Жанр: История
Досье ленина без ретуши
...е" " адвокату для Моора. Надо во что бы то ни стало вытребовать этот
документ назад. Не забывайте, пожалуйста, навещать иногда этого адвоката
и "ловить" иногда Моора, чтобы вытянуть сей документ633.
Рассмотренные выше документы, свидетельствующие о связях Ленина с Моором,
это, так сказать, всего лишь "вершки", прелюдии к сенсациям. К их
рассмотрению мы и приступим.
Как уже известно, группа политических эмигрантов во главе с Лениным при
содействии немецких властей 27 марта (9 апреля) выезжает из Швейцарии и
31 марта (13 апреля) 1917 года прибывает в Стокгольм. А в это время Моор уже в
Стокгольме. С какой целью, без особых хлопот, он приехал в Стокгольм"
Находясь в Швеции с весны 17-го года, Моор доносил германскому посланнику в
Берне Ромбергу о прибытии русских эмигрантов в Стокгольм и об их
отъезде в Россию. Телеграммы такого же характера поступали и в отдел политики
Генерального штаба Германии. Карл Радек, хорошо знавший Моора еще с
1905 года, в своей статье в "Известиях" в июне 1932-го, посвященной смерти
последнего , в частности, писал: "Немедленно после февральской революции
он (Моор. " А.А.) переехал в Стокгольм, где оказывал помощь заграничному
представительству большевиков"634. С Моором там встречались, кроме Радека,
также Боровский, Ганецкий, Семашко и другие. Получая от Моора деньги, они,
конечно, догадывались, точнее знали, кто в действительности их
субсидирует, но не в их интересах было распространяться на этот счет. Напротив,
большевистские идеологи всячески старались скрыть, замаскировать этот
факт. Так, составители XIII тома ленинского сборника (вышел в 1930 г.) в
примечании, касающемся личности Карла Моора, пишут, что "швейцарский
социалист намеревался передать большевикам некоторую сумму денег; в заседании от
24 сентября 1917 года ЦК РСДРП якобы отклонил это предложение
"ввиду невозможности проверить действительный источник предлагаемых средств"635.
Это же заведомая ложь! Впрочем, давайте все по порядку.
После окончания второй мировой войны из материалов МИД Германии стало
известно, что Карл Моор под кличкой "Байер" являлся платным секретным
агентом генеральных штабов кайзеровской Германии и Австро-Венгерской империи и
что через него большевики также получали денежные субсидии.
Известно, что после провала июльского (1917) путча, Ленин вынужден был
срочно скрыться. Находясь в Гельсингфорсе, он 17 августа, как уже известно,
отправляет письмо в Стокгольм заграничному бюро ЦК. Предупредив Ганецкого о том,
чтобы тот заметал следы "немецких денег", Ленин хитроумно пишет
и о Мооре: "...Не помню ("), кто-то передавал, кажись, что в Стокгольме, после
Гримма и независимо от него, появился Моор... Но что за человек Моор"
Вполне ли и абсолютно ли доказано, что он честный человек" Что у него никогда и
не было и нет ни прямого ни косвенного снюхивания с немецкими
социал-империалистами" Если правда, что Моор в Стокгольме и если Вы знакомы с
ним, то я очень и очень просил бы, убедительно просил бы, настойчиво
просил бы, принять все меры для строжайшей и документальной проверки этого. Тут
нет, т.е. не быть, места ни для тени подозрений, нареканий, слухов и
т.п."636 (выделено мной. " А.А.). Вот как встревожен был Ленин появлением на
горизонте К. Моора.
Это письмо со всей ясностью и определенностью говорит о том, что Ленин знал
всю подноготную Моора и страшно был напуган тем, что вслед за
Парвусом, Ганецким, Козловским и другими, разоблаченными русской контрразведкой
как агенты германской разведки, как бы не высветилось в печати имя
Моора " также платного немецкого агента, выполняющего роль посредника в оказании
денежной помощи большевикам. Об этом свидетельствует такой
факт.
Возвратившись из Швейцарии в Россию в конце июня 1917 года наивный Шкловский
предупреждает Ленина о том, что К. Моор " немецкий агент. Ниже
читатель убедится в том, что Шкловский действительно предупреждал Ленина.
После прихода большевиков к власти, немецкая агентура свободно стала
разгуливать по России, выполняя различные задания своего правительства.
Оказавшись в зависимости от немецких властей и опасаясь шантажа за связь с ними
в период подготовки и осуществления государственного переворота,
большевистские лидеры не чинили немецким агентам препятствий. Напротив,
оказывали им различные услуги, беспрекословно выполняли их требования. В
свою очередь, большевистское правительство продолжало получать материальную
помощь от немецких властей.
Как же чувствовал себя К. Моор, приехавший в Россию вскоре после
октябрьского переворота" Бывал он в Петрограде, а после переезда советского
правительства в Москву он тоже переселяется туда и даже встречается с Лениным.
Прикрывшись мандатом социал-демократа, Моор беспрепятственно вел
агентурную деятельность. Моор предпринимает и дерзкие шаги: и начале декабря
1918 года обращается к Ленину с просьбой освободить из-под ареста
Пальчинского637.
Как же отреагировал Ленин на "просьбу" Моора по поводу освобождения П.И.
Пальчинского, которого до октября 1917 года он называл: "слуга
капиталистов", "саботажник", "казнокрад" и грозился после прихода пролетариата к
власти отдать его "на суд народа"638.
3 декабря 1918 года Ленин отправляет циничную и лицемерную телеграмму в
Петроград Зиновьеву, а копию " председателю петроградского отдела
ВЧК:
"Тов. Зиновьев!
Тов. Карл Моор, швейцарец , прислал мне длинное письмо с просьбой
освободить Пальчинского, ибо он-де крупная техническая и организационная
сила, автор многих трудов и т.п. Я слыхал и читал о Пальчинском как спекуляторе
и пр. во времена Керенского.
Но я не знаю, есть ли теперь данные против Пальчинского" Какие" Серьезные"
Почему не применен к нему закон об амнистии"
Если он ученый, писатель, нельзя ли ему " в случае наличности серьезных улик
против него " предоставить условия особо льготные (например,
домашний арест, лаборатория и т. п.).
Прошу мне ответить письменно и немедленно"639.
Из этой телеграммы нетрудно понять, что Ленин, в сущности, дает санкцию на
освобождение Пальчинского, тем самым беспрекословно выполняет
требование Моора.
Выполнив ряд заданий своих хозяев, так называемый швейцарец К. Моор на время
покидает Россию и едет в Берлин, очевидно, для доклада о
проделанной работе.
С провозглашением России в 1990 году независимым суверенным государством и
особенно после провала августовского (1991) коммунистического
путча, в демократической печати стали появляться статьи, в которых большевики во
главе с их признанным вождем Лениным на документальных
материалах разоблачаются в связях с германскими спецслужбами, доказывается, что
июльский (1917) контрреволюционный путч и октябрьский
государственный переворот были осуществлены на немецкие деньги и с помощью
германских разведывательных органов. Особую реакцию и переполох
вызвали у адептов коммунистической идеологии статьи, опубликованные в журнале
"Столица"640. В печати, по радио и телевидению ученые мужи
большевистского пошиба безуспешно пытались опровергнуть факты, обличающие
большевиков в измене родине и в преступлениях перед народами России.
Известные усилия в этом направлении предпринимал и экс-президент СССР М.С.
Горбачев. Убедившись в бесплодности предпринятых мероприятий, они
избрали новую тактику, которая, по их мнению, должна была реанимировать
авторитет "пролетарского вождя" и его партии.
Вся эта " белыми нитками шитая " новая тактика заключалась в том, что ее
разработчики уже не отрицают получения большевиками денег от немцев,
но лишь с той разницей, что в качестве основного и единственного поставщика
крупных денежных субсидий выступает теперь не германский банк, а
"безобидный" и "ничем не скомпрометировавший себя", сочувствующий большевикам,
то ли австрийский, то ли немецкий социал-демократ Карл Моор.
Так, бывший работник ИМЛ при ЦК КПСС, печально известный историк В.Т.
Логинов в своей статье, опубликованной в сборнике в 1991 году под
названием "Ленин, о котором спорят сегодня", пишет:
"Существует несколько документов, которые все эти годы порождали у
"разоблачителей" определенные надежды. И опубликованы они были не за
рубежом, а у нас в стране. В 1923 году их напечатал журнал "Пролетарская
революция". Это были письма Ленина Я. Ганецкому, перехваченные русской
контрразведкой, на основании которых летом 1917 года и было сфабриковано "дело"
по обвинению Ленина в шпионаже в пользу Германии. В письмах шла
речь о денежных переводах, направлявшихся из Стокгольма в Петроград. Откуда и
чьи это деньги" Архивные документы позволяют сегодня раскрыть и этот
источник финансирования большевистской партии. Он связан с именем Карла Моора "
старейшего швейцарского социал-демократа. Незадолго до 1917
года Моор получил большое наследство и кредитовал многих социал-демократов. С
ним-то и была достигнута договоренность о крупном денежном займе
большевикам. Сколько получили" В январе 1926-го после того, как специальная
комиссия установила полную сумму долга за 1917"1918 годы, ему было
возвращено 38430 долларов (около 200 тысяч швейцарских франков по тогдашнему
курсу)"641.
Напрашивается вопрос: знал ли Логинов о решении ЦК РСДРП от 24 сентября 1917
года, рассмотренном выше, "Сводке Российской контрразведки" от
октября 1917 года и о письме Шкловского Ленину от 16 сентября 1921 года, когда
сочинял эти строки"
Думается, нет надобности еще раз возвращаться к сюжету о получении Лениным
денег от немцев с апреля по октябрь 1917 года и даже в 1918 году и
позже, поскольку, как заметил читатель, он обстоятельно был рассмотрен выше. А
вот о Мооре, так называемом "швейцарском социал-демократе",
продолжим разговор, чтобы не осталось и тени сомнения в том, что наш
незадачливый горе-ученый своей новой версией вновь попал, мягко выражаясь,
впросак.
В 40-м томе ленинского сборника, опубликованном в 1985 году, его составители
поместили весьма интересный источник. Это сопроводительная к письму
Шкловского записка Ленина заместителю председателя ВЧК И.С. Уншлихту. Вот ее
ГЛАВА 10
СЕКРЕТНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ОБЛИЧАЮТ
Каждый гражданин обязан умереть за Родину, но никого нельзя обязать лгать во
имя Родины.
Шарль Луи Монтескье
Начавшиеся 3 декабря 1917 года в Брест-Литовске переговоры о перемирии между
двумя основными воюющими странами " Россией и Германией
закончились, как уже известно, заключением 3 марта 1918 года сепаратного мира. С
момента перемирия Россия становится проходным двором для немецкой
агентуры и сотрудников "Nachrichten Buro" (Разведывательное бюро) германского
Генерального штаба.
Прикрывшись мантией дипломатов и торговых представителей, сотрудники
немецких разведорганов стали активно вступать в контакт с лидерами партии
и членами большевистского правительства, сотрудниками ВЧК, чиновниками различных
ведомств и организаций, вести работу по расширению агентурной
сети в России. Вся их деятельность после октября 1917 года была направлена на
то, чтобы максимально ослабить военно-экономический потенциал России и
тем самым создать благоприятную политическую и психологическую обстановку в
правительстве, партийных кругах, да и в целом в стране, ускоряющую
процесс подписания мирного договора с Германией и ее союзниками.
Пользуясь откровенным попустительством большевистского правительства,
Русское отделение германского Генерального штаба засылало в Россию все
новые агентурные силы, которые вербовали платных агентов и осведомителей из
большевистской среды для выполнения различных заданий.
Образовавшееся в Петрограде "орлиное гнездо" фактически брало под свой контроль
всю деятельность российского правительства и его структуры в центре
и на местах, всеми средствами стремилось подчинить их работу интересам Германии.
И, надо сказать, с поставленной перед ними задачей опытные
германские разведчики и дипломаты успешно справлялись.
В предыдущей главе шла речь о германских субсидиях большевистским лидерам
для проведения ими подрывной деятельности, направленной на
организацию контрреволюционного переворота в России и ее изоляцию от военнополитической
борьбы в Европе. Причем при анализе вопроса автором
были использованы материалы в основном отечественного происхождения. Однако, на
мой взгляд, целесообразно дать читателю возможность ознакомиться
с документами, которые были ранее недоступны даже исследователям. Это редчайшие
материалы, проливающие дополнительный свет на темные
(сознательно запутанные) страницы большевистской истории. Я имею в виду сборник
"Немецко-Большевистская Конспирация", изданный
Правительственным Комитетом общественного осведомления Соединенных Штатов
Америки в Вашингтоне еще в октябре 1918 года.
Сборник содержит серию документов и материалов (около 70 единиц) с
комментариями о письменных сношениях между германским и большевистским
правительствами, спецслужбами двух стран, а также доклад Эдгара Сиссона,
являющегося специальным представителем указанного Комитета в России
зимой 1917"1918 годов.
К сборнику приложено заключение специального комитета, тщательно
исследовавшего документы на предмет их достоверности. Оно было сделано
специалистами во главе с видными американскими учеными " основателем архивного
дела в США, редактором "Американской исторической ассоциации"
Франклином Джеймсоном и профессором Чикагского университета, крупным
специалистом по России и большим знатоком русского языка Самуэлом
Харпером, которые подтвердили, что документы, подвергнутые экспертизе, являются
подлинными.
Сборник опубликован на английском и русском языках. Он снабжен интересным
предисловием, отрывок из которого приведен ниже:
"...Документы эти показывают, что нынешние вожди большевистского
правительства, Ленин и Троцкий, и их соучастники " германские агенты.
Они показывают, что большевистская революция была подготовлена Высшим
Германским Генеральным Штабом и финансирована Германским
Императорским Банком и другими германскими финансовыми учреждениями.
Они показывают, что Брест-Литовский договор, " предательство русского народа
германскими агентами " Лениным и Троцким; что немцами
поставленный комендант был выбран для "защиты" Петрограда против немцев; что
германские офицеры были секретно приняты Большевистским
Правительством в качестве военных советников, в качестве соглядатаев за
посольствами союзников России, в качестве офицеров в русскую армию и в
качестве управляющих большевистскими военными, иностранными и внутренними
делами. Короче говоря, они показывают, что настоящее Большевистское
Правительство совершенно не русское правительство, а правительство германское,
действующее в интересах Германии и изменяющее русскому народу, как
оно изменяет и естественным союзникам России, единственно в интересах
Императорского Германского Правительства..."677
Должен сразу сказать, что, глубоко изучив документы, приведенные в сборнике,
я в целом согласен с авторами предисловия. Думается, что это сможет
сделать и читатель. Однако, как мне представляется, было бы неправильно
рассматривать деятельность большевистских вождей исключительно в интересах
Германии, как об этом говорят авторы сборника. На протяжении почти двух десятков
лет вожди большевиков вынашивали план захвата власти в России.
Другое дело, что без разносторонней, в первую очередь материальной, помощи
немецких властей они никогда не смогли бы осуществить государственный
переворот. В свою очередь, немцам нужна была сила, которая изнутри разрушала бы
военно-экономическую мощь России, разлагала русскую армию и тем
самым облегчала ведение войны Германией на Восточном фронте с перспективой
заключения с большевиками сепаратного мира после их прихода к власти.
Иными словами, немцы использовали большевиков в качестве пятой колонны.
Сегодня вряд ли может появиться сомнение в том, что большевиков
субсидировали немецкие банки. Тем более что найдены свидетельства самого Ленина
о том, что им были получены через Козловского деньги от Парвуса и Ганецкого, от
которых он открещивался в июле 1917 года. Наконец, факт получения
денег большевиками от немецких властей был доказан документами РЦХИДНИ и
политического архива МИД Германии, приведенными в 9-й главе. И тем
не менее в то далекое жаркое лето Троцкий, защищая Ленина (и себя, конечно) от
обвинения в шпионаже, на заседании ЦИК 17 июля 1917 года говорил:
"Ленин боролся за революцию тридцать лет. Я борюсь против угнетения народных
масс двадцать лет. И мы не можем не питать ненависть к германскому
милитаризму. Это (о шпионаже Ленина. " А.А.) может сказать только тот, кто не
знает, кто такой революционер"678.
Октябрьский переворот положил конец всем разговорам о "немецких деньгах".
Тем более что декретом от 27 октября (9 ноября) 1917 года почти все
органы демократической прессы закрывались679. Но, как выясняется, секретные
связи большевиков с германскими властями и их разведорганами не
прекратились и после октября. Напротив, судя по содержанию документов и
материалов, попавших по различным каналам в руки агентов иностранных
спецслужб, они стали носить все более широкий и разносторонний характер. Следует
заметить, что один из документов, подтверждающих контакты немцев с
большевиками, был опубликован в Парижской газете "Le Petit Parisien" еще зимой
1917 года. Позже, в сентябре 1918-го, первую серию документов (7
единиц) опубликовали в Нью-йоркской газете "Evening Post". Однако тогда
советские официальные органы особо не возмутились, если не считать
публикацию в "Правде", в которой говорилось о подложности этих документов. В
последующие годы информационный голод стал более усиливаться в
связи с возведением большевистским правительством "железного занавеса" и жестким
контролем над издательской деятельностью. И вообще, в условиях
коммунистического режима вряд ли нашелся бы в стране хоть один храбрец,
осмелившийся провести экспертизу "документов Сиссона" на предмет их
достоверности.
Должен отметить, что реакция на публикацию "документов Сиссона" среди
общественно-политических кругов Запада (и прежде всего в США) была
неоднозначна. Одни считали, что большевистский переворот в России " это
действительно результат преднамеренного тайного сговора Ленина и его
сообщников с германскими властями, и эта позиция, со ссылкой на документы,
широко распространялась в периодической печати, находя все большее число
сторонников. Иные скептически относились к этому бесспорному факту, но ничем не
объясняли свое недоверие к опубликованным документам. Но так или
иначе, вердикт, вынесенный американскими специалистами Джеймсоном и Харпером,
почти 38 лет не подвергался ревизии. И одной из причин "отсутствия"
у ученых интереса к "документам Сиссона", на мой взгляд, было то, что они не
имели возможности прикоснуться к оригиналам. Это обстоятельство требует
некоторого разъяснения.
Дело в том, что после окончания работы по экспертизе документов Комитет
общественного осведомления передал оригиналы президенту США Вудро
Вильсону. Казалось, они были надежно спрятаны. Однако позднее, в 1921 году,
сотрудники нового хозяина Белого дома, У. Гардинга, не смогли обнаружить
в архивах резиденции президента оригиналы документов о большевистско-немецких
тайных связях. Более 34 лет оригиналы числились в списке пропавших.
Но в декабре 1952 года, когда президент Гарри Трумэн собирался покинуть Белый
дом, неожиданно в одном из тайных сейфов его резиденции были найдены
"пропавшие" оригиналы.
Этим, очевидно, воспользовался известный американский историк, лингвист и
дипломат Джордж Кеннан. Хорошо владея русским и немецким языками,
Кеннан с большим энтузиазмом приступил к их научной экспертизе. Предмет
исследования настолько захватил Кеннана, что он не упустил случая, чтобы
встретиться с экс-премьером России А.Ф. Керенским, чтобы узнать его отношение к
"документам Сиссона". Итоги своей работы с оригиналами Кеннан в
1956 году изложил в июньском номере "The Journal of Modern History", издаваемом
в Чикаго.
Внимательно изучив труд Кеннана, к сожалению, должен констатировать, что он
меня разочаровал. Удивило меня прежде всего то, что он, бесспорно
авторитетный ученый, из 70 документов подверг экспертизе относительно полно лишь
12 (јј 5, 7, 9, 15, 17, 19, 22, 23, 27, 37А, 43, 53)680. При выполнении
столь серьезной и сложной задачи Кеннан почему-то пренебрег многими приемами и
методами источниковедческого анализа письменных документов,
выработанными исторической наукой. Фактически при экспертизе Кеннан основное
внимание уделил графологическому аспекту. Причем экспертизе
подверг не резолюции, подписи и прочие пометки, сделанные на документах
руководителями советского правительства и чиновниками различных ведомств,
как следовало бы поступить, а письмо некоего А. Оссендовского от 13 ноября 1917
года, адресованное своему приятелю "Евгению Петровичу"681.
Сравнивая почерк Оссендовского с подписью "Bauer", сделанной на документах
начальником Русского Отделения германского Генштаба латинскими
буквами, Кеннан находит в буквах "В", "а" и "u" сходство682. Это, по-видимому,
случайное сходство послужило для него зацепкой для пространного
расплывчатого размышления и "основанием" для выводов, отличных от устоявшихся.
Но Кеннан дальше общих размышлений и суждений не пошел, ибо
прекрасно понимал, что малейшая попытка идентифицировать почерки, содержащиеся в
совершенно разных источниках, вольно или невольно приведет к
абсурдному выводу о том, что Бауэр и Оссендовский одно и то же лицо. И хотя
доводы Кеннана касательно противоречивости "документов Сиссона" носят
абстрактный характер, неубедительны и требуют серьезных научных аргументации,
тем не менее он все же делает претенциозное заключение: "фактически
существует сильная очевидность противоположного" (мнения. " А.А.)683, то есть
мнения, противоположного Джеймсону и Харперу.
Заключение Кеннана, естественно, пришлось по душе кремлевским идеологам .
Однако на эту работу они никак не отреагировали, полагая, что лучше
будет, если о "документах Сиссона" научная, да и вообще широкая общественность
страны "победившего социализма" вообще не будет знать. Лишь после
распада коммунистической империи на страницах периодических изданий стали
появляться многочисленные статьи, в которых на документальной основе
осуждалась преступная деятельность большевиков во главе с Лениным и их
последователей.
Но о "документах Сиссона" ничего не публиковалось. Убедившись, что новая
власть не расправляется с инакомыслящими, как это делали большевики
после захвата власти и на протяжении всей 70-летней истории, постепенно
заговорили адепты коммунистической идеологии. Уже в 1991 году было
опубликовано несколько сборников статей684, в которых делалась отчаянная, но
безуспешная попытка реанимировать Ленина и марксистско-ленинскую
идеологию, находящуюся уже на свалке истории, вернуть наше общество в
тоталитарное прошлое.
Поскольку все эти статьи и отдельные работы ни прямо, ни косвенно не
касались "документов Сиссона", то ограничусь оценкой и анализом лишь тех
публикаций, авторы которых в одних случаях прямо, а в других косвенно
поддерживают выводы Кеннана685. Прямо скажу: амбициозные и бестактные
статьи, опубликованные в "Правде", не заслуживают того, чтобы уделить им хоть
какое-либо внимание. Поэтому подробно остановлюсь на статье,
опубликованной в журнале "Новая и новейшая история", которая по ряду причин
требует серьезного разбора.
В статье "Большевики и "германское золото". Находки в архивах США" ее автор,
некий В.А. Мальков, то ли по наивности, то ли по какой-либо другой,
неведомой науке причине, как мне показалось, полагает, что путем подлога,
фальсификации и извращения фактов и событий можно достичь научного
признания. Впрочем, не будем голословными, а приступим к разбору статьи. Уже на
первой странице своего наукообразного труда наш исследователь ставит
странный вопрос: "Почему, например, выдающиеся российские политики прошлого,
дипломаты и государственные деятели, живые участники и свидетели
драматических событий 1917 года так вяло и недружно отреагировали на сообщения о
том, что Ленин вернулся весной 1917 года в Россию с заданием
германского Генштаба подорвать военную мощь страны изнутри, добиться сепаратного
мира""686 (Выделено мной. " А.А.). Удивляет нас, как можно
браться за столь серьезную проблему, совершенно не зная литературу вопроса и не
соприкасаясь с источниками"! Если бы наш незадачливый автор
перелистал хотя бы 31-й том сочинений Ленина, бегло просмотрел такие издания,
как "Рабочая газета", "Дело народа", "Единство", "Живое слово", "Речь",
"Голос солдата", "Петроградская газета", "Маленькая газета", "Известия" и
другие, то, думается, что такой вопрос у него не возник бы.
О содержании этих газет достаточно подробно было сказано в 5-й главе. Здесь
же еще раз остановлюсь на признании Ленина, что в апрельских
демонстрациях "из лозунгов часто попадается надпись на знаменах "долой
Ленина"687. "Русская воля" во весь голос говорит "Ленин " предатель!"688.
"Маленькая газета" решительно требовала "расследования обстоятельств приезда
Ленина и других большевиков через территорию Германии"689"
Не разобрался автор статьи и с обращением князя Г.Е. Львова вечером 4 июля
1917 года к редакторам столичных газет с просьбой снять материалы,
обвиняющие Ленина и его сообщников в государственной измене якобы из-за их
"поверхностности и необоснованности". Ох, как далек автор от истины. А
она заключалась в том, что многие члены коалиционного правительства, "выдающиеся
российские политики", и лидеры партии эсеров не меньше, чем
большевики, боялись расследования дела о "немецких деньгах" и возвращении
политических эмигрантов в Россию через территорию Германии. А причин
для боязни было больше, чем можно предположить. Лидеры партии эсеров так же, как
и вожди большевиков, имели тайные связи с германскими властями и
их спецслужбами. Они так же получали от немцев денежную помощь, обещая вести
пацифистскую пропаганду в России. Наконец, многие эмигранты из
партии эсеров во главе с В
...Закладка в соц.сетях
