Жанр: Любовные романы
Всегда, когда любишь
...ался по праву старшего брата,
пришлось отдать в уплату за огромные карточные долги, которые он наделал в
Виргинии. Сам Господь Бог надоумил
Сюзанну пригласить их в усадьбу погостить. Слухи о долгах Чарльза
распространялись с быстротой ветра, и Бетси уже
лишилась многих своих поклонников. Оставшиеся, за исключением нескольких,
владели весьма скромным состоянием, что
явно не устраивало Чарльза.
На голову Бетси обрушились все беды, и она пришла в бешенство. Однако
Чарльз был, пожалуй, единственным, кого
она любила, разумеется, после себя, и теперь он нашел выход из, казалось бы,
безвыходного положения, собираясь выдать ее
замуж за состоятельного джентльмена, готового смотреть сквозь пальцы на все ее
проделки, а также на мотовство будущего
шурина. И ставка Чарльза на богатого жениха, едва не превратившаяся в иллюзию,
снова обрела реальные черты. Чарльз
надеялся, что молодой человек, претендовавший на руку Бетси, не бросится
выяснять, каково ее приданое. О том, что Эшеры
разорились, знали только их ближайшие соседи, но если бы даже Чарльзу удалось
найти богатую невесту, ее родители
наверняка поинтересовались бы его финансами, а это не сулило ничего хорошего.
Адам Сент-Клэр был идеальной партией для Бетси, но Чарльз и слышать о нем
не хотел. С первой же встречи с
Адамом Чарльз понял, что Сент-Клэр не потерпит любовных похождений Бетси и не
позволит Чарльзу проматывать деньги.
Из-за Адама Чарльз и Бетси постоянно ссорились, и Чарльз облегченно вздохнул,
когда Адам уехал навестить свою сестру и
ее семейство.
А уж когда узнал, что Адам женат, совсем успокоился, тем более что на
горизонте появился жених, отвечавший всем
его требованиям. Единственный, горячо любимый сынок овдовевшей матери, Пьер был
красив, молод, а главное, убежден в
том, что Бетси - настоящий ангел. Он не только был без ума от Бетси, но еще и в
восторге от Чарльза, так же как и его мать.
Пока Бетси, оставаясь неприступной, держала двадцатитрехлетнего Пьера в
состоянии обожания, Чарльз без особого труда
обаял мадам Мишо своими утонченными манерами и полезными советами. О лучшем и
мечтать было нечего.
Но тут на лицо Чарльза набежала тень. Он подумал, что Бетси может
разрушить все его планы, если снова начнет
преследовать Сент-Клэра.
- Не все ли равно, каким образом мы разорились, - безапелляционным тоном
заявил Чарльз. - Это факт. И тебе
ничего не остается, как забыть Адама Сент-Клэра и сосредоточиться на Пьере Мишо!
- Мне не нужен Пьер! Этот сопливый мальчишка! Мне нужен Адам!
Чарльз в ярости залепил сестре звонкую пощечину и пригрозил:
- Только попробуй упусти Пьера, и я превращу твою жизнь в сущий ад, будешь
молить Бога о смерти!
Схватившись за щеку, Бетси бросила на него злобный взгляд:
- Не смей угрожать! Я тоже могу навредить тебе, если расскажу о твоих
делишках.
- А я - о твоих, - едва сдерживая гнев, сказал Чарльз. - Выбирай! Либо мы
погубим друг друга, либо будем
действовать заодно.
- Ах, Чарльз! - изобразив улыбку, весело сказала Бетси. - Не будем больше
ссориться. Лучше поговорим о чемнибудь
приятном. Не могли бы мы отложить поездку в усадьбу и задержаться на
денек в Новом Орлеане?
Чарльз подозрительно посмотрел на Бетси. Она наверняка что-то задумала.
Ему не терпелось уехать подальше от
Адама Сент-Клэра, но он решил не обострять отношений с сестрой. Тем более что за
день она вряд ли успеет что-нибудь
натворить. Бетси пока еще не знала, что будет делать, но не хотела упускать ни
единой возможности. Ведь неизвестно,
сколько ей придется торчать в этой проклятой усадьбе "Под сенью дубов", пока
Адам будет находиться вне ее поля зрения.
Так что надо спешить. Ради того, чтобы заполучить Адама, она готова на все.
Вдруг ей повезет, и она сумеет поссорить
Адама с его женой, да так, что они перегрызут друг другу глотки. Бетси
улыбнулась. Она была бы просто в восторге, если бы
знала, что одним своим появлением испортила молодоженам настроение.
После того как Адам поспешил распрощаться с Бетси и Чарльзом, у Саванны
пропала всякая охота к обещанным
Адамом развлечениям. Она была уверена, что Адам стыдится ее, но решила не
показывать вида и шла рядом с ним, гордо
выпрямившись и вздернув подбородок. Однако отвечала на все его предложения
сквозь зубы, когда они бродили по
Французскому рынку. И как только они остановились, отойдя в сторону. Саванна, не
глядя на него, холодно произнесла:
- Зачем ты привел меня в такое людное место? Неужели не боишься, что мы
встретим еще кого-нибудь из твоих
знакомых и снова придется меня представлять?
Адаму и в голову не могло прийти, что Саванна чувствует себя рядом с ним
неуверенно. Уж с кем, с кем, а с Бетси
Адаму меньше всего хотелось знакомить Саванну независимо от того, была она его
женой или нет. Он до сих пор не мог
прийти в себя от наглого поведения его бывшей любовницы и проклинал ту минуту,
когда снова увидел ее. Думая о том, как
избежать еще одной встречи с Бетси в те последние часы, которые она проведет в
Новом Орлеане, Адам не уловил обиды в
тоне Саванны и добродушно ответил:
- Вряд ли мы встретим здесь кого-нибудь из знакомых. Мало кто остается в
городе в это время года. Да и вообще,
что нам за дело до них!
Не подозревая, что этими словами еще больше обидел Саванну, Адам увлек ее
за собой. При других обстоятельствах
Саванна пришла бы в восторг от царившей здесь суеты и невероятной толчеи.
Однако, поглощенная своими печальными
мыслями, она ничего не замечала. Здесь можно было услышать французский, хинди,
английский и даже немецкий, когда
продавцы и покупатели вежливо торговались среди умопомрачительного обилия
товаров, которыми славился этот огромный
рынок. В одной его части на передних рядах торговали живой домашней птицей,
связанной за ноги по три штуки,
всевозможной дичью, свежей, прямо из реки рыбой; в другой продавали горох,
свеклу, помидоры, индийскую кукурузу,
имбирь, ежевику и артишоки. Выглядело все до того аппетитно, что слюнки текли.
Заполонившая рынок толпа представляла
собой живописнейшее зрелище: квартеронки в нарядных красно-желтых платьях, рабы
в лохмотьях, полуголые грязные
индейцы, джентльмены в темно-синем со своими спутницами в одежде пастельных
тонов. Сквозь толпу, грациозно
покачивая бедрами, пробиралась негритянка, предлагавшая букеты роз, фиалок,
испанского жасмина и гвоздики. Саванна
ничего этого не видела, думая о своем. Это не ускользнуло от Адама, и он, выведя
ее из толпы, направился к уютному
маленькому магазинчику на улице Шартрез. Саванна безропотно последовала за ним.
Адам был в недоумении, он чувствовал, что что-то неладно, но не мог
понять, в чем дело. Неужели минувшая ночь так
и не рассеяла ее сомнений? Ведь она была такой податливой в его объятиях, и они
вместе достигли вершины блаженства,
испытав наслаждение и восторг, о которых можно только мечтать. Что же случилось?
Неужели она все еще помнит, на какую
он пошел хитрость, чтобы заставить ее вступить с ним в брак? Это окончательно
испортило настроение Адаму, но он не мог
не признаться себе, что, окажись он на месте Саванны, вряд ли мог бы так скоро
забыть обиду и ощущать радость жизни.
Он то и дело с тревогой посматривал на непроницаемое лицо Саванны. На нем
не было ни злости, ни огорчения, ни
обиды, но от этого Адаму не становилось легче. И, поразмыслив, он понял, что
прошлая ночь ничего не изменила в их
отношениях. Просто Саванна хотела его, и ему удалось доставить ей удовольствие.
Когда они вошли в магазин на улице
Шартрез, Адам был темнее тучи, она тоже хмурилась, вспоминая, как он быстро
распрощался с Эшерами, а потом поспешил
увести ее с Французского рынка. Наверняка стыдится ее и уже жалеет, что так
скоропалительно женился на ней. А визит в
этот маленький магазин лишь убедил молодую женщину в ее правоте.
У Саванны перехватило дыхание и голова пошла кругом от обилия роскошных
тканей и фасонов, выложенных перед
ней хозяйкой магазина, мадам Галланд, прославленной портнихой с изысканным
вкусом, не знавшей себе равных в выборе
цвета ткани и фасона. Небольшого роста, брюнетка, с волосами, аккуратно
собранными на затылке, мадам Галланд усадила
Адама и Саванну на удобный диванчик, обитый бледно-розовым плотным шелком. Она
сразу заметила, что клиенты не в
духе, но виду не подала и показала уже почти готовые наряды, заказанные Адамом
еще в его первый приезд в Новый Орлеан.
Дружелюбно глядя на молодую чету светло-карими глазами, портниха положила
Саванне на колени восхитительную
мантию из нежного шелка и проворковала:
- Может быть, мадам пожелает ее примерить? Тогда я кое-что подправлю, если
понадобится. У меня есть еще
несколько почти готовых нарядов, их надо только чуть-чуть подогнать по фигуре. -
И, окинув опытным взглядом Саванну,
она весело добавила: - Месье не ошибся в размерах, так что, надеюсь, вы
останетесь довольны.
Когда они покинули магазин. Саванна вышла словно в тумане. Она смутно
помнила этот свой визит к мадам Галланд.
Мадам водила ее в маленькую примерочную и там порхала вокруг нее, примеряя то
одну, то другую вещь, которым,
казалось, не будет конца. Затем Адам, все такой же хмурый, выбрал еще несколько
тканей и фасонов для поистине
королевского гардероба Саванны. Сама же она оставалась совершенно безучастной и
к платьям, и к мадам Галланд,
наблюдая за всей этой суматохой словно издалека. Она ничего не хотела. Душа ее
была мертвая Все эти роскошные платья,
ткани, кружева угнетали ее, увеличивая пропасть между ее простеньким платьицем и
дорогими, стоившими целое состояние
нарядами и соответственно между ней и Адамом.
После визита к мадам Галланд Саванна впала в отчаяние, и ее вновь стали
одолевать сомнения и страхи. Адам никогда
не терял чувства юмора, но сейчас был мрачен, и Саванна не решалась объяснить
ему, что их брак, несмотря даже на то, что
она ждет ребенка, все же оказался ошибкой и они не должны притворяться и
допускать того, что произошло прошлой ночью.
Когда они вернулись в гостиницу, отчуждение между ними стало еще заметнее.
Они почти не разговаривали, занятые
своими мыслями, следует заметить, не очень приятными.
- Полагаю, я должна поблагодарить тебя за все эти красивые вещи, - сказала
наконец Саванна, нарушив молчание.
Адам был зол. И неудивительно. Мысль о том, что он полюбил женщину,
которая ив грош его не ставит, была не из
приятных.
Он мрачно посмотрел на нее и с тронувшей губы насмешливой улыбкой негромко
сказал:
- Должна поблагодарить? В самом деле? Да любая женщина была бы на седьмом
небе от счастья, если бы муж
проявил такую щедрость! - Он прищурился. - Но ты не такая, как все, не так ли?
- Не такая, - резко ответила Саванна, оскорбленная тем, что он надеялся
подарками купить ее расположение. -
Хотя бы потому, что согласилась выйти за тебя замуж! - После пережитых утром
унижений Саванна была полна решимости
все поставить на свои места и с горечью продолжила: - Но у меня не было выбора,
я ношу под сердцем твоего ребенка, и ты
должен дать ему имя. Это и заставило меня стать твоей женой. Но ублажать твою
похоть я не собираюсь и хочу иметь
отдельную спальню.
Адам побледнел. На скулах заиграли желваки. После проведенной с ней
восхитительной ночи он мог ожидать чего
угодно, но не этого. Он плотно сжал губы и грубо схватил ее за руку.
- Похоть? - Он перешел на крик. - То, что было между нами прошлой ночью,
ты называешь похотью?
Саванна отвела взгляд, не в силах смотреть в его полные гнева сапфировые
глаза, и, поскольку была уверена в своей
правоте, отвернулась и упрямо молчала.
Адам не мог оторвать взгляда от ее изумительного профиля, однако ярость
взяла верх.
- Прекрасно, мадам! - заявил он ледяным тоном. - Я все понял. И поскольку
вы решили изгнать меня с брачного
ложа, попробую поискать женщину, которая согласится ублажать мою похоть. Только
вы уж не обижайтесь! - И, оттолкнув
ее, он почти выбежал из комнаты, изо всех сил хлопнув дверью.
Саванна с тоской смотрела на дверь, за которой скрылся Адам. Потом
подумала, что это к лучшему. У каждого из них
свой мир. И утром Адам показал, что стыдится Саванны, даже ее одежда его
шокирует. В полном изнеможении Саванна
опустилась на диван. Ну и пусть найдет себе другую женщину. Не все ли равно,
когда это случится, сейчас или потом. Она
даже почувствовала облегчение. Лучше раньше, чем позже. Но как больно сознавать
это! Нестерпимо больно!
Она медленно обвела взглядом комнату, и слезы потоком хлынули из глаз. Как
она теперь будет жить? Ведь перед ней
целая череда безрадостных лет. Она не знала, сколько времени сидела так,
охваченная отчаянием, как вдруг в дверь
постучали.
Она быстро вытерла слезы и, когда открыла, увидела Бетси Эшер. Все с той
же слащавой улыбкой она буквально
сверлила взглядом Саванну. Из-под очаровательной соломенной шляпки, завязанной
под подбородком голубыми шелковыми
лентами, выбивались блестящие светлые локоны. На ней было платье из тончайшего
муслина, тоже голубого, с коротким
лифом и рукавами-фонариками. Ее изящные маленькие руки, в которых она держала
очень модный ридикюль, были
обтянуты белоснежными перчатками. И Саванна в своем более чем скромном платье,
очень высокая, почувствовала себя
нескладной и безобразной рядом с шикарно одетой, миниатюрной Бетси.
- Простите за неожиданное вторжение, - проворковала Бетси с наигранной
приветливостью, - но в оставшиеся
часы, которые я пробуду в Новом Орлеане, я просто не могла не поздравить вас с
Адамом с законным браком. - И, не
обращая внимания на то, что Саванна оставалась совершенно безучастной к ее
болтовне, весело продолжала: - Я вижу,
Адам куда-то ушел и оставил вас совсем одну. Может, спустимся вниз, выпьем по
стаканчику лимонада?
Ошарашенная, Саванна какое-то время смотрела на Бетси, пока наконец до нее
дошел смысл ее слов. Визит мисс
Эшер был очень некстати. Саванне никуда не хотелось идти, особенно с этой
девушкой, такой элегантной и благородной.
Слишком велика была разница между ними. Недаром после встречи с ней Адам так
переменился. Саванна с трудом
сдерживала рыдания. Но эта прелестная мисс, думала Саванна, здесь ни при чем,
напротив, она оказалась настолько
любезной, что, застав Саванну одну, решила ее развлечь. И, взяв себя в руки,
Саванна с натянутой улыбкой сказала:
- Спасибо вам за приглашение, но, к сожалению, Адам не оставил мне денег,
и я не смогу заплатить за лимонад.
- О, не беспокойтесь! Я угощаю вас, а в следующий раз вы меня! Пойдемте,
мне так хочется с вами поболтать!
Невольно поддавшись очарованию Бетси, Саванна распахнула дверь.
- Зайдите на минутку! Я только напишу Адаму записку, - сказала она,
усаживаясь за изящный столик из вишневого
дерева и не замечая холодного блеска зеленых глаз Бетси, которая внимательно ее
разглядывала. Бетси между тем
неторопливо обошла просторную комнату и едва не лопнула от зависти, сравнивая ее
с апартаментами, которые снял Чарльз.
"Какая несправедливость!" - вне себя от злости думала Бетси. Это она должна была
стать женой Адама и жить вместе с ним
в этой роскоши, а не какая-то ничтожная девица.
- Должна извиниться перед вами, - не переставая улыбаться, сказала Бетси,
- за то, что не очень тактично вела
себя утром. Просто я растерялась, узнав, что Адам женился, поскольку знала его
как ярого противника брака. Как, интересно,
вам удалось склонить его к женитьбе?
Саванна покраснела. Сосредоточившись на записке, она сразу не нашлась что
ответить, потом наконец пробормотала:
- Сама не знаю. Мы, мы, - она стала запинаться, - просто решили так. И
все.
- Он ничего о вас не говорил. Не только мне, но и остальным друзьям.
Саванна! Редкое имя, не правда ли? Я никогда
такого не слышала, а то запомнила бы. Тем более если бы услышала его от Адама, -
Бетси понимающе взглянула на
Саванну. - Не огорчайтесь. Мы с Адамом большие друзья, и у него от меня нет
секретов. А вы давно его знаете?
- Не очень, - тихо ответила Саванна, слегка задыхаясь от волнения.
- Ваша свадьба для меня полная неожиданность!
Чувствуя себя неуверенно в роли жены Адама и испытывая благоговейный
трепет перед этой молодой женщиной, его
близкой подругой, настоящей светской дамой, Саванна еще больше покраснела и
пришла в полное замешательство.
Несмотря ни на что, ей не хотелось быть невежливой с друзьями Адама и ставить
его в неловкое положение, и тем более она
не собиралась оскорблять мисс Эшер. Ей даже пришло в голову, что они могли бы
стать подругами. Вполне безобидная
мысль. Кто знает, быть может, именно с помощью мисс Эшер ей легче будет
превратиться из неотесанной хозяйки таверны
Саванны О'Раук в госпожу Саванну Сент-Клэр, жену состоятельного аристократа.
Но эти иллюзии быстро исчезли, и уже через несколько минут она подумала о
том, не слишком ли любопытна эта
светская дама, если так настойчиво сует нос в чужие дела. И вообще неизвестно, с
какой целью она пригласила Саванну пить
лимонад. Может, и не следовало бы ей доверять.
- Я думаю, наша свадьба касается только нас двоих, - холодно ответила
Саванна, - не важно, была она внезапной
или нет.
- О Боже! Я обидела вас? - воскликнула Бетси. - Простите! Я не хотела! Но
мы с Адамом такие друзья, а он вдруг
представляет в качестве жены совершенно незнакомую особу. - Бетси засмеялась: -
Недаром говорят: язык мой - враг
мой! Простите меня, ради Бога!
Саванне ничего не оставалось, как принять извинения, однако надежды,
которые она стала было питать по отношению
к этой мисс, исчезли окончательно. Она даже готова была отказаться от
приглашения. Саванна никогда не вращалась в
высших кругах, но инстинкт подсказывал ей, что добра от Бетси ждать нечего...
Бетси между тем из короткой беседы с Саванной получила ответы на некоторые
мучившие ее с самого утра вопросы и,
домыслив то, чего не сказала Саванна, пришла к выводу, что Адам женился не по
любви. И не по расчету, о чем нетрудно
было догадаться, глядя на платье Саванны. Малочисленные аристократы на юге
Америки знали друг о друге буквально все.
Бетси же никогда не слышала о Саванне, и это говорило о том, что жена Адама не
принадлежала к высшему свету. И не
приходилась Адаму даже троюродной кузиной. Она просто никто! Ничтожество! И это
обстоятельство бесило Бетси больше,
чем сам факт его женитьбы. Что же заставило его жениться на бедной, безродной
провинциалке? Саванна, конечно, была
прелестна, и на нее могли найтись охотники, но жениться? Это было выше понимания
Бетси.
Эта мысль не оставила Бетси в покое и тогда, когда они с Саванной вышли из
комнаты и направились к винтовой
лестнице, которая вела в холл. Сколько Бетси ни размышляла, не могла найти
ответа на этот вопрос. Впрочем, для Бетси это
не имело особого значения. Она задалась целью заполучить Адама, и никто ей не
мог помешать. Ей просто надо было
понять, почему они поженились, чтобы каким-то образом убрать с дороги соперницу.
И тут ее осенило. Его жена беременна,
а потому надо действовать быстро.
Бетси метнула злобный взгляд на Саванну. Так вот оно что! Эта идиотка
беременна! Теперь ясно, как ей удалось
заарканить Адама.
Саванна в этот момент уже взялась за перила лестницы. К Бетси, которая
следовала за ней, решение пришло
мгновенно. Раздумывать было некогда. Ослепленная злобой и ненавистью, она не
упустила свой шанс. Поблизости никого
нет, а снизу, из холла, невозможно увидеть, что происходит наверху. Ее соперница
находится на расстоянии вытянутой руки
от нее и сейчас начнет спускаться с лестницы. Самый подходящий момент, чтобы
осуществить задуманное. Лицо Бетси
исказилось от ярости, когда она резким движением толкнула Саванну.
Застигнутая врасплох, Саванна стала хвататься за перила, но не удержалась
и, вскрикнув, полетела вниз. Все
произошло в одно мгновение. Резкая боль пронзила тело Саванны. Скатившись к
подножию лестницы, она потеряла
сознание.
Со страхом и радостью Бетси смотрела сверху на неподвижное тело Саванны.
Свершилось! Дохлая глупая тварь!
Глаза Бетси сияли от удовольствия. В тот же миг вокруг Саванны собралась толпа,
многие бросились ей на помощь. Тут
Бетси не на шутку перепугалась и, изобразив на лице ужас, сбежала вниз.
- О Боже! Какое несчастье! Она оступилась, и я не смогла ее удержать.
Бедняжка! Она жива? - Бетси громко
рыдала.
Ее стали успокаивать. Джентльмен, первым подбежавший к Саванне, взглянул
на Бетси.
- Пока жива, - ответил он спокойно, - но истекает кровью. Боюсь, как бы не
случилось худшее.
- Жива? - Бетси едва не топнула ногой от досады, отняла от лица ладони и
взглянула на свою жертву.
Красное пятно под Саванной расплывалось, становясь все больше и больше.
Глава 19
Саванна постепенно приходила в себя и смутно, словно в тумане, различала
окружавшие предметы. Скоро она поняла,
что лежит в крови, и очень удивилась. Быть может, это ночной кошмар? Где же
Адам? Она силилась вспомнить, что с ней
произошло. В памяти проплывали одно за другим события дня. Последнее, что она
вспомнила, - это как они с мисс Эшер
покинули комнату и подошли к лестнице, чтобы спуститься в холл. А потом она
словно провалилась в бездну...
Вдруг в душе шевельнулось недоброе предчувствие. Она попыталась
приподняться, но тут же дыхание перехватило от
пронзившей тело боли. Болела каждая клеточка, и Саванне показалось, что она
сейчас снова потеряет сознание. Что это с
ней? Откуда такая страшная, невыносимая боль?
Боль и какая-то гнетущая пустота. Вдруг она ощутила что-то между ног... Ее
ребенок! Она потеряла ребенка!
До этого момента мысль о беременности приносила ей чаще страдание, чем
радость. Она не испытывала к будущему
ребенку ни любви, ни нежности, как другие женщины. В ней говорил только инстинкт
самозащиты. Но сейчас, осознав, что
она потеряла своего малыша. Саванна не сдержала крика отчаяния, и по щекам
медленно заструились слезы. Она никогда не
возьмет на руки своего ребенка, не услышит его плача, не погладит его пушистую
головку...
Внезапно шелковый полог над кроватью раздвинулся, и при слабом утреннем
свете Саванна увидела встревоженное
лицо Адама.
- Ты проснулась, - с облегчением произнес он каким-то хриплым, не своим
голосом, в котором звучала радость.
Чудесные аквамариновые глаза Саванны застилали слезы, когда она смотрела
на осунувшееся, заросшее щетиной лицо
мужа. Выглядел он ужасно. Галстук измят, волосы растрепаны. И столько муки было
в его взгляде, что Саванне стало не по
себе. Неужели ему был так дорог их будущий ребенок? Тут Саванна вспомнила, как,
лаская ее, он с волнением шептал: "Мой
малыш!" Значит, он тоже страдает!
- Что случилось? Почему я потеряла ребенка? - спросила она чуть слышно.
Сердце Адама болезненно сжалось, стоило ему вспомнить свое возвращение в
гостиницу. Холл гудел, вокруг
неподвижно лежавшей Саванны собралась толпа. Он не мог забыть этой страшной
картины и закрыл глаза. И все его
проклятый характер. Он один виноват в случившемся. Раскаяние не принесло
облегчения. Он только понял, что своей
горячностью ничего не добьется, что Саванну ему не сломить.
Едва выйдя из гостиницы, он почувствовал, что гнев его поутих, и пришел к
выводу, что искать забвения в объятиях
другой женщины не самый лучший способ решить их проблемы. Он должен спокойно
объяснить Саванне, что они теперь
неразрывно связаны и что супружеский долг - дело святое. Адам повернулся и
быстро пошел обратно, думая лишь о том,
каким способом укротить строптивую жену и добиться ее расположения и любви...
Он снова вспомнил тот страшный миг, когда увидел истекавшую кровью
Саванну. И сейчас, присев на край кровати,
очень осторожно обнял ее, коснулся губами ее виска и признался:
- Я думал, ты умерла! Никогда еще мне не было так страшно!
Ей сразу стало легче от прикосновения его сильных рук, и, доверчиво
склонившись к нему, она принялась ласково
гладить его грудь, а потом спросила:
- Что же все-таки случилось? Я все забыла. Помню только, что вместе с
Бетси стала спускаться по лестнице, чтобы
выпить внизу лимонада.
Адам невольно сжал губы. Задушить эту Бетси и то мало!
Если бы она не стала лезть в душу Саванне, ничего не случилось бы! Она
жужжала возле него, словно оса, когда
подоспевший врач пытался оказать помощь Саванне, все еще лежавшей без сознания.
- О Адам! - без конца восклицала Бетси. - Это ужасно! Я с ней была так
мила. Мы хотели выпить лимонада и
спускались вниз, а она вдруг упала. Мы стояли вот здесь. Все случилось так
неожиданно. Она просто упала! О, как это
ужасно! Не знаю, как я выдержала и не упала в обморок!
Однако Адам ее не слушал. Как только выяснилось, что Саванна жива, он
распорядился перенести ее в апартаменты и
с превеликим удовольствием захлопнул дверь, чтобы избавиться наконец от
трещавшей без умолку Бетси. Он не понял из ее
болтовни ни слова, поскольку все его мысли и чувства были заняты Саванной.
Наступившая ночь казалась ему страшным
кошмаром. Еще одной такой он просто не пережил бы. Страх потерять Саванну
помешал ему полностью осознать трагедию,
случившуюся с ребенком. Врач долго осматривал Саванну, и это время показалось
Адаму вечностью.
- Она выздоровеет без осложнений, - сказал доктор наконец. - Должно быть,
сильно ушиблась головой, когда
падала с лестницы, но к утру, полагаю, к ней вернется сознание. Кости целы,
однако она потеряла много крови. Ничего,
поправится. Она молодая и крепкая. Через какой-нибудь месяц будет в порядке.
Казалось, ночи не будет конца. Адам сидел возле нее, время от времени
меняя компрессы на лбу. А то брал ее за руку,
моля Бога, чтобы она очнулась и взглянула на него. Теперь, когда угроза жизни
Саванны миновала, Адам с ужасом подумал
о том, что она потеряла ребенка, и на душу ему лег камень. До нынешней ночи Адам
не думал о ребенке иначе, как о
средстве добиться согласия Саванны на брак. Но сейчас сердце его обливалось
кровью. Он был бессилен что-либо сделать, и
это угнетало его. Единственное, что ему оставалось, - это ждать и молиться,
чтобы поскорее настало утро и к Саванне
вернулось сознание. Когда наконец она пришла в себя, Адам в соседней комнате
заказывал кофе, а вернувшись, услышал ее
тих
...Закладка в соц.сетях
