Жанр: Фантастика
Меч, магия и челюсти
...авить компанию.
Управление вооружёнными силами на время отсутствия главнокомандующего было передано
губернатору Свенсону. Доблестная ландрийская армия готовилась к освобождению Кирикии.
21
Вместо Гейлы на трёх очаровательных яичках, каждым из которых можно было отдавить
ногу, лежал свиток, видимо, с каким-то посланием. Рыцарь обошёл всю пещеру, а Дзог
надорвал глотку, зовя супругу, но она так и не появилась. Письмо оказалось для Барди, и он
прочёл его вслух:
"Человек по имени Барди, это я - Гейла.
Прочти моё послание Дзогу, оно написано под диктовку местным грамотеем, попавшимся
мне на ужин (далее почерк заметно ухудшился). Короче, так, все мужики - сволочи и тупицы,
и на уме у них одно - как бы кому под хвост заглянуть. Я - серьёзная девушка, я хочу
жилище в тихом месте, работящего дракона и чего-нибудь вкусненького на ночь. Здесь же в
последнее время целые деревни гибнут, грохает что-то, придурки в чёрном пытаются меня
копьями забросать, а в зубы не даются. Кого я, по-вашему, должна есть в такой обстановке? И
уснуть спокойно нельзя, и муж чёрт знает где, непонятно чем занимается, о моей шкуре не
думает... А пещеру чинить? А вкусненькое приносить? А драконников высиживать? Я, что ли,
должна всё это делать?
Короче, так, человек по имени Барди, сват ты оказался никудышный, зря я тебе поверила.
Оставляю мужу яйца, мне они не нужны, пускай сам их высиживает, принимает вылупливание
и воспитывает своих дракончиков.
А я улетаю навсегда, искать идеального дракона.
Всем пока!"
Дзог пару раз фыркал во время оглашения послания, но нельзя сказать, что расстроился.
Скорее принял как должное...
- Мы бы не ужились, - философски подвёл он черту. - Улетела, и хорошо, сам
справлюсь. Ты лучше посмотри, Барди, эти крошки, ну разве они не очаровательны?
- Да, - рассеянно ответил рыцарь. - Кругленькие такие... Но я не могу оставить тебя
здесь, Дзог.
- Как не можешь... А кто будет согревать и лелеять моих сладеньких?
- Я знаю одну очень нежную сиделку, - нашёлся Барди. - Согревание твоих детей
доставит ей кучу радости. Долетим до замка, возьмём её и вернёмся в пещеру, остаётся создать
ей хоть какие-то условия для проживания.
- Приставим охрану!
- Разумеется.
Сенешаль бросился навстречу своему новому королю, едва завидел очертания дракона в
небе.
- Ты нам и нужен, Горголан, - остановил его объятия Барди. - Собирайся, тебя ждёт
великая миссия.
- Какая, ваше обворожительное величество?
- Подарить жизнь сразу трём очаровательным существам, - объявил Барди. - Вся
Сандирия нуждается в жаре твоего страстного тела!
- Ах, трудно дышать! - Горголан дрожал от удовольствия. - Вы всегда понимали меня
как никто другой!
Да, конечно, три не особо соблазнительных гигантских яйца - не совсем то, на что мог
рассчитывать столь чувственный человек, но... Надо признать, что на третьи сутки он вошёл во
вкус и охранники, стоявшие у входа в пещеру, всё чаще слышали из её глубин радостные
стоны...
Воины объединённого королевства пересекли теперь уже условную границу между
Сандирией и Ландирией, вошли в горное ущелье. Части противника громили по отработанной
схеме. Победа следовала одна за другой.
Кирикия и сама неплохо отстаивала свою независимость, но помощь соседей приняла. В
армию Барди вливались новые воины, кирикийцы встречали ландрийцев с искренней радостью.
К концу шестого дня от начала операции все чёрные гады были уничтожены. Правитель
освобождённой страны присягнул на верность великому Барди Ландрийскому, то есть
добровольно вошёл в вассальную зависимость.
Слава, признание и любовь - всё это пришло к Барди, некогда голодному рыцарю в
ржавых доспехах, не сразу, конечно, но, как видите, в полном объёме. Хельга, не раздумывая,
вышла за него замуж, как только он явился после очередного похода, Рогональ и в этот раз не
отказался благословить новую пару. Все спецназовцы получили солидные земельные наделы,
крестьян, замки и решили остаться в Средневековье на постоянное жительство.
Только Горо не находил места, не вписываясь в картину общего благоденствия, и всё
грезил о Голливуде. В конце концов он уговорил-таки Барди создать новый файл про старого
больного мага и при содействии гургила переместился в город грёз...
И напоследок пару слов о Розамунде. Принцесса неуклонно двигалась к намеченной цели,
вышла замуж за Сандорага, снялась с ним в одном фильме и стала популярной. Супруги взяли
себе творческие псевдонимы - Том Круз и Николь Кидман...
Р. S . Не прошло и двух недель, как гургил неизвестно каким чудом доставил в почтовый
ящик рыцарского ноутбука вопль о помощи: "Барди, спаси меня! Я тону-у-у!!!" Кто бы это мог
быть?
МОДЕ ВОПРЕКИ
Заметки о творчестве болгарского фантаста Христо Поштакова
Мне не раз приходилось писать о том, сколь необычны подчас бывают пути, которые
приводят в литературу тех или иных авторов. Не является исключением и путь героя этих
заметок. Инженер Христо Поштаков стал писателем благодаря... больничной койке. История
приключилась почти хрестоматийная. В бытность свою техническим советником на Кубе во
время одной из вечеринок в кабаре "Тропикана" будущий фантаст имел неосторожность
поскользнуться на банановой кожуре. Произнес ли он в тот момент знаменитую
кинореплику-пароль "черт побери!" - о том нам неведомо, но травму он получил серьезную и
на целый месяц оказался отрезан от мира больничными стенами. Вот здесь-то, когда все книги
были прочитаны-перечитаны, Христо Поштаков и стал от нечего делать сочинять
фантастические истории. И к моменту выписки их набралось едва ли не добрый десяток. Ну а
раз начал...
Сегодня Христо Поштаков - один из наиболее популярных авторов в болгарской
фантастике. На его счету множество публикаций на болгарском, русском, французском,
испанском и английском языках, сборники рассказов "Дежурство на Титане" (1993), "Планета
Скали" (2001) и "Генератор реальности" (2004), романы "Приключения в Дарвиле" (1996),
"Нашествие грухилов" (1998) и "Меч, мощь и магия" (2003; в переводе А. Белянина "Меч,
магия и челюсти", 2005). Его книги выходят не только в Болгарии, но и за ее пределами - в
Испании, Франции. Теперь вот и в России. В скобках заметим: это не первая встреча
российского читателя с фантастом из Болгарии: в 1990 годы в периодической печати было
опубликовано около десяти его рассказов.
Немаловажная деталь: в условиях бума на романы, и преимущественно переводные, быть
хорошо издаваемым фантастом-рассказчиком - очень непростое занятие, особенно если ты
вопреки "соцзаказу" пренебрегаешь освоением коммерчески выгодных пастбищ боевика и
фэнтезийных сериалов, целенаправленно следуя традициям иронической и "твердой" научной
фантастики.
Христо Димитров Поштаков (на болгарском, кстати, его фамилия пишется иначе:
Пощаков) родился 22 сентября 1944 года в городе Павликени. Окончил Софийский
технический университет, но успел испытать себя и в "непрофильных" профессиях: работал
токарем, монтажником, слесарем...
Все это время он оставался добросовестным читателем фантастики. Но путь от читателя к
писателю оказался долгим. Хотя, конечно, как и многие, по молодости лет баловался
сочинительством чего-нибудь такого-эдакого, но, как сам Христо с иронией позже признался,
все это было столь несовершенным, что не годилось для публикаций. Правда, один раз он
все-таки попытал счастья. Писатель так описал этот эпизод своей биографии: "Мне тогда было
23 года. С детства очень любил книги Александра Беляева. И однажды под влиянием
"Человека-амфибии" сочинился вдруг рассказ, который, не удержавшись, тут же предложил в
популярный журнал "Космос". Его редактором тогда был Светослав Славчев (один из
старейшин болгарской сюжетной прозы. - Е. X .), который по-доброму отнесся ко мне, но
деликатно посоветовал тщательнее работать над стилем и придумывать собственные идеи.
Рассказ не напечатали, но зато я познакомился с д-ром Славчевым - наверное, самым добрым
человеком из всех, кого я когда-либо знал, мудрым редактором и талантливым писателем. Эта
встреча, думаю, предопределила мою дальнейшую литературную жизнь. Но тогда меня
волновало совсем другое: нагрянула несчастная любовь, а потом и вовсе большие заботы
отнюдь не литературного свойства надолго увели меня в другие области".
К сочинительству фантастических новелл X. Поштаков вернулся лишь спустя двадцать
лет, лежа в гипсе в одной из клиник острова Свободы. Но эта история вам уже известна.
По возвращении с Кубы, где он провел несколько лет, будущий фантаст уже четко
представлял себе, чего хочет от жизни. А посетив фестиваль фантастики, понял, что писать
фантастические рассказы и быть при этом в стороне от бурной жизни фэндома - дружного
семейства многочисленных любителей жанра и фантастов-профи - практически невозможно.
И вскоре Христо появился в Софийском клубе фантастики, эвристики и прогностики (аналог
российских КЛФ), где без труда сдал "экзамен" на "профпригодность" (в течение часа нужно
было написать фантастический рассказ на заданную тему).
В 1987 году в газете "Наука и техника за младежта" появилась первая публикация
начинающего фантаста - рассказ "Идем в гости" (в русском переводе он публиковался под
названием "Кто ходит в гости по утрам..."), в юмористической форме раскрывающий
популярную в НФ тему контакта с другой цивилизацией. Год спустя в этом же издании
появилась одна из лучших его новелл раннего периода - "Трансформация", а за ней
последовали и другие публикации - в центральной и жанровой периодике, в том числе в
журналах фантастики "ФЕП", "Фантастика", "Фантастични истории", альманахе "SF трилър".
Остроумные, парадоксальные, обязательно с ударной концовкой новеллы "молодого" писателя
довольно быстро привлекли к себе внимание любителей фантастики, и уже к началу 1990 годов
Христо Поштаков - автор в фантастических кругах известный и уважаемый, лауреат ряда
национальных конкурсов НФ рассказа, член Ассоциации болгарских фантастов; по его
новеллам сделаны радиопостановки, а рассказ "Так будет справедливо, Боткин!" включен в
национальные антологии "Модели-90" и "Новая болгарская фантастика-91". Кроме того, он
активно выступает и в качестве переводчика фантастических произведений с испанского
(сказался многолетний опыт работы на Кубе), английского и русского, становится спецкором
испанского журнала фантастики "ВЕМ", участвует в жизни болгарского фэндома,
председательствует в фонде "Фантастика". Важно отметить, что Христо Поштаков еще и
отчаянный популяризатор фантастики, в том числе и русской. При этом писатель не порывает и
со своей основной специальностью, выступает со статьями в специализированной технической
периодике и даже издал на испанском языке две монографии.
Но, увы, в посткоммунистической реальности 90-х единой литературой сыт не будешь.
Приходилось искать более надежные средства к существованию. В силу авантюрности
характера и необходимости кормить семью Христо совершал в течение нескольких лет
немыслимые кульбиты в сферах, далеких от высоких материй (не прерывая, однако, активной
творческой жизни): взбирался на самые вершины бизнес-иерархии и так же стремительно
оттуда скатывался, чтобы тут же включиться в новый проект. Сначала в холдинге
"Агропромстрой" он прошел путь от эксперта и начальника технологического отдела до
управителя, затем возглавил крупнейшую в Болгарии автобусную компанию пассажирских
перевозок и, наконец, вошел в совет директоров крупного полиграфического комбината
"Балкан-Пресс". Самое интересное, что все эти компании довольно быстро прогорали.
Волей-неволей задумаешься: не потому ли, что в их недрах работал человек из другой
реальности, несовместимой с хитро скроенным миром бизнеса, - ФАНТАСТ Христо
Поштаков? Наверное, и в самом деле существует некая незримая связь фантастов с чем-то
потусторонним (надеюсь, все-таки со светлой его стороной). Да и сам писатель понимал эту
непримиримую несовместимость. О "коммерческом" периоде своей биографии Поштаков
вспоминает с философической грустью, но в свойственной ему едко-иронической манере:
"Иногда мне кажется, что этот отрезок жизни для меня как писателя - безвозвратно
потерянное время. У меня были большие ангажементы, за мной ходили телохранители, а на
боку болталась кобура с большим пистолетом, но я не ощущал себя счастливым... И вот, когда
все это закончилось, я наконец почувствовал себя бедным и СВОБОДНЫМ. Я будто избавился
от какой-то непосильной ноши и снова зажил нормальной человеческой жизнью. Уже не звонят
телефоны, не трендит мобильник, больше нет очередей перед кабинетом, как нет и самого
кабинета с длинноногими секретаршами. Ко мне вернулся спокойный и глубокий сон. Сон
нашей действительности. И главное - я снова начал заниматься переводами с испанского и
английского, вернулся в науку и разрабатываю проекты в области пищевой промышленности. Я
снова начал сочинять фантастические истории. Сейчас я вполне счастливый человек".
С 1998 года Христо Поштаков - на "вольных хлебах", зарабатывает на жизнь
исключительно литературным трудом.
Дебютная книга рассказов Христо Поштакова "Дежурство на Титане", вышедшая в 1993
году в одном из первых в Болгарии специализированных издательств фантастики "Орфия",
была положительно встречена критикой и читателями, свидетельством чему служит и
поощрительный приз за дебют от Европейского конгресса писателей-фантастов - "Еврокон"
(1994). Книга "Дежурство на Титане" вышла незадолго до пятидесятилетнего юбилея
"молодого" фантаста.
Этот сборник закрепил за Христо Поштаковым репутацию мастера короткой формы:
именно в рассказе он чувствует себя уверенно, даже вольготно, избегая длиннот, он
ограничивается минимальным набором синтаксических конструкций. "Шинель", из которой
произросла проза Христо Поштакова, легко угадывается - это творчество знаменитого
американского писателя-фантаста Роберта Шекли. Однако речь не идет о слепом
подражательстве (ведь и Шекли вырос, в свою очередь, из новелл О. Генри и отчасти Марка
Твена). Дело скорее в родственности художественной манеры: подчеркнутый лаконизм,
пародийно-сатирический взгляд на мир, точность формулировки, парадоксальность сюжетных
построений.
С формальной точки зрения Христо Поштаков принадлежит к молодому поколению
болгарских фантастов, чье литературное становление пришлось на конец 80-х - начало 90-х
годов. Это поколение уже с иной художественной эстетикой, иной тематикой и взглядами на
функции научной фантастики, нежели авторы 1960- 1970 годов. В то же время поэтику,
художественную идеологию фантастики Христо Поштакова весьма затруднительно соотнести,
уравновесить с прозой других авторов "новой волны", исповедующих ярко выраженную
гуманитарную (или "мягкую") фантастику и явно ориентирующихся на пересечение с
литературой основного потока ("мэйнстрима").
И действительно, на фоне, например, лексически насыщенного "неомифологического
реализма" Янчо Чолакова, Николая Теллалова и Димитра Ленгечева, утонченного эстетского
сарказма рассказов Алека Попова или философско-поэтических притч Светослава Николова и
Ивана Серафимова научно-фантастические новеллы Христо Поштакова при поверхностном
прочтении представляются эдакой трогательной ностальгией по золотому веку
англо-американской НФ, с которой он как переводчик более чем хорошо знаком. Почти все его
творчество - это апология классических традиций научной фантастики. Проза Поштакова -
подчеркнуто атрибутивна, жестка, но одновременно ей присущ пародийно-иронический взгляд
на традиционные темы НФ. В этом, на наш взгляд, и кроется ее "нововолновость", ведь
постмодернистская эпоха требует тщательного осмысления опыта литературного прошлого. И в
лексике, стилистике, в сюжетных переходах рассказов Поштакова легко просматриваются
пародийные реминисценции классических приемов "англоговорящей" НФ 60-70-х годов.
Надо при этом заметить, что в НФ последнего десятилетия XX века вообще наблюдается
тенденция к возрождению "твердой" (естественнонаучной) НФ. Особенно отчетливо это
проявляется в фантастической прозе США, Великобритании, Японии (достаточно обратиться к
творчеству нынешних фаворитов западной НФ - "технарей" Грега Игана, Грегори Бенфорда,
Дэвида Брина или Грега Вира). Заметно возвращение к традициям и в российской НФ.
Некоторые критики даже высказывают предположения о симптомах реанимации сюжетов,
характерных для НФ первой половины XX века. Эти литературные явления, однако, вполне
закономерны в мире развивающихся информационных технологий рубежа веков, когда
формируется "новый тип элит - локально-замкнутых и вместе с тем обладаюших доступом
практически к любой информации" (Геворкян Э. Последний Бастион // Если. 2000. № 2. С. 224).
Возможные социально-экономические и психологические последствия тотального расширения
таких "элит" в близком будущем Христо Поштаков с несвойственной ему "серьезностью"
рассмотрел в романе "Приключения в Дарвиле" (1996).
В числе же приоритетных тем болгарского фантаста - вероятные модели (позитивные и
негативные) космической экспансии человечества, природа и нюансы контакта между
представителями иных цивилизаций. Рассказы дебютной книги, равно как и последующих
сборников "Планета Скали" (2001) и "Генератор реальности" (2004), - это галерея самых
причудливых образов представителей иного разума, калейдоскоп экстраординарных ситуаций.
Фантаст использует широкий диапазон сюжетов и художественных приемов. Излюбленный
жанр Поштакова - юмористическая фантастика шеклианского типа, где тема контакта и
космической экспансии остроумно обыгрывается как череда курьезных ситуаций ("Идем в
гости", "Похожий на гриб", "Дежурство на Титане", "Кродо", "Торговая одиссея"). Чаще всего
в создании подобных ситуаций виновато самолюбование людей, шагнувших в Космос. Иногда,
правда, комический посыл приобретает почти трагедийное звучание, как в новелле "Так будет
справедливо, Боткин!". Жажда познания, научный энтузиазм земного исследователя приводят к
серьезному конфликту с аборигенами, едва не закончившемуся гибелью экспедиции.
Но не чужд фантаст и едкой сатиры, обличающей космические амбиции человечества,
приведшие к бессмысленной и жестокой бойне с аборигенами ("Оцелият"), или человеческую
корысть, когда поиск артефактов древней цивилизации - лишь средство личного обогащения
("Искатели сокровищ").
Неожиданное философское звучание мотив космической экспансии приобретает в
пародийно-юмористической новелле "Неразрешимость проблемы", вошедшей в антологию
"Чудесные горизонты" (2000). Писатель изображает сверхобжитой Космос. Кажется, в
пространстве не осталось ни одной планеты, не заселенной разросшимся человечеством. Но это
самое человечество, похоже, окончательно утратило общность, единство. Люди разделились по
"узкоцеховым" интересам: на одной планете поселились мормоны, на другой - технократы, на
третьей - исключительно поэты, а дальше - миры для мутантов, для "знатоков" вендеты, для
фермеров и даже планета, населенная ценителями любовных утех... Но герою рассказа одиноко
в этом "мире, где много миров", в переполненной, но такой разобщенной Вселенной. Он никак
не может выбрать СВОЙ мир.
Тема контакта в новелле "Трансформация" гармонично перетекает в притчу о
вымирающем человечестве, об одиночестве и страхах человека в полуразрушенном жестоком
мире, где единственной возможностью выжить оказывается слиться с инопланетянином в
единый организм. Яркие образцы философской НФ являют и новеллы из первой книги "Сила
мольбы" и "Будешь ли ты счастлив, Ференц Молнар?".
Конечно же космическая линия - доминирующая, но не единственная в творчестве
Христо Поштакова. Во многих рассказах фантаст исследует природу реальности, пытается
найти ответ на вопрос, часто звучащий в болгарской НФ 1980-1990 годов: "Что есть
реальность и что мы знаем о ней?" Иногда в поисках ответа на этот вопрос автор обращается к
сакральным, запредельно ирреальным сущностям мироздания, как в цикле новелл под
названием "Короткие и очень короткие страшные истории" (1996). Или вполне
научно-фантастический сюжет о создании галлюциногенной "вторичной" реальности
трансформируется в актуальную для современности и совсем не фантастическую проблему
аморальности манипуляции человеческим сознанием (рассказ "Осада").
Тема сотворения "виртуальной реальности" - уже в рамках достижений высоких
технологий - остроумно раскрыта и в рассказе "Представление" (1989), тематически и идейно
перекликающемся со знаменитой новеллой Лино Альдани "Онирофильм" и повестью
болгарского фантаста Любомира Николова "Червь на осеннем ветру". НФ подкладка новеллы
- распространение новых изобретений в сфере развлечений. В данном случае это объемный
"виртуальный" театр, в котором живому актеру отводится очень незначительная роль:
подключиться к сенсорной аппаратуре и, устроившись в уютном кресле, задавать необходимый
эмоциональный уровень своему двойнику - компьютерной голограмме. Герой рассказа -
один из таких "виртуальных актеров", который вдруг обретает собственную личность и
стремится к самоуничтожению, не желая быть компьютерной марионеткой, обреченной играть
одну и туже роль в бездарной пошлой "мыльной опере". Используя приемы пародии, Христо
Поштаков написал умную притчу об ответственности творца (художника, писателя,
композитора) за свое творение...
Вышедший в 1996 году роман "Приключения в Дарвиле" стал дебютом писателя в его
обращении к крупной форме. Жанр романа - футурологический детектив с элементами
антиутопии. В нем изображается технократический мир недалекого будущего. Освоен ближний
космос; промышленность, сельское хозяйство и быт предельно роботизированы. Но
технологические достижения не только не разрешают социальные проблемы, но и порождают
новые: ожидаемая утопия не наступила, общество еще более разделилось на хозяев и тех, "кому
не по карману". В романе удачно переплелись черты производственно-бытового романа
(подробные описания жизни и деятельности героев - работников загадочной
информационно-компьютерной компании "СИМАКС"), детектива, социальной сатиры и
пародии на "технократическую" фантастику идей с вытекающей отсюда нарочитой
схематичностью образов.
Попыткой расширить границы творчества представляются упомянутые "Короткие и очень
короткие страшные истории", где удачно имитируются стилистика и тематика (столкновение
реальности с сакральными сущностями) болгарской мистической новеллы 1920 годов и
одновременно пародируются штампы западной литературы ужасов. Новеллы цикла являют
собой привлекательные образчики "черного юмора" в НФ.
Следующий опыт фантаста в крупной форме - роман "Нашествие грухилов" (1998) -
это сплав сатиры, пародии и лукавой "космической оперы", посвященной... развитию пищевой
промышленности в галактических масштабах. Перед читателем проходит целая вереница самых
разнообразных космических обитателей - представителей различных "пищевых культур",
которых обслуживает некая межгалактическая "Корпорация пищи". Не иначе как фантаст
вложил в роман свой опыт работы в "Агропромстрое": "коммерческие" ситуации (махинации с
налогами и договорами, конфликты с поставщиками и клиентами и т.д.) словно списаны с
натуры. Но главное другое: в юмористических, но иногда на грани сарказма, тонах Христо
Поштаков высмеивает потребительскую философию, в гротесковой форме рисует духовное
разложение высокоразвитых цивилизаций, истративших свой потенциал в мелочности интриг.
Это умный роман о том, как легко позитивную энергию Разума превратить в негативную
энергию Глупости.
В 2003 году последовательный научный фантаст Поштаков неожиданно дебютирует в
жанре фэнтези. Изданный под англозвучащим псевдонимом Кристофер Поустмен роман "Меч,
мощь и магия" стремительно выбился в лидеры продаж. Собственно, эту книгу сложно назвать
традиционным фэнтези. Скорее роман ближе к той пародийной ветви сказочно-фантастической
литературы, которую творят, например, Терри Пратчет или Роберт Асприн. Откровенно
юмористический, пересмешнический сюжет ветвится одновременно в двух
пространственно-временных измерениях - в фэнтезийно-средневековом крохотном и
небогатом королевстве Ландирия и в... Голливуде наших дней. Главные действующие лица
болгарского фантаста отнюдь не героические личности. Скорее это обаятельные неудачники:
смелый, но нищий, как церковная мышь, странствующий рыцарь Барди, исхудавший от голода
дракон Дзог и маг-неудачник Горо. Вот такая пестрая компания в один прекрасный день и
переносится в иную реальность - реального кинематографического Голливуда. И что же?
Трагического столкновения эпох не произошло - напротив, герои сумели влиться в мир
Голливуда. Поштаков выстраивает книгу в соответствии с канонами
пародийно-юмористической фантастики - роман представляет собой сочный, вкусный
коктейль из хлестких шуток-гэгов и комических ситуаций, приправленный специями
дворцовых интриг и захватывающих приключений.
Не столь часто научным фантастам удается создать убедительное произведение в жанре
фэнтези. Поштаков из числа немногих, кому удалось написать по-настоящему увлекательный,
смешной и запоминающийся роман-фэнтези. Не случайно, видимо, писателя, открыто
выражавшего свою неприязнь к фэнтези, в 2003 году объявили самым успешным болгарским
фантастом года именно на Конвенте любителей фэнтези и хоррора "Конаниада-2003".
В конечном же счете неважно, в каком направлении пишет Христо Поштаков. При
ближайшем рассмотрении оказывается, что все герои этого фантаста чем-то похожи, потому
что это самые обыкновенные люди, которые, как и мы, пытаются выжить в условиях
стремительно меняющегося мира.
Евгений ХАРИТОНОВ
Христо Поштаков: "Меч, магия и челюсти"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
