пришла в замешательство. Неужели придется расстаться с Дэниелом? Сердце
заныло. Хватит ли у нее сил?
Трой снова начал что-то говорить, но с Сары было достаточно.
— Карли, — окликнула она, — я получила списки товаров от
поставщиков.
Девушка вошла в кабинет и увидела их виноватые лица.
— Хай, Трой. Как дела?
Он переводил взгляд с Карли на Сару и обратно.
— Нормально. А у вас?
Как он вежлив, удивленно подумала Сара. Совсем не похоже на Троя.
— Нормально, — выдавила она и передала списки Карли. Во что бы то
ни стало нужно сохранить спокойствие. Необходимо подумать о своем будущем, а
рядом с Дэниелом это невозможно. И тут она спохватилась. — Слушай, я
вспомнила про неделю к отпуску, которую ты пообещала мне на Рождество. Ты не
против, если я возьму ее с понедельника?
— Конечно нет, — ответила Карли. — Удивительно, как ты
решилась на это. Тебя трудно было уговорить и один отгул взять, не то что
целую неделю.
— Ну, я могла бы присоединить ее к уик-энду, — неуклюже объяснила
Сара.
У Карли поползли вверх брови.
— Ах, вот как? У тебя есть какие-нибудь планы?
— Ничего конкретного. — Мягко сказано...
Трой позвякивал мелочью в кармане и явно собирался что-то сказать. Сара
выжидательно посмотрела на него. Трой был из тех бесхитростных натур, у
которых все на лице написано. Сейчас он сгорал от любопытства.
— Вы что-то хотели спросить? — наконец не выдержала Сара.
Он пожал плечами и деланно улыбнулся:
— Желаю хорошего отдыха...
Сара, не ожидавшая такой любезности, слегка опешила. Похоже, братья
Пендлтоны сговорились ставить ее в тупик.
Она сразу отказалась от мысли податься куда-нибудь на южные острова и
выбрала лыжный курорт в западной Виргинии. Очертания главного корпуса
напоминали замок. Коридоры устилали красные ковровые дорожки, обслуживание
было безупречным, и — слава тебе, Господи — вокруг не было никаких лыжников.
Коридорный проводил ее до номера. Сара опустилась на огромную кровать,
застеленную белым покрывалом, и с облегчением вздохнула. Ей понравилась
элегантная, удобная комната с неброской мебелью, обоями пастельного тона и
окнами от пола до потолка, из которых открывался вид на заснеженные горы.
Это зрелище могло бы посрамить любую картину.
Сара совершенно успокоилась и вдруг заметила фиалки в противоположном конце
комнаты. Вскочив с кровати, она бросилась к столику и впилась взглядом в
любовно составленный букет. Карточка нашлась быстро. Надпись на ней гласила:
Думаю о тебе. Дэниел
.
Она вздрогнула, прижала карточку к губам и прошептала:
— Ох, Дэниел, что же мне с тобой делать?
Сара вспомнила, как он узнал о ее отъезде. Однажды вечером он нашел
извещение из гостиницы о том, что номер ей забронирован, и спросил, надолго
ли она уезжает. Борясь с неловкостью, она ответила, и больше к этой теме они
не возвращались. Он не спрашивал, будет ли она одна и хочет ли, чтобы он
приехал к ней. Не спрашивал ничего.
Он уважал право Сары на личную жизнь, и это должно было бы радовать ее, но
почему-то не радовало. Внезапно комната показалась ей слишком большой.
Кровать была двуспальной. В шкаф легко вошла бы и ее одежда, и одежда
Дэниела. Даже ванна вместила бы их обоих.
Она бросила карточку на столик, выругалась и решила, что в компенсацию за
двойной расход имеет право вообще не вылезать из ванны.
На следующее утро Сара покаталась с горки, позволила себе поспать днем, а
вечером спустилась в просторную столовую. Она поблагодарила метрдотеля,
усадившего ее неподалеку от потрескивавшего камина, сделала заказ и
углубилась в описание истории курорта, вложенное в меню. Девушка все еще
читала, когда к столику подошел официант с бутылкой шампанского в руках.
— Я не заказывала...
Официант улыбнулся.
— Это подарок от джентльмена, который просит разрешения пообедать
вместе с вами.
Сара неловко пожала плечами.
— Вообще-то я не собиралась...
Официант подбородком указал на маленький бар.
— Высокий мужчина с краю.
Сара подняла взгляд и увидела фиалковые глаза человека, о котором старалась
не думать. Пульс зачастил как сумасшедший.
На лице Дэниела сияла довольная улыбка. Его самоуверенность перешла все
границы, но Сара знала, что каждая из сидящих в зале женщин смотрит на него
с восхищением.
Она отвела взгляд.
— Пожалуйста, передайте этому... — Она слегка запнулась, но тут же
продолжила:
— Джентльмену, что у меня нет привычки во время отпуска знакомиться с дерзкими молодыми людьми.
Официант кивнул, воинственно поглядел на Дэниела и направился к бару, держа
в руке злополучную бутылку шампанского.
Сара сделала глоток воды и принялась искоса следить за тем, как официант
передает Дэниелу ее слова. Пендлтон не моргнул глазом. Он громко рассмеялся,
стремительно подошел к столику и сел рядом.
— Я могла бы прогнать тебя, — сказала о
...Закладка в соц.сетях
