Жанр: Любовные романы
Частное расследование
...том открыл глаза и посмотрел на Сэнди.
— Ты поэтому не приходила так долго?
— Я была в Новом Орлеане.
Он попытался сесть, но завалился набок.
— Ролли, как насчет кофе?
— Я бы выпил чашечку...
— Пошли потихоньку... Я помогу тебе подняться.
Хотя Нэш Оуэн совсем недавно в очередной раз поклялся самому себе, что, пока
он находится в компании Сэнди Хоук, его ничем не удивишь... Короче, сказано
же —
не клянись
. Увидев свою возлюбленную, выходящую из парка в обнимку со
старым бродягой, одетым в грязные лохмотья, да к тому же изрядно пьяным, он
сначала даже не поверил своим глазам. Пока Сэнди не махнула ему свободной
рукой, показывая, чтобы он открыл перед Его Величеством Бродягой дверь
автомобиля.
— Еще кофе, Ролли?
С этими словами Сэнди поставила перед тихим и благостным Ролли громадную
кружку кофе и села рядом с Нэшем. Нэш смотрел во все глаза и молчал.
Ошеломление — есть такое слово?
Значит, по совету этого старика Сэнди и стала частным детективом?
Нэш устало потер затылок и беспомощно посмотрел в окно.
Тандерберд
был на
месте, стоял себе около кафе. Парень курил, женщина изучала карту. Нэш тоже
с удовольствием изучил бы сейчас карту или еще какое-нибудь руководство.
Например,
Как выпутаться из безвыходной ситуации
или
Как проснуться от
кошмара
.
— Как ты себя чувствуешь?
— Спаси...
Слова застряли у Нэша в горле. Сэнди обращалась вовсе не к нему, а к старому
бродяге, глядя на того при этом так, словно он был пророком Моисеем. На
ужасный запах и подозрительного вида куртку и брюки старика она вообще не
обращала внимания.
Ролли важно кивнул.
— Все лучше и лучше. Ты уже не троишься, а двоишься, но и это сейчас
пройдет. Этот парень твой друг?
Сэнди улыбнулась.
— Ролли — Нэш Оуэн. Он производит спортивную обувь, Ролли.
— Прекрасно! Замечательное и достойное занятие.
Нэш печально ухмыльнулся. Производитель обуви... Не в этой жизни! До встречи
с Сэнди Хоук — пожалуйста, сколько угодно. После встречи с означенной
барышней — утлый челнок, разбившийся о любовные утесы во время бури страсти.
Господи, да спросите его сейчас, как выглядят кроссовки, и он ответит, что у
них высокие каблуки и острый носок...
Ролли явно приходил в себя. На щеках появился румянец, а в глазах вполне
осмысленное выражение.
— Итак, конфетка, расскажи мне о своем деле.
И Сэнди рассказала. Нэш слушал ее с искренним интересом, не переставая в
душе удивляться, неужели он тоже был участником этих захватывающих событий?
Ролли не просто слушал, он схватывал каждую деталь. Сейчас старый бродяга
совершенно преобразился. Глаза горели огнем, руки больше не дрожали, он
кивал, не спуская глаз с Сэнди.
Она уложилась в десять минут. Нэш признал, что не смог бы рассказать лучше и
короче. Ролли вопросительно вздернул лохматые брови.
— Где сейчас ключ, девочка?
Сэнди бросила взгляд в окно, а затем достала из кармана ключ с оранжевой
головкой.
— Осторожнее, Ролли. Те друзья не должны его увидеть.
— Интересно, это чьи же они друзья... Пару часов назад я уж испугался —
не мои ли. Ну что, влипла по уши в первом же деле, так? Не волнуйся,
девочка, страшнее ядерной войны нет ничего, а она нам пока не грозит.
Ролли рассматривал ключ, а Нэш — Ролли. Вот сейчас он глубокомысленно
изречет, что понятия не имеет, что это за ключ.
— Автобусная станция.
Нэш разинул рот.
— Это точно, Ролли?
— Точнее не бывает, конфетка. Очень умно, там всегда полно народу. Да и
движение, сама понимаешь...
Нэш жалобно поинтересовался:
— Какое движение?
Сэнди и Ролли, словно по команде, взглянули на несчастного и забытого ими
производителя спортивной обуви. Затем Ролли спокойно пояснил:
— Там полно федералов. Бруклинский Боб — ну, его ты вряд ли знаешь —
объявился в городе месяц назад, так что автобусная станция была под
наблюдением. Движение там возобновилось всего пару дней назад. Сам
понимаешь, у себя под носом они искать не будут...
Сэнди звонко чмокнула Ролли в щеку, Нэш содрогнулся.
— Ролли, ты король среди мужчин!
Без комментариев, подумал Нэш. И не забыть помыть Сэнди перед сном...
ГЛАВА 12
Двадцать минут спустя Сэнди мчалась по шоссе, а Нэш пытался вспомнить хоть
одну молитву. Так, по его отрывочным воспоминаниям, ездили только на
Формуле-
1
, но не на старой же развалюхе! Как ни странно, они не попали в аварию.
Тандерберд
вел себя крайне прилично и ненавязчиво. Парень окинул Сэнди
скучающим взором и отвернулся.
Безумная гонка закончилась. Сэнди перегнулась назад и достала старую газету.
Дождь к этому времени полил снова. Она вопросительно взглянула на Нэша и
подмигнула ему.
— Ты готов?
К чему он может быть готов! Конечно нет. Однако перспектива одинокого
сидения под дождем в пустой машине привлекала его еще меньше, чем будущая
экскурсия к камере хранения бриллиантов. Нэш вздохнул и торопливо вылез под
дождь. Сэнди шла, не оглядываясь, и он прибавил шагу.
Дом, в котором жила Сэнди, красотой явно не блистал. Состоял он из стекла и
бетона. Четыре этажа, на каждом этаже по четыре небольших квартиры.
Мокрая газета противно облепила голову, и Сэнди с отвращением выбросила ее в
мусорную корзину.
Поворот ключа — и они уже поднимались по невзрачной железной лестнице.
Сэнди немного робко улыбнулась Нэшу, словно извиняясь за неказистое жилье.
— Раньше я жила в чудесном доме, в пригороде, но для частного сыщика,
как мне показалось, это не слишком, удобно. Кто поедет за город? А
арендовать здесь офис мне пока не под силу.
— Я жил в местах и похуже.
— Ну да?
— Ну ладно, не похуже, чуть-чуть получше, но и в этом месте я не вижу ничего особенно ужасного.
— Ты еще квартиру не видел.
Он шел за ней и думал о том, что теперь понятно, как она ухитряется
сохранять такую фигуру. Каждый день по крутой железной лестнице минимум два
раза...
На четвертом этаже Сэнди повернула направо и остановилась перед первой
дверью. Ключ легко повернулся в замке, и девушка посторонилась, пропуская
Нэша в квартиру.
Маленькая квартирка казалась еще меньше из-за присутствия в ней
широкоплечего мужчины. Сэнди исподтишка наблюдала за Нэшем, а потом и сама
огляделась по сторонам.
Мебель была неплохая. Ее Сэнди покупала еще для старой квартиры, а потом
перевезла сюда. С этой стороны было не придраться. Подкачали стены — на них
виднелись следы многочисленных протечек. Никакая краска была не в силах
скрыть их. Пол — главный кошмар этого дома — был предусмотрительно скрыт
веселеньким зеленым ковром. Маленькая кухня была идеально чистой, хотя и не
могла похвастаться обилием техники.
Сэнди осторожно положила ладони на плечи Нэша. Он обернулся, и она нервно
хихикнула.
— В общем... бедненько, но чистенько, так, кажется, говорят? Ты
проходи, снимай пиджак, а то мне кажется, что мы тут на время...
Нэш несколько суетливо разделся и пошел вдоль комнаты, рассматривая жилище
своей любимой женщины.
Многочисленные растения в горшках придавали комнате жизнерадостный и свежий
вид. На стенах были развешаны какие-то колокольчики, куклы из соломы,
салфетки, индейские пояса, фотографии в ярких рамках...
Сэнди прослушала автоответчик. Два сообщения от мамы с приглашением на обед.
Одно молчание. Полчаса назад кто-то звонил и молчал в трубку. Сэнди
почувствовала, как озноб пробежал по спине. Она подошла к занавешенному окну
и осторожно приподняла занавеску. Ждать контакта с Кристиной... то есть с
Клариссой. Отдать шкатулку... Не так это легко.
— Они все еще там?
Дыхание Нэша щекотало ей шею под ухом. Он имел в виду ФБР, которое обещало
Сэнди выставить охрану, учитывая то, что Кристина Картер сотворила с
гостиничным номером. Фостер настаивал на том, чтобы один из агентов
поселился вместе с Сэнди, но тут уж она воспротивилась. С Нэшем она
чувствовала себя куда более безопасно, чем с сотней агентов.
— Я никого не вижу.
Она нервничала еще и потому, что Нэш стоял так близко, но не трогал ее даже
пальцем.
Прошлой ночью она легла спать, будучи твердо уверена, что через пару минут
Нэш присоединится к ней, и они продолжат с того места, на котором
остановились перед тем, как увидели разгром в номере Сэнди. Однако этого не
произошло. Сэнди успела заснуть как убитая, а когда проснулась посреди ночи,
то увидела, что Нэш спит на диванчике, изогнувшись под каким-то немыслимым
углом. С диванчика ему были хорошо видны и дверь в номер, и дверь на балкон,
и кровать, на которой спала Сэнди. Он ее защищал!
Она со вздохом накрыла его одеялом и подсунула под голову подушку, хотя с
гораздо большим удовольствием разбудила бы и уволокла в свою постель.
Нэш как-то странно отдалился от нее. Сэнди чувствовала это. Он не произнес и
десятка слов в самолете, не обнял ее ни разу, не поцеловал... Что ж, все
правильно. После смерти владельца ювелирной лавки стало ясно, что Сэнди Хоук
довольно опасная попутчица для любого человека.
— А если она будет в меня стрелять?
Неожиданно Сэнди замерла. Нэш медленно опустился на колени позади нее и
осторожно взял ее ногу. Он бережно снял с нее туфли и начал массировать
стопу... потом вторую...
Как он это делает — загадка! Сэнди тихо застонала от удовольствия.
Фантастические пальцы ласкали, успокаивали, гладили, пощипывали, обещали,
убаюкивали, возбуждали... Кто бы мог подумать, что все это он проделывает с
ее стопами!
Он поднялся с колен и медленно обвил рукой ее талию. Сэнди спиной
чувствовала биение его сердца.
— Я буду рядом с тобой.
— Не скажу, что мне хочется подвергать тебя опасности, но за
предложение спасибо.
— У нее просто не будет шанса.
В этом заключалась часть плана. Кристина должна была (по идее!) позвонить в
домофон и отойти на другую сторону улицы, чтобы Сэнди видела ее. Затем Сэнди
откроет первую дверь, и Кристина положит туда деньги, а потом Сэнди положит
на то же место шкатулку. Вторые двери будут закрыты для безопасности.
Неожиданно Сэнди начала икать. Нэш улыбнулся ее смущению.
— Волнуешься?
— Ужасно!
— Это хорошо. Значит, ничто человеческое тебе не чуждо.
Сэнди повернулась и прижалась к его груди. Нэш был рядом, живой, теплый,
возбужденный, нежный, и Сэнди Хоук забыла обо всем. Даже о том, что у нее
промелькнула мысль перенести место встречи.
— Знаешь, а ведь у нас есть чем заняться до звонка злой тетки
Кристины...
С этими словами Нэш осторожно приподнял Сэнди, чуть жарче прижал к себе и
начал ласкать гибкую спину, выгибающуюся под его жадными пальцами.
Она хотела сказать, что слишком нервничает, что постоянно думает о деле, но
в этот миг ладонь Нэша властно легла ей на грудь — и Сэнди забыла обо всем.
Глядя ему прямо в глаза, она взяла его вторую руку и медленно вложила себе
между бедер. Глаза Нэша потемнели, дыхание участилось...
Может быть, она совершила ошибку, отдавшись ему в первый раз. Возможно, надо
было быть поосмотрительнее. Разумеется, делить постель и заниматься безумным
сексом с практически незнакомым парнем нехорошо и даже опасно.
Но именно Нэш разбудил в ней такие сильные эмоции и чувства, такую страсть,
которых раньше Сэнди в себе и не предполагала. С ним она чувствовала себя
королевой, богиней любви, самой красивой и желанной женщиной мира,
бесстыдной и целомудренной одновременно. В его объятиях она не могла думать
— только любить.
— Спасибо тебе.
— За что, сладкая?
— Не знаю. За то, что молчал, когда я влезла к тебе в постель. За то,
что терпел мои взбрыки. За то, что был рядом. За то, что прилетел сюда
вместе со мной, в конце концов!
— А у меня был выбор?
Она хотела вырваться, но Нэш не выпустил ее из рук.
— Не понимаешь, что я имею в виду?
Сэнди смотрела на Нэша со страхом, ожидая горьких слов, означающих только
одно — прощание.
Нэш задумчиво провел рукой по буйным локонам Сэнди.
— И у тебя нет никаких предположений о том, как я к тебе отношусь,
Сэнди Хоук?
Она почувствовала, как наливается силой и желанием его плоть, и
соблазнительно улыбнулась.
— Думаю, пара идей у меня есть.
— А я так не думаю!
Глаза Нэша почти метали молнии. Сэнди растерянно ждала его слов. Тело
говорило об одном, но кто знает, где скрывается душа мужчины...
— Я признаюсь: когда ты влетела ко мне в постель, я подумал только о
сексе. Я ведь просто человек. Потом я узнавал тебя все лучше и лучше, с
каждым часом, с каждым днем. Смешно, их всего-то было три, этих дня! Ты
задавала мне вопросы, которые я и сам себе не задавал, ты показала мне меня
самого, ты заставила меня понять, что я делаю со своей жизнью...
— Нэш, я...
— Помолчи! Я серьезен, как никогда в жизни!
— Это меня и пугает...
Он нахмурился, но Сэнди отвела взгляд и страшно заинтересовалась пуговицами
на его рубашке. Через пару секунд она нехотя произнесла:
— Так много всего случилось... Я понятия не имею, что будет дальше,
Нэш... Чем все кончится.
— Я тебе ПОКАЖУ.
Поцелуй был таким яростным и страстным, что у нее подогнулись колени. Кровь
забурлила в жилах, словно превратилась в шампанское. Сэнди застонала. Ее
руки судорожно заскользили по телу мужчины. Даже через плотную ткань брюк
она ощутила, как он возбужден, и это привело ее едва ли не на грань экстаза.
Сэнди мучительно желала близости, мечтая ощутить, как Нэш овладевает ее
телом, проникает вглубь и заполняет ее собой.
Он бешено ласкал ее груди, срывая с плеч бретельки лифчика, не успевая даже
расстегнуть его...
— Где... спальня?..
— Сзади тебя... чуть левее... дверь...
Они сплелись в судорожных объятиях, медленно и неловко продвигаясь к
закрытой двери в спальню. Сэнди сражалась с брючным ремнем, одновременно
яростно отвечая на поцелуи Нэша...
Закрытая! Почему закрытая?! Разум с трудом пробивался сквозь пелену страсти
и безумного плотского желания. Тревожный звоночек надрывался где-то на дне
сознания Сэнди...
Нэш распахнул дверь, а Сэнди расстегнула его брюки. Долей секунды позже
раздался еще один металлический звук.
Тогда Нэш и Сэнди поняли, что они в доме не одни.
Никогда в жизни Сэнди не чувствовала себя такой беспомощной идиоткой.
Ведь она же знала, что Кристине известен ее адрес! Почему не предусмотрела
это с самого начала? Почему не предположила, что ФБР способно упустить
Кристину из-под наблюдения?
Теперь Сэнди сидела со связанными за спиной руками, а рядом в точно таком же
положении сидел Нэш. Кристина дожидалась их прямо в доме.
Агенты ФБР дежурили где-то неподалеку, но толку в этом не было никакого.
Кристина придвинула кресло и села напротив них. Лицо ее выражало полное
удовлетворение происходящим. На лице Нэша, напротив, сверкала такая
неприкрытая ярость, что Сэнди чуть не физически ощущала жар... Неожиданно
Кристина поднялась, подошла к Нэшу и коротко ударила его ногой в бок. Нэш
захлебнулся воздухом и обмяк рядом с Сэнди, замершей от ужаса.
— Где шкатулка, сучка?
Кристина была в кожаных черных джинсах, черной футболке и черных перчатках.
Светлые волос собраны в простой хвост. Пистолет в ее руках выглядел
совершенно естественно.
Во время первого их свидания Кларисса-Кристина выглядела совсем не так.
Милая, скромная домохозяйка, едва не расплакавшаяся после того, как слегка
сломала накрашенный ноготок... Уложенные волосы, грустное и обеспокоенное
лицо.
Сейчас она была больше похожа на вампира — из-за алой помады и бледного
лица.
— Кларисса, я не понимаю... что происходит?
— Заткни варежку и перестань гонять балду, Хоук! Я все знаю. В том
числе и о твоих новых друзьях, тех самых, которые сидят перед домом в
машине.
Нэш наконец-то продышался и подал голос:
— Если бы вы не вздумали убегать от нас в ювелирной лавке, мы бы ни о
чем и не узнали.
Сэнди подняла голову.
— И еще ваш телефон. Я не могла дозвониться, стала искать...
— Заткнитесь оба. Вы снюхались с федералами. Где шкатулка?
Впервые в жизни Сэнди хотелось ударить человека. По-настоящему, так, чтобы
кровь брызнула из разбитых губ... Погодите, но ведь ключа в шкатулке нет!
— Она в сумке... там, у двери...
Кристина бросила на них с Нэшем подозрительный взгляд и отошла к дверям.
Пока она копалась в сумке, Сэнди ухитрилась вытащить ключик из заднего
кармана джинсов и стала отчаянно перетирать им узел веревки, стягивающей ее
кисти. Нэш изумленно посмотрел на нее, Сэнди ответила яростным и отчаянным
взглядом.
Это казалось неправдоподобным, невозможным, но веревка поддавалась. Узел
ослабел. В этот момент Кристина нашла шкатулку. Последним молниеносным
движением Сэнди сунула ключик в карман Нэшу и замерла.
Кристина медленно выпрямилась. Глаза ее стали какими-то матовыми — видимо,
от ярости.
— Ключ!
Сэнди изумленно посмотрела на нее. Кристина чуть улыбнулась.
— Знаешь, когда я вычитала твой номер в газете, я и предположить не
могла, что ты зайдешь так далеко. Ведь я нанимала еще двоих идиотов, но
разобралась в деле только ты. Отличная работа, детектив. А я тоже ничего,
верно? Умею заметать следы. Ключ где?
Нэш быстро сказал:
— У меня в кармане. Левом. Переднем. Кристина очень быстро и умело
обыскала Нэша и вскоре уже сжимала в руках ключ с оранжевой головкой. На
лице ее расцвела улыбка, которую даже можно было бы назвать красивой, если
не знать, что это улыбка убийцы. Сэнди вскинула голову.
— Как насчет моего гонорара?
— Что?
— Кристина вы или Кларисса, но деньги я заработала. Знаете, сколько
стоила эта шкатулка?
Кристина расхохоталась так, что чуть не уронила пистолет. К сожалению, не
уронила.
— Ты бесценное сокровище, малышка! Правда, подешевле того, что заперто
вот этим ключиком.
Она неожиданно стремительно шагнула к связанным и молниеносно приставила
пистолет к виску Сэнди. Девушка не сдержала крика ужаса. Нэш тихо, но твердо
произнес:
— Вы же получили, что хотели? Почему бы теперь вам просто не убраться
отсюда? Не оставить нас в покое?
Кристина задумчиво посмотрела на него. Окрыленный ее неуверенностью, он
продолжил:
— Мы связаны. Преследовать вас мы не можем. О, если бы Кристина и Нэш
знали, какую молитву шепчут белые от страха губы Сэнди Хоук!
Господи, добрый Господи, сделай так, чтобы она не выстрелила, чтобы не
выстрелила мне в голову, а то я залью кровью всю белую рубашку Нэша...
Пистолет отодвинулся от виска Сэнди. Кристина коротко усмехнулась.
— Ты прав, красавчик. Я успею оказаться очень далеко, прежде чем вы
сможете кому-нибудь наябедничать. Кроме того, я действительно многим обязана
Сэнди. В конце концов, она вернула мою собственность.
— То есть вы мне заплатите?
Кристина и Нэш одновременно посмотрели на Сэнди. Кристина улыбнулась.
— В другой жизни, крошка, мы могли бы подружиться.
С этими словами она повернулась и стремительно вышла из квартиры.
Сэнди закрыла глаза и прислушалась к звону в ушах. Ангелы, не ангелы, но что-
то божественное явно слышалось. Она со вздохом открыла глаза и принялась
выпутываться из веревки. Потом освободила Нэша. Потом они немножко посидели,
привалившись друг к другу, на прохладном полу. Потом позвонили Фостеру с
лаконичным сообщением:
— Шкатулка и ключ у Кристины.
Нэш нервничал. Все было как-то не так. Неправильно, вот что. Он не был
супергероем, он никогда не хотел им быть.
Сэнди ткнула его в бок. Вот уж кому все по зубам!
— Пошли скорее!
Нэш вылез из
мустанга
и последовал за своей амазонкой.
Во-первых, он все еще помнил ледяной ужас, охвативший его при виде
вороненого дула, прижатого к виску Сэнди. Помнил, каким важным казалось ему
спасение девушки, помнил одну, очень ясную и четкую мысль: если с ней что-то
случится, мне и жить не стоит. Не нужно было быть аналитиком, чтобы понять —
эта девушка ему, Нэшу Оуэну, дорога, дороже его собственной жизни, без нее
он не хочет и не может жить дальше. Вполне достаточно, чтобы впасть в
глубокую задумчивость.
Сэнди же пришла в себя минуты через три после звонка Фостеру и немедленно
стала собираться на автобусную станцию, чтобы посмотреть, как Кристину
Картер арестуют с алмазами в руках. В результате Нэш Оуэн раздвоился,
вернее, расстроился.
Один Нэш страстно желал повалить Сэнди на постель и доказать ей, что любовь
гораздо важнее детективов.
Второй тоже мечтал повалить Сэнди на постель, но с другой целью: связать,
заткнуть рот и дать по башке, потом сесть рядом и посторожить, чтобы она
провела в этом безопасном положении все время, которое потребуется
федеральным агентам для ареста Кристины Картер.
Третий Нэш покорно плелся за Сэнди.
Дождь припустил с новой силой, и летний день превратился в ночь. Насквозь
промокший Нэш догнал Сэнди у самого входа на автобусную станцию.
Фостер, разумеется, не разрешил им никуда идти, но они и сами были не
дураки: подождали, притаившись у окна, и вскоре увидели, как две машины —
тандерберд
и патрульная с мигалками — сорвались с места, включили сирены и
унеслись прочь. После этого Сэнди развила спринтерскую скорость — и вот они
уже входили в стеклянные двери автобусной станции.
Дома Сэнди сунула Нэшу какую-то совершенно немыслимую майку с Винни-Пухом и
Пятачком, на голову нахлобучила алую бейсболку с рожицей Крошки Ру, так что
Нэш сам себе напоминал великовозрастного дебила. Не хватало только воздушных
шариков, обслюнявленного леденца и полуоткрытого рта. Впрочем, рот
соответствовал...
Наверное, теперь он всегда будет ходить с полуоткрытым от удивления ртом.
Знаете, что это будет значить?
Как, я все еще жив?!
Он сделал последнюю попытку.
— Сэнди, у меня гениальный план. Едем к тебе, только быстро, заказываем
пиццу по телефону, а завтра читаем обо всем в утренних газетах.
— Очень смешно! Вперед!
Ролли Старк был прав. Прекрасное место для тайника. Навстречу Сэнди и Нэшу
двинулся какой-то бродяга. Спустя мгновение Нэш понял, что его в этом
бродяге не устраивает. Отсутствие запаха.
Оно объяснялось очень просто. Шипя и почти кипя, к ним шел федеральный агент
Фостер, загримированный под бродягу. Он огляделся по сторонам... и стал
очень натурально канючить, требуя доллар на кофе и булочку. Ошеломленный Нэш
стал рыться в карманах, а Фостер прошипел:
— Я хочу... нет, я требую, черт возьми, чтобы вы оба немедленно,
слышите, НЕМЕДЛЕННО убирались отсюда! Вас выведут из района оцепления мои
люди...
Нэш победно взглянул на Сэнди. Мысль о пицце была не самой глупой в мире.
Сэнди скорчила брезгливую мину и протянула Фостеру десять центов двумя
пальчиками, прошептав при этом:
— Я останусь здесь до самого конца!
— Послушайте, мисс Хоук, я не знаю, как вы выяснили, где находится
камера хранения, но на вашем немедленном уходе настаиваю... Не пойдете сами
— применим силу.
В это время дорожный рабочий в яркой форме приблизился к Фостеру и что-то
пробормотал. Фостер мрачно зыркнул на Сэнди и быстро пошел прочь.
Нэш отдал должное изобретательности агентов ФБР: все были одеты либо
неряшливо (бродяги), либо мешковато (дорожные рабочие), что не позволяло
увидеть их оружие, к тому же ливень явно подыгрывал государственной
структуре, потому что в ясную погоду такое количество бездомных, собравшихся
на одной маленькой автобусной станции, обязательно вызвало бы подозрения.
Кристины по-прежнему не было. Глаза Сэнди горели опасным огнем азарта, в то
время как Нэш искренне недоумевал по этому поводу. В самом деле, как было бы
хорошо, если бы Фостер и его ребята успели бы выгнать их с Сэнди отсюда.
Беда, коль пироги начнет печь сапожник... Кстати, о сапожниках. Нэша вдруг
охватило очень странное чувство — ему совершенно не хотелось возвращаться на
работу. Не то чтобы она, работа, стала ему неприятна, просто за последние
несколько дней он страшно отдалился от проблем разработки и производства
спортивной обуви. Жизнь вокруг била ключом, Сэнди вела Нэша сквозь все
опасности, и он чувствовал себя неопытным новичком, впервые попавшим в
амазонскую сельву вместе с опытным инструктором. После сельвы заниматься
кедами — извините!
Сэнди оглядывала зал, чуть сощурившись. Агентов она вычисляла сразу,
особенно одетых бродягами. Слишком уверенно они держались, слишком спокойно.
Бродяги так себя не ведут.
Кровь, разгоряченная порядочной порцией адреналина, бурлила в венах, Сэнди
пожирал азарт, она жаждала финала. Скорее к камерам. Осмотреться, пока
Кристины нет. Камеры хранения располагались справа на втором этаже.
...Закладка в соц.сетях
