Жанр: Фантастика
УГАСАЮЩЕЕ СОЛНЦЕ
...ии и вуали.
- Бай,- пробормотал Чул. В голосе его слышался страх. Хулаг бросил
на него строгий взгляд. Этот молодой регул слишком труслив. Мри,
несмотря на свою надменность, были слугами регулов, и их к этому никто
не принуждал. Да, мри были непонятным народом, но регулам их бояться не
следовало.
Вошли дусы. Их огромные головы были наклонены к полу, словно
звери что-то выискивали. Они забрались в угол и улеглись, положив головы
между мохнатыми лапами. Они смотрели на регулов, и их маленькие, едва
заметные глазки поблескивали в полутьме. Один из них глухо зарычал, но,
повинуясь жесту кел'ена, успокоился.
Тут Хулаг не выдержал и оглушительно чихнул. Ни один из мри, казалось,
не заметил такого вопиющего нарушения этикета. Хулаг пересчитал
мри. Их было одиннадцать. И девять из них были в вуалях - очевидно, мужчины
и женщины Келы. Молодая женщина в золотистой мантии была без вуали.
Рядом с ней стоял старик в такой же золотистой мантии. Хулаг видел лица
только двух мри. И он не мог отвести глаз от прекрасного лица молодой
женщины.
"Странно,- подумал Хулаг,- что особи этой расы уже с рождения
имеют пол, и только к старости различие между полами теряется".- И Хулаг
поспешил избавиться от этой мысли, решив вернуться к ней позже - если,
конечно, мри переживут это смутное время.
Послышался легкий шелест одежды - появилась госпожа, опираясь на
руку юного кел'ена. Она прошла между воинами и опустилась в свое кресло.
На ней не было вуали, и она была очень стара.
Юный воин опустился на колени рядом с ней. Его холодные глаза с
недоверием и враждебностью смотрели на регулов. Взгляд госпожи выражал
покой и мудрость, которые пришли к ней с прожитыми годами. Эти качества
Хулаг высоко ценил, и он внезапно понял, что ему лучше разговаривать с
этой мудрой женщиной, а не с келами.
Ее не удивила встреча с регулами. Взгляд ее был быстр и ясен.
Перед ними было мыслящее существо.
- Госпожа,- сказал Хулаг с тем почтением, которого требовал ее
возраст, хотя она и была мри.
- Хулаг,- сказала она, отбросив все его титулы.
Ноздри его сжались и шумно выпустили воздух. Жаркая волна гнева
охватила его.
- Госпожа,- сказа Хулаг.- На нашем корабле найдется место для
мри.- Это была почти правда: он отвел место для молодых мри. Он надеялся,
что они под руководством рода Аланей примут цивилизацию, станут ее
частью. Но перед ним было только двое молодых. Теперь он мгновенно изменил
решение. Эти старики, подумал он, будут контролировать молодых мри,
сделают их более уступчивыми и, как знать, может, они создадут новую колонию.
Он опять вспомнил кел'ена, покончившего с собой, и подумал, что
этого могло не произойти, окажись рядом старый мри, который объяснил бы
юнцу всю бессмысленность его поступка.
Если же в этих стариках не осталось ни крупицы здравого смысла,
то вся цивилизация мри исчезнет. Им не освободиться от самих себя.
- Нам бы хотелось, чтобы вы поднялись на борт сегодня вечером,-
сказал он.
Госпожа смотрела на него без радости, но и без негодования.
- Да, бай?
- Как можно скорее. Мы уже заканчиваем погрузку.
- А наши дусы? - спросила она.
- И дусы. По одному на каждого.- Хулаг мысленно выругался, прикинув,
что расходы возрастут вдвое против того, на что он рассчитывал.
Про дусов он не подумал. Но он понимал, что эти животные необходимы для
душевного здоровья мри.
- Мы подумаем над этим,- сказала госпожа, положив руки на плечи
молодого воина и молодой женщины.
- Для долгих консультаций нет времени,- возразил Хулаг.
- А,- сказала госпожа.- Значит вы уже знаете о корабле.
Кровь отхлынула от лица Хулага и только спустя некоторое время
восстановила свой обычный бег. Он не смотрел на молодого Чула, надеясь,
что у того хватит ума не пересказывать все, что случилось тут, в компании
молодых регулов и не повторять тех оскорблений, которым подвергся
здесь Хулаг.
- Да,- сказал он,- конечно, знаем. И тем не менее, нам хотелось
бы ускорить наш отлет. Мы не знаем, что это за корабль, но без сомненияЄ-
Он внутренне содрогнулся при мысли о том, что сейчас ему придется
лгать. Лгать во имя регулов, которые находятся под его покровительством.
Во имя своих амбиций. Но это было не так просто.- Когда вы будете на
борту, мы сможем перехватить ваш корабль и увести его в наши внутренние
зоны, туда, где земляне не смогут его достать.
- И вы пойдете на это? - раздался старческий голос.- Неужели мри
наконец попадут на родину регулов? Ведь нам даже не разрешалось знать ее
местонахождение, бай.
- И тем не менееЄ- Он не мог настроиться на ложь. Он учился этому
у других рас. Он смотрел на их ложь с ужасом и изумлением, он знал,
что ложь - самое обычное явление среди землян. Хулаг чувствовал, как кожа
покрывается потом, как горло сжимают судороги. Но он знал, что если
ему не удастся солгать, то все окончится ужасной катастрофой для мри и
для регулов, находящихся у него под началом. Катастрофой его будущего.
Если бы все стало известно на НурагеЄ
Но это же всего лишь мри, низшая раса. Их память коротка. Значит,
ложь не будет долго жить среди них.
- И тем не менее, госпожа,- сказал он, тщательно взвешивая слова,-
это так. Теперь многое изменилось. Мы не можем задержаться здесь
так долго, как нам бы хотелось. Мы заканчиваем погрузку и улетаем.
- Ты боишься столкновения между нами и землянами?
Вопрос попал в цель. Хулаг сидел спокойно, глядя на госпожу и
стараясь найти правильный ответ. Мри, как и регулы, говорили только
правду. Хулаг знал это из записей предков. В этих записях была лишь
правда, которая описывала прошлое и предсказывала будущее.
Неужели его предки никогда не лгали? Никогда не испытывали искушения
исказить крохотную, ничего не значащую истину во имя большой настоящей
правды?
Неужели они так строго и педантично придерживались правды? Эти
сомнения будоражили оба его измученных сердца, выбивали почву из-под самых
твердых его убеждений, вселяли в него неуверенность. И несмотря на
все традиции предков, бай сейчас должен солгать, придав лжи форму правды.
Он должен был сделать это во имя спасения двух рас.
- Мы очень хотим,- забормотал Хулаг, стараясь вжиться в свою
роль,- обезопасить вас от землян, мы хотим побыстрее отбыть отсюда, как
для вашей, так и для нашей безопасности. На карту поставлены наши жизни,
жизни молодых регулов, моя репутация. А я представляю большую ценность
для своего народа. Если вы хотите улететь с нами, то я советую, госпожа,
готовьтесь побыстрее.
- Мы служили регулам 2000 лет,- сказала госпожа.- Это очень
большой срок, а вознаграждение не соответствовало нашим заслугам.
- Мы предлагали вам все. Мы предлагали вам нашу технику, чтобы
вы воспользовались всеми благами нашей цивилизации. Мы предлагали вам
наши знания, нашу историю, нашу технологиюЄ
- Нам не нужны ваши знания,- сказала госпожа.
- В этом ваше несчастье,- сказал бай. Ему уже приходилось сталкиваться
с этим тупым упрямством мри, когда он общался с Медаем.
- Госпожа, вы летаете в кораблях, построенных регулами, ваше
оружие, ваша пища сделаны регулами. Без нас вы бы умерли от голода. И
все же вы презираете наши знания.
- Мы не презираем их,- сказала госпожа.- Они нам не нужны.
Хулаг, не скрывая пренебрежения, окинул взглядом совершенно пустую
комнату, стены которой украшали уродливые символы, не приносящими
никакой радости глазу. Хулаг сомневался, что сами мри помнят значения
этих символов. Мри были очень религиозны. Если они заболевали или получали
рану в бою, они не принимали медицинской помощи от регулов и предпочитали
умереть. Во время болезни им нужно было только присутствие другого
мри или дуса. Такова была их религия.
И обычно они умирали, не пытаясь бороться с недугами. ~Мы воины~,-
говорили они,- ~а не рабочие, не торговцы, не артисты. Нам не нужны
те выгоды, которые приносят ваши знания~. Медицина, техника, литература,
сельское хозяйство, физический труд - всем этим мри пренебрегали,
все это они оставляли регулам.
~Животные~,- думал Хулаг.- ~Это же настоящие животные. Убийства,
насилие вызывают у них наслаждение. Они готовы воевать всю жизнь ради
собственного удовольствия. Нам никогда не отучить их от войны. Они любят
ее слишком сильно~.
Хулаг обратился к надменному молодому кел'ену, который сидел у
колен госпожи:
- Юноша, ты не хочешь учиться? Ты не хочешь иметь то, чем наслаждаются
регулы? Знать прошлое, видеть будущее, делать машины?
Золотистые глаза кела прищурились, что означало высшую степень
изумления.
- Я кел,- сказал молодой воин.- И моей касте не нужно образование.
Спроси лучше сена.
Молодая женщина в золотом, в свою очередь, взглянула на Хулага.
Ее прекрасное лицо, не закрытое вуалью, напоминало маску - совершенно
бесстрастное, ничего не выражающее.
- Сены подчиняются госпоже. Спроси госпожу, бай, может, ей все
это нужно. Если она прикажет мне учиться, я буду изучать все, что ты
предложишь.
Они издевались над ним. Таков был юмор мри. Хулаг взглянул в
глаза госпожи, которые не изменили своего выражения во время разговора.
- Мы знаем,- наконец сказала она,- что это всегда было доступно
нам. Нам нужна не та плата за службу, что предлагаете вы.
Загадки. Мри лелеют свои тайны, свою непостижимость. Такому народу
нельзя помочь.
- Если один из вас,- сказал Хулаг, собрав все свое терпение,-
сможет сформулировать, чего же вы хотите, то, возможно, мы найдем способ
дать вам это.
Но госпожа молчала. И остальные молчали.
~Мы служим за плату~,- надменно сказал как-то один из предков
госпожи. Но он ничего не сказал о том, какая плата нужна ему. И госпожа,
как и ее предок, тоже не говорила ничего.
- Это будет очень удобно для моего народа,- сказал Хулаг. Он решил
прибегнуть к старым формулировкам и воззвал к совести мри. Что ж, по
крайней мере, это было правдой: - Мы привыкли к тому, что мри защищают
нас. Мы не воины. Если несколько мри будут на нашем корабле, мы будем
чувствовать себя в безопасности во время путешествия.
- Если вы просите одного мри для защиты, то я пошлю его с вами,-
сказала госпожа.
- Госпожа,- сказал Хулаг, снова пытаясь воздействовать на здравый
смысл и совершенно забыв о своем достоинстве и о том, что все это
происходит на глазах у Чула.- Неужели ты пошлешь одного из своих людей в
такое далекое путешествие безо всякой надежды на возвращение? И почему
вы хотите остаться здесь после того, как уйдем мы?
- А почему мы должны лететь с вами на вашем корабле на Нураг?
Ведь у нас есть свой корабль. Зачем ты этого добиваешься? - спросила
госпожа.
- У нас есть перед вами обязательства,- сказал Хулаг, и сердца
его бешено заколотились.- Там вы будете в большей безопасности, чем
здесь.
- Здесь будут земляне,- заметила госпожа.- Ты знаешь, что это
означает?
Хулаг ничего не нашел в своей обширной памяти, чтобы ответить на
этот вопрос. В его голове зашевелились тяжелые смутные подозрения.
- Может, вы решили изменить нашему союзу и перейти на службу к
землянам? - наконец прямо спросил он.
Госпожа сделала какой-то жест, смысл которого был непонятен Хулагу.
- Я должна посоветоваться со своими Мужьями,- сказала она.- Если
вы хотите, я пошлю одного из моего Народа с вами. Мы служим регулам. Я
не могу отказать тебе в просьбе, о, Хулаг, бай Кесрит.
Теперь, когда наступило время обмена любезностями, Хулаг сам перестал
доверять мри. Хоть они не могут лгать, но он был уверен, что тоже
не сумеет солгать. Однако пришло время, и он солгал. И это оказалось
бесполезным. Мри и в самом деле не лгали, но госпожа, скорее всего, смеялась
над ним под вуалью вежливости. А черные вуали келов были непроницаемы.
- Что это за корабль, госпожа? - спросил он.
- Что именно тебя интересует?
- Что за мри прилетели на нем? Они из этого эдуна?
- Корабль называется "Аханал". Тебе действительно нужен сопровождающий
на корабле?
- Я отвечу тебе, когда ты переговоришь со своими Мужьями и дашь
ответ на остальные вопросы,- ответил Хулаг, заметив, что госпожа ускользнула
от прямого ответа. Гнев закипал в нем.
Таковы были мри. Они ничего не знают, почти ничего не помнят, и
все же решили одурачить его, регула.
Он был на их территории и по законам этого забытого мира считался
единственным представителем регулов.
Впервые мри предстали перед ним не как дополнительное удобство,
любопытные зверюшки, а как тупая сила, как дусы, опасные и зловещие. Он
смотрел на воинов в черном, с надменным безразличием стоявших перед регулом,
который долгие годы командовал ими.
И чтобы мри не подчинялись регуламЄ Такого никогда не случалось
за долгие годы их службы разным родам регулов, разным губернаторам. Хулаг
порылся в своей памяти и не нашел ни единого случая открытого мятежа,
неповиновения. Это было самым плохим во всей ситуации: регул оказался
в ситуации, которая прежде никогда не возникала, когда его огромная
память была также бесполезна, как чистая незагруженная память молодого
регула.
Регулы в состоянии высшего напряжения изредка проявляли способности
ясновидения, они могли видеть то, что еще не случилось и о чем у
них не могло быть никакой информации. Иногда такие предсказания были
очень точными. Однако такой всплеск умственной активности не проходил
даром. У предсказателя все смешивалось в памяти - то, что было, то, чего
еще не было, то, чего никогда не будет,- и они нередко сходили с ума.
Внезапно Хулаг почувствовал, что видит, как все произойдет дальше. Он
видел, что эти воинственные существа набросятся на него и Чула и моментально
прикончат их, восстав в кровавой безумной злобе против регулов,
против рода Аланей. Два его сердца бешено колотились не только от ужаса,
но и от того, что ему удалось заглянуть в будущее. Ему было всего 310
лет. Он уже достиг пика своих возможностей и хотел продержаться на нем
еще несколько десятков лет. Хулаг пришел в ужас от того, что из-за
страшного напряжения он истощил себя, и теперь его разум начнет угасать.
Старому регулу очень вредно подвергать себя такому напряжению.
- Госпожа,- сказал он, решив еще раз воззвать к ее разуму.- Я
должен сказать, что твои консультации могут вызвать задержку, в результате
которой твои люди могут не успеть на корабль и остаться здесь.
- Мы посоветуемся,- сказала она - и это было ни "да", ни "нет",
но он воспринял ее слова как абсолютный отказ, рассудив, что это просто
отговорка.
У этих мри была какая-то тайна, которая удерживала их на Кесрит,
и они не посвящали в эту тайну регулов. Хулаг вспомнил слова молодого
кел'ена, который покончил с собой, когда ему отказали в просьбе покинуть
корабль. Он, вероятно, хотел доставить госпоже известие о том, что на
Кесрит летят земляне. От этих мри можно было ожидать чего угодно, в том
числе и коллективного самоубийства всей расы: они начали бы защищать
Кесрит от землян, и земляне бы не поверили, что мри действовали самостоятельно,
а не по приказу. Они покончили бы с мри и двинулись дальше на
регулов. Опять предвидение будущего, ужасное предвидение.
Мри отступают лишь после того, как им приказали это сделать, а
стоит хоть на миг ослабить контроль - и они не отступят никогда. Хулаг
мысленно выругал себя за то, что слишком много внимания уделял погрузке
ценностей на "Хазан", когда ему следовало в первую очередь заняться мри.
Хулаг с трудом поднялся. Его мускулы не успели отдохнуть после
такого напряжения, и он не отказался от помощи, которую предложил ему
Чул. Молодому регулу пришлось напрячь все свои силы, чтобы удержать огромное
тело Хулага. Госпожа щелкнула пальцами, и молодой кел'ен легко
вскочил на ноги и поддержал Хулага с другой стороны.
- Это очень утомительно для бая,- сказал Чул, и Хулаг мысленно
выругал не в меру разговорчивого юнца.- Он очень стар, госпожа, долгое
путешествие утомило его и этот воздух ему не очень подходит.
- Ньюн,- обратилась госпожа к кел'ену.- Проводи бая до его машины.-
Она легко поднялась, как ни в чем не бывало глядя на Хулага, с трудом
передвигающего ноги. Хулаг никогда не жалел о своей утраченной молодости
и легкости движений. Ведь взамен он обрел громадную память и почет,
и свободу от страха, который обычно мучает всех молодых регулов. Но
у мри все было иначе. Он с негодованием ощутил, что госпожа устроила
спектакль для своих людей, которые могли сравнивать старого мри и старого
регула, совершенно беспомощного без своих машин.
Для мри, легких и подвижных даже в старости, такая беспомощность
была смешной. Хулаг подумал, что мри издеваются над физической немощью
регулов так же, как регулы между собой смеются над умственной ограниченностью
мри. Но за 2202 года никто не видел смеющегося мри. Хулаг боялся,
что сейчас под черными вуалями прячутся улыбки.
Он взглянул на Чула, чтобы увидеть, понимает ли тот хоть что-нибудь.
Молодой регул казался очень испуганным. Он пыхтел под тяжестью Хулага.
Юноша мри не смотрел ни на того, ни на другого. Взгляд его где-то
блуждал, а скрытого под вуалью лица не было видно.
Они прошли через двери, оказавшись в головокружительных зигзагах
расписанных стен, и снова стали спускаться по проклятой лестнице. От
этого воздуха, от диких сочетаний цветов на стенах у Хулага кружилась
голова; он боялся упасть, и наконец вздохнул с облегчением, когда они
добрались до площадки. Там он немного отдохнул, и затем они снова, шаг
за шагом, стали спускаться. Они вышли на улицу - здесь их поджидал едкий
воздух. Хулаг приободрился. Он остановился снова и, опираясь на плечи
спутников, щурился на свету и старался восстановить дыхание.
- Ньюн,- сказал он, припомнив имя молодого кел'ена.
- Да? - отозвался юноша мри.
- А что, если я попрошу тебя лететь со мной?
Золотистые глаза встретились с глазами регула. Они были расширенными
и, казалось, в них мелькнул испуг. Хулаг прежде никогда не видел,
чтобы мри не могли скрывать своих эмоций. Это удивило его.
- Бай,- сказал юноша мри.- Я служу госпоже, и я ее сын. Я не могу
покинуть ее.
- И вы все ее сыновья?
- Нет, бай. Они - ее Мужья. Я - ее сын.
- Я надеюсь, не в физическом смысле?
Мри посмотрел на него так, словно был одновременно удивлен и оскорблен.
- Нет, бай. Моей настоящей матери больше нет.
- Ты полетишь со мной на "Хазане"?
- Если госпожа отпустит меня.
Он был молод, бесхитростен, и, в отличие от госпожи, свободен от
предрассудков. Молодой, самоуверенный, надменный; но такого, как он, еще
можно научить, сделать из него цивилизованное существо. Хулаг смотрел на
юное лицо, до самых глаз закрытое вуалью, и находил, что этот мри куда
приятнее остальных, однако он обратился к нему, как обращаются старые
регулы к молодым - резко и повелительно.
- А если я прикажу тебе, чтобы ты сел со мной в машину?
Несколько мгновений юноша мри не мог ответить, а может, он обдумывал
предложение. Глаза над вуалью казались испуганными и недоумевающими.
- Ты должен понять, что я предлагаю тебе безопасность,- добавил
Хулаг.
- Только госпожа может приказать мне,- сказал молодой кел'ен.- а
я знаю, что она не пошлет меня.
- Она обещала мне одного мри.
- Кого послать, а кто останется, решает эдун. Это его привилегия.
Я полагаю, что госпожа не отпустит меня, бай.
Сказано было достаточно ясно, и для того, чтобы получить разрешение
госпожи, нужно снова совершить подъем, снова разговаривать с госпожой,
снова испытывать унижение - и все это без какой-либо надежды на
успех. Хулаг обдумал все это и отказался от мысли снова говорить с мри.
Он взглянул на юношу мри, стараясь понять, чем тот отличается от остальных.
- Как твое имя, твое полное имя, кел'ен?
- Ньюн с'Интель Зайн-Абрин, бай.
- Помоги мне сесть в машину, Ньюн.
Поняв, что это все, чего требует от него Хулаг, мри не смог
скрыть облегчения. Напрягаясь изо всех сил, он вместе с Чулом медленно и
аккуратно опустил Хулага на подушки. Хулаг глубоко вздохнул, взгляд на
миг затуманился, кровь бросилась в голову. Затем он нетерпеливым жестом
отпустил мри и смотрел, как тот идет обратно и скрывается за дверью, вырубленной
в полуразрушенной стене. Дус у двери поднял голову, чтобы посмотреть,
кто идет мимо, затем отвернулся и положил голову между лапами.
От его дыхания с земли поднялось облачко пыли. Юноша мри на миг задержался
рядом с ним, а потом исчез в темном дверном проеме.
- Едем,- сказал Хулаг Чулу, который сел на место водителя. И затем
добавил: - Юноша, свяжись с моей канцелярией и спроси, нет ли новых
сообщений.
Он с беспокойством подумал о прибывающем корабле, и о том, каким
безоблачным казалось все еще сегодня утром, когда о нем не было известно.
Он с удовольствием вдохнул теплый очищенный воздух внутри машины и
попытался собраться с мыслями. Вот-вот на Кесрит прибудут земляне. И,
обнаружив поблизости корабль мри, они заподозрят предательство. Это произойдет
совсем скоро, а может даже раньше, чем он думает.
И тогда, без всякого сомнения, между мри и землянами произойдет
столкновение, если он к тому времени не очистит от мри Кесрит и его окрестности
- тем или иным способом. А теперь, после разговора с госпожой,
Хулаг уже не знал, как ему действовать, как договориться регулам и мри.
Или землянам и мри.
- Бай,- послышался в приемнике голос Хады Сураг-ги,- мы связались
с кораблем мри. Это "Аханал".
- Говори мне только то, чего я еще не знаю, юноша.
На некоторое время воцарилась тишина. Хулаг успел овладеть собой.
Хада пытался все сделать как можно лучше. Его положение было сложным
- приходилось находить компромисс между надменностью мри и нетерпением
Хулага.
- Бай,- послышался извиняющийся голос Хады.- Этот корабль не с
Кесрит, но они собираются совершить здесь посадку. Они говорят, байЄ
- Продолжай, юноша.
- Что они на закате солнца будут в городе. Они уже близко, очень
близко, бай. Наша станция выдает им координаты для посадки, но они не
обращают внимания на передаваемую информацию.
Хулаг выдохнул воздух и выругался.
- Ты слушаешь, бай?
- Что еще, юноша?
- Они отвергли наше предложение пристыковаться к станции. Они
хотят совершить посадку в порту. Мы пытались объяснить им, что это противоречит
договору и что порт сильно пострадал во время бури. Они не
стали слушать. Они сказали, что им нужно продовольствие. Мы предложили
им получить его на станции. Они не стали слушать. Они требуют, чтобы их
корабль был переоборудован в военный, с полным перевооружением. Мы заявили,
что не можем этого сделать. Но они требуют, бай. Они сказали, что
у них на борту четыреста мри.
Дрожь пробежала по телу Хулага.
- Юноша,- сказал Хулаг.- Во всей освоенной Вселенной осталось в
живых всего 533 мри и тринадцать из них здесь, на Кесрит.
- Но, бай,- умоляющим тоном произнес Хада.- Бай, я слышал их
слова совершенно отчетливо. Я попросил их повторить цифру. ВозможноЄ что
это последние мри во всей Вселенной.
- Чума и погибель! - Хулаг снова выругался и тронул Чула за плечо:
- Порт.
- Бай? - переспросил Чул, глуповато моргая.
- Порт,- повторил Хулаг.- О, юное невежество! Порт. И побыстрее.
Машина резко повернула влево и покатила по дороге, подпрыгивая
на ухабах. Хулаг смотрел на розоватое небо и отдаленные горы, на дикие
долины и белые песчаные пустыни Кесрит.
Все это достанется землянам.
Он снова с содроганием вспомнил о мри, который покончил с собой,
и о тех мри, что сейчас приближаются к Кесрит - последних мри, уцелевших
в войне, стремящихся к своему Дому, который скоро перейдет в руки землян.
Они хотят умереть тут?
О, если бы все было так просто! Но они вдохнут новую жизнь в
войну, разрушат достигнутый мир и затем, погибнув в бою, оставят регулов
один на один с разгневанными землянами: это было так похоже на мри!
Он начал размышлять. Оба его сердца сжимались от страха. Он никогда
не лгал до своего визита к мри, и он никогда не убивал - за него
это делали наемники мри.
Машина сделала крутой поворот к порту и запрыгала на ухабах.
Разруха пришла даже сюда.
С внезапно сжавшимся сердцем он увидел, что в горах за городом
вновь собираются тучи.
13
Дождь барабанил по стенам эдуна. Ветер обрушивался вниз, но горы
и высокие скалы преграждали ему путь, направляли на город регулов и
порт. Ни один порыв ветра не обрушился на эдун за 2000 лет.
В такой вечер было приятно собраться всем мри за общим столом в
башне госпожи. В этот вечер воздух был пронизан предчувствием чего-то
приятного, каким-то странным удовольствием, таким же сильным, как ветер.
Дусы, которые остро чувствовали настроение, не на шутку развоевались, и
их всех выпроводили из эдуна. Звери исчезли во мраке. Все, кроме ~мьюк'ко~,
который лежал у ворот и не обращал внимания на разыгравшуюся бурю.
Все кел'ейны пребывали в приподнятом настроении. Глаза стариков
сверкали. Никто не говорил о прибывающем корабле, но он был центром всего.
Ньюн, как и все остальные, связывал все свои надежды с прибытием
"Аханала". Перед ним открывались радужные перспективы. Братья. Соперники.
Жизнь.
Пускай у него не было военного опыта, но это был его Дом, он был
келом этого Дома, и кроме того, он был кел'еном госпожи. Это было очень
приятное, но непривычное чувство - ведь он теперь был не самым низшим из
них; он был среди первых.
- Мы связались с кораблем мри,- только и сказала им госпожа. И
это было все, что им было известно о корабле. Утром госпожа собрала их и
говорила с ними спокойно и торжественно. Это было трудно для нее - ведь
последнее время она зачастую плохо себя чувствовала. Но сегодня утром
Интель была такой, какой Ньюн ее прежде не видел - она приводила его в
трепет своим мягким голосом и необ
...Закладка в соц.сетях
