Жанр: Лирика
Сборник
...ами, но толстый слой пыли скрывал
звук шагов. Путники двигались не спеша, внимательно осматриваясь по
сторонам: каждый темный переулок мог скрывать в себе опасность.По дороге им
не раз встречались хищники, которые чувствовали себя очень свободно с тех
пор, как из этих мест ушел последний человек.
Наконец, когда нашлось подходящее здание, они расположились на ночлег.
Связи с внешним миром здесь не существовало. Никто из троих не застал то
время,когда орбитальные станции связывали самые удаленные уголки Земли.
Люди утратили секрет космических полетов и цивилизованые территории
связывались сложной кабельной системой. Эта скоростная система передачи
данных опутывала сетью большую часть поверхности планеты, но в этой пустыне
ее не было.
Ночью горизонт озаряли далекие вспышки, а на улицах мелькали неясные
тени. Утро наступило быстро и, как всегда в этой местности, неожиданно.
Крот обошел здание и собрал охранников, а потом все вместе они отправились
в обход города. В отличие от других городов, которые они посетили, этот,
казалось, сохранился лучше всех. По карте, сделанной на холме, решили
сначала добраться до центра.
В центре города находился огромный купол. Он сверкал на солнце и на
его поверхности не было заметно никаких швов. Невольно возникало
впечатление, что этот купол - просто часть надутого кем-то шарика, а
остальная, невидимая часть спрятана под землей.
Путники решили запустить охранников, чтобы определить, есть ли в куполе
что-нибудь похожее на вход, а сами отправились осматривать другие
сооружения.
Крот шел по коридору с высоким потолком и запыленными окнами.Двери
сбоку были открыты: возможно здесь уже кто-то побывал раньше, а может быть,
открытыми их оставили последние хозяева. Комнаты все были пусты и полы
покрывал толстый слой пыли. В одной из комнат Крот нашел кусок проволоки, и
это было все. Когда он вышел на площадь, его спутники уже были там и
опрашивали охранников. Нечто похожее на вход в купол было с другой его
стороны.
Они пустили охранников вперед, а сами двинулись следом. На указанном
месте не оказалось никакой двери, но был заметен след расплавленного
металла. Значит купол был запаян снаружи и его стенка была достаточно
тонкой, что-бы проделать в ней отверстие.
Марк пристроил к стене, в том месте,где был различим шов, резак и
запустил его. Механизм двинулся по поверхности, находя наиболее уязвимые
места, и оставляя на них детонаторы. Он отметил довольно большое
пространство и нарисованный им узор походил на немного кривой элипс.
Наконец резак остановился и поверхность начала вибрировать. Вычерченная
фигура обрела объем, проваливаясь внутрь, а потом появилась трещина. Прошло
еще немного времени и в поверхности купола образовался вход.
Пока край отверстия не остыл, ничего внутри не было видно из-за
колебаний воздуха. Охранник сообщил, что движения не заметно. Спутники
вошли в темноту купола.
Расстояния здесь были огромны.Где-то очень далеко луч света прорезал
темноту, спускаясь сверху и освещаяя сверкающие предметы. Спутники
выстроились в боевой порядок, пустив охранников впереди и двинулись в этом
направлении. Идти пришлось довольно долго. Купол был совершенно пуст
внутри, а поверхность его под ногами была скользкой и поглощала
направленный на нее свет. По мере приближения к цели, ее очертания
приобретали форму кристаллов. Издалека казалось, что они прозрачны. Да так
оно и было на самом деле.
Источник света терялся где-то очень высоко. Сверкающее сооружение
представляло собой нагромождение прозрачных поверхностей, которые
пересекались в определенном порядке, образуя ячейки. Некоторые ячейки были
заполнены.
Крот нашел нечто, похожее на шахту лифта. Капсула подняла его на самый
нижний уровень сооружения. Он вышел в коридор, по обе стороны которого
тянулись ряды... саркофагов. Почему-то именно такое сравнение пришло ему в
голову. Он приблизился к тому, который казался чем-то заполненным.
Свет,отражающийся от поверхности, мешал рассмотреть, что находится внутри и
Крот наклонился, пытаясь рассмотреть содержимое. Поверхность саркофага
ожила, приобрела голубоватый оттенок и на ней появилось избражение
существа. Оно заговорило: Крот отчетливо услышал слова, но звука не было.
Слова просто появлялись в его мозгу и он понимал их значение. И еще он
почувствовал какую-то странную теплоту, как будто что-то очень родное, но
давно забытое вернулось к нему.
- Как долго, - спросило существо. - Как долго я нахожусь здесь?
- Я не знаю, - ответил Крот.
- Город. В него вернулись?
- В него вернулся я и мои спутники. Он давно заброшен.
- Твои спутники такие, как я?
- Нет. Кто ты?
- Я - человек, который построил этот город.
"Человек"? Крот не мог осознать этого высказывания. Это он человек.
Неужели эволюция превратила этих существ в таких, как он. Сколько же
времени прошло с тех пор, как построили этот город?
- А где другие?
- Все ушли. Только немногие решили остаться. Мы достигли всего, чего могли
пожелать. Лишь те, кто хотел узнать, что произойдет с вами остались.
- С нами? Но кто тогда мы?
- Машины.
Изображение померкло и саркофаг стал терять свою прозрачность. На его
поверхности появились очертания крышки и она медленно открылась. Внутри
лежало то существо, с которым говорил Крот. Оно поднялось и подошло к нему.
У него были мягкие ткани, его верхнюю часть покрывала растительность. Оно
вновь заговорило.
- Где твои спутники?
- Они внизу - мы исследуем купол.
- Иди к ним.
Крот направился к лифту, а существо последовало за ним. Лифт
опустился. Крот подозвал охранника и тот указал ему, где искать Марка и
Главка.
Крот, Марк и Главк шли по пустыне. Охранники отгоняли мелких хищников.
Солнце клонилось к горизонту и все вокруг покрывали длинные тени.
- Я не уверен в том, что мы правильно поступили, оставив это
существо.Надо было взять его с собой. - сказал Главк.
- Мы не смогли бы этого сделать. Разве ты не почувствовал? - отвечал
ему вопросом Марк.
- Мы поступили так, как оно нам велело и я не мог противиться. -
сказал Крот.
- Если оно говорило правду, то наш мир лучше. Мы построили его.
- Да его построили мы, но теперь он переменится...
****************************************
Продолжение следует.
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 30 Nov 96 20:45:00
СЛОВА, СЛОВА...
Каждый человек имеет неизмеримую ценность, независимо ни от чего,
а просто потому, что он есть.
Нет в природе человеческой понятий "плохой", "хороший", "честный",
"злой"... Эти слова имеют только исполнение: в графике, звуке и прочих
физических явлениях, которые находят место в существовании человека. Мир,
окружающий человека, такой, каким он его себе представляет. Стоит только
захотеть - так, как хочется, например, дышать - и понятия: "земля", "небо",
"звезды", перестанут быть даже словами. Все, что воображает один человек,
становится достоянием многих. Всякий желающий может придумать себе
окружение. По мере того,как этот желающий придумывает, вокруг него
появляется мир. Кто-то воображает "смерть" и люди в его воображении
становятся смертны; а если нужно придти к истокам, то люди начинают еще и
"рождаться". Бывают и такие, кто не останавливается и на этом и тогда
появляются "истории" сотворения мира и останки того, что никогда не
сущесвовало, но необходимо в настоящем. Впрочем, бывают истории, когда
объявляется "будущее", но оно не отличается от истории прошлого и
необходимо только в тех случаях, когда в мире есть и "рождение", и
"смерть". Но этими выдумками богаты только миры "творцов", не богатых
воображением. Наиболее же интересны случаи, когда мир реален настолько, что
не нуждается ни в "прошлом", ни в "будущем" и не требует дополнительного
ввода понятий вроде "развития", "стремления" и прочей ерунды.
Меня окружают люди. Я не знаю, кто они, но в моем воображении они
такие, каким я вижу свой мир.Я не очень интересовался тем, что там у них
внутри, да и не мог бы этого сделать. Все в них по образу и подобию моему. В
бесчисленных мирах этих людей я живу неизвестной мне жизнью и даже не
подозреваю, каким я им представляюсь. Хотя в одном я, пожалуй, уверен: на
всякого, кто в своем воображении приготовил мне "смерть", найдется тот, кто
ее себе не воображает.
Как вы , наверно, уже догадались, у меня не богатое воображение и в
моем мире есть и прошлое, и будущее. Мне все время приходится что-то
добавлять и я все же никак не могу получить чего-то даже просто похожего на
законченность. Я тщеславен и в своем мире ввел понятия "образованность",
"культура", "ум" и прочие им сопутсвующие. Они прекрасно оправдывают мою
несостоятельность "творца", а если даже перестанут оправдывать, я придумаю
что-нибудь еще...
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 01 Dec 96 15:01:00
Любителям критики посвящается...
Однажды ко мне пришел Я, скромно уселся рядом и говорит:
- Ну и что ты думаешь обо всем этом?
- О чем именно? - ответил я вопросом на вопрос.
- О жизни, конечно, - сказал Я.
Я мог бы ответить самому себе, что жизнь, как и полагается,дерьмо. Но
утро было приятное и солнечное и поэтому я осторожно сказал:
- Живу потихоньку...
- Только не скромничай, - сказал Я, - ты просто не можешь жить
потихоньку.Ты - единственный и неповторимый, твоя жизнь насыщена событиями,
полна чудесных свершений... И кому, МНЕ!!! ты говоришь подобную чушь?!
- Только не надо вот этого, - ответил ему я, - день обещает быть
чудесным, а ты пришел и просто хочешь испортить мне настроение. Может
именно сегодня и произойдет то, что...
- Ну, ну, мой дорогой, - перебил он меня, - давай между нами обойдемся
без "лапши".Ты ведь не можешь быть довольным жизнью какого-нибудь учителя
или на "худой конец" - врача. Ты выбираешь то, в чем ты "непризнанный
гений" или "неиспользованный талант". Нет, ты веришь, конечно в свою
"особенность" в этом мире, но так, на всякий случай, ты делаешь то, что
трудно измерить и оценить...
- А можно ли измерить вообще, что-нибудь? - на этот раз перебил я.
- Да, конечно... Очень удобная позиция.Как раз в твоем стиле, -
рассмеялся он, - творения ума человеческого неизмеримы. То есть, они имеют
цену, но эта цена не подвластна числам. Очень удобно сказать: "Вот мы тут
подумали и я решил..." А те, кто не понял, тому, значит, не дано понять.
Ты, кстати , не один такой.
- И кто же еще?
- Да много таких. Вот, например, художники. Все чего-то рисуют,
рисуют... А кому это нужно?
- Ну а, если человек захотел оставить следы своей жизнедеятельности не
только в унитазе, а, скажем, на холсте. А если он не хочет, чтобы всю его
жизнь просто взяли и смыли, а хочет он, чтобы его помнили и не были к нему
равнодушны даже после смерти.
- Да разве я против? Да пусть каждый ваяет там, где хочет... Все
равно, лучше, чем оставить потомство, он ничего не придумает. Ну изобразит
он что-нибудь на холсте, стихи напишет... А ты, кстати, хоть раз
заинтересовался каким нибудь "произведением"? Можешь не отвечать, я и так
знаю - НЕТ! Пусть эти произведения будят воображение тех, у кого оно
спит.Пусть они наполняют душу тех, у кого она пуста...
Но мы с тобой знаем, что наше воображение на картинки не поместится и
наша душа полна по самое немогу...
- Душа здесь ни при чем.Так устроен человек.Он должен чем-нибудь
заполнить свою жизнь. Ту, что остается свободной до и после того, как он
оставит потомство. Ну не может же он заниматься ЭТИМ много лет подряд.
Кто-то ведь и кормить его должен. А ведь жить ох, как хочется...
- Ну что ж, живи. Пиши письма. Я тебе непременно отвечу. Может зайду,
как-нибудь.
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 01 Dec 96 15:51:00
Бухгалтер
У него была только одна проблема - он был девственник. Его друзья
давно уже делали вид, что эта проблема для них решена. Раз и навсегда. Он
не испытывал особенной тяги к противоположному полу, но иногда что-то
заставляло его в постели прикасаться к своему мужскому началу (или к концу,
если это имеет какое-нибудь значение). Он его только трогал, но почему-то
от этого становилось приятно. Ему снились сны и иногда в них были женщины.
Они спали с ним в одной постели и он чувствовал прикосновение их тела, и от
этого приходило какое-то странное чувство, как будто что-то сжималось
внутри и в пахе появлялось легкое жжение. Но это чувство всегда оставалось
во сне, а наяву все было совсем иначе.
***************************************************
Евгений ехал домой в душном вагоне метро. Была пятница и вагон
наполняли запахи отдыхающих от работы людей. Он глубоко погрузился в себя и
не заметил, как оказался тесно прижатым к юной слегка полной девушке. Она
смотрела на него странными глазами и он вдруг почувствовал, что она ему как
будто давно знакома и он неожиданно обнял ее за талию.
Она все время смеялась и временами Евгений ощущал из ее рта запах.
Вагон качало и тогда он крепче прижимал ее к себе. Он врядли осознавал, что
делает. Это было так, как когда он прыгал в бассейн с пятиметровой вышки:
все в нем противилось тому, что он делает и только маленький жучок,
зарывшийся глубоко под корку, подталкивал к краю.
Они взяли вина и пришли ее пустую квартиру. Было как-то пусто и
немного тоскливо. Он пил вместе с ней,но не потому, что хотел пить, а
потому, что она была с самого начала навеселе и ему не хотелось ее
разочаровывать. Он почувствовал, что пьян и что все перед его глазами
немного путается и вдруг понял,что целует эту едва знакомую ему девушку.
Точнее, он просто ощутил вкус ее языка и страстно ответил. Потом все было
как в фильме, из которого вырезали самые интерессные места, и вот он уже
раздет и она лежит перед ним на кровати. Он чувствует, что должен взять
инициативу на себя. Она переворачивается на живот. Тускло светит ночник.
Тело его плохо слушается, но это и не важно сейчас. Евгений опускается на
ее тело и чувствует ее ягодицы. Ее глаза закрыты и она улыбается, повернув
голову на бок.
И вдруг он почувствовал, как сопротивляется ее тело. Он налег сильнее.
Ее глаза открылись и она сказала: "Женя, не надо!". В первый раз за вечер
он почувствовал удовлетворение. Может быть потому, что она наконец-то
перестала улыбаться. Все вокруг стало материальным и он погрузился в нее
весь. Он двигался, а она причитала, но не пыталась сопротивляться, а только
сильнее сжимала его руку. Ему казалось, что он чувствует, как ее задний
проход пытается вытолкнуть его наружу. Он погружался во что-то вязкое и
шершавое, как пластилин, перемешанный с песком и ему представлялись остатки
непереваренной пищи, но он прогонял от себя эти образы.
Она лежала и плакала, а он гладил ее по спине. Потом он принес бутылку
и стаканы и они еще выпили. Она пила неохотно и молчала, а потом обняла его
и сказала, что хочет еще.
Утром они молча попрощались и она больше никогда не встречала своего
первого мужчину.
I.B.
P.S. Если Вас сколько-нибудь тронуло мое субботне-воскресное
творчество, черкните пару строк мылом и я буду Вам весьма признателен:)
Igor Bondareff 2:5020/235 23 Dec 96 01:04:00
Цветы для ланжирона.
1.
Я теперь пишу днивник я ни сталбы его писать но доктор Моро так мне
сказал и поэтому я его типерь пишу. Вчира доктор Моро пришел в наш клас и
сказал, ему нужен один сообразительный парень из стариков. Я незнаю почиму
он сказал стариков ведь в нашем класе все совсем молодые но наш учитель
Фобиан сказал Били а миня завут Били и я встал потомучто если не встать
когда назавают твое имя, учитель бьет палкой. Какой симпантичный Олигофрен
сказал доктор Моро а я сказал что миня завут Били но учитель Фобиан сказал
нихорошее слово и я понял что мне нужно ничиго не говорить. И еще училель
Фобиан сказал что Олигофрен это не имя и миня никто ниспрашивал как миня
завут и я должен ити за доктором Моро. Я типерь пишу днивник патаму что мне
типерь ни надо мыть туалет учителя Фобиана. Доктор Моро сказал что сичас
мне главное писать мой дневник патаму что он войдет в историю. А я сказал,
что такое история а он сказал это ниважно.
2.
Сиводня пришли помощники доктора Моро и сказали пошли. Они миня
привели в бальшую комнату в ней был доктор Моро. Он стоял у окна и держал
мишь я знаю что такое мишь а у этой миши были какието белые чтуки на спине.
Я спросил что это такое а доктор Моро смеялся и сказал сичас увидиш и
бросил мишь в окно а мишь упала на землю и умирла. Вечером я спустился вниз
и закопал мишь в землю но миня увидил доктор Моро но ничиво не сказал а
сказал ланжирон слишком слабый а у тибя палучица. Я спрасил что такое
ланжирон а доктор Моро сказал у мишей тоже ест имина.
3.
Сиводня очинь плахой день в маей жизни патамучто пришол учитель Фабиан
и читал мой днивник. Он сказал что я очинь плахой мальчик и я плохо пишу
свой днивник. Он сказал што я делаю много ашибок и миня надо наказать. Я
нилюблю когда учитель Фобиан миня наказывает он делает савсем плохие
паступки но он говорит про это нильзя ни каму расказывать а то он миня
убьет. А я боюсь и я плакал.
4.
Сиводня опять пришли памощники доктора Моро и сказали пошли. И мы
пошли к доктору Моро и он сказал лажись суда и я лег. А он сказал лажись на
живот и ево помощники миня привизали и укалоли в руку а потом я ничиво
непомню. А когда я открыл глаза было тимно и я ничиво не видел и мне было
больно но я не мог ничиво зделать патаму что миня привизали и я закричал. А
патом пришел доктор Моро и сказал Били тирпи. А типерь я уже встал и увидил
на спине такие чтуки как у ланжирона и я сказал зачем мне такие. А доктор
Моро смиялся и сказал что с ними я выгляжу умнее. И еще он сказал это
крылья и я тоже смиялся.
5.
Я ниписал свой днивник патамучто мне нечиво было писать. Миня много
кормят и делают много уколов а если я не ем меня бьют но доктор Моро сказал
что мне нужно много есть и терпеть уколы. Доктор Моро добрый и он мне
нравица.
6.
Сиводня пришли помощники доктора Моро и сказали пошли. Они миня
привели в бальшую комнату и я вспомнил что из этой комнаты бросили
ланжирона и я испугалса. А доктор Моро сказал нибойся Били у тибя получица
и еще он сказал попробуй. Я попробовал и у миня палучилось патамучто он
сказал помощникам я правильно зделал кагда выбрал этово Олигофрена
патамучто чилавеку мишают мозги и они засмиялись и я тоже засмиялса. А
потом доктор Моро сказал зализай на падаконик Били а я боялся но помощник
миня ударил палкой и я залез и они миня толкнули. Тогда я опять попробовал
и у миня палучилось и я ни упал а стал литать.
7.
Миня теперь больше ни бьют и я литаю каждый день вакруг нашей
бальницы. Я сиводня видил что за забором тоже есть дома и там ходят люди и
я хочу там пабывать.
8.
Сиводня ночью кагда доктор Моро ушол домой и все заснули я полител за
забор и внизу было много огней и я сел на крышу одного дома отдохнуть
патамучто очень устал. И я увидил что большой мущина как учитель Фобиан
бьет маленькую девочку водворе. Но он все время качался и падал а патом
ушел а девочка осталась водворе и плакала. А я ей сказал ненадо плакать
патамучта ему это нраивца. А она миня увидела и испугалась и сказала
наверно ты ангел патамучта с крыльями. А я спросил что такое ангел а она
сказала что ангелы охраняют маленьких детей и я пришел ее охранять но я
сказал что я не ангел. А я улител из больницы. Она сказала что если я умею
литать я могу куданибудь улитеть а я сказал что могу. А она сказала забери
меня с сабой а я сказал я боюсь а она падарила мне цветы и я сказал
спасиба. И я сказал я падарю цветы ланжирону а она сказала кто это а я
сказал мишь но она умирла. А она сказала я хороший. А патом пришол большой
мущина и сказал иди дамой и увидил миня и испугался и бросил бутылкой. А я
улител.
9.
Сиводня доктор Моро прачитал мой днивник и сказал ты плохо зделал Били
и еще он сказал типерь тебе надо надивать трусы. А потом пришел учитель
Фобиан и смиялса. Он сказал Били ты особино красив в этих трусах и он
качалса как другой мущина. А патом он бил миня палкой и делал свои
нехорошие поступки а потом я нипомню.
10.
Сиводня я опять пишу свой днивник патамучто доктор Моро сказал хватит
валяца ты уже здоров. Пока я болел я вспомнил ту девочку и вспомнил что она
гаварила что я могу улитеть куда хочу. И я хочу забрать ее ссобой патамучта
ей тоже плохо. И теперь я нибуду писать свой днивник и учитель Фобиан
нибудет делать плохие поступки. Доктор Моро уже ушол домой и все спят и я
полител...
I.B.
P.S. Когда я сажусь писать историю, я понятия не имею, о чем она будет и
чем закончится. Я чувствую потребность сказать и говорю. Я собирался
сделать пародию, но вышло нечто иное:) Я ограничен во времени и мое
написание рассказов напоминает мне работу актеров стиля 'порно':), может
быть поэтому один из рассказов я назвал "Мягкое порно". Надеюсь, в
следующем году, с окончанием разработки приложения:), времени у меня станет
больше и мне удастся писать полнее, а пока я хочу поблагодарить всех, кто
писал мне письма и поддержал меня в моем начинании. Вы помогли мне понять,
что мои мысли интересны не только мне одному. Спасибо!
Igor Bondareff 2:5020/235 23 Dec 96 01:33:00
64k
Ровным светом озарилось все живое и неживое в мире снов. Сны, как
перелетные птицы устремляются ввысь, чтобы найти души тех, кто уже спит и
тех, кто еще не проснулся. И все вместе они отправляются в далекие края,
туда, где ничего нет, где равнины пустоты ожидают, чтобы их засеяли мечтой.
Почва плодородна и дает богатые и неожиданные всходы. Здесь есть культурные
плоды, сорняки и просто серая трава, а в иных местах совсем ничего не
растет.
Мне приснился сон, в котором люди были счастливы. Их лица озарял свет
знания чего-то, что от меня всегда ускользало, как я ни старался понять. Но
я радовался за них и вместе с ними и от этого в душе моей тоже становилось
светлее. Кричащие краски лета, печальные - осени, хрустально-звенящие -
зимы и все цвета радуги весны - все смешалось в танце бесконечной жизни. И
явился мне Господь в свете радости дня и печали одинокой ночи, и я спросил
его: "Господи, что ждет меня?". Тишина была мне ответом, ибо сам я хозяин
своей жизни, подобной сну. Не настало еще время разорвать его путы, а за
ними знания тьма. Но я вижу приближение этой ночи, что с годами бросает на
мою жизнь тень все длинней и длинней. В незнании - блаженство, а знание -
ад. Годы подобны сну: они бесконечны, но все длиной в один миг и никто не
умеет управлять ими. Беспечно идут они своей дорогой, не замечая тех, кто
отстал.
Вот и подкрался Новый год; подкрался незаметно с мешками подарочков, с
метелью и проливным дождем, теплой компанией, одиночеством и традиционным
пьянством. Я поздравляю всех жителей Фидо с окончанием очередного этапа
творческого запоя: наш коллективный разум опять победил, собрав в одну
большую кучу горести и радости, желания, стремления, хамство, трусость,
гордость, талант и бездарность... Количество опять не переросло в качество,
но что-то будет в следующем году! Я слышал, на цетральной площади нашего
необъятного городка стоит памятник собаке, которая держит в пасти дискету с
именами героев-первопроходцев. По краю дискеты стекает сладкая слюна, но
собака хорошо дрессирована и не делает опасных движений крепкими челюстями.
Не за горами то время, когда собаке забьют в пасть свежий винчестер с
обновленной версией имен и собачьей хватке предстоит нелегкое испытание на
прочность. А пока - время писать письма. Пусть в Новом году сбудутся все
Ваши тайные желания (а хорошо это или плохо, судить Вам), пусть Вас посетит
муза оригинальности и Ваша жизнь станет полна событий не выдуманных, пусть
Ваше творчество будет доступно не только в сети, но и в кругу настоящих
друзей, которых я Вам тоже желаю. Я желаю Вам счатья, но не даром, а того,
которое чего-нибудь стоит. С Новым Годом!
I.B.
Igor Bondareff 2:5020/235 03 Jan 97 03:54:00
Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго
плода, срубают и бросают в огонь.
Двадцать четыре.
( по мотивам рассказов М.Левия )
Сегодня я разбирал старые бумаги и случайно нашел свой дневник. Странно,
что я нашел его именно сейчас. Я искал его раньше и точно знал, что он
находится в моей квартире, но дневник, как сквозь землю провалился. Не мог
я его найти, и вдруг сегодня обнаружил, спокойно лежащим в среднем ящике
стола среди прочих бумаг. Я уже давно не веду дневники и это - все, что
осталось от моей юности. Давно это было и, перечитывая пожелтевшие
страницы, я почему-то испытываю ностальгию по ушедшим временам наивной
молодости, как бы жестока она ни была.
На улице удивительно теплый солнечный день. На всех домах развесили флаги.
Занятия отменили. Сегодня девятое мая, но я не пошел на демонстрацию. Я
скажу, что заболел. Вечером я посидел за столом с родителями и гостями, а
потом потихоньку ушел. Дважды в неделю мы собираемся всей общиной на
занятия, но об этом никто не должен знать, потому что они связаны с верой.
Не с религией, как часто говорят, а с верой в наше будущее. Многие люди
живут неправильной жизнью, без веры и страданий. Но ведь те, кто не
испытывает страданий, не может познать истинного счастья. Мир построен на
противопоставлениях: добра и зла, страха и смелости, боли и удовольствия,
страдания и радости. Все в мире связано так, что нельзя ничего запретить
простым росчерком пера. Нельзя просто взять и запретить зло, потому что
вместе со злом исчезнет добро и жизнь потеряет свою красоту, она станет
серой и никому не нужной. Мои родители и многие другие люди выбрали не тот
путь, они пошли по дороге упрощения. Нельзя придумать правил, которых
хватит на все на свете, но если регламентировать только что-нибудь отдельно
взятое, то это нарушит общественное равновесие. Можно, конечно, сделать
вид, что то, что не подд
...Поділитися у соцмережах
