Жанр: Фантастика
Разведчик 2. Принцесса для сержанта
...чим, ты мне с первого взгляда
приглянулась. В отличие от...
Ну, это я, положим, слегка загнул. У меня тогда другая проблема была - как эту рыжую
кошку скрутить и самому при этом с целой шкурой остаться. Тут уж не до красот.
Только комплимент мой, похоже, даром пропал. И вообще, какое-то странное действие
произвел.
- Но она же - принцесса!
- Да хоть государыня-императрица, - говорю. - Я же про другое.
Вот так вот...
А с ребятами своими из очень отдельной разведывательной ее высочества роты и вовсе не
успел увидеться... ну да и навряд ли позволили бы. Секретность - она тетка серьезная, ее,
говорят, блюсти нужно...
Ладно.
Выехали мы на рассвете, а первый привал устроили в полдень.
Думаю, еще минут пять - и я бы из седла без всякой команды вывалился. А так - сполз
тихонько... и даже сумел два шага сделать, чтобы не на придорожную пыль рухнуть, а под
дубом, в прохладу тенистую.
Хороших нам коней дали. Выносливых.
Только вот, соображаю, если Ариниус и дальше тот же темп движения выдерживать
собрался, то к вечеру сгожусь я разве что на цирковой номер в стиле угнетаемых британским
империализмом товарищей индийских йогов. В смысле: смогу голым задом на гвозди садиться
или, к примеру, на сковородку. А еще - художественно подвывать.
Можно, конечно, еще попытаться часть пути бежать... ну, к примеру, за конский хвост
уцепившись?
- Здесь я с вами расстанусь.
Я в первый момент даже не понял, что маг сказал, - очень занят был. Травинку
рассматривал, по которой муравей полз. Рыжий такой мураш, здоровый... чем-то он мне
Ваньку-Синицу напомнил, то есть сержанта Синичкина.
- В замке говорилось иное.
Я кое-как на бок перекатился. Сказать мне особо нечего было, а вот посмотреть, чего
другие скажут, хотелось.
- В замке... - судя по тону и выражению лица, с которым Ариниус это произнес,
мнение у мага о замках крайне невысокое. Равно как и о жителях данной фортификационной
структуры. - В замке я принужден был говорить, что хотели услышать ваши, принцесса,
верные слуги. Хотели же они услышать, что буду я неусыпно находиться подле вас, дабы мог в
любой миг магией своей охранить.
Принужден он был, видите ли... ага, три раза. Я-то хорошо помню, как товарищ маг на
совете Круглого Стола выступал. Такого к чему-нибудь принудить - проще застрелить и
самому сделать.
- Каков же твой настоящий план, Ариниус?
- Нам... - Маг замолк ненадолго, губами пожевал... точь-в-точь, как мой Техас... -
Нам опасно ехать вместе. Ваши придворные маги сумели неплохо скрыть вас, принцесса, но
проделать то же со мной им не по силам...
- ...А ты, Ариниус, известен куда больше, чем юная принцесса из маленького
приграничного королевства. Право же, достойно удивления, что об этом никто не подумал...
- Видимо, - хмыкает маг, - они решили, что великий я способен решить эту проблему
без их помощи. Увы, я маг, а не бог.
- Великий маг.
- Самые великие маги, принцесса, могут лишь пытаться обмануть законы,
установленные богами.
- Так обманывай.
Я так и не понял, всерьез Дарсолана это сказала, или это у принцессы юмор такой. В
голосе и тени смешинки не было... хотя...
- Не все так просто, как хотелось бы нам того, принцесса. Призвав магию, дабы скрыться
от одних глаз, я поневоле зажгу сигнальный огонь для глаз иных.
Может, показалось, но на миг у принцессы в глазах скользнуло... ну, словно у школьника,
которому по десятому разу одно и то же повторяют.
- Что же ты предлагаешь?
- Разделиться. Магия не сумеет укрыть меня от всех взоров, но зато она может провести
там, куда не глядят чужие глаза.
- И как же тогда мы попадем в Рокфордейл? Эльфы, как тебе превосходно ведомо, не
жалуют незваных гостей... да и званых не очень-то привечают.
- Вам... помогут.
Насчет "помогут" волшебник с таким видом изрек, словно подмогу эту из него щипцами
тащили, на манер больного зуба. Причем долго тащили, неумело...
- Вы должны будете добраться до Пастушьей Норы. Это крохотный поселок на самом
краю...
- Любезный Ариниус! Я еще не настолько стара, чтобы не помнить карту собственного
королевства!
Как по мне, так лучше бы ее высочество товарищу магу договорить позволили. Потому
как видел я карты здешней выделки. Ценность некоторые из них представляют, но
исключительно художественную, как произведение рисовального искусства. А вот как
источник полезной информации... если север с западом не перепутан, считай, повезло.
- ...Великого Леса, - невозмутимо заканчивает маг. - В нем три дюжины домов и
всего лишь один трактир, которым владеет человек по имени Укроп. Укроп Косик. Он-то вам и
нужен.
Сказал и развернулся. Я лежу, продолжения жду, а волшебник спокойно так подошел к
коню, взялся за луку... даже ногу в стремя успел поставить, прежде чем до меня дошло, что
продолжения-то и не предвидится.
- Зачем?
Маг замер. Так, словно я не вопрос задал, а выстрелил ему в спину, причем не один раз, а
минимум пол-обоймы разрядил.
- Что значит "зачем"?
- То и значит, - говорю. - Зачем нам добираться до Пастушьей Конуры и разыскивать
в ней трактир этого... Щавеля Крапивыча?
- Укроп. Хозяина трактира зовут Укроп Косик.
- Да хоть Сельдерей Пастернакович! Зачем он нам сдался?
- Он, - с устало-поучительным видом изрекает волшебник, - скажет. Когда придет
нужное время. А время придет, когда вы доберетесь до Пастушьей Норы. Надеюсь, -
осведомляется он, - теперь-то уж всем все стало ясно?
Не скажу за принцессу, но лично мне ясно стало ровным счетом ничего.
Только вслух я об этом не сказал. Зачем? У Ариниуса свое мнение есть - вот пусть он его
и дальше ест, имеет и прочие действия совершает. А переубеждать его - лучше я с "ПТР"
против "тифа" выйду, там хоть какие-то шансы маячат...
Пусть лучше мудрый волшебник попрощается, помашет нам ручкой и, как говорил
лейтенант Палиев, отчалит в далекие края. Ну а мы уж тут как-нибудь без него... решим, что
дальше и куда.
Лично я был настроен хватать ее высочество под белы ручки и тащить обратно в замок.
Задание, оно, конечно, задание, но коль уж такая бледнота пошла...
Может, волшебник даже и в чем-то прав - допускаю. Даже - что прав он кругом, а
также лесом и квадратом. Был, помню, случай: пытались мы через участок соседа слева - в
смысле, соседней дивизии - пройти, больно уж наши собственные фрицы пуганые стали. Так
ихний начразведотдела битый час над схемой передовой соловьем разливался. Что да как, где и
почему, тут пригнетесь, здесь проползете - чуть ли не каждый шажок вы-пла-ни-ро-вал. Но
только вышли мы из его землянки, как лейтенант из тамошней разведроты - который и должен
был наш переход непосредственно обеспечивать - обернулся, глянул зло, сплюнул и
вполголоса так: "Слышали, чего наговорил? Так вот - забудьте к чертям! Пойдете вы не там и
так!".
Это вариант раз. А два - пришел к нам как-то с очередным пополнением рядовой
Курочкин. Вроде бы боец как боец, на занятиях держался хорошо - звезд с неба не хватал, но
осваивался уверенно. Только вот в первом же выходе взял, да и резанул по группе фрицев,
которые мимо засады шли. С какого дуба, что ему в голову стукнуло... ну пятерых он этой
очередью положил... семерых, если повезло. Ну и сам лег - это ему тоже, считай, повезло,
потому что за дело проваленное, троих убитых и двух раненых... ох, спросили бы с него.
Отдельно - за старшину Веснушкина... три ордена, пять медалей, "языков" из-под земли
доставал... детей двое... в Куйбышеве... столько раз он под смертью ходил, а погиб - из-за
дурака!
После рядового Курочкина и не люблю я таких вот, самоумных. Которые ни с того ни с
чего начинают вдруг не предусмотренные планом телодвижения выделывать. Одно дело, когда
противник, как говорит старший лейтенант Светлов, импровизировать вынуждает, - враг, он
на то и враг, чтобы по своим планам воевать, а не по нашим. Но когда свои начинают палки в
колеса ставить...
Что-то Ариниус, наверное, заподозрил - очень уж внимательно он мной любовался. Не
думаю, что старший сержант в мятом камзоле поверх гимнастерки такое
высокохудожественное зрелище, чтобы своим видом волшебника заинтересовать. И уж тем
более - несколько минут взглядом буравить.
- Пастушья Нора, - медленно так повторил, веско, старательно каждую букву
выговаривая. - Трактир. Укроп Косик.
- Ага, - киваю. - Укроп. В трактире. Укроп Косик. Запомнил. Теперь сто лет помнить
буду и уж точно ни с каким Чесноком не перепутаю.
Кажется, Ариниус мне что-то сказать собирался. Или в жабу взглядом обратить - ребята
в замке уверяли, с товарищей колдунов иногда и такое станется, даже с тех, кто добрыми себя
кличут. Но - то ли вспомнил волшебник наш, под чьими знаменами он на учете состоит, то ли
не вышло из меня жабы... одним словом, пустил он белогривку свою с места в карьер, и
меньше чем через минуту осталась от мага нашего только пыль над дорогой.
Ну а я на спину отвалился. Лежу, дерево над собой изучаю... благо дуб развесистый, есть
на что посмотреть.
И, само собой, краем глаза на принцессу посматриваю. Ее светлое высочество Дарсолану.
- Сергей.
- Да, ваше высочество?
- Не обращайся ко мне "ваше высочество". Та-ак...
Я сел.
- А как, - спрашиваю, - принцесса, прикажете вас в дальнейшем именовать?
- Именовать по имени, - с легкой улыбкой отвечает она. - Дарсолана. А лучше -
Дара.
"Дара..."
Наверное, у меня в этот миг все мысли аршинными буквами на физиономии
пропечатались. А может, и нет - может, она заранее все просчитала и сейчас, глядя на рожу
мою, удивленно-вытянутую, произведенным эффектом наслаждалась.
- Что, плохое имя?
- Нет, - говорю, - почему плохое? Наоборот, как раз очень даже хорошее.
- Я и думала, что тебе понравится. Ты ведь дочь барона Лико Карой зовешь?
Угу. Зову. Хотя этот чертенок рыжий чаще сама приходит. Когда нужно... и когда вроде
бы не нужно, хотя на самом деле все равно нужно.
- А знаешь, Сергей, - так и не дождавшись от меня ответа, говорит принцесса, -
почему я именно тебя в спутники избрала?
Хороший вопрос. Положим, кое-какие мыслишки у меня на сей счет водились, но совсем
кое-какие - к рапорту не подошьешь.
- Представления не имею.
- Совсем-совсем?
- Совсем. Теряюсь, ваше вы... то есть Дара, в догадках.
- А ведь на самом деле все просто, Сергей. Ты - Beликий Воин Из-за Края Мира,
Победитель Дракона, Убийца Черного Мага, Возвращатель Короны...
- Как-как?
- А ты не знал? Для тебя особый титул ввести хотели. Сергей... ты герой, но героев в
замке много, и за каждым плеяда славных подвигов, как хвост за лисицей.
Слово "плеяда" я не знал, но смысл понял и без него.
- И чем же, - спрашиваю, - именно я исключителен оказался?
- Вашей любовью. Твоей и Карален Лико. Ты нашел свою любовь, Воин Из-за Края
Мира, и она поглотила тебя всего, без остатка. А значит, Сергей, ты не сможешь полюбить
меня... а я никогда не захочу встать между вами.
Оригинальный способ отбора напарника на боевое задание, думаю, ну оч-чень
оригинальный.
- Боишься принца не дождаться?
Сказал зло и резко - и почти сразу же понял, что глупость сморозил.
Дара - словно кто-то лампочку выключил - вмиг погасла. Ни улыбки, ни искорки в
глазах...
- Нет, Сергей, - тихо так отзывается. - Я боюсь совсем другого. На мне проклятье... и
тот, кого я назову своим... он должен будет умереть за меня!
Ну и бред, думаю. Это ж надо было так девчонке голову задурить! Здесь пророчество, там
проклятье - ох уж мне эта феодально-магическая братия. Инквизиции на них нет, чес-слово.
Ладно. Путь нам вместе неблизкий и, соответственно, нескорый, так что время для
разъяснительной и агитационной работы будет. Слова бы найти.
Удачно нам эта деревенька подвернулась, ничего не скажешь. Вообще-то в приграничье
мало кто селится. Земли хорошей много, да только что на ней вырастишь, когда небо круглый
год тучами затянуто? Картошку разве что... так ведь нет у здешних этой полезной
овощекультуры. То ли среди Дариных предков своего Петра Первого не нашлось, а может,
местный Колумб до Америки не доплыл. Ну и, конечно, близость линии фронта тоже кое-какие
мысли навевает - если из мест подальше хоть какой-то шанс на благополучную эвакуацию
маячит, то здесь и "мама дорогая" сказать едва успеешь.
А тут - деревня, и немаленькая, домов на полсотни. Плюс сараи всякие с амбарами,
ближе к центру - храм каменный. И ограда тоже хорошая - земляной вал с частоколом.
Хорошая, понятное дело, по здешним меркам - любая полковушка эту ограду живо на бревна
и щепки разберет, а то и вовсе... благо холмик, с которого мы с Дарсоланой на эту деревеньку
любовались, есть не что иное, как господствующая высота: ставь на прямую наводку-и клади
снаряд в любое окошко, на выбор.
Это я по привычке просчитал - и еще: что вышки для лучников по-дурацки
расположены. Вроде бы сектора обстрела и приличные, да только ворота с вышек этих толком
не фланкировать, а вот охватить их с трех сторон и выбить массированным - запросто! Видел
я, как здешние робин гуды по шкуре навесным тренируются: лежала обычная коровья, а стала
- ежика гигантского. Так что с таких вышек только за стадом деревенским на лугу следить
хорошо...
Впрочем, для нас с принцессой эти измышления, в общем, маловажны были.
Вышки-домишки, церквушка. Важным другое было: есть ли в деревне кузнец? То есть можно
было бы и без него пытаться обойтись, но с кузнецом - надежнее.
Нам был нужен фургон.
Нужен он нам был, чтобы избавиться от демаскирующего признака - а именно бравого
старшего сержанта верхом на боевом коне. Очень уж это, как выяснилось, неортодоксальное
для аборигенов зрелище. Они-то почти все к седлу с малых лет приучены. А уж рыцари - те,
как я понял, и вовсе наших цирковых джигитов кое-чему поучить могут.
Я же... Дара, как девушка и принцесса, до эпитетов не снизошла, но картину я понял:
пугало огородное, если его к луке прикрутить, и то естественней смотреться будет. Притом, что
Техас мой не какая-нибудь кляча, а первоклассный жеребец редкой и очень ценной в
королевстве породы...
Кузнец в деревне наличествовал Звали его Йохи - имя, как меня Дара по дороге от ворот
пояснила, для здешних мест нетипичное. И выглядел он... нетипично. Колоритный такой
товарищ, лапы мышцами бугрятся и рожа тоже... бугрится. Я так думаю, в родне у него не без
гномов было... а то и не без троллей, если габариты оценить. А тролль - это, доложу вам,
сурово. Мне с одним повстречаться довелось - четыре метра росту, больше всего на ходячий
валун похож был, особенно по части пуле-пробиваемости. Вернее, пуле-непробиваемости - по
крайней мере, очередь из "ППШ" в голое пузо перенес стойко, да трехлинейка его не сразу
взяла. Правда, как мне потом разъяснили, это не обычный тролль был, а горный. Обычные же,
лесные, и ростом помельче и шкурой похлипче - зато и сообразительней своих скалистых
родичей.
Сообразительней, да...
- Значицца, гришь, коня на фургон меняешь?
Меняю. Нам, само собой разумеется, и командировочные-проездные выдали, есть чем в
карманах позвенеть. Но в данном конкретном случае еще и второй интерес имеется: Техаса в
фургон впрягать - это вроде как "опель-адмиралу" сорокапятку на буксир цеплять.
Технически можно, но на деле зверски неэффективно.
Я на Дару оглянулся - а их высочество отвернулись: забор соседний осмотреть.
Она бы, конечно, все эти переговоры на раз-два провела. Но - опять-таки демаскировка.
- Дядя, - вздыхаю, - знаешь, завел бы ты себе хар-рошую привычку - уши мыть. Я ж
тебе уже трижды повторил: меняю этого коня на фургон и двух ваших жеребчиков. Что
сложного-то?
- Коня значицца, - чешет затылок кузнец. - Вот этого?
- Ага, - киваю. - Этого самого. Который вороной.
- Вороной гришь...
- Можешь ощупать на предмет покраски, - предлагаю. - Если, конечно, подойти не
боишься.
На самом деле Техас у меня коняга смирный, посторонних почем зря не пинает - иначе
как бы я сам на него взгромоздился? Но кузнец-то об этом факте не осведомлен.
- Фургон, значицца, и два коня в придачу...
Нет, думаю, все, хватит с меня. Еще одно это его "значицца" - я, не сходя с места, спать
расположусь. Благо, справа в двух шагах у забора охапка соломы свалена.
- Вот что, - говорю, - дядя. Времени у меня не так чтобы очень... а село у вас большое
и с виду не бедное. Думаю, если поискать, в нем не только твой фургон отыщется. В крайнем
случае, - добавляю, - я и телегой обойдусь.
Кузнец только фыркнул.
- Во, - говорит, - вы, замковые, завсегда торопитесь. А куды? Зачем? Сами, небось, не
ведаете.
Я тоже усмехнулся. Ловко... был, значит, весь из себя туповатый и вдруг
философствовать напропалую пошел.
Дяревня, одно слово. Знал бы этот Йохи, на скольких таких деревенских я за последние
три года насмотрелся...
По части житейской сообразительности они, конечно, городских превосходят. Да и по
физподготовке, в основном, тоже, хотя и мы свои значки ГТО не за красивые глаза получали. А
вот с кругозором...
Крестьяне, особенно из пожилых, тех, что Гражданскую помнят, первые, доколхозные
еще годы, - а кое-кто - так и вовсе царя-батюшку, - за жизнь свою нелегкую привыкли
далеко вперед не заглядывать. Вредно, мол, это, да и ни к чему. С нонешними делами бы
управиться: птицу покормить, скотину напоить, а чего завтра или третьего дня будет - это уж
как боженька решит.
И привычка эта - до хрипоты, до пота седьмого торговаться - оттуда же. Лопну, но
здесь и сейчас цену на копейку собью, а то и на все три - ежли городской слабину даст.
- Ты, дядя, - говорю, - за меня не беспокойся и по ночам не переживай, спи спокойно.
Торопимся мы туда, куда нужно.
- Это куды ж?
О! Что еще в деревенских весьма хар-рактерного - любопытство. Оно у них совершенно
безграничное, прямо детское. В сочетании с цепкой памятью к очень интересным эффектам
порой приводит.
- Дядя, - веско так повторяю, - уши мой, они после данной процедуры не в пример
лучше звуки улавливают. Сказано ж уже было: "куда нужно"! Или ты о таком населенном
пункте и ведать не ведаешь?
- И я ж о том, - кивает кузнец, - торопитесь, а куды и сами не ведаете. Было б чего
стоящее, небось, сказали б. Про хорошее, доброе дело чего ж не сказать. А так... "куды надо".
А может, оно и не надо никому вовсе.
- Не-ет, Йохи, надо! Очень многим надо, а некоторым так и просто невтерпеж!
- Это ж кто решил, что оно - "надо"- Умные люди, кузнец, решили, умные. Ну и
мудрые тоже в стороне не стояли.
- А-а... - поскучнел кузнец. - Люди. Люди много чего нарешать могут.... хлупостей
всяческих. Вот ежли б эльфы чего решили...
Что за леший, почти с обидой думаю, и он туда же - про эльфов. Дались местным эти
одиннадцатые...
- Ну да, - говорю. - А если б еще и тебя спросить не забыли, так и вовсе б настала
полная благодать и гармония. Так что ли?
- Не исключено.
У меня аж плечо зачесалось - за неимением на этом плече автоматного ремня. Автомат
или, скажем, карабин в таких вот беседах - очень полезная штука: похлопать по нему можно,
затвором тихонько пощелкать.
Помню, Толя Опанасенко в таких вот беседах любил свой "Дегтярев" из руки в руку
перекидывать. Протянет свое удивленное: "Та шо ты говоришь?" - и махнет при этом...
сошками... в непосредственной близости от носа рассказчика. Обычно после двух-трех
перекладываний народ, что к чему, соображал: и либо исчезал в голубом тумане, либо сказки
сказывать начинал на полтона ниже.
Кузнец на меня тем временем еще раз покосился, прищурился.
- Парень... а ты, случаем, не из этих будешь... не красмер?
Красмер - это местные полиглоты так над словом "красноармеец" поиздевались.
- Из этих, - говорю, - а что?
"А то, - сам же себе мысленно отвечаю, - что плакала моя маскировка горючими
крокодильими слезами. Грош ей, выходит, цена - да и то в базарный день, в обычный и того
не дадут".
- А ничего, - хмыкает кузнец. - Сказал бы сразу - мол, красмер я, фургон нужен! А
то, понимашь, торги тут устроил... нешто мы орки какие! Коня менять затеял... да за такого
коня обоз выменять можно!
Я аж опешил маленько.
- Обоз, - уточняю на всякий случай, - мне сейчас без надобности. А вот фургон
нужен. Один фургон. Но с двумя конями.
- Сделаем! - Йохи отвернулся и как заорет: "Мари-и-ид!"
На этот окрик из-за угла кузни выскочил белобрысый паренек в таком же кожаном
фартуке, как у Йохи, - и, увидев его, я отступил на шаг... а по спине холодом повеяло.
Потому что паренек этот был как две капли воды похож на Михеля Нелле.
Тот, Михель, правда, был не кузнецом, а механиком. Унтер-чего-то-там-мейстер.
Однажды вечером он решил срезать дорогу, пройдя по лесной тропинке - не зная, что
тропинка эта глянулась не только ему, но и русским разведчикам. И попал к нам.
Он старался быть хорошим "языком", говорил много, охотно и при этом - судя по тому,
что мы знали и так, - почти не врал. Он старался - но самого главного, того, за чем нас и
послали, он сказать не мог, он не знал. А значит, мы не могли вернуться, мы должны были идти
дальше... ну а он...
Не знаю, почему лейтенант приказал сделать это именно мне. Вряд ли это было
проверкой... хотя кто знает? У лейтенанта не спросить - месяц спустя он стал старшим
лейтенантом... посмертно.
Наверное, было бы много проще и легче, зайди я со спины - типичнейшая, как говорил
старшина Раткевич, задача по снятию часового. Главное - твердо знать, куда бить, ведь сердце
человека - не такая уж большая штука, как иногда кажется.
Я не знаю, как звали первого убитого мной немца - серую фигурку, перечеркнутую
мушкой. Я не помню толком свою первую рукопашную - только хрип, дикий вскрик, лязг
металла о металл и короткую, в упор, очередь. Очередь, после которой душивший меня немец
обмяк, напоследок рассадив мне бровь острым краем каски.
Я даже забыл, как звали первого убитого мною в "поиске"... задремавшего пулеметчика,
забыл, хотя сам же забирал его солдатскую книжку.
А вот Михеля Нелле - запомнил.
Неужели все дело в том, что у него были связаны руки? Или в этой его дурацкой фразе:
"Я давно хотел сдаться в плен, я знаю - русские не убивают пленных, если они не из СС"?
Ладно.
Насчет фургона Йохи расстарался на совесть. Не дворец, но вполне себе уютный домик на
колесах - доски подогнаны одна к одной, сверху двойной тент брезентовый... в смысле,
здешнего брезента, заговоренного. Даже печурка имеется. Как по мне - совершенно
роскошное средство перемещения, какому-нибудь фрицевскому Опель-блицу запросто фору
даст.
И все это - считай, за красивые глаза. Потому как коня в уплату борода брать не желал
со страшной силой. Я себе мозоль на языке натер, пока его уболтать пытался... в итоге сошлись
на том, что полгода он Техаса у себя подержит, а если я за это время не вернусь, сведет его в
замок.
Есть у меня, правда, подозрение, что будет мой красавец вороной все эти полгода в
конюшне стоять да отборным ячменем хрумкать... вместо полезной сельскохозяйственной
деятельности.
Ну да...
- Сворачивай!
Меня от этого окрика будто пружиной подбросило. Бросил поводья, автомат из сена
выдернул и кувыркнулся в кювет. Ну, в смысле, туда, где у приличных дорог кювет, а у
здешних - куча листьев прошлогодних. Перекатился, вскочил...
Никого. Фургон еще пару шагов прокатился и стал - то ли Дара спохватилась, то ли
коняшки нам редкости умные попались.
Кстати о принцессах...
- Сергей, - глаза у Дары на манер совиных сделались на пол-лица, - ты что?
- Я-то ничего. А ты что?
- Я?!
- Ну не я же. Чего кричала?
- Я не кричала.
- Не кричала?! А кто у меня под самым ухом завизжал?
- И вовсе я не визжала! - с таким вот видом оскорбленной невинности, наверное,
только принцессы изъясняться умеют. Еще одно фамильное умение... а может, и учат их этому.
- Я сначала тихо сказала, а ты сидишь, как тролль окаменевший...
Та-ак, думаю, то ли мне самому пора пришла уши с мылом драить, то ли где...
- Ладно, - говорю, - замнем для ясности. Куда сворачивать-то?
- На поляну.
Глянул - и в самом деле, справа от дороги просвет и виднеется в нем небольшая такая,
но очень симпатичная полянка.
- Допустим. А зачем нам туда сворачивать? - Сергей, - удивленно так тянет Дара. -
Ты уже забыл все, что мы с тобой придумали?
Тут уж моя очередь удивляться настала.
- Ну вообще-то, - говорю, - на провалы в памяти до сегодняшнего дня не жаловался.
И разговор наш помню. А вот при чем к нему поляна, в толк взять не могу.
Говорю и чувствую - ох и выдаст принцесса мне сейчас чего-то донельзя очевидное...
так что буду стоять на манер чурбана и моргалами хлопать.
- Но, - хмурится Дарсолана, - это же очевидно. Если мы хотим выдать себя за
странствующих актеров, то фургон надо раскрасить.
Ну! Что я говорил!
Камуфляж - он и у Роммеля в Африке камуфляж, только, понятное дело, специфический
пустынный. Соответственно, коль мы с Дарой решили под здешних цирковых менестрелей
маскироваться, то и окраска нашего транспортного средства обязана быть ихней штатной.
Ладно.
Раскрашивать Дарсолана мне не позволила - ну, я в общем-то и не особо рвался. Имеется
печальный опыт. Не такой грустный, как, скажем, у товарища О. Бендера, но старшая
пионервожатая впечатлениями от моих художественных талантов делилась на совете дружины
долго и, как говорит старший лейтенант Светлов, экспансивно. Нет, вру: экспансивно - это
когда пуля разрывная, а то словечко, которым товарищ старший лейтенант щеголяет, -
экспрессивно.
С тех вот пор я в художники и не рвусь. Другое дело - валежник для костра собрать. Тут
все просто и понятно, никаких тебе пропорций с перспективой.
Насобирал охапку, дотащил, вывалил, поворачиваюсь... и, что называется, замираю в
глубоком ошеломлении.
- Ну как?
Я фургон обошел, посмотрел на вторую сторону... еще больше впечатлился...
- Слушай, - говорю, - это что, магия такая?
- При чем здесь магия? - удивляется Дара.
- Ну-у... у тебя ведь и красок не было.
- Как и фургона. Я, - ехидно заявляет принцесса, - тоже в деревне времени зря не
теряла.
Хотел было я спросить, у кого это в деревушке можно красками разжиться, и передумал.
- Сергей... - Забавно, первый раз у принцессы настолько неуверенный голосок. - А
что ты про рисуно
...Закладка в соц.сетях
