Жанр: Фантастика
Планета приключений
...илось.
- Мне тоже, - сухо заявил Хельссе.
- И куда же ты полетел бы на нем? - спросил женщина. - Наша родина находится в
созвездии Клари, однако расстояние это бесконечно. Чтобы добраться туда, нам потребовалась
бы вечность.
- Задача, конечно, грандиозная, - промолвил Рейт. - Но если ваше предположение
правильно...
- Предположение? - потрясение спросила толстуха. - Это озарение, результат
познания!
- Возможно. Но с одной мистикой невозможно отправляться в космический полет.
Предположим, что у вас откуда-нибудь появился космический корабль. Тогда вы очень просто
сможете установить, правильны ли основы вашей веры. Летите в созвездие Клари и проверьте
предполагаемое пространство на определенных частотах радиосигналов. Если эта родина
существует, вы рано или поздно уловите ее сигналы.
- Интересно, - изрек Хельссе. - Так ты предполагаешь, что эта планета, если она
существует, достигла уже такого прогресса, что может посыпать сигналы?
Рейт пожал плечами.
- Если мы можем предположить себе такую планету, то почему бы так же не
предположить и сигналы?
- Это все слишком поверхностно, - заявила толстуха. - В конце концов, каким же
образом нам заполучить космический корабль?
- Имея достаточно денег и соответствующие технические знания, строительство
небольшого космического корабля не составит большой проблемы.
- У нас нет денег, - пробормотала женщина.
- И если бы это было единственным препятствием, - вставил Хельссе.
Но ведь можно купить небольшой корабль у дирдиров или вонков, в крайнем случае, у
синих кешей.
Хельссе сжал губы.
- Я думаю, что если кто-нибудь и продавал бы корабль, то для этого понадобилось бы
минимум полмиллиона секвинов.
- Но есть еще и третья возможность: конфискация. Просто и наверняка, - сказал Рейт.
- У кого же? У кого же? Мы, представители Культа, совсем не сумасшедшие, -
толстуха затрясла головой. - Этот человек просто одичавший романтик.
Длинноносый сказал:
- Мы с удовольствием приняли бы тебя в свои ряды. Но сначала тебе нужно бы
подучиться мыслить теоретически. Курсы по контролю над мыслями и по проекционной
телепатии собираются два раза в неделю. Если ты желаешь...
- Я боюсь, что это невозможно, - заявил Рейт. - Тем не менее, ваша программа очень
интересна, и я надеюсь, что она даст вам много полезного.
Хельссе махнул из вежливости рукой, и они оба вышли на улицу.
- Ну, и что ты об этом думаешь? - спросил Хельссе через некоторое время.
- Ситуация говорит сама за себя, - ответил Рейт. - Я бы не сказал, что их доктрина -
абсолютная глупость. Ведь ученые наверняка сопоставляли и проводили сходные параллели
между пнумами, фангами, ночными собаками и другими жуткими тварями. Синие кеши,
зеленые кеши и старые кеши являются, в общем, родственниками, точно так же, как и все
человеческие расы. Но пнумы, вонки, дирдиры, кеши и люди биологически очень различны
друг с другом. О чем это тебе говорит?
- У тебя есть объяснение? Согласен, эти обстоятельства приводят меня в
замешательство.
- У меня чувство, а нужно достаточное количество фактов. Может быть, "беглецы"
станут хорошими телепатами и еще смогут нас всех удивить.
Они молча пошли дальше и завернули за угол. Вдруг Рейт потянул Хельссе назад.
- Тихо, - прошептал он, и они притаились.
Быстрые, немного шаркающие шаги приблизились, и темная фигура завернула за угол.
Рейт навалился на нее и захватил ее шею в ключ, не выпуская при этом из поля зрения и
Хельссе.
- Включи свет, - сказал он. - Давай посмотрим, кто или что нам попалось.
Хельссе достал из кармана осветительный прибор. Пойманный крутился, дергался и
вырывался. Рейт сильнее сдавил ему шею, и послышался хруст костей. Фигура попыталась
упасть, и Рейт чуть не потерял равновесие. Фигура победно зашипела, но тут блеснул металл, и
она закричала от боли.
Хельссе выдернул из спины фигуры кинжал, и Рейт неодобрительно сказал:
- А ты скор на кинжал, Хельссе.
Тот пожал плечами:
- У них обычно есть холодное оружие.
Ногой он перевернул тело, и на мостовую со звоном упала стеклянная игла. С
любопытством они всматривались в бледное лицо, которое почти не было видно из-под
широкополой шляпы.
- Он ненавидел сам себя, как пнумек, и бледен, словно дух, - вслух подумал Хельссе.
- Это мог быть и вонк-человек.
- Наверное, это полукровка. Говорят, что они - лучшие шпионы. Он не похож ни на
пнумека, ни на вонк-человека.
Когда Рейт снял с него шляпу, взорам представился лысый череп. Лицо его было
скуластым, мускулатура - несколько вялой, нос тонким, хотя и переходил постепенно в форму
картошки. Полуоткрытые глаза казались черными. Голова его была побрита.
- Пойдем, - торопил Хельссе. - Нам следует спешить, иначе придет патруль, и нам
придется держать ответ.
- Не нужно особенно торопиться. Поблизости никого нет. Встань так, чтобы тебе была
хорошо видна вся улица. Хельссе стал внимательно прислушиваться, а Рейт обыскивал труп,
присматривая при этом и за Хельссе. В кармане плаща Рейт обнаружил какие-то документы, а
на поясе висел кожаный кошелек Он мигом забрал все это. Они быстро вернулись к "Овалу". У
входа в гостиницу они остановились.
- Вечер прошел интересно, - сказал Рейт. - Я многому научился.
- Я хотел бы сказать то же самое, - ответил Хельссе- А что ты забрал у того мерзавца?
Рейт показал ему кошелек, в котором была только горсть монет. Затем он осмотрел
бумаги. Они были покрыты странными знаками - прямоугольниками, закрашенными разными
цветами, - и снабжены какими-то обозначениями.
- Ты знаешь этот шрифт? - спросил Рейт.
Хельссе засмеялся:
- Это шрифт вонков. Теперь дело стало еще более таинственным. Сеттра - отличное
место для шпионов.
- А шпионское оснащение? Микрофоны? Глазки для подсматривания и прочее?
Хельссе кивнул.
- Тогда можно предполагать, что храм "беглецов" тоже прослушивается... Наверное, я
сказал там кое-что лишнее.
- Если убитый был шпионом, никто ни о чем не узнает. Но дай бумаги на хранение мне;
я отдам их, чтобы мне перевели этот текст. Недалеко отсюда есть колония локаров, и я надеюсь,
что кто-нибудь из них достаточно владеет этим языком.
- Мы пойдем туда вместе. Тебя завтра устроит?
- Да, конечно. Что мне сказать лорду Кизанте относительно вознаграждения?
- Я пока что еще не знаю. Я скажу тебе об этом завтра, - пообещал Рейт.
- Может быть, этот пункт прояснится еще раньше. Вон там стоит Дордолио.
Действительно. К ним подошел Дордолио в сопровождении двух кавалеров. Он кипел от
гнева. За два шага от Рейта он остановился.
- Своими подлыми штучками ты меня уничтожил! - вскричал он - Неужели тебе
абсолютно не стыдно?
Он сорвал с головы шляпу и швырнул ее в лицо Рейту. Но промахнулся, так как Рейт
уклонился. Шляпа пролетела дальше и упала на площади.
Дордолио потряс кулаком возле лица Рейта.
- Смерть тебе обеспечена, - орал он. - Но ты не удостоишься чести быть убитым моим
мечом! Убийцы низшей касты смешают тебя с дерьмом животных. Двадцать бродяг разделают
твой труп на кусочки, и пес за высунутый язык будет таскать твою башку по улице.
Рейт криво усмехнулся.
- Кизанте поступит так же, если я потребую организовать подобное и для тебя. Это тоже
будет неплохим вознаграждением.
- Кизанте! Ба, этот сумасшедший выскочка! Голубые Йады - ничто! Закат этого дома
лишь улучшит жизнь общества.
Вперед выступил Хельссе.
- Пока ты тут делишься своими замечательными выводами, не забывай, что я
представляю именно дом Голубых Йадов и буду вынужден сообщить содержание твоих речей
Его Превосходительству.
- Не нагоняй на меня скуку этим вздором, - заорал Дордолио. Он продолжал виться
вокруг Рейта. - Ты сейчас же принесешь мне мою шляпу или уже завтра тебе придется
пережить первое из двенадцати прикосновений!
- Если это ускорит твое исчезновение, то сделаю это с удовольствием, - со смехом
сказал Рейт и поднял шляпу. - Вот твоя шляпа, которую ты так небрежно бросил на площади.
После этого он обошел кавалера и вошел в холл гостиницы. Дордолио хрипло засмеялся и
напялил шляпу. Затем он кивнул своим сопровождающим и быстро ушел.
Что значат эти двенадцать прикосновений? - спросил Рейт в холле.
Хельссе объяснил:
- В течение двух дней убийца будет дотрагиваться до жертвы иглой, или, как мы
выражаемся, сучком. Двенадцатое прикосновение становится смертельным. Человек умирает
либо от действия постепенно накопившегося яда, либо от передозировки, либо от болезненного
воздействия. В каждом конкретном случае это знает только Гильдия Убийц. А теперь мне
нужно возвращаться во дворец. Лорд Кизанте захочет еще сегодня услышать мой доклад.
- А что ты ему расскажешь?
Хельссе рассмеялся.
- И ты, самый замкнутый человек, задаешь такие вопросы! Кизанте наверняка хочет
услышать, что ты принимаешь вознаграждение и, возможно, в скором времени уедешь из Ката.
- Но я не говорил ничего подобного.
- Но мой отчет будет выглядеть именно так.
Глава 8
Когда Рейт проснулся, сквозь толстые стекла на него падал желтоватый свет. Лежа на
непривычной тахте, он попытался систематизировать нити своей жизни. При этом ему стоило
немалого труда остаться оптимистом. Кат, на который он возлагал столько надежд, был ни на
йоту не лучше, чем степь Эмен. Было нелепо рассчитывать на постройку в Сеттре космического
корабля.
Он пережил ужасы, печаль и крах иллюзий, но в жизни всегда возникали моменты
триумфа и надежд и даже, наверное, радости, хотя и были они очень короткими. Если ему
суждено умереть завтра или после двенадцатого прикосновения, то он может сказать, что
прожил интересную и замечательную жизнь. Ну хорошо. Как выяснилось, Хельссе говорил о
его скором отъезде из Ката и при этом, возможно, он увидел его - Рейта - сущность и
будущее даже лучше, чем он сам.
За завтраком он поведал Анахо и Трезу о своих приключениях. Анахо высказал мнение,
что все это не очень хорошо.
- Все они здесь - сумасшедшее общество, ленивое, как тухлое яйцо. И, так как ты
всегда ставишь перед собой одну единственную цель - за что я считаю тебя самым
ненормальным из всех ненормальных - могу тебя заверить, что здесь ее ты не достигнешь.
- Я тоже так думаю, - ответил Рейт.
- А что же будет теперь? - осведомился Трез.
- То, что я планирую - очень опасно; может быть, это даже сумасшествие. Но я не вижу
другой возможности. Я хочу попросить у Кизанте денег. Деньги мы разделим. После этого мы
расстанемся. Ты, Трез, сможешь вернуться в Винесс и начать новую жизнь. Ты, Анахо,
сможешь поступить точно так же. Вы ничего не выиграете оттого, что останетесь со мной. Я
скажу даже больше: со мной вас всегда будет сопровождать несчастье.
- До этого времени, - заявил Анахо, - мы всегда выходили из всех перипетий живыми,
хотя иногда и бывали на волосок от смерти. Мне бы хотелось знать, чего ты собираешься
достичь. С твоего разрешения, я хочу присоединиться к твоей экспедиции, которая,
безразлично, как она будет выглядеть, не кажется мне такой уж сомнительной, каковой ты ее
представляешь.
- Я намереваюсь украсть космический корабль у вонков. Из космического порта Ао
Хидис или еще откуда-нибудь.
- На меньшее я и не рассчитывал, - сухо заметил Анахо. Естественно, по этому поводу
у него имелась масса возражений.
- Здесь все должно быть правильно рассчитано, - продолжил мысль Рейт. - Возможно,
что все свое будущее я проведу в застенке у вонков или в брюхе у ночной собаки. Но, тем не
менее, я хочу попытаться это сделать. Отправляйтесь с Трезом на Облачные Острова и устройте
себе там красивую жизнь.
- Ба! А почему ты не ставишь перед собой более грандиозную задачу, например, полное
истребление пнумов или организация уроков пения с кешами?
- Мое честолюбие имеет другую направленность.
- Да, я это знаю. Оно направлено к твоей далекой планете, родине людей. Я постараюсь
помочь тебе, но только для того, чтобы доказать, какой ты ненормальный.
- А я, - сказал Трез, - хочу увидеть его далекую планету. Я знаю, что она существует,
потому что видел его космический корабль, когда он только прилетел.
Удивленно подняв брови, Анахо посмотрел на юношу:
- Но ты об этом никогда не говорил.
- Но ведь ты меня никогда об этом не спрашивал.
- Как я мог дойти до такой абсурдной идеи?
- Люди, называть факты абсурдом не стоит, так как потом очень часто приходится
менять свое мнение.
- Ну, идемте, - обратился к ним Рейт. - Если вы все же готовы идти на самоубийство,
наша энергия пригодится нам для других вещей. Сегодня мы будем заниматься сбором
информации. А вот и Хельссе. По его лицу я вижу, что он принес нам интересные известия.
Хельссе очень вежливо приветствовал всех троих.
- Ты можешь себе представить, - обратился он к Рейту, - что вчера вечером мне
пришлось долго докладывать. Лорд Кизанте дал мне задание: ты должен сделать разумное
предложение, на которое он с удовольствием согласится. Он предлагает бумаги, которые мы
изъяли у убитого, уничтожить, и я тоже поддерживаю это мнение. А лорд Кизанте мог бы
потом пойти и на дальнейшие уступки.
- Какого характера?
- Я предполагаю, что он откажется он некоторых протокольных церемоний, если ты
остановишься во Дворце Голубых Йадов.
- Документами я интересуюсь больше, чем лордом Кизанте. Если же он хочет меня
видеть, то может сам прибыть в гостиницу.
Хельссе весело засмеялся:
- Твой ответ меня не удивляет. Я сейчас хочу отвезти тебя в Южный Эброн, где мы
поищем локара.
- А разве нет ученых йао, которые понимают тексты вонков?
- Для йао такие знания непрестижны.
- За исключением случая, когда кто-нибудь хочет прочитать документы. Но я боюсь, что
в этом отношении мы никогда не достигнем единого мнения.
Хельссе прибыл в неописуемо элегантной машине. У нее было шесть высоких
ярко-красных колес, и она была украшена массой золотых кистей. Внутри был роскошный
салон, отделанный в серых тонах. Сидения были обиты толстым мягким материалом, и под
окном из бледно-зеленого стекла стоял буфет с вазами, наполненными сладостями. Хельссе
очень вежливо пригласил своих гостей внутрь. На нем был бледно-зеленый костюм в серую
полоску, который по своему пошиву и расцветке очень подходил к салону машины.
Когда все уселись, он нажал на кнопку. Дверь закрылась, ступеньки автоматически
поднялись.
- Кажется, лорд Кизанте только теоретически отказывается от всего практичного, -
заметил Рейт.
- О, он даже не догадывается о существовании подобного механизма. В машине всегда
есть кто-нибудь, кто нажимает эту кнопку. Как и другие представители своего класса, он
соприкасается со всем только для своего удовольствия. Ты считаешь это странным? Но тебе
придется воспринимать дворян йао такими, какие они есть.
- К таковым ты себя, естественно, не причисляешь.
Хельссе рассмеялся.
- Я бы выразил это иначе: я получаю удовольствие оттого, что делаю...
Машина тронулась с места, и Хельссе предложил прохладительные напитки.
- Мы поедем в тот район, откуда черпаем наши богатства, хотя говорить об этом
считается у нас вульгарным.
- Такими надменными дирдиры не бывают никогда, - заявил Анахо.
- Вы другая раса. Высокомерие? Я бы этого не сказал. Вонки бы наверняка это
оспаривали.
На это Анахо только пожал плечами и ничего не ответил.
Рыночный квартал состоял преимущественно из небольших жилых домов самых
разнообразных стилей. Перед нагромождением невысоких широких башенок из кирпича
машина остановилась. Хельссе показал на сад за домами, в котором сидело несколько человек в
удивительных одеяниях. На них были светлые рубашки и штаны; их длинные, пышные волосы
тоже были белыми. При этом кожа их была черной, словно уголь.
- Локары, - сказал Хельссе. - Пришельцы из высокогорий, лежащих севернее
Фаласского моря в Центральном Кословане. Они механики. Эти цвета не естественные для них.
Они обесцвечивают волосы и красят кожу. Некоторые утверждают, что к этому их принудили
вонки еще несколько тысяч лет назад, чтобы их можно было сразу отличить от вонк-людей,
кожа которых от природы белая, а волосы черные. Это очень искусный народ, и работают они
там, где могут больше заработать. Некоторые работают в мастерских вонков, и многие
понимают кое-что из их языка; возможно, что кто-нибудь из них расшифрует эти записи.
Видите пожилого человека, играющего с ребенком? Это знаток. С ним я буду разговаривать и
договариваться. Наверняка он запросит солидную сумму, и по этой причине я буду вынужден с
ним поторговаться.
- Одну минутку, - попросил Рейт. - Я абсолютно уверен в твоей честности, но по
своей природе я очень недоверчивый человек, поэтому я пойду с тобой.
- Как хочешь. Я пошлю шофера, и он приведет его сюда.
- Мне кажется, - пробормотал Анахо, - что все уже давно договорено.
Через несколько минут человек подошел к машине и просунул голову через окно.
- Мое время стоит денег, - сказал он. - Что вы от меня хотите?
- Ты можешь кое-что заработать.
- Заработать? Ну, тогда я могу вас выслушать.
Он забрался в машину, и обитые сидения приняли его в свои объятия, от чего он
удовлетворенно хрюкнул. Вся машина сразу же пропиталась прогорклым запахом мускусной
помады. Хельссе встал перед ним.
- Наше соглашение потеряло силу, - сказал он, косясь на Рейта. - Так что
руководствоваться моими инструкциями не нужно.
- Инструкции? Соглашение? О чем ты говоришь? Ты, наверное, принимаешь меня за
кого-то другого. Меня зовут Зарфо Детвайлер.
Хельссе махнул рукой.
- Это все равно. Мы хотим, чтобы ты перевел нам один документ вонков... Эта бумага
покажет путь к сокровищам. Но переводи точно. И тогда ты войдешь в долю.
- Нет, так не пойдет. Я с удовольствием разделю с вами добычу, но я хочу прямо сейчас
получить сто секвинов и не принимаю в свой адрес никаких упреков, если перевод вас не
удовлетворит.
- Хорошо. Упреков не будет. Но сто секвинов неизвестно за что? Это смешно! Вот тебе
пять секвинов и угощайся всем, что здесь стоит, сколько тебе захочется.
- Последнее я сделаю и так - разве я не ваш гость?
Зарфо Детвайлер забросил в рот полную горсть леденцов.
- Но пять секвинов? Ты думаешь, я олух? Лишь три человека во всей Сеттре могут
сказать тебе, где в документах вонков верх, а где низ. А я единственный, кто может их
прочитать, так как тридцать лет проработал в их мастерских.
Наконец, сошлись на пятидесяти секвинах наличными и десятой части будущей добычи.
Рейт передал ему бумаги.
Старик просмотрел бумаги и пригладил черными пальцами белую гриву.
- Я хочу бесплатно рассказать вам кое-что о вонках. Это очень странный и своеобразный
народ. Их мозг работает, как пульс. Так они видят, так они думают и точно так же они говорят.
Каждая идеограмма - это смысловое единство. Исходя из этого, чтобы расшифровать текст,
нужно попытаться логически осмыслить каждую идеограмму. Что же касается вонк-людей, то
те в выражении мыслей не особенно точны. Ну, а теперь перейдем к документам.
Вот этот первый значок. Хм. Видите этот гребень? Он почти всегда обозначает
идентичность. Четырехугольник этого цвета, как правило, значит "правда" или "разрешенное
наблюдение", а, может быть, и "теперешнее состояние космоса". Этот значок - ну, я точно не
знаю... Этот цвет здесь... Я думаю, что это обозначает лицо, которое говорит. Закрашенное
внизу... мне кажется, это значит... точно, совершенно верно, это положительное волеизъявление
А эти значки обозначают, что здесь имеется в виду определенный порядок какого-то процесса,
а другие, вот здесь, указывают на другие элементы. Я не могу их понять, могу только
предположить общий смысл. Все это должно в общем звучать примерно так: "Я хочу доложить,
что условия идентичны или без изменений" или "лицо прилагает чрезвычайные усилия
доказать, что космос стабилен". Что-то в этом духе. Ты уверен, что в этом сообщении речь идет
о сокровищах?
- Документы мы приобрели именно по этой причине.
- Хм, - Зарфо шмыгнул своим длинным черным носом. - Посмотрим. Этот второй
символ... Ты видишь этот цвет и этот уголок вот здесь? Это значит "взгляд", а другой -
"преклонение". Построения фразы я не понимаю, но вот это может означать "невидимость"
или "слепоту"...
Так Зарфо еще долго размышлял вслух, толкуя на разные лады каждую идеограмму,
каждый цвет и каждый уголок. При этом он иногда случайно обнаруживал смысловое значение,
но в большинстве случаев он был вынужден признавать, что точный смысл ему понятен не был.
- Вас изрядно надули, - наконец сделал он вывод. - Я почти уверен, что здесь не
упоминаются ни деньги, ни сокровища. Мое мнение таково, что это отчет о торговле.Глава 9
Рейт вернулся в гостиницу и обнаружил Треза в холле.
- Ну, что было после того, как я остался у локара? - спросил Рейт.
- Этот Хельссе стал каким-то молчаливым. С нами он почти не разговаривал, но, тем не
менее, рассказал, что вечером будет ужинать с владыкой Голубых Йадов и что мы вроде бы
туда тоже приглашены. Но он, как будто, собирается еще дополнительно сообщить нам об этом
в официальном порядке и в предписанном стиле. После этого он уехал.
Все это показалось Рейту довольно непонятным. Зачем было Хельссе ускорять его смерть,
к которой должны были привести двенадцать следующих непосредственно друг за другом
прикосновений?
- День был весьма насыщенным, - сказал он Трезу, - и я уже совершенно ничего не
понимаю.
- Чем быстрее мы покинем Сеттру, тем лучше, - сказал Трез, и Рейт не мог с ним не
согласиться.
Появился Анахо, только что от парикмахера и великолепно выглядящий, в новой черной
куртке с высоким воротником, синих штанах и мягких невысоких сапогах, носы которых были
модно изогнуты. Рейт отвел его в сторону и рассказал ему о событиях дня и сделал вывод что
деньги, которые они рассчитывали получить у лорда Кизанте, все еще были нужны.
Ближе к вечеру явился облаченный в канареечно-желтый бархат Хельссе и осведомился,
доставляет ли им удовольствие пребывание в Кате.
- Я еще никогда не чувствовал себя так хорошо, - заявил Рейт.
- Отлично! Относительно сегодняшнего вечера лорд Кизанте считает, что ужин с
соблюдением всех формальностей был бы для вас весьма утомительным. Поэтому он хочет
предложить вам неофициальный фуршет, на который, если вы, конечно, не возражаете, я хочу
сразу же вас отвезти.
- Мы готовы. Но, чтобы избежать недоразумений, сразу скажу: настаиваем на достойном
приеме, - заявил Рейт. - Мы рассчитываем, что нас не будут запускать во дворец с черного
хода.
Хельссе сделал возражающий жест.
- По случаю незначительного события - небольшой прием, так гласит наше правило.
- Наш уровень требует того, чтобы нам был предоставлен парадный вход. Если лорду
Кизанте такие условия не подходят, он может встретиться с нами в другом месте. Например, в
таверне напротив "Овала".
Хельссе недоверчиво засмеялся:
- Он скорее согласится облачиться в плащ и шапку профессионального клоуна. Ну,
ладно, чтобы избежать сложностей, мы воспользуемся парадным входом, что, в конце концов,
не так уж и важно.
Рейт усмехнулся:
- Особенно учитывая то, что Кизанте приказал провести нас во дворец через
посудомойку. Ну ладно, идем.
В просторном, черном, открытом автомобиле они доехали до Дворца Голубых Йадов, и
после того, как Хельссе несколько озабоченно окинул взглядом весь фасад здания, трое
чужестранцев были проведены через парадный вход. Хельссе переговорил о чем-то со слугой,
после чего отвел гостей в небольшой зелено-золотистый салон, выходящий во двор. Лорда
Кизанте нигде видно не было, но Хельссе пообещал, что через несколько минут он появится.
После этого он и сам исчез.
Прошло некоторое время, и появился лорд. Он был одет в длинные белые одежды, белые
мягкие туфли и черную шапочку. Он выглядел мрачным и недовольным.
- Кто из вас тот человек, с которым я уже раньше разговаривал?
Хельссе что-то ему шепнул, и он повернулся к Рейту.
- Ах, да, я припоминаю. Ну, устраивайтесь поудобнее. Хельссе, приказал ли ты принести
что-нибудь для освежения?
Слуга уже вез тележку со сладкими вафлями, солеными бубликами, острым мясом и
вином. Рейт выбрал вино. Трез - стакан сиропа, а Анахо взял зеленой эссенции. Кизанте взял
палочку ладана и обошел с ней помещение.
- У меня плохие новости для вас, - сказал он. - Я взял назад свои предложения и
обещания. Другими словами, вам нечего ждать вознаграждения.
Рейт подумал.
- Значит, вы оплачиваете предложения Дордолио?
- Я не будут распространяться на эту тему, а вы можете принимать мой ответ так, как
вам угодно.
- У нас к вам нет никаких претензий, - объяснил Рейт. - Я вчера приехал только для
того, чтобы сообщить вам о судьбе вашей дочери.
- Обстоятельства меня больше не интересуют.
Анахо в ответ на это засмеялся.
- Разумеется! Ведь тогда вы должны были бы сдержать ваши обещания. А вы, между
тем, наняли для моего друга убийцу.
- Убийца? Что вы имеете в виду? - спросил лорд.
- Ваш помощник... - Рейт указал на Хельссе, - заключил с Гильдией контракт по
форме восемнадцать, чтобы меня убили. И я думаю о том, что нужно предостеречь и Дордолио.
Ваше благоизъявление, лорд, имеет ядовитые иглы.
- Что это значит? - спросил лорд своего помощника. Хельссе приподнял черные брови:
- Я только хотел честно исполнить свой долг.
- Торопыга! Ты хочешь выставить Голубых Йадов в смешном свете? Если это получит
огласку...
Хельссе лишь пожал плечами и налил себе стакан вина. Рейт встал.
- Я считаю, что наши дела на этом можно считать законченными.
- Минутку... Мне нужно подумать... Тебе наверняка ясно, что так называемый заказ на
убийство - это чистая ложь?
Рейт покачал головой.
- Нет, нет. Меня слишком часто обманывали. Я скептик.
Лорд Кизанте резко повернулся, при этом палочка ладана упала на ковер и прожгла в нем
дырку. Рейт поднял ее и положил на сервировочную тележку. Лорд Кизанте кивнул Хельссе,
пошептался с ним о чем-то в углу и вышел.
- Лорд Кизанте поручил мне, - объявил Хельссе, - сразу же выплатить вам десять
тысяч секвинов - при условии, что вы еще сегодня покинете пределы Ката и первым же
отплывающим кораблем направитесь из Верводеи обратно в Котан.
- Со стороны лорда Кизанте это необычайная наглость, -
...Закладка в соц.сетях
