Жанр: Любовные романы
Под золотым водопадом
...сказала Джуди, неожиданно низким для ее
ангельской внешности хрипловатым голосом. - Кто она, не знаешь?
Тимоти что-то промямлил, глядя в стакан.
- Слушай, я тебя, кажется, нормально спросила, - начала заводиться Джуди, - вынь
наконец член изо рта и ответь мне: ты ее знаешь? Это случайно не та актриса, что играла
в "Адвокате дьявола"?
- Думаю, нет. Это всего лишь моя бывшая жена...
- Это мы так пытаемся пошутить. Смешно получилось! Ха-ха-ха! Мне еще один...
- И последний....
- Заткнись, придурок! А я пока пойду поздороваюсь.
- Не стоит мешать людям...
- Это они мне все мешают, начиная с тебя. Джуди, слегка покачиваясь, подошла к
столику, за которым сидели Линда, Эдвард и ее брат с юной Андре. Тимоти с убитым
лицом шел рядом. - Привет, Эдди! Что же ты не знакомишь меня с новой девушкой из
твоего гарема? Привет, я Джуди! И она протянула руку Линде.
- Очень приятно! А я Шахерезада.
Джуди осеклась и не нашлась с ответом.
Винсент встал и обнял Джуди за талию.
- Иди погуляй с Тимом, проветрись. Тим, отведи ее куда-нибудь. Я тебе настоятельно
советую! - Последнюю фразу он произнес очень тихо, но она прозвучала как приказ.
Джуди сразу сникла, взяла Тимоти под руку и позволила себя увести. За столом
повисла пауза.
Динда тут же нашлась:
- В Норвегии принято очень много алкоголя добавлять в коктейли. Большое испытание
для малопьющих американцев. Имейте это в виду! На первый взгляд кажется - ерунда, а
потом с ног валишься!
Винсент посмотрел на нее с благодарностью.
Старясь загладить общую неловкость непринужденной любезностью, Линда спросила
Андре, чем та занимается. Девушка оказалась начинающей фотомоделью. Она и в самом
деле выглядела как картинка с глянцевой обложки. Возможно, ей была отведена роль
всего лишь красивого украшения поездки или удобной секс-куклы. Окрыленная
вниманием Линды, девушка вдруг разговорилась и стала воодушевленно рассказывать о
причудах мэтров высокой моды, о своих изнурительных занятиях балетом и фитнесом, о
многочасовых съемках крошечных эпизодов рекламных роликов.
- Вы не представляете, мы недавно снимали рекламу сыра...
- Сыра? - с серьезной насмешливостью переспросил Винсент. - Это интересно. И что
он делал? - Судя по всему, его этот разговор пока еще забавлял.
- Нужно было установить правильный свет, на это ушло целых восемь часов!
- Какая у вас тяжелая работа! - воскликнула Линда. - А сколько минут шел этот эпизод?
- Ты так спрашиваешь, будто речь идет о блокбастере под названием "Война сыров", -
улыбнулся Эдвард. - Я могу точно сказать - минут пять от силы. Я, кажется, видел эту
рекламу. А что вы там делали, Андре?
- Вот и не угадали. Три минуты двадцать секунд, А я этот сыр пробовала, но потом
оставили только мои руки и ворону. Она его уносит. Но все равно было прикольно. Мы
этим сыром просто объелись.
И нам еще фирма подарила целый набор сыров и красивую фарфоровую досочку...
Винсент с улыбкой переглянулся с Эдвардом.
Они делали усилие, чтобы не рассмеяться.
В душе бывшей феминистки проснулась обида за весь женский род.
- Андре, большое вам спасибо! Вы просто открыли мне глаза на эту профессию! Я-то
думала вот красивая девушка, пришла, улыбнулась, получила деньги и ушла. А это
довольно изнурительный и серьезный труд.
- Малышка Андре, а зачем тебе все это? Хочешь, я куплю тебе целое рекламное
агентство?
- Винсент, если вы купите балерине целый театр, она все равно будет по шесть часов
стоять у станка. Профессионализм надежнее вдохновения.
- Но мне правда нравится моя работа. Бланш верно говорит. Настоящих профи все
уважают и охотнее имеют с ними дело.
- Вин, я забыл тебе сказать... Бланш известный социолог. Знаешь, как называется ее
книга? "Женщины мирового терроризма". Будь с ней осторожен.
- Я потрясен. Это вам не сыр рекламировать.
А тебе, Бланш, присылают подарки от фирм - ну там, автомат Калашникова,
взрывчатку...
- Могу договориться об этом лично с вами, минуя посредников. Но лучше расскажите
про вашу новую киностудию. Я ведь родом из Калифорнии.
По дороге из бара Винсент отозвал в сторону Эдварда.
- Знаешь, мы очень мило посидели. У нас, по-моему, формируется новый стиль
общения... - Винсент заговорщицки улыбнулся и похлопал Эдварда по плечу. - Ну что,
Эдди, поменяемся девочками на ночь?
- В последнее время у меня перебои с чувством юмора. Разучился правильно
реагировать на шутки: то смеюсь, то вдруг начинаю драться.
- Смотри, Эдди, женщины не выносят парней, теряющих чувство юмора. Твоя
Шахерезада - та еще штучка. Сообщи мне, когда она тебя бросит и будет свободна. О'кей?
Войдя в номер, Эдвард упал на диван.
- Почему я раньше не замечал у этой семейки так много неприятных особенностей? Но
ты хорошо умыла эту вонючку Джуди, она даже лишилась дара речи. Пожалуй, я тебя
сделаю не только спичрайтером, но и пресс-секретарем. Знаешь, рядом с тобой я многое
вижу другими глазами. Твое присутствие делает меня умнее. Я все время как бы смотрю
со стороны на происходящее и спрашиваю себя: а что Бланш подумает об этом? Вот как
ты мне это объяснишь? Я что, теряю индивидуальность?
- Я тоже так теперь думаю и вижу. Да, мы оба теряем индивидуальность. Эдвард
Верстрейт! Мы с вами присутствуем при историческом событии!
Рождается новое сообщество - наша семья! И отныне я уже не смогу сказать - я хочу! Я
говорю - мы хотим. А ты не можешь сказать - я решил! Ты говоришь - мы решили! А
хорошо это или плохо?
Время покажет!
Утром, когда Эдвард, как обычно, крепко спал после бурной ночи, Линда спустилась в
ресторан позавтракать вместе с Джованной и Оливером. Положив на тарелку тост, сыр и
фрукты, Линда отнесла все это на их столик и отошла за кофе. Возле сверкающих
кофейников она столкнулась с Тимоти.
- Линда! Извини за вчерашнее. Джуди очень переживает потерю ребенка... Поэтому
иногда ведет себя неадекватно.
- Я уже и забыла. Не стоит беспокоиться. - Она уже хотела отойти, но не удержалась и
добавила: Ты мне когда-то сказал, что мы едва ли встретимся в будущем из-за разницы
социального статуса.
Выходит, политологи тоже ошибаются?
- Политологи всегда ошибаются, их спасает то, что никто не помнит, о чем они раньше
говорили.
Только вредные социологи всю информацию сохраняют до поры до времени. И давно
ты с этим Эдвардом?
- Давно. Как только ты ушел.
- Быстро ты, однако, утешилась. Просто не снося башмаков.
- Что можно ответить на эту бредовую претензию? Я понимаю, тебе бы хотелось
прочесть обо мне в газете в разделе "Происшествия": "Еще одна жертва суицида из-за
несчастной любви". Это бы потешило твое мужское самолюбие, слегка опущенное
неравным браком с бывшей наркоманкой и начинающей алкоголичкой, понукающей
тобою. Но я не сделаю тебе такого подарка. Я даже благодарна тебе за твой уход. Теперь я
хоть узнала, что такое настоящий мужчина в постели и просто в повседневной жизни.
Прощай, Тимоти.
Линда с пылающими щеками пошла к своему столику. Ее руки слегка дрожали. Она
как женщина была отомщена, ткнув Тимоти носом в его дерьмо. Но как разумный человек
осталась очень собой недовольна. Она нанесла удар ниже пояса.
Била лежачего. Если раньше Тимоти чувствовал неловкость из-за своего ухода и был
для нее не опасен, теперь он имеет полное право ее ненавидеть и строить ей козни. Зачем
плодить врагов в мире, где так хрупко человеческое счастье? Всегда лучше благородно
уйти, не сказав ни слова.
Зачем ее понесло?
Вдруг она почувствовала, что кто-то подошел к ней сзади. Тимоти встал возле их
столика. Его лицо было бледным, щека дергалась.
- Какой прелестный мальчик, - произнес он сдержанно спокойным голосом. - Это твой
ребенок, Линда?
- Это наш с Эдвардом ребенок, - четко и раздельно ответила Линда. И тут же начала
говорить с Джованной, давая понять, что разговор окончен.
Тимоти отошел. Джованна испуганно посмотрела на Линду.
- Он вас так ненавидит. Что вы ему сделали?
- Это мой бывший муж.
- Святая Мария! Кто-то вам очень позавидовал! Что ему надо от вас? Или ему плохо
сейчас живется?
- Боюсь, что да.
- Будьте осторожны, мэм. Уговорите мистера Эдварда уехать отсюда пораньше. Мне не
понравилось, как он смотрел на вас и на Оливера.
Когда Линда поднималась по лестнице, отправив Джованну с малышом на лифте,
Тимоти догнал ее.
- Линда, ведь это мой ребенок? Скажи правду!
- Нет, нет и еще раз нет! Мы прожили с тобой семь лет, и я ни разу не забеременела!
- Моя жена тоже врала мне так же, как ты врешь своему красавчику. Но я же умею
считать. Линда, это судьба. Мы должны снова быть вместе. Да, я ошибся. Ты сама видишь,
как я влип. Дай мне шанс.
Я готов простить тебя за этого парня, ты, наверное, нарочно сошлась с ним, чтобы
меня уесть. Ты ведь меня любишь по-прежнему? Мы же так хорошо жили все эти годы. Я
вспоминаю это время, как потерянный рай...
- Ты болен, Тим! Ты сам не понимаешь, какую чушь ты несешь! Все кончено между
нами. Я люблю другого мужчину, и у нас с ним общий ребенок! Если ты будешь меня
преследовать, я пожалуюсь твоему шурину.
- Ах вот как?! Раз ты хочешь войну, ты ее получишь. Все вы бабы шлюхи. Не думай, что
я стану умиляться на твое семейное счастье с этим плейбоем. Я буду судиться с тобой и
отниму у тебя ребенка! Вот что я сделаю! А если даже и не отниму, ты будешь в таком
дерьме, что в жизни не отмоешься!
Линда с трудом сдержалась, чтобы его не ударить. Она вбежала в номер. Зубы у нее
стучали. Господи, но кто бы мог подумать!
Она разбудила Эдварда.
- Давай уедем отсюда! Мой бывший муж устроил мне истерику в ресторане. Ему стало
обидно, что я не одна и счастлива.
- Какого черта! Я сейчас скажу Вину, и пускай они катятся сами отсюда!
- Зачем поднимать скандал? Уедем, и больше никогда их не увидим, я надеюсь.
- Ну как хочешь. Думаю, Джуди его скоро бросит и он вообще исчезнет с нашего поля
зрения.
Попроси Джованну заказать мне завтрак в номер, а потом будем собираться.
Прошло почти два месяца, как Линда вернулась из Норвегии в Фелтон. Несмотря на
уговоры Эдварда, Линда не хотела бросать колледж, хотя бы до конца занятий.
Договорились, что Эдвард будет приезжать каждую пятницу, а уезжать в понедельник
утром.
Они по-прежнему страстно желали друг друга, и их встречи были такими бурными,
словно между ними были не дни, а месяцы разлуки. Эдвард всерьез подумывал о
политической карьере и обсуждал это со своим отцом. Казалось, ничто не могло
помешать этой счастливой жизни. А единственным предметом их споров была
предстоящая летом свадьба. Эдвард хотел что-то грандиозное, что Линда про себя
называла "белые кони под водопадом" и всячески этому сопротивлялась. Они с Биллом
облюбовали для свадебной церемонии фамильную церковь семьи Верстрейт, стоящую на
территории колледжа. С родителями Линды сэр Уильям познакомился заочно по
телефону. Но неугомонный папа Джим Хоппер прислал своему будущему свату
видеокассету. На ней они с мамой были запечатлены в собственном доме с раскрытым
фамильным альбомом в руках. Было уже решено после свадьбы пригласить сэра Уильяма
и молодых погостить в Пало-Альто.
Но однажды в понедельник днем раздался телефонный звонок. К счастью, Эдвард был
уже в Бостоне.
- Миссис Хоппер? Это говорит Бернард Дафти.
Вы меня помните? Мне кажется, у вас могут быть проблемы. Ко мне сегодня приезжал
ваш бывший муж посоветоваться. Он хочет затеять с вами судебную тяжбу. Я его
выслушал и, честно говоря, в растерянности. Вы меня слушаете?
- Да. Я только не понимаю, на чьей вы стороне?
- Я всегда на стороне закона и здравого смысла.
Просто я хорошо помню, как все было. И как Тимоти поступил с вами. Но, Линда, вы
же понимаете, если это его ребенок, вы обязаны разрешить ему с ним видеться.
- Это бред его больного воображения. Это не его ребенок! Это ребенок моего
бойфренда, с которым мы собираемся пожениться через три месяца! Объясните, зачем
Тимоти хочет этого скандала? Это укрепит его второй брак?
- Его второй брак уже ничто не укрепит. Его жена хочет с ним развестись. Наверно,
Тимоти решил как-то самоутвердиться. И потом, он уверен, что это его ребенок. Я думаю,
единственное, что можно сделать, - это сдать всем троим анализы на ДНК.
- А зачем мне-то сдавать эти анализы?
- Не вам, а вашему жениху.
- Я не хочу посвящать в эту историю своего жениха.
- Тут я вам помочь ничем не могу. Если суд решит...
- Суд? О Боже! Какая гадость! Послушайте, Бернард, неужели нельзя обойтись без
этого? Пускай он сам сдает эти чертовы анализы. Постойте, а группа крови? У нас у всех
нулевая группа крови, а у Тимоти - вторая.
- И что из этого? У меня с моим отцом тоже разные группы крови. Это определяет
только ДНК.
- Хорошо, куда надо идти сдавать эти анализы?
- Вам надо приехать в Нью-Йорк, в Кайзеровскую клинику. Какая у вас страховка?
- Кайзеровская.
- Уже легче. У Тимоти, кажется, тоже. Но эти анализы будут платные.
- Умоляю, уговорите его сдать эти анализы, не дожидаясь суда. Я.., оплачу вам все
ваши хлопоты.
- Я постараюсь. Но, если я соглашусь быть его адвокатом, я уже не смогу вам давать
никакой информации о Тимоти.
- Так не соглашайтесь! Будьте моим адвокатом. Я вас нанимаю! Я сегодня же высылаю
вам чек!
- Хорошо! Я подумаю и позвоню вам сегодня вечером или завтра.
Линда была в шоке. Все принимало какой-то фантастический оборот. Тимоти выплыл
откуда-то из небытия и во второй раз начал ломать ее жизнь.
Сама мысль о его появлении теперь вызывала у Линды ужас и отвращение.
В среду у Линды в расписании стоял библиотечный день. В четверг у нее было
назначено несколько консультаций, но она решила их перенести на следующую среду.
Линда повезла Оливера в Нью-Йорк сдавать анализы. Впрочем, наверное, их можно было
сдать и где-нибудь поближе, но лучше, чтобы об этом никто не знал. Она не стала
говорить даже Джованне об истинной цели своей поездки, сказала, что у ее подруги
важное событие и ее пригласили в гости.
Линда хотела снять номер в отеле, но Мэгги уговорила ее остановиться у них.
В среду вечером они уже сидели за столом у четы Липовски в их стильной и уютной
кухне и обсуждали ситуацию.
" - Давай я с ним поговорю по-мужски, - предлагал Кароль. - Что у вас, американцев, за
манера - бегать по судам...
- Я и не хочу суда. Это будет такой скандал. Для Эдварда особенно. У нас были планы
начать политическую карьеру. Это нам все испортит.
- Главное, чтобы это не испортило твоих отношений с Эдвардом, - авторитетно заявила
Мэгги.
...В четверг утром, сдав анализы, Линда вернулась в Фелтон. Уже оттуда позвонила
Дафти.
Тот выслушал ее и сказал:
- Знаете, Линда, мне кажется, все должно уладиться. Кажется, Тимоти помирился с
женой. Может, это его успокоит. Мне он с тех пор больше не звонил. Если что, я вам сразу
дам знать. А вы выслали мне чек, как обещали?
В пятницу поздно вечером, когда Оливер уже спал, приехал Эдвард. Он выглядел
немного уставшим. Сказал, что ужинал с каким-то своим партнером по бизнесу и не
голоден. Линда немного расстроилась, она любила ужинать с Эдвардом после его
приезда. Но сегодня Эдвард даже не остался в столовой с Линдой, а ушел в библиотеку.
Там Линда оборудовала для него кабинет, смежный с ее кабинетом.
Обеспокоенная Линда сразу потеряла аппетит.
Она вошла в библиотеку. Эдвард сидел на диване и листал какой-то журнал.
- Эдди, ты не заболел? - спросила Линда.
- Читать мужской журнал - это уже диагноз? усмехнулся Эдвард. - Тут иногда пишут
довольно интересные вещи. Про женщин, например.
- Что знают о нас эти мужские шовинисты?
Лучше спроси у меня.
Эдвард со странной задумчивостью посмотрел на Линду.
- Хорошо, спрошу. Зачем ты ездила в Нью-Йорк?
- Встретиться с Мэгги... - Линда почувствовала, что краснеет.
- А зачем брала Оливера?
- Показать, как он вырос.
- И для этого даже отменила консультации?
Ты же очень дорожишь своей работой. Мы из-за этого даже видимся не каждый день.
Что такое случилось в Нью-Йорке, что ты сорвалась туда как ошпаренная?
- Это что, допрос с пристрастием? Если женщина едет на любовное свидание, она не
берет с собой ребенка. Я вот не пытаю тебя, почему ты ужинал в ресторане, а не со мной.
Мне даже в голову не приходит подозревать в этом какой-то злой умысел.
- Иногда случаются такие свидания, на которые необходимо брать с собой ребенка.
Для встречи с его родным отцом, например...
У Линды похолодело все внутри, а ноги стали как ватные.
- С каким отцом? Я ночевала у Мэгги, можешь позвонить ей... Хорошо, мы с Оливером
ездили в больницу, сдавать анализы. Я не хотела сдавать их в Шервуде из-за Бекки
Рубинштейн. Чтобы не было лишних разговоров...
- Можно было бы поехать в Бостон. Это на четыре часа ближе. И переночевать у нас
дома. А кстати, что за анализы вы сдавали? И почему я об этом ничего не знаю? И почему
ты сейчас продолжаешь мне врать?
Линда молчала. Она никак не могла собраться с мыслями. Голос у Эдварда был как из
стали, а взгляд чужой и жесткий. Она никогда его таким еще не видела.
- Что тебя интересует? - спросила она, тихо. Я не хотела рассказывать тебе весь этот
бред сумасшедшего. Тимоти увидел в Яйло Оливера и вообразил, что это его сын. Это
полная ахинея. Этого не может быть. Я знаю на сто, на двести процентов.
Он начал плести какую-то чушь. Говорил, что хочет уйти от жены, что ошибся и
жалеет о разводе. Я еле от него отделалась. Я решила, что он просто из-за нервного
расстройства так говорит. - Линда перевела дыхание.
Эдвард молча сидел и слушал Линду. Он даже не смотрел на нее, словно думал о чемто
другом.
- И вдруг мне в понедельник звонит знакомый адвокат. Он занимался когда-то нашим
разводом. И говорит, что Тимоти собирается подать на меня в суд из-за ребенка. Я
пришла в ужас. И мы договорились, что просто сдадим анализы и определим все без суда.
Я уверена была, что ничего не подтвердится, это полный бред. Мы сдали кровь, то есть у
Оливера взяли. А потом я узнаю у этого Дафти, что Тим исчез куда-то и, скорее всего, все
высосанное из пальца дело сойдет на нет. Как я и думала. Ну вот и все. Зачем надо было
все это рассказывать, когда и так ясно, что ничего нет.
Эдвард усмехнулся.
- Значит, ты решила все это дело провернуть, не сообщив мне? Но, скажи мне, моя
милая и любимая, почему твоему бывшему мужу вообще пришла в голову эта бредовая
идея? У него наверно были какие-то основания так считать? Наверно, ты дала ему повод
так думать? Ты спала с ним после нашей встречи?
- Послушай, не смей говорить со мной в таком тоне! Я ни в чем не виновата! Я не спала
с ним после тебя! Я ни с кем не спала после тебя! Я спала с ним до тебя... Тогда он был
еще мой муж и я тебя не знала! А потом я поехала в Париж, чтобы не свихнуться от всей
этой истории, и встретила тебя!
- И какой отрезок времени был между этими трахами? Сутки или чуть больше?
Неделя? Как быстро ты умеешь утешаться, однако!
- Ты.., ты говоришь, как он... Вы оба подонки!
Я могла бы поклясться на Библии, что Оливер твой сын. Но я не буду тебе ничего
доказывать. Моя вина только в том, что я не хотела сообщать тебе все эти бредовые идеи
моего психованного бывшего мужа.
Я хотела разрулить эту дебильную ситуацию сама, не вдаваясь с тобой в ненужные
подробности.
- Эти ненужные подробности мне сообщили другие. Мне позвонила пьяная Джуди и
стала орать, что Тимоти хочет от нее уйти обратно к тебе, что у вас общий ребенок. Ну и
так далее. Не буду повторять все ее слова. Сегодня вечером я ужинал с Вином. И он у меня
допытывался, что я знаю. Я же ничего не знаю, как выяснилось. Торн безумно боится, что
его сестра опять останется одна и начнется эта свистопляска с рокерами, рок-певцами,
наркотиками... К своему зятю он уже привык, его все в нем устраивает, а кто придет на
смену - неизвестно. Да и кому охота отдавать энное количество миллионов на развод
чужому дяде? Торну глубоко наплевать на тебя и меня, его волнует только одно - нет ли
угрозы его покою и, извините за выражение, семейному счастью его сестры. Но я во всей
этой истории выгляжу как последний идиот.
И мне это очень не нравится.
- Скажи, что тебя больше всего в этом уязвило? Что тебя волнует?
- Да все, черт возьми. Я не могу тебе доверять, Бланш. Я вляпался с тобой в дерьмо, а у
меня не было еще подобного опыта. Я опять повторяю - мне все это очень не нравится.
Я.., не знаю, как жить с этим дальше. Прости, боюсь, что у нас ничего не выйдет.
- Мы все рано или поздно хоть один раз, но вляпываемся в дерьмо. Нет человека, кто не
пережил бы этот печальный опыт. Но у дерьма есть одна особенность - его всегда можно
отмыть. В отличие от крови. Я тебя не задерживаю, Эдвард. Ты свободен. - Линда сняла
кольцо и бросила его Эдварду на колени. Повернулась и пошла в спальню.
.Это была ужасная ночь. Линда не шевелясь сидела на кровати, тупо глядя перед собой.
Она все надеялась, что Эдвард войдет к ней и они помирятся. Она глотала слезы, но это
были сухие слезы боли, а не жаркие слезы облегчения. За окном стало светать. Линда
прилегла на неразобранную кровать и задремала. Сквозь сон она слышала, как отъехала
машина. Она сорвалась с постели к окну. Перед ней вдалеке мелькнул серебристый бок
"порше" и тут же скрылся из виду. Она побежала в библиотеку. Там никого не было.
Только на диване валялся журнал. Линда машинально пролистала страницы. Одна из
статей называлась: "Почему они нас обманывают? Двенадцать испытанных способов
вывести женщину на чистую воду". Линда в ярости швырнула журнал в угол. Потом упала
на диван и зарыдала.
Суббота прошла в непрерывных слезах и часовых разговорах с Джованной. В
воскресенье позвонил сэр Уильям и спросил, ждать ли их к обеду.
Линда сказала, что нет, и повесила трубку, не в силах продолжать разговор. Прошла
еще одна неделя молчания. В один из дней Линда поняла, что она не может идти в
колледж. Собственно, лекции уже кончились, оставались зачеты. Линда позвонила
старосте ее группы и попросила зайти к ней домой с ведомостью. Она выставила всем
подряд зачет.
Написала заявление-просьбу на имя ректора о позволении досрочно завершить курс.
Попросила Джованну отнести это заявление через несколько дней сэру Уильямсу.
Джованна пыталась ее остановить, но Линда ничего не слушала. Она решила уехать - дома
оставаться было невыносимо. Все здесь напоминало ей о недавнем счастье, планах на
будущее, безумном сексе, любви, нежности... По дому были разбросаны вещи Эдварда. В
ванной пахло его одеколоном и гелем для душа. Постель хранила запах его тела. Линда
боялась сойти с ума. Она взяла Оливера, Батлера, погрузила на машину вещи и поехала к
тете Лин в Виргинию.
Путь был неблизкий - Бостон, Нью-Йорк, Филадельфия, Вашингтон, а там еще
несколько миль на юг. Где-то там, у тетки на ферме, росли вишни, наливались яблоки,
созревала клубника. Линда решила провести у тетки все лето, зализывая свои сердечные
раны. А осенью надо будет опять искать себе новую работу. Ну ничего, она выдержит, она
сильная женщина. От этих мыслей Линда зарыдала в голос. Оливер испуганно посмотрел
на нее и тоже заплакал. Батлер жалобно заскулил.
После Бостона плакать вдруг расхотелось. Огибая город по скоростной автотрассе,
Линда боролась с соблазном свернуть к Эдварду. Но гордость взяла верх. Он даже не
вспомнил об Оливере, какой-то подонок сказал заведомую ложь, и этого оказалось
достаточно. Достаточно, чтобы все перечеркнуть.
В Нью-Йорке решено было сделать остановку.
На этот раз Линда сняла номер в отеле. У Коры полным ходом шло приготовление к
свадьбе. Рассказ Линды поверг всех в изумление. Мэгги ругала ее за невыдержанность.
Кора, наоборот, винила во всем Эдварда. Айк и Кароль считали, что разбираться надо с
Тимоти.
- Так я что-то не пойму, он-то сделал этот гребаный анализ? - вдруг спросил Айк. - И
почему он вдруг так резко все свернул?
- Мне Дафти сказал, что сделал, - сквозь слезы сказала Линда. - Ну какое это теперь
имеет значение?
- Мне кажется, самое неприятное для мужчины думать, что это не его ребенок, -
заметил Кароль. - А все остальное ерунда. Нужны доказательства. Надо этот анализ
найти.
- Мне его никто не выдаст. Только по решению суда.
- Где он его сдавал?
- В Кайзеровском центре.
Айк отозвал Кароля в другую комнату.
- Слушай, надо помочь девчонке, как ты думаешь?
- Я готов, но чем и как?
- Есть одна идея. Пройдусь-ка я по старым связям.
На следующий день, проводив Линду в путь, Айк и Кароль поехали в Гарлем.
- Слушай, а нас тут не убьют? - с опаской спросил Кароль.
- Со мной нет, у меня славное боевое прошлое.
Я в шестнадцать лет был грозой этого района. Так, незаметно заходим, тут темно, ноги
не сломай.
Они прошли по коридору, постучали в железную дверь. Им открыл худой черный
парень с полосатой банданой на всклокоченной голове.
В комнате был невообразимый беспорядок. Каролю показалось, что сюда высыпали
содержимое всех мусорных баков, стоящих на улице.
Они боком прошли вдоль сломанной мебели и протиснулись в маленькую комнатку,
всю заставленную аппаратурой. Перед ошарашенным Каролем синел космической
бесконечностью новейший монитор последней модели. Лохматый парень сел перед
экраном, засунул в рот жвачку и выжидательно посмотрел на Айка.
- Нужен Кайзеровский госпиталь. Данные лаборатории. Анализ на ДНК Тимоти
Раймона.
- Мелко вы, ребята, плаваете. Я думал, вам Пентагон нужен. Двести баксов на стол - и
все дела.
- Ты говорил - сто.
- Вас же двое...
- Анализ-то одного человека...
- Айк, не надо, я дам ему денег.
- Ты молчи, парень. , - Что мелочишься, братишка? Он же сказал, что денег даст.
- Делай свое дело, Бу. Бери сто, а остальные по результату.
- Так, идем, идем... Это просто задание для детского сада. Раймон? Есть такой. Ой,
братишки, это прикольно. А анализ спермы вам не нужен?
- А что там?
- А там полный облом. У вашего клиента сперматозоиды очень медленно бегают,
просто еле ползают. Короче, папашей ему быть в этой жизни не светит. Распечатать? За
распечатку беру за каждый лист по десять баксов.
- Это почему?
- Бумага дорогая.
- Печатай на дешевой.
- Нельзя, это усугубляет амортизацию компьютера.
- Только
...Закладка в соц.сетях
