Жанр: Фантастика
Древняя кровь
...а могла попасть к музыканту
повыше классом. На это никто не обращал внимания.
Олег пел старинные песни. "Музыка моя, слова народные", - добавлял он в таком
случае. Этих слов раньше никто не слышал, хотя знатоки народных песен здесь были. Пел
песни поновее - можно было догадаться, какие события в них упоминаются. Пел то, что не
имело возраста, - многое существовало всегда и будет не раз, и каждый может найти в этом
свое.
Слушали нового барда внимательно. Восхищенно, ревниво, с любопытством, оценивающе
- но никто не отвлекался, не перешептывался, не обсуждал какие-то свои дела. У
Лени-Пустынника горели глаза, он подался вперед, пальцы шевелились, словно он подыгрывал
или пытался повторить мелодию. Сергей скрестил руки на груди, пытался выглядеть
отрешенным и даже надменным - слыхали, мол, и не такое, ничего особенного. Выдавали
глаза - то грустили, то смеялись, то задумывались вслед за песнями. Ирина прижалась к плечу,
тихо дышала в щеку, иногда вздыхала - и бурно восторгалась в перерывах между песнями,
просила петь дальше.
Очередная песня началась с долгого перебора струн. Скорее даже перезвона,
перешедшего в быструю мелодию. Наконец Олег запел. Но запел не своим голосом -
глубоким, гортанным. Сначала показалось, что поет он на каком-то неведомом, чужом языке.
Потом начал доходить смысл слов. Слова, словно играли с ритмом. То отставали, то
перепрыгивали через него, то бежали вместе с ним в веселом хороводе. Скорее даже по спирали
- каждый новый повтор чуть отличался от другого. Голос становился то громче, то тише,
взмывал в высоту и опускался до грозового гула. Сначала Александр пытался уловить смысл
песни - было в ней что-то про созвездие рун на клинке, про шепот листвы и пение вьюги...
Потом слова опять растворились в ритме. Потом и ритм исчез. Остался мощный, бурный поток,
который подхватил и понес, потащил, завертел - и вдруг выбросил на поверхность. В тесную,
маленькую комнату. Песня кончилась.
Тихо было в комнатушке. Все молчали - ни похвалы, ни обсуждения. Ирина затрясла
головой, провела ладонью по глазам, словно избавляясь от неожиданного видения. Еще
несколько человек хлопали глазами, озирались по сторонам, приходили в себя.
- Фигня какая! - Первым нарушил тишину Сергей. - Ни музыки, ни слов, ни... - Он
осекся, хмыкнул и махнул рукой. - Извините, конечно, но я привык говорить то, что думаю.
- Нет, Серега, ты не прав. Не скажу, что всё понял, но здесь что-то есть. И довольно
много. - Пустыннику не пришлось приходить в себя, но выглядел и говорил он задумчиво, без
своего обычного балагурства. - Сильная вещь, необычная. Это тебе не вечный ля-минор.
Простите, Михал Сергеич, вы где-то специально учились? В музшколе, в училище?
- В общем-то, нет, всё частным образом. Просто учителя были хорошие. - Олег говорил
устало, словно все силы ушли на то, чтобы спеть. - Ну, кто следующий?
- Михаил Сергеевич, а еще что-нибудь можно? - встрепенулась Ирина. - Пусть не
такое, я понимаю, но хоть повторите из прежних.
- Увы, сударыня, увы. Другим тоже петь хочется, да и мне пора. Саша, вы меня до
остановки не проводите? Я в этих местах не вполне ориентируюсь.
- Ирин, подождешь? - Александр уловил тень огорчения в глазах. - Я ненадолго, надо
человека до транспорта довести.
- А может, останетесь? - Девушке явно хотелось о чем-то поговорить с новым
товарищем по гитаре. Причем товарищем явно старшим и опытным.
- Не могу. Хотел бы, но некогда. Может, потом еще увидимся, а сейчас дела ждут. Да и
ваше с Сашей дело молодое, вам вдвоем побыть надо, а не со мной. Так что извиняюсь и
исчезаю. Да вы сидите, вам незачем туда-сюда бегать. Тут, как я понимаю, недалеко, так что
Александра я похищаю минут на пять, не больше.
Вышли молча, так же молча спустились на первый этаж.
- Слушай, здесь где-нибудь туалет есть? - неожиданно спросил Олег. - И сидели
долго, и невмоготу больше личину держать. Сил и так много потратил. Еще засну в автобусе,
всех напугаю.
- Должен быть. Я его на первом этаже унюхал, когда сюда шли.
Туалет нашелся довольно быстро. Олег умылся, пофыркивая, протер лицо руками - и
снова стал самим собой. Подмигнул:
- Помянем твоего коллегу Михал Сергеича? Потом не забудь придумать, почему его
нельзя снова пригласить. Второй раз я точно такое же лицо не слеплю.
- Предупреждать надо, что петь собрался. Что я теперь скажу? Что работал с таким
талантом и знать о нем не знал?
- А почему бы и нет? Насчет таланта - это ты загнул. Тут не в моем мастерстве дело, и
вообще, давно я инструмент в руки не брал. И на этот раз не собирался. Просто посидел,
посмотрел, послушал, а потом понял, что это будет самый простой способ их раскрыть. Кстати,
как тебе финал? - Олег отряхнул руки и направился к двери. - Что услышал?
Александр задумался.
- Черт его знает, что услышал. Я вообще слабо понял, что это было. Похоже на какую-то
"психоделику". Вся эта работа ритмом, голосом - что-то подобное я уже встречал. Толи в
"эн-эл-пи", нейролингвистическом программировании, то ли еще где.
- Догадался все-таки... Это плохо.
- Почему?
- Если ты догадался, то и другие могут. А потом и поймут, для чего именно это было
нужно. Специалистов хватает. Тот парень, хамоватый такой, который первым встрял, - это
кто?
- Сережка, что ли? Да его я и не знаю толком. Это ты к Ирине лучше обращайся, они
вроде бы давние знакомые. - Тут Александр остановился и внимательно посмотрел на
Олега. - А что с этим Серегой?
- Да так, ничего. Знакомые у твоей подруги странные. Один вообще великий маг и
факир, если верить ему самому. Второй от всяческого воздействия закрыт наглухо. Как бункер
при бомбежке. Ничего его не берет - единственного из всей этой компании, кстати.
- То есть как? И что его должно было взять? По-моему, песни он слушал нормально. Вид
только делал, что выше всего, но глаза...
- Да вот в том-то и дело, что только глаза. Чем другим посмотреть не пробовал?
- Нет, - оплошал разведчик, нечего сказать. Предупреждал же Олег, что не на
вечеринку собрались... - Как-то не сообразил. Заслушался.
- Вот именно. Ты заслушался - и про всё верхнее, нижнее и внутреннее забыл, а ведь
тренированный. Да и опыта успел кое-какого набраться. В этой комнате еще четверо были,
которые подобными вещами балуются, - у них через десять минут всё ослабло и растекаться
начало. Поэтому и видно, что только балуются - усилием поддерживают, не рефлексом. А
Сергей твой сидел всё время - хоть бронебойным в него стреляй! Причем ладно бы
какой-нибудь "зеркальный купол" держал! Понаворочено такое, что я впервые и сам вижу. А
повидал я, поверь, немало, и старого, и нового. Мало таких людей найдется, чтобы и песни эти
могли внимательно слушать, и защиту такого класса удерживать. Всем, кого я знал из
подобных умельцев, далеко за пятьдесят было, а занимались они этим с детства.
- Может, у него просто врожденные способности ?
- Не может. Такое достигается только опытом - хотя способности, конечно, тоже
нужны. Кстати, о твоем опыте - молодец, растешь помалу. Смотреть ты забывал, но
прикрывался до последней песни.
Похвала обрадовала. Тем более что и про защиту, и про маскировку Александр тоже
напрочь позабыл.
Ну, может быть, какие-то смутные ощущения остались. Как воспоминания о
неоконченной работе. Неужели и их хватило?! Тогда действительно растем. А еще - за одного
битого двух наивных дают. Еще пара-тройка юриков, и прямо на коже броня отрастать начнет.
Они вышли из здания. Валил мокрый, липкий снег. Тяжелые хлопья сыпались так, словно
наверху, за облаками, кто-то вовсю работал лопатой. Похоже, занесло крышу, теперь
расчищают. Небеса у нас тоже российские, поэтому сбрасывают всё на тех, кто ниже. Больше
всего, как всегда, достается прохожим. Вот блин, а на "УАЗе" форточки открыты!
От форточек и причины, по которой они сейчас пропускали в машину пару лопат будущей
сырости, мысли опять вернулись к защите и сегодняшнему вечеру.
- Олег, а для чего нужна была последняя песня? И почему она подействовала не на всех?
Меня вообще почти оглушило, Иринка тоже в себя приходила, а половине ребят хоть бы что.
- Еще не догадался? - Олег хмыкнул и прищурился. - Попробуй сам ответить.
Избирательное действие на лицо, всё остальное тоже заметно. Думай!
До остановки дошли молча. Время позднее, погода мерзкая - в обклеенном рекламой и
объявлениями павильончике не было никого, кроме них. Постояли немного. Наконец
Александр высказал догадку:
- Эта песня... Она как-то связана с силой человека? С его способностями?
- Горячо, горячо. Но не попал. Одно слово тебе мешает. А ведь кто точно должен бы
догадаться, так это ты.
- Какое слово? Хотя погоди минутку...
- Зачем? Я же вижу, что ты догадался. Этой песней мы раньше пользовались, чтобы
своих распознавать. Сейчас проще, со всеми современными сдвигами по фазе Древняя Кровь
сама о себе заявляет. А лет двадцать назад мало кто интересовался "резервными
возможностями человека". - Последние слова заставили Олега криво улыбнуться. Словно
хотел посмеяться над шуткой, да вдруг скулы свело. - А уж начни рассуждать о временах
доисторических да не прояви должного материализьма... Знаешь, был такой диагноз:
"вялотекущая шизофрения"? Специально для этих случаев придумали. Вот самодеятельная
песня - дело святое, народное творчество мы всегда поощряли. Особенно если песня ни о чем.
Опять-таки фольклорные корни, тоже замечательно. И нам хорошо: спел в таком вот кругу - и
все свои как на ладони.
- Значит, она только на Древний Народ действует?
- В основном, и не на всех. Я же говорил - носителей нашей Крови много. Тут не одно
поколение работало, что над музыкой, что над словами. Раньше вообще таких песен больше
было - и у нас, и у людей. Руны - только не путай с письменами, - кощуны, ниды, даже
индейские и африканские ритуальные пения - все из этой же области. А именно эта песня
сильнее всего действует на таких, как ты.
- Это каких же? - Александра задело за живое. Опять он какой-то неполноценный
получается, что ли?
- Да не подскакивай ты! У тебя все нормально. - Олег, как обычно, угадывал
настроение и мысли, даже не глядя на собеседника. - Через несколько лет перестанешь на нее
так реагировать - конечно, если с Народом останешься. Обычный Древний к такому
привыкает. Ты же толком нашей жизнью еще и не жил, всё туда-сюда метался. Даже, вступи ты
в Воинское Братство, сегодня тебя так не накрыло бы. После обрядов к подобным вещам
иммунитет постепенно вырабатывается. Смысл будешь улавливать, но голова чистой останется.
Это... - Олег задумался. Пошевелил губами, подыскивая нужное слово. - Это как с водкой.
Если ты совсем никогда не пил - с рюмки свалишься. Научился пить - и после бутылки на
ногах останешься и соображать будешь.
- Потом станешь алкоголиком и не сможешь без бутылки обойтись, - закончил мысль
Александр.
- Не исключено. - Олег призадумался. - Бывает и такое, бывает. Правда, песни для
здоровья не вредны. Цирроза печени от музыки не бывает. Но это уже другой вопрос. Дело тут
еще вот в чем: даже если в тебе Древней Крови ведро и бутыль в придачу, эта песня может не
подействовать. Для этого нужна проснувшаяся Кровь. Помнишь, что это?
- Конечно. Проявляющиеся способности, характер, склад ума...
- О, вот и автобус показался! Ну, потом договорим. Самое главное: поосторожнее
сейчас. Особенно с Сергеем, не нравится он мне. Попробуй разузнать о нем побольше - чем
увлекается, о чем думает и прочее. И Ирину береги. Ты был прав - она из наших, причем в не
слишком далеком колене.
- А как твои подозрения?
- Пока никак. Ни да ни нет. И вообще, это твоя личная жизнь, сам и разбирайся.
Присматривайся, но и причин шарахаться от девушки я пока не вижу.
- Хоть что-нибудь увидел?
- Ты всё и сам знаешь. Кровь есть, сила есть, и немалая. Занималась колдовством.
- Именно колдовством?
- В основном им, но сейчас у людей так всё перемешалось, что там полный типовой
набор. Может быть всё, что угодно, - от некромантии до знахарства. И всё размыто. Либо
давно не делала ничего, либо хорошо от следов избавляется.
Фары желтого "Икаруса" надвигались сквозь летящий снег.
Мотор ворчал, как телефонистка, прерывающая затянувшийся разговор.
- Олег, а можно ей о Народе рассказать? Всё равно она при том разговоре с Юриком
была. Заодно и о ее Древней Крови.
- Опять ты не вовремя с этим!.. Ладно, скажи. Только думай, что можно говорить, а что
нет.
- Понимаю, не совсем дурак.
- Не совсем, а просто влюбленный. Так что язык к уху привяжи и веревочку покороче
выбери. Не только в секретности дело - отпугнуть можешь. Она еще с одной волшебной
компанией не разобралась, а ты в другую манишь.
Створки дверей сложились с шипением и скрежетом. В салоне маячила кондукторша,
глядела хмуро - пассажиры или как? И уж не льготники ли? На всякий случай предупредила:
- Автобус коммерческий! Льгот нет!
- Ну всё, бывай! - Олег шагнул на подножку, обернулся: - До отъезда зайди
обязательно, а лучше на днях. Я сейчас дома всё время.
- Побыстрее садимся! - захрипело в динамиках. Олег вскочил в салон, ухватился за
поручень, Поднял руку, прощаясь. Александр ответил тем же, и тут же прошипела и лязгнула
дверь. Остановку заполнило облако дизельного выхлопа. Ф-фу, черт, какая вонь! Как раньше
этим в армейской технике дышал?!
Облако рассеялось. Дергающиеся красные огни удалялись за белый шелестящий занавес.
Который час? Иринка голову свернет - вот так "на пять минут"!
ГЛАВА 13
Машину в конце концов пришлось бросить. Три дня непрерывного снегопада - слишком
много для лесной дороги. Даже если ее за три недели до этого расчистил бульдозер - все равно
много. Из-под днища "УАЗа" валил пар, перед бампером громоздился сугроб. Дверцу удалось
открыть не сразу. "Говорил Натаныч, чтобы лыжи взял. Надо было слушать бывалого человека,
а не смеяться шутке, - думал Александр, вытаскивая рюкзак с заднего сиденья. - Ничего, два
километра проехали - три дойдем". Он поглядел на дорогу. Попробуем дойти. А куда ж мы
денемся? К тому же здесь, в низинке, наверняка просто намело слишком много. Дальше вряд ли
снега по колено. Но и не по щиколотку, это точно. Ну, надо идти. Мерить. Александр выключил
фары, вынул ключи, захлопнул и запер дверцу. Подошел к радиатору, застегнул дерматиновый
чехол. До встречи, вездеход, отдыхай. Я скоро.
Первая сотня шагов далась легко. Вторая тоже. И третья. На пятой ноги чуть потяжелели.
К тому же в воздухе запорхали, закружились белые точки - две из них опустились прямо на
нос и тут же растаяли. Хреново, конечно, но не смертельно. Если опять начнет заваливать
дорогу - придется больше работать лопатами, только и всего. А трактору всё равно сорок
сантиметров или сорок пять.
Сбиться с пути Александр не боялся. Не дадут кусты на обочинах. Кроме того, даже
промороженная и укрытая снегом лесная земля отличалась от убитой колесами колеи. Остатки
травы, спящие семена - всё это просвечивало зеленоватым, оттеняя серую полосу, уходящую в
лес. Всё было знакомое. Родное.
Было бы лето - лес бы помог и рюкзак донести. Поделился бы силами. Сейчас разве что
кабана искать и навьючивать - все остальные спят. Правда, есть еще косули, зайцы, где-то под
снегом слышна мышиная возня... Александр представил себе скопище зайцев, несущих на
спине один большой мешок. Улыбнулся - над снегом только уши торчать будут. Придется
как-нибудь самому, не впервой. Да и не смог бы он не то что подчинить - подозвать животное.
Это пока не для него, это для Натаныча и других. Старших.
Можно было, конечно, позаимствовать силенок хоть у тех же мышей. Юрик наверняка
попробовал бы. На то он и Юрик, он и у людей не постеснялся бы. Впрочем, сил у человека
гораздо больше - что мышке на день, то человеку на пару шагов. Особенно если шагать с
таким горбом на спине.
К концу первого километра рюкзак потяжелел настолько, что Александр начал
подумывать: а не оставить ли часть груза под каким-нибудь приметны деревом? Надо было еще
в машине рюкзак облегчить. Не подумал. Не рассчитал маленько силы. Смешно - прошел
километр, а ноги привала просят! Впрочем, проламываться по снегу - это не по летней
тропинке гулять. Тем более что "по щиколотку" проваливаться почти не приходилось. А вот
пара мест "выше колена" уже попалась. Специально дорогу закидывало, что ли?! Навалило так,
словно с осени не чистили.
Полтора километра - можно не считать шаги, места знакомые. Вон поворот на Гнилуху,
чуть дальше - просека между пятнадцатым и шестнадцатым участками. Летом можно было бы
по тропинкам угол срезать. По такому снегу - нечего и думать, это только кабаны и лоси
могут себе позволить. Чуть правее ложбинка - ее и не видно под снегом. Значит, там не по
колено, а выше пояса. Куда выше...
Где-то зашуршал о ветки снег. Птица потревожила, ветка последних снежинок не
выдержала - отряхнулась? Не похоже. Задел кто-то. Белый покров похрустывает, вздыхает от
шагов. Прислушался - нет, не человек. И не кабан. Кто там?
Все-таки человек. Причем верхом на лошади. Натаныч выехал с просеки на дорогу,
повернул к Александру.
- Ну, привет! А где машину угробил?
- Застрял я на ней. Завалило у тебя дорогу, хозяин, не следишь! Скоро и на лошади не
проедешь!
- В одиночку не справляюсь, а помощник вот уехал... Завтра дам ему лопату - и пусть
расчищает! - Натаныч спрыгнул с Сороки, пожал протянутую руку. - Как съездил, Саня? Как
отпраздновал, с подругой или без ?
- С Иринкой, конечно! Тебе привет передает. И не только она, - добавил Александр.
- А-а, побывал все-таки у Олега! Ну и как, узнал, наконец, кто ты такой?
- Узнал, и не только о себе. Еще про одного Древнего рассказали. Живет, оказывается,
прямо в нашем лесу.
- Это где же? - Натаныч нахмурился, но глаза смеялись. - Ну-ка, пошли, покажешь!
- Да вот к нему и иду!
- Правда? А я думал, ты ко мне! - Егерь не выдержал, рассмеялся. - Ты уж извини, но
нельзя тебе было всего знать.
- Да я понимаю... - отмахнулся Александр. - Всё понимаю, кроме одного: каким
образом я вообще сюда попал? Меня же никто специально не посылал, сам эту работу нашел.
Или тоже не сам? Приказали, программу вложили?
- Сам, сам, не волнуйся. Никто тебя насильно не тащил. Вот предложили - было дело.
Место тут не само собой возникло. Могу тебе честно сказать - не ты первый здесь
стажируешься. Да и для меня, когда я из Казахстана переезжал, тоже специально освободили.
- А зачем переезжали? Как в газетах пишут, "в связи с известными событиями" ?
- В газетах о наших делах не пишут. Например, том, куда деваться человеку, если по
документам ему ого-го сколько, а он живет и выглядит... На сколько я выгляжу? Ась?
- Н-не знаю, лет на пятьдесят, не больше шестидесяти.
- По нынешним документам мне примерно столько и есть. А по прошлым было бы почти
семьдесят. Мне их сразу после Афгана сделали, в восемьдесят пятом. Когда комиссия
забраковала.
- Так ты и в самом деле вертолетчик?
- А ты как думал? Конечно! Хоть сейчас в кабину.
- Нет, я серьезно. Летал?
- Летал. На "восьмых", на "двадцать четвертых". А в войну - на "Илах". Слышал про
такие штурмовики?
- Конечно. Послушай...
- Санек, мы слушать друг друга потом будем, в тепле. Давай сюда рюкзак. Может, тебе
место уступить? Я и пешком дойду.
- Я тоже.
- Тогда пошли. Машину выручать завтра будем, с утра. А сегодня я тебя в баню пошлю.
Начальственным приказом.
После бани Натаныч поил стажера травяным чаем и расспрашивал. Пообещал
переоборудовать противоугонное устройство так, чтобы после его Применения в машине
можно было ездить не через неделю, а уже через сутки. Требовал подробностей.
Что именно делали Олег и остальные Древние, когда приехал Александр? Какая
интенсивность свечения была вокруг Юрика? А вокруг Ирины ? Как и на кого именно
подействовала песня Олега? Как старый год проводил и новый встретил?
Прекрасно проводил и неплохо встретил. Всё было - и хлопки шампанского, и грохот
петард. К петардам он добавил полную обойму "Макарова", но об этом Натанычу лучше не
знать - тем более что патроны были не казенные. Где взял? В большом городе всё продается и
покупается. Ну, может быть, и не всё, но оружие достать можно. Умеючи, конечно, и имея сто,
а лучше тысячу рублей и пару друзей. Пострелял не только от радостных чувств, но и
показывая Иринке, как обращаться с пистолетом. Мало ли что. Странные знакомые у нее.
Лучше бы эта наука не пригодилась, но знать ее надо. Иначе в нужный момент и до оружия
дотянешься, но не то что врага застрелить - сам застрелиться не сможешь. Бывает еще
интереснее - один умелец ухитрился вместо того, чтобы перезарядить "Макаров", попросту и
неожиданно для себя разобрал его - да так, что инструктор полчаса детали искал...
Было и другое, мирное - несколько компаний, поздравления. Мирного было больше.
Хороших знакомых и старых приятелей хватало. К ним добавились подруги, родственники и
знакомые Ирины, так что первые два дня наступившего года превратились в сплошной визит
вежливости. Всех Александр перечислять не стал - незачем Натаныча утомлять. Да и времени
на это потребовалось бы как раз до утра - с учетом объяснений, кто есть кто и кому кем
приходится.
Не нужно знать старому егерю, а теперь еще, как оказалось, и главе Воинов, что было
между его подчиненным и когда-то спасенной ими обоими девушкой. Что - в общем-то, он и
сам догадывается, а как именно - это уже дело двоих, и только двоих. Не сразу всё
получилось. Когда это чуть не произошло впервые - еще в старом году, - в последний
момент то ли нервы не выдержали, то ли еще что... Отшатнулся Александр, почему-то себя не
смог перебороть: показалось, что не берет он, а наоборот - теряет. Не первой была у него
Иринка, и даже не второй - а вот испугался чего-то. Не то что Натанычу - самому себе не
признается, чего именно. А были это всего лишь глаза девушки - такие, словно в следующий
миг она радостно кинется на шею. Не обнимать - прокусывать! Долго отходил от этого
видения, потом пошел спать со смешанным чувством стыда и облегчения. Следующая ночь
была новогодней, после нее и долгих визитов сил осталось только опустить голову на подушку.
И только потом все было хорошо. Очень. И глаза были нормальные - полузакрытые в
ожидании, шальные, горящие...
Вот о том, как рассказывал ей о Древнем Народе, Натанычу знать не только можно, но и
нужно. Олег попросил передать.
Ирина сначала смеялась удачной и тонкой шутке. Новогодней сказке, сочиненной
специально для нее. Можно было всё так и оставить - пусть будет сказка. Не захотел. Лучше
пусть всё сразу начистоту.
Всё равно не поверила. Рассердилась даже. Потом расплакалась.
- Дурак ты, Сашка! Ох и дурак! Тебе вилку с кухни принести?
- Зачем? - не сразу понял Александр.
- Лапшу с ушей снимешь, которую они тебе навешали! - Снова потекли слезы. Иринка
стиснула зубы, помотала головой. - Вот и я так же... - Не смогла договорить, отвернулась,
всхлипнула. - Думала, хоть ты поможешь выбраться, а ты сам в таком же болоте сидишь...
- Ну почему сразу - "в болоте"?! Что тебе не понравилось?
- У нас тоже таких хватало. - Ирина шмыгнула носом. - Древние Народы, древние
знания... Каждый второй если не русский язычник, то уж точно наследник древних магических
школ и кланов. Войны друг с другом ведут - сидят каждый в своей комнате и пыжатся,
изображают напряжение воли.
- Ну, положим, у нас далеко не так. Я тебя с холмов как тащил, сидя в комнате?! Или
когда почуял что там будет - тоже пыжился?! - теперь пришла его очередь разозлиться. - А
может, там вы просто играли, а я помешал?!
- В том-то и дело, что нет... не играли, - тяжело вздохнула Ирина. - Я же не говорю,
что это все бред и шиза. Сама кое-что могу - ну, ты видел. Вот только когда силы у человека
достаточно для серьезных дел, почему-то всегда его тянет другими править. Эти, которые меня
на холмы приволокли, своих собрали и вооружили, твои тоже, Тем и берут, что не просто
руками машут, а научились чему-то. У нас ведь как - на дурака не нужен нож. А если
пообещал чудеса и сделал - дальше вопросов нет. Вот и тебе что-то показали, чему-то научили
- и готов, ружье в зубы, воюй в чужих разборках.
- Почему ты думаешь, что в чужих?
- Ну да, конечно, теперь уже и твоих. Саша, ты пойми, там, где есть старшие и младшие,
одни всегда используют других. Твоим старшим что-то надо, они за это сцепились, а таких, как
ты, друг на друга натравливают.
- Я знаю, за что воюю.
- А ты в этом уверен? Ты хотя бы своего первого врага видел? Для войны с которым тебя
обучали? Слышал, что он об этом думает?
Вот же черт, и ответить нечего! Был бы тут Олег - может, и сумел бы объяснить,
растолковать. Как тогда, с Юриком - вроде и мысли все правильные, да только на одну
сторону свернуты. Сильно же ее покорежила эта компания.
- Ира, мы сейчас не только о войне говорим. Я тебе хотел о Народе рассказать. В тебе
ведь тоже наша кровь...
- Знаешь, Саша, таких теорий я тебе могу хоть сейчас парочку придумать. Например, что
все, у кого есть такие способности, - потомки марсиан. Или избранные космосом, Великим
Разумом, древними богами - выбирай на вкус. Я и не такого наслушалась. На нашей тусовке у
каждого свой мир, где он - царь, бог или хотя бы вождь племени. Кому фантазии не хватает -
лезут в книги. О твоих Древних я тоже где-то читала - или что-то подобное.
- Хорошо, пусть это выдумка. А как быть с деревнями, в которых все жители сплошь
Древние, у всех способности и всё такое? Это уже целая культура, Иришка, тысячи людей...
- У какой-то секты в Сибири тоже поселения по нескольку тысяч человек, все на своего
очередного Христа молятся. Тоже культура. Хорошо, пусть это не сейчас выдумали -
думаешь, раньше у людей ни способностей, ни мозгов не было? Ну, может, и сто лет твоим
Древним. От этого что-то меняется? Как посылали таких, как ты, стрелять и хватать, так и
будут посылать. Что Древние, что современные - все одинаковые.
- Меня никто на холмы не посылал. Сам пошел, когда почувствовал.
- Ладно, - устало отмахнулась Ирина. - Будем считать, ч
...Поділитися у соцмережах
