Жанр: Любовные романы
Там, где сердце
...ли сюда два часа назад, Кэл зашел в дом и вынес корзину для
пикника и сумку-холодильник. Вскоре они оказались на живописном лугу, где
находились загоны для лошадей.
Большую часть времени Эмма и Кэл ходили по пятам за Логаном, которому все
было в диковинку, начиная от уток, плавающих в пруду, и кончая бабочками.
Когда малыш утомился, Эмма положила его на одеяло, и он уснул, оставив ее
один на один с Кэлом.
Эмма ощущала его присутствие каждой клеточкой своего тела. Аромат его
одеколона щекотал ей ноздри. Стоило ей только немного подвинуться, и их ноги
соприкоснулись бы. Она с трудом поборола в себе это запретное желание, всеми
силами противясь возбуждению, которое вспыхивало всякий раз, когда они
встречались глазами или случайно касались друг друга. Ей хотелось выглядеть
отчужденной и равнодушной.
Только это было невозможно. Кэл слишком сексуален; его близость притягивала
ее как магнит.
— Тебе хорошо?
Неожиданный вопрос застал ее врасплох.
— Да, — неохотно призналась Эмма.
Кэл улыбнулся.
— Я рад.
Эта улыбка сулила ей гибель. У нее на глаза навернулись слезы, и Эмма
поспешно отвернулась, но от Кэла ничего невозможно было скрыть.
— Эй, — хрипло произнес он. — Не надо плакать.
— Я не плачу, — возразила Эмма. — Это просто...
Она остановилась, чтобы прекратить дальнейший спор. Он все равно ни к чему
хорошему не приведет.
— Ты сводишь меня с ума, — сказал Кэл. — Но тебе об этом
известно.
Мягкость, с которой были произнесены эти слова, заставила ее почувствовать себя еще более уязвимой.
— Пожалуйста, не надо.
Он прерывисто вздохнул.
— Ты ведь не станешь отрицать, что между нами что-то происходит.
— Стану, — твердо произнесла она.
Кэл пристально посмотрел на нее, но прежде, чем он успел что-либо сказать, к
ним из-за деревьев вышел Арт.
— Всем привет.
Его громкий голос разбудил Логана.
— Мама, — позвал малыш, протягивая ручки к Эмме.
— Все хорошо, мой сладкий. Мамочка здесь.
— Утка. — Логан указал на пруд.
Подмигнув ему, Арт обратился к Кэлу:
— Я оседлал жеребца на тот случай, если ты захочешь прокатиться верхом.
Ты же знаешь, его нужно приучать к седлу.
— Большое спасибо, — кивнул Кэл. — Позже я обязательно
займусь им.
Эмма, нахмурившись, уставилась на загон, где пасся жеребец.
— Какой он большой и грозный.
Кэл улыбнулся, и у нее по спине побежали мурашки.
— Внешность может быть обманчива. Я медленно, но верно объезжаю его. Но
пока вы с Логаном здесь, я не буду им заниматься. — Он помедлил. —
Если только ты не хочешь посмотреть, как я работаю.
— Я бы с удовольствием посмотрела.
— Я побуду с малышом, мисс Дженкинс. Если вы не против, мы пойдем
кормить уток, — сказал Арт.
— Я не уверена, что он захочет пойти с вами.
— Пойдем, малыш, — произнес Арт, улыбаясь. — Давай покормим
уток. — Он залез в карман и достал оттуда пакетик крекеров.
— Утки, — повторил Логан, подбежав к нему.
Эмма с удивлением наблюдала за тем, как ее сын протянул руку Арту и они
пошли к пруду.
— Будьте осторожнее, — крикнула она им вслед.
— Не волнуйся, Арт не допустит, чтобы с ним что-то случилось.
Эмма покачала головой.
— Меня удивляет, что Логан внезапно стал таким дружелюбным по отношению
к посторонним людям.
— Готова? — спросил Кэл, протягивая ей руку, чтобы помочь
подняться.
Не подумав, Эмма вложила в нее свою ладонь и тут же пожалела об этом. Когда
она посмотрела в его глаза, ее сердце бешено заколотилось.
Нет, так больше продолжаться не может. Что она за мать, если неравнодушна к
человеку, который хочет отобрать у нее ее ребенка? Прекрати, приказала себе
Эмма. Она не станет игрушкой в руках Кэла Вебстера.
— Я готова, — сказала она, отпуская его руку.
Через несколько минут они подошли к загону, где находился жеребец.
— Ну как он тебе? — спросил Кэл с юношеским задором.
— Настоящий красавец, но внушает страх.
— Он безобиден. Хочешь посмотреть, как я на нем прокачусь?
— Чтобы показать мне, какой ты смелый? — поддразнила его Эмма.
Кэл пожал плечами и ухмыльнулся.
— Как ты догадалась?
Ее беспокоило, что жеребец был необъезжен, но она догадывалась, что Кэл умеет обращаться с лошадьми.
— Все будет хорошо, — мягко произнес он, словно читая ее мысли. — Я знаю, что делаю.
Когда Кэл оседлал жеребца, у Эммы замерло сердце, потому что животное тут же
попыталось сбросить седока. Но Кэл не собирался сдаваться.
Все случилось, когда он оглянулся, чтобы посмотреть на нее. Лошадь встала на
дыбы, Кэл не удержался в седле и полетел на землю.
Сначала Эмма от страха боялась пошевелиться, хотя животное переместилось в
другой конец загона, но вдруг ноги сами понесли ее к Кэлу. Упав на колени,
она склонилась над ним и схватила его за плечи.
— Кэл, Кэл! — кричала она. — Ради бога, поговори со мной.
Внезапно его глаза открылись, затем он обвил руками ее шею и притянул к
себе. Когда его губы завладели губами Эммы в горячем ненасытном поцелуе, ее
захлестнула волна желания.
Обнаружив, что Кэл не пострадал, Эмма вскрикнула от радости. Но это чувство
быстро сменилось негодованием. Она вырвалась из его объятий и вскочила на
ноги.
— Как ты мог? — прокричала Эмма, кипя от злости.
ГЛАВА 15
Через два дня после инцидента с жеребцом у Кэла зазвонил сотовый телефон.
Посмотрев на экран, он застонал про себя. Ему не хотелось отвечать на этот
звонок прямо сейчас, но у него не было выбора.
— Привет, Вэлли, как дела?
— Когда нам тебя ждать, Кэл? — Его будущий босс не привык ходить
вокруг да около.
Никогда, чуть не выпалил Кэл.
— Я не знаю. — Он почесал в затылке. — У меня здесь есть одно
неотложное дело, точнее, два, которые я не могу бросить.
— Но ты ведь приедешь, правда?
Уловив панику в голосе Вэлли Тюдора, Кэл уклончиво ответил:
— Да, но не так скоро, как планировалось изначально.
— Парень, ты был нужен нам еще вчера.
— Послушай, я даю тебе честное слово, что приеду сразу же, как только
смогу. — Кэл помедлил. — Если ты хочешь найти мне замену...
— Не хочу, — перебил его Вэлли. — Нам нужен ты.
— Неужели у вас нет никого, кто мог бы меня заменить?
— Есть, но говорю тебе еще раз, компания наняла тебя.
— Я знаю и очень тебе за это признателен. Послушай, я перезвоню
недельки через две. Может, к тому времени здесь что-нибудь прояснится.
— Буду с нетерпением ждать твоего звонка.
С этими словами его новый босс повесил трубку. Прежде чем отключиться, Кэл
долго прислушивался к коротким гудкам.
Хотя он еще не подписал контракт, ощущение того, что он подвел человека,
которому дал слово, было ему ненавистно. И дело не в том, что ему не
хотелось ехать. Напротив, он с нетерпением ждал того дня, когда начнет
возглавлять отдел безопасности в крупной нефтяной компании в Венесуэле.
После того, через что ему пришлось пройти, это будет легкой работой. С
учетом уже имевшихся накоплений года через два он станет вполне обеспеченным
человеком, хотя Кэл не планировал так рано уходить в отставку.
Тогда почему он тянет время?
Кэл подошел к холодильнику и достал банку пива. Он только что закончил
косить сено и ужасно устал, однако внутри него шла мучительная борьба.
Остаться дома он не мог, потому что дал слово новому работодателю, но и
ехать за границу тоже не спешил. Кэл чувствовал себя меж двух огней.
Из-за Эммы и Логана.
Эмма...
Она была нужна ему, как воздух. Эта женщина очаровала его, тем самым все
усложнив. Он не мог стать опекуном Логана, не причинив ей боль. Она
заставляла его чувствовать себя виноватым, а это чувство Кэл ненавидел
больше всего.
Обычно, если принятое им решение оказывалось ошибочным, он платил за
последствия и продолжал двигаться вперед к своей цели. Если бы он только
знал, чего хочет сейчас...
Ты знаешь, сказал он себе и невесело улыбнулся. Он хотел Эмму. Память снова
возвратила его в тот день, когда он упал с лошади, и Эмма бросилась ему на
помощь. Всю прошедшую неделю его преследовал вкус ее губ.
Эта женщина вызывала у него чувства, которых он никогда не испытывал раньше.
И дело было не в сексе, хотя ему пришлось приложить недюжинные усилия, чтобы
не овладеть ею прямо в загоне для лошадей... Познакомившись с ней поближе,
он впервые почувствовал, что ему кто-то нужен.
Большую часть жизни Кэл держался особняком. Он никогда ни с кем не сближался
так сильно, даже с Конни. Но Эмме удалось совершить невозможное — проникнуть
в его душу, и вовсе не потому, что она так хорошо заботилась о его сыне.
Неужели это любовь?
Нет, поспешно заверил себя Кэл, любовь здесь ни при чем. Но Эмма его
околдовала, и он не знал, что делать дальше.
Вдруг его осенило: он мог бы на ней жениться. Таким образом, вопрос об опеке
над Логаном решился бы сам собой.
Нет, это не выход. Он не собирается дважды наступать на одни и те же грабли.
Прошедшая неделя была самым тяжелым периодом в его жизни. Кэл понял, что не
готов жениться во второй раз и уж тем более не горит желанием снова
породниться с Патриком Дженкинсом.
Боже упаси!
К тому же с чего он взял, что Эмма согласится выйти за него замуж? Как и он,
она была вполне довольна своей жизнью и не хотела ничего менять. Очевидно,
они оба не были созданы для брака.
Эмма презирала его за то, что он ее предал, но Кэл был уверен: она хочет его
так же сильно, как и он ее.
Ничего не выйдет, Вебстер.
Эмма принадлежала к тому типу женщин, которые всегда ему нравились, но
оставались недоступными. Для них он был слишком груб и неотесан. Хотя Кэл
далеко не бедствовал и имел кое-какие связи, до Патрика Дженкинса ему
далеко.
Впрочем, когда дело касалось Логана, все эти мелочи отходили на второй план.
Самое главное, закон был на его стороне, хотя Кэл прекрасно знал, что судью
можно подкупить. Это происходило сплошь и рядом, и бывший тесть с его
финансовыми возможностями и связями не упустит такого шанса.
Посмотрев на часы, Кэл пришел в ужас. Согласно договоренности, скоро он
должен быть дома у Эммы.
Его охватило волнение. Он не мог дождаться, когда снова увидит Логана. И
Эмму. Проблема заключалась в том, что она явно не горела желанием
встречаться с ним.
Кэл повернулся и вышел из дома.
— Итак, что мама наденет?
Логан сидел на качелях и улыбался.
— Мама, — повторил он.
— Значит, тебе все равно, как я выгляжу, — сказала Эмма,
наклоняясь и целуя его в щеку. — Мне тоже все равно.
Обдумав несколько вариантов, она, в конце концов, остановила свой выбор на
желтых капри и белом топе. Несмотря ни на что, в глубине души ей хотелось
произвести впечатление на Кэла, и она ненавидела себя за эту слабость. Как
она может мечтать о человеке, который собирается лишить ее самого дорогого,
что у нее есть?
Кэл жестоко предал ее, пытаясь переманить на свою сторону, однако его нельзя
было назвать плохим человеком. Кажется, он искренне любит Логана, но малыш
не может принадлежать им обоим.
На мгновение ее охватила паника, на смену которой пришло отчаяние.
Неизвестность сводила ее с ума.
Посмотрев на Логана, Эмма обнаружила, что он заснул. Тогда она взяла его на
руки, отнесла в детскую и положила в манеж.
Когда Эмма убрала руки, малыш тихонько захныкал, но затем снова уснул. Она
наклонилась и нежно погладила его по щеке. Ее захлестнула такая любовь к
этому ребенку, что она застыла на месте.
Она не может его потерять.
Не успела Эмма вернуться в гостиную, как в дверь позвонили. Она нахмурилась.
Это не может быть Кэл, еще слишком рано. Вздохнув, она пошла открывать.
— Я знаю, что еще рано, — хрипло произнес Кэл.
Как всегда, он выглядел великолепно в своих обтягивающих джинсах и футболке,
не оставлявших пространства для воображения.
— Эмма. — Он перешагнул порог, и комната словно уменьшилась в
размерах.
Ее сердце учащенно забилось, с губ сорвался приглушенный стон.
— Кэл.
— Что? — хрипло спросил он.
В следующую секунду Кэл обнял ее за плечи, прижал к стене и поцеловал.
Почувствовав на своих губах его горячие, ненасытные губы, Эмма утратила
способность трезво мыслить. Она могла лишь прижиматься к нему, пробовать на
вкус, зарываться пальцами в его густые волосы.
— Ты такая сладкая, — прошептал Кэл, задирая ее топ и расстегивая
бюстгальтер. Когда он захватил губами ее затвердевший сосок и начал медленно
посасывать, все перестало иметь значение, кроме неутоленного желания,
разливающегося приятной болью внизу живота. — Я хочу обладать тобой, ты
нужна мне.
Эти слова сулили ей гибель, и она уставилась на него глазами, полными
мольбы. Но то была вовсе не мольба о пощаде, напротив, ей хотелось, чтобы
сладкая пытка продолжалась.
Словно прочитав ее мысли, Кэл подхватил Эмму на руки и отнес в спальню, где
быстро освободил их обоих от одежды.
— Как ты прекрасна, — хрипло произнес он, ложась поверх
нее. — Я так хочу тебя.
Кэл начал покрывать поцелуями ее тело.
— Я тоже тебя хочу, — прошептала Эмма, выгибаясь ему навстречу. Не
сводя с нее глаз, Кэл вошел в нее, и она, приглушенно застонав, обхватила
ногами его за талию и задвигалась вместе ним. — О Кэл! — выдохнула
она, и он начал постепенно набирать ритм, пока они оба не закричали в
экстазе освобождения.
После этого Кэл бессильно рухнул на нее, и они молча лежали, прислушиваясь к
дыханию друг друга.
Неужели она к нему прикасалась?
Затаив дыхание, Эмма при свете ночника любовалась обнаженным телом Кэла.
Само совершенство.
Она и так считала его великолепным образцом мужской сексуальности, но
увиденное превзошло все ее ожидания. Кэл распростерся рядом с ней во всей
своей красе. Пока он спал, ее взгляд жадно блуждал по его широким загорелым
плечам, темным волосам на груди, рельефным мышцам живота. Боже, какой
великолепный мужчина!
Подняв глаза, Эмма обнаружила, что Кэл смотрит на нее горящими от желания
глазами.
— Я... — Она резко замолчала, осознав, что ее поймали с поличным.
— Тебе нравится то, что ты видишь? — Его голос был низким и
хриплым.
Эмма покраснела, хотя не понимала, почему так смущается после всего, что
между ними было.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Да, — с трудом произнесла она.
— Ты хотела бы прикоснуться ко мне?
У нее перехватило дыхание. Еще бы! Более того, она бы хотела попробовать его
на вкус.
— Тогда я весь в твоем распоряжении, — улыбнулся Кэл, принимая
удобное положение.
— Я не... — неуверенно произнесла она, облизывая губы.
— Я же вижу, ты этого хочешь.
Выбросив из головы все посторонние мысли, Эмма обхватила ладонью его
возбужденную плоть и ласкала ее губами до тех пор, пока он не взмолился о
пощаде.
Затем она оседлала его, и Кэл снова вознес ее на вершину эротического
наслаждения, после чего они забылись блаженным сном в объятиях друг друга.
Идиотка!
Она сделала то, чего поклялась никогда не делать. Позволила Кэлу пробиться
сквозь стену, которой окружила свое сердце.
Сейчас, при свете нового дня, Эмма проклинала себя за события прошлой ночи.
Они с Кэлом были врагами, и, переспав с ним, она стала более уязвимой. Не
обернет ли он это обстоятельство в свою пользу?
— Пожалуйста, нет! — воскликнула она.
Кэл не поступит с ней так подло. Она ему небезразлична. Но вот насколько?
Готов ли он дискредитировать ее ради того, чтобы получить опеку над Логаном?
Пойдет ли он на это? Можно ли ему доверять?
Пожалуй, не стоит, сказала она себе. Однажды Кэл уже предал ее и непременно
сделает это снова. Ее охватила паника. Как она могла допустить, чтобы эмоции
взяли верх над здравым смыслом? Воспоминания о прошлой ночи не давали ей
покоя, и, к своему огромному стыду, она вынуждена была признать, что
наслаждалась каждой минутой, проведенной в объятиях Кэла. Ни один мужчина
прежде не доставлял ей такого удовольствия своими ласками.
А за удовольствие, как известно, надо платить. Судья, безусловно, сочтет
подобное поведение безответственным. Она уже представляла, какой будет
реакция ее отца.
Как могла она быть такой неосторожной, такой глупой? Как могла рисковать
будущим своего ребенка?
Прекрати, приказала себе Эмма, но страх сделал ее такой беспомощной, что ей
был просто необходим хороший совет и поддержка.
Пятнадцать минут спустя она уже сидела в кабинете своего адвоката.
— Что привело вас сюда, моя дорогая? — спросил Расс Хинсон.
— Во-первых, большое спасибо за то, что согласились меня принять.
— Если бы я этого не сделал, мне пришлось бы иметь дело с Патриком.
Она встала с кресла.
— Вы ведь не сказали ему, что я собираюсь к вам?
— Разумеется, нет. — Расс нахмурился. — Но к чему такая
скрытность? Неужели есть нечто такое, чего вы не можете доверить своему
отцу?
Не глядя Хинсону в глаза, Эмма рассказала ему о той глупости, которую
совершила. Когда она закончила, наступила продолжительная тишина.
— Я все испортила, — наконец произнесла она.
— Но не тем, что переспали с Кэлом.
В ее сердце начала зарождаться новая надежда.
— Но я думала...
Расс улыбнулся.
— Вебстер так же виновен, как и вы, потому что он отец Логана. —
После этих слов Эмма немного воспряла духом, но адвокат добавил: — Вы все
еще можете потерять малыша.
Ею снова овладел страх, и она недоверчиво уставилась на Расса.
— Я... я не понимаю.
— Если вы немного поразмыслите над этим, то поймете. Скажите, какие у
Кэла взаимоотношения с Логаном?
Эмма озадаченно посмотрела на него.
— Мне кажется, они очень привязались друг к другу.
— Именно по этой причине вы можете лишиться своего сына, а вовсе не из-
за того, что спали с его отцом.
Эмма беспомощно опустилась в кресло, чувствуя себя так, словно почва ушла у
нее из-под ног.
— Элизабет, я не знаю, как и благодарить тебя.
Подруга Эммы вздохнула.
— Не благодари меня раньше времени. Возможно, я не смогу найти то, что
тебе нужно.
— Я в тебя верю, — твердо произнесла Эмма.
— Патрик знает, что ты замышляешь?
— Да. Прежде чем позвонить тебе, я все с ним обсудила.
— Я думала, у него есть более компетентные люди, чем я.
— В этом я сомневаюсь, подруга. Во всем, что связано с компьютерами,
тебе нет равных.
— Хорошо, как только я что-нибудь узнаю, я сразу же свяжусь с тобой.
Этот разговор состоялся на следующий день после того, как они с Кэлом
занимались любовью. Совсем отчаявшись после беседы с адвокатом, Эмма решила
прибегнуть к крайней мере. Она позвонила подруге, которая была специалистом
по компьютерам, и попросила раздобыть информацию, которая могла бы
дискредитировать Кэла.
Теперь всякий раз, когда она думала о том, что сделала, ее тревога лишь
усиливалась. Помимо этого, ее разрывало на части чувство вины. Если бы она
могла держать под контролем свои эмоции, она бы мужественно выдержала кошмар
последних дней. Но у нее не было выбора. Ради Логана она должна оставаться
сильной и хладнокровной.
Только так ты сможешь победить Кэла.
Эмма все еще не могла поверить, что отважилась пойти на такую подлость после
того, как несколько дней назад занималась с ним любовью. Но разве не
говорят, что от любви до ненависти один шаг?
Внезапно у нее внутри все замерло. Любовь? С чего бы вдруг, с презрением
подумала Эмма. Она не любила его. Это невозможно, хотя определенное влечение
между ними, безусловно, существовало.
То, что произошло в ту ночь, нельзя сравнить ни с чем. Везде, где его губы и
руки касались ее, кожа Эммы горела. Она вспомнила, как выглядело его
обнаженное тело...
Из ее груди вырвался вздох. Она должна перестать думать о Кэле. Перестать
желать его. Эмма знала, что подобные мысли делают ее слабой, и Кэл может
воспользоваться этой слабостью, чтобы забрать у нее Логана.
— Он не сделает этого, если мы его опередим, — сказал Патрик,
когда она передала ему свой разговор с Рассом и Элизабет.
— Я знаю, папа, — взволнованно произнесла она, — но подобные
действия могут выйти нам боком.
Патрик помрачнел.
— Этого не произойдет, если ты будешь четко следовать выбранной тактике
и оставишь в стороне свои чувства. — Его тон был резким и осуждающим.
Густо покраснев, Эмма ответила:
— Поверь, у меня есть голова на плечах. Я думаю лишь о том, как
сохранить моего малыша.
Лжешь, твердило сердце. Мысли о ночи страсти, которую подарил ей Кэл, не
выходили у нее из головы.
— Хорошо, — сказал Патрик, вернув ее к реальности. — С таким
отношением и моими связями мы его уничтожим.
Хотя разговор с отцом обнадежил ее, Эмма все же не была уверена, что выбрала
правильную тактику. От Элизабет не было никаких вестей, и это вселяло
панику.
Закусив нижнюю губу, Эмма пошла на кухню. Она не помнила, когда в последний
раз нормально ела. Приготовив себе сэндвич, она с отвращением уставилась на
него. У нее совсем не было аппетита, но она знала, что должна хоть что-
нибудь проглотить. Но не успела она откусить кусок, как зазвонил телефон.
Это была Элизабет.
— Скажи, что у тебя есть для меня новости, — начала Эмма без
предисловий.
— Есть, — весело отозвалась подруга.
Обнадеженная ее бодрым тоном, Эмма села на стул.
— Я вся внимание.
Несколько минут спустя ей уже было не до сэндвича. Все ее мысли были лишь о
том, что сказала Элизабет. Если ее подруга не ошиблась, у нее появился
отличный шанс помешать Кэлу отобрать у нее Логана.
Тогда почему она не пляшет от радости?
Потому что действовать исподтишка было против ее моральных принципов. Может,
еще не поздно попытаться переубедить Кэла, воззвав к его лучшим качествам?
Чудеса иногда случаются, напомнила она себе.
Ход ее мыслей прервал звонок в дверь. Нахмурившись, она пошла открывать.
На пороге стоял Кэл.
— Я знаю, мне не следовало сюда приходить, — хрипло произнес он.
Ну почему он появился именно в тот момент, когда она изо всех сил пытается
преодолеть свою страсть к нему! На мгновение Эмма закрыла глаза и глубоко
вдохнула. Снова открыв их, она обнаружила, Что Кэл даже не пошевелился.
— Да, не следовало, — ответила она, когда к ней вернулся дар речи.
— Я могу войти?
— Нет... да... я не знаю, — пролепетала Эмма, ощущая его
присутствие каждой клеточкой своего тела.
— Я просто хочу поговорить.
— Ты уверен?
— Да.
Эмма жестом пригласила Кэла внутрь и, прислонившись к двери, посмотрела на
него.
— Что-то случилось? — спросил он, буравя взглядом ее соски,
внезапно проступившие сквозь футболку.
Эмма с трудом удержалась от желания сложить руки на груди. Слишком поздно
прятаться, напомнила она себе. Он уже видел ее обнаженной и целовал каждый
укромный уголок ее тела. Было бы нелепо строить из себя оскорбленную
невинность.
— Эмма, — снова произнес Кэл.
Его глаза постепенно темнели, словно он читал ее мысли. От него веяло
ароматом весеннего леса, смешанным с волнующим запахом чистой мужской кожи,
и Эмма чувствовала, как ее медленно затягивает водоворот желания.
— Кэл, что нужно сделать для того, чтобы ты отказался от своих
требований? — Этот вопрос был порожден отчаянием.
Он выглядел озадаченным.
— Что-то не так? Ты подумала насчет нас и Логана?
— Во-первых, никаких
нас
не существует, во-вторых, я никогда не
переставала думать о своем сыне.
— Я тоже.
Молчание.
— Я не отдам его, — произнесла Эмма надломленным голосом.
Кэл провел рукой по волосам, взъерошив их. Этот жест только усилил его
магнетизм, на который моментально отреагировало ее тело. Эмма упрямо сжала
губы.
— А я не могу просто взять и уйти.
— Как ты можешь так со мной поступать?
— Черт побери, Эмма, меньше всего я хочу причинить тебе боль. Но Логан
мой сын, моя плоть и кровь, и я буду частью его
...Закладка в соц.сетях
