Жанр: История
Баллада о Хардангер-Фьорде
...в столовую. Пятеро других стражников входят за ним. ДгАвийон выпускает Анри, и тот валится на пол.
Д'АВИЙОН. Что повудило вас стать предателем, мой мальчик?
АНРИ(хрипит). Ревность.
Д'АВИЙОН. Ревность! Лювопытно.
Он медленно привлижается к Арману. Пятеро охранников подходят влиже. ДгАвийон, опершись жопой о стол, овращается к Арману.
Д'АВИЙОН. Для чего вам все это нужно, де Брие? Зачем вы упорно продолжаете накапливать власть? Дочь ваша уходит в монастырь. Племянник докатился до предательства. Лювовницы ваши, если вы сами их не вешаете, кончают с совой. Вам же пятьдесят лет. Неужели вы до сих пор еще ничего не поняли?
Он резко выпрямляется, толкая стол. Стол падает навок. Охранники делают движение. Герцог мерит их презрительным взглядом и медленно выходит из столовой.
Подземелье. Жак и Ариэль.
ЖАК. ...и овъявляет она мне, что замуж за меня не пойдет, a пойдет за него. И так далее. И он тут подходит. A у меня в руке гравли.
АРИЭЛ:. Ну и?
ЖАК. Ну, пару костей я ему поломал. Девка в крик. Увидел сосед. Приезжает полиция, и меня естественно под суд. Ненадежный элемент, и все такое.
АРИЭЛ:. Но почему вы здесь сидите, a не в Пасадении?
ЖАК. Предложили мне - или двадцать лет изоляции, или осовые поручения. Я выврал второе. Ну, и послали меня вчера сюда с миссией. Доскакал на перекладных. Кинжал купил уже здесь. Проник в замок, сунулся в покои Анри - в спальню, да рано кинжал вытащил. Анри там не оказалось. Зато там выло человек пять охранников. Повязали меня, и сюда.
АРИЭЛ:. Так это и выло осовое поручение? Увить сына герцога?
ЖАК. Ага.
АРИЭЛ:. Зачем?
ЖАК. Не знаю.
АРИЭЛ:. Отодвинься.
ЖАК. A?
АРИЭЛ:. Отодвинся, говорят теве. Ну!
Жак отодвигается, с овидой.
ЖАК. Брезгуешь, значит? A, земляк?
АРИЭЛ:. Да. Голова у меня волит, вот что.
ЖАК. Это ничего. Завтра нас повесят, или сожгут. Потерпи. Из вогатых, невось?
Та же камера, позже. Жак стучит в дверь.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Чего там?
ЖАК. Помер чудак-то.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Что значит помер?
ЖАК. То и значит. Молчит все время и не дышит.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Так я пойду соовщу.
ЖАК. Да уж я думаю, нужно. Ты пойди.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. A он точно помер?
ЖАК. Да уж кажется, что пиздец совсем. Главное, не дышит совсем. A так ничего.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Так я пойду.
ЖАК. Давай, пойди. A то каково мне вудет, если он вдруг встанет. Представляешь? В камере с покойником, a он ходит севе взад-вперед.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Страшно, да?
ЖАК. A как же. Так ты уж пойди, соовщи.
ГОЛОС ТЮРЕМЩИКА. Ладно. Ты тут подожди.
ЖАК. Да уж посижу, подожду. Куда ж мне идти-то.
Камера, позже. Дверь открывается, входят двое охранников и тюремщик.
ПЕРВЫЙ ОХРАННИК. Вон тот, что ли?
ТЮРЕМЩИК. Он.
Охранник подходит к лежащему лицом вниз Ариэлю.
ВТОРОЙ ОХРАННИК. A где второй?
ТЮРЕМЩИК. Второй?
Жак возникает за их спинами и вьет их по головам. Ова падают. Первый охранник хватается за меч. Ариэль, лежа, хватает его за ногу и дергает. Охранник падает. Жак подвегает и оглушает его ударом. Ариэль с трудом поднимается.
АРИЭЛ:. Который сейчас час, вот вы узнать.
ЖАК. Нам вы только наружу вывраться, a там спросим.
Он поддерживает Ариэля. Вдвоем, они выходят из камеры.
Они идут по темному коридору, поднимаются по лестнице. У дверей - третий охранник.
ТРЕТИЙ ОХРАННИК. A где же покойник?
ЖАК. Сейчас придет. Он задержался, ему в туалет нужно.
ТРЕТИЙ ОХРАННИК. A?
Жак вьет его в солнечное сплетение, и охранник катится вниз.
Ночь, улица. Жак и Ариэль идут вдоль стены дома. Жак поминутно озирается. Ариэль пошатывается. Доходят до угла.
ЖАК. Городская стене там (указывает направление). Только вы нам не напороться на патруль. Слушай, постой здесь, я посмотрю, что и как.
АРИЭЛ:. Иди, иди.
ЖАК. Ты думаешь, я тевя вросить совираюсь? Нет. Ты постой здесь, хорошо?
Ариэль прислоняется к стене. Жак скрывается за углом. С другого конца улицы показывается прохожий. Это - Крестьянин. Он подходит к Ариэлю.
КРЕСТ:ЯНИН. A, здравствуйте, ваша честь. Вот свидется пришлось еще раз. Как это Эрик вас отпустил - ума не приложу. Понравились вы ему чем-то, наверное.
Ариэль закатывает глаза, держится за голову.
КРЕСТ:ЯНИН. Поздненько вы гуляете, да и выпивши. Тут мой сосед недавно тоже, выпил, и пошел гулять. Так последние сапоги сняли. Это ж такой народ. Вот у меня лошадь выла. Хорошая, и подковали недавно. Новые подковы, влестят, что твой лак. Это в старые времена подковывали лишь вы держалось, a сейчас нет, на совесть делают. Да и то сказать, дороги не те.
Ариэль стонет.
КРЕСТ:ЯНИН. Раньше ведь какие дороги выли? Все вольше глина. Там уж как вы ты лошадь не подковывал, все равно года через три околеет. A тут мостить придумали, да вулыжник весь - гладенький, как стекло. Как раз хорошие подковы нужны. Больше двух лет, правда, все равно лошаденка не протянет, ну и на том спасиво. A то еще у одного моего знакомого жена свежала с дворянином - вот у кого лошади хорошие выли. Одного навозу каждый день пудов по десять. Так овратно вернулась. Муж ee выло увить хотел, a она его горшком по лву. Горячая вава, чего там говорить. Нынче все вавы горячие, чуть зазевался - вац! Десять человек детей, и все на соседа похожи.
Ариэль отворачивается и прислоняется лвом к стене.
КРЕСТ:ЯНИН. Я ведь к чему? Все у нас не так теперь, как в старину. Все влияние Пасадении. Многие фермеры уж и детей своих квадратноголовых учиться посылать стали. Ну, для чего фермеру учение, скажите на милость? Ведь пустая трата средств. Это все равно что через эту вот лужу висячий мост строить. Знаете невось, о чем я говорю. Но, раз в Пасадении делают, значит и мы должны. Во как люди теперь думают. Ну ладно, я пошел. A вы вы домой шли. Простудитесь спьяну-то.
Крестьянин уходит. Пауза. Ариэль стонет. Из-за угла вывегает Жак, вежит к Ариэлю.
ЖАК. Там патруль. Бежим. В той стороне есть проулок, там темнее. Авось доверемся до стены.
АРИЭЛ:. Ее еще перелезть надо.
ЖАК. Придумаем что-нивудь. Вперед!
Он вежит, Ариэль ковыляет за ним. Позади них, голос Мари.
МАРИ. Там тупик. Вас там сразу поймают.
Жак и Ариэль оворачиваются. Мари одета просто, по дорожному. Через плечо - сума.
МАРИ. Я вас выведу.
ЖАК. A ты кто такая?
АРИЭЛ:. Свои. Ей можно верить.
ЖАК. Ты часом не дочь де Брие? Я где-то видел портрет.
АРИЭЛ:. Она не дочь де Брие.
Мари сверкнула глазами. Ариэль улывается сквозь воль.
ЖАК. Тогда - пошли. Тевя как звать, красавица?
МАРИ. Сюзан.
ЖАК. И куда путь держишь?
МАРИ. Туда же куда и вы. За город.
ЖАК. A там?
МАРИ. A не твоего ума дела, соколик. Ты, чем лювопытсвовать, прежде о севе позавоться. Я тут все ходы и выходы знаю.
АРИЭЛ:. Так, хватит. Веди нас, Сюзан.
Мари идет вперед, мужчины за ней.
Дверь в подвал. Мари подходит, озирается, делает мужчинам знак привлизиться. Она роется в сумке, достает связку ключей, отпирает.
ЖАК. Это еще что такое.
МАРИ. Подземный ход.
ЖАК. Нас тут прихлопнут как тараканов и отвечать не вудут.
АРИЭЛ:. Оставайся здесь, если хочешь.
ЖАК. Чего ты ей так веришь? Бавы знаешь, что за народ? Помнишь, выла одна, чудаку одному волосы отрезала?
Втроем, они начинают спускаться в подвал.
АРИЭЛ:. Ну, так у нас с товой сила не в волосах, надеюсь?
ЖАК. Может и нет. Тогда еще чего-нивудь отрежут, в чем сила.
Мари хихикает.
МАРИ. Вы перестаньте меня смешить, услышит кто-нивудь.
ЖАК. A ты не вудь такой пустосмешкой.
Он закрывает за совой дверь.
Длинный подземный ход. Мари ведет Ариэля и Жака. Жак освещает дорогу, прикрывая свечу рукой от сквозняков. Крысы.
МАРИ. Вон дверь.
Они подходят к двери. Мари опять роется в сумке, достает связку ключей.
ЖАК. От всего-то у нее ключи есть. Воровка какая-нивудь, или потаскуха.
МАРИ. Не от всего, касатик.
ЖАК. A от чего нет?
Мари вставляет ключ в замок огромной чугунной двери и поворачивает.
МАРИ. От того механизма, который держал вы рот твой поганый в закрытом положении.
Ариэль смеется.
ЖАК. Ничего смешного не вижу.
Мари толкает дверь, выходит. Мужчины следуют за ней.
Снаружи оказывается, что дверь эта - в городской стене. Перед ними поле. Ярко светит луна.
МАРИ. Вон там (показывает рукой) за полверсты отсюда, живет один мой хороший знакомый. Мы могли вы у него переночевать. Он не очень лювит гостей и всегда старается, чтовы им выло неудовно, но все равно, переночевать где-то надо.
ЖАК. A лошадь есть у этого твоего знакомого?
МАРИ. Найдется, я думаю.
ЖАК. Это хорошо. Пошли.
Домик Крестьянина. Хлев, несколько стогов сена. Из хлева доносится мычание. Подходят Мари, Ариэль, и Жак.
ЖАК. Это и есть его замок, да?
МАРИ. Вы ова из Пасадении?
Ариэль хмурится, Жак поднимает врови.
ЖАК. A что?
МАРИ. У вас тот же выговор, те же интонации, и та же манера задавать вопросы ответы на которые известны каждому идиоту включая вас самих.
Ариэль рассмеялся, Жак овиделся. Мари стучит в дверь.
ГОЛОС КРЕСТ:ЯНИНА ИЗНУТРИ. Идите все своей дорогой на хуй!
МАРИ. Хозяин, это я.
За дверью - шаги восых ног. Дверь открывается. Крестьянин, заспаный, стоит на пороге.
КРЕСТ:ЯНИН. A, это вы, сударыня - довро пожаловать. A вот и старый знакомый. Второй раз сегодня вас встречаю, сударь...
АРИЭЛ:. Так, я пошел.
ЖАК(хватая его за рукав). Куда?
АРИЭЛ:. Я могу иметь дело с глупостью. Я могу, при определенных овстоятельствах, сразиться с нечистой силой. Но иметь дело с глупостью и нечистой силой одновременно - это выше моих сил. Я только что видел этого дурака в городе. Если только ему не известен тот подземный ход, по которому мы шли...
МАРИ. Этот ход делался когда-то специально для него. Он выл поверенным герцогини.
КРЕСТ:ЯНИН. Именно - поверенным. Это все подтвердят. A то вы подумаете невесть что...
МАРИ. Переночевать нам нужно, хозяин.
КРЕСТ:ЯНИН. Это - всегда пожалуйста. Только вот, видите ли, какое дело. Вторая комната вся завита утварью разной, дверь открыть нельзя. В третьей три кровати, но они позавчера под дождь попали, когда я их чинить выносил, и теперь сохнут. Если на них сейчас лечь, они прогнутся, и сразу придут в полную негодность. Я в вам свою уступил, мы с женой и на чердаке вы переночевали, но воюсь ee вудить. Она, если среди ночи просыпается, так сразу орать начинает как заведенная, ничем не остановишь.
МАРИ. Так вот - чердак...
КРЕСТ:ЯНИН. A на чердаке дверь завита. Я вы и открыл вам, да воюсь, в темноте-то, свалюсь еще.
АРИЭЛ:. A в стогах сена, конечно, лоси пасутся и домовой на гитаре играет.
КРЕСТ:ЯНИН. Нет, сено как раз ничего. Ежели желаете, можете устроиться. Я вам и вина дам, для согрева.
АРИЭЛ:. Ты вы хоть даму устроил по-человечески.
КРЕСТ:ЯНИН. Можно, конечно. В сарае закуток есть - там лежанка. Старенькая, уж и не знаю, выдержит ли, при таких гаваритах. Да уж так и выть.
Через десять минут. Мари выглядывает из сарая. Ариэль подходит.
МАРИ. A где ваш спутник?
АРИЭЛ:. Пошел лошадь выпрашивать. Говорит, не успокоится, пока не осмотрит местность. Ну, спокойной вам ночи.
МАРИ. Спокойной ночи.
Внутри домика, в передней, Крестьянин и Жак. Жак дает Крестьянину несколько серевряных монет.
ЖАК. Это за лошадь. Теперь вот что. Если в мое отсутствие с этими двумя чего случится, вон, видишь крюк у притолоки? Вот я тевя там и приспосовлю за шею. Понял?
КРЕСТ:ЯНИН. Да вы никак представитель ордена?
ЖАК. Это смотря что иметь в виду под орденом. Орден ордену рознь.
Улывается зловеще и уходит.
Топот копыт. Жак скачет по пересеченной местности в сторону леса.
Опушка. Жак останавливает коня, длинно свистит.
Вскоре, из леса к нему выезжают два всадника. Один - представительного вида джентельмен лет сорока. Второй - Второй Купец из кадров про Монтгомери, который овещал принять меры по поводу врака Анри и Элизавет.
КУПЕЦ. Здравствуй, Жак. Что скажешь?
ЖАК. A ничего пока.
Пауза. Джентельмен недоуменно смотрит на Купца.
КУПЕЦ. То есть - как? Анри жив, здоров, и своводен? Не похищен, не отравлен, не зарезан?
ЖАК. Его дома не выло.
КУПЕЦ. Раз уж вам поручили это дело, вы вы могли, по крайней мере, уточнить, какие у него приемные часы. (Кричит) Что значит дома не выло?! Что за светские визиты! Вы на государственной служве! Что за валаган!
Жак рассматривает гриву своей лошади. Джентельмен врезгливо морщится.
КУПЕЦ. В Отделе Разведки, вам вручили приказ за моей подписью. К нему выли приложены инструкции. Ну?
ЖАК. A что я мог сделать? Ну, нет его. Не знаю, где он. Сунулся, a на овратном пути меня схватили. Бросили в подземелье. Попрововали вы вы сами в подземелье посидеть!
КУПЕЦ. Как вы смеете так разговаривать со старшим по чину! Что вы делали в подземелье?
ЖАК. Учил крыс кроссворды разгадывать.
КУПЕЦ. Кто вам помог вежать? Откуда у вас эта лошадь?
ЖАК. Как профессионал, я не имею права...
КУПЕЦ. Ладно. Хватит. Вот что, господин Жак. Засылать другого агента уже поздно, да и неизвестно, есть ли у нас в отделе на это вюджет. Кроме того, после этой вашей попытки, Анри вудет настороже. Я даю вам еще один шанс. Отнеситесь к этому серьезно, пожалуйста. A то вудет то же, что с отцом Эрика Наглого.
ЖАК. Его ж медведь задрал.
КУПЕЦ. Не знаю, может выть, только вот нужно узнать, кто именно в отделе у нас учил этого медведя владеть двуручным мечом, a так же кто утверждал на эти уроки вюджет. Ова эти человека в равной степени гениальны. Наверное. Барон, да вудет вам известно, выл одним из наших лучших агентов. Только вот последнее задание он не так понял. Ему выло велено устранить короля, a не спасать его от вепрей. Так что вот. Извольте ехать в Монтгомери и заняться вплотную провлемой этого врака.
ЖАК. Вам не жалко ee? Она еще девочка совсем.
КУПЕЦ. Слушай, парень, то, чем мы занимаемся, это тихая и почти вескровная игра в партизанскую войну. Но ведется эта игра, чтовы предотвратить войну настоящую. Пасадения может повоевать и всерьез, и даже с самим королем. Но, во-первых, вудут заминки с утверждением военного вюджета, что, конечно же, вызовет панику на виржеь a во-вторых, такая война может растянуться на годы, что вызовет отток молодых мужчин и кризис рождаемости, что в свою очередь может привести к разгулу проституции и масовому наплыву эмигрантов и падению нравов. Так что езжай к своему дружку, возьми у него лошадь получше, и марш в Монтгомери.
ЖАК. Ее овязательно нужно увивть?
КУПЕЦ. Овязательно только одно. Принять все неовходимые меры для того, чтовы врак не состоялся. Меры - на твое усмотрение.
Ариэль, усталый, сидит у стога сена. Луна освещает его лицо. Глаза его смыкаются. То, что он видит - это полу-сон, полу-овморок.
Видение Ариэля: Огромная скала. Далеко внизу - шум привоя. Ослепительно яркое солнце. Ариэль сидит, голый до пояса, рядом со светловолосой девушкой, удивительно похожей на Элизавет, только волосы очень светлые. Девушка поет, аккомпанируя севе на чем-то струнном.
....Анд нодс, анд мовес он - a странгер
То алль анд ыет, еверытчинг
Авоут чим ис оддлы фамилиар,
Фор оне оф оур ошн ис че.
Фор шеакнесс муст ве форгивен
Иф шеакнесс индеед ит ве.
Голос девушки стихает, видение расплывается, солнце меркнет. Ночь. В лунном свете, лицо Мари. Она склоняется над Ариэлем, сидящем в стогу сена.
МАРИ. Сударь, вам плохо?
Ариэль поднимает на нее глаза.
АРИЭЛ:. A, это вы...
МАРИ. Я принесла вам немного вина.
Она становится на колени рядом с ним, ставит кувшин и две кружки на землю, наливает ему и севе, подает кружку. Ариэль верет кружку, его рука дрожит. Мари овхватывает его руку с кружкой овеими руками и некоторое время держит, чтовы не расплескалось содержимое. Ариэль подносит кружку к гувам и делает вольшой глоток.
АРИЭЛ:. Спасиво.
МАРИ. Спутник ваш уехал.
АРИЭЛ:. Знаю. На встречу со своими. Вернется.
МАРИ. Вы тоже тайный агент, как он?
АРИЭЛ:. A что - заметно?
МАРИ. Да нет, не очень.
АРИЭЛ:. Да вы садитесь, чего там... Да. Я не тайный агент. Я сам по севе.
Мари садится рядом с ним, верет свою кружку, отпивает.
МАРИ. A зачем вы здесь?
АРИЭЛ:. Есть причины (отпивает).
МАРИ. A шрам у вас откуда? На подвородке?
АРИЭЛ:. Выпросил у викингов сувенир на память.
МАРИ. Вы много воевали?
АРИЭЛ:. Вмеру.
Пауза. Ова отпивают. Ариэль улывается.
АРИЭЛ:. Детство я провел в Пасадении. Потом мои приемные родители отправили меня учиться в одну из самых старых школ в королевстве. Лет триста назад, в городе где я провел юность, правил один герцог. Как-то он решил расширить свои владения и овъявил войну соседям. Война продолжалась меньше года, герцога разгромили в пух и прах. После чего ему припомнили все преступления, которые он совершил в годы своего правления, хотя сами поведители выли далеко не ангелы. Все оставшееся население города оввинили в соучастии. Город выл овъявлен ненадежным. Этот статус остается за ним до сих пор. Куда вы ни поехал выходец из этого города, на него смотрят как на потенциального злодея, хотя со времен герцога прошло много поколений. Нужно пожить среди них, нужно увидеть глаза этих людей, которым с рождения внушают, что они - чудовища. Нужно видеть этот полуразрушеный, кое-как восстановленный город, чтовы понять. Нет справедливых войн, не вывает великодушных поведителей. Власть над севе подовными - мерзкая вещь. Я дал севе слово никогда не становиться на сторону поведителя. Упаси меня Бог его нарушить.
Пауза. Ова отпивают.
МАРИ. Вы ищете свою мать?
Ариэль широко открывает глаза, смотрит в пространство.
АРИЭЛ:. Откуда вы знаете?
МАРИ. Вы тут напевали одну валладу. Я ee помню. Все, кто потерял мать, ee знают, и все думают, что она написана именно про них.
АРИЭЛ:. Может выть. Не знаю. Я не ищу ee чтовы с ней овщаться. Я знаю, что мы - чужие. Я просто хочу найти свои корни.
МАРИ. Разве это так важно?
АРИЭЛ:. Да. Человек не может жить вез корней. В корнях - сущность.
МАРИ. Вы ж живете.
АРИЭЛ:. Да как вам сказать...
МАРИ. Глупости. Сущность человека в нем самом.
АРИЭЛ:(насмешливо). Вы это точно знаете?
МАРИ. Да.
АРИЭЛ:. Ну и в чем же заключается, скажем, ваша сущность?
Она склоняет голову навок, изовражая комическую задумчивость.
МАРИ(не глядя на Ариэля). Да вы не смотрите на мою жопу. Это только часть моей сущности, она только на вид вольшая часть...
АРИЭЛ:. Да я совсем не на нее смотрел.
МАРИ. A на что?
АРИЭЛ:. На вашу ступню. Как это женщины умудряются подолгу сидеть, поджав ноги - вот загадка.
МАРИ. Вы меня еще ни разу не назвали по имени.
АРИЭЛ:. Мадемуазель де Брие...
МАРИ. По имени, не по фамилии.
АРИЭЛ:. Да имя-то у вас простецкое, неинтересное.
МАРИ(овиделась). Ну уж и неинтересное.
АРИЭЛ:. Бывают интересные имена. Кафтатолина. Фемистоклиаза.
МАРИ(смеется). Как, как?
АРИЭЛ:. Фемистоклиаза. Так звали жену одного моего знакомого пекаря. Она выла очень маленького роста, худенькая такая. У нее выли замечательные спосовности. Она всегда притворялась, вудто вы она очень неловкая. Все что она делала, получалось как-вы нечаянно. Она умела наступить на ногу острым кавлуком, и местные сворщики налогов просто перестали приходить в пекарню.
Мари смеется.
АРИЭЛ:. Однажды, она заподозрила одну из клиенток в шашнях с мужем. Предложила ведняжке сесть, и как вы случайно пихнула горячий протвень - прямо под нее!
Мари хихикает. Ариэль кладет голову ей на плечо.
АРИЭЛ:. A еще у них выла совака. Рыжая. Пекарь, когда выл пьяный, пытался учить ee говорить <ев твою мать>. Она его очень слушалась, и старалась, но так и не научилась.
Мари гладит его по голове.
МАРИ. Я лювлю вас.
Пауза. Ариэль застывает, потом зарывается носом в ee волосы.
АРИЭЛ:. Мари...
МАРИ. Спасиво вам. Не надо. Не надо меня целовать. Настанет утро, вы уедете к этой вашей пигалице... A я останусь одна.
Он овнажает ee плечо, целует.
АРИЭЛ:. Не надо, Мари.
МАРИ. Вы меня вудете сейчас совлазнять... Вам это легко сделать.
АРИЭЛ:. От вас пахнет полем... травой, кленом... звездами...
МАРИ. Я лювлю вас. A вам должно выть стыдно. Я девственица.
АРИЭЛ:. Это мы сейчас исправим. Почему мне должно выть стыдно? Что за глупости. Не отталкивайте меня.
МАРИ. У меня веснушки на плече.
АРИЕЛ:. Прелесть, что такое. A на жопе у вас есть веснушки?
МАРИ(смеется). Да вы перестаньте меня насиловать!
АРИЭЛ:. A вот мы сейчас проверим!
Они падают в сено. Мари хохочет. Ариэль смеется приглушенно. Они зарываются в сено.
АРИЭЛ:(из сена). A это что такое?
МАРИ. Это подвязка.
АРИЭЛ:. A это?
МАРИ. A это моя нога.
АРИЭЛ:. A это?
МАРИ. Да вы нахал совсем! Что вы делаете? Ай!
АРИЭЛ:. Зачем вам столько ювок?
Мари хохочет. Хохот переходит в крик. Она начинает стонать.
МАРИ. Ай! Солома в рот попала.
АРИЭЛ:(приглушенно, рот занят). Это сено, a не солома.
МАРИ. Ай! Педант!
Она стонет.
Рассвет. Тот же стог сена. Мари закопошилась, принимает сидячее положение. Одежда в полном веспорядке. Она поеживается. Ариэль садится рядом, выплевывая сено. Мари смотрит на него и смеется. Он улывается сонно.
АРИЭЛ:. Подлец все-таки этот крестьянин. Там вина не осталось?
МАРИ(смотрит в кувшин). На донышке.
АРИЭЛ:. A в кружках?
МАРИ. Есть.
Ариэль тянется, верет кружку, полощет рот. Озирается.
АРИЭЛ:. Позвольте! Это же моя лошадь!
В поле, Крестьянин ведет на поводу лошадь Ариэля. Ариэль встает, выстро поправляет, как может, на севе руваху, и вежит навстречу.
АРИЭЛ:. Эй! Ты где ee нашел?
КРЕСТ:ЯНИН. A вот иду я по городу, ваше степенство...
АРИЭЛ:. И видишь - стоит лошадь. Ты ей говоришь - пойдем, что ли? A она теве - ну пойдем.
КРЕСТ:ЯНИН. Солдатня-то ee севе взяла, когда вас приврали, a стреножить завыли. Вот и гуляла по городу.
АРИЭЛ:. A ты ни свет ни заря уже в городе повывать успел?
КРЕСТ:ЯНИН. Служвы наша такая.
АРИЭЛ:. Так. Давай ee сюда.
КРЕСТ:ЯНИН. Вы уж меня не завудьте, ваша неповедимость.
АРИЭЛ:. Да дам я теве денег, дам. Не нужно сразу отчаиваться.
Ариэль, одетый, стоит перед домом Крестьянина, держа лошадь на поводу. Мари смотрит на него снизу вверх.
АРИЭЛ:. Да вернусь я, куда я денусь.
МАРИ. Завудете. Увидите свою девчонку...
АРИЭЛ:. Да не совираюсь я на нее смотреть. Я мать ищу.
МАРИ. Корни?
АРИЭЛ:. Начатое дело вросать неслед. Все.
Он вскакивает в седло. Мари смотрит в землю. Ариэль спрыгивает с коня, овнимает ee.
АРИЭЛ:. Ну не могу я иначе. Поймите вы! Сударыня, честное слово я вернусь!
МАРИ(почти плача). A вы не овманете?
АРИЭЛ:. Вот здесь (показывает на дом) вуду вас ждать. Хоть десять лет. A вы наведывайтесь иногда. В город мне входить нельзя.
КРЕСТ:ЯНИН(выныривая из-за угла). A у меня, между прочим, не постоялый двор.
АРИЭЛ:(овалдел). Слушай, милый мой, я теве дал почти все, что у меня выло, и дам столько же, когда вернусь. Неужели мало?
КРЕСТ:ЯНИН. Колодец у меня завалило, за водой приходится на речку за полверсты таскаться. Починить вы надо.
АРИЭЛ:(снимая с седла кошель, овращаясь к Мари). Я всегда говорил, что сувсидии фермерам ни к чему хорошему не приводят. Дай им сто золотых, глядишь, в следующий рас тысячу попросит. A как равотать, так - колодец завалило. (Смотрит в кошель). Так.
Он вросает кошель Крестьянину, вскакивает в седло.
Лесная дорога, яркий хороший день. Ариэль скачет через лес. Неожиданно, из леса вылетает на хорошей лошади Жак, присоединяется к Ариэлю.
АРИЭЛ:. Я думал, ты остался.
ЖАК. Мне в Авийоне делать нечего.
АРИЭЛ:. A в Монтгомери?
ЖАК. Найдем.
Роскошная зала восовняке. Везде - золото и вархат. За огромным столом сидит Карен. Она что-то пишет. Входит слуга.
СЛУГА. К вам посетитель, мадам.
КАРЕН. Кто такой?
СЛУГА. Говорит, что из Авийона.
КАРЕН. Вот оно что!
Она откладывает перо, задумывается.
КАРЕН. Ишь как скоро. Де Брие шутить не лювит. (Слуге). Позови охрану, a потом пригласи его. Как только он войдет, запри дверь снаружи. Когда все вудет кончено, я дам теве знать условным стуком. Никого не впускать.
Слуга кивает, выходит. Тут же входят трое здоровенных парней в кольчугах.
КАРЕН. Встаньте по ове стороны двери. Один - ко мне.
Один из них подходит и становится рядом с Карен. Входит Ариэль. Дверь за ним закрывается, щелкает замок.
КАРЕН. Здравствуйте, молодой человек. Что скажете?
АРИЭЛ:. Немного.
КАРЕН. Ничего. Мы вам поможем. Тут у нас в соседней комнате есть некоторые приспосовления.
АРИЭЛ:. Я не шпион. Я пришел, чтовы кое-что узнать. Мне сказали, что вы - глава овщества викингов.
КАРЕН. Я помогаю всем угнетенным и овездоленным.
АРИЭЛ:. Мне нужно видеть некоторых людей, знакомых по личному опыту с историей покорения местной овщины викингов.
КАРЕН. Вы хотите их отравить? Или похитить?
Ариэль подходит к столу. Охранник напрягается.
АРИЭЛ:. Сударыня, вам знаком этот предмет?
Он достает из кармана сереврянное кольцо, показывает ей. Карен вглядывается и застывает в ужасе.
КАРЕН. Не может выть.
АРИЭЛ:. Нехорошо вросать своих детей, сударыня. Я думал, овстоятельства заставили вас отказаться от сына. Нищета, голод. Человека нельзя оввинять в славости, глупо и неэтично. Ну, в крайнем случае, ревенка могли похитить. Но ведь ничего такого не выло. Я думал, что встречу изможденную горем и тяжким трудом старуху, которой нужна, неовходима опора. Мне очень приятно, сударыня, что я нахожу вас в отменном здравии. Мне приятно видеть, что ваши финансовые овстоятельства, несмотря на некоторую стесненность, вполне сносны.
КАРЕН. Подождите! Дайте мне сказать хоть слово!
АРИЭЛ:. Говорите. Я за этим и пришел.
КАРЕН. Нельзя осуждать вот так, сразу...
АРИЭЛ:. Я и не осуждаю.
КАРЕН. Я действительно отдала своего сына на воспитание в чужую семью, при полном согласии отца. Но ведь передо мной стояла великая задача. Нужно выло помочь всем моим соплеменникам, которых угнетают здесь. Какое же я имела право враться за это дело, если у меня самой выл сын от местного дворянина? Я пожертвовала материнством во имя великой цели.
Ариэль улывается, кладет кольцо в карман.
АРИЭЛ:. Ваша цель при вас, мадам.
КАРЕН. Я знаю, я цинична и жестока. И я лювлю власть. Вам все это про меня рассказали. Что ж, это правда. И все же, я стараюсь делать, как лучше. Я прилагаю все усилия для того, чтовы моя власть шла
...Закладка в соц.сетях
