Жанр: Любовные романы
В золоченой клетке
... она целовала, мурлыча, его
ухо. — Покажи мне, где у тебя болит. Я поцелую, и сразу пройдет. —
Она ласкала языком раковину его уха. Уэс задрожал от возбуждения.
Он подхватил ее на руки, но донес только до гостиной. Линни думала, что он
опустит ее на диван, но он сел с нею на кресло и прошептал:
— Болит вот здесь...
И Линни поспешила
облегчить его боль
, вначале лаская его руками, а затем
губами и языком. От поцелуя Уэсу и впрямь стало легче. Его щеки горели,
глаза сияли. Она ласкала и целовала его так же осторожно и медленно, как он
ее позапрошлой ночью, и его довольное мычание было ей лучшей наградой. Линни
нравилась мысль, что его тело зависит от нее, и она еще с большей нежностью
принялась ласкать и целовать его, а он задрожал от охватившего его
желания...
— Я так скучала по тебе прошлой ночью, — пробормотала потом Линни, сидя у него на коленях.
— Я по тебе тоже.
— Какие же мы придурки, что не легли спать вместе!
Уэс кивнул, прижимая ее к себе.
— Это я виновата. Ты имел полное право задавать мне вопросы.
Он покачал головой и поцеловал ее в лоб:
— Нет, Линни, я должен был верить тебе. То, что ты сказала насчет
доверия, было абсолютно правильно.
Она еще крепче обняла его, и они долго сидели в тишине.
— Именно об этом я и мечтала в те одинокие вечера, когда ты поздно
приходил с работы. Мне хотелось, чтобы ты целовал меня, ласкал, чтобы я
чувствовала, что ты меня еще любишь.
— Неужели ты сомневалась, что я тебя люблю? — изумился Уэс.
— Нет... может быть, только совсем чуть-чуть. Я просто чувствовала, что
из нашего брака постепенно улетучивается сказка, и не знала, что мне делать
и где искать выход.
— По-моему, ты этот выход нашла, — сказал он ехидно. — Ладно,
пойдем-ка поедим. Мне нужно набраться сил перед длинной ночью...
Тяжелое дыхание Линни уже давно перешло в сладкое посапывание, а Уэс еще
долго лежал без сна. Его рабочий день прошел сегодня абсолютно впустую. Он
тщетно пытался сосредоточиться на
требованиях истца
— и никак не мог
избавиться от отчаяния, которое охватило его, когда он узнал, что Джордж был
в его спальне и что Линни пыталась скрыть это.
Почему она не рассказала мне обо всем сразу?
— думал Уэс, глядя на спящую
жену.
Линни повернулась на другой бок и прижалась к нему. Ее тело было таким
теплым и мягким... Нет, Уэс совсем не умел на нее сердится. Стоило ей только
прикоснуться к нему, поцеловать, заглянуть в глаза, как он тотчас таял. И
все же Уэс еще не окончательно простил ей эту историю с Джорджем.
Уэс был адвокатом и привык логически мыслить, но, к сожалению, только тогда,
когда дело касалось других людей. Если же оно каким-либо образом затрагивало
его интересы, любая логика летела в тартарары. Линни уверяла его, что между
ней и Джорджем абсолютно ничего не было, и Уэс готов был поверить ей. И все
же он почему-то испытывал необъяснимую злобу... Когда он смотрел на Линни,
он верил ей, но когда начинал в очередной раз прокручивать в голове
ситуацию...
Да нет же, все глупости
, — сказал он сам себе и нежно обнял спящую
Линни. Она неожиданно открыла глаза.
— Спи-спи, — прошептал он, гладя ее по голове.
— Уэс, ты больше на меня не сердишься?
— Нет конечно. Спи, милая.
Первая, с кем встретилась Линни в понедельник на работе, была Майра. Она
обрушилась на Линни в коридоре с потоком вопросов:
— Ну как прошла суббота? Как Глэдис и Грэм?
Линни огляделась вокруг, чтобы убедиться, что никого нет поблизости, и тихо
сказала:
— Боюсь, все не слишком-то хорошо получилось. Но только, ради Бога, ни
о чем не спрашивай Глэдис.
— Ой! — Майра прикусила губу. — А я-то надеялась, что они
подойдут друг другу.
— Я тоже, — со вздохом сказала Линни. Вчера она была так
расстроена из-за ссоры с Уэсом, а потом так рада тому, что они помирились,
что совершенно не думала о Глэдис, но теперь ее сердце вновь наполнилось
состраданием к приятельнице.
— Он что, оказался еще хуже, чем на снимке? — спросила Майра.
— Нет, напротив. Он очень милый — симпатичный, общительный.
— Тогда почему же он не понравился Глэдис? — искренне удивилась
Майра.
— Потому, что он, по ее мнению, слишком милый, слишком симпатичный и
слишком богатый. У него, оказывается, двенадцать магазинов и двое слуг.
Бедняжка Глэдис! Я ее так хорошо понимаю. Конечно, она вполне могла
чувствовать себя рядом с ним неуютно, хотя он и очень хороший. Глэдис ушла
домой совершенно убитая горем. Я думаю, мне стоит сейчас к ней зайти и
спросить, как у нее дела.
— Правильно, так и сделай. А я увижусь с ней и с тобой за кофе. Обещаю,
что не буду ее ни о чем расспрашивать. — Спасибо, Майра.
Глэдис поливала пальму, росшую в большой кадке в углу.
— Добрый день, Глэдис, — весело поздоровалась Линни.
— А, здравствуйте, Линни, — обернулась Глэдис. Она была ужасно
бледная, невыспавшаяся и даже какая-то постаревшая.
Линни стояла в дверях и совершенно не знала, что ей и сказать.
— Но ведь на свете есть и другие мужчины, Глэдис, — неожиданно
вырвалось у нее.
— Да, наверное, — с грустью сказала немолодая женщина. И, глядя в
потолок, вздохнула: — Но ведь мне такой нужен... чтобы был и красивый, и
умный, и нежный, и добрый, и самостоятельный... А таких очень мало. Разве
что лорд Лоуренс Оливье или Уолтер Кронкайт.
— Я думаю, вы могли бы познакомиться с каким-нибудь юристом, —
гнула свою линию Мэри Линн. — У Уэса очень много неженатых знакомых в
возрасте сорока-пятидесяти лет.
— И каждый из этих мужчин мечтает о встрече с двадцатилетней, —
Глэдис поставила лейку и потрепала Линни по плечу: — Спасибо вам, милая
девочка, что вы обо мне заботитесь, но я уже двадцать лет живу одна, и,
заметьте, неплохо живу... К тому же я не знаю, как бы отреагировал мой Айк,
если бы в доме появился еще один человек. Да, далеко не всем женщинам везет
в личной жизни так, как вам. Вы должны это хорошо осознавать и ценить вашего
мужа... Кстати, я хотела бы что-нибудь испечь вам ко дню рождения, но не
знаю, какого он точно числа?
Линни не вполне поняла, о чем идет речь.
— Мой день рождения? — переспросила она.
— Да. Неужели я его уже прозевала?
— Но ведь я же родилась первого сентября!
— Сентября? — удивилась Глэдис. — А почему Уэс попросил меня
пойти с вами в магазин, чтобы...
— Уэс просил вас пойти со мной в магазин? — Линни ничего не
понимала. Внезапно до нее дошло, и она расхохоталась: — Это тогда, с
Джорджем, что ли?
— Ну да.
— Вот подлец! — Линни смеялась от всей души.
Глэдис выглядела смущенной.
— Но если ваш день рождения еще не скоро, — пробормотала
она, — тогда зачем мистеру Смиту понадобилось?..
— Вот уж не знаю. Ладно, Глэдис, я пойду к себе. И не грустите,
пожалуйста, больше.
Линни ринулась в кабинет к Уэсу, преисполненная желания высказать ему все,
что она думает по поводу его дурацкой ревности. Но Уэса не было на месте. А
когда он вернулся, Линни уже передумала.
В конце концов, это было давно и
неправда
, — решила она.
12
В пятницу утром Линни стучала что-то на пишущей машинке, как вдруг влетела
Глэдис.
— Вы ни за что не догадаетесь, что я вчера получила по почте! —
выпалила она. — Письмо от Грэма!
— От Грэма? — удивилась Линни.
— Ну да, от того самого мужчины, с которым я была у вас в гостях!
— Ну, и о чем же он пишет? — поинтересовалась Линни.
— Видите ли, я до сих пор не могу поверить... — Глэдис протянула
своей молодой приятельнице конверт с письмом. — Прочтите сами! —
воскликнула она, но отняла письмо прежде, чем Линни успела пробежать глазами
даже самые первые строчки. — По-моему, — объявила Глэдис, отходя к
окну, — он хочет, чтобы мы снова увиделись.
— Да? — Линни протянула было руку к письму, но Глэдис решила, что
лучше прочтет ей его сама.
— Да, вот послушайте, — Глэдис откашлялась. —
Мне ужасно
жаль, что пришлось так рано уехать в прошлое воскресенье. Может быть, мы с
вами встретимся еще раз?
— Глэдис прижала письмо к груди и торжествующе
посмотрела на Линни: — Но самое главное то, что он мне написал. А вдруг я
ему все-таки капельку понравилась?
— Я уверена, что вы ему понравились, — улыбнулась Линни.
Глэдис раскраснелась.
— Пойду немедленно напишу ему ответ, — пробормотала она и
удалилась.
Линни всем сердцем радовалась за Глэдис. Она сама была в последнее время
очень счастлива и хотела, чтобы все вокруг тоже были счастливы. Весь день
она летала, точно на крыльях.
Наступил вечер. Линни, насвистывая веселую песенку, перебирала в шкафу
одежду и ждала, когда наконец придет Уэс и она поделится с ним радостной
новостью.
— Линни! — крикнул он с порога. — Слушай, ты не собираешься
ложиться спать?..
Было всего-навсего девять часов, и Линни сразу поняла, что он имеет в виду
под словом
спать
.
— Собираюсь, а что? Хочешь ко мне присоединиться? — подыграла она
ему.
Уэс, ни слова не говоря, потушил свет. Линии начала медленно раздеваться, но
он внезапно остановил ее.
— Дай, я сам, — прошептал он...
И только когда их дыхание вновь стало ровным и они лежали, обнявшись, в
постели, Линни вспомнила, что забыла сообщить ему потрясающую новость.
— Ой, Уэс, я же тебе не сказала... представляешь, Глэдис получила
письмо от Грэма!
— У... ну и что? — спросил он равнодушно.
— Как это что? После того ужасного вечера она и не надеялась, что он ей
когда-нибудь напишет! А теперь, оказывается, у них еще все может наладиться.
— Ужасного вечера? Я, честно говоря, не помню. А что было такого
ужасного? — Уэс зевнул. — Да я нисколько не удивляюсь, что он ей
написал. Он меня чуть с ума не свел своими расспросами, пока я вез его в
гостиницу... Ладно, давай спать, милая.
Линни неожиданно подскочила на кровати.
— Уэс! А о чем он тебя спрашивал?
— Не помню, — Уэс был немало удивлен столь бурной реакцией. —
Он молол какую-то ерунду насчет того, что три месяца худел, чтобы ей
понравится, но почему-то не понравился. — Уэс снова зевнул. — Да,
он что-то такое просил ей передать насчет завтрака в воскресенье, но я об
этом напрочь забыл. Давай спать, Линни.
— Уэс! Как ты мог об этом забыть? — Линни зажгла свет и, открыв
записную книжку, принялась набирать номер.
— Линии, что ты делаешь? — он щурился от яркого света.
— Я звоню Глэдис. То, что ты сказал, чрезвычайно важно... Алло, это
Глэдис? Я вас разбудила? Ах, простите, пожалуйста, но у меня для вас
чудесная новость! Грэм сказал Уэсу, что он подумал, что он вам не
понравился... то есть... послушайте, он хотел пригласить вас позавтракать, а
Уэс забыл передать! Что вы говорите? — Линни замолчала, слушая, что ей
отвечает радостный голос на другом конце провода. — Позвонить ему
завтра прямо с утра? Я думаю, это замечательная идея. Так и сделайте,
Глэдис. Может, он уже послезавтра сможет прилететь. Отлично. Спокойной ночи,
Глэдис!
— Линни, погаси, пожалуйста, свет, — взмолился Уэс.
Линни послушно нажала на кнопку выключателя, но тут же вновь включила свет.
— Я так счастлива, так рада за Глэдис!
— Я хочу спать, — Уэс протянул руку к включателю.
Но Линни его не слушала.
— Почему ты мне ничего не сказал в субботу?
— Потому что в субботу мы с тобой не разговаривали, — сонно
напомнил ей Уэс.
— Ах да. — Линни прижалась к мужу, обеими руками обнимая его за
шею. — Как же быстро все меняется к лучшему, Уэс! Еще месяц назад у
меня не было работы, еще неделю назад я так переживала за Глэдис, а теперь
все так прекрасно!
— Спокойной ночи, Линни.
Линни не обиделась на него. Она лежала и радовалась тому, что все в ее жизни
так прекрасно. Все кругом счастливы.
Все, кроме мистера Гарсии
, — внезапно вспомнила она. Как же это она
до сих пор не поговорила с Уэсом? Но, во-первых, Уэс прав: секретарь не
должен вмешиваться в дела начальника, а во-вторых... теперь, когда ее
отношения с Уэсом сделались наконец такими лучезарными, Линни совсем не
хотелось ссориться с ним — даже из-за мистера Гарсии. Бог даст, старичок уже
нашел себе другого адвоката!
В субботу Уэс очень рано отправился на работу, вернулся раньше полудня, и
они пошли в магазин за фруктами. Линни весело наблюдала, как Уэс жонглирует
двумя апельсинами.
— Смотри, уронишь, — рассмеялась она.
— Никогда.
И в тот же момент один из апельсинов шлепнулся на пол. Линни с издевкой
посмотрела на мужа и, подняв раненый апельсин, положила в корзину. Она купит
его — пусть это будет наградой Уэсу за сегодняшний чудесный день.
Уэс остановился около арбузов.
— Только не это, — расхохоталась Линни. — Представляю, что
будет, если ты уронишь арбуз.
— Ты, пожалуйста, вези свою тележку и не вмешивайся.
— Есть, сэр, — сказала Линни, снимая с полки банку арахисового
масла
Скиппи
. — Ты завтра работаешь?
— Нет, я взял кое-какие дела на дом, надеюсь сделать их сегодня
вечером. — Уэс положил в корзину дыню. — Кстати, у меня есть
хорошие новости. Я разговаривал сегодня утром с Уиллом и он сказал, что уже
через две недели сможет выйти на работу.
— Правда?
— Да. Я тогда смогу работать в нормальном режиме.
Лицо Линни просияло.
— Как здорово! Мы же тогда сможем взять отпуск, съездить к твоим
родителям, сходить...
— Стоп! — рассмеялся Уэс. — Не говори
гоп
, пока не
перепрыгнешь! К тому же пройдет еще неделя-другая, прежде чем Уилл войдет в
курс всех текущих дел.
— Да, конечно. Но в любом случае, у нас будет больше времени друг для
друга. Ах, как я об этом мечтаю!
— Я тоже.
Линни взглянула в его светло-карие глаза. Они смотрели на нее с неподдельной
нежностью, и Линни ласково коснулась его руки.
— Послушай, Линни, а давай купим еще арахисового масла? — сказал
вдруг Уэс.
— Конечно, дорогой. — Линни протянула руку к полке. — А
теперь поскорее расплатись и пойдем домой.
— Гениальная идея! — усмехнулся Уэс.
В воскресенье они пошли в зоопарк и строили там рожи обезьянкам. А в
понедельник Линни пребывала в удивительно приподнятом настроении. Она весело
стучала на машинке, когда пришла Майра.
— Все! — воскликнула та с порога.
— Что
все
?
— Я перевалила за отметку восемьдесят. Ровно семьдесят девять
килограммов, тютелька в тютельку, — и Майра закружилась по комнате,
демонстрируя свое новое синее платье. — Ну как я тебе?
— Замечательно! Просто великолепно!
— Спасибо. Тебе, может, этого и не понять, но самое трудное перейти в
следующий десяток. Я ходила поделиться этой радостью с Глэдис, но она
пребывает в каком-то сомнамбулическом состоянии.
Линни улыбнулась:
— Я знаю. Я с ней уже разговаривала. Она ездила на выходные в Толидо,
где они с Грэмом чудесно провели время. И уже договорились снова встретиться
в следующую субботу. Думаю, это может перерасти в нечто серьезное.
— Будем надеяться. — Майра подошла поближе к Линни и понизила
голос: — Кажется, у всех все улаживается. Ты в последнее время порхаешь,
точно птичка. У тебя, видимо, тоже есть радостные перемены, — Майра
посмотрела на приятельницу со значением.
— Да, это так, — пробормотала Линни. Ей не хотелось особенно
посвящать Майру в свои дела. Ее спас телефонный звонок.
— Алло?
— Это мистер Энтони Гарсиа.
Линни даже отдернула трубку от уха: старик кричал слишком громко.
— Да, мистер Гарсиа. Чем могу служить?
— Произошла чудовищная несправедливость. Меня посадили в тюрьму.
— О нет!
— Я пытался объяснить полицейским, что это какая-то ошибка, но они не
захотели меня слушать.
Линни в растерянности оглянулась вокруг. Уэса на месте не было.
— Я не знаю, что делать, — пролепетала она.
Мистер Гарсиа ее, видимо, не слышал.
— Это так унизительно для меня, — говорил он уже тише. — Вы
должны мне помочь.
— Я прямо не знаю, что делать. Может, вы дадите мне телефон вашей
дочери, я позвоню ей и...
— Умоляю, не надо! Я не хочу, чтобы моя семья об этом знала. Такой
позор убьет их.
— Ждите, мистер Гарсиа. Я скоро буду. — Линни повесила трубку и
бросилась к двери. — Ой, я же забыла кошелек.
— Что, какой-то клиент Уэса попал в беду? — спросила ее
ошеломленная Майра.
— Да... что-то вроде того. — Линни включила автоответчик и
умчалась.
До тюрьмы она долетела за пять минут, но прошло еще пятнадцать, прежде чем
ей показали, куда обратиться. И вот она оказалась в крошечной комнатке, в
которой сидел здоровенный полицейский с усталым от жизни выражением лица.
— В чем его обвиняют? — было первое, что она спросила.
— В намерении совершить уголовное преступление.
— Я не очень понимаю, о чем идет речь, но я уверена, что мистер Гарсиа
слишком старый и слишком больной, чтобы сидеть в тюрьме.
Полицейский равнодушно пожал плечами:
— Послушайте, мэм, если вы хотите вытащить этого деда из-за решетки,
внесите залог.
— Залог? — удивилась Линни.
— Ну да. Тогда мы выпустим его на поруки.
— А сколько нужно заплатить?
Полицейский зашуршал бумагами:
— А, вот. Две штуки.
— Две тысячи долларов?!
— Точно, — он откинулся на спинку кресла.
— Но я...
— Разумеется, мы вам их вернем. Это только гарантия, что ваш старик не
сделает ноги.
— Да нет, что вы!
Мужчина пожал плечами:
— Тогда внесите залог.
Линни задумалась. Но чем, с другой стороны, она рискует? Она же получит
назад свои деньги. А бедному старику обязательно нужно помочь. И Линни
кивнула в знак согласия:
— Хорошо, я заплачу. Куда мне нужно для этого обратиться?
Мужчина ей все подробно объяснил. Линни сомневалась в том, что правильно
поступает, но эти сомнения мгновенно улетучились, как только она увидела
радостное лицо мистера Гарсии.
— Господь отблагодарит вас! — твердил он, пожимая ей руку.
— Они назвали мне число, когда вы должны явиться на суд. — Линни
протянула ему бумажку. — Это через несколько дней.
Он сунул бумажку в карман и заверил ее:
— Я обязательно приду.
— Ну, ладно. А мне пора на работу. До свидания, мистер Гарсиа, — сказала Линни с улыбкой.
В среду Уэс, стоя у дверей зала суда, беседовал с симпатичной брюнеткой,
своей клиенткой.
— Увидимся на следующей неделе, — сказал ей Уэс на прощание.
Только она отошла, к нему подлетел Базз. Он кивнул вслед удалявшейся
женщине:
— Кто она?
— Клиентка. Мы только что проиграли дело, но она хочет подать на
апелляцию.
— Апелляцию? Думаю, ей это удастся. Она такая... апилльная!
— А ты все в своем репертуаре, — усмехнулся Уэс. — Как же ты
работаешь с клиентами?
— Если они такие же симпатичные, как эта, мы обычно неплохо ладим... Но
для человека, который только что проиграл дело, ты что-то слишком веселый!
— Правда? — Уэс, впрочем, действительно был в прекрасном
расположении духа. Его отношения с Линни становились с каждым днем все
чудеснее. И не только на работе. Каждая их ночь напоминала сказку —
оказалось, узнавать друг друга можно бесконечно. И как он только этого
раньше не понимал!
Попрощавшись с Баззом, Уэс медленно брел по улице. Как же так случилось, что
они с Линни вдруг стали необыкновенно близки? Неужели это ревность так
подстегнула чувства? И поэтому тоже, конечно, но истинная причина
заключалась в другом. Просто на работе, в офисе, Уэс увидел свою жену в
новом свете. Та красота, та фигура, тот смех, которые он воспринимал одно
время как нечто привычное, вдруг по-новому увиделись и услышались, и Уэс
понял, что рядом с ним самая очаровательная женщина на свете.
Их любовь стала еще крепче с тех пор, как она поступила к нему на работу. В
тумане счастья Уэс забыл даже о том, какой назойливой может быть его Линни.
Вот, например, тот случай, когда Линни принялась уверять его, что мистер
Гарсиа
милый
человек. Они ведь тогда чуть не поссорились. Но это все
неважно. Понятно, что со временем Линни станет опытнее и разумнее.
Улыбка сошла с лица Уэса только тогда, когда он столкнулся с Джорджем.
— Как дела? — непринужденно спросил тот.
— Нормально, — холодно ответил Уэс. И поглядел ему вслед, чувствуя
себя уже не так беззаботно, как раньше.
В следующие выходные Глэдис вновь отправилась в Толидо. А в понедельник
долго не могла прийти в себя после счастливого уикэнда — прямо-таки в
облаках витала. За кофе она с упоением рассказывала о своей поездке Майре и
Линни:
— Это просто чудо! Грэм был так внимателен ко мне. Встретил меня в
аэропорту с букетом роз. — Глэдис задумалась, видимо вспоминая, как это
было.
— И когда состоится ваша следующая встреча? — с интересом спросила
Майра.
— Он приедет в пятницу вечером. Знаете, так странно, в первый раз,
когда мы встретились, мы совершенно не знали, о чем поговорить, а последние
два уик-энда проболтали без умолку.
— Я так рада за вас. — Линни допила свой кофе. Она была счастлива,
что у Глэдис все удачно сложилось, но слушала ее не очень внимательно.
Сегодня утром слушалось дело мистера Гарсии. Линни хотелось как можно скорее
узнать результаты, но он почему-то ей до сих пор не позвонил.
Глэдис внезапно поднялась:
— К сожалению, мне нужно спешить, девочки. У меня масса работы. А вы
выпейте еще по чашечке кофе.
Когда она ушла, Майра сказала задумчиво:
— Вот, все хорошо складывается. Глэдис встретила мистера Райта, а у нас
с Эбботом пошел второй медовый месяц. Да и у тебя, похоже, все хорошо, судя
по твоему сияющему виду, — она хитро посмотрела на Линни.
— Да, все хорошо, главное — Уэс признал во мне толковую секретаршу.
Все было отлично не только на работе, но и дома. Вчера, например, Уэс
пригласил Линни на ленч. Любовью они занимались, правда, не каждый день, но
все равно это случалось гораздо чаще, чем раньше. И даже те ночи, когда они
просто засыпали обнявшись, воспринимались Линни как счастливые.
Майра поднялась и положила на стол деньги:
— Я, пожалуй, тоже пойду.
— И я с тобой, — сказала Линни. Уэс уже поджидал ее.
— А, вот наконец и ты, — улыбнулся он. — Ну, признавайся,
сколько пирожных съела? Тут вот документы, с которых нужно срочно снять
копии.
— Давай-ка их сюда.
— Я тебе уже сказал, что ты сегодня чудесно выглядишь?
— Нет еще. Спасибо. — Линни оглядела свою розовую блузку с
клубничками на воротничке.
Он протянул ей документы.
— Думаю, я смогу сегодня вернуться домой пораньше, — сказал он,
подмигивая ей.
— Здорово! — ответила она, глядя на него по-собачьи преданно.
— Да, кстати... Я слышал, что мистер Гарсиа должен был явиться сегодня
на суд и не пришел. Видишь, все-таки ты в нем ошиблась... — он
снисходительно улыбнулся, закрывая за собой дверь кабинета.
У Линни пересохло во рту, она застыла, не в силах вымолвить ни слова.
Документы в
...Закладка в соц.сетях
