Жанр: Фантастика
Земля Бурь 3. Отравленные земли
.... Он
был сыном короля, а значит, они могли говорить на равных.
- Если я смогу чем-нибудь помочь, тебе стоит только сказать, - уверил он ее. - В
отличие от Фьяны, я не обладаю даром целителя, но зато умею сражаться, а также наделен
благоразумием. Все эти дары я отдаю в твое полное распоряжение.
Она благосклонно склонила голову.
- За это я искренне благодарю тебя. Я знаю, что ты говоришь это не ради красного
словца, и буду рада положиться на тебя, когда придет время.
- Тебе стоит только сказать, - повторил Анса. Королева вяло отщипнула кусочек
какого-то лакомства.
- Ты имеешь хоть какое-нибудь представление о том, сколько времени потребуется
госпоже Фьяне?
- Не могу сказать. Я видел, как она определяет простые заболевания за считанные
секунды, но то были обычные случаи, в которых она имеет огромный опыт. И больные
сами могли сказать, что их беспокоит. Но в нашем случае... - Он пожал плечами. - Мне
кажется, что на это может потребоваться много часов, возможно, даже более одного
сеанса. И это отнимет у нее все силы.
Королева поднялась.
- Я позабочусь о комнатах для вас обоих и пошлю слуг на постоялый двор за
вашими пожитками.
Ансе нравилось на постоялом дворе, и он не одобрял мысль о переезде в огромный,
странный и, возможно, враждебный дворец, но он не видел способа отклонить это
гостеприимство, не нанеся оскорбления.
- Это слишком щедро. Могу ли я просить, чтобы наши комнаты, мои и госпожи
Фьяны, располагались рядом? Я знаю преданность ваших слуг и охраны, но я дал слово ее
народу, что буду охранять ее.
- Безусловно. Сейчас я должна уйти. Прошу, чувствуй себя, как дома...
Он поднялся и с поклоном проводил ее из комнаты. Когда королева ушла, Анса
растерялся, так как не знал, что делать дальше. Сидеть в этой маленькой комнате, как бы
она ни была уютна, казалось довольно мрачной перспективой.
Он прошел к спальне короля и заглянул туда. Фьяна сидела совершенно в той же
позе, в которой он видел ее в последний раз, как будто она и король были скульптурной
группой. По стенам стояли слуги и придворные, сохраняя должное расстояние и тишину.
Мальчика в кресле больше не было, и Анса не увидел его в комнате.
Юноша неслышно прошел через покои и вышел в коридор. Придворные обернули к
нему накрашенные лица в ожидании каких-то известий о состоянии короля, но когда
стало понятно, что он ничего не скажет, они потеряли интерес. Ему хотелось выйти
наружу, подальше от этих давящих стен и тяжелых потолков. Анса стосковался по
солнечному свету и свежему воздуху.
Он прошел мимо королевских покоев и миновав широкую двойную дверь,
обнаружил, что находится на террасе, выходящей на удивительное строение. Длинная
лестница вела вниз, к овальной площадке, окруженной рядами возвышавшихся над ней
сидений. Площадка была посыпана песком. Анса не мог представить, что это такое.
Может, храм?
- Я смотрю, ты обнаружил наш стадион, - послышался за спиной чей-то голос. Он
узнал голос и повернулся, чтобы поклониться даме, которая в прошлую ночь носила имя
Хеста.
- Полагаю, что да, леди Амахест М'Илва. Мне никогда не приходилось видеть
ничего подобного. Каково его назначение?
Она подошла ближе, и Анса увидел, что сегодня она использовала значительно
меньшее количество косметики. Она оказалась довольно молодой, чуть за тридцать, и
очень белокожей. Тесный корсаж приподнимал грудь, причем в вырезе виднелись темные
окружности сосков, и оставлял открытыми плечи.
- Это место предназначено для представлений. Здесь выступают звери, танцоры,
акробаты, фокусники. Проводятся соревнования и бои. Сейчас ты видишь лишь сам
костяк сооружения. Когда даются представления, то все здесь убирается подушками,
портьерами, цветами, яркими навесами и фонтанами для охлаждения воздуха. Ночные
сражения проводятся при свете факелов.
- Сражения? - переспросил он.
- Да. Мастера боя приходят сюда, чтобы продемонстрировать свое искусство или
бросить вызов друг другу. Это может быть очень красиво, почти как танец.
- Они бьются до смерти?
- Обычно до тех пор, пока кто-нибудь один не сдается. Иногда боец, который
считает себя глубоко оскорбленным, может настаивать на поединке до смертельного
исхода. Безусловно, проигравшие иногда умирают от ран. Тебя интересуют сражения? -
загадочно улыбнулась она.
Он пожал плечами.
- Я воин. Но ни с чем подобным мне прежде не приходилось сталкиваться, хотя
поединки между воинами я, конечно, видел. Король допускает это, потому что в
противном случае они просто будут нападать друг на друга исподтишка, а это приведет к
кровной мести.
- Твой народ очень... как мне правильно выразить это? Очень жизнеспособный. -
Она стояла рядом с ним, и Анса мог ощущать аромат ее духов, утонченный и
неожиданный, в этом месте, где все ощущения были слишком подавляющими.
- Мы привыкли к тяжелой жизни, - сказал он.
- У нас никто не знает тяжелой жизни. Даже простые горожане, и тем более знать.
Ты уже получил личную аудиенцию у ее величества? Многие вельможи годами ждут
такой милости.
- Ее величество очень добры, - отозвался Анса. - Но мы с госпожой Фьяной
представляем для нее надежду во время глубочайшего горя. Я не тешу себя иллюзией,
будто сам по себе что-то значу при ее дворе.
Она кивнула.
- Ты очень мудр. Я рада этому. Позволь мне говорить с тобой как с другом.
Королевская милость столь же опасна, как и королевская немилость. Даже, может быть,
опаснее, потому что в то время как немилость властелина дает лишь одного
могущественного врага, его милость может дать тебе множество менее властных врагов.
- Я знаю это. И все-таки не мог действовать иначе.
- Достойные и благородные слова. Если позволишь, я бы посоветовала тебе играть
здесь роль простого варвара, храброго и верного. Тогда вельможи не почувствуют в тебе
никакой угрозы.
Он наклонил голову.
- Я буду помнить об этом. Если ты позволишь мне спросить, то кто же
представляет собой наивысшую опасность? Здесь имеются и люди, которые будут
жестоко расстроены, если король поправится.
Она опустила глаза.
- Сожалею, но теперь ты позволяешь себе слишком многое. Достаточно и того, что
ты знаешь, что должен быть все время настороже.
- Тогда я не настаиваю на ответе. И вновь благодарю тебя за откровенность.
- Довольно церемоний, - попросила она. - Прошу, считай меня своим другом.
- Согласен, - отозвался Анса, хотя и знал, что этом месте ему потребуется нечто
большее, чем просто уверение в дружбе, прежде чем он пожалует кого-нибудь своим
доверием.
Теперь же леди Амахест просто решила составить ему компанию. Она показала
юноше весь стадион, объяснив назначение всех служб и пристроек. Стена арены была
увенчана серией гротескных изваяний, изображавших животных и каких-то странных
уродцев, а затем поведала легенду, по которой звери и карлики принимали участие в
войне между богами.
Она рассказала ему о короле, построившем амфитеатр три столетия тому назад,
который любил кровавые зрелища, но был слишком ленив, чтобы ради этого покидать
дворец. Загнанных зверей доставляли на арену, где он мог сделать вид, что охотится на
них, и где заставлял пленных сражаться друг с другом для своего развлечения. Но теперь
представления перестали быть кровавыми, уверила она Ансу. Кровопролитие стало
редкостью, а не самоцелью.
Во время рассказа она то и дело находила повод, чтобы взять юноша за руку или
предплечье, чтобы указать ему наиболее интересные предметы. Она стояла к нему всегда
ближе, чем это казалось необходимо, и довольно рано сумела ввернуть, что ее
престарелый муж сейчас находится отлучке и управляет болотистой провинцией на юговосточной
границе с королевством Мисса, которую она терпеть не могла.
Анса одновременно был доволен и встревожен. Она была красивой женщиной, но
это грозило осложнениями, в которых он совсем не нуждался в этой и без того
сомнительной ситуации.
- Позволь мне показать тебе помещения внизу, - сказала она. - Некоторые из них
для зверей, другие - для артистов, чтобы готовиться к представлению. Но есть и такие,
назначение которых неизвестно никому. Они очень темные и таинственные. - Она взяла
его за руку и потащила за собой. - Пойдем же.
- Возможно, в другой раз. Я слишком долго отсутствовал. Думаю, мне пора пойти
обратно и посмотреть, как идут дела между госпожой Фьяной и королем.
Ее взгляд потемнел.
- Она ведь сама говорила, что на это может потребоваться много времени. Нет
никакой необходимости поторапливать ее.
Он не имел ни малейшего представления о том, насколько опасна может быть эта
женщина. У него не было желания оскорблять ее, и все-таки он не мог исключить
возможность того, что она преднамеренно удерживает его вдали от королевских покоев.
- Прости, но я поклялся служить госпоже Фьяне.
- Да. Возможно, я слишком поспешила предложить тебе играть роль простого
варвара. Очень хорошо, иди к ней. Но помни, что мы не закончили осмотр этого места.
Он поклонился.
- Я не забуду. - С облегчением он направился обратно в королевскую спальню,
где все оставалось без изменения. Он прошел в малую приемную, где ранее разговаривал
с королевой. Там тоже все было по-прежнему, кроме того, что слуги принесли новые яства
и напитки. Он ел уже довольно давно, поэтому теперь угостился от души. Анса поднялся
и поклонился, когда вошла королева. Она жестом показала ему, что он может сесть.
- Сейчас при дворе царит сумятица, - сказала она. - Никто не знает, чем ему
заняться. В обычные дни каждое наше действие зависит от короля. Сейчас все загнаны в
угол. Строгое соблюдение рутины невозможно, а других указаний они не имеют. Однако
и предаваться скорби по королю еще рано... Все ждут, пока ситуация не разрешится... тем
или иным образом. - Королева небрежно постучала по предмету, лежащему на столе, и
Анса увидел, что это была изысканно украшенная бронзовая туба. Похоже, это было
послание, доставленное гонцом. Оно было опечатано воском, печать еще не сломана.
- Письмо для короля?
- Да, и я неохотно вскрою его. Неспособностью двора действовать приводит меня в
отчаяние. Это от короля Гассема, и я боюсь того, что может быть в этом послании.
Он почувствовал, как у него по спине поползли мурашки. Послание от Гассема! Был
ли это вызов? Или же еще одна вкрадчивая ложь? Какое зловещее он выбрал для этого
время!..
- И все же ты должна прочесть его, - сказал он.
- Я знаю. Но это можно сделать лишь в присутствии ближайших советников
короля. - Она продолжала постукивать по бронзовой тубе на столе. - Я желаю, чтобы
ты тоже был там.
- Я признателен за честь, - промолвил Анса, - но твои советники и чиновники
будут возражать против.
- Пусть возмущаются, - заявила она. - Мне все равно. Ты можешь посмотреть на
все свежим взглядом.
- И что же ты хочешь, чтобы я увидел?
- Лица этих сановников. Мне бы хотелось узнать твои впечатления о том, как они
встретят слова Гассема, прежде чем у них будет время поразмыслить. Гассем ведет
завоевательную войну на границе. Я думаю, что это, - она особенно сильно стукнула по
столу, - что-то вроде ультиматума. Некоторые уже обдумывают возможность измены
трону.
- Они мало выиграют на этом, - сказал Анса.
- Возможно, но у некоторых людей предательство глубоко внутри. Они не
способны воздерживаться от двойной игры, это все равно что перестать дышать. Мне
хотелось бы узнать твое мнение о них.
- Я весь к твоим услугам. Когда ты предполагаешь сделать это?
- Если не случится какой-то неожиданности, то сегодня вечером. Все советники во
дворце, поэтому не будет проблемы собрать их всех. - Она осеклась, когда вдруг
открылась дверь и вошла Фьяна.
Ансу встревожил ее вид: девушка была бледна и измучена. Служанки поддерживали
ее с обеих сторон. Королева схватила стул помогла усадить Фьяну. Затем королева
отпустила служанок и налила вина в высокий бокал, озабоченно наблюдая за тем, как
Фьяна вслепую нащупывает кошель у себя на поясе. Дрожащими пальцами она вытащила
крошечный флакончик и открыла пробку, накапала шесть капель в свой бокал, затем
положила флакон обратно. И наконец обеими руками подняла кубок и выпила вино.
Прошло несколько минут, в течение которых все трое сохраняли молчание. Краски
понемногу стали возвращаться на лицо Фьяны. Она налила себе еще вина, и теперь уже
смогла держать бокал одной рукой и поставить его на стол без дрожи.
- Это скоро пройдет, - сказала Фьяна охрипшим голосом. - Когда лечение столь
глубокое, целитель частично разделяет страдание пациента.
- Пожалуйста, не торопись, - сказала королева. - Расскажешь все, когда придешь
в себя.
Анса пополнил ее бокал и поставил перед девушкой тарелку. Медленно, как будто
она боялась, что от изобилия еды ей может стать дурно, Фьяна съела крошечный пирожок
и немного рыбы, обжаренной на вертеле. Вскоре она уже жадно набросилась на еду,
словно голодала в течение многих дней. Наконец насытившись, она откинулась назад. Вид
у девушки был по-прежнему усталый, но теперь она вполне оправилась.
- Надеюсь, вы простите мое странное поведение, ваше величество.
Королева махнула рукой в знак понимания.
- Мои целители и жрецы вели себя еще более странно, но они не сделали ничего.
Можешь ли что-нибудь сказать о состоянии здоровья короля?
- Мне потребуется провести с ним еще несколько сеансов, - сказала Фьяна.
Увидев подавленное выражение на лице королевы, она быстро добавила: - Я могу
сказать вам сразу: король был отравлен.
- Я так и подозревала. Но все, что ест или пьет король, пробуют рабы. Откуда же
взялся яд?
- Это я еще не установила.
- Впрочем, теперь это уже не столь важно, - сказала королева. - Насколько это
серьезно? Можно ли восстановить его здоровье?
- Мне нужно подумать, но я думаю, что действие отравы обратимо. Это
парализующее вещество и король абсолютно лишен возможности двигаться по своей
воле. Все остальное у него в порядке. Именно поэтому он еще жив до сих пор. Если бы он
не был исключительно силен и здоров, то яд бы парализовал органы дыхание, и он бы
задохнулся. Более сильная Доза яда остановила бы его сердце, и он бы мгновенно умер
прямо на пиру.
Королева закрыла глаза и вздрогнула.
- Я должна отомстить... но это будет позднее. Что можно сделать сейчас?
- Я должна начать лечение. Некоторые вещи, что мне понадобятся, находятся среди
наших пожитков на постоялом дворе...
- Они уже здесь, во дворце, - прервала ее королева.
- Очень хорошо. Остальное я должна буду найти у местных аптекарей. Можно мне
получить принадлежности для письма?
Королева хлопнула в ладоши, и тотчас появилась служанка. По приказу королевы,
она вышла и вернулась через несколько минут, неся поднос, на котором находилась
стопка бумаги, чернильница с цветными чернилами и стойка с перьями и кистями. Не
обращая внимания на перья, Фьяна взяла кисть и начала рисовать линии таинственных
символов. Закончив, она подула на влажные чернила и затем передала это королеве.
- Пошлите это аптекарям. В таком большом городе мы должны найти все эти вещи.
- Я прикажу сделать копии и немедленно разослать их всем аптекарям столицы.
Это поможет сберечь время. - Она позвала секретаря и дала все необходимые
распоряжения.
- Есть ли еще что-нибудь, что ты могла бы сказать мне сейчас?
- Ничего, до тех пор, пока я не опробую и не проверю некоторые снадобья.
- Что еще тебе может понадобиться. Проси все, что пожелаешь.
- Мне нужны помощники.
- Считай моих лекарей и их слуг своими рабами, - сказала королева.
- Простите, ваше величество, но я не доверяю вашим лекарям, и поэтому не могу
доверять и их слугам и рабам.
Королева не протестовала.
- Кто тогда?
- Я хочу, чтобы это был твой лучший лекарь, который ухаживает за животными в
Королевских стойлах. Пусть он приведет своих помощников или нескольких сильных
парней, выполняющих простую работу, если у него нет учеников или слуг.
Сейчас королева была по-настоящему потрясена. - Врач, лечащий кабо! Не верю
своим ушам! Я не могу допустить, чтобы такие недостойные особы ухаживали за моим
мужем!
- Ваше величество, - сказала Фьяна, - нам нужны люди, обученные и способные
выполнять грязную, но необходимую работу, вводя лекарственные средства в
бесчувственное тело. В таком состоянии человека мало чем отличается от кабо, а король
- от любого другого мужчины. Конечно, всех посторонних лучше убрать из покоев
короля. Это будет не самая приятная процедура.
Лицо королевы стало каменным.
- Будет так, как ты скажешь...
- До завтра я больше ничего не могу сделать, а к этому времени, я надеюсь, что все
снадобья, которые мне понадобятся, уже будут найдены и доставлены сюда. Могу ли я
покинуть вас? Я очень нуждаюсь в отдыхе.
- Конечно. Я приготовила покои для тебя и для принца Ансы.
Фьяна посмотрела на Ансу и грустно улыбнулась.
- Обман длился недолго.
- О, мало что ускользает от королевы Масилы.
Королева провела их обратно через королевскую опочивальню в огромный зал.
Сразу же за дверями оказался паланкин. По его углам, сложив руки на груди, застыли
четыре дюжих носильщика. Взглянув на них, Фьяна рассмеялась.
- Ваше величество, я устала, но еще не умираю. Я думаю, что могу добраться до
своих покоев собственными силами.
- Я не допущу этого, - сказала Масила. - Твое здоровье сейчас для меня на
втором месте после здоровья мужа. А теперь отдыхай. Моим людям приказано
повиноваться твоим указаниям, как если бы они исходили из моих уст. - Она
повернулась к Ансе. - Я пришлю за тобой сегодня вечером, как мы и договорились. -
Все, кто был в зале, низко поклонились, когда королева проследовала обратно в
опочивальню.
Смущенная, Фьяна забралась в паланкин. Рабы подняли носилки на плечи.
Усмехаясь, Анса шел рядом. Придворные кланялись, когда они проходили мимо: весть об
этой невероятной королевской милости сразу же облетела весь дворец со скоростью
молнии. Рабы опустили паланкин перед дверью, по бокам которой стояли два
звероподобных бамена.
- Раньше меня никогда не носили люди, - сказала Фьяна, спускаясь вниз. -
Странное ощущение...
Комнаты, в которые они вошли, мало чем отличались от королевских покоев по
размеру и обстановке. Дюжина слуг ожидала их, под приглядом надсмотрщицы,
женщины, которая несла небольшой церемониальный хлыст. Она немедленно приняла на
себя заботу о Фьяне и провела ее в ванную, расположенную где-то в глубине помещения.
Анса нашел свою комнату и вышел на балкон. Пара охранников-баменов стояла также и
там. Выходит, королева не была уверена в их безопасности даже в ее собственном дворце.
Анса чувствовал себя более защищенным со своим собственным оружием.
С такими мыслями он взглянул на небольшую связку своих пожитков рядом с
постелью. Из мешка выглядывала рукоятка, завернутая в кожу. Схватив ее, он вытащил
боевой топорик с каменной лопастью, который купил два дня тому назад. Анса раскрутил
его над головой, услышал удовлетворивший его свистящий звук и сразу же почувствовал
себя лучше.
Он обнаружил купальню, входящую в состав его апартаментов, и решил
испробовать ее. Он отпустил лишних слуг, решив, что вполне справится и сам. До сих пор
ему казалось ' странным, что все эти вельможи нуждались в помощи даже при
выполнении самых простых действий. Он решил, что это должно было помогать им
чувствовать себя более важными. Судя по всему, ни и впрямь очень нуждались в таком
подтверждении.
Натертый и намыленный, он расслабился в роскошной мраморной ванне и стал
размышлять над своим положением. Возникало странное ощущение, находясь в
невероятной роскоши, чувствовать себя в страшной опасности, как будто на поле боя.
Здесь не было абсолютно никого, кому бы он мог доверять, хотя, кажется, королева и
была единственным исключением.
Обсохнув и надев чистую одежду, он слонялся по комнатам до тех пор, пока не
услышал, как Фьяна позвала его по имени. Он нашел ее в постели, среди горы подушек, в
окружении суетливой прислуги.
- Прошу ненадолго оставить нас, - сказала она, и те с поклонами покинули
помещение. Она повернулась к Ансе. - А теперь расскажи мне обо всем, чем ты
занимался, пока я была у короля.
Он присел на край огромной постели и рассказал ей о своем разговоре с королевой, о
прогулке на стадион, упомянув и о попытке леди Амахест соблазнить его. Ему было
приятно видеть гнев Фьяны.
- Вот потаскушка! А еще замужняя женщина! - Она кипела от злости. -
Полагаю, теперь ты считаешь себя совершенно неотразимым?
Он рассмеялся, впервые за весь день.
- Мне бы очень хотелось так думать. Она красивая женщина. - Он наслаждался
выражением лица Фьяны. - Но я не настолько самодовольный. Эти люди ничего не
делают просто так, без задней мысли. Я думаю, что она просто желает узнать о нас
побольше или завоевать определенное влияние.
- Ну, хорошо, что ты хоть это понимаешь.
- Хотя, если серьезно, у меня скверные предчувствия по этому поводу. Какими бы
ни были ее истинные устремления, я могу нажить смертельного врага, если буду с ней
слишком резок. Есть даже поговорки об отвергнутых женщинах...
- Не вижу трудностей, - уверила Фьяна. - Ты же простой дикарь, не так ли?
Просто дай ей знать, что среди твоего народа считается мерзостью, когда мужчина
ложится в постель с беременной женщиной. Ты же был там, когда я сообщила о ее
положении. Это даст ей возможность, щадящую ее гордость, оставить тебя в покое. Не
смотри на вещи так уныло. Она не последняя из тех, кто еще предложит тебе доступ к
своему телу. - Ее глаза снова сузились. - Два месяца... Хотела бы я знать, сколько
времени отсутствует ее супруг.
- Это, - сказал Анса, повторяя слова королевы, - их личное дело с мужем. - Он
продолжил свой рассказ о королеве и ее дурных предчувствиях относительно послания от
Гассема.
- Вполне могу понять ее беспокойство. Я бы тоже беспокоилась при мысли о
необходимости иметь дело с таким человеком. Должно быть, прежде такими вещами
занимался ее су-прут и советники. А сейчас все свалилось на нее одну. И все-таки меня
удивляет, что она хочет, чтобы ты присутствовал, когда она станет зачитывать письмо
советникам своего мужа.
- Я думаю, она подозревает, что кто-то из них стоит за отравлением короля. Может
быть, она просто хочет, чтобы хоть один ее настоящий Друг присутствовал при этом.
- Она не произвела на меня впечатление человека, который так быстро может
одарить кого-то своим доверием, - сказала Фьяна.
- Я думаю, она похожа на тех страдальцев, о которых ты говорила однажды, -
продолжал Анса. - Когда они приходят в отчаяние, то готовы поверить любому, кто
предложит им надежду. Я полагаю, что именно мы и воплощаем надежду для королевы.
Фьяна пробормотала слова согласия, но ее веки опускались все ниже, и через
несколько секунд она уже мирно заснула. Анса поднялся и на цыпочках вышел из
комнаты. Он нашел двух служанок и сказал им, чтобы они позаботились о Фьяне, но ни
при каких обстоятельствах не будили ее. Те тотчас двинулись в опочивальню с видом
знатоков, которым только что поведал об их работе любитель. Анса прошел в свою
комнату для отдыха. Сейчас ему ничего не оставалось, как только ждать.
Глава тринадцатая
Слуга тронул его за плечо, и Анса понял, что он уснул. Это удивило его, потому что
он привык подолгу обходиться без сна. Он вспомнил, что после полудня пил вино,
которое подействовало на него значительно сильнее обычного.
- Господин, королева посылает за вами, - сказал ему слуга.
- Который час? - спросил Анса.
- Второй час после заката.
Было еще не поздно, но он чувствовал себя лучше из-за короткого сна. Анса
поднялся, и другой слуга подал ему таз с водой, он сполоснул лицо и руки и затем взял
полотенце. В большом зеркале он изучил свою одежду и решил, что она вполне подойдет
для изысканного общества.
За дверями его покоев пожилой слуга в королевской ливрее поклонился ему.
- Не угодно ли вам последовать за мной, господин. - Анса пошел за ним, и через
несколько минут его с поклоном пригласили пройти в комнату, которая располагалась
недалеко от покоев, где неподвижно лежал король. Комната была небольшой, по меркам
этого дворца, в длину приблизительно двадцать шагов, а в ширину десять. В одном конце
было низкое возвышение, на котором стояло кресло из дорогого темного дерева. Длинный
стол протянулся по всей длине комнаты, вокруг него стояла группа пожилых мужчин, все
они были богато одеты. Они встревожено оглянулись, когда он вошел.
Их лица были знакомы Ансе. Он уже видел их в опочивальне короля. Среди них был
и лорд Оша Кл"ан, он кивнул Ансе, подошел к нему и встал рядом.
- Я так понимаю, что ее величество потребовала вашего присутствия?
- Да, это так, - ответил Анса.
- Могу ли я спросить, почему? - Он не казался возмущенным, просто ему было
любопытно. Но Анса был не настолько глуп, чтобы делать какие-либо заключения только
лишь по выражению лиц этих людей, для которых самообладание имело первостепенное
значение.
- Кажется, у нее есть достаточные причины.
- Безусловно. Позволь мне представить моих собратьев.
Незнакомые имена быстро испарились из памяти, но титулы запоминались легко:
военный министр, министр финансов, министр дипломатии, главнокомандующий флотом,
Придворные поклонились трону, когда королева вышла из-за портьеры на дальней
части возвышения. Она была в черном платье, расшитом жемчугом, со вставками из
блестящей белой ткани. На ее челе была скромная диадема из золота и драгоценных
камней, покрытая прозрачной вуалью, которая обрамляя ее лицо. Королева села на трон.
- Господа, прошу садиться. - Послышались шуршание и скрип, пока
рассаживались министры. Анса заметил, что после того, как они сели на свои места, не
осталось ни одного свободного кресла. Он не знал, что ему делать, и тогда королева
обратилась к нему:
- Анса, прошу тебя сесть здесь. - Она жестом указала на низкое кресло слева от
трона. Раньше он его не заметил. Он прошел к возвышению и сел. Королева не взглянула
на него, не взглянули на него и советники. Он решил, что она хотела, чтобы его
присутствие было незаметно. Это подходило ему. Он начал запом
...Закладка в соц.сетях
