Жанр: Фантастика
Телохранитель для мессии 1. Телохранитель для мессии
...ходимую
отчетливость. Я метнулась в сторону, спасая одежду от кровавого потока, хлынувшего из раны.
Волкодлак падал столь медленно, что мне хватило времени подняться на ноги и отсечь ему
заодно голову. Черная кровь тягуче изливалась из усеченного тела и неохотно впитывалась в
твердую землю тракта.
Темпоральное заклинание, активированное в связке с Предвидением, перестало
действовать, вернув времени естественное течение. Человеческие крики возвратились болью
барабанных перепонок. Обезглавленное туловище еще недолго подергалось и обессилено
затихло.
Давно подозреваю (небезосновательно), что лезвие моего меча заговорено от нечисти,
иначе как мне удалось так быстро упокоить волкодлака?
В последний момент я успела откатиться с пути чьей-то лошади и залезть под телегу.
Усталость настойчиво поскреблась в левый висок, угрожая перерасти в переутомление. Мышцы
противно ныли, перетружденные повышенной скоростью.
"Как же гражданский долг защитницы сирых и убогих?" . Мать с дочерью! Совсем
забыла...
Постыдно кряхтя и постанывая, я покинула укрытие. Охрана отлично управилась и без
меня - добивали последнего волкодлака. Лезвие серебряного кинжала, как в масло, вошло в
шею. Черная кровь запузырилась в пасти, когтистые лапы попытались неуклюже вытащить
оружие. На незащищенных шерстью ладонях остались кровавые ожоги. Зверь покачнулся и
ничком повалился на землю. Серебряный зуб с хрустом вынырнул из затылка, тускло заблестев
в сгустках быстро свертывающейся волкодлачьей крови.
Лес как-то сразу притих. Люди потеряно бродили между телег, оценивая убытки. Кое-кто
прятал предательские пятна на одежде. То там, то тут валялись отрубленные части тел.
Непожелавшая впитываться в укатанную поверхность дороги черная жидкость вязко чавкала
под сапогами. Лошади вздрагивали, шарахаясь от вымазанных в крови охранников, которые
вытаскивали из валявшихся трупов оружие из драгоценного (в самом прямом смысле этого
слова) металла.
Когда подсчитали понесенный ущерб, оказалось, что наш обоз отделался малой кровью.
За исключением убитого в начале нападения охранника мы потеряли всего лишь одну лошадь.
Невероятно повезло, что животные, связанные в поезд, не разбежались по лесу, напуганные
волкодлаками. Без раненых, причем двоих из них весьма тяжело, не обошлось, но на мне и
моих спутницах не оказалось ни одной царапины, а Мийя даже не успела, как следует,
испугаться. Никому не хотелось задерживаться в этом проклятом месте. Под чутким
руководством водящего в рекордные сроки истерика была успокоена, собрано все, что осталось
от несчастного охранника для достойных похорон в более подходящем месте, с пострадавшего
транспорта в другие телеги сгружены мешки и пристроены раненые. Останки чудовищ сгребли
в кучу и подожгли. Они вспыхнули, как сухие поленья, весело прогорели и оставили после себя
только кучу дурнопахнущего пепла.
Утомление навалилось тяжелым мешком на плечи, грузно отдавшись в ногах и руках, от
никак не выветривающейся вони разболелась голова. Бессмысленные движения полотна по
лезвию Неотразимой - на ней не было ни пятнышка - были призваны успокоить
расшалившиеся нервы. Отросшая челка лезла в глаза, мешала сосредоточиться.
- Ты славно сражался, парень, - я удивленно оторвала взгляд от гипнотизирующего
блеска лезвия.
Голова охраны, в противовес собственным словам, разглядывал мою щуплую для юноши
фигуру и неодобрительно хмыкал в бороду, оценивая увиденное.
- Учун сказал, что никогда прежде не видывал, чтобы кто-нибудь так быстро
двигался, - еще один оценивающий взгляд. - А он хозяин своему слову.
"Когда только успел приметить?" . Глазастый....
- С такими-то способностями - не сворачивая, да в Воинскую Палату, - не
дождавшись ответа, подытожил он. - Могу и наставника присоветовать.
Молчание затягивалось.
- Если, конечно же, ты уже не служишь кому-нибудь, - темные глаза в лучиках морщин
требовали ответа.
Сгоряча отвечать не хотелось, но дольше держать паузу не представлялось возможным. За
меня ответила Тайя, пока я мучительно соображала, чтобы такого соврать.
- Племянник обещан Храму на будущую весну, - не растерялась женщина.
Алчный огонек разочарованно погас.
- Это верное дело. Надеюсь, ты хорошо послужишь Единому, брат, - с кислым
выражением лица выдавил дородный муж.
Кустистые брови, всколыхнувшие воспоминания о директоре, опечаленно задвигались в
такт мыслям о потерянной прибыли, которую, без сомнения, отстегивает Палата старому вояке
за поставку молодых талантов. Неразборчиво пробормотав что-то в бороду, он сделал знак
водящему трогаться и наконец-то отъехал от нашей телеги.
- Спасибо, Тайя, - я с чувством поблагодарила подругу. - Сейчас я не в том
состоянии, чтобы придумывать очередную байку.
- Это то, совсем немногое, чем я могу тебе помочь, после всего того, что ты для нас
сделала, - она крепко прижала к себе сидящую рядом Мийю, словно кто-то сейчас собрался ее
вырвать из материнских объятий, потом весело посмотрела на меня и подмигнула. - Ну, разве,
что еще не обращать внимания на "очередную байку".
Я негромко рассмеялась, и продолжала смеяться до тех пор, пока из глаз не потекли
обжигающие слезы, и не пришло ощущение, как вместе с этой влагой меня покидают
напряжение и страх, настолько сильный, что ошибочно принимался за полное спокойствие.
Мое состояние походило на шок у раненного бойца, не ощущающего в горячке боя боли,
которая потом сторицей потребует отпущенное.
- Ты ничего не знаешь, - тыльной стороной руки я размазывала слезы по щекам. - Я
- самая настоящая трусиха, хотела отсидеться под телегой.... А вдруг с вами что-нибудь
случилось бы?!
- Ну не отсиделась же! - она жестко оборвала мои самобичевания. - И ничего с нами
не случилось.
Охранники неодобрительно косились на распускающего сопли парня.
- С боевым крещением подруга, - две одинаковые пары глаз понимающе смотрели на
меня.
Мой первый настоящий бой. Драка на кладбище не в счет: бескровное действо в лунном
свете, который придавал творящемуся оттенок нереальности. Первый человек, убитый на моих
глазах. Тошнота до сих пор подкатывала к горлу при воспоминании о залитом кровью
можжевельнике в ошметках человеческого мяса.
- Как... как ты догадалась? - наверно у меня был очень глупый вид с вытаращенными
глазами, так как девчонки прыснули.
Отсмеявшись, Тайя пояснила:
- Не знаю, - пожала плечами она. - Просто сразу заметно. Несомненно, лучше, если
рядом с тобой старшие сестры, готовые прикрыть спину и поддержать после боя...
- Хей, хватит скалить зубы, а то сейчас остальные подумают, что у нас не все в порядке с
головой, - призвала их порядку я.
И добавила очень тихим шепотом, слышным только нам троим:
- Спасибо за поддержку, девочки.
Мы надолго замолчали, впрочем, как и другие участники путешествия. Изредка
раздавались скупые реплики охранников, да стоны раненных, которые те не могли сдержать,
когда телеги подскакивали на колдобинах. Солнце медленно и неуклонно подползало к закату.
И мне вдруг пришло в голову, что волкодлаки, может быть, самое безобидное с чем мне
придется столкнуться. Как жаль, что уроки аалоны Рениты были столь скоротечны, оставалось
положиться только на свою, бог знает чем, нашпигованную память и верную остро заточенную
подругу. Будем надеяться, что они обе не подведут.
Но оставался ряд не выясненных вопросов, которые мне не терпелось задать
единственному доступному специалисту:
- Тайя, а тебе раньше приходилось иметь дело с волкодлаками?
- Приходилось... в горах, - после минутной паузы ответила она, как бы закрывая тему.
Если бы не очень богатый опыт общения с Велиссой, женщина могла бы рассчитывать на мое
смущенное молчание. Но та партизанка рангом повыше, поэтому я хладнокровно продолжила
расспросы.
- Тебе не показалось, что в них было что-то неправильное? Не могу точнее объяснить, не
встречались раньше, сравнить опять же не с чем ....
- Показалось, - то же гробовое молчание.
- Ау, Тайя, - привлекающие внимание жесты правой руки перед ее носом. - Я,
конечно, понимаю, что краткость сестра таланта, но не до такой же степени!
Я была возмущена до глубины души, даже пришлось понизить голос, чтобы не послать к
черту всю свою так тщательно соблюдаемую маскировку.
- Извини, Рель. Просто не принято поминать темные силы, когда рядом неуспокоенное
тело, да и мысли у меня совсем другим заняты.
Тут к нам подлезла неугомонная Мийя и вопросительно прошептала:
- Мы завтра приезжаем домой, да, мамочка?
Не мудрено было забыть за последними событиями этот факт, который Тайю, похоже,
заботил больше чем все волкодлаки, вампиры и прочая нечисть вместе взятые. Теперь пришла
моя очередь поддержать ее, и надо постараться справиться с этим также хорошо, как и она:
- Неужели так плохо? - участливо спросила я. - Но ты ведь именно этого и хотела, не
так ли?
Ей нужно было выговориться, поэтому долго упрашивать не пришлось, слова о
наболевшем потекли из нее сами собой:
- Хотела. И сейчас хочу. Но я не уверена, что мои родные жаждут того же самого.
Сколько лет прошло с тех пор, как мы с Мийей покинули нашу деревню. Наверно, наша
история там стала уже легендой, и тут появляюсь я и еще без сестры, - она подавленно
вздохнула и выдохнула мучающую ее мысль. - А если... если отца с матерью уже нет в
живых, что я буду делать в доме брата?
Да, клиника. Нужно принимать срочные меры, пока стресс не перерос в депрессию. Очень
жаль, что я не психолог. Зачем, балда, на экономический факультет пошла?
"Это риторический вопрос или как?". Или как. Ну, ничего, и без специального
образования обойдемся.
Глубоко вздохнули, начали:
- Отставить пессимизм, - Тайя удивленно вскинула глаза - есть контакт. - Не
обращай внимания на непонятные слова. Не нужно хоронить родителей раньше времени,
наверняка, живы-здоровы, чего и тебе желают. И не бойся быть им в тягость, они за вас с
сестрой получили очень солидную материальную помощь, так что, я думаю, не обеднеют.
Кто-то еще собирался к шептуну в помощницы попроситься... Ваш деревенский знахарь, как я
поняла по твоим рассказам, дедушка - одной ногой в могиле, а тут ты вся в белом и с
даром, - дыхание, на котором все это было сказано, закончилось и пришлось переводить дух.
Этой паузой и воспользовалась малышка. Торжественным тоном, совсем не вязавшимся с
чумазым личиком и застрявшей соломой в волосах, она пообещала:
- Мама, не волнуйся, я тебя защищу.
А потом добавила.
- Нет проблем, - вот еще одна малолетняя проказница подхватила от меня эту
фразочку.
Мы обнялись все втроем, и сидели так до тех пор, пока водящий не скомандовал
остановку. Как всегда пришло время разбивать ночной лагерь. Приятные в преддверие отдыха
хлопоты в этот раз были не в радость. Хотелось поскорее забыться крепким сном.
Но разве дадут усталому человеку нормально поспать?
Боль ворвалась в сон, убивая его с беспощадной жестокостью: ныла правая рука, намертво
прикипевшая к рукояти Неотразимой, которая была ощутимо теплой. И с каждой секундой она
становилась все горячей, пока не стала просто обжигающей, так что я чуть не взвыла в голос.
Да еще этот проклятущий браслет с вибрацией, прямо пейджер какой-то! Тихонько поругиваясь
сквозь зубы, я аккуратно вылезла из телеги. Неудобно вывернутая правая рука потянула на себя
из ножен Неотразимую, принеся облегчение затекшим мышцам.
На первый взгляд - все спокойно. Подслеповатый глаз полной луны смотрел с
безоблачного черного неба на спящий лагерь. Тихое сопение, вперемешку с всхрапываниями
неслись со всех сторон. Поодаль, окружая становище, тлели пять кострищ. Шестое ярко
пылало, собрав возле себя бодрствующих охранников за негромким разговором.
В этой гармоничной симфонии ночи раздался диссонирующий с мирной обстановкой
звук, от которого стыла кровь в жилах. Звук разрываемой когтями ткани, и откуда-то ко мне
пришло знание о том, что это за когти. Я со всех ног кинулась на шум, но опоздала - зверь уже
выбрался наружу из кожаного мешка, где нашли пристанище останки несчастного охранника,
так непредусмотрительно оставленные почти в центре охраняемого круга. Чудовище было еще
ужасней, чем его дневные собратья: разорванные куски не срослись, как следует - то там, то
здесь торчали обрывки внутренностей, что, понятно, шарму ему не прибавляло, да и горящие
огненно-черным глаза не красили. Я даже не могла позвать охрану, боясь, что едва открою рот,
заверещу, как ненормальная - тогда моему маскараду уже точно ничего не поможет. Жаль,
только зверь не ждал, пока у меня закончатся моральные метания, а попросту прыгнул.
Мою голову спасли рефлексы и Неотразимая, лишив в свою очередь этой нужной части
тела волкодлака. Снова боль. Резкая, скручивающая внутренности, пригибающая к земле. Боль
в прокушенной губе по сравнению с ней казалась милым приятным пустячком. Колени больно
ударились о землю рядом с неподвижным телом.
Что за день-то такой?!
Кровь из располосованной когтями зверя руки неспешно стекала на рукоять. Успел-таки
последним судорожным движением до меня дотянуться! Онемевшие пальцы разжались и
выронили окровавленный меч. Лихорадочно я попыталась соорудить из пострадавшего рукава
жгут. Узел никак не завязывался, влажная повязка норовила соскользнуть. На помощь пришли
зубы. Раны нехотя перестали кровоточить.
Раздутая рука с четырьмя вспухшими поперечными отметинами волкодлачьих когтей
выглядела не лучшим образом. По коже расползалась черная паутина подозрительных пятен. В
моих глазах вскипали слезы при взгляде на это безобразие. Сила никак не собиралась,
конечность холодела и ощущалась, как полено, зачем-то привязанное к плечу - деревянное и
негнущееся. В затуманенном болью рассудке нехотя ворочались знания, подыскивая в своей
среде подходящее заклинание Исцеления. Обезглавленное тело было единственным свидетелем
моих мучений.
"Любопытно, сколько времени требуется, чтобы превратиться в это милое
существо?". Еще парочка рассуждений на данную тему и меня вывернет. Предупреждаю.
Неожиданно, без всяких усилий с моей стороны, неприятные ощущения разом стихли.
Вопреки пессимистичным прогнозам, рука не спешила отваливаться. Лунный свет позволял
разглядеть, как опухоль спадает, борозды с воспаленными краями стягиваются, чтобы
бесследно исчезнуть. Я недоверчиво потрогала руку, выглядевшую абсолютно здоровой. Со
всей возможной осторожностью сжала пальцы в кулак, в любой момент ожидая, что они
ощерятся страшными когтями. Наслюнявленные кончики пальцев другой руки недоверчиво
терли засохшую кровь, под которой обнаружилась нетронутая даже синяком или ссадиной
кожа.
Не замечала за собой способности к эдакой мгновенной регенерации ранее! Что ж еще
одна тема для серьезного размышления в спокойное время в спокойном месте. Только
почему-то никак мне не добраться до мирного уголка размышлений....
Подобрав меч, я тяжело поднялась на ноги. Вытертое, оторванным для симметрии, левым
рукавом лезвие Неотразимой скользнуло в ножны.
Хорошо, что волкодлаки не издают леденящих кровь и будящих всю округу воплей.
Лагерь продолжал мирно почивать, а охрана спокойно переговариваться.
Пора предупредить власти, не все же мне одной надрываться!
Пошатывающийся походкой я двинулась в сторону тепла и света. Мой тихий оклик сразу
привлек внимание Головы. Мужчина с готовностью отправился со мной на место
происшествия, видимо, тайно надеясь, что парень отозвал его в сторонку, чтобы сообщить о
том, что одумался и жаждет попасть в лапы к Палате.
Пришлось его разочаровать.
Он не проронил ни слова, споро собирая то, что осталось от чудовища, в изрядно
порванный мешок. Потом так же методично замел следы преступления, засыпав сгустки черной
крови комьями земли и вырванным дерном. Закончив все уборочные мероприятия, сделал
приглашающий жест и отправился к полыхающему костру, куда были препровождены останки
горе-оборотня. Не самое разумное решение, учитывая ту мерзкую вонь, которая
распространилась при его бойком горении. Молодые парни стоявшие на карауле побледнели и
спали с лица еще больше, когда их бравый командир зашелся в свистящем шепоте.
- Какой идиот догадался оставить это в пределах круга, не защитив со всеми
предосторожностями?!! О раненных все подумали, амулетов кучу нацепили, чтоб, если вдруг
что, не попусти Сохранитель! А об убитом товарище не покумекали! Теперь его душу не
спасти, - брызжущая слюна из рассерженного рта летела во все стороны. - Если бы не этот
мальчишка, сейчас половина спящих была перерезана, пока бы вы спохватились. А то и того
хуже, оказался нарушен обережный круг и помоги нам тогда Единый! Хотя, что помогать таким
остолопам!
Подступившие к разъяренному Голове более опытные войны были мрачнее некуда. Один
из них высокий мужчина с пышными русыми усами и выгоревшей до белизны шевелюрой
подошел ко мне и хлопнул по плечу. От этакого дружеского хлопка я чуть не навернулась
вперед кувырком.
- Спасибо парень, спас наши дубленые шкуры! Хотелось бы узнать имя доблестного
спасителя, - в голосе, несмотря на все старания ее скрыть, проскользнула насмешка.
Я была лаконична до неприличия:
- Рель, - в конце концов, имею право не рассказывать всю родословную: разбудили
среди ночи, травят какой-то гадостью.
Как ни странно, меня поняли как нужно:
- Малец обещан Храму, Калтан. - все понимающе закивали в ответ на реплику
командира, как будто это все объясняло. Возможно, так и было.
Усталость решила, что довольно пожаловала мне времени опамятоваться и пора уже ей
вступать в свои права. В глазах нехорошо потемнело, тело ощутимо покачивало, а необходимо
еще как-то дотащиться до нашей повозки.
- Давайте завтра поговорим, а? - просительно протянула я. - Спать-то как охота!
Жутко.
Фраза разрядила обстановку - все встало на свои места: бравые воины и юнец, у
которого еще "молоко на губах не обсохло", отпрашивающийся баиньки, а вовсе не
таинственный воин Храма. Можно идти восвояси.
Уже почти возле нашей телеги меня негромко окликнул все тот же начальник стражи.
"Никак не расстанетесь" . Любовь, наверное. С первого взгляда.
- Ма... Рель, если все-таки раздумаешь идти в Храм, отправляйся в Рин, спроси рента
Алата, там меня все знают, да и не только там. В два счета найдем тебе работенку.... - он
ненадолго замолчал. - Не торопись к церковникам, порядки там у них - не побалуешь.
Просто подумай об этом.
Мужчина развернулся и пошел в обратную сторону, а я, оставив все глобальные
размышления на потом, последним усилием сменила растерзанную рубашку с
ампутированными рукавами на чистую, забралась под теплый плащ, чуть подвинув своих так и
не проснувшихся подружек, и сдалась на милость заждавшимся сновидениям.
Глава 19
Все понять - значит, все простить. Или обидеться еще больше
Нахальный острый стебель, непонятно как пробравшийся сквозь дерюжку, куртку, жилет
и рубашку колол кожу. И никакие старания не помогали избавиться от настырного
раздражителя. Чертыхнувшись, я открыла глаза навстречу наступившему утру. Оно оказалось
превосходным. Все как положено: нежно пригревающее солнышко, поющие птички, легкий
теплый ветерок и красота позднего лета вокруг. Воспоминания о прошедшей ночи, не выдержав
конкуренции с солнечным днем, трусливо скрылись в глубинах памяти.
Мийя на удивление спокойно сидела рядом, играя с куклой, сооруженной из каких-то
тряпок. Я с ужасом опознала в них мою безнадежно испорченную рубашку с оторванными
рукавами.
- Солнышко, - просипела я. - Где ты это взяла?
- Мама дала, - охотно разъяснила девочка.
После двух таких простых слов надежда скрыть от попутчиц ночное происшествие
приказала долго жить.
Я перевернулась на живот и приподнялась на локтях, чтобы полюбоваться оскорбленной в
лучших чувствах спиной сидящей на козлах женщины.
- Тайя, - вкрадчиво начала я. - Я могу все объяснить...
Она даже не повернула головы на мой негромкий оклик.
"Все понять - значит, все простить. Или обидеться еще больше" . Пусть обижается!
Неужели я должна была ее разбудить со словами: "Ты знаешь, подруга, я тут волкодлака
прибила, и теперь ты можешь спокойно спать"?! Не хочет разговаривать - принуждать не
буду! У меня тоже гордость имеется....
Стараясь отвлечься от жалости к несправедливо разобиженной себе, я решила уделить
должное внимание окружающему пейзажу. Все вокруг было до боли знакомо - та же природа,
но с каким-то неуловимым отличием, которое никак не давало мне покоя. Листва и трава как
будто зеленее, оперение у птиц ярче, а небо голубее. Я, разумеется, не доктор биологических
наук, но все-таки...
Что это: влияние магии на природу или наоборот?
"Да, у нас здесь юннат завелся?" . Этому юному натуралисту давно пора появиться,
чтобы узнать хоть что-то об этом мире, а не давать отпуск голове, тратя впустую кучу времени.
Как мне не хватало наставника, проводника, которому я могла довериться, и который
помог бы мне узнать больше об этом удивительном мире!
"Вот только не нужно снова призывать мертвяков!" . Ой...
За этими грандиозными размышлениями я не сразу заметила, что наш обоз остановился.
"Обед!" - первая мысль, пришедшая мне в голову.
Но есть почему-то не хотелось....
От тракта ответвлялась узкая извилистая дорога, ныряющая в заросли дикой малины.
Настало время попрощаться с попутчиками. Водящий отдал приказ, повозку вычленили из
поезда и вывели под уздцы нашу лошадку на новый путь. Прощание было недолгим и скупым.
Всего несколько минут - брешь в обозе ликвидировали, и он двинулся дальше. Рядом с нами
остался лишь Голова стражи. Мужчина нерешительно мялся, скреб бороду и многозначительно
хмыкал.
- Всего хорошего, рент Алат, - учтиво попрощалась я. - Счастливого пути.
Рент подавился очередным "хмыканьем".
- Ну ты..., Рель,... это... не забудь, если вдруг что, спроси Алата, - напоследок
напомнил он, прежде чем неохотно пустить коня по следу удаляющегося обоза.
Мы подождали, пока не исчезли последние клубы пыли за поворотом.
- Ты умеешь произвести впечатление на мужчин, - первый раз за утро заговорила Тайя,
понукая лошадь пойти неспешным шагом по стелящейся впереди дороге.
- Это да, это я могу, - скромность никогда не относилась к почитаемым мной
добродетелям.
Малинник не думал заканчиваться, обступая узкую дорогу, по которой едва могла
проехать телега. Цепкие плети норовили ухватиться за одежду, а если повезет, то выдрать клок
волос, за что и страдали, безжалостно отсеченные моим ножом. Повозку на колдобинах
ощутимо потряхивало. Птичий гомон не смолкал ни на минуту. Тело под одеждой взопрело.
Мийя, которую разморило после сытного обеда, свернувшись клубочком посапывала у меня
под боком.
Вдруг наша лошадь изумленно заржала, застыв, как вкопанная. Я с интересом посмотрела
на причину ее удивления. Из-за очередного поворота дороги прямо к нам, опираясь на клюку,
ковыляла сгорбленная бабулька. Волосы, аккуратно упрятанные под цветастый платочек,
востроносое лицо и хитрые блеклые глазки с подслеповатым прищуром. Клюка проворно
перебирала дорогу, маленькие ножки семенили в нашу сторону.
- Деточки, - Обрадовано заверещала старушка, ковыляя еще прытче. - Мне вас
небушко пожаловало! Торбочка моя кудыть-то запропала... Оченьки старушечьи разглядеть
чаво могуть? Ить, ничаво не зреют окаянные! Ваши-то глазоньки молодые, вострые, гляньте
вона в тех кусточках...
Мой взгляд непроизвольно метнулся к указанным клюкой кустам. Малинник невозмутимо
хранил свои тайны при себе. Не стоило и пытаться разглядеть потерянную кошелку с такого
расстояния в густых зарослях малины! Передо мной настойчиво замаячила перспектива
поисков пропажи, а совесть не позволила ее проигнорировать. Виски легонько сжала
начинающаяся мигрень.
- Ах ты, старая хрычовка! - неожиданно напустилась на старуху Тайя.
Я ошарашено упала обратно в телегу, из которой уже почти выбралась, чтобы пойти и
детально обследовать заросли.
- Вот это видела?! - женщина бросила вожжи, чтобы освободить руки для составления
фигур из трех пальцев. - Сама по кустам шурши, пока своим костылем по маковке не
получила!
"Сурово она с бабулькой!" . Никогда раньше за Тайей неуважения к старшим не замечала.
Мийя, проснувшаяся от громких криков, тоже с удивлением взирала на мать. Лошадь
переступала с ноги на ногу и нервно всхрапывала.
- Подруга, ты чего...? - осторожным шепотом поинтересовалась я.
Обернувшись, Тайя обожгла меня гневным взглядом.
- Помолчи, - повелительно прошипела она и вернула внимание к воспрянувшей было
от моего заступничества старухе. - Ну-ка, пошла отсюда, древняя кочерыжка! И чтоб я тебя
больше не видела!
Бабка обиженно засопела и растаяла в воздухе, подернувшись полуденным маревом. Даже
клюки не осталось на укатанной земле, чтобы напомнить об ее пребывании. Тайя невозмутимо
стеганула кобылу, и та резво снялась с места. А я наконец-то поняла, что жарко мне не только
из-за припекающего послеполуденного солнца: браслет горячил левое плечо. Но не до
болезненного ожога, чтобы обратить на него внимание незамедлительно.
- Мам, а почему бабушка исчезла? - озвучила мои противоречивые вопросы девочка.
- Потому что, доченька, это не бабушка.
- А кто? - уточнил настырный ребенок.
- Боли-бошка, - пустилась в объяснения Тайя, предназначенные, похоже, больше для
меня, чем дочки. - Проказливый лесной дух, обитающий в ягодных зарослях. Является
путникам в обличье немощного старичка или старушки, просит найти якобы потерявшуюся
сумку. Соглашаться ни в коем случае нельзя! Начнешь беспокоиться о потере, голова
разболится, да и заплутаешь в зарослях, которые вроде бы в просвет видны. Вот такие
элементарные вещи, дочка, алонии проходят еще в самом начале обучения.
Я сконфуженно терзала свой рюкзак, оттирая существующее исключительно в моем
воображении пятно. Перед глазами стояло видение пухлого литературного труда Сегрия
Моронского "Духи. Подробное описание с иллюстрациями". Вышеупомянутый Боли-бошка
упоминался в одной группе с Аукой и Лесавками.
Стыд мне и позор!
"А также общественное порицание!" .
Дорога выбежала из зарос
...Закладка в соц.сетях
