Жанр: Любовные романы
Стриптиз
...шь. Вдруг ты с ней увидишься?
Я уставилась на него, позабыв о Марле. Рыжик стоял в дверях гримерной,
стараясь держаться так, словно для него было
привычным видеть полуодетых девушек. Но на самом деле он был одним из тех, кто
никогда не сможет привыкнуть к
подобному зрелищу. Он был рыжеволосый, с белой кожей, поэтому чувства его
проявлялись на лице в виде красных пятен. А
борода и усы, которые он специально отрастил, ничуть не скрывали этого. Рыжик
был мальчишкой, он им и останется, даже
когда станет стариком.
- Где эти вещи? - спросила я. Мне и в голову не пришло, что Дениз могла
оставить что-то в клубе.
- Лайл сложил все за стойкой бара. Он говорит, что это косметичка или что-то
вроде того.
Марла воспользовалась ситуацией и осторожно проскользнула мимо нас за дверь.
Меня она перестала интересовать.
Неожиданно все встало на свои места. Я должна думать о Дениз и Арло, и нечего
тратить время на всякие пустяки вроде
стычек с Марлой.
Лайл был опытным барменом, очень экономным в движениях, и умел развеселить
клиента. Одной рукой, в которой
держал охлажденную кружку, он потянулся к холодильнику за пивом, а другой ловко
расстелил салфетку перед клиентом.
Сказал что-то клиенту, и тот рассмеялся. Да, здесь Лайл чувствовал себя как
дома. Настоящий мужчина, который не
стремится ничего доказать, держится легко и уверенно.
Я остановилась у входа в зал и подождала, пока он закончит обслуживать
посетителя. Лайл заметил меня, потому что
достал из-под стойки косметичку Дениз, и направился в мою сторону.
- Вы Кьяра? - спросил он с мягким техасским выговором, посмотрел на меня и
словно смутился.
Я взяла косметичку, наши пальцы встретились.
- Это все? - спросила я.
Лайл чуть сдвинул назад ковбойскую шляпу и вновь посмотрел мне в глаза. Я
была на шпильках и поэтому оказалась
одного с ним роста. Может, он на дюйм выше. Во всяком случае, наши глаза были
почти на одном уровне. Похоже, он
действительно ковбой, но что делать здесь, в баре, настоящему ковбою?
- Да, Кьяра, это все. Может быть, вы окажете мне честь и разрешите угостить
вас после закрытия?
Клиенты, собравшиеся у бара, не сводили с нас глаз. И я поняла, что, несмотря
на громкую музыку, они догадываются, о
чем идет речь и что сказал Лайл. Все явно болели за Лайла.
Лайл не отвел взгляда в ожидании моего ответа. Мне понравилась его прямота, и
я поняла, что мой отказ мало что
изменит для него. "Так зачем же отказываться?" - подумала я и приняла
приглашение. Замершие у бара клиенты
облегченно вздохнули. В конце концов, он всего лишь хочет меня угостить, незачем
отказываться. Мужчины, собравшиеся у
стойки, дружно приветствовали возвращение Лайла. К его чести надо сказать, что
он не вел себя так, словно поставил перед
собой цель и добился ее. Он вежливо кивнул и принялся за работу, а я с
косметичкой Дениз под мышкой медленно пошла за
кулисы. У меня было ощущение, что должно произойти что-то важное.
Поймите меня правильно. Я не принцесса и не веду себя так, словно каждый
мужчина, которому удается провести со
мной какое-то время, получил царские привилегии. Совсем наоборот, но в нашем
деле мужчины обращают внимание
исключительно на формы, не думая о содержании. Это и понятно. Форма для нас
действительно важна. Именно благодаря
формам мы зарабатываем, и зарабатываем совсем неплохо. Однако именно из-за формы
мне редко встречались мужчины,
которых интересовало нечто большее, чем внешность.
Был у меня друг, психотерапевт. Он как-то сказал, что для женщины такая точка
зрения своего рода защитный механизм.
"Это я и без доктора знаю, - ответила я ему. - Однако лучше чувствовать себя
одинокой, но с деньгами в руках, чем жить с
мужем-алкоголиком, который ко всему еще тебя и бьет".
Мой приятель психотерапевт предложил: "Что ж, давай поговорим о мужеалкоголике,
который тебя бьет". На это я ему
сказала: "Послушай, Зигмунд. Когда мне нужен психотерапевт, я иду к нему и плачу
деньги за визит". На этом мы
расстались. Так вот я и говорю: кому нужны эти осложнения? Я жду мужчину, для
которого я не была бы секс-машиной.
Пусть хоть раз мне попадется тот, кто не думает о том, как побыстрее затащить
меня в постель при первой же встрече.
Эти размышления так увлекли меня, что я чуть на сцену не вылезла с лекцией.
Однако вовремя вспомнила о косметичке
Дениз, потому что только ради нее встретилась с Лайлом. Я направилась в комнату,
где девушки отдыхают между
выступлениями, и решила, пока все на сцене, внимательно изучить содержимое
косметички.
Присев у гримерного столика, я расстегнула косметичку. Дениз запихала в нее
все необходимое: губную помаду в
недорогой позолоченной упаковке, тушь, пудру, другую косметику. Я высыпала все
это себе на колени, надеясь найти чтонибудь
важное, способное навести на след моей подруги. На дне косметички я нашла
единственное, что осталось от жизни
Дениз в Панама-Сити, - фотографию Арло, сидящего на мотоцикле позади нее, и ключ
от номера в мотеле "Голубой
Марлин". Может, это запасной ключ Дениз, на случай если она потеряет основной? Я
взяла в руки фотографию и посмотрела
на серенькую мордочку Арло. Казалось, он не сводит с меня черных глаз. "Где вы,
ребята?"
Я сложила в косметичку все хозяйство Дениз, оставив себе только ключ и
фотографию. Дениз не было уже неделю. Если
она выписалась из мотеля и ее действительно нет в городе, то ее номер должен
быть свободен. Мотоцикла тогда тоже не
должно быть перед ее номером, да и машины наверняка нет на стоянке мотеля. А вот
если ее кто-то похитил, то тогда,
вполне вероятно, вещи по-прежнему в номере и, может быть, среди них есть
доказательство того, что ее похитили. Что бы ни
говорили, я была уверена: Дениз покинула город не по своей воле.
Глава 17
Лайл остановил меня на самом выходе. Я едва узнала его без шляпы. Он стоял у
входа в кладовую с ящиком вина в руках
и смотрел на меня большими темными глазами. Было около трех часов ночи. Я
отработала последний номер, смыла грим и
переоделась. В голове у меня было одно, а у Лайла совсем другое.
Торопясь в "Голубой Марлин", я совсем забыла про свое обещание. Я так
спешила, что едва не сбила его с ног, но
обещание есть обещание. Кьяра Лаватини всегда держит слово. Да и по правде
говоря, я была не против пропустить
стаканчик, прежде чем отправиться в номер Дениз. И еще, если быть честной до
конца, Лайл начинал мне нравиться. Мне
нравилось, как волосы спадают ему на лоб, когда он без шляпы; мне нравилось, как
играют бицепсы у него на руках, когда он
поднимает тяжелый ящик.
- Я не забыла, - сказала я, вешая сумочку на плечо.
- Да? - Он не поверил мне, но подыграл.
- Да, не забыла. Просто хотела забросить вещи в машину. Я сейчас вернусь.
Он чуть заметно улыбнулся.
- Кьяра, если сейчас неподходящее время...
Я остановила его:
- Лайл, что ты? Самое подходящее время. Мне водки с лаймом.
Он кивнул и направился к бару. Я посмотрела ему в спину: отличная походка для
ковбоя.
Когда я вернулась, водка с лаймом уже ждала меня. Коктейль был отличный:
много водки, немного лайма. Лайл,
прислонясь к стене за стойкой, наблюдал, как я сделала первый глоток. Он пил
"Корону", предварительно выдавив прямо в
бутылку кусочек лайма. Рядом с бутылкой текилы стояли мерный стаканчик и соль.
Я молча села в ожидании, когда он начнет закидывать удочку, потому что все
мужчины всегда начинают одинаково: "Мне
нравится твой номер, ты такая классная..." Но Лайл сказал нечто совершенно
неожиданное:
- Я слышал, ты недовольна, что я занял место твоей подружки. - Выговор у него
был южный.
- К тебе это не относится. Знаешь, это был настоящий шок. Прошла всего
неделя, а ее место уже занято.
Лайл рассмеялся:
- Уверяю тебя, я тоже испытал шок, когда посмотрел на сцену и увидел, что
вместо бомбардировщика "Б-52" в
исполнении мисс Марлы из тумана появилась ты. - Он хмыкнул и покачал головой. -
Я бы сказал так: твой номер оказался
приятной неожиданностью.
Я сделала еще глоток и внимательно посмотрела на Лайла.
- Ты что-то имеешь против наших летчиков? - Меня начинал забавлять наш
разговор. Водка согрела меня, и теперь
захотелось посидеть с ним подольше.
- Нет, - спокойно ответил Лайл, - я ничего не имею против наших летчиков.
Просто я не люблю блестки. Мне
нравится, когда женщина знает, что она женщина, и одета соответственно, и когда
все при ней и она не боится использовать
то, что имеет. Вот это мне нравится. - Лайл наклонился ко мне. - Я люблю
утонченность и простоту.
Что-то, помимо водки, распространялось по моему телу. Я чувствовала, что
вечер затянется. Когда посмотрела на свой
стакан, то обнаружила, что он пуст. Лайл тут же наполнил его вновь, а себе налил
текилы, затем облизнул угол ладони между
большим и указательным пальцами, посыпал его солью и вновь облизнул. После этого
одним глотком проглотил текилу и
закусил ломтиком лайма. Мы молча посидели несколько мгновений, но за это время
он успел переключить музыку, которая
звучала из приемника, на кантри.
- А почему твоя подружка ушла? - спросил Лайл.
- Она не ушла, - поспешно ответила я, не зная, что рассказал ему Винсент, -
она исчезла.
Лайл выпрямился и взглянул на меня, словно не понял.
- Исчезла?
- Да, только никто почему-то так не думает. Винсент и остальные считают, что
она просто смылась.
Лайл немного подвинулся к стойке и легко коснулся моей руки. К своему
удивлению, я поняла, что плачу. Не навзрыд и
всхлипывая, просто по моим щекам текли слезы.
- Ну и ну! - покачал головой Лайл и вздохнул. - Теперь я понимаю, почему ты
так расстроилась, увидев меня на ее
месте. А как она исчезла?
Прежде чем открыть рот, я задумалась: почему это интересует его? Он что,
действительно принял это близко к сердцу?
Или таким образом он решил подобраться ко мне? Мне почему-то не хотелось плохо
думать о Лайле. Я решила, что если бы
он захотел переспать со мной, то сказал бы об этом прямо.
И поэтому я выложила ему все как было. Рассказала об Арло и Дениз, о трупе,
который мы нашли у нее в номере. О
байкере Фрэнки и о Леоне Корвазе. О том, как в нас стреляли, как исчезла Дениз
после нашей аварии, и о том, что она
никогда не уехала бы без Арло, не сообщив предварительно мне. В этом я была,
конечно, уверена, хотя определенное
сомнение у меня все же оставалось.
Лайл очень внимательно выслушал меня, стоя все так же, прислонившись спиной к
стене и сложив на груди руки. Он не
задавал вопросов, не отводил глаз, не перебивал, пока я не закончила. Я сделала
последний глоток и почувствовала какое-то
опустошение.
- Так ты говоришь, у тебя есть ключ от ее номера? - проговорил Лайл. - И
когда ты собираешься им воспользоваться?
Я потянулась к сумочке и нащупала ключ, чтобы убедиться, что он на месте.
- Я собиралась поехать туда как раз сейчас.
Лайл забрал мой пустой стакан, но на этот раз не наполнил его, а опустил в
мойку, в которой была мыльная вода. Думаю,
этим он хотел показать, что двух порций вполне достаточно. Затем закрыл бар и
выключил приемник.
- Пойдем, я с тобой. - Он взял шляпу и вышел из-за стойки.
- Подожди, подожди... - начала я. Это совсем не входило в мои планы.
Лайл остановился и приветливо улыбнулся. От этой улыбки у меня внутри стало
еще теплее.
- Ты права, я вроде как напрашиваюсь, но... - Он посмотрел на часы и
продолжил: - Скоро четыре. Я подумал, что
лучше тебе сделать это не одной, а с помощником. Я могу постоять и посторожить.
Знаешь, мне кажется, что если твою
подружку похитили, то, возможно, кто-то до сих пор наблюдает за ее номером или
крутится там поблизости. - Он говорил
так, будто извинялся. - Поэтому я подумал, что пара крепких рук тебе не
помешает, вдруг там и впрямь кто-то будет.
В его словах была правда. После встречи с Леоном Корвазе я стала более
осторожной. Вполне вероятно, за квартирой
Дениз действительно наблюдают. Если Леон ее не похитил, то, во всяком случае,
разыскивает. И я приняла решение:
- Ладно, поехали, только ты останешься снаружи и будешь следить. Спасибо, что
хочешь помочь, - с некоторым
опозданием добавила я.
Всю дорогу Лайл ехал следом за моей машиной, которую я взяла напрокат. У него
был большой ярко-красный, с
золотыми полосами на бортах, пикап с каким-то непонятным хромированным
устройством на крыше. Я подумала, что если
Лайл оставит свою машину на стоянке мотеля, ее сразу заметят и она выдаст наше
присутствие.
Похоже, и у Лайла мелькнула эта же мысль, потому что, когда я свернула на
стоянку "Голубого Марлина", он проехал
мимо, на стоянку соседнего отеля, чуть дальше по улице. Он оставил там машину и
пешком вернулся ко мне. Я подъехала
почти к самой двери номера Дениз и осмотрелась. Старый "фольксваген" Дениз попрежнему
стоял у клуба "Тиффани", я
видела его там. Заднее стекло машины было по-прежнему выбито. Зато мотоцикла у
ее номера в мотеле не было. Дениз очень
заботилась о своем мотоцикле, говорила, что это настоящий раритет, всегда
накрывала его брезентом и ставила у самой
двери. Вряд ли бы она уехала, оставив здесь свой мотоцикл.
Когда Лайл подошел, я достала из сумочки ключ.
- Можешь подождать у меня в машине, - тихо проговорила я.
Он кивнул и скользнул за руль. Когда он садился в машину, что-то выпало из
его кармана и стукнулось о дверцу. Он
нагнулся и поднял упавший предмет.
- Что это? - негромко спросила я и тут же разглядела небольшой револьвер у
него в руке.
- Кьяра, я не собираюсь им воспользоваться, но, похоже, последнее время ты
имеешь дело с вооруженными людьми, а
это неплохая мера предосторожности.
- Послушай, - прошипела я, - только не изображай из себя одинокого рейнджера.
Я и сама прекрасно справилась бы.
Я хочу, чтобы все прошло тихо и мы не привлекли ничьего внимания. Просто посиди
здесь, ладно? И ради всего святого,
убери подальше свой револьвер.
Я не стала дожидаться его возражений, подошла к двери и вставила ключ в
замок, однако он до конца не входил. Я
вытащила ключ и попробовала вставить снова, но тут заметила, что на ключе был
написан номер "320". Точно, вспомнила я,
Дениз, после того как в ее номере нашли труп, сменила жилье и переехала в 320-й.
Я бросила взгляд на Лайла и направилась
к номеру 320.
На этот раз ключ вошел в замок, после одного оборота дверь открылась, и я
очутилась в крохотной квартирке. Потом
закрыла за собой дверь и включила свет. Вещи Дениз горкой лежали рядом со
шкафом. Похоже, она собрала все, что могла, в
старом номере, перетащила сюда, но разложить не успела. Вся постель была
завалена одеждой, на полу раскидана разная
мелочевка. Она перенесла сюда и фотографии, они в рамках стояли на полу у
торшера. На одной из них были запечатлены
она и Фрэнки, сидящие на его мотоцикле. А рядом на земле сидел Арло. Такая
семейная фотография.
- Ну и где же ты сейчас? - спросила я улыбающегося байкера. - Очень тебя все
это беспокоит? - Похоже, Дениз не
везло с мужчинами.
Я подняла другие фотографии. На всех был ее любимец: Арло сидит в клубе за
стойкой бара, как научила его Дениз; Арло
- щенок; Арло спит.
В крошечной кухоньке я заглянула в раковину. Она была заполнена грязной
посудой и засохшей едой. Должно быть,
Дениз приготовила спагетти и пролила соус от раковины до самого холодильника.
Красно-коричневые высохшие пятна соуса
были везде. Ну и неряха!
Из любопытства я подошла к холодильнику и открыла дверцу. Я почувствовала
отвратительный запах раньше, чем
поняла, что вижу. Кто-то вынул из холодильника все полки, и оттуда на меня
пустым стеклянным взглядом смотрел Леон
Корвазе. Его запихнули в холодильник, кровь засохла у него на груди, на лице.
Все его тело было в крови. Словно
парализованная, я стояла, держась за дверцу холодильника. Потом тело Леона
начало медленно съезжать, скользнуло вниз и
выпало из холодильника на пол.
Я в ужасе отпрыгнула и только сейчас поняла, что произошло у Дениз на кухне.
Это не соус для спагетти, это - засохшая
кровь. Леон Корвазе дрался и умер на этой маленькой кухне. Я была уверена в
этом, потому что без борьбы он никогда бы не
сдался. Было видно, что его сильно избили. Кровь была везде: на полу, на
холодильнике, на двери в комнату. И я была
уверена, что в ванной тоже.
Мне вдруг стало душно и холодно в этом номере. Надо бежать отсюда, но я
понимала, что сначала должна заглянуть в
ванную. А вдруг там Дениз? Может, тот, кто убил Леона, убил и Дениз?
Трясущимися холодными руками я взялась за ручку и открыла дверь. Ванная была
пуста. На раковине действительно
засохло несколько пятен крови. Я едва дышала от ужаса, меня мутило. Надо бежать
отсюда! Я обернулась и словно увидела
комнату в первый раз. Крошечная мордочка Арло смотрела с фотографии на меня, на
тело Леона Корвазе, лежащее на кухне.
И мордочка эта будто улыбалась.
Лайл сразу понял: что-то не так. Он вышел из машины и направился ко мне,
когда увидел, что я запираю дверь номера
Дениз.
- Кьяра, - сказал он, подойдя, - ты ужасно выглядишь. Что случилось?
Я покачнулась и чуть не упала на него. Меня трясло, и ничего нельзя было с
этим поделать. К горлу подступала тошнота.
- Надо вызвать полицию, - с трудом проговорила я.
- Там Дениз? - спросил он. - Она там?
- Нет, там ее бывший муж, он мертв, Лайл. "Скорая" ему не нужна, он уже
холодный, - проговорила я, не узнавая
собственного голоса, и начала смеяться так, будто все происшедшее казалось мне
страшно смешным. Я просто не могла
остановиться.
Лайл схватил меня за плечи и как следует встряхнул, глядя прямо в глаза,
чтобы понять, подействовало ли это на меня. Я
перестала смеяться, отодвинулась от него и меня вырвало на газон.
- Я вызову полицию, - сказал он. - Можешь подождать здесь?
Вид у меня, конечно, был беспомощный, и поэтому Лайл подвел меня к машине,
открыл дверцу и запихнул на переднее
сиденье.
- Закрой машину и сиди, пока я не вернусь или не появится полиция. Из машины
не выходи. - Лайл говорил тихо и
медленно, будто я была дикой лошадью, которую он пытается приручить и заставить
слушаться. Уговаривать меня не
пришлось. Я кивнула, захлопнула дверцу и заперла ее изнутри.
Лайл прошел мимо конторы мотеля вниз по улице, чтобы разыскать телефон. Я
тихонько сидела в машине и дрожала.
Мне было страшно, очень страшно.
На этот раз сирен не было. Полиция приехала быстро. Машина резко затормозила,
послышались звуки из портативной
радиостанции. Движения в этот ранний час практически не было, да и прохожих
тоже. Я смотрела из машины, как
полицейский автомобиль подъехал к номеру 320, и думала: "Ну вот, все
повторяется, даже полицейские те же самые".
Я открыла машину и вышла. По выражению лица молодого офицера было понятно,
что он узнал меня. Он махнул рукой
своему напарнику, тот взял рацию и что-то сказал в нее.
Возможно, вызвал детектива Нейлора.
- Кажется, мисс Лаватини? - Офицер стоял передо мной. Форма его была
безупречно выглажена, светлые волосы
тщательно уложены. - Мы получили звонок, что здесь труп. Надеюсь, это не шутка?
- А что, офицер, разве я похожа на того, кто в пять утра от нечего делать
разыгрывает полицию? По-моему, я совсем не
такая, - ответила я сама на свой вопрос.
Молодой офицер что-то записал в блокнот и повернулся к напарнику.
- Все готово? - спросил он. - А вы подождите здесь, - обратился он ко мне,
исполненный сознания собственной
важности.
- А куда же я денусь? - пробормотала я, прислонилась к своей машине и
приготовилась ждать инспектора Нейлора.
Подъехали еще полицейские машины с бригадой, которая выезжает на убийства.
Наконец последним появился уже
знакомый мне коричневый автомобиль детектива Нейлора.
Первой из машины вышла Карла Терранс, энергичная и удивительно свежая. Можно
подумать, она всю ночь сидела в
участке и ждала именно этого вызова. Она едва посмотрела на меня, подошла к
ленте, которой оцепили место происшествия,
и заговорила с тем, кто сюда приехал первым. Затем приподняла желтую ленту и
прошла в номер. А вот Джон Нейлор
выглядел далеко не безупречно. Одежда его была мятой, словно перед этим она гдето
валялась, а потом ее небрежно
натянули. Галстука на нем не было, лицо не брито. Он заметил меня сразу, но
сначала прошел к номеру 320 и нырнул под
желтую ленту. Внутри он пробыл не более пяти минут. Когда он вышел, на одной
руке у него была тонкая резиновая
перчатка. Вот теперь он направился прямо ко мне.
- Мисс Лаватини, вынужден попросить вас проехать с нами в участок. - Голос
его звучал очень серьезно, глаза были
красные и уставшие.
Меня это не удивило. Тот же свидетель, то же место преступления, второе
убийство чуть более чем за неделю. На его
месте я бы тоже отправила себя в участок. Конечно, все это крайне подозрительно.
Неужели он думает, что я имею какое-то
отношение к убийству Корвазе?
Казалось, он прочитал мои мысли.
- Не думаю, что вы имеете к этому отношение, - сказал он. - Просто на этот
раз надо поговорить начистоту. - Он
взял меня за руку, намереваясь проводить к своей машине, но я высвободила руку.
- Я поеду в своей, за вами.
Он отрицательно покачал головой.
- Я распоряжусь, чтобы вас привезли сюда, когда мы закончим.
Голос его звучал жестко и официально, выбора у меня не было.
- Ладно, если вам так удобнее, пусть так и будет. - Сама не знаю почему, я
почувствовала странную грусть. Может, он
знает меня лучше, чем я сама? Глупая мысль, конечно. Откуда копу знать, что со
мной происходит? Судят прежде всего по
форме.
Мы проехали три мили до полицейского участка, не проронив ни слова. Время от
времени в рации Нейлора раздавался
голос диспетчера, отдававшего какие-то распоряжения. Несколько раз сам Нейлор
брал микрофон и что-то тихо говорил на
языке, понятном только полицейским. Я смотрела в окно на проносящиеся мимо дома,
на пустынные улицы. Вся дорога была
в нашем распоряжении.
Когда мы наконец въехали на стоянку у полицейского участка, я почувствовала,
как у меня заныло под ложечкой. Нейлор
опять что-то кратко сказал в микрофон рации и выключил двигатель. Я выбралась из
машины и прошла за ним по тротуару к
стеклянной тонированной двери.
Департамент полиции города Панама-Сити оказался совсем не таким, как я
ожидала. Совсем не таким, как показывают
полицейские участки в сериалах. Мы вошли через заднюю дверь без всяких фанфар и
проследовали по лабиринту тускло
освещенных коридоров со стенами, окрашенными в бежевый цвет. На двери, ведущей в
кабинет Джона Нейлора, висела
простая табличка с его именем. Кабинет у него был не больше, чем ванная в моем
трейлере.
Нейлор жестом указал на стул, а затем сам протиснулся за письменный стол. Я
осмотрелась по сторонам. Ничего личного:
никаких семейных фотографий в рамках, за исключением дипломов на стене, кружки
на столе и значка на груди. На стене
висели также объявление "Их разыскивает полиция" и несколько смешных вырезок из
газет. Все говорило о том, что
работают здесь серьезно.
Но по крайней мере Нейлор предложил мне кофе. Мы сидели с картонными
стаканчиками в руках и молча смотрели друг
на друга. Сейчас, почти в шесть утра, я была совершенно без сил. Да и детектив,
похоже, тоже. Но я знала, что разговор
предстоит долгий. Теперь Нейлор вытянет из меня все, что я знаю.
Нейлор посмотрел на меня, и я вдруг представила, как он выглядел ребенком. У
него были большие уши, а темные,
коротко подстриженные волосы только подчеркивали их. Наверное, в детстве у него
всегда был серьезный вид. Сейчас же он
казался удивительно уязвимым. Я хочу сказать: разве может быть опасен человек с
такими большими ушами? Он смотрел на
меня очень серьезно, всем своим видом показывая, что ему будет очень обидно,
если я попытаюсь его обмануть, и он никак
не ожидает, что я скажу ему неправду. Внезапно я ощутила странное желание
протянуть руку и погладить его по усталому
лицу. И возникло это желание лишь потому, что внутри его сидел маленький
мальчик.
- Кьяра, - начал Нейлор. В своем крошечном кабинете он говорил тихо. - Я вот
сижу здесь и пытаюсь поставить себя
на ваше место.
Несмотря на теплоту в его голосе, я почувствовала, что вся напряглась. Нейлор
откинулся на спинку стула и потянулся.
- Ваша подружка Дениз приходит к вам как-то ночью, рассказывает, что у нее
похитили собаку и требуют выкуп в сто
тысяч долларов за ее возвращение. - Детектив покачал головой, словно показывая,
что одно только это заставляет его
усомниться в реальности ситуации. - Потом она приглашает вас к себе в номер, и
вы находите там труп. После этого в вас
кто-то стреляет, и вы преследуете машину с теми, кто в вас стрелял. Вы видите
собаку Дениз. И все это только потому, что
вы такой верный друг.
Я попыталась вставить хоть слово, но Нейлор поднял руку, останавливая меня.
- Потом вы попадаете в больницу, а ваша подруга исчезает. А теперь вы
находите труп ее бывшего мужа в холодильнике
у нее в номере.
Слушая Нейлора, я увидела все случившееся как бы его глазами. Он не считал,
что Дениз похитил ее бывший муж. Он
был уверен, что Дениз солгала, возможно, убийца она. А меня она просто обвела
вокруг пальца. Нейлор положил руки
ладонями вверх на поцарапанную крышку письменного стола. Глаза у него были
грустные.
- Кьяра, мне нужна ваша помощь, - устало сказал он. - Вы, конечно, верный
друг, но, по-моему, Дениз использовала
вас. - Он убрал руки со стола и наклонился ко мне. - Последние два года, прежде
чем приехать в Панама-Сити, Дениз
провела в федеральной тюрьме. Она помогала своему мужу, обманывала людей, чтобы
достать деньги. Мне кажется, у вас
просто искаженное представление о верности друзьям.
Я совсем запуталась. Послушать Нейлора, так я действительно попалась на
удочку Дениз. Но я вспомнила маленького
Арло, его темные блестящие глазки, веселую мордочку. Неужели у общественно
опасной личности могла быть такая
хорошая собака? А потом мне вдруг пришло в голову, что Арло, возможно, понял,
что представляет собой Дениз, и сбежал от
нее.
- Детектив, я очень устала. Я на ногах почти двадцать четыре часа. Поэтому
извините, если соображаю не очень ясно, но
не принимайте меня за младенца. - Характер Лава
...Поділитися у соцмережах