Жанр: Юмор
Похождения Штирлица 1-9
...4
И от корейского народа, в частности!
Штирлиц проснулся на следующий день, ровно после обеда.
В кресле у окна сидел Пак Хен Чхор. Ковыряя в зубах
зубочисткой, корейский чекист увлеченно читал речь Великого вождя
Президента Ким Ир Сена, которую тот должен был произнести сегодня
вечером в честь ликвидации опасного заговора и разгрома
немецко-фашистских войск под Пхеньяном. Речь еще не была
произнесена, но зато была уже издана и роздана самым преданным
корейцам.
Штирлиц проснулся мгновенно, как из ружья. Он свесил ноги и
присел на кровати, хмуро взглянув на корейца, потом перевел взгляд
на сопящего в соседней кровати Бормана.
- Борман, подъем! - скомандовал русский разведчик. Борман не
отвечал. - Борман, ТАНКИ!
- А! Что? Дайте гранату! - встрепенулся Борман и вскочил, как
лунатик, не открывая глаз. - Мы где?
- В гостинице, - ответил Пак, откладывая речь и торжественно
вставая. - Товарищ Штирлиц и товарищ Борман! От имени корейского
правительства, от Великого вождя Президента и победителя фашизма
Ким Ир Сена, и от всего корейского народа, в частности, выражаю
вам благодарность за раскрытие заговора против идей чучхе!
- А что, заговор уже раскрыли? - спросил Борман, продирая
глаза.
- И еще как! И только благодаря вам, русским контрразведчикам!
Вы - настоящие профессионалы! Я горд, что работал рядом с вами! Я
восхищен! Как удачно вы завлекли заговорщиков в ловушку и напоили
их до скотского состояния. Это позволило нам их обезвредить без
всяких потерь. Кроме этого, вы выявили, как много еще было скрытых
врагов народа у нас в стране! А как вы угнали самолет! Это просто
класс! Отличный способ втереться в доверие к заговорщикам! Все
наши чекисты были от этого просто в восторге! Мы теперь каждый раз
будем так делать!
Штирлиц и Бормана переглянулись.
- Теперь ваши имена будут произноситься в Корее с трепетом, как
"дорогой товарищ Штирлиц" и "дорогой товарищ Борман".
- Лучше не надо.
- Ничего, привыкнете. Итак, задание выполнено, вам пора
возвращаться в Советский Союз, передайте привет и наилучшие
пожелания дорогому товарищу Леониду Ильичу! А вот ваши билеты на
самолет.
Пак вытащил из внутреннего кармана пиджака билеты и положил на
стол.
- Ваш рейс в 20:00. А до рейса отдохните в номере! Сами
понимаете, в стране военное положение, по улицам ходить опасно.
Товарищ Пак, как самый скромный из корейцев, не стал ждать
ответных слов благодарности, раскланялся с русскими чекистами и
ушел.
Штирлиц встал с кровати и хладнокровно расколотил костылем
шкаф, рыча при этом от злости.
- Скоты! - кричал он, обзывая неизвестно кого, то ли эсэсовцев,
которые ужрались до свинского состояния, то ли корейцев, которые
этим так подло и не по-спортивному воспользовались.
Борман непонимающе повертел головой.
- Нас что, повязали? - спросил он. - А как же Четвертый Рейх?
- А пошел он, этот Рейх! - процедил Штирлиц.
- В общем-то ты прав, - глубокомысленно заметил Борман. - Я
помню, и Третий Рейх плохо кончил...
Штирлиц понемногу успокоился, это было заметно по тому, что он
перестал бегать по комнате, и присел в кресло.
- Неудобно как-то получилось с ребятами, - сказал он, закурив
свой дымный "Беломор", пачку которого обнаружил на столе. -
Получается, мы их сюда заманили и предали.
- Ага, получается, - согласился Борман. - Вроде как мы
виноваты... Никогда себе не прощу! Надо было мне встать в караул!
- Ладно, не переживай. Я их освобожу, - решил Штирлиц. -
Захватим еще один самолет, рванем назад в Южную Корею и приготовим
новый заговор!
- Отлично! - обрадовался Борман. - А я, пока ты будешь
освобождать Айсмана и компанию, хочу сделать что-нибудь неприятное
этому Ким Ир Сену.
- Что ты можешь ему сделать?
- Пройдусь по улицам и на каждой стене напишу: "Ким Ир Сен -
дурак!"
- Ты умеешь писать по-корейски?
- Нет, а что?
- А по-русски здесь ни одна собака не читает.
- Да? Жаль. Есть еще вариант, можно наловить в этой гостинице
клопов и тараканов, а потом проникнуть на дачу к этому Ким Ир Сену
и...
- Не получится.
- Что? Думаешь я не проберусь к нему на дачу? Да меня никакая
охрана не остановит! - запальчиво вскричал Борман.
- Не сомневаюсь. Но этих клопов и тараканов ты до вечера не
наловишь, а нам надо наше дело провернуть до 20:00. Что же
касается Ким Ир Сена, то он просто переедет на другую дачу, у него
их как собак нерезанных.
- А, черт! - Борман хлопнул себя по пузу. - Тогда есть еще одна
мысль! Я тебе еще не говорил, лет пять назад я занимался
чревовещанием. У меня отлично получалось! Надо показать всему
народу, кто такой этот Ким Ир Сен! Будет он выступать с трибуны
перед всем народом о разгроме немецко-фашистских войск под
Пхеньяном, а я как пукну за него!!!
- Да брось ты, Борман! Кого это здесь волнует?
- Думаешь? - задумался Борман. - Тогда придется действовать по
старинке и вспомнить молодость... Наложу кнопок на стулья, разолью
на полу масло и протяну веревку, а его золотые унитазы намажу
казеиновым клеем. Да, казеин - это то, что нужно!
- Почему именно казеин? Почему не "Момент" или "Суперцемент"?
- Слово красивое...
Борман натянул пиджак, достал из своего рюкзака кнопки, бутыль
с оливковым маслом, банку с казеином и выскочил из номера,
наматывая на руку веревку.
- Борман! - крикнул вслед Штирлиц. - Встречаемся в аэропорту в
19:30! Не опаздывай!
- Да я не долго, - махнул рукой бывший партайгеноссе и скрылся
в лифте.
- Ну, ну, - сказал Штирлиц и мстительно улыбнулся, похлопывая
по ладони увесистой рукояткой костыля, - Кем я не хотел бы сегодня
быть, так это Ким Ир Сеном!
Глава 15
Бригада Айсмана снова на свободе
Штирлиц тоже прихватил веревку с крюком, как следует, три раза
зарядил маузер и, легко помахивая своей необыкновенной тростью,
спустился вниз. Швейцар с перевязанной головой подобострастно
поклонился Штирлицу.
Тут же подъехало такси, Штирлиц сел в машину и приказал:
- Синг-Синг! Корея! КГБ!
Смышленный шофер сразу все понял, и через пять минут Штирлиц
уже стоял у величавой, но мрачной крепости из красного кирпича.
Раньше это строение принадлежало наместнику японского императора,
а теперь в нем была тюрьма для врагов корейского народа, а таких
было немало. Впрочем, и крепость была немаленькая, места хватало
всем!
Местные жители старательно обходили тюрьму стороной, а если шли
мимо, то отворачивались.
Около дверей дежурили двое часовых, с ними Штирлиц решил не
связываться, опасаясь, что они каратисты. Он отошел в сторонку и
ловко закинул крюк на крепостную стену. Проверив крепость веревки,
Штирлиц полез наверх с ловкостью орангутанга, как влюбленный
Ромео. Взобравшись на стену, Штирлиц притянул веревку и бдительно
прислушался. Было тихо. Никто ничего не заметил. Из Штирлица мог
бы получиться неплохой коммандо.
По стене ходил часовой с перевязанной щекой, его Штирлиц быстро
снял ударом костыля. Русский разведчик закрепил крюк за зубец
стены и, бросив веревку в маленький крепостной дворик, так же
осторожно спустился вниз. Там дремал еще один часовой, его Штирлиц
тоже стукнул костылем, но уже более легко и непринужденно.
Взгляду разведчика предстал ряд дверей. Штирлиц стал проверять
их по очереди, пока одна из дверей со скрипом не отворилась.
Затаив дыхание, разведчик проник внутрь. Теперь он быстрым шагом,
принюхиваясь, как гончая, пошел по длинному темному коридору.
В конце коридора Штирлиц увидел свет из приоткрытой двери.
Разведчик подкрался на цыпочках, осторожно заглунул в щель и
неожиданно увидел Айсмана. Айсман был в одних кальсонах, его рука
сжимала стакан водки, напротив сидели три корейца в форме.
- Так выпьем же за дружбу! - заплетающимся языком говорил
Айсман.
Корейцы радостно кивали и пили водку. Резким ударом ноги
Штирлиц распахнул дверь и нанес три отточенных удара костылем.
Корейцы, как мешки с картошкой, повалились на пол, Айсман
недоуменно уставился на Штирлица.
- Штирлиц! - замычал он. - За что ты их так? Это же наши
друзья!
- Какие еще друзья? - возмутился Штирлиц. - Я пришел вызволить
вас из плена!
- Холтофф, посмотри, тут Штирлиц пришел нас спасать, - сказал
Айсман, наклоняясь под стол.
Из-под стола показалась всколоченная голова Холтоффа.
- О, привет, Штирлиц! - пьяно молвил Холтофф. - Тебя нам как
раз не хватало!
- Айсман, я смотрю, вы тут совсем с ума посходили!
- Ничего подобного! - отозвался Айсман. - Мы теперь работаем на
северо-корейскую разведку, это - наши новые друзья.
- Хайль Ким Ир Сен! - вскинул руку Холтофф.
- Сволочи! - вскричал Штирлиц. - Я тут лезу по стене, чтоб их
спасти, а они... В вас ничего уже святого не осталось! Айсман, а
как же наш план? Как же Единая Корея?
- Слушай, Штирлиц, ну что ты так завелся? Ким Ир Сен тоже хочет
объединения Кореи! Мы ведь профессионалы! Какая нам разница, на
кого работать! Главное, наш труд нужен людям...
- Гады вы, а не профессионалы! - с негодованием бросил
Штирлиц. - Гады и предатели! Ладно вы на нашу Идею наплевали, так
вы и меня предали!
- Не говори так, Штирлиц, а то я заплачу... - Холтофф сделал
попытку встать, но снова неудачно. - Нам просто сказали, что ты
тоже работаешь на Ким Ир Сена, вот мы и решили...
- И ты поверил! - возмущенно воскликнул русский разведчик.
Чтобы немного успокоиться, Штирлиц подошел к столу и налил себе
водки. Отходил Штирлиц легко.
- Твое здоровье! - сказал он и поднял стакан.
- Штирлиц, да ты присядь, тут еще два ящика водки! - известил
русского разведчика Айсман.
- Не могу. Меня уже Борман, наверное, заждался. Нас Ким Ир Сен
решил к русским забросить, билеты уже на руках!
- Ну вот! - обиделся Айсман. - Не успели встретиться, а тут!
- Ладно, встретимся еще! Давай на посошок!
- Давай!
Простившись с теми, кто был еще не слишком пьян, Штирлиц вышел
из комнаты, и пошел обратной дорогой.
Снова забравшись на стену, Штирлиц погорячился - выхватил
маузер и выпустил в воздух всю обойму. Только тут в крепости
завыла сирена, но Штирлиц преспокойно спустился по стене на улицу
и пошел прочь, словно он тут совершенно не при чем.
Было 18:00. До аэропорта было ехать час. Ровно в 19:30 у него
была назначена встреча с Борманом. Штирлиц не любил ждать, и
поэтому подвел часы на полчаса вперед...
Народ не забудет героя
За окном шли хмурые охранники в милицейской форме и часы на
Спасской башне Кремля.
- Послушай, Сусликов... - Генеральный Секретарь, как всегда,
ничего не помнил.
Суслов резко повернулся к Брежневу лицом. Челюсть Генерального
секретаря отвисла и придавала ему сходство с орангутангом.
- Я не Сусликов, Леонид Ильич, я - Суслов, - вежливо, стараясь
не обидеть лидера Партии, поправил Суслов.
- Ну, Суслов, какая, хрен, разница? - сказал Леонид Ильич. -
Слушай, Сусликов, а как там поживает наш лучший разведчик Штирлиц?
- Он опять совершил подвиг, Леонид Ильич.
- Как, опять совершил? Это хорошо! Люблю, когда кто-нибудь
совершает подвиг! Надо бы дать ему звезду Героя.
- Не стоит, Леонид Ильич. Он же совершил подвиг не для этого. К
тому же, не на Родине, а в Корее. Если дать ему Героя, могут
неправильно понять...
- Ах, в Корее! Тогда пусть дорогой товарищ Ким Ир Сен дает ему
звезду!
- Я с вами совершенно согласен, дорогой Леонид Ильич!
- А мы дадим звезду мне, - резюмировал Брежнев. - Ведь подвиг
он совершил под моим чутким руководством.
- Мудрая мысль! - подхалимски воскликнул Суслов.
Брежнев подобрал челюсть и устремил свой мудрый взгляд в
туманное, но несомненно коммунистическое будущее.
А за окном шли охранники и часы на Спасской башне Кремля.
Кремлевские часы никогда не останавливаются...
Март-Апрель 1993
Павел Николаевич Асс
Маленькие рассказики про
штандартенфюрера СС фон Штирлица
Школа разведчиков
В школе разведчиков Штирлица учили съедать секретные документы. Или,
на худой конец, сжигать документы в пепельнице, а потом съедать пепельницу...
Благонадежность
Штирлиц знал, что болтовня пьяного всегда воспринимается, как откровение,
следуя известной русской пословице "Что у трезвого на уме, то у
пьяного на языке". Поэтому он периодически делал вид, что напивается до
безобразия и болтал направо-налево дерзко, но политически правильно,
благонадежно.
Патриотизм
Из всех машин Штирлиц предпочитал "Мерседесы", проявляя тем самым истинно
немецкий патриотизм, столь полезный для конспирации. При этом
русский разведчик очень радовался, что он - не немецкий шпион в России.
А то пришлось бы ездить на "Запорожце"...
Истина
Чтобы стать "истинным арийцем" Штирлицем, русскому разведчику Исаеву
в свое время пришлось потратить немало денег на подкуп различных чиновников
и подделку немецких документов, чтобы они выглядели, как настоящие.
"Истина дороже всего!" - любил говаривать Штирлиц.
Конспирация
Для конспирации Штирлиц часто изображал, что у него склероз. Поручит,
скажем, Шелленберг ему какое-нибудь дело, Штирлиц не выполнит, а потом
при встрече с Шелленбергом хлопнет себя по лбу и воскликнет: "Вот ведь
склероз!" Или возьмет дело из сейфа Мюллера и забудет отдать, а на справедливое
возмущение шефа гестапо только вскинет брови: "Какое такое дело?
Я ничего не брал!" Из-за этого склероза сослуживцы не боялись выбалтывать
Штирлицу секреты Рейха. Все равно забудет!
Часто Штирлиц притворялся глухим. Зовут его, зовут, а он - ноль внимания.
Наконец, когда уже на ухо крикнут: "Штирлиц, мать вашу так!", он
обернется и удивленно поинтересуется: "Чегой-то вы тут шепчете?" Офицеры
знали о плохом слухе Штирлица и без особого стеснения обсуждали при нем
разные тайны.
Иногда Штирлиц делал вид, что не очень хорошо видит. Идет по коридору,
да и наткнется на кого-нибудь. Или ненароком сослепу на ногу наступит.
Или матом ругнется при женщинах, а затем смущенно извинится: "Пардон,
мадам, не заметил, что тут дама!" В Рейхе никто не скрывал от Штирлица
документы. Все равно ничего без очков не разглядит. А очков Штирлиц
сроду не носил.
А вот руки у Штирлица тряслись не для конспирации, а потому что пил
очень много. Зато из-за этого недомогания его освобождали от участия в
гитлеровских фашистских субботниках!
Положительный герой
- Штирлиц, - спросил как-то Мюллер. - Вы хотели бы сниматься в кино?
- Ясное дело! - кивнул Штирлиц.
- А почему?
- Ну как же! В кино всегда положительный герой убивает всех негодяев,
и ему в награду достается благодарность правительства и любовь длинноногой
блондинки с пышными формами!
- Позвольте, Штирлиц! С какой стати вы решили, что вы - положительный
герой?
- Да потому, что мне на все положить! - радостно заявил Штирлиц.
Дважды два
- Штирлиц! Сколько будет дважды два? - спросил шеф гестапо у русского
разведчика.
- Ну, допустим, четыре, - ответил Штирлиц, ожидая подвоха.
- Спасибо, Штирлиц, - сказал Мюллер, записывая результат в тетрадку.
Сегодня он просто забыл дома калькулятор.
Быстрая езда
Чтобы их не приняли за русских шпионов, офицеры Рейха ездили по улицам
Берлина медленно и осторожно, так как знали пословицу "Какой же
русский не любит быстрой езды". И только штандартенфюрер СС фон Штирлиц
носился на своем "Мерседесе" со страшной скоростью, распугивая котов и
полицейских. Никому в голову бы не пришло обвинить Штирлица в том, что
он любит быструю езду и, следовательно, является русским шпионом. Потому
что именно он научил всех этой пословице!
Штирлиц в Баварии
Однажды, когда Штирлиц был уже на пенсии, к нему домой пришли два
бизнесмена.
- Господин Исаев, - сказали они, - мы хотим наладить выпуск пива под
названием "Штирлиц в Баварии". Вы согласны на использование вашего имени?
- Я-то, допустим, согласен, - молвил Штирлиц, - а вот как быть с Баварией?
Моральная устойчивость
По личному распоряжению фюрера контрразведка в очередной раз проводила
проверку офицеров Рейха на истинную арийность и моральную устойчивость.
И если с арийностью все было более-менее в порядке, то результаты
по моральной устойчивости оказались ошеломляющими: все офицеры Рейха были
в чем-то, да неустойчивыми! Айсман, например, имел склонность к девочкам,
Вольф - к мальчикам, Холтофф часто прикладывался к бутылке...
И только Штирлиц был чист, как стеклышко - не пьет, не курит, женщинами
не увлекается - в общем, настоящий истинный ариец, пример для подражания
молодежи.
- Штирлиц! - спрашивали офицеры. - Как вам это удалось? Ведь вы пьете
в три раза больше нас всех вместе взятых, дымите своим "Беломором", как
паровоз, не пропускаете ни одной шлюхи...
- Сам удивляюсь! - отвечал Штирлиц.
Было чему удивляться, потому что именно ему, Штирлицу, фюрер поручил
проводить эту проверку...
Мартини
- Господин штандартенфюрер, а вы любите "Мартини"? - поинтересовался
у Штирлица высокий светловолосый незнакомец в ресторане.
- Ясное дело, - флегматично ответил Штирлиц. - Я все люблю, лишь бы
много.
- Нет, а вот конкретно "Мартини" вы пробовали?
- Ну, конечно, пробовал. Я его каждый день пробую.
- А как вы предпочитаете пить "Мартини", со льдом или с грейпфрутовым
соком?
- Со шнапсом! - победно воскликнул Штирлиц.
Постороннему наблюдателю могло показаться, что штандартенфюрер СС фон
Штирлиц, хотя и хвастается, но либо никогда не пробовал, либо не умеет
пить "Мартини". А на самом деле это был простой обмен паролями со связным
из Центра!
Арест
Мюллер подкрался сзади и ткнул Штирлицу в спину стволом пистолета.
- Штирлиц! Вы - русский шпион!
- С чего вы взяли? - хладнокровно спросил Штирлиц, оборачиваясь.
- Мы арестовали русскую радистку, и она раскололась.
- Хорошо, - одобрил Штирлиц и, вытащив пистолет, сунул его в живот
Мюллеру.
- Группенфюрер! Вы - русский шпион!
- С чего вы взяли? - опешил шеф гестапо.
- Вы взяли меня, и я раскололся.
Мюллер почесал лысину пистолетом, помыслил и, одобрительно кивнув,
убрал пистолет в кобуру.
- Ваша логика, Штирлиц, как всегда безупречна.
- Пойдем, сыграем эту шутку с Шелленбергом! - предложил Штирлиц, также
убирая пистолет.
- Да он в штаны наложит при словах "Вы - русский шпион"! - хохотнул
Мюллер, и они отправились арестовывать Шелленберга.
Загадка
- Штирлиц, отгадайте загадку, - подошел как-то к русскому разведчику
шеф гестапо Мюллер. - Кто такой, меньше слона, а с хоботом?
- Слоненок.
- Нет, Штирлиц, это комар. А кто такой, больше слона, а с хоботом?
- Слон-баскетболист.
- Нет, это мамонт.
- У вас загадки какие-то глупые и неинтересные, - сказал Штирлиц. -
Отгадайте лучше мою загадку. Кто такой, шеф гестапо, а на "М" начинается?
- Да ну вас, Штирлиц, - обиделся Мюллер. - К вам с доброй душой, а вы
вечно оскорбить норовите...
Добрый совет
Про Штирлица в Рейхе ходили легенды. Офицеры с восторгом рассказывали
друг другу увлекательнейшие истории о похождениях Штирлица, описывали
его многочисленные подвиги и превозносили острый ум. В их рассказах
Штирлиц был фигурой чуть ли не мистической, все-то ему удавалось,
всех-то он побеждал.
Фюрер очень увлекался оккультизмом и магией и внимательно слушал все
эти истории. Наконец, он вызвал Штирлица к себе.
- Господин штандартенфюрер, - спросил он. - Вы умный человек, посоветуйте,
как нам победить Россию?
- А зачем вам это? - удивился Штирлиц. - Ведь побежденных русских потом
придется кормить!
"А действительно!" - подумал фюрер и решил, что для него будет проще
проиграть войну.
Премия
Однажды Мюллер пришел в кабинет Штирлица.
- Послушайте, дружище, - смущенно молвил шеф гестапо. - Фюрер к
празднику выделил премию для сотрудников Рейха, а мы никак не можем ее
поделить. Демократичный Шелленберг считает, что надо поделить на всех
поровну, скряга Геббельс говорит, что надо старшим офицерам дать больше,
а младшим - меньше, старый гад Борман упрямо стоит на том, что премию
надо делить только между верхушкой Рейха, а остальные обойдутся. Мы
пришли к выводу, что надо поручить это дело вам. Вот ведомость, вот
деньги. Вписывайте фамилию и напротив нее сумму... Говорят, вы в школе
всегда имели пятерки по математике и сумеете разделить по справедливости.
- Любое число легче всего делится на единицу, - с важным видом заявил
Штирлиц и вписал в ведомость одного себя.
Заговор
Однажды Гиммлер, Геринг и Геббельс собрались вместе, чтобы обсудить,
как убить Штирлица. Уж очень большим авторитетом он стал пользоваться в
Рейхе. Мюллер, а с ним и все гестапо, боялись слово ему сказать поперек.
Борман, хоть и не любил Штирлица, но восхищался его ловкостью и злобно
завидовал. Шелленберг обожал пошлые анекдоты Штирлица, которых тот знал
неисчислимое множество. Все эсэсовцы уважали Штирлица за его умение
пить, не пьянея, и мастерски играть в преферанс. Даже сам фюрер все чаще
обращался за советами к Штирлицу, как будто вокруг не было более умных
людей - их, Гиммлера, Геринга и Геббельса.
- Нет, Штирлица однозначно надо убрать! - заключил Гиммлер, перечислив
все эти доводы.
- Да, но как? - спросил осторожный Геринг.
- Разрезать Штирлица на куски и провернуть сквозь мясорубку на фарш
для фронта! - предложил Геббельс.
- Кровожадно, но неисполнимо, - покачал головой Гиммлер. - Для мясорубки
Штирлица сначала надо поймать, а это мы сами сделать не сможем, а
на других полагаться нельзя - они нас выдадут Штирлицу. Кроме того, надо
бы устроить все так, чтобы выглядело, как несчастный случай, чтобы мы
были как бы не при чем.
- А что, если заманить его в концлагерь, якобы с инспекцией, - подал
идею Геринг, который любил посещать концлагеря с инспекциями, особенно
женские. - Затолкнуть в газовую камеру и пустить газ. Потом скажем, проверяли,
как работает камера, а Штирлиц спьяну случайно в ней уснул...
- Нет, - возразил Гиммлер. - Фюрер нам потом головы отвернет, что не
уследили за Штирлицем.
- Тогда, может, выстрелить в него из фауст-патрона из-за угла? -
спросил Геббельс. - Надежная штука, фауст-патрон, не поймешь потом, где
голова, а где это самое...
- Или в тушенку подсыпать цианистого калия, - подхватил Геринг. - У
меня есть...
- Нет, это неосторожно. Сразу поймут, что Штирлица убили. Надо придумать
что-нибудь по-настоящему хитрое!
- Ну-у! - протянул Геринг. - По-настоящему хитрое - это только сам
Штирлиц может придумать.
- О! - Гиммлер поднял палец. - Отличная идея! Заговорщики пошли к
Штирлицу.
- Штирлиц, - фальшиво улыбаясь, спросил Гиммлер, - чисто теоретический
вопрос: вот если бы мы захотели вас незаметно убрать, что, по вашему
мнению, нам надо было бы предпринять?
- Легко! - сказал Штирлиц. - Надо проиграть войну с Россией, и тогда
меня, как фашистского преступника, расстреляют русские.
- О! - хором восхитились Гиммлер, Геринг и Геббельс и незамедлительно
последовали совету Штирлица. Так русские выиграли войну.
Любовь
- Штирлиц, вы любите сибирские пельмени? - спросил Мюллер.
- Конечно.
- Значит, вы - русский!
- Я еще люблю баварские колбаски, значит, я - немец. А также обожаю
чешское пиво, значит, чех. Люблю француженок, значит, француз...
- Не продолжайте, не продолжайте, - взмахнул руками Мюллер. - Я пошутил.
Француженок я тоже люблю...
Ночной портье
- Штирлиц, - поинтересовался однажды Геринг, - что это вы все по разным
шлюхам бегаете, позорите честное имя немецкого офицера. Съездили бы
лучше в женский концлагерь и выбрали бы себе постоянную девочку. Все
офицеры Рейха так делают.
- Нет уж, спасибо! - отмахнулся Штирлиц. - Я уж лучше со шлюхами.
- Но почему? - искренне удивился Геринг.
- Не хочу после войны работать ночным портье!
Ностальгия
Штирлиц никогда не испытывал ностальгии по Родине. Он привык к Германии,
полюбил баварское пиво, ездил на "Мерседесе", разговаривал и даже
думал по-немецки. Но вокруг было так много советских шпионов, и Штирлицу
поневоле приходилось притворяться, что он с удовольствием пьет "Столичную",
курит "Беломор", жрет тушенку и тоскует по русским березкам...
Напоить Штирлица
Однажды Мюллер решил напоить Штирлица, чтобы тот спьяну выболтал какие-нибудь
секреты.
- Штирлиц! Хотите выпить? - спросил хитрый шеф гестапо.
- Что за вопрос! Конечно, хочу! Мюллер налил полный стакан, Штирлиц
выпил.
- Еще? - поинтересовался Мюллер.
- Легко! - согласился Штирлиц.
Мюллер налил, Штирлиц выпил...
После пятой бутылки шнапса Штирлиц пошел в туалет и там уснул, так и
не выболтав ни одного секрета. С тех пор разочарованный Мюллер зарекся
поить Штирлица.
Закладка в соц.сетях
