Жанр: Юмор
Рассказы
Вадим РУМЯНЦЕВ
Рассказы
УТРО В АЛЬКВАЛОНДЕ
ВЗХОБББИТ ИЛИ ПУТЬ В НИКУДА
Вадим РУМЯНЦЕВ
УТРО В АЛЬКВАЛОНДЕ
Я стоял на палубе белого корабля, неторопливо поворачивающего на
север, и смотрел на медленно удаляющиеся светильники гавани Альквалонде,
тусклое мерцание которых противостояло кромешной тьме, готовой опуститься
на мир. Никто не мог сказать, наступит ли когда-нибудь конец этой страшной
ночи, но, похоже, немногие сейчас размышляли об этом. Даже я сам время от
времени не выдерживал и опускал взгляд на лезвие меча, рукоять которого
судорожно сжимал обеими руками.
На моем мече темнела эльфийская кровь.
Я слышал возбужденные голоса своих спутников, и у всех на устах было
одно слово, повторяемое то с плохо сдерживаемым гневом, то с фанатичной
преданностью, но никогда - с простым эльфийским теплом. Это было имя
Куруфинве, законного властителя Нольдора, принца Феанора.
Мое имя.
Я в сотый раз спрашивал себя, не мог ли я поступить по-другому, не
мог ли избежать кощунственного убийства эльфов эльфами, и в сотый раз
убеждался - не мог. Моя Эпоха подходила к концу, но знал об этом лишь я
один. И потому моим уделом было совершать поступки, вызывающие лишь гнев и
отвращение окружающих, но складывающиеся в тонкую ниточку, удерживающую
мир от гибели.
Валар должны были уйти из Арда, но никто не догадывался об этом, и
сами они - менее других, потому что Изначальный открыл эту часть Своих
замыслов мне одному, позволив прочесть судьбу Эа в холодном сиянии
величественной многолучевой Звезды. Принесенная Клятва обязывала меня
отдать все силы борьбе с одним из Валар, самым могущественным, но судьба
остальных также была решена. И только от меня зависело, продолжит ли мир
свое существование без Аинур, его сотворивших, или погибнет, когда вечная
Тьма погасит Огонь Илюватара. Создав Вселенную, Эру дал начало обратному
отсчету, и каждая Эпоха могла стать Последней.
Я знал, что мне не суждено увидеть новую Эпоху, но Огонь, вложенный в
меня Илюватаром, побуждал меня сделать все, чтобы она наступила, вопреки
самонадеянным фразам чванливых Валар и восхваляющим застывшее прошлое
безвольным песням эльфов Валинора. Мой народ вернется в Средиземье,
Великий Враг падет, а мир выйдет из потрясших его событий светлым и
помолодевшим.
И в Альквалонде снова наступит Утро.
Вадим РУМЯНЦЕВ
ВЗХОБББИТ ИЛИ ПУТЬ В НИКУДА
Посвящается каждому,
кто узнает себя
в одном из героев.
1. НЕЖДАННЫЕ ГОСТИ
Жил-был в норе под землей хоббит. Не в какой-то там мерзкой грязной
сырой норе, где со всех сторон торчат хвосты червей и противно пахнет
плесенью, но и не в сухой песчаной голой норе, где не на что сесть и
нечего съесть. Нет, нора была хоббичья, а значит, еще хуже.
Она начиналась идеально круглым иллюминатором, который хоббит
выкрасил в зеленый цвет (а точнее - в цвет хаки) и использовал как дверь.
Иногда иллюминатор с грохотом падал внутрь, и тогда открывался проход в
длинный коридор, похожий на железнодорожный туннель, правда, без гари и
дыма, но зато с пятнами мазута на полу и с разбросанными в беспорядке
вдоль стен шпалами; всюду были прибиты крючочки для гостей, которых хоббит
очень любил (правда, нельзя сказать, чтобы гости отвечали ему
взаимностью). Туннель вился все дальше и дальше, но никто из немногих
родственников хоббита, отправившихся его исследовать, обратно не вернулся,
и куда он (туннель) уходил - не знал никто. Временами хоббит жалел об
исследователях, с тоской глядя на пустые крючочки, которые предназначались
для них. Хоббит не признавал восхождений по лестницам, поэтому все комнаты
располагались на одном этаже: спальни, ванные, погреба, кладовые (целая
куча кладовых), сокровищницы, карцеры, камеры пыток, тюремные камеры,
застенки, КПЗ и даже залы суда - все это находилось поблизости друг от
друга, чтобы, в случае чего, идти было недалеко. Лучшие камеры, то есть
комнаты, находились по левую руку, и только в них имелись окна - глубокие
круглые окошечки, через которые зимой в нору влетал снег, а весной, в
оттепель, выливалась талая вода. Так происходила уборка норы.
Наш хоббит был весьма состоятельным взломщиком по фамилии Бэггинс
(фамилию он унаследовал от предков-карманников). Бэггинсы проживали в
окрестностях Холма с незапамятных времен и считались привычной напастью, с
которой надо было мириться. Бэггинсы не позволяли себе ничего
неожиданного: они занимались рэкетом два раза в месяц, и что скажет
Бэггинс, если попытаться не отдавать деньги, можно было угадать, не
спрашивая. Но мы вам расскажем историю о том, как одного из Бэггинсов
втянули-таки в мокрое дело. Может быть, он и окончательно потерял совесть,
но зато приобрел... впрочем, увидите сами, приобрел он что-нибудь в
конце-концов или нет (не забудьте о серебряных ложечках!).
Матушка нашего хоббита... кстати, что такое хоббит? Пожалуй, стоит
рассказать о них поподробнее. Так вот, в старые добрые времена на Земле
было до хрена всякой нечисти - привидения, зомби, драконы, маги, мыслящая
плесень и еще куча всего. Все они были мутантами и впоследствии вымерли, а
кто оставался в живых - тех докончили люди - просто, чтоб не мучились. Ну
вот, и хоббиты тоже тогда были. Хоббиты - это уродливые толстые карлики,
иногда с курчавыми волосами на голове, но чаще - совсем лысые, зато на
ногах - отвратительная черная шерсть растет у них всегда. Стричь эту
шерсть они не умеют, поэтому ходят всегда босиком. Шерсть цепляется за
различные предметы и вырывается клочьями, иногда даже вместе с блохами. У
хоббитов три основных занятия - еда, сон и воровство, которое они
уважительно называют "бизнесом". Хоббиты - такие искусные воры, что
изредка их нанимают другие жители Средиземья - ограбить банк или сорвать
крупный куш в притоне. Но бывает это редко, никому не охота связываться с
хоббитами, еще и сам в дураках останешься.
Но случилось так, что в одно прекрасное утро, когда Бильбо Бэггинс
сидел в иллюминаторе и курил травку, мимо проходил Гэндальф. Гэндальф!
Если вы слыхали хотя бы четверть того, что слыхал про него я, а я вообще
ничего про него не слыхал, то уже поймете, что вряд ли нашелся бы хотя бы
один полицейский в Средиземье, с радостью не пустивший бы ему пулю в лоб.
Но Гэндальф, благодаря врожденной способности превращаться в вешалку,
вошедшей в легенды, ловко скрывался от полиции.
Между нашими героями произошел такой разговор:
- Good morning! I had no idea you were still in business! -
Пробормотал Бильбо.
- Еге ж! - Ответил Гэндальф. - Я Гандальф, а Гандальф - це я!
Подумати лишень, - дожився, що син Беладонни Тук вiдбрикується вiд мене
"добрими ранками" так, наче я припхався до нього пiд вiкно гудзики
продавати!
- Come tomorrow! Good bye! - Заключил Бильбо и задраил иллюминатор.
После чего мрачно посмотрел на стену, ткнул пальцем в один из крючочков и
медленно проговорил: "Гэндальф, чай, среда!". Сам с собой он разговаривал
по-русски.
На следующий день Гэндальф напихал в нору Бильбо гномов - существ,
похожих на хоббитов, но чуть менее уродливых и еще более жадных, - и,
когда те, спев свою коронную песню в переводе И. Комаровой, перебили все,
что было в норе, вся шайка решила отправиться браконьерствовать. А также
заниматься пьянством, разбоем, мародерством, кутежами, распутством, черной
магией, выборами в Верховный Совет и любым другим мелким хулиганством,
какое только придет в голову. Они решили покинуть Хоббитанию на следующее
утро. В сердцах мирных хоббитов впервые появилась надежда, и утром Бильбо
был единственным, кто мог еще кое-как держаться на ногах. Компания
двинулась в трактир.
2. БАРАНЬЕ ЖАРКОЕ
К вечеру они покинули трактир. Бильбо любовно поглаживал жилетный
карман, набитый гномьими долговыми расписками. Гномы уныло трусили вперед
на позаимствованных у трактирщика пони, понуро свесив головы.
"И что только им не нравится? - Размышлял Бильбо. - Я оставил этим
сквалыгам целую четырнадцатую часть!". В тот день хоббит был щедр, как
никогда.
Несчастнее остальных выглядел гном Двалин, одежду которого Бильбо
пустил на носовые платки. Двалину приходилось путешествовать в нижнем
белье, под свист и улюлюканье толпы. Гэндальф, который познакомил хоббитов
со Взломщиком, благоразумно скрылся, а против самогО хоббита ни один гном
выступать не решался.
Через некоторое время пошел дождь, и настроение у Бильбо испортилось.
Он с горя съел все продукты и утопил пони Двалина в реке, после чего гному
пришлось бежать за отрядом трусцой. Зато теперь он напоминал спортсмена из
ДСО "Трудовые резервы", и состояние его гардероба менее шокировало
окружающих.
Внезапно Балин, которому Бильбо, испытывавший к нему симпатию,
позволял глядеть по сторонам, увидел в лесу огонь. Гномы с надеждой
посмотрели на Бильбо. У них появился реальный шанс согреться и поесть.
Хоббита это волновало мало, но издеваться над гномами ему уже поднадоело,
а тут можно было поразвлечься с теми, кто разжег огонь. Хоббит плотоядно
облизнул толстые губы.
- Стойте здесь, - приказал он спутникам, - а я пойду и посмотрю, что
там к чему.
Взгляды гномов потухли, а Двалин обреченно застонал, за что и получил
от Бильбо увесистую затрещину. Но ослушаться они, конечно, не посмели.
А Бильбо Бэггинс, продираясь через кустарник, теряя клочья шерсти и
изрыгая смачные проклятия, направился к источнику света. Вот что он
увидел.
На поляне вокруг большого костра сидели три огромных тролля. Поляна
была завалена банками с ветчиной "Made in USA", блоками жевательной
резинки, бутылками "Пепси" и прочей снедью, а тролли вели непринужденную
беседу.
- Послушайте, мистер Берт, - говорил один из них, - какое я нашел
чудесное доказательство своей вчерашней теоремы...
- Ну-ну, Том, это очень интересно!
- Так вот, мы хотим показать, что для любого целого положительного N,
большего двух...
Эта болтовня надоела Бильбо. Он высморкался в один из своих новых
платков, вышел на поляну и направился к мирно что-то чертящему и ничего не
подозревающему Вильяму. Засунув руку в вильямов карман, Взломщик извлек
оттуда пачку бумажных листов.
- Не тронь мои чертежи! - Испуганно закричал Вильям, но было уже
поздно. Увидев, что это всего-навсего какие-то каракули, Бильбо швырнул
бумаги в огонь.
- Но послушайте, молодой человек... - попытался было вступить в
беседу Берт.
Бильбо достал свой кривой зазубренный меч и перерезал Берту горло.
Через минуту та же судьба постигла и двух других троллей. Бильбо вытер меч
об одежду Тома и устроился у костра. Вскоре он уже окончательно пришел в
хорошее настроение, закусывал, пил принесенный с собой во фляге самогон и
орал непристойные хоббитские песни.
Но тут из-за деревьев появился Двалин, а за ним и остальные гномы.
Хоббит испустил разъяренный вопль и кинулся на подельщиков. После
непродолжительной драки оглушенные гномы с натянутыми на головы мешками
валялись вповалку у костра, а Бильбо пил самогон и рассматривал свой зуб,
выбитый Торином. Он размышлял, как бы поизощреннее прикончить гномов,
чтобы другим неповадно было, когда что-то тяжелое упало ему на голову, и
он отключился. Это вернулся Гэндальф.
Гэндальф побросал бесчувственных гномов и хоббита на телегу, сам
залез туда же, взял вожжи, и, напевая "Гей, гей, казачок!", направил сей
экипаж к Последнему Домашнему Приюту.
Пони побрели за ним. Они чувствовали в Гэндальфе родственную душу.
3. ПЕРЕДЫШКА
Когда Бильбо проснулся, он почувствовал, что крепко связан, валяется
на дне телеги, придавленный сверху Бифуром, Бофуром и спящим Бомбуром, а
телега едет неведомо куда. Из кустов раздавались противные эльфийские
голоса, распевающие всякие гадости на украинском языке:
Сон липне до вiч!
Поїхать - дурниця,
То краще лишиться
I слухати, й чути,
Щоб гарно заснути,
цю пiсню -
ха-ха!
Наконец, телега остановилась, Гэндальф сбросил Взломщика на землю,
приставил к его горлу меч и торжественно проговорил:
- Ах ты, фраер дерьмовый! Корешков моих замочить вздумал? Да я ж
тебя, падло, так уделаю, что мать твоя дохлая поганая не узнает! Да ты ж у
меня всю житуху свою собачью на лекарства работать будешь! Да я...
Гэндальф еще некоторое время пораспространялся про Беладонну Тук,
матушку нашего хоббита, затем острием меча разрезал веревки и напоследок
пнул Бильбо в лицо своим черным армейским ботинком 48-го размера. Бильбо
промолчал, но обиду решил запомнить.
Через некоторое время вся компания была на ногах, и они направились к
Элронду. Хотя Гэндальф и был рядом, гномы старались держаться от м-ра
Бэггинса подальше; в рассудительности им отказать было нельзя.
Пьяный раздолбай валялся на полу в прихожей. Гэндальф некоторое время
молча смотрел на него, а затем вдруг со всего размаху врезал Владыке
Раздола по голове посохом. Раздался металлический звон, и Элронд открыл
глаза. Некоторое время ушло у него на анализ ситуации, но, как только этот
вычислительный процесс был завершен, Элронд вскочил, вытянул руки по швам
и стал сбивчиво бормотать что-то вроде: "Студент Элронд Полуэльф по Вашему
приказанию прибыл".
Гэндальф небрежным жестом вытащил какую-то карту из потайного кармана
Торина и протянул ее Элронду со словами:
- Ну? Чего молчишь, свинья?!
Раздолбай осторожно взял карту, внимательно осмотрел водяные знаки и
промолвил:
- Так я и знал! Это - лунные буквы. Их выдумал скотина-Феанор, чтобы
читать можно было только раз в год, и то при ясной луне... А уж тучи-то
нагонять он умел... Так он постоянно издевался над всеми. У-у, зараза! Был
бы он жив, с каким удовольствием его сбежалось бы бить все Средиземье, ну,
кроме, может быть, Темных сил, с которыми он, как известно, был кореш в
натуре!!!
- Это точно, - Поддержал Гэндальф, шмыгнув носом. - Я, конечно, фанат
до всяких там Палантиров, Силь... ну, то есть других разных фенечек, но
Феанора, собаку, сдал бы на руки Мандосу без всякого зазрения совести... А
кстати, что там написано?
Этот вопрос явно поставил Элронда в тупик. Некоторое время он
беззвучно шевелил губами, читая по складам. Затем сказал:
- Ну, короче, придете к Одинокой Горе, там все и увидите. А лунные
буквы - это просто отметка о copyright'е. Феанор, говорят, был большим
фанатом до авторского права. Ведь в Мордоре почему небесного Сильмариля не
видно? К ним как раз штамп предприятия-изготовителя повернут. Я, каждый
раз, как бываю в Барад-Дуре, все этот камешек разглядеть пытаюсь. Да хоть
бы хны!
- Да-а... - Ностальгически протянул Гэндальф. - Бывало, сидишь в
Черной Башне, весело, песни поешь: "Аш назг...".
- Но-но, полегче! - Перебил его Элронд. - Еще не хватало, чтобы ты у
меня дома на черном наречии песни пел! Я, как-никак, эльф, да еще и в
Белом Совете!
- Ладно-ладно, - Примирительно произнес маг. - Уж и детство вспомнить
нельзя! Я, может, в Мордоре уже недели две, как не был... Меня, может,
тоска заедает... А-а, пропади оно все пропадом! Ну, чего стоите, вперед! -
Заорал он на гномов и хоббита. - Думали, я вас на пикник приглашаю?!
Фигушки, вы у меня еще увидите небо в алмазах! - И с этими словами он стал
пинками ног выгонять на улицу упирающихся спутников. Вскоре отряд уже
понуро бежал к Туманным Горам, а Гэндальф ехал сзади на белой лошади и
плевал в отстающих струями огня из посоха. Приключения продолжались.
4. ЧЕРЕЗ ГОРУ И ПОД ГОРОЙ
Не прошло и двух дней, как гномы и хоббит, подгоняемые
садистом-Гэндальфом, добрались до Мглистых Гор. Как водится, они попали
под дождик и спрятались в уютной пещере со светящейся зеленой рунической
надписью "ВЫХОД" над входом. Ночью все гномы заснули, Бильбо притворился
спящим, а Гэндальф улетел в Барад-Дур на мордорском военном вертолете. И
тут...
В задней стене пещеры открылась трещина, превратилась в широкий
проход, и оттуда посыпались гоблины. Это были ужасные толкинутые гоблины
Мглистых Гор, страшные сказки о которых рассказывались по всему
Средиземью. На голове у каждого был хайратник, руки, ноги и шея увешаны
разнообразными фенечками, а на боку висел жуткого вида двуручник -
деревянный либо алюминиевый. И самое ужасное - в отличие от всех остальных
народов Средиземья, разговаривавших по-русски (изредка по-английски и
по-украински), гоблины употребляли страшный, отвратительно звучащий язык,
который почему-то называли вестроном. Короче говоря, не прошло и трех
минут, как спящие гномы и притворяющийся спящим хоббит были связаны, взяты
в плен и с веселой песней "Ах, И ЭТО - наше Средиземье!" доставлены к
Верховному Гоблину.
Пещера Верховного Гоблина представляла собою зрелище скорее
поучительное, нежели отталкивающее. Примерно половина присутствующих
занималась плетением хитроумных бисерных фенечек, примерно другая половина
- оживленной работой на персоналках. Время от времени раздавались вскрики:
"Отойди от света, ты не полиэтиленовый!" и "Ах ты, черт, не коннектится,
зараза!".
Пинками ног гномов и хоббита уложили ниц перед Верховным Гоблином (на
боку Верховного Гоблина красовался длинный стеклотекстолитовый меч). По
ходу дела охранник небрежным жестом вытащил карту из потайного кармана
Торина и передал Верховному. Верховный внимательно осмотрел водяные знаки
и изрек:
- Так я и знал. Это - лунные буквы. Их выдумал скотина-Феанор, чтобы
читать можно было только раз в год, и то при ясной луне... А уж тучи-то
нагонять он умел... Так он постоянно издевался над всеми. У-у, зараза! Был
бы он жив, с каким удовольствием его сбежалось бы бить все Средиземье, ну,
кроме, может быть, Светлых сил, с которыми он, как известно, был кореш в
натуре!!!
Бильбо показалось, что нечто похожее он уже где-то слышал, но где
именно - припомнить не смог. А Верховный Гоблин продолжал:
- Но, впрочем, это все - фигня. Я знаю, что вы таскали с собой эту
бумажку ненарочно, - Он достал зажигалку, поджег карту и дождался, пока
она полностью сгорит. Затем выкинул золу в стоящую неподалеку пустую
сахарницу. - И вообще, мы теперь с Мордором почитай что и не общаемся, -
Он с неудовольствием взглянул на сахарницу с золой. "Точно, нет коннекта",
- подтвердил кто-то сзади.
- А поймали мы вас, - продолжал Верховный, - не корысти ради, а токмо
чтобы приобщить к достижениям мировой культуры. - Он роздал каждому из
пленников по экземпляру ниенниной "Черной Хроники". - Вот, читайте на
здоровье! А кто не будет читать внимательно, - обратился он к охраннику, -
тех бросить в яму со Змейсами и Пиявсами...
- Слышь, Верховный! - Раздался голос сзади. - Тут какой-то Глюк
звонил, новый прикол закачал, "Бесконечная дорога" называется. Говорит,
круто.
- Ну, и "Дорогу" тоже прочтете, - Решил Верховный Гоблин. После чего
взял гитару и принялся фальшиво напевать:
По волнам, по волнам к Западным пределам
Путь ляжет нам вперед по гребням белым...
Да, в такую жуткую переделку Торин и К° попадали впервые. Слушать
пение Верховного Гоблина с пищанием модема на заднем плане, да еще при
этом внимательно что-то читать, стараясь не думать о встрече со Змейсами и
Пиявсами - это мог бы выдержать только истинный толкинист. Наши герои к
таковым не относились. Они приготовились к мучительной смерти...
В это время в помещение вошел Гэндальф. Он невозмутимо направился к
Верховному Гоблину, энергично пресек попытки охраны его остановить и
заявил:
- Меняю вот этих отщепенцев на крутую игруху "The Lord of the Rings
]I[". С руководством.
- Но... - Попытался было вставить свое начальственное слово
Верховный.
- Никаких "но", - Проговорил голос сзади. - Мои ребята хакнули вторую
серию уже две недели назад, им что-то делать надо. А то опять вирусы
писать начнем. И никакой Лозинский не поможет, мы ведь в Средиземье...
Эта угроза мгновенно подействовала. Верховный собственноручно
развязал пленников и трясущимися руками перехватил на лету брошенную
Гэндальфом пачку дискет. "А руководство?" - заныл было он. Гэндальф бросил
ему брошюрку с витиеватой надписью "Властители Колец" на обложке, и вся
команда покинула помещение. Верховный Гоблин покраснел, побледнел, издал
какой-то нечленораздельный звук и упал на пол. Он был мертв.
5. ЗАГАДКИ В ТЕМНОТЕ
Пока Торин и К° пробирались по темным туннелям, Бильбо размышлял
следующим образом: "Карты у Торина больше нет. Пути наружу гномы не знают,
мерзкий хвастун Гэндальф - тем более. В дороге от гномов одни
неприятности, а болван-волшебник - тот просто враг. Да еще я сдуру
пообещал этим недотепам четырнадцатую часть... Пожалуй, лучше будет
бросить их здесь, а самому добраться до Одинокой Горы, убить дракона и
забрать все сокровища себе. Тем более, что идти уже недалеко осталось".
Бильбо не сомневался, что сможет в одиночку справиться с драконом -
ведь он, как-никак, был хоббитом. Выбраться же из-под Мглистых Гор ему
тоже не составляло особого труда: лабиринт гоблинских туннелей был не
более чем детскими забавами в песочнице по сравнению с ужасной норой Под
Холмом. Итак, Взломщик незаметно отстал от бывших компаньонов и свернул в
первый попавшийся боковой туннель. Он был голоден, а потому быстро
добрался до ближайшей населенной пещеры, перебил всех находившихся там
гоблинов и плотно пообедал захваченными припасами. Он считал себя
существом цивилизованным, и потому мяса гоблинов не ел.
Наевшись и выспавшись, Бильбо пошел дальше. Вскоре он услышал
шлепанье мокрых босых ног по каменному полу. В хоббите проснулось
профессиональное любопытство, и он побежал на звук.
Он добежал до подземного озера, где его взгляду открылось сидящее на
берегу убогое забитое существо - нечто среднее между выпускником 8 класса,
студентом во время сессии и оператором СМ-4. Это был Горлум.
Бильбо был сыт и находился в благодушном настроении, а потому не стал
сразу же убивать Горлума, решив послушать сначала его невнятное
бормотание; благо, Горлум его еще не заметил.
- Да, моя прелесть, - Шипел Горлум. - Горлум! Вот как теперь они
называют нас... А ведь тогда, давно, на Самом дальнем западе, они все
валялись у нас в ноженьках, и просили Их, и требовали, и умоляли...
Да-ссс... Но мы не отдали Их мерс-ским пискунишкам, правда, моя прелесть?
Мы спрятали Их в высокой баш-шне... И тогда пришел он, ненавис-стный,
черный, и убил вс-сех, и Их забрал... Да-ссс, с ним одним мы бы еще
справилис-сь, но они были вдвоем... вдвоем с-с-с этим пиявс-сом... пившим
кровушку наш-шего мира... А те, пискунишки, не сделали ничего, да-ссс,
ничего, моя прелес-сть. Они только размахивали с-своими мерс-скими,
мерс-скими ручками и кричали на нас-с. А потом, когда мы попыталис-сь все
исправить, на нас ополчились вс-се... И Они с-сгинули навеки. Навс-сегда,
моя прелес-сть, навс-сегда...
Бильбо всегда относил себя к представителям скорее интеллигенции,
нежели пролетариата, а потому соображал быстро.
- Так ты и есть Феанор? - Спросил он громко.
Горлум вздрогнул, но быстро пришел в себя и прошипел: - Так-с-с...
С-с-с-с... Они знают, как нас-с звали раньш-ше, моя прелес-сть. Они знают
наш-ше проклятое нольдорс-ское имя... Ну что ш-ш-ш, а мы знаем, как зовут
их-х-х. Бильбо Бэггинс-с, с-с-собственной перс-соной. Ну ш-што ш-ш-ш...
Тогда пус-сть возьмет, пус-с-скай возьмет от нас-с на память подарочек.
Вот это маленькое блес-стящ-щее золотое колечко...
И Горлум протянул Бильбо Кольцо. Бильбо, нимало не задумываясь,
схватил его и осторожно положил в карман.
- Ха! - Заявил он. - Да ты, Феанор, видно, не такая уж мерзкая и
бедная тварюга! Ну, спасибо за подарочек, я тобой доволен. Придет время,
может, и сочтемся, - Добавил он фальшиво.
- Пус-сть они не благодарят нас-с, не надо, - Отозвался Горлум. -
Колечко им поможет, да-ссс, оно даст им невидимость. А благодарнос-стей не
надо... Кто знает, да, кто знает, не пожалеет ли он о своем
с-с-спасибочке... Ведь он ещ-ще не видит, да-ссс, _ч_т_о_ это колечко с
ним с-сделает. Да и с племянничком его... Плохо, да, плохо будет
племянничку Фродуш-шке... Но зато кое-ш-што навеки с-сгинет, с-сгинет в
огненной пропас-сти, хоть огонь там и совсем ненастоящ-щи й... Да, как
прощ-щитаютс-ся эти выс-скочки-майяриш-шки! - Горлум противно зашипел и
засмеялся.
Бильбо его последних слов не понял, да и не хотел понимать. Зато он
прекрасно осознал, что Кольцо дает невидимость, да и вообще - вещичка не
из последних. Находясь в самом своем радостном настроении, он пробежал
последнюю пару туннелей, быстренько перебил охрану и оказался на свободе.
6. ИЗ ОГНЯ ДА В ПОЛЫМЯ
Выбравшись из гоблинских туннелей, м-р Бэггинс бодро зашагал на
восток. Ему было немного неприятно покидать уютные подземные казематы,
чем-то напоминающие его собственную нору, и выбират
...Поділитися у соцмережах
