Жанр: Любовные романы
Наперекор судьбе
...очень много народу. Мы можем встретиться случайно, Элизабет, и я увижу свою
дочь. - Кристофер предупреждающе поднял руку, когда она собралась ему возразить. -
Подумай хорошо, прежде чем сказать мне "нет". Полагаю, мы дадим повод для сплетен всему
обществу, и они будут развлекаться ими вплоть до начала празднования победы и прибытия
именитых гостей. Ты хочешь, чтобы они болтали о моем визите к вам на Гросвенор и о
скандале, который последует за этим?
- Но это шантаж, - холодно отозвалась Элизабет.
- Кажется, я уже виновен в стольких преступлениях, так почему не добавить еще
одно? - произнес Кристофер. - Я просто хочу тебе сказать, что не приму отрицательного
ответа. Случайная встреча в парке больше всего меня устраивает. Ты со мной согласна?
- И на этом все кончится? - спросила Элизабет. - Ты будешь доволен, только увидев
ее?
Кристофер покачал головой:
- Не знаю. Я сомневаюсь в этом. - Элизабет в отчаянии посмотрела на него.
- Пообещай мне одно. Обещай, что не расскажешь ей. кто ты.
Кристофер недоуменно уставился на нее.
- Элизабет, - спокойно заговорил он. - Я никогда не видел этого ребенка. Только
неделю назад я узнал о ее существовании. Но я люблю ее. Это часть меня. И я не собираюсь
пугать ее объяснениями, которые ей трудно будет понять. Думаю, я и так достаточно напугал
ее, когда почти на три недели украл тебя у нее. Я бы никогда не сделал этого, если бы знал о ее
существовании.
- Так ты обещаешь? - настаивала Элизабет.
- Да, но только на завтра, - ответил Кристофер. - Но скоро она узнает правду. Я не
могу обещать, что ничего не расскажу ей. Я это сделаю, когда наступит подходящий момент.
Не знаю, правда, будет ли это послезавтра или в следующем году. Я намерен быть ее отцом до
конца жизни.
Элизабет открыла рот, чтобы ему возразить. Ее отец нашел бы что ответить. Так же как
Мартин, Манли и Джон. Но она чувствовала, что сейчас не имеет смысла спорить. Она была
смертельно напугана, но не понимала, за кого она боялась: за себя или за Кристину.
- Если не будет дождя, то завтра днем я возьму Кристину на прогулку в Гайд-парк. Ей
нравится гулять по берегу реки. - Кристофер кивнул.
Элизабет вдруг вспомнила, что они уже довольно давно находятся в этой комнате
наедине.
- Мне нужно идти, - сказала она. - Манли будет искать меня.
- О да, - согласился Кристофер. - Полагаю, многие сгорают от желания рассказать ему
о нас, Элизабет. Пойдем, я провожу тебя.
Элизабет подошла к нему и приняла предложенную ей руку. Когда они вышли из
маленькой гостиной и стали подниматься по лестнице, девушка вдруг вспомнила, как они с
Кристофером бежали к морю, он позволил ей вырваться вперед, затем догнал, подхватил на
руки и хотел бросить в воду.
Джон и Мартин стояли с лордом Пулом, когда Кристофер вернулся с Элизабет в бальный
зал. Лорд Пул был крайне недоволен возвращением ее первого мужа и боялся возможного
скандала - ведь Элизабет с Кристофером почти на полчаса исчезли из его поля зрения.
Элизабет немного побледнела, но держалась уверенно, с одобрением отметил про себя
Джон. Кристофер плотно сжал губы. Он сильно изменился. Но ведь они все изменились. Джон
познал все ужасы и тяготы войны после стольких лет очарования карьерой военного. Казалось,
что свадьба Элизабет и отказ Нэнси стать его женой были давным-давно.
Кристофер издалека поклонился и пошел дальше, не проронив ни слова. Джон потянул за
рукав своего сводного брата и отвел его в сторону.
Элизабет смущенно посмотрела на лорда Пула.
- Он хотел поговорить со мной, - оправдывалась она. - Я не могла отказать ему в
этом, я не хотела скандала, Манли.
- Это очень неосмотрительно с вашей стороны, Элизабет, - выговаривал Пул, стараясь
не хмуриться на виду у всех.
- Да, - согласилась она.
- Вы должны понимать, что поставили меня в глупое положение, удалившись со своим
бывшим мужем, - продолжал он.
- Простите меня, Манли. - Она прикоснулась к его рукаву. - Он только что вернулся в
Англию и хочет видеть Кристину.
- Об этом не может быть и речи, - ответил Манли . - Он больше не имеет никаких
прав ни на вас, ни на вашего ребенка.
- Он - ее отец, - заговорила Элизабет. - Я обещала завтра взять девочку в Гайд-парк,
чтобы он мог увидеть ее. Это будет только один раз. Я постараюсь убедить его, что этого
достаточно.
- Я тоже так считаю, - побагровев, ответил Манли. - Как только мы поженимся,
Элизабет, Кристина будет под моим покровительством, я не потерплю никакого вмешательства
со стороны Тревельяна.
- Вам не стоит беспокоиться об этом, - сказала Элизабет. - Он скоро возвращается в
Пенхэллоу.
- Пенхэллоу? - удивился Манли. - Это в Девоншире?
- Да.
- Еще лучше, - обрадовался Манли. - Это очень далеко. Я бы хотел избежать
завтрашней встречи, Элизабет. Было бы лучше, если бы вы сначала посоветовались со мной. Но
о других встречах не может быть и речи.
- Их больше не будет, - согласилась Элизабет. - Но она его дочь, Манли. Я подумала,
что будет справедливо позволить ему один раз увидеть ее.
- Пойдите потанцуйте, - перебил он. - Мы не должны показывать, что расстроены
этим событием.
- Хорошо, - с улыбкой ответила она.
- Пойдем отсюда, - сказал Джон Мартину. - Неужели ты собираешься оставаться
здесь до конца и скучать?
- Но Лиззи... - начал было Мартин.
- Она обручена с Пулом и должна быть с ним, - перебил Джон. - Появление
Кристофера немного выбило ее из колеи. Но она сама разберется с Пулом. Похоже, теперь она
крепко стоит на ногах. Мне это нравится. Ведь это ты помог ей, Мартин?
- На это ушло много времени, - согласился Мартин. - Но долгое пребывание в
Кингстоне, когда она наконец почувствовала себя там хозяйкой, придало ей уверенности. Она
хорошо справилась.
- И ты тоже, - добавил Джон. - Это было полное самопожертвование, Мартин, ты
столько лет провел с ней.
- Когда речь идет о Лиззи, не может быть никакого самопожертвования, - ответил
Мартин.
- Ну так мы идем? - спросил Джон. После неожиданной встречи с Нэнси он потерял
всякое желание глазеть на новых красавиц, которых впервые вывезли в свет. Он был в дурном
настроении. - Может, поищем других развлечений?
Мартин приподнял брови, но не стал возражать. Вскоре оба брата стояли на улице,
ожидая, когда подадут их экипаж.
- Куда отправимся? - спросил Джон.
- К женщинам? - предложил Мартин.
- Мне совсем не хочется оказаться в каком-нибудь салоне. Куда еще можно отправиться?
- Это зависит от твоего вкуса. - Мартин с беспокойством посмотрел на него. - Ты
хочешь простой вечеринки или предпочтешь нечто более возбуждающее?
- Например? - Джон отступил в сторону, когда подали чей-то экипаж, в который
мужчина посадил женщину, а потом сел туда сам.
Мартин пожал плечами.
- Ну, молоденькие девушки или мальчики, - заговорил он. - Может, и то и другое. А
может, немного жестокости для возбуждения?
- Извращения? - Джон с интересом взглянул на Мартина. - И насилие тоже? И ты
знаешь, где можно найти такие развлечения, Мартин? А ты сам пробовал это?
- Я только знаю, где все это можно найти, - уточнил Мартин. - Имеющий уши многое
может услышать. Я отвезу тебя, куда ты захочешь. А сам я предпочитаю нечто более простое и
традиционное.
Джон хмыкнул.
- Надеюсь, не слишком простое и обыденное, - вырвалось у него. - Отвези меня туда,
где есть хорошенькие и милые девочки, Мартин. Но никаких извращений, пожалуйста. Я
просто хочу теплых, нежных женских объятий.
Мартин назвал извозчику адрес, прежде чем сесть в экипаж вслед за братом.
- И ты не разочарован моим выбором? - спросил Джон и снова улыбнулся. - Ты ведь
не получаешь удовольствия, насилуя молоденьких девственниц, и тебя не связывают и не
стегают кнутом обнаженные богини, а, Мартин?
- Помилуй Бог, нет, - отозвался Мартин. - У меня гораздо больше уважения к
женскому полу. Иногда я даже испытываю чувство вины, пользуясь услугами обыкновенных
шлюх. Но я постоянно напоминаю себе, что им тоже нужно как-то зарабатывать на жизнь. И
что наверняка находятся такие, кто жестоко обходится с ними.
Джон умолк, но продолжал с любопытством наблюдать за Мартином. Ему трудно было
представить Мартина с женщиной, но именно его брат направлялся вместе с ним в бордель, а не
просто провожал его туда. Возможно, не было ничего странного и в том, что его сводный брат
знал лучшие бордели в Лондоне. Но как быть с более жестокими и гнусными извращениями?
Откуда Мартин мог знать эти злачные места?
Тут Джон задумался о себе. У него была одна любовница-испанка в течение всего его
пребывания на Иберийском полуострове, и он с сожалением расстался с ней пару месяцев
назад. Прошло много лет с тех пор, как Джон пользовался услугами шлюх, он и не думал снова
обращаться к ним. Он хотел жениться, вести семейную жизнь и хранить супружескую верность.
Лучше бы он не встречал снова Нэнси. Все эти годы он не думал о ней серьезно. Но
сегодняшняя встреча наполнила его неудовлетворенностью и потребностью проверить свою
мужскую способность на шлюхе из борделя. Неужели после стольких лет он продолжал
переживать из-за ее неожиданного отказа? Но это был не просто отказ. Когда он просил ее
руки, то попытался прикоснуться к ней. Это было на следующий день после того, как она явно
наслаждалась их первым поцелуем. Нэнси в ужасе отпрянула от него, на ее лице появилось
отвращение. Просто отказ, возможно, не был бы таким болезненным для него.
Да, с сожалением подумал Джон, этого оказалось достаточно, чтобы даже после стольких
лет заставить мужчину бежать к проститутке, чтобы удостовериться в своей мужской
состоятельности.
Глава 17
Кристофер нервничал. Он отказался от завтрака и почти ни к чему не прикоснулся во
время чаепития. Он нетерпеливо расхаживал по гостиной в отеле и не мог ни на чем
сосредоточиться.
Нэнси вышивала. Она была даже рада тому, что брат был полностью поглощен своими
делами и не видел, что с ней происходит.
- Тебе не понравилось на балу вчера вечером? - спросил он.
- Понравилось, - ответила девушка, отрываясь от работы и улыбаясь ему. - Было так
интересно снова оказаться в этой обстановке. Три джентльмена пригласили меня танцевать.
Меня приятно удивило, что они вспомнили меня и даже сделали комплименты относительно
моей внешности. Кажется, дамам старше двадцати пяти принято говорить об их красоте.
Правда, Кристофер?
- В твоем случае, Нэнси, это истинная правда, - ответил брат. - Но ведь ты не
получила наслаждения от этого вечера, не так ли? Ты не хотела танцевать с Джоном, а я
заставил тебя.
Девушка склонилась над вышиванием.
- Женщине неловко делать вид, будто джентльмен охотно танцует с ней, - пояснила
она.
- Но ведь когда-то вы нравились друг другу, да? - спросил он. - Это было в то время,
когда мы с Элизабет были обручены.
- Не совсем так, - быстро возразила Нэнси. - Мы случайно встречались несколько раз
и немного нравились Друг другу, но не больше.
- Очень жаль, - вырвалось у Кристофера. - Мне всегда нравился Джон. - Но
упоминание имени Элизабет снова отвлекло его внимание. - Нэнси, как ты думаешь, она
действительно придет туда? Может, она согласилась на это вчера, чтобы успокоить меня?
- Не знаю, Кристофер. - Нэнси сочувственно посмотрела на брата. - Но ты ведь ясно
дал ей понять, что намерен увидеть ребенка до отъезда из Лондона.
- А вдруг она не подойдет ко мне? - размышлял он, растерянно глядя в окно. - Ей уже
шесть лет. Дети в таком возрасте редко доверяют незнакомцам. Что, если я не понравлюсь ей
или она просто испугается меня? Нэнси, я могу испугать ребенка?
- Можешь, если будешь хмуриться, как сейчас, - ответила она. - Не надо переживать,
Кристофер. Просто не жди от этой встречи слишком многого. Не надо надеяться, что она сразу
почувствует, что ты - ее отец. Не думай, что она бросится к тебе в объятия.
Кристофер сделал глубокий вдох и громко выдохнул. Но не успел он ничего сказать, как в
дверь постучали. Они услышали, как Антуан пошел открывать.
В следующее мгновение Нэнси торопливо вскочила на ноги и уронила на стол свое
вышивание. Ее сердце бешено заколотилось, и ей показалось, что оно вот-вот выскочит из
груди. Джон Уорд, виконт Астон, вошел в комнату.
- Надеюсь, я не помешал, - сказал он, обращаясь к Кристоферу, поприветствовав их. -
Главная проблема пребывания в отеле заключается в том, что посетители появляются в номере
до того, как им пришлют записку о том, что их не могут принять.
- У меня назначена встреча, - произнес Кристофер. - Но мы рады видеть тебя, Джон.
Садись.
Нэнси снова опустилась в кресло. Джон посмотрел на нее, прежде чем принять
приглашение. Она собиралась снова заняться вышиванием, чтобы как-то отвлечься, но
испугалась, что у нее будут дрожать руки.
- Ах да, встреча! - произнес Джон. - Элизабет взбудоражена. Мы все утаили от
нашего отца. Он не одобрит эту встречу, ты должен понимать, Кристофер.
- Пусть он только попытается воспрепятствовать моей встрече с дочерью! - сказал
Кристофер. Нэнси увидела, как у брата сжались кулаки.
- Так ты это узнал, - вырвалось у Джона. - Конечно, это было неизбежно. Я утверждал
это с самого начала, когда все решили держать это в тайне как большой семейный секрет.
Кстати, Элизабет не позволили ничего решать. В те дни другие члены семьи принимали
решение за нее. Я с радостью увидел, что сейчас она изменилась. Похоже, тебе следует об этом
знать, если ты ничего не заметил вчера вечером, Кристофер. Если ты решишься спорить с ней о
чем-то, то встретишь достойного оппонента.
Кристофер ничего не ответил.
- Когда ты вернулся в Англию? - спросил Джон.
- Месяц назад, - ответил Кристофер. - Я жил в Пенхэллоу.
- И ты узнал о существовании дочери, - заключил Джон. - Именно это привело тебя в
Лондон?
- Да.
- Ну что ж... - Джон пожал плечами. - Элизабет думает, что сегодняшняя встреча
будет единственной.
Он ничего не знает, подумала Нэнси. Элизабет и Мартин все сохранили в тайне. Она
могла понять поведение Элизабет.
Но Мартин? Скорее можно было ожидать, что он постарается оградить свою сводную
сестру от Кристофера. Конечно, репутация Элизабет могла пострадать, если бы выяснилась
правда, а Нэнси не сомневалась, что Элизабет для Мартина была самым дорогим человеком на
свете.
Джон посмотрел на нее. Нэнси подавила желание убрать руки, лежавшие на коленях.
- Я пришел узнать, понравился ли вам вчерашний бал? - спросил ее Джон.
- Да, очень, благодарю вас, - ответила Нэнси.
- Я также хотел спросить, не желаете ли вы прогуляться по парку? - продолжал он. -
Сегодня такой прекрасный день. Он больше похож на летний, чем на весенний.
Джон улыбался, но в его глазах таилось беспокойство. "Он очень не уверен в себе", -
поняла Нэнси.
Она судорожно пыталась найти удобный предлог для отказа. Но Кристофер собирался
уходить, и у нее не было возможности притвориться занятой. Удобного предлога не было,
можно было только прямо отказать. Но как сказать об этом?
- Спасибо, - ответила она. - Это было бы замечательно. По выражению лица Джона
было заметно, что он понял, что Нэнси имела в виду обратное. Они немного неловко
помолчали, затем Джон улыбнулся и поднялся. Нэнси тоже встала.
- Я захвачу свою шляпку, - пояснила она. Сегодня Джон был не в мундире. Нэнси
подумала, что так он еще симпатичнее, потому что привлекал внимание он, а не только блеск
военной формы. От этой мысли Нэнси стало немного не по себе.
"Конечно, было бы гораздо лучше найти какую-нибудь причину и остаться в номере", -
снова подумала Нэнси.
Они гуляли в парке. По обеим сторонам дорожки протянулись зеленые лужайки, деревья
защищали их от лондонского шума, а над головами на голубом небе сияло теплое солнышко.
"Я просто сошел с ума", - думал Джон, пытаясь найти тему для разговора. Вчера она
ясно дала понять, что не желает сближаться с ним. И не в его правилах было добиваться
внимания там, где ему были не рады. Он потерял рассудок, приглашая на прогулку одну из тех
немногих женщин, которые были не расположены гулять с ним. Да и прошлая ночь не принесла
большого удовлетворения. Девочка в борделе оказалась довольно хорошенькой и милой и
научила его нескольким интересным вещам. Затраченные им деньги были оправданы. Но
сегодня утром Джон проснулся будто с похмелья, хотя вчера вечером едва прикоснулся к
спиртному. Он был разочарован и решил никогда больше не поддаваться искушению ходить в
бордель. Лучше найти жену, а если не получится, то завести постоянную любовницу.
Джон очень обижен на Нэнси. И все-таки ему необходимо было снова увидеть ее и
положить конец тому, что никак не кончалось. Он и сам не понимал, что подразумевал под
этим. Он предлагал ей свою руку и сердце, а она ответила отказом. Что может быть более
определенным, чем такой ответ?
- Трудно было возвращаться в Лондон после такого длительного отсутствия? - спросил
он Нэнси, чтобы поменять тему разговора, наскучившего им. - Пенхэллоу находится очень
далеко, да?
- Да, - согласилась Нэнси. - Я приехала чтобы быть с Кристофером. Я боялась, что он
попадет в беду.
- Он очень сердит на Элизабет? - спросил Джон. - Я не могу винить его в этом.
- Он был просто потрясен, когда узнал, что у него есть дочь.
- Правда? - удивился Джон и, взглянув на Нэнси, снова был поражен ее яркой красотой
и чуть полноватой стройной фигурой. Если бы эта женщина захотела, все мужчины были бы у
ее ног. Но похоже, она не осознает этого. - Вы жили в одиночестве в Пенхэллоу после смерти
отца?
- Да, - ответила Нэнси. - Прошло столько времени, прежде чем письмо дошло до
Кристофера и он вернулся домой.
- Я думал, что вы любили меня, Нэнси, - внезапно вырвалось у Джона, хотя он
понимал, что не следовало ворошить прошлое, что так не принято поступать.
Девушка напряглась и слегка отстранилась от него, но не отняла своей руки.
- Это было так давно, - вздохнула она. - Мы были детьми.
- Мне было двадцать три, а вам двадцать, - сказал он. - Вряд ли нас тогда можно было
назвать детьми, Нэнси. Вы и так уже перешагнули принятый возраст для выхода в свет, да и для
замужества.
Нэнси не нашлась, что ему ответить. Она пожала плечами и явно расстроилась. Если он
джентльмен, то обязательно поменяет тему разговора.
- Вы вдохновляли меня, - продолжал он. - Я не мог придумать этого. Вы с радостью
отвечали на мой поцелуй. Конечно, это был не совсем подходящий поцелуй для пары, которая
после этого не обручилась на следующий же день.
- Пожалуйста, - умоляюще произнесла Нэнси. - Я не хочу говорить об этом. Все
кончено, Джон, все давно в прошлом.
- Так же, как все кончено между Кристофером и Элизабет? - добавил он. - Иногда мне
кажется, что над нашими семьями висит какое-то проклятие, поэтому наши браки не
состоялись. Приходилось ли вам встречать еще одну пару, Нэнси, которую развели по такой
глупой причине? Неверность! Да у парламента не хватит времени на свои повседневные дела,
если им придется решать такие вопросы.
- Он не виновен в этом, - заявила Нэнси. - Я смогу поверить, что любой другой
мужчина виновен в супружеской неверности, но только не Кристофер. Это была хорошо
подготовленная западня. Кто-то хотел очернить его. Кому-то нужно было разрушить их брак. И
похоже, что этому человеку все удалось даже лучше, чем он ожидал.
- Возможно, - согласился Джон. - А что же тогда произошло между нами, Нэнси?
Может, тоже кто-то постарался?
Нэнси резко отвернулась, и Джон понял, что попал в самую точку.
- Здесь тоже кто-то трудился? - спросил он.
- Нет. - Нэнси остановилась и вырвала у него свою руку. - Джон, я хочу вернуться
назад, в "Палтни".
- Так в чем же дело, Нэнси? - спокойно продолжал Джон напряженно вглядываясь в ее
лицо. Но от выражения ее лица ему сделалось не по себе. На нём было страдание. -
Успокойтесь, дорогая. Я провожу вас назад. Вы ответили мне много лет назад. Простите мне
мое неджентльменское поведение.
Но девушка прикусила нижнюю губу и посмотрела ему в глаза.
- Не вы, Джон. Вы ни в чем не виноваты, - заговорила она. - У меня был
неприятный... опыт. Это случилось до того... до того, как я встретила вас. Я думала, что это не
повлияет... Мне казалось, когда мы стали друзьями, когда вы поцеловали меня, все будет
хорошо. Но я ошиблась. Я не смогла...
Нэнси пожала плечами.
Джон даже не чувствовал, что крепко держит ее за локоть. У него все похолодело внутри
и кровь отлила от лица.
- Кто-то еще... прикасался к вам? - спросил он. Нэнси вырвалась и пошла вперед.
- Нет! - воскликнула она. - Ничего подобного! Все не так. О... пожалуйста!
Они шли рядом, не прикасаясь друг к другу и ничего не говоря. Наконец Нэнси нарушила
молчание, ее голос снова был спокойным.
- Дело не в вас, Джон, - сказала она. - Я очень любила вас. Думаю, я причинила вам
боль. Но я не хотела этого. Я считала, что вы быстро забудете обо всем. Вы такой... вы такой
красивый и привлекательный. Простите меня.
- И вы простите меня, Нэнси, за то, что я снова расстроил вас вчера вечером. Раньше,
когда я думал о вас, то представлял вас замужем и в окружении детей.
Они снова шли молча. Джон даже и не подозревал, что они так углубились в парк.
- Неужели мы попрощаемся друг с другом, когда доберемся до "Палтни"? - спросил
он. - И будем стараться избегать друг друга все время, пока находимся в Лондоне?
- Полагаю, что так, - ответила Нэнси, немного помолчав.
- Но я не хочу этого, - вырвалось у Джона. - Я хочу снова видеть вас. Неужели мы не
можем забыть прошлое и начать все сначала, будто только познакомились? Вы поедете со мной
на прогулку в Кью-Гарденс? Завтра?
Нэнси молчала, глядя под ноги.
- Джон, - заговорила она наконец. - - Я не могу... быть с мужчиной. Я не хочу снова
оказаться в такой ситуации, когда буду вынуждена ответить вам отказом. Или слишком
самонадеянно с моей стороны считать, что это возможно?
- Мы можем быть просто друзьями, - заверил Джон. - Так завтра поедем в
Кью-Гарденс?
- Я еще не знаю о планах Кристофера, - неуверенно ответила Нэнси. - Ну да, до
завтра, Джон. Это было бы хорошо. Джон улыбнулся ей.
- Возьмите меня под руку, - сказал он, предложив девушке руку. - Мне так будет
легче подстроиться к вашему шагу.
Девушка приняла его предложение, и оставшуюся часть пути они прошли молча. Но на
этот раз молчание было более приятным, чем раньше.
Только одна мысль не давала покоя Джону. Если у нее была неприятная встреча с
каким-то мужчиной до встречи с ним и этого оказалось достаточно для появления на ее лице
ужаса и отвращения в тот вечер, когда он предложил ей стать его женой; если это удерживало
ее от брака с любым другим мужчиной и она даже вынуждена была признаться, что никогда не
сможет быть с мужчиной, то как же она смогла ответить па его поцелуй? А ведь это было не
простое прикосновение губ. В тот раз Джон крепко прижимал девушку к себе, а его руки
ласкали ее тело. Их губы были полны страсти.
"Должно быть, ее изнасиловали", - подумал Джон, и все внутри у него похолодело от
этой мысли. Как ему хотелось, чтобы это было ошибкой! Но только эта причина могла вызвать
такую негативную реакцию. Неужели это произошло до того, как они познакомились? Нет, не
похоже. Это должно было случиться после их поцелуя, но до того, как он попросил ее руки. Эти
два события разделял только один день.
Неужели ее изнасиловали в те двадцать четыре часа? Она ведь была в Кингстоне. Кто это
мог быть? Кто-то из слуг? Джон стал продумывать все варианты. Но слуг было не так много.
Тогда кто-то из гостей? Их было всего несколько. Он перебирал в памяти каждого мужчину,
женатого и холостого. Его отец? Мартин? Мысль о том, что это мог совершить кто-то из членов
его семьи, казалась Джону ужасной, и он предпочел бы не думать об этом кошмаре.
Но это должно было случиться именно в ночь после их поцелуя или в течение
следующего дня, до того, как он сделал ей предложение и попытался вновь прикоснуться к ней.
Джон проводил девушку до двери ее номера в отеле и улыбнулся.
- Я с нетерпением буду ждать завтрашнего дня, Нэнси, - сказал он. - Я рад, что мы
снова стали друзьями.
- Я тоже. - Девушка улыбнулась в ответ. - Спасибо за прогулку, Джон.
Джон повернулся, не попытавшись дотронуться до нее. Он понял, что уже слишком
поздно для просто дружбы. Они опоздали с дружбой на семь лет.
Возле реки гуляли две дамы, одна среднего возраста, другая постарше. Очевидно, мать и
дочь. Неподалеку была моложавая женщина, вероятно, няня или гувернантка, присматривавшая
за тремя детьми, резвящимися у воды. Какой-то джентльмен, похожий на адвоката или
коммерсанта, быстро шел по тропинке, явно куда-то торопясь и совершенно не замечая красоты
окружавшей его природы.
Они не придут, подумал Кристофер. Либо Элизабет обманула его вчера вечером, либо
передумала. Возможно, это Мартин убедил ее не приходить. А может, герцог узнал, что
Кристофер в городе, и запретил Элизабет покидать дом. Они не придут. Кристофера охватили
паника и отчаяние.
И тут он увидел Элизабет. Кто-то шел рядом с ней, держась за руку, но Кристофер по
какой-то странной причине не мог заставить себя перевести взгляд. Он не мог отвести глаз от
Элизабет. Она заметила его, но отвернулась, напряженно прислушиваясь к щебетанию ребенка,
который шел рядом. Кристофер заметил это боковым зрением, не смея посмотреть прямо.
На Элизабет было светло-зеленое муслиновое платье и широкополая соломенная шляпка.
Она все еще выглядит как девочка, подумал Кристофер, глядя на ее тонкую и стройную фигуру.
Она пришла. Интересно, она сделала это потому, что он запугал ее, или сама захотела этого?
Если бы она ничего не сказала Нэнси перед отъездом из Пенхэллоу, он бы до сих пор
ничего не знал о существовании ребенка. Обмолвилась ли она намеренно об этом тогда или
была расстроена и не думала, что говорила?
Может быть, она хотела, чтобы он узнал о ребенке?
У Кристофера сердце заколотилось, как тяжелый молот.
Элизабет подняла глаза и изумленно отпрянула, когда они оказались рядом.
- О, лорд Тревельян, - сказала она, улыбнувшись. - Вы тоже решили прогуляться
сегодня? Чудесный день, не правда ли?
- Здравствуй, Элизабет, - произнес Кристофер. Он б
...Закладка в соц.сетях
