Жанр: Фантастика
Собака тоже человек! 2. Собака снова человек
...ще, что мы держались крепко.
- Хорошо, что я вовремя разобрал, кто вы есть, - вмешался Серогор. - А то поначалу
думал, очередные Сантанины прихвостни, и чуть было серебро не применил.
- Не надо серебро! - взмолился Винки.
- Мы же хорошие! - поддержал собрата Тинки.
- Да знаю, знаю, - отмахнулся белый колдун. - И вообще, вас бантики спасли.
- В смысле? - удивился я.
- Просто сложно представить горного спиногрыза или другую нечисть в таких вот
рюшечках, - пояснил Серогор.
Нестандартные расплылись в блаженных улыбках и на радостях поправили друг у друга
бантики на шее.
- Я же говорил, что это не только красиво, но и полезно, - важным голосом заметил
один из луговых.
Лично я мог бы поспорить с этим высказыванием, но, пожалуй, на сегодня хватит.
- Ладно, потом проблемы моды обсудим. Вы как, с нами или по домам?
Зверята переглянулись и синхронно вздохнули.
- Всё самое интересное уже позади, так что, наверное, домой.
- Просто не терпится изложить в стихотворной форме всё то, что мы пережили и
увидели.
Жалко, конечно, расставаться. Привык я к этим нестандартным, да уж, видно, ничего не
поделаешь.
Как ни крути, но на встречу с Бодуном со спиногрызами не пойдешь - не поймет.
Прощание было недолгам, просто все присутствующие пожали луговым лапу.
Отверженные и нечистью и людьми, луговые спиногрызы настолько расчувствовались, что
даже прослезились. Соленые капельки текли из огромных васильковых глаз, и луговые
стряхивали их лохматыми лапками с устрашающими когтями, которые никогда не применялись
по назначению и служили только для расчесывания их шерсти.
Но всё-таки выглядели они счастливыми. Как оказалось, этим зверятам для счастья нужно
было совсем немного: крепкое рукопожатие и чуточку душевного тепла.
- Благодаря всем вам мы наверняка станем самыми известными среди нашей братии, -
сообщили мне по секрету Тинки и Винки, перед тем как покинуть нас.
- Да ладно, - отмахнулся я, - это всё благодаря вашему таланту.
- Мы сложим прекрасную песню, - мурлыкнул Тинки и буквально растворился в
кустах.
- Это будет наш подарок к свадьбе, - поддакнул Винки и последовал за своей парой.
Ведь все знают, что спиногрызы, они парами ходят.
Кстати, зря луговые спиногрызы считали, что ничего интересного нас уже не ждет. Но
лучше всё по порядку.
Как и обещал, Серогор перенес нас на небольшую полянку недалеко от лагеря Бодуна и
испарился в мерцающем синем сиянии перстня великого Сивила. Уж не знаю, откуда ему было
ведомо, где расположился князь, но факт остается фактом.
- Только предоставь мне говорить с князем, - принялась меня обрабатывать Селистена,
пока мы шли к лагерю. - У меня это лучше получится, тем более что Бодун меня с
малолетства знает, и даже на своих коленях качал.
С моей точки зрения, этот факт к нынешнему делу никакого отношения не имеет, но
спорить я с мелкой не стал. Чем бы дитя ни тешилась, лишь бы не плакало. Посмотрим, какие у
нее получатся переговоры.
А переговоры моя мелкая начала просто уникально. У нее вообще одни крайности. То до
сути не доберешься, а то с первого слова - и в самую точку.
- Здравствуй, дядя Бодун! - сказала Селистена, когда мы появились в лагере и
несколько удивленная стража проводила нас в княжеский шатер. - Ты только не волнуйся, но
у тебя жена ведьма, а батюшка ни в чем не виноват.
Ну разве можно так людей пугать? Мало ли у кого жена в ведьмах значится, так к этому
факту надо подходить постепенно, осторожно, а не вот так, с налету.
Однако на этом рыжая останавливаться не собиралась. И пока ошарашенный Бодун
пытался сообразить, что к чему, продолжила в своем неповторимом стиле:
- Но ты не волнуйся, мы вывели ее на чистую воду, так что можешь считать себя опять
вдовцом.
- Ага, - поддакнула Матрена. - А ладью твою мы случайно утопили. Но тут уж
донные водяные Лабос с Ритосом постарались.
После услышанного мне оставалось только простонать.
- И беспорядки на базаре мы спровоцировали исключительно из лучших побуждений.
- Да, просто хотели, чтобы бабы с базара твоей страже перья пощипали, - не осталась в
стороне хозяйка трактира.
- Со стражей на пристани это, конечно, мы переборщили, - продолжала гнуть свою
линию боярышня. - Но они первые начали, хотели нас в темницу засадить.
- А Даромир из твоей темницы сбежал, так это фактически случайно получилось, ты уж
на него не сердись.
- И на то, что Демьяна с его шайкой разогнал, тоже не сердись.
- И уж особенно не сердись, что он разоблачил, вывел на чистую воду и поприжал хвост
твоей женушке.
- Кстати, в последний момент он ее пощадил и не стал убивать.
- Но всё это он делал исключительно ради твоего блага, - закончила свою дивную речь
Селистена.
Нет слов, душат слезы. Теперь, чтобы не мучиться, мне проше самому утопиться. А самое
главное, что обижаться на мелкую нет смысла, она и вправду искренне считает, что делает всё
как надо. Но как же Матрена умудрилась такое наплести?
- Но вообще-то тебе надо быстрее возвращаться в город, - не остановилась на
достигнутом Селистена. - А то мой батюшка в темнице сидит, Сантана в бегах, а на твоего
сыночка, Феликлиста, не больно-то много надежды. Ты чего молчишь-то, дядя Бодун?
И она еще спрашивает! Как же ему не замолчать? Теперь надо попробовать переварить
всё, что тут наплели, и уж после этого послать всех нас на плаху. На всякий случай я снял
остатки заклятия Сантаны. Не очень хотелось, чтобы меня в очередной раз отправили на плаху
под действием наложенных чар.
Наконец Бодун переварил услышанное. Его реакция оказалась примерно такой, как я и
рассчитывал.
- Стража, взять их!
- За что? - даже обиделась Селистена. - Может, я просто что-то непонятно рассказала?
Тогда пойдем с самого начала...
С этими словами Селистена по-деловому расположилась в шатре у Бодуна и начала свой
рассказ заново. Едрена-Матрена не растерялась и последовала ее примеру. Мне, Шарику и
братьям ничего не оставалось, как расположиться тут же.
Оцепенев от такого самоуправства, князь после некоторого колебания отослал
подоспевшую стражу. Однако по мере продвижения к финалу нашей истории он возвращал ее
бессчетно. И каждый раз, каким-то чудом, Селистене с Матреной удавалось продолжить свой
рассказ.
Хотя, может быть, большого чуда в этом и не было. Просто в эти моменты, посредством
моего любимого заклинания, я наполнял стоящий на столе кубок медовухой, и Бодун, осушив
его залпом, на некоторое время успокаивался.
Как ни странно, участвовать в этом представлении мне не хотелось. Я вообще что-то
устал сегодня. Так, пришлось только подтвердить свое превращение в Золотуху и уточнить
некоторые эпизоды в повествовании. А в остальном, как ни странно, дамочки справились без
меня. И наконец по завершении повествования, окосев от обрушившейся на него информации и
огромного количества выпитой медовухи, князь вскочил на ноги:
- Если хоть одно слово в этом рассказе ложь, вы все окажетесь на плахе!
Фразу про ложь я пропустил мимо ушей. Откуда ей взяться, коли рассказ вел не я? Вот
если бы такое ответственное дело доверили мне, то, конечно, можно было бы опасаться
незапланированной встречи с палачом. А так Селистена с Матреной рассказали чистую правду.
Эх, представляю, как бы этот самый рассказ заиграл в моих устах.
- Срочно возвращаемся в Кипеж-град!
Конечно, против самого возвращения я не был, однако отправление прямо сейчас в мои
планы не входило. У меня, знаете ли, был трудный день, и я намерен сегодня выспаться, а уж
завтра поутру и пустимся в путь.
Именно эту мысль я и озвучил Бодуну, подтвердив свои слова очередным кубком
медовухи. Надо ли говорить, что такие убойные аргументы были восприняты самодержцем
правильно, и наше отбытие было отложено до утра.
В город прибыли скромненько, без положенной пышной встречи. Никто в городе нас не
ждал. Ранним утром, когда все жители Кипеж-града еще спали, мы пронеслись по улицам и на
полном скаку (это они на скаку, а я на бегу) ворвались во двор княжеского дворца.
- Где Феликлист? - грозно бросил Бодун, спрыгнув с лошади, первому попавшемуся
ратнику.
- В темнице, - вытянувшись в струнку, отрапортовал тот.
- Где? - чуть ли не хором переспросили все, кроме меня. Ведь говорящих собак на
свете не бывает, а если бывает, то очень редко.
- В темнице, - невозмутимым голосом подтвердил ратник. - Вместе с
премьер-боярином.
Погодите-погодите... Может, я что-то упустил? Но по моим расчетам, репрессии Сантаны
до Феликлиста докатиться никоим образом не должны были.
Судя по тому, как побагровел князь, сейчас он использует все прелести абсолютной
власти направо и налево. Интересно, обойдемся кулачным внушением или придется
воспользоваться услугами палача?
На этот раз сработала женская смекалка, и Селистена успела задать простой, но очень
важный вопрос:
- А что он там делает?
- Так премьер-боярин его учит, как государством управлять.
- Что? - опять не понял князь.
- Ну так вы отбыли, княгиня тоже, Антип в темнице сидит и выходить оттуда не
соглашается. Вот и пришлось Феликлисту за государственные дела взяться. Так он, почитай,
раз по десять надень в холодную бегает за советом к премьер-боярину.
- А не проще было бы временно выпустить премьер-боярина на волю? - ворчливо
сказал уже немного успокоившийся Бодун.
- Так пробовали, а он ни в какую не хочет из темницы выходить, мы и дверь перестали
закрывать. Говорит, что только князь его может либо помиловать, либо казнить, и
заслуженного приговора он будет дожидаться в темнице.
Н-да, крепкий орешек мой будущий тесть, это надо же быть таким упертым.
Принципиальным вполне можно быть не только в темнице, но и в своих собственных палатах,
так сказать, под домашним арестом.
- Скажи, а Даромир тоже не выходит из своей камеры? - съязвила Селистена и игриво
отдавила мне лапу. Я так же игриво хлопнул ее хвостом по мягкому месту и с удовольствием
послушал ответ ратного человека.
- Да, не выходит, - подтвердил он. - Молчит всё время, слушает Антипа и ест.
Это что еще за новости, что значит - молчит и ест? Да я так форму могу потерять, а у
меня свадьба на носу!
Бодун закончил расспрашивать своего ратника, и вся наша компания решительным шагом
отправилась проведать принципиального премьер-боярина и странного белого колдуна с
прекрасным аппетитом. Однако тут на нашем пути появилось небольшое препятствие. Хотя
если быть точным, то препятствий было штук шесть, и все они с радостным визгом бросились
ко мне.
- О боги! - застонал я. - Только не это!
Ну, как же я мог забыть про щенков Золотухи и Шарика? Надо было через черный ход, на
мягких лапах к их мамаше пробраться, а теперь куда там! Я в момент оказался облеплен
визжащими от радости лохматыми друзьями человека. Детишки за время моего отсутствия
подросли, вытянулись и, к моему счастью, уже отказались от грудного молока. Теперь, когда
посредством ежедневного укуса Шарика (уже живого места на теле не осталось!) я смог
избавиться от тлетворного влияния на меня сущности Золотухи, кормление грудью этих
симпатяг в мои планы никак не входило.
- Так, слушай мою команду! - строгим по возможности голосом призвал я щенят к
вниманию. - Вашей мамочке срочно надо по одному очень важному делу, а вместо меня вы
вполне сможете высказать свою радость вашему папаше, то есть Шарику.
Услышав такое мое выступление, лохматые с недоверием посмотрели на меня, а потом на
Шарика.
- Да-да, иногда, в исключительном случае, отец вполне может временно заменить мать и
взять на себя заботы о семействе лично.
Тут я заметил, что Шарик как-то подозрительно попятился, но чуткая Селистена
немедленно пресекла его попытку улизнуть.
- Предлагаю новую игру - охота на папу! Ну, ребята, чего стоите? Вперед!
Оценив подобную перспективу, с грозным и почти страшным рычанием щенки бросились
на Шарика. Сам папаша очень выразительно посмотрел мне в глаза и со всех лап припустился
от грозной маленькой своры. Ничего, ничего. Иногда полезно отвлечься от героических
похождений и уделить время семье.
- Ловко, - заметила солнечная.
- Ну так я у тебя вообще сообразительный! - охотно согласился я и, чуть поразмыслив,
добавил: - Знаешь, говорят, что когда начинает тянуть к чужим детям, то пора задуматься о
своих. Ну так что, может, подумаем?
Селистена покосилась на стоящего рядом Бодуна, на лукаво улыбающуюся Матрену и
раскраснелась словно маков цвет.
- Ты прямо в таком виде собираешься думать?
- Ах да, - спохватился я. - Так чего мы медлим?
Никогда я еще так не торопился попасть в темницу.
Мы уверенно прошли мимо озадаченной стражи и вошли в тюремный коридор. Как и
говорил ратник, дверь в камеру Антипа и Золотухи оказалась незаперта, и мы не отказали себе
в удовольствии, тихонечко притаившись за нею.
А изнутри раздавались до глубины души знакомые голоса.
- Дядя Антип, да я в жизни не запомню всю эту речь!! - голосил Феликлист.
- Запомнишь, никуда не денешься, - пробасил Антип.
- А может, вы ненадолго покинете свою темницу, примете иностранных послов,
подпишете пару указов, разберете жалобы и спокойненько вернетесь назад?
- Нет, - решительно отрезал премьер-боярин.
- А я в это время посижу за вас, - не унимался наследничек.
Судя по тону, государственные заботы доконали его окончательно. Что поделаешь, не
создан Феликлист для государственных дел. Я, кстати, тоже.
- Нет, - продолжал гнуть свое Антип. - Сказал же, что выпустить меня из темницы
может только твой отец, князь Бодун. И давай больше не возвращаться к этой теме.
- Ну так все уже знают, что бывшая княгиня, - тут Бодун поморщился, - была ведьмой
и заманила тебя в ловушку посредством хитроумного заклинания!
- Не важно, - пробасил будущий родственник, - я всё равно виноват. Виноват, что
поддался чарам, виноват, что не вывел ее на чистую воду, виноват... В общем, кругом виноват.
Да, такой самокритики я не слышал никогда. Так вот, оказывается, кто у нас корень зла,
вот кто во всем виноват! А я и не знал...
На месте Бодуна я бы еще немного послушал. Но князь был на этот счет другого мнения и
решительно вышел из укрытия.
- Нет, это не ты во всем виноват, а я!
У-у-у... А это помешательство, оказывается, еще и заразное. Хорошо еще, что ко мне
такая зараза не пристает, а то бы пришлось посыпать голову пеплом и бредить так же, как эти
два деятеля.
- Бодун?! - не веря своим глазам, зачем-то спросил Антип.
- Папа?! - не остался в стороне Феликлист. - Ура, батюшка вернулся, теперь я
наконец-то смогу отдохнуть от всех этих забот!
Кто о чем, а вшивый о бане, хмыкнул я про себя. но оказалось, что Феликлисту еще было
что сказать.
- Вы чего так долго?! - завопил он, глядя на нас с Селистеной. - Вы там на свежем
воздухе прохлаждались, а я тут извелся весь. Нельзя так поступать со старыми друзьями!
Интересно, как это я мог пропустить момент, когда мы стали друзьями? Надо будет
Селистенку порасспросить.
Наследник хотел еще что-то сказать, но Бодун нетерпеливым жестом остановил его. Этим
воспользовался Антип и тут же взял слово:
- Князь, я виноват перед тобой и перед государством. Готов искупить свою ошибку на
плахе.
Всё, у меня сейчас от скуки уши вянуть начнут. И умеет же старшее поколение любой,
даже самый радостный, момент испортить своим занудством. Ясно же, что наши победили и
пора приступить к отмечанию этого знаменательного события, ан нет. Они будут
расшаркиваться друг перед другом до посинения.
- Можешь ничего не говорить, - важно кивнул князь. - Твоя дочь и будущий зять всё
мне рассказали.
- Кхе, кхе, - скромно напомнила о себе Матрена.
- Да, конечно, вместе с ними рассказывала и несравненная Матрена, - поправился
Бодун. - Так что я в курсе всех событий.
Да уж, нашу Матрешку и сравнивать не с кем, она у нас одна такая.
- Наверняка они утаили от тебя, как именно я угодил в темницу...
Так, всё, я этого больше не выдержу.
- Прошу прощения, что вклиниваюсь в разговор таких многоуважаемых
государственных мужей, но нельзя ли продолжить эту душераздирающую беседу в другом
месте. Ведь, насколько я понимаю, настаивать на продолжении тюремного заключения князь не
собирается?
- Нет, - пожал плечами Бодун.
- Тогда позвольте мне объявить небольшой перерыв, воспользоваться полученной
паузой в личных целях и вернуть себе свое истинное обличье.
Судя по молчанию, возражений не имелось. Получив тем самым одобрение старшего
поколения, я вошел в камеру и оторопел при виде самого себя.
Люди добрые, да что же это делается?! На меня смотрел румяный, располневший,
холеный Даромир. О боги, разве можно столько есть, к тому же находясь без движения?!
Конечно, я понимаю, что те разносолы, которые Золотуха стала получать в заточении, собаке
даже и не снились. Но всему же есть предел! Я ношусь по полям и весям, блюду себя в
прекрасной форме, а она что вытворяет?
Золотуха, чувствующая свою вину, только и могла, что пожать плечами в свое
оправдание.
- Ладно, с тобой у меня будет особый и весьма длинный разговор, - пригрозил я рыжей
псине. - Претензий у меня к тебе накопилось много.
Золотуха, полная раскаяния на моем лице, активно закивала головой.
- Давай выходи из камеры, будем расколдовываться, - махнул я рукой псине и, виляя
хвостом, выбрался наружу.
- А почему не здесь? - удивился Антип. - Насколько я понимаю, с исчезновением
Сантаны ее чары больше не действуют.
Вот я лезу в процесс управления государством? Не лезу, потому что не имею на этот счет
ни желания, ни должных знаний. Так чего он лезет в мое колдовство? Я мысленно досчитал до
десяти. Успокоился и ангельским тоном ответил:
- На эту камеру заклятие наложено с помощью магических рун. А рунам всё равно, есть
тут Сантана или бродит где-то, вынашивая очередной план мести.
Услышав такой ответ, всезнающий премьер-боярин стушевался и замолчал. Оно и к
лучшему, не будет под руку лезть, когда я расколдовываться начну. Кстати, я от него до сих пор
не получил элементарной благодарности за спасение, так что это и для него безопаснее будет.
Мало ли какая мыслишка в голове проскочит, а вдруг с соблазном не совладаю?
Когда мне не мешают и не лезут в тонкий процесс колдовства, у меня всё получается
просто великолепно. Одно мгновение - и я вернул себе свое тело. О боги, как же я по себе
скучал!
Золотуха также с явным удовольствием осматривала себя на предмет наличия хвоста.
Наверняка ее родное тело ей нравилось значительно больше, чем мое. А вот не будет в
следующий раз лезть под руку великому колдуну!
Судя по всему, осмотром рыжая осталась довольна, с благодарностью лизнула мне руку и
с радостным лаем бросилась наружу. Надеюсь, Шарик не очень пострадал в процессе
безобидной игры их детишек и предстанет перед супругой в целости и сохранности.
Наконец-то, а то его томные взгляды меня сильно раздражали.
Но это дела собачьи, а меня больше интересуют человеческие. Причем не всего
человечества сразу, а только двух отдельных его представителей. Еще одно мгновение - и на
моей шее повисла моя рыжая судьба. Наконец-то я смог обнять мою избранницу нормальными,
человеческими руками и прижать к груди, практически лишенной шерстяного покрова.
И в этот момент нам было абсолютно наплевать на то, что уже в десятый раз настойчиво
напоминает о своем присутствии Антип, что рядом находится князь со своим сыночком, а
Матрена умиленно смахивает со щеки слезы и пятится к выходу (голову даю на отсечение, что
сейчас понесется к своему Проше). Мы слишком друг по дружке соскучились, чтобы
отвлекаться на такие мелочи.
- Я что-то не расслышал, когда у нас свадьба? - поинтересовался я у Антипа, когда
наконец смог оторваться от невесты.
- Через месяц, - за своего премьер-боярина ответил князь.
Антип на это только обреченно кивнул и смиренно отправился вслед за остальными.
Догадались наконец-то, что нам надо побыть одним. Конечно, темница не самое романтическое
место, но это уж зависит от того, сколь долго ты не мог обнять любимого человека.
Про Сантану в городе забыли довольно быстро. Не знаю, что послужило тому причиной.
То ли постепенно ослабевающее заклятие, то ли последствия организованного мною "бабьего
бунта", то ли чувство стыда у одураченного мужского населения. Наверное, всё понемножку. А
к тому же у всего честного народа появилось занятие поважнее - обсуждение предстоящей
нашей с Селистеной свадьбы.
После того, что я сотворил для города и для Бодуна лично, тот посчитал своим долгом
сделать из этого события всеобщий праздник. Ничего против этого я не имел и,
посоветовавшись с Селистеной, дал свое согласие. По идее, это было единственное, что от нас с
мелкой требовалось, однако мы слишком долго ждали этого мгновения, чтобы пустить процесс
на самотек.
Первым делом мы решили перенести торжество из терема Антипа в княжеский дворец. А
что? Там нам будет лучше и просторнее. Кстати, Бодун практически сам предложил мне свои
палаты, я просто легонечко намекнул ему, и он сразу же согласился.
Тут, конечно, со своим занудством влез Антип, но его быстро устранили, поручив под
присмотром доченьки составлять список приглашенных. Лично меня эта процедура ничуть не
привлекала, всё равно я и слыхом не слыхивал про тех людей (ни много ни мало несколько
сотен!), которые в конце концов туда попали. С моей стороны там оказались только Сима,
Серогор и Матрена.
Зато я взял под свой контроль кухню. Эта обязанность была для меня свята, и я отнесся к
ней со всей серьезностью. Лично обсудил с княжеским поваром каждое блюдо на праздничном
столе, так же не менее лично и основательно снял пробу.
Особо усердствовать здесь было нельзя. Получив сюрприз от Золотухи в виде
округлившейся фигуры, мне пришлось держать себя в руках. Ну ничего, наверстаю упущенное
за свадебным столом, уж там меня не остановит никакая диета. В конце концов я остался
доволен кулинарными изысками княжеского повара и скрепя сердце был вынужден убраться из
такого замечательного места.
Изящно помахивая посохом (теперь я не расставался с ним ни на миг), я прошелся по
дворцу и проверил, как идут дела с украшением помещений. Придраться было не к чему, так
что решение посмотреть одним глазком, что делается у Матрены в трактире, было вполне
своевременным и логичным. Надоела мне колданутая медовуха, захотелось натуральной, имени
меня. Да и по стряпне хозяюшки я соскучился.
Оказалось, что в заведении женщины-горы уже практически поселились несчастные Фрол
и Федор. Несмотря на все наши уверения, они до сих пор считали себя виноватыми и
жалованный Антипом отпуск проводили в глухой депрессии, поглощая медовуху в
неимоверном количестве.
Против медовухи я ничего не имел, а вот повод мне пришелся не по душе. Смотреть на
братьев без содрогания было нельзя, и я решил срочно что-нибудь предпринять, чтобы вернуть
ребятам уверенность в себе.
Поначалу братья всё еще сопротивлялись, но потом потихоньку оттаяли и, после того как
я в сотый раз уверил их, что ни я, ни Селистена, ни Антип не держим на них зла, успокоились и
повеселели. После этого мы общими усилиями прикончили "Подвиг Даромира" (а ну ее, эту
диету, само как-нибудь рассосется!) и тем самым окончательно сломали лед недоверия.
Матрена не переставала нас радовать своим кулинарным искусством и нескончаемым
потоком баек и шуток. В сияющей, словно начищенный самовар, хозяюшке очень тяжело было
признать ту скорую на расправу Матрену, которая еще совсем недавно разила врага
подручными и весьма тяжелыми предметами. И дело тут было не столько в солидной сумме,
которую отвалил щедрый Бодун за ее участие в наших похождениях, сколько в маленьком
кондитере Проше, который перестал шастать к ней через шкаф, а гордо и важно начал посещать
свою избранницу черед парадную дверь. Кто знает, не предстоит ли нам вскоре гулять еще на
одном торжестве?
Вот так незаметно пробежало время и настал долгожданный день свадьбы.
За свадебным столом я был хорош, а моя невеста великолепна. Необычайной красы
сарафан, солнечного, оранжевого цвета удивительно и вместе с тем бережно подчеркивал всю
красоту и очарование Селистены. Непослушные рыжие локоны, несмотря на все старания
Кузьминичны, упорно рвались наружу и добавляли лишнего шарма. Хотя что я говорю, у
женщины шарм никогда не может быть лишним!
Серафима меня не обманула, и милые моему сердцу конопушки так же гордо сияли
маленькими солнышками на лице Селистены. И как она могла поднять руку на такую красоту?
Всё, теперь получаю законное право контролировать необдуманные поступки моей половинки.
Подарками нас с мелкой просто завалили. Ну всяческие обновки и украшения для нее -
это ладно, пригодятся. Но, спрашивается, на кой мне нужно восемь пар яловых сапог, три(!)
седла, ворох кафтанов, пяток золотых перстней и прочая ерунда? Да мне за всю жизнь всего
этого не сносить! Хорошо еще, что процесс приема и оприходования подарков взяла под свой
строгий контроль Кузьминична. А раз взяла, то и дальше пусть несет, я не против.
Но конечно, всех переплюнул князь Бодун. Похоже, на моем примере он хотел показать
всем, как может высоко ценить личную преданность. Похоже, он до сих пор считает, что я
ввязался во все эти перипетии из-за него. Ну что ж, не буду разубеждать его, пусть потешит
свое самолюбие.
Когда поток поздравлений иссяк, князь встал из-за стола и выразительно окинул
собравшихся взглядом.
Стоящий в зале гул моментально стих. Выждав положенную по случаю и статусу паузу,
Бодун прокашлялся и начал свою поздравительную речь:
- Признаться, я всегда недолюбливал колдунов. - Что ж, начало многообещающее,
посмотрим, что будет дальше.
- И когда узнал, что очаровательная дочка моего премьер-боярина решила выйти замуж
именно за колдуна, был просто в ужасе.
Ага, я также был не в восторге от твоего плана поженить Селистену с Феликлистом.
- Но, познакомившись с Даромиром поближе, был вынужден изменить свою точку
зрения.
Вот, уже лучше.
- Этот молодой, но уже опытный колдун сделал для города в целом и для меня лично
необычайно много.
Еще лучше. Я ненароком кинул взгляд на Серогора и Симу. Пусть порадуются за своего
выкормыша.
- Поэтому в
Закладка в соц.сетях
