Жанр: Любовные романы
Похитительница снов
...е ухаживание! - съязвил Найджел. - Так ты
в самом деле хочешь стать трактирщиком? Неужели мне придется лишиться
лучшего слуги, да к тому же и на редкость дерзкого, чего уж греха таить?
- Да, у нее под юбками найдется чем поживиться, - заявил Уильям, держа
камзол на вытянутых руках и хмуро разглядывая пятна, так и не исчезнувшие
после чистки. - Сказать по правде, я еще не проверял, Найдж. Когда миссис
Доркинс увидела, что силы у меня хоть отбавляй, я для нее стал чем-то вроде
тех машин, которые десять работников заменяют. Ну и пошла подлизываться:
мистер Стаббс - то да мистер Стаббс - это. Думает, Уилл Стаббс будет плясать
под ее дудку, коли она сделает из него второго мистера Доркинса - а может,
таких мистеров у нее уже с десяток перебывало. Да она любого нормального
парня до смерти заездит - что своим языком болтливым, что своими юбками
необъятными.
- Что ж, остается только порадоваться, что ты у нас ненормальный, Уилл. А
она знакома с твоими верительными грамотами?
- С моими - что?
- Ну, с твоим прошлым, - пояснил Найджел.
- А вот это миссис Доркинс не касается, парень! - отрезал Уильям. - Если
только я не решу сделать ее первой миссис Стаббс. А я ни о чем таком и
думать не думаю.
Найджел усмехнулся:
- М-да.., мы с тобой на верном пути к семейному благополучию, Уилл. Еще
немного - и заживем как в раю. Кто бы мог предсказать, что все так сложится,
когда мы впервые встретились?
- Было время, я бы много чего отдал, чтобы только увидеть, как ты
валяешься у меня в ногах и молишь о пощаде, - охотно подхватил Уилл,
встряхнув камзол. - Мне для счастья ничего больше и не надо было. Как бы я
радовался, если бы тебя удалось сломить, да не без моей помощи! Я-то думал,
долго этого ждать не придется.
- А я мечтал о том, чтобы вы все - а в особенности ты, Уилл, - поняли,
что сломить меня невозможно. Я уже и с жизнью распрощался. Но перед смертью
мне хотелось доказать вам, что меня так просто не возьмешь.
- Да, старина Стаббс - упрямый малый, - промолвил Уильям, бросив на
хозяина смущенный взгляд. - Немало времени прошло, пока я сдался. Чем
сильнее ты сопротивлялся, тем упорнее я старался тебя сломить и всех
настроил против тебя, Найдж. И остался ты без друзей, с одними врагами, а я
был самый жестокий из них. Ума не приложу, как тебе удалось выстоять?..
- Клянусь, Уилл, ты тоже оказался крепким орешком - я ведь постоянно
раздражал тебя своим присутствием. Но в конце концов я обрел друга -
настоящего друга, который раньше был самым злейшим моим врагом.
Уильям погрозил ему пальцем:
- Ты, Найдж, лучше забудь про семейные радости. Малышка на тебя ох как
обижена! И не надейся, что, раз вы с ней неплохо недавно позабавились, она
простит тебе все, что ты ей сделал. Ты должен порядком потрудиться, чтобы
она тебе снова поверила, и не только у нее под юбкой, Найдж, хотя ты парень
не промах, да и орудие у тебя что надо.
- Благодарствую, черт побери! - холодно отрезал Найджел. - Без тебя я бы
ни за что об этом не догадался, Уилл. Ты настоящий знаток женской души.
- Этот зануда опять вернулся, - неожиданно сообщил Уильям.
Найджел вскинул брови:
- Хэвлок?
- Да нет, тот, что помоложе. Ну, тот, у кого целых два имени - видать, он
такой серый да неприметный, что его никто и не запомнит, будь у него всего
одно.
- Барр-Хэмптон? - догадался Найджел. - Он здесь?
- В маленьком домике, под холмом. Найджел улыбнулся:
- Ну наконец-то, клянусь Иовом! Одна юная леди, Уилл, очень обрадуется
его приезду. Уж она-то не считает его занудой, поверь мне.
- Он прислал записку твоей малышке, - продолжал Уильям. - Он ее уже
как-то просил выйти за него, да и вся их родня была за него. Ты бы получше
присматривал за ним, Найдж.
- Он ее родственник. Ничего удивительного, что ему захотелось повидать
Кассандру. Да, Барр-Хэмптон просил ее руки, но она отказала ему, Уилл, и
вышла замуж за меня.
- Так это было, когда она на тебя молилась, словно на каменного идола,
Найдж! - усмехнулся Уилл. - А теперь даже такой зануда, как этот сквайр, ей
милее, чем ты. Так что гляди в оба, парень. Малышка уже побежала к нему.
Найджел надменно вскинул бровь.
- Когда она вернулась от тебя, у нее так щечки и пылали, - доложил
Уильям. - А минут пять спустя, как только горничная передала ей письмо,
малышка понеслась туда со всех ног - только пятки засверкали.
- Ну конечно, - промолвил Найджел, закончив расчесывать волосы и
перевязав их лентой - напудрит он их позже, перед тем как поедет вечером в
гости вместе с Кассандрой. - Барр-Хэмптон приходится графине кузеном, Уилл.
Он ей почти как брат. Вполне понятно, что миледи приятно с ним увидеться.
"Но так скоро - сразу же после трудного подъема по каменистой тропинке? -
подумал Найджел, выходя из гардеробной. - После плавания в водоеме.., и
страстной близости? И перед вечеринкой, к которой надо успеть переодеться?
Но ведь на празднике наверняка будут и Барр-Хэмптон, и леди Матильда с
Пейшенс. Неужели Кассандре так не терпится их повидать, что она не может
подождать до вечера?
Возможно, в этом письме он сообщает Кассандре о своей помолвке с Пейшенс?
Да, эта новость, несомненно, обрадовала Кассандру. Но мчаться во весь дух к
домику под холмом только потому, что приехал Барр-Хэмптон? Как это
объяснить?"
Освободившись от странных мыслей, одолевавших его после близости с
Кассандрой, Найджел решил, что у него появилась надежда на будущее. Она
наконец-то уступила ему - он даже не успел спросить ее, как Кассандра уже
ответила "да". И желала этого так же, как и он. И, подобно ему, испытала
высшее блаженство.
Итак, Кассандра призналась в том, что хочет его. И то удовольствие,
которое она получила от близости с ним, убеждало, что желание сильнее ее.
Это первый шаг на пути к миру и благополучию семейной жизни - и зачатию
наследника.
Не нуждаясь в пророчествах Уилла, Найджел сам понимал, что вряд ли ему
стоит верить в счастливое будущее. Но у него появилась надежда на
возобновление супружеских отношений с Кассандрой.
А теперь он снова не находил себе места от тревоги.
Может, она побежала в коттедж, чтобы во всем открыться Барр-Хэмптону? Ей
так одиноко без него, несмотря на присутствие тетушек и кузины? А что, если
случившееся сегодня вызвало у Кассандры отвращение и ужас? Неужели письмо
Барр-Хэмптона имеет для нее такое значение?
Странно, но Найджел был почти уверен, что она никому ничего не
рассказывала - даже самым близким родственникам. Конечно, правда и так скоро
выплывет наружу. Он сам только вчера поведал обо всем кедлстонскому
управляющему. Но Кассандра не хотела никого посвящать в эту тайну.
Сочувствие родных неминуемо повлекло бы за собой жалость, а возможно, и
осуждение: ведь она так быстро и опрометчиво приняла его предложение, не
посоветовавшись ни с кем!
Но не сделай этого Кассандра, она попала бы в зависимость от Хэвлока.
Что ж, возможно, сейчас она уже выкладывает все свои горести
Барр-Хэмптону. Наверное, его надежды преждевременны. Их встреча у водопада
только ухудшила положение.
Решив не поддаваться первому порыву, Найджел не отправился в коттедж
вслед за женой, а остался дома.
Выйдя из кареты, Робин Барр-Хэмптон тотчас же понял, как хорошо снова
вернуться в Кедлстон после долгой разлуки, да еще июльским солнечным днем!
Всю дорогу из Лондона он втайне страшился предстоящей встречи. Как ему
хотелось оказаться у себя дома, погрузиться в работу и забыть о том, что
произошло за этот месяц.
К несчастью, Робин не мог так поступить, даже если и хотел. С ранних лет
семья его отчима стала для него родной. Он любил своих родственников и
чувствовал себя в ответе за них.
И вместе с тем он боялся возвращаться сюда.
Робин увидел, что в цветочном саду кто-то гуляет. Это при любых
обстоятельствах обрадовало бы его. Но для человека, который три недели
провел в ненавистном ему городе, эта картина была поистине целительной для
глаз - воплощенная естественность и красота. Робин увидел Пейшенс с
корзинкой цветов в руках, в простом платье без кринолина и в скромной
соломенной шляпке. Пейшенс, хрупкую и грациозную, так отличавшуюся от
пышных, напомаженных лондонских великосветских красавиц, обвешанных
бриллиантами.
Робин, уставший от утомительной дороги и долгих недель, проведенных в
Лондоне, почувствовал себя как дома.
Пейшенс заметила его. Сперва она в изумлении уставилась на Робина, затем
сделала несколько торопливых шагов ему навстречу и снова остановилась как
вкопанная. Наконец, выронив из рук корзинку, девушка подхватила юбки и
бросилась к нему - настоящий сорванец, как Робин когда-то в детстве дразнил
ее. Только вот внешне она ничуть не напоминала ту озорную девочку. В ней ему
почудилось что-то до боли родное и знакомое, домашнее.
Ее лицо выражало удивление и радость. Она вся сияла от счастья!
Подбежав к нему совсем близко, Пейшенс замедлила шаг, но тут Робин сам
поддался непонятному порыву и раскрыл ей объятия. Она повисла у него на шее,
а он обхватил ее за талию и закружил, прижимая к себе так крепко, словно
хотел навсегда сохранить в сердце этот кусочек родного дома.
Наконец Робин опустил девушку на землю и нежно чмокнул в щеку, внезапно
вспомнив о том, что воспитанный джентльмен, приветствуя леди (пусть даже и
близкую родственницу), целует у нее только ручку.
Пейшенс вспыхнула до корней волос.
- Роб, - воскликнула она, - что ты здесь делаешь?! - Глаза ее сверкали,
голос чуть-чуть дрожал.
- Черт возьми, как я рад видеть тебя, Пейшенс! - Робин просунул палец под
шейный платок, ослабляя узел. - Где тетя Матильда?
Девушка покраснела еще больше.
- А зачем тебе мама? - спросила она. Сияющий огонь ее глаз, казалось,
сейчас перекинется и на него. - И почему ты так скоро вернулся?
Робин рассмеялся, неожиданно смутившись:
- Что? Разве ты не рада мне, кузина?
- Рада, - ответила она улыбаясь. - Конечно, рада! Я всегда тебе рада.
Роб. Зачем ты приехал?
- Мне надо повидать Касс. Она, часом, не у вас? Пейшенс не сразу ответила
ему. Он смотрел на нее, зачарованный и вместе с тем встревоженный
происшедшей в ней переменой. Свет в ее глазах постепенно потух, и вот она
уже снова его маленькая кузина Пейшенс. Сейчас Робин вдруг понял, что она
выглядит как взрослая женщина. Она.., почти красавица.
- Нет, - ответила Пейшенс. - И мамы тоже нет. Она пошла в гости к тете
Би. А я осталась дома. Заходи же, Роб!.. Сегодня так жарко. Тебе, наверное,
хочется освежиться с дороги. А почему ты решил сразу увидеться с Касс?
- Я должен уведомить ее о своем приезде. Будь добра, принеси мне бумагу и
перо.
- Не забывай, что с ней сейчас лорд Роксли, - тихо сказала Пейшенс.
Черт побери! Забудешь о нем, как же! Робина снова охватили гнев, страх,
отчаяние, которые преследовали его во время путешествия из Лондона в
Кедлстон. Роксли сейчас вместе с Касс. Он ее муж.
Надо немедленно поговорить с ней.
- Кто из слуг у вас самый проворный? - спросил Робин. - Пришли его ко
мне, Пейшенс, пока я закончу письмо. Я должен увидеться с Касс как можно
скорее. И без Роксли. Он не должен знать о моем приезде.
Робин заметил, что Пейшенс внезапно побелела и плотно сжала губы. Она
проводила его в утреннюю комнату, где стоял секретер с письменными
принадлежностями.
- Лучше бы ты не приезжал! - вдруг вырвалось у нее. - Я-то думала, что ты
приехал совсем по другой причине. Какая же я дура!
И Пейшенс выбежала из комнаты, прежде чем он успел сказать хоть слово.
"Надо как-то объяснить свой приезд тетушкам и Пейшенс, - подумал Робин,
садясь за стол. - Пейшенс ни о чем не догадывается - видимо, Касс ничего ей
не сказала. Вряд ли возможно сохранить это в тайне - да и надо ли? Мы
обсудим это с Касс".
Только бы она была дома - одна.
Только бы она поскорее пришла сюда!
Робин обмакнул перо в чернила и принялся за письмо.
- Ну что? - нетерпеливо выпалила Кассандра и впилась глазами в Робина.
По счастью, они встретились в саду и их никто не слышал. Он как раз
выходил вместе с Пейшенс, когда увидел, как Кассандра спускается с холма.
Пейшенс не стала дожидаться, пока кузина приблизится к ним, и убежала в дом.
Кассандре хотелось, чтобы у Робина были или хорошие новости, или вообще
никаких. "Удивительно, что он приехал именно сегодня! - думала она по дороге
к коттеджу. - Зачем он приехал? Вдруг привез плохие известия?"
По его убитому виду и по тому, как поспешно Робин отвел глаза, она
поняла, что новости у него именно плохие.
- Ну?
- Ничего хорошего. Касс, - удрученно пробормотал Робин. - С чего мне
начать?
- С худшего. Что тебе удалось разузнать? Робин побледнел и потупил взор.
- Виконт был осужден за преступление, - бесстрастно начал Робин, словно
повторяя заученные фразы и не желая задумываться над ними. - Его отправили
на каторжные работы на семь лет - в американские колонии. Он вернулся два
года назад.
Странно, но Кассандра совсем не удивилась, услышав это. Она знала!
Конечно, знала. Достаточно вспомнить шрамы у него на спине. И шрам на
лодыжке, замеченный ею только сегодня, - это след от железного кольца, к
которому была прикреплена цепь. Ее мужа обвинили в преступлении девять лет
назад, заковали в кандалы и погрузили на корабль, направлявшийся в
американские колонии. Там он семь лет отбывал наказание на каторжных
работах. Найджел выжил каким-то чудом и вернулся в Англию. Чтобы отомстить.
- В чем его обвиняли? - спросила Кассандра.
- В воровстве. Он жульничал, играя в карты, и обкрадывал джентльменов,
которые наблюдали за игрой, но не принимали в ней участия. Их вещи были
найдены в его комнате вместе с крапленой колодой. Ему еще повезло, что его
не вздернули на виселице за такие дела. Хотя для тебя это не утешение.
Кассандра опустила глаза:
- Кого он обманул? Я имею в виду игру в карты. Кто стал жертвой его
мошенничества?
Она знала ответ. Молчание Робина только подтверждало ее догадки. Его
слова прозвучали для нее как удар грома:
- Уортинга. Твоего отца, Касс.
У Кассандры вырвался стон: она вспомнила, как Найджел вынырнул прямо
перед ней, когда они вместе плавали в водоеме, как она рассмеялась от
неожиданности. Как она была счастлива! Как хотела быть вместе с ним - что
она чувствовала влечение, нельзя отрицать. И все это произошло пару часов
назад.
- А в прошлом году? - спросила она. - Когда он играл с папой?
- Как я ни старался, мне не удалось найти подтверждение тому, что виконт
жульничал, - ответил Робин. - Осмелюсь предположить, и тут не обошлось без
мошенничества с его стороны. При этой игре, кроме Уортинга, не присутствовал
ни один из тех джентльменов, которые были свидетелями их поединка восемь лет
назад. И если кто и видел, что Роксли жульничает, то промолчал. Вместе с
виконтом там было полдюжины негодяев, которых и джентльменами-то не
назовешь. Думаю, именно поэтому все и не желают говорить на эту тему.
- Держу пари, мистер Стаббс тоже был там, - пробормотала Кассандра.
- Что ты сказала?
- Ничего. Итак, меня обманом лишили поместья и свободы. - Она до сих пор
остро помнила, как он вошел в нее - твердый, длинный, гладкий, - как
оседлала Найджела, повинуясь его просьбе. Ее тело не забыло ни его ласк, ни
трепета наслаждения.
- Если бы только нам удалось раздобыть доказательства того, что виконт
играл нечестно, Касс, на этот раз его бы непременно повесили.
Кассандра вздрогнула.
- Я вернусь в Лондон и допрошу всех очевидцев одного за другим, пока не
найдется хотя бы один, кто не побоится сказать правду в магистрате. Я
освобожу тебя, Касс. И Кедлстон снова будет принадлежать тебе. Но сейчас мне
страшно - ведь тебе предстоит жить с ним!
Она нервно сглотнула.
- Поедем со мной в Уиллоу-Холл, - предложил Робин. - Сегодня, сейчас. У
отчима тебе ничто не угрожает.
- Я его жена, Роб. Его собственность. Он приедет и заберет меня, и никто
не вправе ему помешать.
- Тогда я убью его, - со спокойной решимостью заявил Робин.
- Нет. - Кассандра покачала головой. - Ты выполнил то, о чем я тебя
просила, Роб, и я благодарна тебе от всего сердца. Я знаю, для тебя это было
нелегко. Но я не хочу, чтобы ты продолжал поиски свидетелей. Ни ты, ни дядя
Сайрус. Остальное - мое личное дело. Он мой муж. Я сама решу, как мне
поступать.
- Но как? Ты ведь женщина, Касс. Тебе нужен мужчина, защитник!
- У меня уже есть один защитник. - Она горько усмехнулась. - Ступай к
Пейшенс, Роб. Скажи ей, что привез письмо, которое просили вручить мне
лично. Какое-нибудь свадебное поздравление. Придумай что-нибудь. Будь весел.
Радуйся возможности погостить здесь еще несколько дней. Приезжай сегодня на
вечеринку, которую устраивают в деревне. Непременно потанцуй с Пейшенс. Она
будет просто счастлива! Но никому ни слова о том, что ты мне поведал. Он мой
муж. Никто не должен узнать, что я замужем за вором, осужденным на каторжные
работы и отбывшем семь лет наказания. - Все поплыло у нее перед глазами, но
Кассандра овладела собой: нельзя, чтобы Робин жалел ее.
- Я боюсь за тебя, - повторил он.
- Не бойся. Он не сделает мне ничего дурного, Роб. Я его главный приз,
его победа, венец его замыслов. Если я рожу ему сына, будущего графа
Уортинга, это будет его окончательный триумф. А до этого я должна быть в
добром здравии. Так что не беспокойся - я в безопасности.
Робин мрачно взглянул на нее.
- Иди же, - сказала Кассандра. - Отыщи Пейшенс. Извинись за меня перед
ней. Скажи, что я ни на минуту не могу расстаться со своим дорогим
Найджелом. Она поверит тебе. Пейшенс обожает его - почти так же, как тебя.
Ступай.
Бросив на нее прощальный взгляд, Робин молча пошел к дому.
Кассандра ощутила странное спокойствие, безразличие. Она боялась
возвращения Робина. Но он не сказал ей ничего нового - обо всем этом
Кассандра догадывалась и сама, кроме разве что каторги. Об этом она подумала
только час или два назад, заметив шрам у него на ноге.
Найджел, должно быть, втайне смеялся над ней, когда удовлетворял свои
плотские желания, а она задыхалась от страсти и наслаждения.
О, как она его ненавидит!
Ее просто мутит от ненависти.
Кассандра медленно, но решительно направилась вверх по склону холма к
липовой аллее.
Глава 18
"Моя жена сегодня прелестна, как никогда!" - восхищенно отметил про себя
Найджел. Они собирались на вечеринку, которая устраивалась в верхних
комнатах деревенской гостиницы. Хотя это был не официальный бал, как в день
рождения Кассандры, а всего лишь деревенский праздник, на ней было платье
бледно-голубых тонов с огромным кринолином. Волосы ее были завиты и
напудрены. Возле рта Кассандра приклеила мушку - в том же месте, что и в
день рождения.
Словом, вся она лучилась и сияла, жизнерадостная и довольная.
Найджел сел напротив жены в карете, чтобы не помять ее юбки и свой
праздничный камзол с серебряной вышивкой. Перед отъездом они пообедали с
леди Беатрис. После свидания у водоема ему никак не удавалось остаться с
Кассандрой наедине. И сейчас, глядя на жену в полумраке кареты, Найджел
раздевал ее глазами и представлял обнаженной в свете солнечного дня. А
вместо ее беспечно-веселого взгляда видел томный и страстный.
И все же при воспоминании о прошедшем дне ему становилось не по себе.
Кассандра почувствовала, что он смотрит на нее, и встретилась с ним
взглядом.
- Ты была у себя в комнате? - спросил Найджел. - После обеда я не видел
тебя.
- Да, - ответила она. - Я спала.
Ага, вот Кассандра и солгала! Это на нее не похоже: раньше она всегда
говорила только чистую правду.
- Немудрено, - согласился Найджел. - Ты, наверное, очень устала: сначала
подъем на скалу, потом плавание и.., обратный путь вверх по холму.
- Да, - обронила она.
- И вдобавок плотские утехи.
- Да. - Кассандра поспешно отвела взгляд, вновь прикрылась маской
беззаботного веселья (это была именно маска, теперь Найджел это понял) и
начала обмахиваться веером. - Ах как душно! А днем жара стояла просто
невыносимая. Впрочем, не важно. Я все равно буду танцевать. Я не танцевала
со дня своего совершеннолетия.
"Почему вернулся Барр-Хэмптон? Из-за Пейшенс? Вряд ли, - подумал Найджел.
- Этот джентльмен не из породы романтиков".
- Хорошо, в таком случае будем танцевать, миледи. Первый танец за мной и
по крайней мере еще один.
"Почему она стремглав понеслась в коттедж, едва получила записку
Барр-Хэмптона? Почему ничего не сказала об этом мне? Почему солгала, а не
призналась прямо, что была у тетушек?"
- Мы с вами женаты, милорд. - Кассандра ослепительно улыбнулась. - А
супруги не танцуют вместе. Это не принято.
- Потому что каждую ночь они исполняют более раскованный танец? -
небрежно поинтересовался он.
Веер замер в руках Кассандры, и ее глаза, широко раскрытые от изумления,
остановились на его лице.
- Про нас-то этого не скажешь, - мягко заметил Найджел. - Впрочем, вполне
возможно, что твои сегодняшние действия я могу расценивать как приглашение
вернуться в твою постель и возобновить танец?
- Нет! - поспешно, но твердо ответила она. - То, что произошло сегодня,
было ошибкой с моей стороны.
- Милым недоразумением, миледи, - уточнил Найджел. - В таком случае мы с
вами потанцуем, и не раз, на вечеринке.
- Да, милорд, - неохотно согласилась Кассандра и снова одарила его
лучезарной улыбкой.
"Она стала совсем другой, - подумал Найджел, когда карета остановилась и
они ждали, пока кучер откроет дверь и спустит ступеньки. - Всего месяц назад
в Кассандре не было ничего искусственного и притворного. Ее искренность и
жизнерадостность очаровывали"
А сегодня она выглядела еще счастливее, чем обычно. Кассандра приветливо
улыбнулась всем, когда Найджел помог ей выйти из кареты. Во двор гостиницы
высыпали ребятишки - поглазеть на необычное зрелище. Взрослые почтительно
держались чуть в отдалении, но тоже во все глаза смотрели на Кассандру,
настоящую счастливую новобрачную, сияющую и переполненную любовью.
"Наверное, - размышлял Найджел, - только я знаю о том, что ее веселость
не более чем маска. Наивная, искренняя жизнерадостность, которой она дарила
родных, гостей и поклонников на балу в честь своего совершеннолетия, исчезла
без следа. И виноват в этом я".
Виконт не знал, удастся ли ему когда-нибудь снова увидеть жену
по-настоящему счастливой.
"Но почему я чувствую себя виноватым? Ведь в отношении Кассандры я
проявил скорее доброту, чем жестокость. А что касается утраты невинности и
наивности - такова жизнь. Это неизбежно, когда человек взрослеет".
Найджел сунул руку в карман, достал оттуда пригоршню монет и кинул их
детворе. Глядя, как они бросились подбирать деньги, его жена весело
рассмеялась.
Кучера и другие слуги окрестных помещике", приехавших на праздник,
развлекались не меньше, если не больше, чем их хозяева. В трактире было
вдоволь еды и выпивки, да и компания подобралась подходящая. Так что
скоротать время не составляло труда. Деревенские праздники пользовались у
них большой популярностью, поскольку они успевали пропустить не один
стаканчик, пока благородные господа веселились наверху в куда более
респектабельных комнатах.
Уильям Стаббс не поехал со своим хозяином, но по обыкновению почтил своим
присутствием трактир. Ему нравилось бывать здесь, не спеша потягивать эль и
болтать с посетителями. И впервые в жизни ему строила глазки порядочная
женщина - полногрудая и не лишенная приятности. Ее пышущая здоровьем плоть
обещала куда больше удовольствия, чем ему довелось познать в объятиях
лондонских шлюх. Кроме того, перед ним замаячила перспектива безбедной и
вполне достойной жизни, хотя трактирщица пока не делала на это никаких
намеков. Но Уилл Стаббс сразу понял, что его пытаются охмурить.
Вот только не ясно, во сколько она оценит свое благодеяние.
Уилл заметил кучера Робина Барр-Хэмптона. По тому оттенку, который
приобрел его нос, не составляло труда догадаться, что он пропустил уже не
одну кружку эля за этот вечер. Уильям протиснулся к нему и хлопнул приятеля
по плечу. Он считал, что имеет право на подобную фамильярность, поскольку
слуги стояли выше кучеров на общественной лестнице. Уильям втайне гордился
тем, что он камердинер.
- Еще кружку для моего друга, миссис! - рявкнул Уилл, обращаясь к миссис
Доркинс. Шум и гам в трактире были перекрыты его ревом. - И мне тоже кружку.
- Минуту спустя худая рябая служанка, всегда смотревшая на него с
неподдельным ужасом, принесла заказ и так поспешно поставила кружки на стол,
что немного расплескала эль. Она кинулась прочь, пока кто-нибудь не шлепнул
ее или не стиснул в грубых объятиях. - Привет, приятель! Рад видеть твою
красную рожу. Где пропадал?
Ему и хитрить не пришлось - все оказалось куда проще. Уильям с интересом
слушал, как порядком поднабравшийся кучер описывал путешествие в Лондон,
которое предпринял его хозяин, а также людей, с которыми он там встречался.
Уильям велел принести еще эля.
"Ну и каша заварилась! - думал он. - Найджел здорово вляпался. Так ему и
надо. Вот только жаль малышку. Если она про все это услышит, ей будет ох как
несладко". Уильям уже давно заметил, что глаза ее больше не излучают
доверчивый, искренний свет. Таких хоро
...Закладка в соц.сетях
