Жанр: Фантастика
Знак Кота 2) Год крысы
... эта страна будет
возрождаться к жизни. Вода, вырвавшаяся из-под земли, по большей части уже вытекла из города и
собралась в озеро, какого я не видел никогда. По его берегам уже пробивалась зелень, и росла она так
быстро, что я искренне поверил в то, что Высший Дух сейчас занят преображением нашего мира.
Каликку с Джакланом ездили разведывать эту отравленную безрадостную землю, которой была
Безысходная пустошь, поскольку мы должны были как-то пересечь ее, возвращаясь. Они доложили, что
земля глубоко перепахана, и большая река пробилась из-под основания скалы, устремившись на юг. В
воздухе уже не висел ядовитый смрад.
Мы больше не видели живых крыс. Некоторое количество более крупных тварей мы нашли среди
трупов. Во время нашего исследования города крысолюди встречались нам обессилевшими или
мертвыми, как если бы они погибли вместе со своим создателем. Равинга внимательно изучила их и на
день заперлась в одиночестве. Она вышла из своего уединения едва ли за час до того, как я смог задать
ей свои вопросы.
Да, среди нас есть люди, которые уходят от обыденной жизни, чтобы служить одному лишь
Высшему Духу. Но кукольница была не из таких. Она оставалась в стороне способом, внушающим мне
благоговение.
- Ты знала это место и раньше, ты знала это порождение зла. Кто ты? Кем был он, и в чем же
истина относительно всего этого?
- Это - потерянное шестое королевство,- спокойно ответила она. Затем обернулась к Алитте:
- Дай мне, дочь сердца моего, то, что покоится на твоей груди.
Из-за ворота дорожного платья Алитта послушно достала шар света, который так помог мне. Я
думал, что он похож на кристалл, но сейчас он оказался матовым и явно гораздо большим по размеру,
чем я помнил.
Равинга взяла его и протянула нам так, чтобы его можно было хорошо разглядеть. Он не походил
ни на один известный мне драгоценный камень, даже на те, в которых, как полагали, есть душа. Хотя он
был белым, под его поверхностью плавали цветные точки - красные, зеленые, синие и тепло-золотые.
Каждая могла быть искоркой с короны одного из королевств. Равинга повернула его - искры
мелькнули и исчезли.
- Что?..- Алитта не закончила свой вопрос. Равинга улыбнулась.
- Такого не видели с тех пор, как Тьма бросила свою жестокую тень на эту страну. Некогда люди
называли его опалом.
Она отдала драгоценность обратно Алитте, сказав:
- Храни его, пока не возникнет нужда.
АЛИТТА
Я во второй раз приняла этот талисман и поняла, что тем самым стала хранительницей сокровища.
Мы прождали еще десять дней. Тем временем раненые, о которых заботилась Равинга,
излечивались. Трехрогих ориксенов по приказу Хинккеля выпустили на волю. Мы нашли других, и они
благоденствовали, отправленные пастись около озера, где продолжала разрастаться зелень.
Наконец Хинккель созвал совет, включивший всех нас, даже Касску и Виу, которые уселись
вместе с нами. Если не считать тяжело раненных, у Хинккеля осталось всего десять спутников. С нами
было еще четверо людей из отряда Шанк-джи - как мы узнали, он покинул это место раньше. Тех, кто
остался здесь, мы обнаружили закованными в цепи в одной из подземных ям. Отношение к ним
повлияло на их верность, и после того, как их нашли, они преклонили колени перед Хинккелем, умоляя
о прощении и предлагая отдать свои жизни на службе ему.
Хинккель смотрел каждому прямо в глаза, повторяя прием, которым, как я заметила, пользовался
Мурри. Я уловила отголосок ищущей мысли и отпрянула, поскольку это было задачей лишь самого
Хинккеля. Он принял решение и взял их под свою руку.
Мы собрались в одной из парадных комнат древнего дворца, и Хинккель объявил нам о своем
решении.
- Я должен отправиться в путь отсюда, обратно в Вапалу, если смогу. В нашей стране
продолжается борьба, ее следует прекратить, причем город должен остаться невредимым. Мы не знаем,
что происходило в других местах. Могли произойти изменения, которые коснутся и королевств, и всей
империи. Я давал клятву, и я должен ее исполнить, но я не перелагаю свои обязательства на вас. Здесь в
избытке припасов, вода в невероятных количествах. Как вы видели, оружие Темного за последние
несколько дней проржавело и стало бесполезным. Ни одной крысы не было замечено, как и ни одного
чудовища, выращенного из них. Если вы захотите остаться - оставайтесь. Вне пустоши я не смогу
предложить вам никакой защиты, и я лишь могу догадываться о том, какие опасности ждут нас впереди.
Он встал, в молчании глядя на свои руки, лежащие на столе. Затем поднял голову и, не глядя ни на
кого из нас, сказал:
- Выбирайте.
Вышло так, что весь наш отряд выехал из Безысходной пустоши и никто не остался позади.
Раненые лежали на мягких носилках, закрепленных между парами ориксенов.
Даже сама пустыня явно изменилась. Некоторое время мы ехали вдоль реки, найденной нашими
разведчиками, рядом с бегущей водой, о какой ни один человек даже не мечтал. По ее берегам в
изобилии росла молодая зелень, которую наши скакуны приветствовали довольными криками.
Хинккель намеревался сначала вернуться в Кахулаве ради раненых. Однако на вторую ночь после
того, как мы покинули пределы пустоши, мы услышали донесшийся из теней за дюнами разрывающий
уши вой. Много кошачьих голосов должны были объединиться для такого. Хинккель спешился и
бросился по песку туда, где ему навстречу вышел Мурри, а за ним следом - его удивительные отец и
мать. Обняв своего мохнатого брата, он упал на колени под его тяжестью. Снова встав, он подошел к
огромному Мироурру и его столь же крупной супруге Марайе, чтобы воздать им королевские почести.
На втором нашем совете присутствовали огромные коты, и Хинккель спросил у них, придет ли с
ними весь прайд - в их собственный лагерь неподалеку от нашего. Он указал на то, что, если они
пойдут за него в бой, старая ненависть между людьми и песчаными котами может вспыхнуть снова и,
возможно, сильнее, чем прежде. Они с неохотой согласились отпустить Мурри с нашим отрядом, их же
воинство будет скрываться от глаз. Но Мироурр твердо заявил, что они не отпустят своего родича,
своего кровного побратима, встречать опасность одного.
Также они принесли новости. Шанк-джи отправился в Вапалу. Там вспыхнул мятеж, и королева
передала ему командование городским войском, сказав, что Хинккель, без сомнения, мертв, а Шанкджи
благодаря праву крови и воинской выучке окажется подходящим выбором.
Были сражения на улицах. Отец Хинккеля с небольшим отрядом, состоящим по большей части из
стражников, которыми он командовал, был отправлен в пустыню на поиски Хинккеля и крыс. Таким
образом, генерал Мегулиель был выслан из города и разбил лагерь в дне пути от Вапалы. Каликку
вызвался поехать вперед к отцу. Поскольку с нами были раненые, мы могли двигаться только медленно.
Песчаные коты стали нашими глазами, рассыпавшись в трех направлениях, чтобы убедиться, что
никакой враг не следует за нами и не угрожает нам с фланга. Не было известно, не присоединились ли к
восстанию другие королевства и не отправили ли они свою стражу усилить армию мятежника. Я
помогала Хинккелю, принимая донесения от разведчиков - песчаных котов.
Это было утомительное время ожидания врагов или подкреплений. Первыми прибыли последние
- из названных. На рассвете пятого дня мы догнали караван, направляющийся в Вапалу. Караванщики
приветствовали Хинккеля с более чем просто признанием. Он был ошеломлен тем, как их обрадовало,
что он выжил, поскольку приучил себя считать, будто бы большинство жителей Внешних краев
полагают его не слишком многообещающим правителем.
Караванщики забрали с собой наших раненых, чтобы везти их дальше с большим удобством.
Семеро из каравана присягнули на службу Хинккелю, нам одолжили нескольких дополнительных
ориксенов, так что теперь мы могли ехать быстрее.
И все же, казалось, мы ехали по опустевшей стране. Затем вернулся Каликку вместе с офицером из
людей отца Хинккеля, сообщившим, что мятежные войска Шанк-джи пока стоят на скальном плато
Вапалы, хотя есть признаки того, что они скоро выступят.
Хинккель ехал с этой маленькой дивизией имперской армии. Мы с Равингой держались в стороне.
Впервые с тех пор, как мы покинули древний город, я почувствовала себя менее обремененной
долгом. Вскоре я смогу думать о будущем. Но о каком будущем? Что у меня есть такого, чтобы
вернуться к нему, если Шанк-джи и Алмазная королева окажутся в конце концов побеждены? Хинккель
перед всем двором назвал меня своей избранной спутницей, заверив меня, что это лишь временная
мера, которая прекратится, когда минуют все наши проблемы,
Я была полноправной главой Дома, но, как я сейчас поняла, мне совершенно не хотелось
возвращаться к этому положению. Что ж, я могла только подождать и посмотреть, что будет.
ХИНККЕЛЬ-ДЖИ
Впервые в жизни я встретился с отцом как равный, как мужчина с мужчиной. Он выслушал мой
рассказ, не перебивая и не задавая вопросов. Я понял, что большую часть он уже слышал от моего
брата. К тому же рассказ был отрывочным, поскольку прежде всего нам нужно было обсудить планы,
касающиеся Вапалы. Он замедлил шаг, когда я упомянул, что за нами следует прайд песчаных котов. Я
поспешил заверить его, что эта часть нашей армии не вступит в бой, если не будет приказано. Я
надеялся, что вид строя некогда смертельных врагов окажет на. мятежников устрашающее воздействие.
К моему удивлению, отец, казалось, нашел это забавным. Он улыбнулся и погрозил мне пальцем.
- Хочешь увидеть смятение во вражеских рядах, так, что ли? Что же, может быть, может быть.
Теперь я сожалел, что приходится делать привалы, чтобы отдохнуть и поесть. Добраться туда,
вступить в бой, победить или пасть - это стало моим единственным желанием. И если временами в
мое сознание вторгались смутные мечты о будущем, я сразу же отгораживался от них.
ГЛАВА 31
В ПУСТЫНЕ БЛИЗ ВАПАЛЫ
Алмазная королева и ее охрана направили скакунов по крутому склону к вершине одного из самых
невысоких скальных отрогов. Под ними простиралась относительно ровная земля, где не было даже
дюн. Там находились войска, которые она помогала собирать. С ними был тот, чей знаменосец держал
флаги империи и ее собственного королевства на одном древке. Шанк-джи не стал дожидаться, пока его
гонцы, отправленные в другие земли, приведут с собой новое пополнение. Пусть этот варварский
генерал из Кахулаве делает свой ход первым - всего, чего он добьется, это собственной смерти,
причем позорной, поскольку армия, собравшаяся внизу, выступает под знаменем истинного
императора. Она не сомневалась, что за ночь Шанк-джи займет престол без всяких возражений.
Между двумя дюнами на севере произошло движение, словно там появился какой-то верховой
отряд. Четыре всадника выдвинулись вперед, но лишь один подъехал к самому краю предполагаемого
поля битвы. По обе стороны от его ориксена выступали песчаные коты. Она видела много их шкур, но
эти двое обитателей пустыни по размеру были сравнимы с его скакуном. Затем она увидела третьего
зверя, почти такого же большого, исполнявшего роль арьергарда.
Хотя она не могла разглядеть его лица - на всаднике не было никакой формы, а лишь
поношенная одежда обычного пустынного странника,- она узнала его. Рот ее искривился. Значит, он
все-таки выжил.
Над ним не трепетал флаг перемирия. Но когда всадник и коты остановились перед собравшейся
армией, один из офицеров направил своего скакуна вперед и подъехал близко к этому человеку
пустыни. Она жаждала услышать, что там говорилось!
ХИНККЕЛЬ-ДЖИ
Последний раз я встречался с Шанк-джи, когда мы оба осмелились на прыжок за короной империи
- последнее и самое опасное из испытаний. Он потерял руку, отсеченную пластиной великого мобиля.
Я победил, хотя и не хотел этого. Его знаменосец выехал из первого ряда и встал позади своего
предводителя, чтобы всем был ясно виден его двойной флаг.
Я ждал. Пусть Шанк-джи выскажется первым. Но, казалось, он не торопится это сделать.
Возможно, это тоже было испытанием. Он хотел вынудить меня заговорить. Если так, то я снова
победил, поскольку в конце концов он повысил голос, как полевой командир:
- Пустынный вор, ты и твои прихвостни дальше не пройдете.
Я сознательно послал своего ориксена на несколько шагов вперед. Коты степенно шли рядом со
мной. Его скакун захрапел при их приближении.
- От чьего имени ты говоришь, Шанк-джи?
Я надеялся, что мягкость моего тона разбудит его вспыльчивость. Разгневанный человек уступает
тому, кто контролирует себя.
- От имени империи Внешних земель, от имени Алмаза, Рубина, Изумруда, Сапфира и Топаза...
- И все они следуют сейчас за тобой, изгой?
В рядах его армии не было движения, когда он перечислял этих союзников. Даг он удерживал в
своих руках Алмаз, но других я не видел.
- Узурпатор!
Я ответил еще более мягко:
- Ты показал мне армию. Мой черед отвечать.
Я свистнул, как свистят пастухи Внешних земель, когда предупреждают своих подопечных об
опасности. Я не видел, что происходит у меня за спиной, но прекрасно понимал, что те, напротив кого я
стою, умеют считать. Наше ничтожно малое войско выехало следом за мной на открытое место, но так,
как если бы предполагалось, что это лишь передовой отряд куда большей армии. А на вершинах дюн,
двигаясь с отточенной ловкостью и врожденным достоинством, появились песчаные коты прайда.
Теперь и другие ряды армии тревожно зашевелились. Ориксены, не привыкшие к котам, в ужасе
вставали на дыбы, пока всадники пытались удержать их от панического бегства. Строй сломался,
слышались отдаваемые в смятении приказы, крики и рев животных.
- Убийца! - крикнул мне Шанк-джи.- Ты натравишь на нас кошек? Мы все охотились на них.
Их шкуры устилают полы в наших домах, мы топчем их сапогами!
Три моих спутника глухо заворчали. Я не оглядывался, но знал, что сейчас показались клыки и
выпущенные когти вонзились в песок.
- Они защитят себя, даже если ты попробуешь изгой. Но клыки не коснутся твоего горла, если ты
сам не вынудишь их. У тебя были общие дела с крысами и Темным, что повелевал ими. Поэтому у тебя
нет права проклинать как врагов воинов прайда.
Мои спутники запрокинули голову, и от их согласного рева суета за спиной у Шанк-джи на
мгновение застыла. Словно я использовал оружие Темного, чтобы заставить его воинов замолчать. Я
возвысил свой голос, чтобы по крайней мере первые ряды мятежников услышали меня.
- Это - тот, кого вы выбрали предводителем, люди Алмаза? Тот, кто заключил соглашение со
злом, кто служил Темному, а позже бежал, бросив верно следовавших за ним людей на пытки и
ужасную смерть? Пусть те, кого он предал, скажут сами.
Я не шевельнулся, но по обе стороны от меня появились те, кого мы нашли в цепях, ожидающими
превращения в крысолюдей по желанию Куинзелля.
Они медленно выехали вперед и остановились в ряд перед Шанк-джи, лицом к его армии.
- Вы знаете их? - Мой голос был хриплым.
- Да! - крикнул в ответ один из троих.- Помнишь меня, Альмик? Мы с тобой прятались под
одним укрытием во время бури.
- А меня? - крикнул тот, что был слева от него.- Мы ели вместе перед тем, как твари
проклятого уволокли меня, Джиббен! Мы в один день вступили в гвардию!
Третий выехал чуть дальше остальных. Поднял руку. Резко ткнул указательным пальцем в
сторону Шанк-джи.
- Я клялся тебе в верности, господин. Но поднял ли ты голос в мою защиту, когда меня взяли
крысолюди, чтобы превратить в одного из них? Ты, Келаш, из моего собственного Дома.- Он показал
на кого-то в ряду воинов.- А там стоит и Куаку... Теперь же меня знают и другие.- Он махнул рукой в
мою сторону.- Меня знает царственный, нашедший меня в цепях, убивший Темного при помощи
великой силы, подвластной ему. И я знаю царственного и тех, кто следует за ним!
Человек, который высказался первым, воспользовался тем преимуществом, что все смотрели на
говорившего сейчас. Он направил ориксена по дуге и с ловкостью опытного воина заставил его
прыгнуть к Шанк-джи. В руке его был кинжал. Но он не добрался до вождя мятежников. Шанк-джи уже
двигался - ко мне - с мечом, сжатым в левой руке.
- Нет! - крикнул я котам, уже приготовившимся к прыжку.
У меня не было меча, но в своей битве я буду сражаться до конца. Я спустил браслет, подаренный
мне сестрой, на костяшки пальцев. Он был тяжелым и действительно моим. Я знал, что Мелора
вложила в него всю удачу, какой могла мне пожелать.
Коты повиновались, но хотя мой скакун привык к их присутствию, ориксен Шанк-джи - нет. Он
встал на дыбы прежде, чем добрался до нас, и его всаднику пришлось успокаивать его. Он выронил меч,
чтобы вцепиться в поводья, захлестнутые тугой петлей вокруг его культи. Ориксен, обезумев от страха,
снова встал на дыбы, и тут его задние копыта проскользнули по песку. Он оказался совсем близко к
моему скакуну, который лязгнул зубами и взревел.
Я спешился и бросился на Шанк-джи, он кричал и жестоко дергал поводья. Мой скакун снова
попробовал укусить врага, его огромные зубы промахнулись мимо бедра Шанк-джи едва ли больше,
чем на толщину его штанов. Тот все еще пытался удержаться в седле, и я знал, что, если он сможет, он
попытается затоптать меня. Только ярость двух ориксенов, обученных беспощадно сражаться, не давала
ему этого сделать.
Я ударил его по ноге - край металлического браслета рассек ткань и кожу. Брызнула кровь. Он
вскрикнул, выронил поводья и схватился за нож на поясе.
Его скакун снова встал на дыбы, и он скатился с седла. Я схватил его и вытащил из-под копыт
сражающихся ориксенов. Это - моя битва, и я не уступлю ее ни песчаному коту, ни разъяренному
скакуну.
Мы вместе упали наземь и раскатились в стороны. Свободный от пышных одежд или формы, я
был рад своим лохмотьям, поскольку успел встать на колени, пока он пытался подняться со
скользящего песка. Теперь он смотрел на меня, лицо его превратилось в маску дикой ярости. Мы оба
остались без мечей и кинжалов. Зная, что он превосходит меня силой и воинской выучкой, я напал
первым. Моя рука с закрытыми металлом костяшками пальцев с размаху ударила ему в лицо чуть выше
глаз, и я провел ею вниз со всей силой, которую мог собрать. Я почувствовал, как браслет встретился с
костью. Шанк-джи снова закричал и бросился на меня, так что кровь и клочья рваной плоти
разлетелись, когда я отступил в сторону. Уклонившись от его слепой атаки, я ударил его в затылок. И
снова почувствовал, что нанес сокрушительный удар. Он, шатаясь, сделал пару шагов и упал лицом
вниз. Ноги его дважды дернулись, но он не сделал попытки встать. Его пышный головной убор
свалился, сбитый еще первым моим ударом. Я посмотрел вниз на его проломленную голову,
раздробленную кость. Подняв руку, я увидел, что она в крови - в моей собственной. Край
металлического браслета отметил и меня. Мне не обязательно было переворачивать тело - Шанк-джи
был мертв.
НА КРАЮ ПОЛЯ БИТВЫ
Юикала прикрыла рот рукой. Она должна бежать отсюда! Она понимала так же ясно, как если бы
ей крикнули об этом, что воины внизу, лишившиеся командира, не нападут, если враг не станет им
угрожать. Возможно, многие из них с самого начала сомневались в их деле. Этот... этот... чужак теперь
может быть уверен в своей безопасности. Она оглянулась через плечо на своих стражей, не решаясь
позволить себе усомниться, что они будут по-прежнему повиноваться ее приказам. То, что варвар сам
вышел на бой, несомненно, принесет ему популярность среди воинов, победа в рукопашной схватке -
способ, которым издавна разрешались многие разногласия между Домами, и такое решение считалось
окончательным.
- Едем! - коротко приказала она.- Обратно в Вапалу.
Однако она не успела отъехать далеко, поскольку ее уже ждали два всадника, и вместе с ними -
одна из этих гигантских кошек, самка, что стояла чуть поодаль, наблюдая. Они преграждали ей путь -
ТЫ! - плюнула она в сторону той, что была ближе к кошке.
АЛИТТА
Когда Хинккель решил лично сразиться с Шанк-джи, Равинга отвела меня в сторону и сказала:
- Он прав, этот твой мужчина. Но есть и еще кое-кто, кто должен ответить перед нами. Идем...
Она поехала так быстро, что я даже не успела сказать, что император - не мой мужчина, как и я
на самом деле для него никто. Временами я пыталась не думать о нашем запутанном будущем, но скоро
все должно быть решено.
Мы проехали немного к западу, потом свернули к югу, таким образом обогнув армию
мятежников. Никто нас не заметил - все внимание было поглощено Хинккелем. Мы снова повернули,
на этот раз - на восток, и я увидела недалеко впереди отчетливо обозначенную дорогу в Вапалу. Здесь
Равинга и остановила скакуна. Кого или чего она ждала, она мне не сказала. Она молчала и словно
примеряла невидимую маску, и это говорило мне, что она собирается с силами для встречи с некой
опасностью.
Хотя я и старалась внимательно следить за всем вокруг меня, мысли мои были спутанными. Когда
я впервые встретила Хинккеля в те времена, когда он был близок к изгнанию из собственного Дома изза
своего нежелания становиться воином, я посчитала его малостоящим. Я знала, что Равинге он чем-то
интересен, но причин тому я не видела. Да, он был весьма талантлив в обращении с животными и,
возможно, стал бы хорошим караванщиком.
Но перемены в его жизни нагрянули без предупреждения. Изумление тем, что он сумел пережить
опасности суровых испытаний, было основным моим чувством, когда он получил трон. Затем события
стали разворачиваться с невероятной скоростью и, как я считала, в большинстве своем по случайности.
Мне пришлось узнать его ближе, когда мы раскрыли тайну подземных рек. Теперь я видела, каким
поспешным и глупым было мое прежнее суждение. Большинство героев Внешних земель завоевывали
свою славу в бою. Но слава Хинккеля пришла иначе, Тот, кто стал побратимом песчаным котам,
обладал силами, с которыми было не сравниться мечу или копью. Я была уверена, что подобных ему
прежде не встречалось, хотя Равинга намекала, что в далеком прошлом он уже противостоял Темному,
хотя в тот раз и был побежден.
Я молча просила Высшего Духа, чтобы Его милость ныне осенила того, кто стал поборником
Света.
Мои мысли так увлекли меня, что я смотрела на поле боя, на самом деле ничего не различая.
Песчаная кошка, присоединившаяся к нам, подошла ближе, и Равинга пошевелилась в седле.
К нам направлялся верховой отряд - во главе его была Алмазная королева. Быстрый шаг ее
скакуна предполагал бегство, и мое сердце забилось сильнее.
Равинга не пошевелилась, чтобы уступить ей и ее свите дорогу. Юикала была вынуждена
остановиться перед нами лицом к лицу. Как и Равинга, она словно носила маску - ее лицо было
бледным и бесстрастным, но глаза смотрели на нас с нескрываемой ненавистью. Она пронзила меня
испепеляющим взглядом, и ее голос напоминал плеть:
- Ты!
Я не ответила ей, но кошка заворчала, ей немногим тише вторила Касска, выбравшаяся из-под
моего плаща, чтобы посмотреть в лицо врагу.
Равинга послала своего скакуна примерно на шаг вперед. Ориксен Юикалы явно был напуган
песчаной кошкой, он захрапел, затряс головой и попытался попятиться.
- Добрая встреча, ваше величество.- Равинга воспользовалась формальной придворной
речью.- Есть кое-что, что должно быть сказано здесь и сейчас.
Она выждала мгновение, а затем произнесла единственное слово, которого я никогда прежде не
слышала. Ее поводья упали, но ориксен стоял спокойно, пока она воздела руки и сделала какой-то жест.
С королевы слетела маска бесстрастности. Ее рот открылся, словно для крика, но она сдержалась и
лишь произнесла еще одно неизвестное мне слово:
- Зашаки.- Резкость хлыста исчезла из ее голоса.
Равинга кивнула.
- Значит, ты из тех, кто знает, как я и предполагала. Тьма опутала тебя.
- Песчаный демон! - Голос королевы взлетел почти до визга.- Высший, забери эту тварь, что
собирается разрушить мир!
Ветер коснулся моей щеки, взметнул рваный край плаща Равинги, но не задержался рядом с нами.
Он пронесся над выжженной землей и подхватил Юикалу. Ее скакун встал на дыбы, и поводья
вырвались из рук всадницы. Она выпала из седла и прежде чем успела подняться на ноги, ее ориксен с
ревом бросился прочь. Поднялся песок и закружился вокруг нее. Закрывая лицо руками, она
пронзительно закричала. Я была уверена, что она не бежала, скорее ветер и песок несли ее. Нам был
виден только песчаный столб, мечущийся из стороны в сторону, удаляясь в поджидающую ее пустыню.
Двое стражей собрались было последовать за ней, но Равинга остановила их:
- Она обратилась к Высшему. Теперь она ответит Тому, Кого сама призвала, и Он будет решать.
Мы смотрели, как исчезает этот колеблющийся на ветру столб.
ВО ДВОРЦЕ ВАПАЛЫ ХИНККЕЛЬ-ДЖИ
Многое осталось позади, но еще больше нас ждало впереди. Я смог наконец избавиться от тех, кто
явился приветствовать меня, и остался один в своей прежней комнате. Повсюду звенела музыка
мобилей. А мне хотелось лишь найти место, где я мог бы посидеть в тишине. Но хотя уши можно
заткнуть, мысли заглушить невозможно.
Мой мир изменился, причем в значительной степени - моими же собственными усилиями. Во
Внешних землях появилось новое королевство, и ему нужна была правительница, которой я мог бы
доверять,- но на это у меня был ответ. Следовало решить будущее мятежников. Также надо было
исследовать подземные потоки. Уже все пруды королевств поднимались, порождая реки.
Песчаным котам больше не угрожали люди, их земли оставались их собственностью, и никто не
смел туда вторгнуться. При этой мысли Мурри потерся головой о мою руку. Найдутся и другие, кого
свяжут узы побратимства с его народом, и это послужит нашим добрым отношениям.
Я тонул в потоке решений, которые надо было принять, приказов, которые надо было отдать,
исследований, которые надо было провести в бывшей Безысходной пустоши. Я уже чувствовал
приближение непреодолимой усталости.
Была одна дверная занавесь, я еще ни разу не отодвигал ее с тех пор, как впервые был
препровожден в эти покои,- мне казалось, что это случилось очень давно... Я сбросил тяжелые
одежды, которые пришлось надеть, чтобы принять
Закладка в соц.сетях
