Жанр: Мемуары
Утерянные победы
...еще 198 пд. - Прим. авт.
{83} Намеченный для использования в армейской группе Кемпфа. - Прим. авт.
{84} Сковывающие атаки. - Прим. авт.
{85} Активное прикрытие восточного фланга. - Прим. авт.
{86} В данном случае от корпуса оставлены лишь корпусные службы.
{87} Номерные дивизии находились в разных степенях формирования.
{88} То есть авиаполевая дивизия Люфтваффе.
{89} Учебные.
{90} Лишь из одного танкового батальона.
{91} Символом + помечены формирующиеся и переформирующиеся дивизии.
{92} Операция есть совокупность боев и сражений, взаимосвязанных по цели, месту и
времени. Необходимость в операциях возникла в индустриальный период, как разрешение
противоречия между необходимостью использовать все наличные силы максимально
эффективно, и невозможностью сосредоточить их на одном поле боя (использовать в
одном сражении).
{93} Мольтке, к примеру, часто ругают за неодновременный подход к полю битвы при
Садопой (австро-прусская война 1866 г.) трех армий, отмечая, однако, что
неодновременный удар нарушил устойчивость австрийской позиции. Ибо, говорят
критики, если бы австрийцы воспользовались разделенностью войск пруссов во времени,
они могли бы нанести Мольтке существенные потери. При этом забывается, что подобная
оперативная схема была сознательно выбрана Мольтке и проводилась согласно плану.
Мольтке сознательно шел на риск. План Мольтке подразумевал, что противник не сумеет
понять происходящего и будет реагировать естественно, а отнюдь не наиболее
правильно. В реальных условиях войны это предположение нашло подтверждение.
{94} Так - в теории. На практике противоречие остается, хотя и проявляется на
несколько ином уровне.
Офицеры штаба точно знают план ведения операции, но не способны (прежде всего
психологически) провести его в жизнь в условиях активного противодействия
противника. Полевые командиры могут отыскать верное решение в калейдоскопе
порожденных войной ситуаций, но они органически не способны следовать общему
оперативному замыслу.
Именно такая ситуация вынуждает иметь третье управленческое звено - собственно
верховное командование. Заметим, что "по построению" на это звено возлагаются не
вполне обычные функции. Дело в том, что при нормальном развитии событий, когда штаб
делает свое дело, а командующие армейскими группами свое, верховное командование
обречено на бездействие.
В управленческой триаде: штабы - полевые командиры - верховное командование
немцы нашли хороший баланс между оперативной и штабной работой. Прежде всего,
взаимоотношения командир - начальник штаба (который в кайзеровской, а в
значительной мере и в гитлеровской Германии прежде всего был представителем
Генерального штаба в войсках) не были точно определены Уставом. Соответственно,
между командующим и его начальником штаба неизбежно возникали личные, не
исчерпываемые формальной воинской дисциплиной отношения. Возникала
психологическая связка, нередко проявляющая черты композитной психики (то есть в
неформальном взаимодействии двух разных людей, погруженных в глубоко
формализованную структуру, рождалось новое качество: пара начинала "вести себя"
иначе и лучше, чем генералы, ее составившие). В паре ведущую роль мог играть как
полевой командир (Клюк - Куль), так и начальник штаба (Гинденбург - Людендорф,
Рунштедт - Манштейн). На качестве управления войсками это не отражалось.
Однако, создав очень сильное оперативное и штабное звенья, немцы невольно ослабили
роль третьего компонента управления - верховного командования. Пожалуй, лишь при
старшем Мольтке структура управления войсками полностью отвечала своим задачам.
Прежде всего заметим, что в войнах 1864-1871 гг. все командующие армиями (не
исключая кронпринца) были превращены Мольтке в послушных исполнителей воли
Генерального штаба. Соответственно, оперативное управление волей-неволей пришлось
осуществлять министру-президенту и канцлеру Пруссии (в звании, кажется, майора).
Заметим, что поскольку Бисмарк формально находился вне армии, на работу
великолепной связки Бисмарк - Мольтке не принято обращать внимание.
Неизбежные неустранимые разногласия оперативного и штабного звеньев разрешал
Вильгельм I. Его великолепное и ненавязчивое исполнение обязанностей главкома (при
таких сильных и неуступчивых подчиненных, как Бисмарк и Мольтке) заставляет думать,
что титул "Великий" кайзер получил вполне заслуженно.
Во время Первой Мировой войны все получилось гораздо хуже. Прежде всего, не было
Бисмарка. Единственный человек в высшем руководстве, который мог бы выполнить его
функции, - гросс-адмирал Тирпиц - был лишен какого-либо реального влияния.
Вильгельм II оказался не в состоянии исполнять обязанности главкома, равно как и играть
реальную роль в управлении войсками. Младший Мольтке остался один за троих, и
неудивительно, что это оказалось ему не под силу. Позднее - при ЛюдендорфеГинденбурге
- баланс между оперативной и штабной работой был восстановлен
полностью, но для должности главкома так никого в Германии и не нашлось.
В следующей войне лучшего руководства операциями со стороны Генерального штаба и
желать нельзя, а все проблемы возникали из-за желания А. Гитлера взять в свои руки
функции оперативного руководства и верховного командования. Поскольку это как раз
невозможно в принципе (вся работа верховного командования есть разрешение
противоречия между штабным и оперативным звеньями управления), германская
стратегия быстро приобрела патологические черты (К. Типпельскирх). После отставки Ф.
Гальдера баланс управления войсками был необратимо нарушен, что и привело Германию
не просто к поражению, но к национальной катастрофе.
{95} На основании его съемок была издана карта Малой Азии.
{96} Геодезическая линия - линия наименьшего времени перемещения между двумя
точками. На плоскости такие линии - прямые, для сферы - дуги больших окружностей
(это проявляется при прокладке курса для кораблей), для автотранспорта -
автомобильные дороги, а для войск - железные дороги (см. также: С. Переслегин.
Основные понятия, аналитической стратегии).
{97} План Шлиффена зачастую критикуют за излишнюю рискованность. При грамотных
действиях французской и прусской сторон он действительно может быть опровергнут.
Однако расчет в плане делался на "естественное" поведение противника. Как показала
война, стремление уменьшить риск операции, предусмотренное Мольтке-младшим, было
совершенно лишним - ставка Шлиффена на противника подтвердилась, а уменьшение
риска привело к потере темпа, отсутствию резервов и, в итоге, проигрышу решающей
битвы на Марне (см. также: С. Переслегин Основные понятия аналитической
стратегии).{98}Возможно, это было связано с успешными опытами использования для
разведки, бомбометания и доставки грузов жестких дирижаблей системы Цеппелина.
Примерно до 1912-1914 гг. самолеты проигрывали им практически по всем показателям.
А произошедший перед самой войной перелом не был своевременно отслежен из-за
инерционности, присущей любой военной структуре.
{99} В частности, немцы впервые широко применили в самолетостроении сталь (вплоть
до цельнометаллических конструкций Г. Юнкерса), перешли к использованию
прогрессивных профилей крыла, создали самолет, пригодный для использования с
подводной лодки, разработали проект тяжелого бомбардировщика - "летающего крыла",
применили на практике асимметричную схему.
{100} Однако удалось сохранить систему подготовки летного состава - в немалой
степени благодаря тому, что планеры не подпадали под Версальские ограничения. К 1933
г. только одна из летных школ подготовила 3200 летчиков и 17000 планеристов.
{101} Были случаи, когда пилоты истребителей спокойно садились на английские
аэродромы, спутав Бристольский залив с Ла-Маншем; ночные налеты велись практически
только с помощью радионаведения.
{102} Тем более что с начала тридцатых годов уровень затрат на развитие авиации в
западных странах резко возрос. Кривая ассигнований имеет характерную точку перегиба,
приходящуюся на 1932 год. С этого момента начинается (прежде всего - в США)
лихорадочная гонка авиационных вооружений. Интересно, что ни 1933 г. (приход Гитлера
к власти), ни 1939 г. (начало войны), ни даже 1941 г. (Перл-Харбор и вступление США в
войну) резкими изменениями хода кривой не отмечены. Некоторые исследователи делают
из этого вывод, - что правительство Ф. Рузвельта последовательно и методично
подготавливало Мировую войну и разрушение проанглийской Версальской системы с
1932 года.{103}Речь шла об ударах массами в 500-1000 тяжелых бомбардировщиков,
прикрываемых дальними истребителями P-51D "Мустанг". Такие бомбардировки сносили
с лица земли целые города.
{104} См. статью "Основные понятия аналитической стратегии".
{105} Обычно принято связывать расцвет классических (до-атомных и доинформационных
армий) с войной 1939-1945 гг. С этой точкой зрения нельзя
согласиться. В конце концов лучшей армией Второй Мировой войны приходится
признавать немецкую. Армию - покорительницу Европы. Армию - три года
сражавшуюся в совершенно безнадежной ситуации против вооруженных сил всего мира.
Армию, о которой начальник ее же Генерального штаба генерал-полковник Ф. Гальдер
вынужден был, однако, сказать: "Той пехоты, которая была в 1914 г., мы сейчас даже
приблизительно не имеем".
{106} Подчеркнуты термины, точное определение которых дано в статье С. Переслегина
"Основные понятия аналитической стратегии".
{107} Что, конечно, не может затушевать заслуг таких ярких представителей
аналитической военной мысли начала XX столетия, как Конрад фон Гетцендорф, великий
князь Николай Николаевич и, the last, but not the least, адмирал сэр Джон
Фишер.{108}Рискованность победоносного маневра Шлиффена можно считать
проявлением закона сохранения энергии в стратегии, иначе известный как закон перехода
равных позиций в равные (правило тождественного преобразования позиции). Если
оценить вероятности исходов и аккуратно посчитать все возможности, то кампания 1914
на Западном фронте в среднем должна была закончится вничью (что, разумеется,
мгновенно предопределяло общее поражение Германии). За отклонение желаемой
вероятности от среднего Шлиффен платил увеличением риска сокрушительного
поражения.
{109} Это было известно со времен Сунь-Цзы. Уже Ли-Вей-Гун с иронией отзывается о
полководцах, которые проводят различие между обороной и наступлением.
{110} Очень часто причину позиционного тупика связывают с "перенасыщением" зоны
обороны войсками и боевыми средствами, прежде всего - колючей проволокой и
пулеметами. С этим трудно согласиться уже хотя бы потому, что позиционное равновесие
нередко устанавливалось при отсутствии окопов (Фландрия), без всякой колючей
проволоки (в 1914 г. ее запасы были исчерпаны к середине сентября), наконец, при ярко
выраженной "ненасыщенности" фронта - малоазиатский, месопотамский и
ближневосточный ТВД, Салоники. Что же касается пулеметов, то их эффективность
недостаточна, например, при сильном задымлении. Да и согласно уставам 1914 г.
пулеметы использовались прежде всего как оружие преследования. (См. также: М.
Галактионов "Темпы операции".){111}Поражающая мощь артиллерии приобрела такое
значение, что все остальные рода войск становились обеспечивающими ее действия
(пехота и кавалерия защищали артиллерию от ударов вражеской пехоты и кавалерии,
решали задачи захвата вражеской территории), однако основной ущерб противнику
наносила именно артиллерия.
{112} Очень простые дифференциальные уравнения, описывающие изменение
численностей войск от взаимного огневого (и любого другого) воздействия. По своему
значению в аналитической стратегии близки к трем законам механики Ньютона.
Особенностью использования этих уравнений является необходимость описывать силу
каждой единицы войск лишь одним коэффициентом, в общем случае абсолютно
абстрактным, что существенно снижает прогностическое значение таких выкладок. Суть
"аналитической революции" в том и состоит, что при высоком уровне штабной работы и
очевидном господстве на поле сражения артиллерии, действующей с закрытых позиций,
коэффициенты боевой силы обретают смысл, и исход боевого столкновения (который
ранее всегда был функцией тех или иных случайностей, в числе которых, например,
талант полководца) стал с хорошей точностью описываться уравнениями Остроградского.
{113} Для Западного ТВД таким решением оказалось изохроническое построение:
переброска сил вдоль линии фронта требовала одинакового времени для обеих сторон.
Собственно, именно в связи с требованием изохроничности позиционной обороны линия
фронта в ходе "Бега к морю" изогнулась к северу, а не к западу.{114}Об этике войны:
смотри статью С. Переслегина и Р. Исмаилова "Этика и стратегия непрямых действий" в
книге Б. Г. Лиддел-Гарта "Стратегия непрямых действий".
{115} Конечно, существуют специальные средства ПВО. Однако обе мировые войны и
послевоенные кризисы показывают, что построить надежную воздушную оборону только
или хотя бы, прежде всего на наземных установках мало реально.
{116} Исключения, конечно, известны, но по большей части они относились к стадии
"доигрывания" безнадежно проигранной войны: действия японской авиации в 1944 г.
{117} В операциях под Капоретто и на реке Эна немцы продемонстрировали образец
быстрого прорыва укрепленной полосы. В обоих случаях подавление обороны
осуществлялось, прежде всего, насыщением линии артиллерийской поддержки
противника химическими снарядами.
{118} Артиллерийское наступление на тактическую глубину является одним из способов
прорыва обороны противника, активно использовалось в обе мировые войны.
{119} На самом деле, тезис отнюдь не очевидный. Адмирал Макаров в свое время
выступал за отказ от брони на кораблях, приводя в пользу этого вполне разумные доводы.
Конструкторские бюро регулярно разрабатывали "фанерные" танки. Во время Первой
Мировой войны стоимость боевых машин не имела значения - на артиллерийские
снаряды стороны потратились больше.
{120} Представляет интерес диалектика использования в Первой Мировой войне
пушечных и пулеметных танков. Танк изначально создавался для противодействия
скорострельной фугасной артиллерии (французские 75-мм орудия, как наиболее яркий
пример), блокирующей любые попытки пехоты перемещаться вне укрытий, и
"сверхлегкой сверхартиллерии" - пулеметам, резко замедляющим темпы преследования
после преодоления основной линии обороны.
Первые английские танки были пушечными и несли по две 57-мм пушки с длиной ствола
в 40 калибров, затем пушки стали короткоствольными (23 калибра). Танки оснащались
большим числом пулеметов - от трех до пяти и даже семи. Появились и чисто
пулеметные танки-"самки", причем число их возрастало. Впрочем, к концу войны
англичане вернулись к концепции пушечного танка.
Французы изначально попытались одеть броней свою семидесятипятимиллиметровку -
получились самоходные установки "Шнейдер" и "Сен-Шамон" (с двумя пулеметами).
При характерных параметрах двигателей того времени создать полноценный танк с
артиллерией столь крупного калибра было невозможно, в результате французские
образцы отличались низкой надежностью, малой скоростью и почти нулевой
проходимостью.
{121} Стоит напомнить, что маневр артиллерией есть перенос огня, а не изменение
позиций артиллерии. Сами орудия при этом остаются на месте.
{122} Речь, конечно же, идет о переносе огня основной массой орудий, то есть
артиллерией калибра 76 -152-мм. Для артиллерии сверхкрупного калибра маневр на 20 км
возможен, однако такая артиллерия имеет низкую поражающую способность при
стрельбе по точечным целям (а танк, даже большой, для 203-мм установки - точечная
цель). Это обусловливается низкой скорострельностью и медленной наводкой.
{123} Группировка сил и средств оперативного объединения, созданная для проведения
операции. Представляет собой эшелонированное расположение общевойсковых,
артиллерийских, авиационных и других соединений, а также группы тыла.
{124} Плоды этой теоретической ошибки немцы в полной мере пожали под ЭльАламейном
и Курском. В обоих случаях танки смогли прорвать оборону, но наступающие
дивизии были полностью обескровлены, и ни о каком развитии успеха не могло быть и
речи. Надо отметить, что Советская Армия в 1944 г. последовательно осуществляла
правильный принцип: танковая армия должна вводиться только в "чистый прорыв".
Пренебрежение этим правилом в Берлинской операции привело к затяжке ее и большим
потерям.
{125} 40 с лишним это 62. Из них танковых, моторизированных и легких 15.
{126} Польская операция была первым примером успешного танкового блицкрига.
Необходимо, однако, отметить, что уровень работы польского Генерального штаба был
настолько низким, что ни о каком кризисе аналитичности не могло идти и речи. Иными
словами, в той группировке, в которой польские войска встретили немецкое наступление,
они были обречены на быстрое поражение вне зависимости от того, используют ли немцы
танки как маневренную группу, как средство поддержки пехоты или даже вообще
обойдутся без них. Оперативные задачи кампании было под силу решить пехоте и
артиллерии.
{127} А вот это уже прямое использование неаналитичности танковых операций. Вводить
пехотные корпуса через чужую полосу прорыва - значит совершать тяжелую
управленческую ошибку и терять время. Для подвижной маневренной группы потеря
времени оказалась малосущественной.
{128} Однако построение операции было просто неудовлетворительным: в первый раз за
войну немцы больше полагались на силу, чем на искусность маневра. Пожалуй, во всем
развертывании "Барбароссы" был лишь один по-настоящему красивый момент: ввод
третьей танковой группы Гота, входящей в группу армий "Центр", через полосу группы
армий "Север". В целом же план может быть охарактеризован фразой: все захватить,
ничего не упустить.
{129} Э. Манштейн имел случай проверить эти выводы в ходе боев под Сольцами, когда
положение 56 танкового корпуса некоторое время было очень тяжелым.
{130} Еще бравый солдат Швейк, как известно, "открыл Америку", сказав, что
"подразделение, окруженное со всех сторон, непременно должно сдаться".
{131} Заметим, что 20%-ные потери убитыми в части классифицировались до войны как
"сверхбольшие".
{132} Операция разделилась на несколько разных операций, практически не связанных
по месту и времени. Это очень опасно, особенно когда противник имеет возможность
перегруппировывать свои силы.
{133} После войны критика этого решения Гитлера стала традиционной для немецкой
военной историографии. Между тем решение было хотя и очень рискованным, но
единственно возможным. В той конфигурации фронта, которая сложилась после
Смоленского сражения, группа армий "Центр" наступать на Москву не могла.
(Достаточно заметить, что подобное наступление разрушало всякую возможность
наладить взаимодействие между армейскими группами, то есть шло вразрез с основными
положениями стратегии.)
{134} Советские войска, пытаясь оказать помощь остаткам 2 ударной армии (Волховский
фронт), убедились, что наличие узкого шилообразного "канала", связывающего
окруженную группировку со своей территорией, имеет исключительно негативное
значение.
{135} Из этого ряда наступательных операций со строго оборонительными целями
осмысленностью и четкостью выделяется Арденнское наступление 1944 г. Но оно было
проведено в совершенно бесперспективной стратегической обстановке.
{136} Цифра дана для операций 1944-1945 гг.
{137} Снабжение по воздуху и воздушная поддержка продвижения танков, оторвавшихся
от пехоты, были продемонстрированы в ходе Львовско-Сандомирской, Висло-Одерской и,
в особенности, в Гоби-Хинганской операциях советских войск. Последняя, если бы она не
была проведена против отчаявшегося противника и не подразумевала серьезного
нарушения военной этики, должна была бы считаться образцом неаналитической
операции бронетанковых войск.
{138} Такой параллелизм неизбежен из гомеоморфии систем: в конце концов, шахматы
представляют собой адекватную структурную модель войны.
{139} Разумеется, этот перечень фамилий далеко не полон. Создание научной
дисциплины требует усилий многих десятков людей. Например, не упомянуты Э.
Людендорф с его моделью последовательного расшатывания прочной оборонительной
позиции, Ф. Фош, первый стратег, обративший внимание на психологические аспекты
войны, советские теоретики двадцатых годов, разработавшие эскизные модели "глубокой
операции".
{140} Истоки гипермодернистского подхода к войне теряются во глубине веков. Первыми
тотальными войнами нового времени стали, по-видимому, гражданская война во
Франции и англо-бурская война. Особенность этих войн - массовое участие в них
гражданского населения Парижа или Бурских республик, провоцирующее противника на
массовый террор против всего гражданского населения, демонстрирующего нелояльность.
Нарушение этики войны лишь удаляет устроившую террор сторону от цели войны. Более
того, террор провоцирует противника принять "адекватные меры" - хотя бы в форме
ответных расстрелов заложников.
Так начинает закручиваться воронка инферно, и вскоре уже нельзя будет понять, кто
первым начал кровавую вакханалию. Самое же страшное то, что попытавшиеся в таких
условиях до конца "играть по правилам" будут уничтожены одними из первых -
примером тому судьба Бакинской коммуны 1918 года...
Вовлеченность в войну гражданского населения играет и другую, зачастую куда более
важную роль - она вызывает к жизни резкое усиление военной пропаганды.
Армии пропаганда не нужна - она и так знает, что ей делать. Но когда непосредственно
в боевых действиях участвует 5-10% населения государства (а в Первую Мировую войну в
Болгарии, например, ухитрились мобилизовать все 20%!), война не может не стать
тотальной, - близкие родственники на фронте окажутся у большей части семей. Война
начинает касаться практически всех, и людям необходимо объяснить, почему они должны
нести на своих плечах тяготы труда на военных заводах, лишения, гибель родных и
близких. И, увы, объяснение должно быть простым. В результате аналитичность -
нормальное условие существования государственного механизма - нарушается, и
государства в целом приобретают все более тоталитарный характер. А война,
соответственно, тотальный, гипермодернистский. Например, Англия, в нарушение
международных норм, организовала полную морскую блокаду Германии, не пропуская в
ее порты даже товары, не подпадающие под определение "военной контрабанды" (вплоть
до продовольствия и медикаментов). В ответ агонизирующая Германия с лета 1917 года
объявила "неограниченную подводную войну" - на радость английской пропаганде,
обвинявшей в этом Германию еще с 1915 года.
{141} Интересно, что эту концепцию вызвал к жизни такой выдающийся стратеганалитик,
как Э. Людендорф. Воистину, боги наказывают людей, исполняя их желания.
{142} Гражданская война, собственно, и не может идти по другим правилам. Любые
попытки "играть честно" оказались бессмысленными: отпущенные под "честное слово"
офицеры и генералы пробирались на Дон к белым. Двадцать шесть бакинских комиссаров
были расстреляны демократичнейшими эсерами под внимательным присмотром
англичан только потому, что подчинились мнению большинства в Коммуне. Красные
неоднократно обманывали своих союзников - анархистов и левых эсеров, разоружая их
части и расстреливая лидеров. Впрочем, и те и другие тоже в долгу не оставались...
Любой, кто в этих условиях попытался бы вести войну с помощью аналитической
стратегии, был бы мгновенно уничтожен. Что, возможно, не должно считаться
оправдывающим обстоятельством.
Заметим, что выиграна гражданская война (а она была именно выиграна - мир 1924 года
был лучше, нежели мир 1918 г. для большинства населения страны) была все же сугубо
аналитически - изменением в экономической стратегии и толково и грамотно
организованной амнистией. В последующие годы подавляющая часть ушедших в
Финляндию участников Кронштадтского мятежа вернулась в страну, равно как и
множество эмигрантов из числа Белой армии (вплоть до генерала Слащова,
прославившегося своей жестокостью). Менее известно, что немало бывших эсеров и
анархистов работало на серьезных государственных постах и даже в органах
безопасности - как, например, убийца Мирбаха Блюмкин, шеф махновской
контрразведки Лев Зиньковский и бывший член эсеровского сибирского правительства И.
М. Майский, впоследствии советский посол в Англии...
{143} Такое определение естественно организует связи между "аналитической
стратегией" XX столетия и "Трактатом о военном искусстве Сунь-Цзы", целиком
базирующимся на диалектическом мышлении. Кроме того, возникает возможность
использовать для решения оперативных планов блестяще разработанный аппарат ТРИЗа
Г. Альтшуллера.
{144} Исключение составляет ясно выраженное требование древнекитайской школы
Сунь-Цзы: "самому этой формы не иметь"... В общем, остается повторить вслед за Ли"
Вей Гуном: "Я прочитал все сочинения по военному искусству, и ни одно из них не
выходит за пределы "Сунь-Цзы"".
{145} "Есть в неудачном наступлении // Тот страшный час, когда оно // Уже
остановилось, но // Войска приведены в движение, // Еще не отменен приказ, и он с
угрюмым постоянством // В непроходимое пространство, как маятник, толкает нас".
(К.Симонов.)
{146} Если перейти с формально-логического языка на русский, речь идет просто о
достижении заданной цели ценой минимального расходования ресурсов. ("Правильные
действия" отвечают стратегическому принципу экономии сил.)
{147} Определения см. ниже (гл. "Учение о позиции").
{148} Под "ресурсами системы" вовсе не обязательно понимать личный состав, стволы
артиллерии, танки и доллары. Речь идет о любых объектах или полях, имеющих или
способных иметь какую-то ценность. К примеру, если задача операции - взять город, то
к ресурсам относится его население, а также здания, дороги, вокзалы, мосты. "Идеальное
решение": город берется без боя - совместно с граничными условиями сохранения
людей, культурных и материальных ценностей, стратегически важных объектов.
"Ресурсоемкое решение": посы
...Закладка в соц.сетях
