Жанр: Юмор
Сборник рассказов и повестей.
ШТЕРН Борис Гедальевич
Сборник рассказов и повестей
АВТОБИОГРАФИЯ.
ВОПЛИ.
ВТОРОЕ ИЮЛЯ ЧЕТВЕРТОГО ГОДА.
ГАЛАТЕЯ.
ГОЛАЯ ДЕВКА, ИЛИ ОБНАЖЕННАЯ С КУВШИНОМ.
ГОРЫНЫЧ.
ДЕД МОРОЗ.
ЖЕЛЕЗНЫЙ ЧЕЛОВЕК или ПОКА БАРАБАН ЕЩЕ ВЕРТИТСЯ.
ИВАН-ДУРАК или ПОСЛЕДНИЙ ИЗ КГБ.
КАЩЕЙ БЕССМЕРТНЫЙ - ПОЭТ БЕСОВ.
ЛИШЬ БЫ НЕ БЫЛО ВОЙНЫ КРАТКИЙ КУРС СОЦРЕАЛИЗМА.
ПОВЕСТКА.
ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ РАССКАЗ N_1.
РЕКВИЕМ ПО САЛЬЕРИ.
РЫБА ЛЮБВИ.
ТУМАН В ДЕСАНТНОМ БОТИНКЕ.
О ЖИЗНИ, О ТВОРЧЕСТВЕ, О ЛИТЕРАТУРЕ
(Из писем к Б. Стругацкому).
АВТОБИОГРАФИЯ
ШТЕРН Борис Гедальевич
(1947 - предположительно 2010 гг.)
Водолей. Родился в пол-первого ночи в день Святого Валентина
(международный День Любви, 14 февраля), в год Свиньи (Кабана?), в Матери
Городов Русских, то ли накануне, то ли сразу после сталинской денежной
реформы, когда старые деньги уже не "фунциклировали", а за новые нечего
было купить. Нормальное состояние. С тех пор так и живу и до сих пор не
пойму, почему Киев - именно "мать", а не "отец" городов русских? В этот же
день (14 февраля, но в другие годы) родились: Барух Спиноза и Петр
Ефимович Шелест.
Таким образом пережил всех правителей бывшего СССР, кроме,
разумеется, Ленина - Ленин всегда живой. Хорошо помню похороны Сталина. С
гордостью носил траурную повязку, стоял в карауле у портрета любимого
генералиссимуса в детском саду. Слезы мамы. Слова отца: "Чего ты
плачешь?.. Может лучше будет." Хорошо помню Никиту. Видел его живьем на
трибуне во дни 40-летия Советской Украины (1957). На Крещатике был парад.
И я там был. Помахал ему рукой: мол, держись, Мыкита!.. Жаль, не
удержался. Отлично помню всех остальных: Брежнева, Андропова, Черненко,
Горбачева, Янаева и опять Горбачева (но уже другого). Особенно запомнились
три дня правления Янаева (наверно, рекорд - кто еще на Руси правил
меньше?). На вопрос: "Что делал во времена ГКЧП?", честно отвечаю: "Одним
глазом смотрел "Лебединое озеро" и одним пальцем отстукивал на машинке
фантастический рассказ о галактическом инспекторе Бел Аморе, который
всегда клал на политику.
Где работал: где только ни работал. Даже помогал добывать нефть в
Сургуте и Нижневартовске, даже в Одессе жил и трудился 17 лет. А 17 лет
жизни в Одессе - это не комар наплакал. Основная работа ныне: сижу дома на
опушке леса на окраине Киева, курю "Беломорканал" и стучу чего-нибудь на
пишущей машинке в надежде на гонорар. Член Спилки Пысьменныкив.
О фантастике (поскольку называюсь "писателем-фантастом). Моя первая
книжка (которую прочитал) фантастический детектив с четырьмя покушениями и
одним убийством. "Колобок". Восхищен по сей день. Очень советую.
Моя первая книжка (которую издал) - "Чья планета?" Вышла в свет в
1987 г., когда мне стукнуло ровно 40 лет. Вторую книжку собирался назвать
тоже с вопросительным знаком: "Кто там?", но назвал почему-то "Рыба любви"
(1991). Значит, называть третью книгу "Что делать?" уже не придется. И
слава Богу! Вообще, пишу то, что в данный момент хочется писать - сказки,
фантастику, реалистику, сатиру, иногда стихи. Специализироваться в
каком-то одном жанре нет потребности. Недавно написал одноактную пиесу.
Иногда под плохое настроение утверждаю, что фантастика - не литература, а
мироощущение; и что писателей-фантастов вообще не существует, а существуют
хорошие и плохие писатели.
О вкусах. Люблю листать-разглядывать НФ-книги издательства "Молодая
гвардия". В них находишь много веселого и поучительного. Молодым авторам
очень не советую.
Не люблю литературоведческие термины (эпитет, метафора, архитектоника
и т.п.) - наверно, потому, что закончил одесский филфак и объелся этими
терминами на всю оставшуюся жизнь.
Настороженно отношусь к писателям-деловарам. Никогда не доставал
бумагу, не торговал книгами, не загонял вагоны с утильсырьем. Но вне
литературы считаю эту деятельность весьма полезной. Пусть все же каждый
занимается своим делом: писатель пусть пописывает, читатель - почитывает,
издатель - поиздаевывает, а книжные пираты - попиратствывают.
О женщинах: люблю.
О коллегах-фантастах: уважаю.
О женщинах-фантастках: люблю и уважаю.
Не признаю в литературе "школ" ("школа Ефремова", ленинградская
[санкт-петербуржская?], малеевская, сибирская, одесская,
дальневосточная...). Что за школярство? Писать научить нельзя. Умеешь или
не умеешь. Но доброжелательное участие в судьбе молодого автора
необходимо. Таким для меня Шефом является Борис Стругацкий, с которым
знаком с 1971-го года, считаю это фактом своей биографии и иногда
хвастаюсь перед читательской НФ-публикой.
О смерти. Замечено: хорошие российские фантасты умирают не старыми -
Александр Беляев, Иван Ефремов, Аркадий Стругацкий... Скорбный список
можно продолжить.
Об издательствах: ненавижу ходить по издательствам. Но: что делать?
О редакторах: когда с гордостью говорят: "Я - профессиональный
редактор!", отвечай: "Такой профессии не существует!" Хорошему писателю
редактор не нужен - он сам себе редактор. Редактор нужен плохому писателю
(плохой писатель - это писатель без редактора в голове) - но кому нужен
плохой писатель?
Любимый цвет: радуга.
Напиток: и пиво тоже.
Еда: что Бог пошлет.
Верю ли в Бога: неубежденный атеист, сомневающийся неверующий.
Любимый писатель: Антон Павлович Чехов.
Любимая книга: странно, любимый писатель - Чехов, а любимая книга -
"Три мушкетера" ("Колобок" не в счет), при том, что Дюма-отец не самый
сильный писатель. Почему так?
Любимый поэт: два-три десятка стихотворений разных поэтов.
Семейное положение: две жены (в разное время!) и две дочери.
Национальность: ежу понятно.
Что еще?
Еще о смерти. В юности одесская цыганка с Молдаванки нагадала мне 63
года в этой жизни. Вполне удовлетворен и с тех пор не гадаю. Значит, через
18 лет в 2010 году пора собирать вещички.
Борис ШТЕРН
ДЕД МОРОЗ
Начальник отдела дошкольных учреждений подошел к окну. За окном
стояло морозное тридцатое декабря и показывало начальнику кукиш. На улице
ни души - город Нефтесеверск добывал предновогоднюю нефть.
"Что же делать? - подумал начальник. - Платить из государственного
кармана? В принципе, можно из государственного... хотя и беспринципно. Не
платить... Значит, два детских сада будут жаловаться, и справедливо".
Начальник опять выглянул в окно. Под окном стоял старик с седой
бородой и, состроив из ладони козырек, заглядывал в кабинет начальника.
Этому что надо?
Старик отошел от окна и направился за угол к входной двери отдела
дошкольных учреждений.
"Если б с улицы набрать, - подумал начальник. - Вот таких бичей
божьих... а ведь он ко мне!"
И верно: приоткрылась дверь, и в кабинет просунулась седая борода.
- Входите, входите! - засуетился начальник.
- У вас веника нету? - спросил старик.
- Входите, и так грязно!
Старик затопал ногами, потом снял шапку и принялся сбивать снег с
пальто. Снег таял на полу, начальник раздумывал, как бы половчее уговорить
старичка.
- Очень рад, - сказал начальник. - Вы-то мне и нужны! Давненько вас
поджидаю.
Старичок заморгал от удивления.
- Видите ли...
- Все вижу. Почтенный возраст... старикам везде у нас почет. Курите,
если курите.
Старик поспешно достал кисет и начал крутить козью ножку.
- Где работаете, на буровой? - продолжал начальник, раздувая ноздри
от давно позабытого запаха махорки. - Внуки в детском саду устроены? Нет?
А, внуков нет... Но мы все для вас сделаем... устроим, разберемся,
откликнемся. Но и вы нам должны помочь. Вы уважаете теперешнюю молодежь?
- Постольку-поскольку...
- Я с вами полностью согласен! Вы не знаете ли Белохватского из
драмтеатра?
- Не имел чести...
- Не велика честь его знать. Обыкновенный рвач. Плати ему, понимаешь,
двойной тариф, иначе он Деда Мороза играть не будет. И других артистов
подбил! А у меня детские сады, вы понимаете?
- Я так понял, что вы предлагаете мне это... того...
- Нет... то есть да! Именно "того"! Не перебивайте, я еще не объяснил
всей вашей выгоды. Возьмите на себя два праздничных утренника, сегодня и
завтра, и подзаработайте к Новому Году. Смотрите, какое у вас пальто.
Воротник истрепался, пуговицы разные... и шапка.
- Шапка как шапка, - расстроился старик. - Из кролика.
- Вы не обижайтесь. Я хочу как лучше. Вот и теплые ботинки могли бы
купить. Холодно в туфлях? Холодно. Деньги получите сразу после утренника,
я позабочусь. Дед-морозовский реквизит у нас есть... Эх, ничего не выйдет!
Вы не успеете выучить роль.
- Успею, успею, мне не впервой! - замахал руками старик. - Я роль
знаю, мне бы только повторить.
- Бывают же совпадения, - удивился начальник. - Вы, собственно, по
какому делу?
- Я это... - забормотал старик. - За тем и пришел... В Дед Морозы.
В детском саду беспокойно, родители очень недовольны, - они
отпросились с работы, почему утренник не начинается?
- Дед Мороз задержался, - успокаивает всех заведующая детского сада.
А вот и Дед Мороз. Он только что вошел, взгромоздил узел с реквизитом
на детские шкафчики, отжимает бороду, оттаивает. Никто на него внимания не
обращает, лишь одна старенькая уборщица узнала его и позвала заведующую:
- Дед Мороз пришел!
Родители усаживаются в музыкальном зале кто на чем, а заведующая
ведет старика в свой кабинет.
Там он снимает пальто и остается в какой-то выцветшей железнодорожной
униформе.
- М-да, - разочарованно говорит заведующая. - Предупреждаю, что
бумагу подпишу вам после полного часа, а то в прошлом году один такой...
похожий на вас... схитрил и испортил нам весь утренник. Простыня с
подарками в левом углу под окном, не забудьте. Борода у вас настоящая, не
пойму? Быстро переодевайтесь, и за работу. Начинаем.
Старик поспешно снимает железнодорожную униформу и надевает красный
халат на ватине. Смотрит в зеркало. В халате застряли желтые елочные
иголки от прошлогоднего утренника. Надевает красную шапку с серебристыми
звездочками, черные валенки с бумажными снежинками, красит помадой щеки и
нос. Распушает бороду. Вдруг пугается, достает из кармана мятую школьную
тетрадку, листает, возводит глаза к потолку и шевелит губами.
Из зала доносятся звуки рояля.
- Дети, а кто должен к нам прийти? - спрашивает музыкальная
руководительница.
- Дед Мороз... - нестройно отвечают дети.
- Верно! Молодцы! Позовем его! Вместе, хором: де-ду-шка Мо-роз!
Старик выбегает из кабинета и мчится по коридору. Родители в дверях,
улыбаясь, уступают ему дорогу.
- Де-ду-шка Мо-роз! - зовут дети.
- Слышу, слышу! - кричит старик. - Бегу!
Музыкальная руководительница начинает играть "Марш Деда Мороза",
старик начинает петь и входит в зал:
Разыгралися метели,
Стонут сосны, стонут ели...
Вдруг он с ужасом вспоминает, что забыл в автобусе свой главный
реквизит - толстую суковатую волшебную палку.
- Склеротик ненормальный, - бормочет он и устремляется к выходу.
Родители смеются, но музыкальной руководительнице не до смеха. Она
пытается спасти положение:
- Дедушка Мороз, что случилось? Расскажи нам! Может быть, мы все
вместе тебе поможем.
- Палку забыл в автобусе... ах, да, виноват. Дорогие детки, у меня
большое несчастье! Злой серый волк украл мою волшебную палку! Что мне
теперь делать?
Дети в недоумении. Музыкальная руководительница пристально смотрит на
уборщицу, та отправляется на кухню и начинает наклеивать на половую щетку
кусочки ваты.
- Дедушка Мороз, разве ты не видишь, что для тебя приготовили дети? -
ласково спрашивает музыкальная руководительница и злобно разглядывает
старика.
Тот все еще неуклюже топчется посреди зала и наконец замечает елку.
- Ого-го, какая елка! - восторгается он. - Боже ж мой, какие игрушки,
какие хлопушки!
Музыкальная руководительница начинает закипать. Старик поглядывает на
нее и думает: "Зачем я Бога приплел? Еще бумагу не подпишут..."
Пора усаживаться под елкой. Больше всего в этом стародавнем
новогоднем сценарии ему нравятся двадцать минут сидения под елкой.
- Устал я, детки, - кряхтит старик. - Дорога была нелегкой, инфаркт
дает себя знать. Сяду под елочкой, отдохну... А где мой стул? - вдруг
пугается старик.
Родители хохочут, музрук страшными глазами ищет уборщицу. Та приносит
стул и красивую волшебную швабру:
- Вот, дедушка, Снегурочка тебе передала. Она эту палку у серого
волка отняла. Садись, светик.
- Спасибо, бабуля, - шепчет старик. - Если б не ты, не знал, что и
делать.
Наконец усаживается.
- Дедушка Мороз, - говорит музыкальная руководительница. - Послушай,
какие стишки выучили дети специально для тебя. Вовочка!
"Елки-палки! - вспоминает старик. - Совсем забыл!"
Он вскакивает, грозно размахивая шваброй:
- Извини, Вовочка! Сейчас своей волшебной палкой я зажгу лампочки на
елке!
- Рано еще! - шипит музыкальная руководительница.
- Не волнуйся, голубка, все будет хорошо, пусть детишки порадуются.
Раз, два, три, елка зажгись!
Неудача.
Через весь зал, скользя по мастике, мчится к розетке уборщица. Она
кивает старику и, когда тот, свалив вину на злополучного серого волка,
опять кричит: "Елка, зажгись!", втыкает вилку в розетку.
Слышится треск, летят искры, и детский сад погружается во тьму.
- Пробки сгорели! - ахают родители.
- Это не пробки! - слышится голос многострадальной музыкальной
руководительницы. - Это Дедушка Мороз расскажет в стихах о своем
путешествии.
В это время два знающих папы, зажигая спички, отправляются в коридор
к пробкам.
- Почему в стихах?! - возмущается в темноте старик. - Я точно помню,
что не в стихах... или в стихах?
Он нащупывает стул, распахивает халат и пускается по течению:
- Какие уж тут стихи, детки... Тут стихами не передашь! Трудное было
путешествие, должен вам сказать, малыши. Я вышел из леса, был сильный
мороз. А я, хоть и Дед Мороз, но тоже живой человек, верно? Не
возвращаться же назад, когда меня ждут такие хорошие дети. Вот. Как вдруг
ко мне из-за елки выбегают мохнатые волки! Садись, Айболит... э-э... не
то... Садись, Дед Мороз, верхом, мы живо тебя довезем. Если б не эти
добрые волки, тю-тю... не видать вам меня на елке!
Зажигается свет, старик едва успевает запахнуть халат. Музыкальная
руководительница оцепенело глядит на клавиши.
- Продолжим утренник, - устало говорит старик. - Где там Вовочка?
- Я!
- Не ковыряй в носике. Давай свое стихотворение.
Села муха на варенье,
Вот и все стихотворенье.
- И все?
- Ага!
- Дружно поаплодируем Вовочке! - оживает музыкальная
руководительница. - Сейчас девочки-снежинки из младшей группы станцуют
танец!
Старик умиленно наблюдает, как танцуют снежинки.
- А сейчас станцуют мальчики-зайчики из средней группы!
Пока зайчики танцуют, старик отдыхает.
- А сейчас нам станцует Дедушка Мороз... - музыкальная
руководительница смотрит на перепуганного старика и меняет решение. - Нет!
Пусть лучше Коленька загадает Дедушке Морозу загадку. Посмотрим, как он
умеет отгадывать.
Танцевать, слава богу, уже не надо; зато наступает самое страшное для
старика - отгадывание загадок.
Выходит Коленька и загадывает:
Он веселый и смешной,
Длинноносый, озорной,
В красной шапке на макушке,
А зовут его...
"Буратино, что ли?.." - лихорадочно соображает старик.
Наконец догадывается:
- Петрушка! - радостно кричит он.
Коленька смотрит с недоумением, музыкальная руководительница готова
разрыдаться.
- Нет, - говорит Коленька.
Старик удручен. Он чувствует, что отгадал правильно.
- Как же "нет", как же "нет"?! - суетится он. - Петрушка, точно! Могу
поспорить.
- Да нет, все правильно, - обижается Коленька. - Но ты должен был
сначала не угадать. Надо было сначала ответить "лягушка", потом "подушка",
а потом уже ты должен был угадать. Такая игра, понимаешь?
- Непонятливый я, - сердится старик. - В следующий раз буду знать.
Утренник близится к концу.
- Дедушка Мороз, а что ты еще забыл? - спрашивает музыкальная
руководительница.
- Не помню, что я забыл, - сердится старик.
На этот раз он действует точно по сценарию, хотя и не знает этого.
Музрук счастлива:
- Дети, напомним Дедушке Морозу, что он еще забыл! Хором!
- По-дар-ки! - кричат дети.
- Точно! - радуется старик. - Я добрый Дедушка Мороз, я подарки вам
принес! Они находятся в этом зале. Сейчас их отыщет моя волшебная палка.
Старик хорошо помнит, где спрятаны подарки. Он торжественно шествует
в правый угол, раздвигает родителей, но подарков не находит. Направляется
в другой угол, в третий... наконец бредет в последний, четвертый угол. Там
у простыни с подарками сидит малолетний шкет и, пуская шоколадные слюни,
потрошит кулек с конфетами.
- Идем, малыш, поможешь мне раздать подарки, - устало говорит старик.
В кабинете его ожидали насупленные заведующая и музыкальная
руководительница.
- Вы сорвали нам утренник, - сказала заведующая. - Я вам бумагу не
подпишу.
- Но я провел утренник до конца, - робко возразил старик. - И потом,
я ведь не специалист...
- Это не наше дело! - вспыхнула музыкальная руководительница и
разрыдалась. - У меня есть методика, утвержденный сценарий... а вы...
Разве это утренник? Это черт знает что!
В кабинет вошли две мамы.
- Мы из родительского комитета, - представилась первая мама. - Мы
хотим поблагодарить Деда Мороза. Было очень весело, вы хороший артист.
- Разрешите от имени... - сказала вторая мама и сунула старику кулек
с конфетами.
Когда делегация удалилась, музыкальная руководительница перестала
рыдать и задумалась, а заведующая поколебалась и подписала бумагу.
Старик быстро переоделся и, как молодой, помчался в отдел дошкольных
учреждений. Там его ожидали начальник и конверт с деньгами. Начальник
пожал ему руку.
- Детские магазины до скольких открыты? - спросил старик.
- По-моему, уже все закрыто.
- Как? - опешил старик и заспешил в центральный универмаг.
Оттуда он вышел радостный, с пакетиком под мышкой. Оставалось сделать
еще два дела, а потом домой.
Он зашел в кулинарию, там было пусто.
- Все продано, закрываем, - сказал мясник, громко щелкая большим
навесным замком.
- Мне костей... килограммов пять... а лучше шесть, - попросил старик.
Мясник так удивился, что отложил замок и в придачу к костям нашел
пустой мешок и немного мяса.
Старик очень благодарил.
И наконец последнее дело.
Но винарка была уже закрыта.
Старик тихонько постучал.
- Закрыто уже, не видишь?! - взревела изнутри винарщица, но старик
так скорбно промолчал, что она впустила его и налила стакан вермута.
Вермут утеплил ему душу.
Вот и все.
Он с теплой душой сел в автобус и поехал в самый дальний район
Нефтесеверска. Ему уступили место, он сел у окна и прищурился в темноту.
Потом он развернул пакетик и радовался, разглядывая розовую пуховую
шапочку и шарфик. Потом автобус опустел, а он все ехал; потом он съел
конфетку из подарочного кулька и увидел, что автобус подъезжает к конечной
остановке. Он торопливо развязал узел, снял пальто и опять оделся Дедом
Морозом. Водитель посмотрел на него и улыбнулся.
Медленно падал снег. Было темновато, но старик легко находил дорогу.
Он обошел последний дом, пересек забитый сваями котлован и очутился на
опушке леса.
Здесь он тихонько свистнул. К нему подбежали два матерых волка,
запряженных в легкие сани.
- Как дела? спросили волки.
- Нормально, - ответил старик.
- Принес что-нибудь?
Старик похлопал по мешку. Волки принюхались и сказали:
- Нормально.
Старик уселся в сани, и видимость растаяла за пушистым снегом.
Ехал он лесотундрой к своей избушке часа два, чуть не замерз. Грелся
у газовых факелов.
Его встречали Снегурочка, горячий чай и теплая постель.
Даже Деду Морозу нужно немного тепла.
Борис ШТЕРН
ТУМАН В ДЕСАНТНОМ БОТИНКЕ
Трижды проржал Сивый Мерин, и золотой кусочек солнца выглянул из-за
бугра и разлился в реке. Солнце начало вываливаться над водой, вытесняя
туман из-под железнодорожного моста, и река расплескала отражение солнца
по своей поверхности; проснулась рыба, поднялась со дна, пошла клевать
солнечное отражение, наглоталась воздуха, пошли по реке пузыри, пошел от
реки пар к небесам, побежала за реку огромная кривая тень от одинокой
кривой сосны; и пошло, и пошло... Одна лишь Утренняя Звезда заскучала,
побледнела, потянулась навстречу солнцу... И погасла. И каркнула на сосне
проснувшаяся ворона - протяжно-пр-рротяжно:
- Кар-р-р-р-р-р!
- Такая вот поэзия... - промолвил во сне Сивый Мерин.
- Такие вот сюжеты... - согласился с другом длиннющий Дождевой Червь.
- Зато наше кладбище всех лучшее и красивее, - зевнул, не просыпаясь,
Сивый Мерин. - Здесь им не свалка, здесь хоронют...
Опять закричала ворона, захлопала крыльями, опустилась с кривой сосны
к самой воде и подозрительно стала разглядывать правым глазом дохлую
рыбешку. Понюхала, клюнула, тяжело вознеслась над рекой, прилетела на
кладбище, уселась на обелиск с медальоном.
- Тьфу, дура, напугала, - сказал Дождевой Червь.
- Почему "дура"? - обиделась Ворона, сплюнув дохлую рыбешку на
могильную плиту. - Я "он", а не "она".
- Самец, что ли? Кто вас, птиц, разберет... Дурак, значит.
- Ничего ты не понимаешь. Я - ВОРОН. Нас два семейства - вороны и
вороны. Среди воронов есть самцы и самки, и среди ворон - то же самое. Я -
ворон, но самка. Название у меня мужеского рода, а суть женская.
Дождевой Червь очень удивлен, даже Сивый Мерин наконец-то проснулся и
спросил:
- Как же вас все-таки называть... Дурак или дура?
Задумалась Ворон.
"Кто же я такая? - мучительно соображает думает Ворон. - На сосне у
меня воронье гнездо, в гнезде лежит крапленое кукушачье яйцо. Из него
скоро должен вылупиться вороненок. С этой стороны я, несомненно, "она". С
другой стороны, самка ворона - тот же ворон. Выходит, "он"...
- Ни "дурак", ни "дура" не подходит, - размышляет Дождевой Червь. -
Вам подойдет слово "дурачина" - оно и мужского и женского рода
одновременно.
Ух, обиделась Ворона! Спрыгнула с обелиска, схватила дохлую рыбешку,
перелетела через реку, сверкая на солнце черным оперением, зашебуршилась в
гнезде.
- Ловко я ее! - радуется Дождевой Червь. - Слышь, Сивка... Спишь?
Переходи ко мне в лужу, я подвинусь.
- А в прежние времена вороны дождевых червей с потрохами ели! -
кр-р-ричит Ворон с того берега.
- Ду-ра-чи-на! - разносится в ответ над рекой.
- А сам ты кто? Кто ты сам?!
Призадумался Дождевой Червь, даже Сивый Мерин опять проснулся и
спросил:
- Слышь, Червяк, а ведь Ворон права... Сам-то ты кто будешь?
"Странно, - раздумывает Дождевой Червь. - Вроде бы "он"... или
"она"?..
- Червячишко я, - заговаривает зубы Червяк. - Маленькое бедненькое
червячишко. Кончаюсь на "о". В грязи пробавляюсь, рою ее окаянную,
взрыхляю ее, обрабатываю... А в награду что? Переспать в луже с ясным
солнышком?
- Земледелец, значит, - вежливо соглашается Сивый Мерин.
- В нашей реке такие земледельцы на крюках за ребро висели, а рыбы их
кушали, - сообщает из вороньего гнезда дохлая рыбешка.
- Кто там рыба, не вижу?!.. - злится Дождевой Червь и для испугу
извивается как гадюка. - Кто там развонялся?
- Ты не хами, Червяк, - окончательно просыпается Сивый Мерин. -
Конечно, запах от нее не деликатесный, но это не значит, что тебе все
дозволено.
- Я не "она", - отвечает дохлая рыбешка. - Я - КАРАСИК.
- Дохлятина, вот ты кто! - парирует Дождевой Червь. - Попался бы мне
в реке, я бы с тобой иначе поговорил!
- Спать пора, - зевает Сивый Мерин. - Отбой! Кто слово скажет -
растопчу!
Тишина. Полдень.
"Ладно, потом поговорим", - думает Дождевой Червь, заползая в старый
прохладный десантный ботинок.
Спит Сивый Мерин, пахнет Карасик, Ворон в гнезде высиживает
Кукушонка. Плывет по течению пьяный могильщик с лопатой. Ни ветерка, ни
дуновенья. Воздух понемногу замешивается в кисель; когда-нибудь будет
гроза, но не раньше осени.
- А Я - КОНЬ! - гордо бормочет во сне Сивый Мерин. - Я - Конь, и в
этом нет сомнений.
Проходит полгода.
На реке ледоход. Скелет Карасика свесился из родного гнезда,
поглядывает в родную стихию. Нет тишины над рекой, плачет медь, из города
по мосту несут покойника. Все ближе подходят, все явственней звучит
скорбная нота... Кто-то умер.
- Слышь, Червяк... - просыпается Сивый Мерин. - Несут кого-то!
Но десантный ботинок перерублен могильной лопатой, червяков теперь
двое.
- Кто это тебя? - соболезнует Сивый Мерин.
Спит Червяк, не в курсе дела.
- Эй, Карасик, где твой дружок... Ку-ку? - ищет собеседника Сивый
Мерин.
- Вышел из колыбели... Улетел куковать в город, - меланхолично
сообщает скелет Карасика, свешиваясь из гнезда вниз головой. - Щуки нынче
голодные.
Не ошибся Сивый Мерин - несут, принесли, отворяют ржавые ворота.
- Эй, кума, кого несут?
- Не видать отсюдова, - отвечает Ворон.
- По какому разряду?
- С артиллерией!
- Генерал, значит. Как минимум... Лети к нам, кума! От нас лучше
видно!
- Давай ты ко мне, с сосны далеко видать!
- Лень, кума, крылами махать!
- Мерин ты сивый! - удивляется скелет Карасика. - Ну, где, где у тебя
крылья? Покажи!
- Они у меня складные,
...Поділитися у соцмережах
