Жанр: Любовные романы
Возьми мое сердце
...dash; Честно говоря, я иногда думал, — нерешительно произнес
Морли, — что, возможно, мать Чанса не Летти, а какая-то другая женщина,
которая оставила его на утесе, а сама бросилась в воду...
— Ты думаешь, Чанс — мой незаконный сын? — Сэм невесело
улыбнулся. — По-твоему, у меня тогда была другая женщина и я, изменив с
ней Летти, довел ее потом до самоубийства? Невысокого же ты обо мне мнения!
Морли покраснел.
— Я не говорил, что это так. Просто предполагал... Скажи, — он
глубоко вздохнул, — ты очень на меня сердишься?
— Сержусь? — переспросил Сэм, сурово глядя на Морли из-под
бровей. — Нет, это совсем не то слово... Я услышал от тебя, что Чанс,
по всей вероятности, мой сын... Ты подозреваешь это уже не один год. Да,
твои доводы вполне убедительны, и я согласен с тобой: Чанс Уокер — мой
сын! — От избытка чувств Сэм сильно ударил кулаком по конторке. —
Я очень, черт возьми, сержусь на тебя! И все-таки, — на мгновение дав
волю чувствам, Сэм вновь овладел собой, — я по-прежнему считаю тебя
своим другом. Конечно, ты давно уже должен был поговорить со мной, но я
понимаю, почему ты все эти годы старался делать так, чтобы Чанс как можно
больше времени проводил в Уокер-Ридж, а я помогал ему. Я благодарен тебе за
это.
У Морли словно камень с души упал.
— Но что нам делать теперь? — нерешительно спросил он. — У
нас ведь нет доказательств.
Сэм улыбнулся, и Морли невольно отметил про себя, что он очень похож на
Чанса.
— Значит, нам предстоит их найти!
Часть 4
ЧЕРТОВО МЕСТО Ветром, что ли, нам надуло чертовщину эту?
Уильям Шекспир
Комедия ошибок
Выехав из Уокер-Ридж утром, новобрачные добрались до Чертова Места к
позднему вечеру, и Фэнси не удалось рассмотреть снаружи свой новый дом.
Последние часы они ехали в темноте, и лишь зажженные лампы, которые держали
в руках Чанс и Хью, освещали им путь. Сидя в повозке и напряженно
вглядываясь во тьму, Фэнси пришла к выводу, что они движутся по открытой
местности. Деревьев вокруг становилось все меньше и меньше, и Фэнси
понимала, что лес скорее всего остался позади. Заметив в стороне от дороги
табачные поля, а еще через некоторое время — изгородь, она заволновалась:
Чертово Место, судя по всему, уже совсем близко!
Дорога пошла вверх, и Фэнси увидела впереди огоньки и неясные очертания
здания. Через несколько минут повозка остановилась перед домом, парадный
вход которого освещали два фонаря. Когда Чанс подал Фэнси руку и помог ей
выйти из повозки, дверь дома распахнулась и на широком крыльце появился
опрятно одетый мужчина.
— Добро пожаловать в Чертово Место, миссис Уокер, — сказал он, и
улыбка осветила его обветренное лицо.
— Мы с нетерпением ждали вашего приезда. — Он взглянул на
Чанса. — Этому дому уже давно нужна женская рука.
Оставив Хью помогать Эллен и Энн, Чане вместе с Фэнси стал подниматься по
ступенькам.
— Странно слышать это от тебя, Джед, — сухо сказал он. — Твоя
жена Марта поддерживает в доме образцовый порядок. — Он повернулся к
Фэнси. — Это Джед Томпсон. Он и его жена приехали сюда более десяти лет
назад, когда я нанял их в качестве слуг. Срок контракта давно истек, но мы
не можем жить друг без друга. Я понял, что без них дом придет в упадок, а
они, в свою очередь, решили, что работать на меня не так уж плохо.
Поднявшись, Чанс остановился рядом с Джедом.
— Моя жена Фэнси, — коротко сказал он. — Она теперь здесь
хозяйка, и я надеюсь, что вы будете служить ей так же преданно, как и мне.
Джед поклонился Фэнси, и его светло-карие глаза блеснули.
— Для нас огромное удовольствие служить вам, госпожа, — произнес
он. — Надеюсь, вы останетесь довольны нами.
Невысокий рыжеволосый Джед сразу понравился Фэнси, и она, тихо пробормотав в
ответ какую-то вежливую фразу, вошла за ним в дом.
Из-за темноты Фэнси не удалось рассмотреть дом снаружи, однако, войдя внутрь
и увидев большую прихожую и изящную витую лестницу, она сделала вывод, что
ее новое жилище будет просторным и удобным. Сосновые полы блестели, дорогие
свечи из пчелиного воска, укрепленные на стенах и в красивой люстре,
отбрасывали мягкий свет на зеркало в позолоченной раме и стоявший у стены
большой шкаф из красного дерева. Несколько арочных дверей вели в коридоры.
Из одного из них навстречу Фэнси вышла маленькая полная женщина.
— Добро пожаловать в ваш новый дом, госпожа, — сказала она, сделав
книксен. — Я Марта, жена Джеда.
— А также самая лучшая повариха во всей колонии, — добавил с
улыбкой Чанс.
Эллен и Энн вошли в прихожую, и Чанс представил их слугам. Только Хью, часто
бывавший в Чертовом Месте, был знаком с Томпсонами. В дороге Фэнси изрядно
утомилась и обрадовалась, когда первые минуты после приезда с их неизбежной
суетой наконец прошли.
— Марта, покажите Эллен и Энн их комнаты, — сказал Чанс, когда все
познакомились. — А ты, Джед, проводи Хью. Мы с женой пойдем в
спальню. — Он с улыбкой взглянул на Фэнси. — Думаю, экскурсию по
дому лучше отложить до утра. Судя по вашему виду, вам сейчас надо отдохнуть.
Да, Марта, — произнес он, обращаясь к служанке, — скажите
Марианне, чтобы она принесла нам что-нибудь выпить.
Пожелав всем спокойной ночи, Чанс взял Фэнси под руку, и они направились к
лестнице. Поднявшись на второй этаж, они пошли по длинному коридору.
— Вот ваши апартаменты, мадам, — неожиданно застенчиво сказал
Чане, останавливаясь перед одной из дверей. — Надеюсь, вам здесь
понравится.
— Не сомневаюсь, — улыбнулась Фэнси. Внезапно прижав жену к себе,
Чанс взглянул ей в глаза.
— Моя комната находится по соседству, — тихо сказал он. — Ты
можешь попасть туда прямо из своей комнаты. Хоть я и дал тебе слово не
искать с тобой близости в течение этого месяца, ты, я думаю, помнишь, где
спишь.
— Да, уж это ты вряд ли дашь мне забыть. — Фэнси усмехнулась.
Чанс засмеялся и открыл дверь спальни. Затаив дыхание, Фэнси переступила
через порог. Чанс последовал за ней. Взору Фэнси предстала прекрасная
комната с высоким потолком. На деревянном сосновом полу лежал розово-
кремовый ковер ручной работы. У окна стояли небольшой столик красного дерева
и два красных кресла с подголовниками. В углу виднелась резная кровать с
пологом. Занавески на окнах и полог были того же цвета, что и ковер. Пуховую
высокую перину закрывала шелковая розовая накидка. Столик со столешницей из
бледно-зеленого мрамора и такого же цвета умывальник прекрасно вписывались в
обстановку.
В спальне была и другая мебель, однако рассматривать ее Фэнси не стала.
— Здесь очень мило, Чанс, — сказала она, оборачиваясь. — Я
уверена, мне здесь будет хорошо!
— Нам обоим будет здесь хорошо, — ответил Чанс, закрывая
дверь, — как только мы окажемся в постели.
Фэнси покраснела.
— Эта дверь ведет в твою комнату? — спросила она, переводя
разговор на другую тему.
— Да, — Чанс искоса взглянул на нее, — и в твою гардеробную. Хочешь взглянуть на нее?
Понимая, что, если Чанс станет сейчас ласкать ее, она не сможет устоять,
Фэнси согласилась:
— Разве только взглянуть. Я очень устала.
Гардеробная комната оказалась очень удобной. Спальня Чанса, куда они прошли
потом, была более просторной, чем комната Фэнси. Покрывало и занавески были
в ней темно-красного и золотистого цветов. В центре комнаты стояла массивная
кровать красного дерева.
— Да, здесь тоже красиво, — произнесла Фэнси, отводя глаза от
кровати и зевая. — Я, кажется, утомилась. Не будешь возражать, если я
сейчас уйду к себе?
Чанс взял ее за плечи и, осторожно повернув к себе, поцеловал. Блаженное
тепло разлилось по всему телу Фэнси.
— Фэнси, я не собираюсь бросаться на тебя всякий раз, когда мы будем
оставаться наедине. Я уже сказал, что в течение месяца не трону тебя. Не
беспокойся, я сдержу слово. И, пожалуйста, не бойся меня.
Фэнси улыбнулась, даже не догадываясь, какое воздействие оказывает на Чанса
взволнованный взгляд ее янтарных глаз.
— Я боюсь не тебя. Я боюсь себя. Услышав эти слова, Чанс не мог не
поцеловать Фэнси еще раз. Она млела в его объятиях, чувствуя его сильные
руки, требовательные губы. Только когда ладонь Чанса коснулась ее груди, она
встрепенулась.
— Ты же обещал, — прошептала она, вырываясь из объятий мужа.
— Я действительно сделал такую глупость, — вздохнул Чанс. —
Но если ты и дальше будешь соблазнять меня, боюсь, я не выдержу и возьму
свои слова назад.
— Я тебя соблазняю? — возмутилась Фэнси. Разве она его соблазняет?
Глупости — у нее и в мыслях этого нет! Она покраснела и отвернулась в
сторону. — Вот уж нет, — произнесла она. — Ты делаешь со мной
что хочешь.
— Если бы я действительно делал с тобой все, что хотел, —
парировал Чанс, блеснув глазами, — то мы уже давно лежали бы в постели.
Стараясь не обращать внимания на то, как сильно забилось ее сердце, Фэнси
пошла к двери.
— Вы очень грубы и невоспитанны, сэр. Я не хочу больше оставаться в
вашем обществе.
Чанс не стал удерживать Фэнси, но пошел за ней в ее спальню.
— Но я твой муж, — тихо произнес он, входя и прислоняясь к косяку
двери. — Помни об этом, дорогая. Ты ведь вышла за меня замуж.
— Ты просто заманил меня, заставил... — возразила она. — Именно поэтому мне нужно время...
— Чтобы привыкнуть к моей невоспитанности и грубости?
— Именно так.
В эту минуту кто-то тихо постучал в дверь. Чанс открыл, и на пороге
появилась небольшого роста девушка с карими глазами, нервно сжимавшая что-то
в руках. Увидев ее, Чанс улыбнулся.
— Это Чэрити, младшая дочь Марты, — сказал он, впуская
девушку. — Ее вряд ли можно считать горничной для английской леди, но,
думаю, она окажется тебе небесполезной. — Он обернулся к Чэрити. —
Это моя жена Фэнси, твоя госпожа. Надеюсь, ты скоро поймешь, что она совсем
не такая страшная, какой ты ее себе представляла.
Чэрити покраснела до корней волос и бросила на Фэнси умоляющий взгляд.
— Госпожа, я никогда раньше не... — робко начала она.
Фэнси улыбнулась. Даже если бы Чанс ничего не сказал, по рыжим волосам и
полной фигуре девушки она поняла бы, что Чэрити — дочь Джеда и Марты.
— Не обращай на него внимания, дорогая. Все будет хорошо. Ты увидишь,
Чэрити, что помогать мне — удовольствие, а не пытка. — Она взглянула на
Чанса. — Думаю, твои родители могли бы сказать то же самое про моего
мужа.
— Несомненно! — Чанс рассмеялся и шутливо поклонился Фэнси. —
Препоручаю тебя заботам Чэрити. Мне еще надо кое-что проверить: я слишком
долго здесь не был и несколько запустил дела. Скоро придет Марианна, сестра
Чэрити. Она принесет тебе что-нибудь поесть. Ну, до скорого свидания,
женушка.
Чэрити оказалась послушной и исполнительной служанкой, и Фэнси осталась
довольна ею. Через некоторое время пришла и Марианна. Сестры были так похожи
друг на друга, что казались близнецами; единственная разница между ними
заключалась в том, что Чэрити было восемнадцать лет, а Марианне — двадцать
три. Поев куриного супа с хлебом и маслом, Фэнси отпустила девушек и легла в
постель, чувствуя, что больше не может бороться со сном.
Она уже крепко спала, когда Чанс лег рядом и обнял ее.
— Ты не забыла о нашем соглашении, дорогая? — тихо прошептал он ей
на ухо.
Фэнси заворочалась и крепко прижалась к нему. Чанс улыбнулся и откинулся на
подушку. Через несколько мгновений он погрузился в сон.
Когда Фэнси на следующее утро открыла глаза, спальня была залита светом.
Лежавшая рядом подушка была продавлена, и Фэнси поняла, что и в эту ночь
Чанс лежал совсем рядом. Сейчас, впрочем, ей не хотелось думать об
отношениях с ним; намного больше ее интересовало Чертово Место. Поднявшись с
постели, Фэнси быстро подошла к окну и, откинув занавеску, выглянула во
двор. Ее взору предстало огромное, заросшее зеленой травой поле; кое-где
возвышались огромные дубы и магнолии. Залюбовавшись пейзажем, Фэнси
восхищенно улыбнулась. Вдалеке протекала река, блестя под лучами солнца. Из
окна Фэнси заметила, что на реке построена небольшая пристань. К дому вела
широкая дорога, слева от которой находилось большое, огороженное забором
пастбище. На нем, сосредоточенно пережевывая траву, паслось с полдюжины
кобыл и играли жеребята. Справа располагался огромный сад с живописными
аллеями и множеством цветов — розовых, желтых, пурпурных. В теплом воздухе
витал запах роз и каких-то других душистых растений.
Фэнси не знала, что представляет собой Чертово Место. Судить об усадьбе по
Чансу она не могла. Элегантный, изысканно одетый джентльмен, которого она
видела в Уокер-Ридж, совсем не походил на охотника в поношенной рубашке из
оленьей кожи, спасшего ее в лесу. Направляясь в Чертово Место, Фэнси
терялась в догадках, каким предстанет перед ней Чанс в своем собственном
доме. Насколько она могла судить по тому, что говорили в Уокер-Ридж, дом в
Чертовом Месте был всего лишь ветхой и убогой хижиной, затерянной в дремучем
лесу. Отойдя от окна, Фэнси подумала, как хорошо, что ее новое жилище
оказалось совсем непохожим на жалкую лачугу, которую она представляла себе
до поездки. О Чансе Фэнси знала очень мало, и ей было неприятно сознавать,
что она вверила свою судьбу человеку, о котором ей практически ничего не
известно — за исключением того, что от его улыбки ее сердце начинало
учащенно биться, а его прикосновения вызывали у нее целую бурю чувств. Фэнси
усмехнулась, подумав, что ее брак покоится на весьма непрочном основании, но
затем пожала плечами. Сожалеть уже поздно. Хорошо еще, что жить ей предстоит
в нормальном доме, а не в хибаре, которую она создала в своем воображении.
Дом Чанса в Чертовом Месте не мог, конечно, сравниться с великолепной
усадьбой в Уокер-Ридж, однако скромность обстановки даже нравилась Фэнси.
После нескольких лет жизни в огромном старинном замке, родовом гнезде
баронов Мерривейл, ей хотелось поселиться в доме, по которому она могла бы
ходить без риска заблудиться. Когда она только вышла замуж за Спенсера и
переехала к нему, ей не раз случалось долго бродить по замку: она путалась в
его многочисленных покоях. Подумав, что хотя бы в этом отношении дом Чанса
будет полностью удовлетворять ее запросам, Фэнси улыбнулась и дернула за
шнурок звонка, чтобы позвать Чэрити. Ей не терпелось совершить прогулку по
дому.
Через несколько часов, сидя рядом с Чансом, очень милым и любезным, Фэнси
вдруг поймала себя на мысли, что Чертово Место нравится ей все больше и
больше. Как она и предполагала, дом оказался не очень большим. В нем было
всего шесть спален, а в замке Мерривейл их насчитывалось двадцать. Все
спальни были просторны и со вкусом обставлены. Пожалуй, именно в таком доме
— достаточно большом и одновременно уютном — ей и хотелось бы жить.
Показывая Фэнси усадьбу, Чанс не без гордости сказал, что первоначально его
жилище представляло собой простое белое двухэтажное здание с двумя
подъездами, спереди и сзади, двускатной крышей, мансардными окнами и двумя
печными трубами. Четыре года назад он пристроил к нему два одноэтажных
флигеля, и дом действительно стал очень красивым и нарядным: темно-зеленые
ставни, пышные гроздья сирени и жимолости между колоннами подъездов.
За домом помещались хозяйственные постройки — кухня, коптильня, прачечная,
маслодельня, прядильная мастерская и контора Чанса. За ними стояли дома
работников. На Чанса работали в большинстве вольнонаемные — у одних контракт
еще не закончился, другие, как чета Томпсонов, решили остаться в Чертовом
Месте и после его истечения. Рабов было немного, и хижины, в которых они
жили, можно было пересчитать по пальцам одной руки За домами стояли
несколько больших конюшен, которые Чане пообещал показать Фэнси в другой
раз, и амбары для хранения и сушки табака.
Прогуливаясь с Чансом по усадьбе, Фэнси внезапно подумала, что Чертово Место
больше похоже на небольшую деревню, чем на одинокую хижину посреди дикого
леса. Жизнь в селении била ключом, и работники занимались каждый своим
делом. Воздух наполняли самые разнообразные звуки: кудахтанье кур, мычание
коров, ржание лошадей, человеческие голоса и смех.
После обеда, во время которого за столом собрались все, кто накануне приехал
в Чертово Место, Хью сразу направился в конюшни, где к нему вскоре должен
был присоединиться Чанс. Эллен и Энн удалились в свои комнаты, собираясь
немного поспать, и Фэнси и Чанс остались наедине. Отойдя от дома, они
уселись в тени деревьев, любовались спокойным течением реки и вели
непринужденную беседу. Спустя несколько минут Чанс сказал:
— Прошу меня извинить, но я должен тебя покинуть. Конечно, мне неудобно
оставлять тебя одну в первый же день после прибытия, однако мне нужно
взглянуть на лошадей, которых я выписал из Англии. Ведь я так долго искал
себе молодую и красивую кобылицу-англичанку.
Слова мужа прозвучали столь дерзко, что Фэнси, поперхнувшись от волнения
лимонадом, подумала, как хорошо, что их сейчас никто не слышит.
— Молодую кобылицу? — язвительно ответила она, собираясь с
мыслями. — Нет, дорогой мой, ты, по-моему, ошибся. Тебе, наверное,
хотелось завести кобылу, у которой никогда не было жеребят!
Чанс улыбнулся и, прикоснувшись пальцем к подбородку Фэнси, поднял ей
голову.
— Говоришь, не было жеребят? — тихо повторил он. — Но это еще
не значит, что она бесплодна. Скорее, ее просто никогда не приводили к
настоящему племенному жеребцу.
Фэнси покраснела и не нашла что ответить. Чанс невольно задел ее за живое.
— И все-таки, мне кажется, дело в кобыле, — задумчиво произнесла
она. — Когда ее привели к ее первому жеребцу, у того уже было
потомство. С ней же он... — Фэнси замолчала, и ее глаза наполнились слезами.
Когда она жила со Спенсером, ей очень хотелось родить ребенка, но шли годы,
а забеременеть никак не удавалось. У Спенсера к тому времени уже были дети,
и Фэнси пришла к выводу, что она бесплодна. Осознание этого стало для нее
тяжелым ударом, и она рассталась с мечтой стать матерью.
Потаенный смысл слов Фэнси не ускользнул от мужа.
— Это мы еще посмотрим, — сказал он, целуя Фэнси в нос и ласково
улыбаясь. — Но даже если это действительно так, дорогая, я все равно
буду считать покупку удачной.
Фэнси была благодарна Чансу за то, что он понял ее, но его слова в очередной
раз сбили ее с толку. Она никак не ожидала услышать такое от человека,
который сначала с помощью хитрости и обмана заставил ее выйти за него замуж,
а затем признался, что пошел на это только для того, чтобы уязвить
Джонатана. Фэнси вздохнула. Кто же такой Чанс Уокер?
Остаток дня Чанс и Хью провели в конюшне, а Фэнси, Эллен и Энн были
предоставлены самим себе. Дождавшись, пока спадет жара, они вышли из дома и
отправились на прогулку. Фэнси оживленно рассказывала обо всех зданиях,
которые утром показал ей Чанс. Хотя день уже близился к концу, жизнь в
Чертовом Месте еще не замерла — лаяли собаки, бегали и смеялись дети,
напряженно трудились взрослые, торопившиеся закончить работу до наступления
темноты.
Пройдясь по двору, женщины остановились у изгороди, чтобы взглянуть на
неуклюже бегавших по лужайке жеребят. — Подумать только, —
произнесла Фэнси, — Констанция уверяла, что здесь мне будет невыносимо
скучно.
При упоминании о Констанции Энн смутилась.
— Скажите, Энн, вы кого-нибудь здесь знаете? — поспешно спросила
Фэнси, переводя разговор на другую тему. — Мы с Эллен здесь люди новые,
так что вся надежда только на вас. — Она улыбнулась. — Мне
кажется, миссис Констанция Уокер оказала нам большую услугу, попросив вас
поехать с нами. Вам раньше случалось бывать здесь?
— Нет, — просто ответила Энн, успокоенная любезными словами
Фэнси. — Хотя я не раз слышала о Чертовом Месте. Особенно много
рассказывал о нем мистер Сэм. По-моему, он очень гордится тем, что Чансу
удалось за столь короткое время все прекрасно обустроить. Хотя я знаю
некоторых работников, они приезжали в Уокер-Ридж.
Если вначале Фэнси не очень хотелось, чтобы Энн поехала с ними в Чертово
Место, то затем, после проведенного в пути дня, когда старая служанка
Констанции делала все, чтобы понравиться сестрам, она изменила свое мнение о
ней. Сегодня Фэнси еще раз убедилась в том, что Энн — добрая и милая
женщина. Она, правда, по-прежнему не понимала, что стояло за решением
Констанции отправить Энн в Чертово Место. По выражению Чанса, Энн всегда
смотрела на него как на исчадие ада; сестры были ей совершенно чужими. Что
же так привлекает Энн в Чертовом Месте?
— Скажите, Энн, — начала она, не в силах сдержать
любопытства, — ваша госпожа часто разрешает вам путешествовать?
— Что вы! — искренне удивилась Энн. — Я без нее никуда не
езжу. — Поняв, что эти слова могут вызвать у Фэнси и Эллен новые
вопросы, она поспешила объясниться: — То есть мне не нравится ездить одной.
Впрочем, мне это и не нужно. Я и так уже везде побывала с мисс Констанцией.
— Понятно. — Фэнси нахмурилась. Решение матери Джонатана отправить
с ними свою служанку с самого начала вызвало у нее беспокойство. Теперь же
она почувствовала еще большее волнение. Почему же Констанция настояла, чтобы
Энн сопровождала их? Может быть, Энн нужна здесь как соглядатай? Но зачем?
Они с Чансом и так ничего не скрывают. Тогда что же двигало Констанцией?
Ответить на этот вопрос Фэнси пока не могла. Впрочем, он особенно и не мучил
ее: Энн оказалась очень приятной женщиной и в будущем обещала быть весьма
полезной. Кроме того, Фэнси занимали гораздо более интересные дела —
непредсказуемое поведение мужа и отношения Эллен и Хью. Молодые люди явно не
ладили между собой. После объяснения с Джонатаном Эллен жаждала поговорить с
Хью, однако он и близко не подпускал ее к себе. Когда они оказывались в
одной комнате, он не обращал на нее никакого внимания, а если она просила
его выслушать ее, отвечал неприязненным молчанием.
Увидев на свадьбе, как Джонатан разговаривал с Хью, Фэнси решила, что знает,
в чем дело. К сожалению, обстоятельства сложились так, что у нее не
оказалось времени поговорить с сестрой и рассказать ей о своих подозрениях.
Ошеломленное и одновременно печальное лицо Эллен вновь и вновь появлялось
перед ее мысленным взором. Когда Энн, извинившись, оставила на время сестер
и пошла к дому, Фэнси обернулась к Эллен.
— Тебе удалось поговорить с Хью? — спросила она.
— Нет, Фэнси! — с горечью в голосе ответила Эллен. — Он и
слушать меня не хочет. Когда я пытаюсь заговорить, он всякий раз отвечает,
что мы уже все сказали друг другу. Ах, что же мне теперь делать?
— Не знаю, дорогая, — со вздохом произнесла Фэнси. — Мне
кажется, в том, что случилось, есть вина Джонатана.
— Джонатана? — невесело переспросила Эллен. — Насколько я
знаю, Хью именно от него узнал о расторжении помолвки. Я надеялась, что Хью
обрадуется, но... — Ее губы задрожали. — Он стал относиться ко мне
намного хуже. — Глаза Эллен наполнились слезами, и она поспешно
поднесла к лицу платок. — Мне еще никогда не было так плохо! Да, я
понимаю, для Хью объявление о помолвке стало ударом, и он, естественно,
рассердился. Я надеялась, что он простит меня, когда поймет, что Джонатан
сказал неправду. — Она взглянула на Фэнси. — Знаешь, по-моему,
быть влюбленной очень трудно. Любовь приносит только страдания. Мое сердце
разрывается от боли, но сделать я ничего не могу. Наверное, я совсем не знаю
мужчин... — печально добавила она.
—
...Закладка в соц.сетях
