Жанр: Юмор
Легенда о механизме
...роге выросла необъятная
фигура Большого Босса. Джефферсон вскочил. Маленькие глазки босса остановились
на Джефферсоне.
- Джефферсон? В чем дело?
- Я записался к вам на прием, сэр... По крайне важному делу...
- Ох уж эти дела! Они всегда важнее отдыха. Давайте встретимся завтра.
- Но, сэр... - пролепетал Джефферсон. - Дело не просто важное... Боюсь, что
завтра будет уже поздно. Меня просто могут убить, сэр.
- Кто? Что такое?
- Заговор, сэр! В этих стенах - заговор! - выпалил Джефферсон.
- Что вы говорите?.. Ай-яй-яй... - промычал Босс, захлопывая дверь кабинета. -
Знаете что, Сэм. Сегодня мы все очень устали и ничего не решим... Завтра... Ах,
да! Завтра у меня встреча с президентом. Тогда вот что - послезавтра. Да, у меня
будет почти свободный день, вроде сегодняшнего. Заходите послезавтра, не
тушуйтесь... Кстати, вы закончили дело Макферсона?
- Да, сэр. Но...
- Что "но"?
- Заговор! - в отчаянии вскричал Джефферсон. - Механизмы проникли в наши ряды!
- Механизмы?.. - Босс пронзил Сэма взглядом, от которого тот сразу сник. - Какие
механизмы?..
Не дождавшись ответа, босс кивнул адъютантам и вышел из приемной.
"Кошмар, кошмар!" - думал Сэм, шагая по длинному гулкому коридору. Он кое-что
заметил в боссе, и босс тоже заметил, что Сэм заметил... Это уже не лезло ни в
какие рамки.
Джефферсон вышел на улицу и тут же заметил "хвост". Сэм профессионально нырнул в
густую толпу, катившуюся со стороны театрального квартала...
Глава 48
ВСТРЕЧА
Прошло несколько дней, а Глория все не приходила. Дебош изнывал от тоски и
неведения. Жестокие думы жгли и грызли его.
Однажды на рассвете какой-то подозрительный шорох заставил графа насторожиться.
Под мощными бетонными плитами пола что-то тихо, но внятно гудело. Потом раздался
скрежет и снова гудение. Дебош подобрался поближе. Шум становился все
явственней. Кажется, кто-то бурил плиту снизу.
Граф нащупал дубину, заранее приготовленную. Это были любовно сплетенные прутья
арматуры. Толчок! Плита приподнялась. Дебош поднял дубину.
- Ну, ты, придурок! Опусти железяку!.. - раздался зверский шепот.
Дубина выпала из рук.
- Серж! - Дебош схватился за плиту, понатужился, сдвигая ее с места.
- Да, это я, бездельник! - и в подвале появился Серж О'Коннор. - Еле-еле тебя
нашел. Что ты тут делаешь, идиот? И почему, кстати, от тебя разит машинным
маслом?
Дебош взрыднул:
- Потому, что Заххерс превратил меня в механизм!.. Он убил Дебоша!
- Нашелся-таки добрый человек... - заметил Серж, запалив самодельный факел.
Дебош уселся на горку щебня и поведал другу свою историю.
- Прекрасно! - молвил Серж, выслушав графа. - Стало быть, я подоспел вовремя.
Пожалуй, нам надо сматываться.
Дебош вскочил:
- Без Глории я не уйду!
- Хм! "Без Глории"... А ты знаешь, что она... - Серж с сомнением поглядел на
Дебоша. - Я ведь не терял времени даром. Доктор оказался еще большим негодяем,
чем я думал...
- О, Глория! - завыл Дебош. - Она носила мне пирожки, когда я в беспамятстве
повторял ее имя...
- Эти пирожки не пошли тебе на пользу...
- Серж! Мы должны спасти ее! Вырвать из паучьих лап Заххерса!
Душная тропическая ночь опустилась на виллу. Из пальмовых рощ доносились
душераздирающие вопли обезьян. Серж и Дебош, высадив решетку подвала, выбрались
во двор. Все огни были погашены, лишь над парадным входом слабо сиял антикварный
фонарь. Серж взгромоздился на плечи Дебоша, перелез на крышу портала.
В одном из окон второго этажа появилась бледная, чисто бритая физиономия.
Физиономия помаячила за стеклом, холодно сверкнула очками и исчезла.
Серж попытался открыть одно из окон. Окно оказалось запертым. Серж ругнулся и по
карнизу добрался до следующего окна. Оно тоже было закрыто. "Этого следовало
ожидать, - подумал Серж. - Но я буду и впредь неуклонно...". Возле третьего окна
его ждали: едва голова Сержа показалась над подоконником, как оконная рама
распахнулась. Получив циничный удар в лицо, супермен молча полетел вниз.
"Однако!" - озадаченно подумал он, приземлившись на железные штыри палисада.
Стиснув зубы, он ринулся в новую атаку. Первый этаж! Второй! Третий!! Крыша!
Грохоча по оцинкованной кровле, Серж домчался до каминной трубы. Прыжок! Его
натренированное тело с ужасающей скоростью понеслось по дымоходу, тарахтя на
поворотах. Близится выход. Но что это? Едкий дым заполнил трубу. "Негодяй
растопил камин!" - вспыхнула роковая мысль. Но было уже поздно.
- А-а-а!..
Дебош, стоявший внизу на стреме, с изумлением смотрел на фонтан искр,
взметнувшийся над трубой.
В мезонине со скрыпом отворилось окно. Прекрасная головка свесилась вниз.
- Анри! Это ты?
- Глория!
- Доктор запер меня! Он догадался обо всем! Беги, Анри, иначе он убьет нас
обоих!
- Нет! Я не побегу. Лучше смерть, чем бесславная ретирада!.. Прыгай!
- Высоко! Я боюсь!
- О контрагайка души моей! Не бойся! Я поймаю тебя в свои ласковые манипуляторы!
Но голова Глории вдруг исчезла. И тут же тяжелая рука легла на плечо графа.
Дебош с возмущением обернулся... и получил страшный удар в челюсть. Из глаз
посыпались искры. Но и сквозь искры Дебош различил во мраке злобного и могучего
механизма, личного порученца доктора по кличке Штандартенфюрер. Однако граф
недаром проходил огонь и воду в тренировочных лагерях Заххерса. Когда
Штандартенфюрер размахнулся для очередной плюхи, Дебош рванулся вперед с низкого
старта и крепко вдарил негодяя головой в живот. В Штандартенфюрере что-то
громыхнуло. Телескопы выпучились. Он снова размахнулся - и снова получил головой
в брюхо. Телескопы выпучились еще сильнее. Он снова размахнулся...
Между тем Серж анфиладами комнат мчался к спальне ненавистного доктора. Он уже
слышал гнусный, с повизгиваниями, храп негодяя. Еще несколько шагов - и вот она,
дубовая дверь спальни. Серж ударил плечом с разбега - дверь рухнула. "Вхожу в
зону!" - Серж прыгнул к кровати под балдахином. Голова спящего, сверкая очками,
покоилась на подушках. Серж зловеще ухмыльнулся... Удар! Голова спружинила, храп
раздался с удесятеренной силой. Серж попятился: "Ловушка!". В следующее
мгновенье толпа механизмов с гиканьем и улюлюканьем ворвалась в спальню. Все
механизмы при этом были похожи на Заххерса. Поблескивая стеклышками очков,
хихикая, они окружили супермена. "Ну, что ж... - Серж глубоко вздохнул. - Сеча
будет жестокой. Но рано или поздно это должно было случиться. В свое время нечто
подобное произошло с Джордано Бруно. А Тейяр де Шарден...".
И грянул бой. Заххерсы откатывались от Сержа, их место занимали новые. Серж с
трудом пробился к выходу из спальни. Несколько мастерских ударов - проход
освободился. Серж кинулся в коридор, лягнув по пути мраморную Венеру. Венера
рухнула со стоном, подмяв под себя нескольких Заххерсов.
Расшвыривая выскакивавших из темных углов механизмов, Серж рванулся к лестнице,
ведущей в мезонин. И тут перед ним выросло что-то невообразимое: это был
совершенно квадратный Заххерс, представлявший собой единый монолит. Монолит
разинул пасть и залился сатанинским смехом.
- Ваша песенка спета, киндер!
Серж воспользовался паузой и сунул прямо в хохочущую пасть руку мраморной
Венеры. Гигант мелко затрясся. Из пуленепробиваемых телескопов брызнули искры...
Дебош разбежался в очередной раз. Хрясь! От этого удара Штандартенфюрер наконец
сложился пополам и разогнуться уже не смог. Граф высвободил голову, огляделся.
Вдали, на холме, многочисленные Заххерсы, посверкивая очками в лунном сиянии,
устанавливали артиллерию.
"Нас пугают, - подумал Дебош. - А нам не страшно. Но... - он вспомнил о Серже, -
если вдарят бинарными...".
Заххерсы словно угадали его мысль: во дворе виллы стали рваться снаряды. Клубы
ядовитого газа поползли к окнам.
"Серж! Глория!.." - Дебош устремился к вилле.
Внутри творилось невообразимое. По коридорам во всех направлениях бегали
безрукие, одноногие и безголовые Заххерсы. Сшибая их, как кегли, Дебош помчался
к мезонину.
КОНЕЦ ОПЕРАЦИИ "ДЕЗИНСЕКЦИЯ"
Через несколько минут Джефферсон был уже в водовороте толпы, кипевшей у входов в
театры, кабаре и ночные клубы. Возле театра "Клопус" Сэм внезапно остановился,
уставившись в рекламную афишу. Двое молодчиков пробирались к нему сквозь толпу.
Сэм метнулся к притормозившему такси.
- Свободен?
- Прошу, приятель!
Сэм глянул на сидевших в машине и похолодел: чутье подсказывало, что в машине
кто угодно, но только не люди...
В следующее мгновенье Джефферсон был уже у входа в театр. Несколько секунд
отчаянной давки - и он в фойе. Ему навстречу с угрожающим видом двинулся
вышибала.
- ради Бога, где здесь туалет? - пролепетал Сэм, хватаясь за живот.
Гвардеец Мельпомены понимающе ухмыльнулся и показал рукой. Джефферсон ринулся в
указанном направлении.
Миновав искомую дверь, Сэм понесся служебным коридором. Навстречу двигался
кордебалет в импозантных полосках на бедрах. Сзади послышался топот. Сэм
отскочил к стене и ловко миновал девиц.
- Стой! Стой!.. - закричал кто-то, но этот крик заглушил отчаянный многоголосый
вопль кордебалета: преследователи потонули в толпе обнаженных девиц. Еще один
коридор. Служебный выход. Джефферсон остолбенел: в проеме высился верзила,
энергично двигавший челюстями. Сэм развернулся и помчался назад. Пробежал мимо
гримерных, выскочил за кулисы. Несколько актеров и статистов посторонились. Сэм
тяжело протопал по залитой огнями сцене, спрыгнул в зрительный зал. Рывок - и
через аварийный выход, едва не сорвав с петель дверь, Сэм вырвался на улицу.
Прижался спиной к стене, оценивая обстановку. Узкий малолюдный тупик, у обочины
припаркованы автомобили. На ходу вынимая из кармана отмычки, Джефферсон побежал
к машинам. Удача! Дверца "понтиака" открылась с первой попытки. Сэм отключил
противоугонной устройство, повернул ключ, выжал сцепление...
Он уже выруливал на Фрикаделли-роуд, когда из театра выскочили его
преследователи.
Влившись в поток автомобилей, Джефферсон, наконец, расслабился. Он знал, что
рано или поздно его загонят в тупик, выход из которого будет только один - в
Страну Песчаных Холмов.
Улицы опустели. Затем начал заниматься рассвет. Появились первые прохожие. Когда
на одном из перекрестков возникла утренняя пробка, Сэм позволил себе вздремнуть
несколько секунд.
Наконец он решился притормозить возле захудалой закусочной, где можно было
перекусить, не покидая машины. Жуя бутерброд и запивая его соком, Джефферсон не
сразу заметил, что к нему направляется полицейский. Он рассмотрел номер и кивком
приказал Сэму выйти. Джефферсон вылез, разминая затекшие ноги.
- Эту машину угнали сегодня ночью, - мрачно сообщил полицейский. - Покажите-ка
ваши документы.
Рука полицейского легла на кобуру. Сэм лениво сунул руку во внутренний карман...
В следующий момент полицейский уже летел под колеса проходившего мимо
контейнеровоза, а Сэм мчался прочь.
Один поворот. Другой. Третий. Вход в подземку. Через минуту Джефферсон был уже в
густой толпе людей. Меняя поезда и направления, он кружился под гигантским
городом. Около полудня он обратил внимание на то, что пассажиры жадно
рассматривают газеты. Сэм заглянул через плечо одного из читателей. "Заговор
против демократии! Некто, выдававший себя за агента ВРУ Сэма Джефферсона,
оказался механизмом! Он скрылся от правосудия! Механизм ходит по улицам! Кабинет
министров собрался на внеочередное заседание! Объявлена награда - 100 тысяч
лимонов тому, кто укажет, где скрывается мнимый Джефферсон!" Ниже красовалась
фотография Сэма в полный рост и подробно перечислялись приметы. Натянув шляпу на
уши, Сэм едва дождался станции. Выбравшись из вагона, он ринулся в туалет. В
туалете вповалку лежали наркоманы и гомики. Сэм выбрал самого экзотичного негра.
Предложение Сэма раздеться было принято с одобрением.
Через пять минут Сэм Джефферсон в обличии жертвы сегрегации плелся по перрону,
плюясь в прохожих и подвывая. Ему уступали дорогу.
Выбравшись на улицу, Сэм вздохнул свободнее. Ему, по крайней мере некоторое
время, ничего не грозило...
Но переходя улицу, он вдруг заметил крошечное черное отверстие, глядевшее из
толпы ему в грудь. Это был автомат. И держал его кто-то, кто прятался за высоким
человеком в пальто. Как зачарованный, Джефферсон двинулся за пальто, понимая:
один неверный шаг, и очередь прошьет его насквозь, как куклу. Сэм ступил на
тротуар. Толпа здесь особенно густая, к тому же где-то рядом взвыл сиреной
полицейский автомобиль. Сэм ничком бросился на тротуар, перекатился, вскочил и
бросился бежать.
Вбежав в первый попавшийся подъезд, он пронесся к лифту. Лифт не работал. Сэм
понесся по лестнице вверх. Выход на крышу был заперт. Между тем снизу уже
стучали по ступеням кованые башмаки преследователей.
Ударом ноги Сэм высадил замок, вбежал в квартиру, повалил на дверь шкаф. Кинулся
в комнату, притащил кресло, стол, цветочные горшки. Баррикада обрела необходимую
прочность. Сэм вытер пот со лба и присел на пол.
Вскоре в квартиру начали ломиться. Сэм с беспокойством прислушался, но баррикада
устояла. Потом по лестнице снова загрохотали башмаки.
Сэм подобрался к окну, выглянул: внизу торчали несколько широкоплечих людей, на
обочине стояли два полицейских автомобиля, полицейские разгоняли зевак.
Зазвонил телефон. Он звонил долго, так долго, что Сэм наконец взял трубку.
Чей-то гнусавый голос спросил:
- Это ты, Сэм?
Джефферсон молчал. Этот голос ему был знаком.
- Молчишь?.. Помалкивать надо было раньше, приятель. А теперь тебе крышка. Мы
никуда не уйдем... Кстати, может быть, тебе хочется узнать что-нибудь новенькое
про заговор? Ну, так знай: мы уже здесь. Ты понял? Мы уже здесь...
Джефферсон опустил трубку на рычаг и торопливо набрал номер.
- Алло! Это приемная? Мне нужно срочно переговорить с директором. Это Сэм
Джефферсон.
- Да, Сэм, я слушаю, - раздался снисходительный голос.
- Сэр, я должен вам сказать, что заговор действительно существует. Механизмы
среди нас. И я знаю, кто руководит ими в нашем управлении.
- Ты слишком догадлив, Сэм. Но об одном ты не сумел догадаться. О том, как
должна завершиться операция "Дезинсекция".
Раздались короткие гудки.
Потом телефон замолчал - его отключили.
Какой-то скрежет раздался из прихожей. Джефферсон прислушался. Кредитка! Ворча и
чавкая, она прогрызала баррикаду. "Сифебр - лучший дезинсектор... - подумал Сэм.
- Самый лучший".
Джефферсон устало выплюнул окурок, прошел на кухню, встал на колени, открыл
духовку, сунул голову внутрь и открыл газ.
ВОЗВРАЩЕНИЕ
В темноте, шаря перед собой руками, Дебош обследовал просторный будуар. Газ уже
заполнил помещение, и все вокруг было мертво. Оборвав портьеры, Дебош обнаружил,
что из окна пробивается слабый свет. Граф разглядел кровать и что-то, лежащее на
ней... Граф испустил вопль ужаса: перед ним лежала бездыханная Глория. Тело было
еще теплым. Дебош бережно поднял подругу, прижал к груди и кинулся прочь из
страшного места.
- Стой, придурок!.. - донеслось сзади. Но Дебош не слышал. Он мчался сквозь
дебри, испуская вопли, от которых кренились араукарии и осыпались вечнозеленые
листья. Поступь Дебоша будила эхо в дальних отрогах Городильер. Все живое бежало
с его пути. Реки поворачивали вспять. Звезды, соответственно, гасли.
Рассвет застал Дебоша на берегу великой реки Фармазонки. Над водным простором с
криками летали альбатросы. Жгучее солнце медленно всплывало из вод.
Глория лежала на песке. Дебош вглядывался в ее лицо и плакал навзрыд, пугая
прибрежных аллигаторов. Шло время. Глория не просыпалась.
И тогда граф начал молиться. Он молился все исступленнее, и вдруг свершилось
чудо: с небес слетел ангел. Ангел был железным и имел на носу мерзопакостные
очки. Крылья его были перепачканы мазутом. Однако ослепший от слез Дебош не
разглядел подделки.
- Возрадуйся, графе! - прогундосило чучело. - Не умерла девица, но спит.
Осмотрев Глорию, мерзавец заметил Дебошу:
- Отыди, не стой под рукой яко бревно. Вид твой зело плачевный и здорового
повергнет во гроб, усопшаго же в оном к воскрешению не подвигнет.
Дебош забрался в бурелом и принялся класть поклоны. Вскоре над ним прошуршали
крылья: ангел барражировал над чащей.
- Механизм проверен, готов к работе! - отрапортовал небесный посланник, глумливо
отдал графу честь и свечой взмыл ввысь.
Граф кинулся на берег. Глория изумленно хлопала глазами:
- Ах, как долго я спала!
Через минуту уста возлюбленных слились в едином страстном поцелуе.
Долгим был путь в родные края. Лишь любовь скрашивала тяготы плавания на плоту
по великой Фармазонке. В Ведрополисе их ждал сюрприз - живой и невредимый Серж
О'Коннор.
- Сержик! Ура! Мы вместе полетим в Вавилон! - обрадовался Дебош.
Но Серж не разделял его восторгов.
- Заххерс исчез. Вернусь в Халдей-сити, отдохну малость, а потом снова придется
лететь сюда. Я посажу этого негодяя на всю его оставшуюся жизнь! Мы с Франсуаз
одолеем злодея!
В одно прекрасное утро они сошли по трапу самолета в вавилонском аэропорту. Их
никто не встречал.
Погода была сырая, водитель такси - угрюм, но Дебош ничего не замечал. Он
чувствовал необыкновенную радость и нежно шептал Глории:
- Ух и заживем же мы с тобой!
- Ух, заживем! Ух, заживем! - тараторила Глория, хихикала и вертела безмозглой
головой.
"...А вокруг благодати
И блаженства шумели.
Ах, зачем механизмы
Надо мной пролетели?" - надрывалось радио: Саймон Прайт исполнял новый хит.
Такси промчалось под аркой Валтасара. В пелене дождя вспыхнули и погасли роковые
письмена.
КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
МЛАДЕНЦЕВ О КАМЕНЬ
"Дочь Вавилона, опустошительница! Блажен, кто воздаст тебе за то, что ты сделала
с нами! Блажен, кто возьмет и разобьет младенцев твоих о камень!"
Псалом 136-й.
ЯВЛЕНИЕ ПРОМОКАШКИНА
Джимми Брэди ликовал: на этот раз ему удастся обставить негодяев из клана
Аль-Гаруни. О предстоящей операции не знал никто, кроме Лино Труффино и самого
Брэди.
...Желтый туман стлался по узким улочкам Старого Города. Фонари светлячками
мерцали в клубящейся тьме. Несколько бронеавтомобилей появляются на улице. Скрип
тормозов, глухой топот. Оставив автомобили в проходных дворах, бандиты залегли и
рассредоточились.
- Через несколько минут они будут здесь! - прохрипел Лино по рации.
Мафиози споро таскали бревна, выворачивали булыжник из мостовой. Баррикада росла
на глазах.
В конце улицы показался кортеж. Финансовый воротила, мультимиллионер Эд Дримлинг
возвращался домой из ночного клуба. Перед его бронированным кадиллаком ехали
несколько машин с телохранителями. Передняя машина уперлась в баррикаду.
- Эй, убирайтесь с дороги! - заорал дюжий телохранитель.
Баррикада ответила дружным залпом.
Телохранители, покинув машины, залегли и начали отстреливаться. Из боковых
переулков выскочили две танкетки и отрезали Дримлинга от колонны. Магнат
оказался в окружении.
Из танкеток вылезли гангстеры и двинулись к кадиллаку. Вслед за дулом базуки в
окошко просунулась ужасная рожа Сида. Сид мрачно повел глазами по салону - два
телохранителя, сидевшие рядом с магнатом, как по команде подняли руки.
Дримлинг был потрясен:
- Мерзавцы! Иуды! Я уволю вас за нарушение трудового контракта! По судам
затаскаю!..
- Вылазь, - прервал его Сид. - Приехали!
Едва Дримлинг ступил на мостовую, ему на голову накинули мешок. Несколько умелых
манипуляций с веревкой - и аккуратный сверток с Дримлингом лег на асфальт. Его
засунули в танкетку между ящиками с боезапасом.
Взревели моторы. Улица опустела. Лишь дымились на обочине несколько автомобилей
охраны.
Через полчаса прибыла полиция. Для расследования злодейства самолично прибыл
комиссар Джефф О'Брайен. Кряхтя, он вылез из машины, привычно пригнулся -
свистнула пуля одинокого снайпера, - и окинул взглядом место насилия. В том, что
здесь имело место именно насилие, он не сомневался: проницательность комиссара
давно уже была притчей во языцех.
- Преступников, надеюсь, уже взяли? - осведомился он у помощника, явно на это не
надеясь.
О'Нийли скорбно покачал головой.
- Олухи! - проворчал Джефф и взглянул в дальний конец улицы. Оттуда, перешагивая
через трупы и хрустя битым стеклом, продвигался жизнерадостный очкастый турист в
огромных ботинках фабрики "Скороход" и с фотоаппаратом "Смена-5" на шее. Джефф
вгляделся и хмыкнул:
- Либровский турист! Взять!
Два полицейских подбежали к иностранцу и заломили руки за спину.
- А?.. Почему?.. Зачем?.. - турист возмущенно сверкал очками. - Как вы посмели??
Я либровский турист! Я гражданин УФХЦЧ Алексей Промокашкин! Это политическая
провокация! Я требую либровского посла!
Его затолкали в полицейский автомобиль.
- Рука Дремля! - кратко объяснил Джефф набежавшим репортерам. Представители
продажных средств массовой информации споро застрочили в блокнотах: "Ужасное
злодеяние на Ассурбанипал-стрит! Главарь преступников схвачен! Полиция снова
отстояла демократию!"
- Вот это работа! Вот это да! - О'Нийли, восторженно потирая руки, бегал по
кабинету Джеффа, не в силах сдержать радостного возбуждения.
- У меня глаз наметан, я их всех насквозь вижу, - задумчиво пояснил комиссар,
приспуская галстук.
- Шеф, вы - гений! - выкрикнул О'Нийли, успокоился и убежал в пытошный подвал
полицейского управления, чтобы немедленно приступить к допросу мнимого туриста.
Оставшись в одиночестве, Джефф хмыкнул. Его помощник -подхалим. Но он
проницателен. Чертовски проницателен!
- Итак! - Джефф сел, вынул блокнот, известный всему преступному Вавилону, и
поднял палец, выпачканный чернилами. - Что у нас есть? Во-первых, главарь. Весь
вопрос в том, чей след тут припутался. Мафия?.. А что, если в этом непростом
деле замешан сам Джимми Брэди - профессор преступного мира?..
Великий сыщик встал и крупно прошелся по кабинету. Волнующие перспективы
открывались перед его внутренним взором. Крестный отец - и Промокашкин... "Да!
Теперь я вплотную займусь преступной осью мафия-Дремль!"
Джефф считал себя крупнейшим в Вавилоне специалистом по заговорам. Но чины и
награды постоянно обходили его, уплывая к другим. "Происки завистников! - думал
Джефф. - Ну, ничего! теперь я всех вас приобщу к преступному миру! Они все -
агенты Дремля!"
Комиссар достал из кармана самопишущий агрегат (кроме авторучки, в агрегат были
вмонтированы мини-пистолет, фотокамера и радиотелефон). Агрегат заскрыпел по
бумаге, брызгая во все стороны несмываемыми чернилами.
Прокашлялся переговорник, в кабинете зазвучал унылый голос О'Нийли:
- Что делать, босс? Промокашкин запирается!
- А ты сказал ему, что запираться бесполезно? Сказал? А он?.. Странно. Да,
интеллектом его не проймешь. Мы имеем дело с фанатиком!
Промокашкин открыл глаза. Перед ним торчал мрачный тип.
- Слушай, парень. Ты ответишь нам на несколько вопросов...
- Не отвечу! Я иностранный турист! Я гражданин Либровского Либра! Как вы
посме...
- Бобби, давай ток.
Электрическое кресло затряслось под Промокашкиным.
...Промокашкин открыл глаза.
- Парень, отпираться бесполезно, и тебе придется ответить нам..,
- Я член профсоюза! Я приехал по профсоюзной путевке! Я секретарь цеховой
профячейки! Как вы посме...
- Бобби, ток.
...Промокашкин открывает глаза. Блуждающий взор члена профсоюза наталкивается на
несгибаемый взгляд О'Нийли.
- Будешь говорить, парень?
- Да! Буду! "Не расстанусь с комсомолом, буду вечно моло..."
- Боб, ток!
Но тут произошло непредвиденное. С криком "Ты комсомолец?? Да!! Давай не
расставаться никогда!!" Промокашкин вскочил, ударом ноги в огромном ботинке сбил
с ног О'Нийли. Бросившийся наперерез Боб получил подножку и растянулся во весь
рост на цементном полу. С креслом на спине Промокашкин ломанулся к дверям. Удар
креслом! Железная створка соскочила с петель. Промокашкин понесся по коридорам.
С гиканьем и свистом дюжие ребята мчались за ним. Вой сирены, хлопанье дверей,
крики преследователей и хохот Промокашкина сливались в один мощный гул.
- Стой, негодяй! Сто-ой!
На бегу преследователи приставляли к животам автоматы и палили очередями по
беглецу. Увы! Все пули застревали в кресле - гордости пытошного отдела.
На крутом повороте Промокашкин поскользнулся, не удержался и вылетел в окно
вместе с алюминиевой рамой на плечах. Стоявший внизу автомобиль с открытым
верхом спас патриота. Машина рванулась с места: Промокашкин торопился скрыться в
узких улочках старинного квартала, примыкавшего к полицейскому управлению.
О'Нийли рвал волосы на голове: "Упустил! Шеф голову снимет!.."
Полицейские вертолеты стрекотали над городом. Промокашкина нигде не было видно.
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПРОМОКАШКИНА
"Надо добраться до посольства... Там - наши. Там помогут... Но как туда
добраться?" - Промокашкин с тоской выглянул в пыльное, затянутое паутиной
оконце. Он сидел на чердаке доходного дома. Дом сотрясался от грохота: в подвале
была дискотека. Скрипели балки. Удары бас-барабана вспугивали стайки летучих
мышей.
За окном кипела чужая жизнь. "Да-а... Вот он, мир капитала. Эх, ведь
предупреждали же меня в облсовпрофе! Лучше бы поехал в дружественную Фингалию.
Кумысом бы полечился...". Желудок сотрясла голодная конвульсия.
"Надо бы связаться с местными профсоюзами, - подумал Промокашкин и тут же
вспомнил: - Нет! Они тут продажные!.. А рабочее движение? Должны же быть
забастовки, демонстрации... Я знаю. Я видел. Нам показывали... Придется ждать
обострения классовой борьбы!". Промокашкин уставился в окно, твердо решив
дождаться, когда мимо проследует антимилитаристская демонстрация местных
трудящихся.
В этот день демонстрация так и не проследовала. "Наверное, звереет реакция!" -
решил Промокашкин, снова ложась спать на голодный желудок.
Глубокой ночью в саду старого дюка Уинсборо послышался знакомый скрежет лопаты.
Старый дюк распахнул окно.
- Кыш, говорят! Прочь из моего сада!..
Он выпалил из ружья. Шум стих, потом лопата заскрежетала с удвоенной силой. Дюк
Уинсборо всплакнул и с треском захлопнул окно.
Гектор Блейк отложил лопату и достал из ямы пудовую рацию. Щелкнул тумблером,
приник к наушникам.
- А? Наш турист потерялся?.. Есть разыскать! Есть, вырвать из лап!.. Только маме
привет передайте, ага?
Гектор Блейк отключил рацию, опустил
...Закладка в соц.сетях
