Жанр: История
Великие тайны прошлого
...ись населения 1991 года
показала, что их численность выросла до 238 575 человек.
Последний поход
Лейхгардт не отказался от мечты пересечь Австралию и, несмотря на
печальный провал второй экспедиции, уже в начале 1848 года собрал новый
отряд. 4 апреля он написал последнее письмо - с овцеводческой фермы в 400
километрах к западу от Брисбена, - прежде чем с четырьмя белыми и двумя
аборигенами, 50 быками, 20 мулами и 7 лошадьми отправиться на северозапад.
Прошло два с половиной года, а об экспедиции Лейхгардта не было никаких
известий. Однако это не вызывало особого беспокойства у его друзей и тех, кто
его финансировал, они понимали, какое грандиозное предприятие он затеял. Но
в конце 1850 года на ферме Сурат, расположенной менее чем в 80 километрах
от того места, где стартовала экспедиция, появился абориген, который принес
тревожные новости. Как он слышал от другого аборигена, несколько белых и
двое темнокожих мужчин были убиты западнее реки Мараноа - как раз там,
где должны были проходить Лейхгардт и его спутники. Напав среди ночи,
туземцы уничтожили весь отряд, перебили животных и скрылись.
Деревья, помеченные буквой "L"
В Порт-Эссингтон был послан корабль, на случай, что там может появиться
Лейхгардт, если он пошел по следам своей первой, успешной экспедиции, но в
тех местах его не видели. Джон Макдауэлл Стюарт, проводивший поиски на
северо-западе, сообщил, что в районе, где, насколько известно, никогда не
бывали европейцы, обнаружены таинственные следы. Следы, как сказал
Стюарт, "были оставлены длинной и узкой стопой с высоким подъемом и
крупным большим пальцем... и скорее напоминали отпечаток ноги белого
человека, чем аборигена". В конце концов, после того как поселенец по имени
Гидеон Лэнг подтвердил сообщение об убийстве на реке Мараноа,
правительство выделило средства на поиски, но из-за засухи они были начаты
только в 1852 году.
Человек, назначенный руководителем поискового отряда, был смыт за борт и
утонул по пути из Сиднея в Брисбен, и группу возглавил Ховенден Хили,
участник второй экспедиции Лейхгардта. Он был уверен, что вблизи реки
Мараноа убили именно Лейхгардта и его людей, и сосредоточил поиски в этом
районе. Жившие там аборигены повторили уже известную историю, но
добавили, что виноваты во всем два аборигена из отряда Лейхгардта, которые
приставали к местным женщинам.
В середине июня 1852 года, перенеся поиски к реке Уоррего, Хили обнаружил
следы стоянки и дерево, на стволе которого была вырезана буква "L", а над
ней - "XVA". Могла ли эта буква означать "Лейхгардт", а "XVA" - 15 апреля,
дату, наступившую всего через 11 дней после того, как экспедицию видели в
последний раз? Неподалеку нашли еще два дерева, помеченные таким же
образом. Хили прекратил поиски и вернулся с докладом, что члены пропавшей
экспедиции, несомненно, были убиты аборигенами.
Белый дикарь
До конца десятилетия еще дважды предпринимались поиски, а в апреле 1861
года поступило сообщение - от того самого Стюарта, который за десять лет до
этого нашел следы, - о заброшенной хижине у горы Стерт на крайнем северозападе
Нового Южного Уэльса, больше похожей на постройку белого человека,
чем аборигена. Обнаружили новые деревья с буквой "L". Позднее, в 1871 году,
после упорных слухов о "белом дикаре", живущем среди аборигенов на западе
Квинсленда, офицер полиции Дж. М. Гилмор возглавил еще один поисковый
поход в глубь страны. Он вернулся с шестью парами мужских брюк.
Обрывками шерстяных одеял, мешком, сделанным из человеческих волос -
прямых, а значит, принадлежавших белым людям, и костями, которые, как
выяснилось, тоже принадлежали европейцам. Безусловно, все это были следы
какой-то экспедиции, но какой именно? Лейхгардт был не единственным
путешественником, без вести пропавшим в те годы.
В 1938 году, через 90 лет после исчезновения Лейхгардта, была предпринята
очередная - девятая - попытка найти его следы. Поводом для нее послужили
сообщения о костях, найденных на краю пустыни Симпсон. Кости, как
оказалось, принадлежали аборигенам, но там же нашли две английские монеты,
отчеканенные до того, как Лейхгардт покинул Англию. Могли ли это быть его
монеты?
Смерть на реке Диамантина?
Проведя скрупулезное расследование, взвесив все имевшиеся факты, Гордон
Коннелл в 1980 году опубликовал свои выводы о судьбе Людвига Лейхгардта.
По его мнению, Лейхгардт достиг Арнемленда, но затем повернул на юг,
возможно, чтобы тем же путем вернуться в Квинсленд. У одного из источников
недалеко от того места, где река Диамантина пересекает границу Южной
Австралии, он и его люди попали в засаду и были убиты. Там были
обнаружены останки европейцев. Он мог также погибнуть и во время бурного
разлива Диамантины и Купер-Крик.
Если заключения Коннелла верны, то это значит, что Лейхгардт преодолел
около 4800 километров - рекордное расстояние для того времени. Судя по
всему, трагедия настигла его всего в 800 километрах от начального пункта. И
знания о природе районов, расположенных в глубине Австралии, принес не он,
а многочисленные экспедиции, посланные на его поиски.
Конец любовной истории
Летней ночью в 1694 году красивый молодой офицер отправился к своей
возлюбленной, кронпринцессе Ганноверской, которая была несчастлива в
браке. С этого свидания ему не суждено было вернуться.
В воскресенье около десяти часов вечера Филипп Кристоф, граф Кенигсмарк
вышел из своего дома в Ганновере на севере Германии и под покровом
темноты поспешил к стоявшему на берегу реки Лейне замку. Утром он
получил записку с приглашением попозже ночью навестить юную супругу
кронпринца Ганноверского Софию Доротею. Письмо было написано
незнакомым почерком, однако Филипп с радостью согласился пойти на тайное
свидание со своей возлюбленной, потому что уже много недель им не
удавалось побыть наедине. Возможно, он подумал и о том, что это был особый
день: ровно четыре года назад они впервые обменялись любовными
посланиями.
София Доротея не писала записку и никому не диктовала ее, поэтому
неожиданное появление возлюбленного удивило ее, но и обрадовало. Может
быть, у них и возникло подозрение, что это письмо - ловушка, но счастье снова
быть вместе оказалось сильнее осторожности, необходимой, когда идешь на
столь опасную встречу. В любом случае, должно быть, решили они, скоро игра
в прятки для них кончится. Уже на заре Софию Доротею будет ждать карета.
Наконец-то кончится притворство, в котором она жила, выйдя замуж без любви
за своего двоюродного брата Георга Людвига, и она навсегда покинет дворец,
так и не ставший ей домом. Завтра она начнет новую жизнь - с Филиппом.
Прежде чем расстаться, любовники обговорили последние детали тщательно
спланированного побега; теперь им оставалось лишь считать часы до рассвета.
Но напрасно София Доротея ждала Филиппа на следующее утро. Он так и не
появился и не прислал записку с объяснением того, что помешало их планам.
Филипп исчез, и больше его никто никогда не видел. В отчаянии, страшась
худшего, София Доротея обратилась к одному из членов придворного тайного
совета, умоляя его раскрыть тайну исчезновения Филиппа. "Меня бросает в
дрожь от одной мысли, что граф Кенигсмарк мог попасть в руки этой
женщины..." Какой женщины так боялась София Доротея и почему? И что же
на самом деле случилось с Филиппом после того, как он оставил покои
кронпринцессы? Чтобы разгадать эту загадку, необходимо заглянуть в
предысторию несчастного замужества Софии Доротеи, на фоне которого
разворачивались события любовного романа с роковым концом.
Брак как ход в политической игре
Браки по расчету между соперничающими династиями были обычным делом в
Германии, разделенной на мелкие княжества и королевства. Любовь при
заключении подобных союзов не имела никакого значения. Тем не менее редко
когда жених и невеста испытывали друг к другу такую неприязнь, как София
Доротея и Георг Людвиг. Они невзлюбили друг друга еще с детства, но
зародилась эта враждебность в обеих семьях в предыдущем поколении.
Отец невесты, герцог Брауншвейг-Целльский Георг Вильгельм, в свое время
был помолвлен с другой Софией, принцессой из соседнего пфальцгерцогства
Рейнланд. Не желая расставаться с привычной холостяцкой жизнью, Георг
Вильгельм расторг помолвку и отказался от невесты в пользу младшего брата,
Эрнста Августа. А чтобы сделать этот брак более привлекательным для обеих
сторон, он в 1658 году подписал обязательство, по которому обещал, что
никогда не женится и что после его смерти герцогство Брауншвейг-Целле
объединится с унаследованным братом герцогством БрауншвейгЛюнебургским.
Спустя несколько лет после заключения соглашения с младшим братом
убежденный холостяк Георг Вильгельм влюбился во француженку по имени
Элеонора д'0льбрёз. Не желая, чтобы она была всего лишь его любовницей, он
решил аннулировать свое обязательство и вступить с ней в законный брак. Для
этого он обратился в Вену к Леопольду I, который в качестве императора
Священной Римской империи правил непрочным союзом германских
государств. Его прошение было удовлетворено только в 1676 году. Элеонора
стала герцогиней Брауншвейг-Целльской, а их дочь София Доротея, которой к
тому времени исполнилось десять лет, была признана законной и получила
титул кронпринцессы.
В Ганновере, при дворе Эрнста Августа, такое развитие событий вызывало
подозрения. Обещанное воссоединение двух герцогств оказалось под угрозой.
К счастью, братьям удалось найти решение этой проблемы: София Доротея
должна выйти замуж за своего двоюродного брата Георга Людвига, старшего
сына Эрнста Августа.
В политическом смысле такое решение представлялось идеальным, но Софию
Доротею оно совсем не устраивало. Она не привыкла к строгому протоколу, ее
удивляли и беспокоили придворные интриги - иными словами, она неуютно
себя чувствовала в Ганновере. Хуже того, у ее мужа была любовница - как и у
ее свекра. По странному этикету того времени любовница герцога Эрнста
Августа графиня Платен претендовала на более высокий статус при дворе, чем
кронпринцесса. После рождения в 1683 году сына, а через четыре года и
дочери Георг Людвиг окончательно охладел к жене. Поэтому неудивительно,
что София Доротея так быстро поддалась чарам красавца графа Кенигсмарка,
когда он в 1688 году появился при дворе.
Судьба сестры
Исчезновение графа Кенигсмарка изменило судьбу его младшей сестры Марии
Авроры. Несмотря на факты, свидетельствовавшие об обратном, Мария Аврора
была уверена, что после бесследного исчезновения в ночь с 1 на 2 июля 1694
года ее брат остался в живых. Ее непоколебимая вера основывалась на
предсказании астролога, по которому как раз в этом году Филипп должен был
попасть в беду, но выйти из нее целым и невредимым. Пытаясь помочь
поискам брата, она обратилась к курфюрсту Саксонскому Фридриху Августу,
на службу к которому собирался поступить Филипп. Осенью 1694 года она
прибыла ко двору в Дрезден.
В Дрездене уже были наслышаны о красоте и уме Марии Авроры. Среди ее
многочисленных поклонников было и два герцога, одному из которых было
уже 60, а второму - всего 17. Французский философ Вольтер, родившийся в
год, так круто изменивший судьбу брата и сестры Кенигсмарк, писал позднее о
Марии Авроре как о "самой знаменитой женщине двух столетий".
Юный правитель Саксонии не стал исключением. Как многие мужчины, он с
первого взгляда влюбился в Марию Аврору. Она поддалась его страстным
ухаживаниям и в октябре 1696 года родила Фридриху Августу сына. Но лишь в
1711 году курфюрст признал мальчика своим законным ребенком и ему было
позволено называться Германном Морисом, графом Саксонским. В 1720 году
Германн Морис поступил на службу во Франции и со временем получил
высшее воинское звание этой страны.
Любовь к Марсу и Адонису
Филипп Кристоф, граф Кенигсмарк приехал в Ганновер 23-летним молодым
человеком - на год старше Софии Доротеи. Его семья происходила из
Германии, но богатства и власти достигла на службе у шведского короля.
Филиппа вместе со старшим братом Карлом Иоганном в 1680 году послали в
Лондон обучаться искусству танца, верховой езды и фехтования, предполагая,
что по завершении своего образования они посвятят себя более
интеллектуальным занятиям в Оксфорде. Но Филипп наделал карточных
долгов, а Карл Иоганн оказался причастным к смерти одного знатного
человека, с женой которого он флиртовал. Карлу Иоганну удалось покинуть
Англию и избежать наказания, но этот скандал сделал невыносимым и
положение младшего брата. В 1682 году он вернулся в Германию и следующим
летом поступил на службу в армию императора Леопольда I, которая в то
время отвоевывала у турок Венгрию.
Когда в 1688 году его полк был распущен, Филиппу пришлось искать новую
службу, и он отправился в Ганновер, надеясь найти ее там. Он прибыл в город
в разгар празднеств, предшествовавших Великому посту, и на одном из
многочисленных приемов во дворце встретил женщину, которая стала его
судьбой, Софию Доротею. На самом деле они были знакомы еще с детства, но
теперь перед кронпринцессой предстал удалой офицер в расцвете сил. По
описанию современника, Филипп был "замечательно сложен, высок ростом,
красив, с ниспадающими волосами и живым блеском в глазах, одним словом, в
нем гармонично сочетались Марс и Адонис [т.е. бог войны и воплощение
мужской красоты]".
Поначалу София Доротея нашла в графе Кенигемарке внимательного
слушателя и верного друга. При нем она могла дать волю своим чувствам по
отношению к этой интриганке графине Платен, которую она боялась и
ненавидела.
Тут, однако, была одна проблема. Дело в том, что вскоре после появления при
дворе Филипп завязал роман с графиней. Потом он пожалел о своем глупом и
неосторожном поступке, но было слишком поздно, он уже понял, как трудно
ему будет порвать с этой женщиной так, чтобы не навлечь ее гнев на себя и
Софию Доротею. Чтобы вырваться из этой затруднительной ситуации, граф
Кенигсмарк покинул двор и пошел добровольцем в действующую армию.
Вернувшись в Ганновер по окончании своей первой кампании, Филипп
ошибочно решил, что графиня Платен потеряла к нему интерес и что он может
снова, теперь уже без опаски, встречаться с Софией Доротеей.
К весне 1690 года он, должно быть, признался кронпринцессе в любви. За
четыре года - с 1 июля до исчезновения Филиппа - он и София Доротея
написали друг другу более 300 нежных посланий, в которых говорили, как они
любят, как счастливы и как тоскуют друг без друга.
На краю пропасти
Но графиня Платен по-прежнему пылала страстью к Филиппу. По ее приказу за
любовниками была установлена постоянная слежка, и по пропавшим письмам
и сломанным печатям они могли догадаться, что за ними шпионят. К 1693 году
стало очевидным, что их тайна раскрыта. В отчаянной попытке усмирить
графиню Платен Филипп снова начал за ней ухаживать - хотя из его писем
видно, как это было ему неприятно.
Все чаще Филипп и София Доротея говорили о том, что им нужно бежать из
Ганновера, подальше от двора, где их положение стало невыносимым. Но их
планы наталкивались на непреодолимое препятствие - отсутствие денег.
Филипп уже жил не по средствам, а София Доротея лишилась состояния и
личного имущества при вступлении в брак с Георгом Людвигом.
В мае 1694 года Филипп снова покинул Ганновер, на этот раз в надежде
получить генеральский чин в армии Саксонского курфюрста в Дрездене.
Заключенный им контракт позволил ему через месяц вернуться в Ганновер,
значительно улучшив свое будущее финансовое положение. К тому времени
почти весь двор переехал в летний дворец в окрестностях Ганновера, и
отсутствие в городе мужа и свекрови Софии Доротеи должно было облегчить
любовникам побег. Лишь престарелый Эрнст Август и графиня Платен
оставались в ганноверском замке в ту ночь, когда Филипп пришел на свидание
к кронпринцессе, подтвердил, что план их побега остается в силе, нежно
попрощался с ней - и бесследно пропал.
Взлет и падение фаворита
Три поколения спустя в Дании разыгралась трагедия, поразительно похожая на
ганновсрскую историю. То, что можно назвать прологом, произошло в 1766
году, когда 17-летний датский король Кристиан VII женился на Каролине
Матильде, 15-летней сестре английского короля Георга III и правнучке Георга
Людвига и Софии Доротеи.
Главное же действие началось двумя годами позже, когда Кристиан взял на
службу немецкого врача по имени Иоганн Фридрих фон Штруэнзее. Судя по
всему, молодой доктор сумел завоевать не только доверие страдавшего
психическим расстройством короля, но и благосклонность несчастной в браке
королевы. При дворе его неизбежно ждал быстрый взлет. В 1770 году он
назначается государственным министром и наделяется беспрецедентными
полномочиями.
Роман Штруэнзее с королевой ни для кого не был секретом, но король,
казалось, не обращал на него внимания. Тогда мачеха короля Мария Юлиана
вступила в сговор с обиженными монархом дворянами. Скандал, в котором
будут замешаны Кристиан и Каролина Матильда, как она думала, увеличит
шансы се собственного сына взойти на престол.
В ночь с 16 на 17 января 1772 года группа заговорщиков вошла в спальню
короля и заставила его подписать приказ об аресте Штруэнзее и королевы. На
состоявшемся затем суде не удалось доказать выдвинутые против лейб-медика
обвинения в различных должностных преступлениях. Но когда он признался -
вероятно, под пытками - в прелюбодеянии с королевой, его приговорили к
смерти.
Каролину Матильду, как и ее несчастную прабабку, ждали развод и ссылка - по
иронии судьбы в тот самый замок в Германии, в котором больше чем за сто лет
до этого родилась София Доротея.
Избежать скандала - любой ценой!
Весть об исчезновении графа Кенигсмарка молниеносно облетела Ганновер, а
вскоре об этом узнали и при других германских дворах. Эрнст Август всего
двумя годами ранее стал курфюрстом Ганноверским, одним из германских
правителей, имевших право участвовать в избрании императора Священной
Римской империи. Скандал при ганноверском дворе отозвался бы по всей
Европе, вплоть до самой Англии.
Супруга Эрнста Августа, София старшая, была внучкой английского короля
Якова 1, и ее единственной целью в жизни было возвести на английский трон
одного из своих потомков. История с убийством, в которой замешаны жена ее
сына и любовница ее мужа, могла помешать этим планам. Обычно
несдержанная на язык герцогиня София об этом деле предпочитала
отмалчиваться. Через две недели в письме родственнице она писала: "На
дровяном рынке, где можно услышать любые новости, говорят, что
Кенигсмарка заманили дрезденские ведьмы".
Но не ведьмы заставили Филиппа исчезнуть. При внимательном изучении
дипломатических документов той поры, относящихся к событиям в Ганновере,
можно попытаться восстановить то, что в действительности произошло той
ночью.
Судя по всему, шпионы графини Платен предупредили ее о том, что
любовники намерены бежать из Ганновера 2 июля. Она обо всем рассказала
курфюрсту Эрнсту Августу, который выдал ей ордер на арест графа
Кенигсмарка. По выходе из покоев Софии Доротеи или рано утром, когда он
вернулся в замок. Филиппа встретили четыре человека с обнаженными
шпагами. В завязавшейся схватке один из них нанес графу смертельную рану.
От тела быстро избавились - по одной версии, труп бросили в реку Лейне, по
другим - сожгли или закопали в замке. Неизвестно, имели ли эти четверо
приказ убить Кенигсмарка, но в любом случае его смерть многих очень
устраивала.
Менее чем через полгода состоялся развод Софии Доротеи и Георга Людвига,
но имя Кенигсмарка при этом ни разу не упоминалось. Опозоренная
кронпринцесса была сослана в Альденский замок неподалеку от Ганновера, где
прожила в изоляции 32 года, до самой смерти в 1726 году, - лишь ее матери
разрешалось ее навещать. Тем временем старшая София в конце концов
добилась своего: в 1714 году - году ее смерти - Георг Людвиг стал королем
Англии Георгом I. Его прямые потомки до сих пор занимают английский
престол.
В "зеленый ад".
Твердо уверенный, что джунгли Бразилии тысячи лет скрывают от людей
неведомый город, британский полковник в 1925 году отправился на поиски
истоков южноамериканской цивилизации,
Мату-Гросу - по-португальски это значит "густой лес" - подходящее название
для удаленного от побережья бразильского штата размером с три Украины. До
второй половины нашего века единственными обитателями этих
непроходимых тропических лесов были индейцы и мало кто из белых пытался
составить карту этого района.
В апреле 1925 года три исследователя отважились отправиться в эти душные
дикие джунгли, где обитали неизвестные зоологам животные и жили племена,
о существовании которых никто даже не подозревал. Через пять недель после
того, как они оставили столицу штата город Куяба, руководитель группы
написал жене в Англию со стоянки, которой дал зловещее имя "Мертвая
лошадь" (в этом месте во время предыдущей экспедиции у него пала лошадь):
"Мы надеемся пройти этот район за несколько дней... Тебе не надо бояться
нашей неудачи". Больше вестей от него не было.
Проникая за завесу
Полковник Перси Гаррисон Фосетт почти двадцать лет жил мечтой разгадать
тайны бразильских джунглей. В 1906-1909 годах он по заданию правительства
Боливии изучал район у границы с Бразилией, а в последующие годы
несколько раз возвращался в мрачные дикие леса, которые часто называют
"зеленым адом".
Испанские завоеватели Южной Америки так и не нашли сказочного Эльдорадо
или страны воинственных женщин-амазонок, но предания о них не умирают. В
1911 году пришла сенсационная новость об открытии американцем Хирамом
Бингемом затерянного в перуанских Андах города инков - Мачу-Пикчу.
Во время следующих походов и топографических экспедиций индейцы
постоянно рассказывали Фосетту и о затерянных в джунглях городах. В Чили
он услышал о все еще населенном Городе Цезарей, где улицы вымощены
серебром, а крыши зданий покрыты золотом. Его обитатели, если верить
рассказам, не знали забот, живя под властью просвещенного монарха. Какое-то
волшебство делало город невидимым для забредших в те края нежеланных
искателей приключений. В Рио-де-Жанейро Фосетт отыскал сообщение о
сделанном в 1753 году и давно забытом открытии развалин величественного
каменного города; не было никаких сведений о том, что с тех пор там кто-либо
бывал.
Затем ему в руки попала 25-сантиметровая фигурка, вырезанная из черного
базальта, и он показал ее психометристу, человеку, утверждавшему, что может,
ощупав предмет, определить его происхождение. Фосетт услышал, что
фигурка, без сомнения, из Атлантиды: жители исчезнувшего континента
захватили ее с собой, спасаясь от катастрофы, нашли убежище в необитаемом
краю на территории нынешней Бразилии, где и выстроили большой город.
Поскольку название его было неизвестно, Фосетт для удобства обозначил его
буквой Z.
"Я ни на миг не сомневаюсь в существовании древних городов, - писал Фосетт
в 1924 году, собираясь в очередную экспедицию. - Какая-то завеса скрывает
тайны Южной Америки от внешнего мира"; тот, кто проникнет за нее,
неимоверно расширит наши знания о прошлом. В свои 57 лет Фосетт понимал,
что другого шанса сделать это у него не будет.
Раздобыв средства в различных научных обществах и заранее продав историю
своей экспедиции и предполагаемых открытий Североамериканскому
газетному альянсу, в начале 1925 года Фосетт был готов к рискованному
путешествию. С собой он возьмет только 21-летнего сына и юного друга по
имени Рэли Раймел. Возможно, их поход продлится до конца следующего года.
Но, если они не вернутся из "зеленого ада" Бразилии, не надо никого посылать
на поиски. Если даже Фосетт с его опытом не смог выжить в джунглях, то
другим не на что надеяться. По этой причине он отказался дать точный
маршрут своей экспедиции.
Разгадка кажется близкой
В 1927 году младший сын Фосстта Брайан столкнулся в Лиме, столице Перу, с
французским путешественником. Пересекая континент на автомобиле, этот
француз повстречал на дороге в бразильском штате Минас-Жерайс,
расположенном между Мату-Гросу и Атлантикой, старого, больного и явно
плохо соображающего человека, назвавшегося Фосеттом. Француз ничего не
слышал о пропавшем исследователе и не настоял на том, чтобы взять его с
собой.
Брайан не мог найти денег для поисков, и лишь на следующий год
Североамериканский газетный альянс снарядил группу под руководством
Джорджа Дайотта, чтобы выяснить обстоятельства исчезновения Фосетта.
Вождь одного из племен сказал Дайотту, что видел пожилого белого человека в
сопровождении двух мужчин помоложе, оба они хромали. Они двигались на
восток, к Атлантическому океану. В течение пяти дней был виден дым от их
костров, а потом о них ничего не слышали. Дайотт вернулся с убеждением, что
Фосетта и его спутников убили индейцы, но семья полковника отказывалась в
это верить.
Спустя четыре года швейцарский охотник Штефан Раттин возвратился из
Мату-Гросу с рассказом о том, что индейцы держат полковника Фосетта в
плену. Позднее Брайан услышал про мальчика, наполовину индейца,
наполовину белого, который выдает себя за сына его брата Джека. Все
подобные "ключи" не приближали к разгадке тайны - в том числе и кости,
якобы принадлежащие Фосетту. Судьба его отца, с грустью заключил Брайан,
так и останется неизвестной, а загадка "города Z" - неразгаданной.
"Пройдем ли мы через джунгли и вернемся или наши кости останутся гнить
там, несомненно одно, - сказал полковник Фосетт Брайану перед расставанием.
- Разгадку тайны далекого прошлого Южной Америки - а, возможно, и всего
доисторического мира - можно будет найти, когда будут обнаружены и
открыты для научных исследований древние города. Что эти города
существуют, я знаю..."
Разыскивается Рауль Балленберг
Этому человеку поставлены памятники, его именем названы улицы, ему
присвоено звание почетного гражданина США, о его судьбе написаны книги,
однако о последних годах его жизни, проведенных 6 тюрьме или лагере в
Советском Союзе, до сих пор ничего не известно.
До окончания Второй мировой воины оставалось несколько месяцев. Немецки
...Закладка в соц.сетях
