Жанр: Фантастика
Тайный город 06. Наложницы ненависти
...ащил из кармана пипетку и поднес ее к глазам:
- Когда я стану великим магистром, я пощажу тебя, старик...
Руки капитана гвардии дрожали. Де Сент-Каре с омерзением посмотрел на Гюнтера, вышел из зала и жестом
подозвал к себе адъютанта:
- Немедленно найти гиперборейских ведьм! Объявить тревогу! Возможно, гарки пойдут на штурм Замка.
Разыщите Теодора ле Мана и...
- Повелитель, - адъютант замялся. Великий магистр резко вскинул голову:
- Что случилось?
Из-за дверей доносился истеричный хохот сходящего с ума Гюнтера. Молодой рыцарь опустил глаза:
- Горностаи у ворот.
Им никто не мешал войти в Замок.
Никто не мог и никто не хотел мешать им войти в штаб-квартиру Великого Дома Чудь. Никто не смел оспаривать
их право быть со своей семьей. Остатки Горностаев, измученные рыцари в помятых и порубленных доспехах, молчаливые
хваны и Франц, мрачный и полный решимости разрубить запутанный узел. Они вошли в Замок не победителями, они
вошли в Замок как свои, как сыновья, ушедшие после глубокой ссоры, но вернувшиеся домой, потому что больше им
некуда идти и некуда возвращаться. В полной тишине, не обнажая оружия, они прошли к центральной башне штабквартиры
и остановились, ловя на себе взгляды обитателей Замка.
Де Гир гордо поднял голову:
- Найдется ли здесь хоть кто-нибудь, кто скажет, что мы были не правы?
- Ты должен был сражаться под стенами Зеленого Дома, - угрюмо бросил кто-то из толпы.
- Я должен был умереть еще до этого, - спокойно ответил Франц. - И вы это знаете.
- Де Гир видел, что разгром неизбежен, и предупреждал нас!
Все головы повернулись в сторону говорившего. Нельсон Бард, магистр Мечей. Он вышел из портала,
поддерживаемый двумя рыцарями, левая рука плетью висит вдоль тела, шлема нет, голова наспех перевязана. За ним
тянулись Мечи. Появилось еще несколько порталов, из которых торопливо выскакивали все новые и новые чуды, остатки
блестящей армии, посланной на покорение Зеленого Дома. Жалкие остатки.
- Франц предвидел катастрофу! - продолжил Бард. - Он выступал против войны! Против союза с тварями Кадаф! И
поэтому Леонард приказал убить его! - Нельсон оттолкнул поддерживавших его рыцарей, шатаясь, подошел к де Гиру и
протянул ему свой меч. - Кто посмеет обвинить его в трусости или предательстве, тот обвинит всех Мечей!
"Хитро, умно, а главное, очень вовремя", - Себастьян де Лок одобрительно улыбнулся расторопности главного
Меча. Но улыбнулся глубоко в душе, на бесстрастном лице магистра Горностаев не отразилось ничего, что не
соответствовало бы напряженности момента.
Глухое ворчание прокатилось по рядам чудов: и тех, кто оставался в Замке, и тех, кто вернулся из Лосиного
Острова. Ворчание, которое показывало, что мнения обитателей. Ордена разделились, но никто из них больше не смел
бросать обвинения в лицо Францу. Они ждали.
Великий магистр гордо вышел во двор Замка и остановился в нескольких шагах отде Гира. Тяжелый плащ остался
в тронном зале, и на Леонарде был лишь богатый, расшитый золотом камзол. Грудь старика украшала массивная цепь с
медальоном, а в правой руке он крепко сжимал короткий жезл.
- Мы убивали тварей Кадаф, - громко произнес Франц, - а они убивали нас. Убивали по твоему приказу. Теперь мы
пришли спросить: за что?
- Неподчинение во время войны карается смертью!
- Ты приговорил меня к смерти еще до войны! Ты послал гвардейцев убить меня!
Это было не так, совсем не так, но великий магистр не стал унижать себя спором.
- Ты приговорил меня к смерти за то, что я был против войны! И посмотри, чего ты добился: Орден разгромлен!
Орден на пороге катастрофы!! - Франц выдержал паузу, и его раскатистый голос наполнил двор Замка: - Ты потерял право
на трон!
- Тебе придется доказать это моей кровью, - просто ответил Леонард. Он снял корону и, держа ее в руках, не менее
громко, чем де Гир, провозгласил: - Слушайте меня, чуды! Слушайте все, ибо пока еще я правлю Орденом! Слушайте все!
Я уйду при любом исходе поединка! Я виноват и знаю это, но этот Горностай получит трон, только убив меня!
Де Сент-Каре передал корону молоденькому оруженосцу и сделал тяжелый шаг вперед. Замок погрузился в
напряженную тишину.
Несмотря на то что Леонард был почти в два раза старше Франца, вряд ли кто-нибудь из присутствующих мог бы с
уверенностью предсказать исход дуэли. Молодость, свежесть и напор - вот что мог противопоставить де Гир колоссальному
опыту и мастерству великого магистра. А еще ненависть. Мертвые Горностаи стояли за спиной Франца. Мертвые Горностаи
гнали его в бой, требуя отмщения, и де Гир нанес первый удар, резко бросив в лицо своему учителю "Эльфийскую стрелу".
Несложное заклинание. Леонард одним движением пальца остановил летящую молнию, вызвав эффектную вспышку искр,
и взмахнул жезлом. Воздух вокруг Франца сгустился, вдавливая магическую энергию обратно в де Гира и не позволяя ему
создавать боевые заклинания. Это был "Навский аркан" четвертого уровня. Великий магистр попытался применить
излюбленную тактику колдунов Темного Двора, и будь Франц чуть более измотан, он бы не смог вырваться из этого кольца.
Но хваны, предусмотрительные хваны, понимающие, что де Гир был долго отрезан от Источника, позаботились о
подзаряжающем артефакте, и в Замок Франц вступил под завязку переполненный магической энергией.
Тонкая нить пробила "Навский аркан" и, стремительно достигнув Леонарда, вспыхнула "Рыбацкой сетью", на
мгновение заблокировав энергию старика. Де Сент-Каре справился с атакой за пару секунд, но этого времени хватило де
Гиру, чтобы выскочить из плотных объятий "Навского аркана" и нанести следующий удар. Прямым двуручным мечом,
молниеносно сформировавшимся в руках Франца. И только реакция, только великолепная реакция старого боевого мага
помогла великому магистру избежать смерти.
Разящий удар эспадона принял на себя тяжелый волнистый клинок.
Алая вспышка ослепила следящих за поединком чудов. Гигантская алая вспышка, сопровождавшаяся гулким
хлопком: оба мага подключились к Карфагенскому Амулету, энергетическому Источнику Великого Дома Чудь.
И начался настоящий рыцарский поединок по всем правилам Ордена. Обманные заклинания и удары исподтишка
были забыты, да у соперников и не оставалось на них времени: они обменивались честными, сильными ударами, успевая
лишь атаковать и защищаться. Колоссальный поток магической энергии изменил дуэлянтов, оба они прибавили в росте,
раздались в плечах, на обоих появились сверкающие алые доспехи, украшенные вставшим на дыбы единорогом. Вот только
над одним панцирем развевались рыжие волосы, а над другим седые.
Удар, еще удар, еще... Пылающие мечи вспыхивали снопами искр, бешеные потоки магической энергии сбивали с
ног зрителей, заставляли корчиться от боли некоторых слабых магов. Силы, используемые дуэлянтами, были невероятно
высоки, и каждый наблюдатель, каждый чуд понимал, что, несмотря на все заявления Леонарда, трон достанется
победителю - третьего столь же сильного мага в Ордене просто не было.
И Франц пошел в атаку. Бешеную, беспощадную, стремительную. Он не обратил внимания на ответный выпад де
Сент-Каре, на то, что волнистый клинок пробил его сверкающий наплечник и повредил руку, он не обратил внимания на то,
что следующий удар великого магистра едва не насадил его на острие клинка: пылающее огнем железо скользнуло по
ребрам, он не обратил внимания на боль и кровь. Франц вложил в этот безумный натиск всю свою энергию, всю свою силу,
всю свою ненависть. Град непрерывных ударов заставил старика отступить, сбил ему темп, ошеломил, движения
волнистого меча становились все неувереннее, слабее, слабее... В последние несколько секунд соперники буквально
растворились в сверкающем мелькании клинка де Гира. Казалось, его меч танцует неистовый танец безо всякого
вмешательства бойца. Но это только казалось.
Леонард пропустил три удара подряд. В руку, в плечо и в бедро. Он упал на одно колено, и острие волнистого
клинка обреченно ткнулось в землю.
- Твое время прошло!
Франц яростно взмахнул эспадоном, и голова старого рыцаря покатилась по камням Замка.
Сила, разбуженная дуэлянтами, постепенно исчезла. Бурые вихри магической энергии ушли, и перед молчащими
чудами вновь возникла знакомая фигура де Гира. Окровавленного, тяжело дышащего рыцаря, в простых доспехах ложи
Горностаев. У его ног неподвижно скорчился обезглавленный труп де Сент-Каре.
Себастьян де Лок молча взял у оруженосца корону и, встав на одно колено, подал ее Францу.
- Слава великому магистру!!
Москва, Красная площадь, 5 августа, воскресенье, 01:45
- Не слишком ли нагло мы себя ведем? - угрюмо спросил Элигор. - Я уже не говорю, что мы не выставили боевое
охранение и не позаботились о защите, но челы... Ты ведь сама говорила, что надо действовать осторожнее.
Иерархи знали, что в обычное время Кремль и Красная площадь, зона Кадаф в терминологии Тайного Города,
надежно контролировалась объединенными усилиями всех Великих Домов. Использование магии здесь было стро-жайше
запрещено, но сейчас об этом не было и речи. Никто не мешал гиперборейцам концентрироваться у мавзолея своего вождя.
- Если мы проведем церемонию, - хрипло ответила Вероника, - то на такие мелочи можно будет не обращать
внимания. А если не проведем, то плевать: мертвым все равно.
- Да хранит нас ненависть Великого Господина, - пробормотал краснокожий, бросив быстрый, внимательный
взгляд на гробницу Азаг-Тота. - Но оборона!
- Зеленый Дом и Орден сюда не придут, - ведьма дотронулась до украшающей ее голову подписи Великого
Господина. - Их армии разбиты, и связываться с нами они не станут.
- Остаются навы.
- А вот навов, в случае необходимости, придется сдерживать иерархам Кадаф, - спокойно произнесла Вероника. -
Все время, которое понадобится мне для проведения церемонии.
Она не спрашивала, справится Элигор или нет, она просто отдавала приказ. Железная корона краснокожего
качнулась:
- Мы дадим тебе время, Тасмит.
- Времени не очень много, друзья, Темный Двор наконец-то определился, так что я теперь на войне. - Захар
элегантно поцеловал руку Инге и улыбнулся, кивнув на стоящих неподалеку вампиров. - Клан Треми на охоте.
Они встретились на пустынной Моховой улице, пара полицейских, уныло прогуливающихся по пустому тротуару,
бросила подозрительный взгляд на блестящий джип наемника, но, увидев, что между встретившимися-людьми завязалась
оживленная и дружелюбная беседа, спокойно прошла дальше. Бойцов клана Треми блюстители порядка не приметили:
Служба утилизации уже опутала зону Кадаф своими сетями.
- На охоте? - иронично поинтересовался наемник.
- Ну, ладно, не на охоте, - поморщился Захар. - В оцеплении. Сантьяга приказал нашим окружить центр, на всякий
случай, так сказать.
Предусмотрительность комиссара была известна всему Тайному Городу.
- Не перетрудились? - съязвил Артем.
- Иногда бывает тяжело, - признал епископ. - Навы не дали нам разгуляться под стенами Зеленого Дома: основной
удар нанесли гарки, а мы лишь преследовали Мечей.
- Пришлось много бегать?
- Большое количество добытой пищи помогло мне забыть о маленьких неудобствах, - приятно улыбнулся Треми.
- Захар, мы говорим совсем не о том! - Инга обхватила вампира за шею и чмокнула в холодную щеку. - Захар!
Спасибо тебе! Ты не представляешь, что сделал для нас! Не представляешь!!
- Старик, мы твои...
- Не говори ни слова. - Епископ аккуратно отодвинул от себя девушку и задумчиво усмехнулся: - На самом деле,
друзья, вы еще не представляете, что я для вас сделал. - Он поставил на землю маленький металлический чемоданчик и
ногой подвинул его к Артему. - Это для вас.
- Что здесь? - тихо спросила Инга.
- "Стим", - небрежно ответил Треми. - Три литра, если не ошибаюсь.
- "Стим"? - Девушка говорила очень медленно, боясь поверить. - "Стим" для...
- Забирайте, пока я не передумал. Этот чемоданчик стоит целое состояние.
- Три литра "стима", - Артем поднял глаза на Захара. - Ты знаешь, что ты сделал?
- Я спас жизнь Яне, - серьезно ответил Треми. - И, возможно, твоему другу. По крайней мере, у них будет на одну
проблему меньше. Мы квиты, старик.
Он усмехнулся Артему, поцеловал руку Инге и быстро направился к своим воинам.
- Я не могу поверить, - девушка ошеломленно посмотрела на наемника. - Темка, это у вас в порядке вещей?
- Захару понравилась та маленькая услуга, которую мы ему оказали, - пожал плечами Артем. - Считай это ответной
любезностью.
Рыжая вздохнула и прижалась к плечу наемника:
- И что мы теперь...
- Скучаете?
- Кортес!
- Только не надо объятий и поцелуев. Мы не виделись всего несколько часов.
- Нам они показались вечностью, - не сдержалась Инга.
Кортес внимательно посмотрел на девушку и коротко кивнул:
- Мне тоже.
И Артем и Инга различили в спокойном голосе наемника затаенную грусть.
- Вы встречались? - негромко спросила девушка.
- Да.
- И как?
Кортес неопределенно повел плечом:
- Все не так плохо, как нам казалось.
- Это же здорово! - засмеялся Артем. - Я всегда верил в Яну!
- А где она? - поинтересовалась Рыжая.
- Мы решили, что ей надо побыть с гиперборейцами, - коротко ответил наемник. - Работа с ними еще не закончена.
- Они собираются поднять Азаг-Тота?
- Да. И Яна должна помешать этому... Кстати, - Кортес помялся, - я хочу поблагодарить вас за то, что вы
организовали встречу. Я не ожидал...
- Давай обсудим эти мелочи потом, - перебила наемника Инга. - Если все в порядке, то почему ты такой грустный?
- Это мои проблемы.
Рыжая перевела взгляд на Артема:
- Скажи ему.
- Что вы еще натворили? - вздохнул Кортес.
- Слушай, напарник, - молодой наемник положил руку на плечо Кортеса. - Если тебя гнетет, что Яна стала
колдуньей, то не тушуйся: я давно живу с ведьмой и могу поделиться опытом. Будешь учиться на моих ошибках.
- Мерзавец, - ласково проворчала Инга, - не мучай человека. - Она приблизилась к Кортесу и прошептала: - Мы
добыли "стим". Три литра. Думаю, нашей Яне хватит этого запаса до конца жизни.
- Я ждал этого момента несколько лет, - пробормотал Инге Артем, - мы сумели ошарашить Кортеса. Это надо было
снять на видео.
Вытаращенные глаза лучшего наемника Тайного Города, полуоткрытый рот...
Инга прыснула.
- Как?
- Потом расскажем.
- Но...
- Начальник, начальник! - Кто-то нерешительно подергал Артема за рукав.
Молодой наемник резко обернулся, но, увидев двух воинов Красных Шапок, расслабился:
- Что надо?
- Кувалда сказал, что ты покупаешь головы тварей Кадаф, - сообщил один из дикарей. - Мы принесли девять. Давай
деньги.
И он бросил к ногам наемника пластиковый мешок.
На то, чтобы накрыть мороком Красную площадь, Служба утилизации затрачивала массу магической энергии.
Бережливый Михар Турчи не понимал, почему Сантьяга, в целях экономии, не атаковал гиперборейцев сразу, но обсуждать
приказ комиссара не решился. И его сотрудники тщательно скрывали от посторонних глаз происходящее, заботливо
контролируя перемещения редких полицейских и кремлевских охранников. Поглощенные своими делами гиперборейцы им
не мешали.
- Лазь, гони следующую шеренгу!
- Хорошо! - Яна хлестнула бичом очередных мертвых демонов. - Вперед, ублюдки! Ненависть Великого Господина
зовет!!
Помимо электрических ламп, гробница Азаг-Тота освещалась двумя пучками факелов, в которые Вероника
добавила специальные благовония, и удушливый запах стелился по стертому булыжнику площади. Все, оставшиеся у
гиперборейцев пехотинцы, мертвые демоны и Тощие Всадники, а также птицы Лэнга заняли место левее, неподалеку от
Лобного места, на котором плясало синее пламя зажженного Вероникой гиперборейского огня. Лестница, ведущая наверх,
заканчивалась призрачной аркой, в которой стояла Вероника.
- Ненависть твоя, Великий Господин, пылает! Ненависть твоя, Великий Господин, возвращается! - Белое платье
наложницы было перепачкано кровью. - Ненависть твоя дарит жизнь и берет ее! Жизнь - это твоя ненависть!!
Очередной демон, очарованный золотым сиянием глаз ведьмы, послушно поднялся по лестнице. Не первый и не
последний.
- Жизнь - это ненависть!!!
Едва гипербореец ступил под арку, как его тело пронзили семь острых, словно бритва лезвий. Несмотря на
призрачность колдовской конструкции, они были вполне материальны, и по их блестящим и жадным лезвиям кровь демона
помчалась в арку.
- Кровь - это ненависть! Пусть твоя проклятая кровь вернет Азаг-Тоту ненависть!
Лезвия втянулись в арку, и Вероника толкнула демона в синее пламя Кадаф. "Стим", украденный Захаром, был
необходим для церемонии, был кровью церемонии, ее ненавистью. И теперь наложницам приходилось добывать Золотой
Корень сложным путем: буквально выдавливая его из гиперборейцев. Все войска, которые остались в распоряжении
Вероники, ожидал один конец: в пламя. Азаг-Тоту нужна проклятая кровь, нужна, но арка... Арка наполнялась медленно.
Вероника спокойно посмотрела на едва налившиеся слабым, очень слабым золотистым сиянием призрачные стены
и перевела взгляд на следующую жертву:
- Жизнь - это ненависть!!!
- Нет, Ортега, атаковать гиперборейцев сейчас было бы крайне неблагоразумно, - мягко произнес Сантьяга. - Они и
без нас прекрасно справляются с уничтожением собственной армии. К тому же я не считаю неживых демонов и дохлых
наездников достойной целью для гарок. Поупражняться в фехтовании можно и на чучелах.
- Мы давно не воевали всерьез, - извиняющимся тоном ответил помощник комиссара. - Война как-то бодрит.
- Бодрят победы, Ортега, - нравоучительно заметил Сантьяга. - А война быстро надоедает. Где иерархи Кадаф?
- Переместились на Манежную площадь.
- Вот ими мы и займемся.
- Но когда наложницы соберут нужное количество Золотого Корня, они приступят к церемонии, - осторожно
напомнил Ортега. - И поднимут Азаг-Тота.
- Пусть попробуют, - неопределенно протянул комиссар.
- Здесь мы очень уязвимы, - мрачно заметил Анабот.
- Знаю, - коротко ответил Элигор, неподвижно глядя на пустынную Тверскую.
- Они откроют порталы по кругу и атакуют нас сразу со всех сторон, - предположил На-Хаг.
- Это будет разумно, - согласился краснокожий.
- Я ударю сверху, но на всех меня не хватит, - высказался Дурсон.
Элигор промолчал. Умолкли и остальные иерархи. Умолкли и угрюмо переглянулись. Четверо, всего лишь четверо,
против обученных гарок Темного Двора. Против масанов, которых навы наверняка бросят в бой. Против Сантьяги. Элигор
был уверен, что на этот раз комиссар не останется в стороне: битвы с гиперборейцами всегда получались увлекательными.
- Если они накроют площадь "Ревом Левиафана", мы...
- Они не будут этого делать, - перебил Элигор Анабота.
- Почему? - вскинулся жабообразный.
- Поверь мне, - усмехнулся краснокожий. - Сантьяга хороший стратег и не упустит возможность
продемонстрировать остальным Великим Домам, на что способна его армия. Нас будут убивать в прямом бою.
- Думаю, Элигор прав, - проклокотал Дурсон. А рогатый На-Хаг задумчиво посмотрел в сторону Красной площади:
- Надеюсь, наложницы успеют.
Телевизионщики "Тиградкома" торопливо устанавливали видеокамеры на крышах гостиниц "Националь" и
"Москва". Сантьяга попросил их не задействовать вертолет, и поэтому пришлось использовать максимальное количество
наземного оборудования: каждый эпизод предстоящей битвы должен быть запечатлен. Репортеры проверяли микрофоны, а
режиссеры торопливо щелкали кнопками: к Манежной площади было подтянуто четыре фургона с оборудованием.
- "Война он-лайн", - лениво заметила Инга. - Прямой эфир.
- Замечательные уродцы, - высказался Артем, наблюдающий в бинокль за перемещением иерархов Кадаф по
Манежной площади. - Каждый оригинален и по-своему неповторим... Обратите внимание на клюв Дурсона: чистая сталь!
- С добавками, - уточнил Кортес, - улучшающими ее основные характеристики. Кстати, чем вызван такой интерес к
тварям?
- Мы забыли тебе сказать, - протянула Инга. - Артем договорился с шасами о поставке эксклюзивного материала
для таксидермистов. После окончания войны планируется небольшой аукцион.
Молодой наемник посмотрел на напарника:
- Надеюсь, ты не против участия в бизнесе?
- Ты договорился на конкретную сумму? - строго спросил Кортес.
- Обижаешь! Нам достанется половина прибыли.
- Плюс они оплачивают все расходы, - вставила Инга.
- Молодцы, - одобрительно кивнул наемник. - Гомори, как я понимаю, завалили вы?
- Пришлось попотеть, - признал Артем.
- И побегать, - язвительно добавила Рыжая.
- Главное, что завалили, - улыбнулся Кортес. - А как дела у нас с обеспечением?
- В джипе полно артефактов на все случаи жизни, а шасы обещают в течение двух минут подбросить любое
недостающее оборудование.
- Вот и хорошо. - Кортес отобрал у Артема бинокль. - Тогда давайте решим, кого мы завалим первым...
Они расслабленно, можно даже сказать, расхлябанно стояли на пустынной Манежной площади. Не рядом, не
плечом к плечу, но достаточно близко друг от друга, чтобы успеть прийти на помощь в случае необходимости. Четыре
монстра, четыре титана, четыре иерарха Кадаф, абсолютно готовые к последнему, безнадежному бою.
Краснокожий Элигор, чья железная корона гордо поблескивала в свете звезд, а руки крепко сжимали причудливо
изогнутую алебарду.
Жабообразный Анабот, ядовитый язык которого то и дело нервно выскакивал на два-три фута, а когтистые лапы
безмятежно почесывали зудящие бородавки.
На-Хаг, пригнувший к земле тяжелую рогатую голову, мерно сопел.
Крылатый Дурсон важно расхаживал чуть в стороне, негромко хлопая могучими крыльями.
Четыре высших иерарха Кадаф, четыре пары золотых глаз, четыре очага глубокой ненависти. Священной
ненависти. Неистовая мощь которой могла остановить ураган и разрушить город. Но она не могла остановить того, кто
одиноко вышел на площадь по Тверской улице и небрежно встал в десятке метров от гиперборейцев.
Элигор не ошибся: Сантьяга собирался участвовать в бою. Впервые за много лет комиссар вышел на улицу Тайного
Города не в элегантном костюме, а в добротной и простой одежде рядового гарки. В черном, наглухо застегнутом
комбинезоне - навы не признавали доспехов, - перетянутом кожаным поясом. Но никакого оружия. Ни одного клинка.
Сантьяга вышел к иерархам Кадаф с голыми руками.
- Ты всегда был храбр, - помолчав, заметил Элигор.
- И жесток, - тихо добавил комиссар.
- Да, - спокойно согласился краснокожий. - Мы помним, что ты никогда не берешь пленных. - Бесплотная, но такая
материальная волна ненависти нахлынула на Сантьягу - гиперборейцам было что вспомнить. - Зачем ты пришел?
Каждая секунда, каждое мгновение работали на наложниц, и Элигор был не прочь затянуть разговор.
- Если уж ты вспомнил, что я не беру пленных, красный, я надеюсь, что ты не забыл и то, что я недолюбливаю
насилие, - комиссар прищурил черные глаза. - Мы можем открыть врата в Глубокий Бестиарий прямо сейчас, у меня есть
достаточное количество Золотого Корня. Наложница создаст переход, и вы уйдете. Все.
- У нас есть время подумать?
- Элигор, - улыбнулся Сантьяга, - пытаясь выставить меня дурачком, ты выглядишь смешно. У тебя впереди ад. Но
есть возможность выбрать более комфортабельную преисподнюю. Твой ответ?
- Мы выбираем ад! - Краснокожий тоже улыбнулся.
И ад начался.
- Сеть? - недоверчиво переспросил Артем, вертя в руках маленький, удобно ложащийся в ладонь артефакт.
- А чем ты собираешься ловить птичку? - ехидно поинтересовался Кортес. - Удочкой?
Артефакт, который он велел купить, был снаряжен "Паутиной", превосходным заклинанием, предназначенным для
сковывания движений противника. При активизации, одновременно с выстреливанием липкой сети, в землю вонзался
мощнейший якорь, приковывающий жертву к месту. Дальнейшие действия определялись по ситуации: пойманного врага
можно было расстрелять с безопасного расстояния или опутать еще более сильным арканом для дальнейшей
транспортировки в ближайший застенок.
- Но почему именно Дурсон? - осведомилась Инга. - Почему нам не заняться каким-нибудь другим иерархом?
- Всех остальных угробят гарки, - пожал плечами опытный наемник. - Это же очевидно! А у летуна есть
возможность для маневра. Когда навы нажмут по-настоящему, Дурсон попытается вырваться, тут ты его и накроешь.
- Чем?
- "Эльфийскими стрелами". Дурсон, как все крылатые твари Азаг-Тота, чувствителен к магии огня. К тому же он
будет здорово потрепан, и у вас получится.
- У нас? - встрепенулся Артем. - А где будешь ты?
- У меня есть другие дела, - вздохнул Кортес и, пожав напарнику руку, направился в сторону Красной площади.
- Он хочет быть рядом с ней, - тихо сказала Инга.
А вот здесь не было ни одной видеокамеры, ни одного репортера, ни одного фотографа. Навы запретили
"Тиградкому" вести репортаж с Красной площади, и нарушить приказ Сантьяги никто не рискнул.
Последняя птица Лэнга исчезла в пламени гиперборейского костра, последняя капля проклятой крови втянулась в
призрачную конструкцию, и уставшая Тасмит прислонилась к наполненной ненавистью арке. Армия Великого Господина
перестала существовать. Покорная, послушная и беспощадная армия отдала своему повелителю все, что могла, выжав из
своей плоти весь Золотой Корень.
Площадь окутал тяжелый равномерный гул, источником которого была переполненная энергией арка. Над ней
появилось плотное голубое облако, испещренное злыми вспышками коротких молний.
А плоская, тяжелая конструкция гробницы мелко задрожала: Азаг-Тот, высушенный и выжатый, лишенный сил
Азаг-Тот, замурованный в стеклянном ящике, не мог покинуть свою темницу, но колоссальное количество энергии
разбудило его.
Кортес, остановившийся почти в центре площади, с болью посмотрел на фигурки двух женщин у Лобного места,
затем на вибрирующую гробницу и уже собрался сделать следующий шаг, как позади него кто-то кашлянул. Наемник резко
обернулся.
Князь.
Кортес впервые видел повелителя Темного Двора так близко, меньше чем в полуметре, и впервые видел его без
капюшона. Череп с многочисленными наростами и длинные заостренные уши де
...Закладка в соц.сетях
