Жанр: Фантастика
Любимая ведьма
... узнать.
- Почему он преследует тебя? - спросил Сергей.
- Потому что хочет владеть тем, что ему не принадлежит.
- Тобой?
- Нет, что ты... - Татьяна улыбнулась. - Ему нужен Браслет. В нем заключена
большая сила - тот, кто владеет Браслетом, владеет миром.
- Какой-то артефакт?
- Ты зря смеешься, Сережа. Этому Браслету почти четыреста лет, его принес из
сновидения один безумный немецкий монах. Он действительно был сумасшедшим, это
сумасшествие и позволяло ему с легкостью путешествовать по иным мирам. Но оно же его и
погубило: монаха заподозрили в связях с нечистой силой и сожгли на костре. А Браслет
остался, его нашли в келье.
- Разве можно принести что-то из сновидения? - спросил Сергей. - Это уже совсем
фантастика.
- В магии нет ничего невозможного. Просто чего-то добиться легче, чего-то сложнее. Из
сновидений можно приносить самые разные предметы, но это требует или больших затрат
энергии, или умения использовать некоторые хитрости.
- Но ведь сновидения нереальны. Как можно принести то, чего на самом деле не
существует?
- Ну, я бы не сказала, что все сновидения нереальны, - Татьяна поудобнее устроилась в
кресле. - Большинство - да, они являются не более чем играми нашего разума. Однако в
некоторых снах мы оказываемся во вполне материальных мирах - мирах, обладающих
энергией. Именно из таких снов и можно что-нибудь принести.
- И ты приносила? У тебя получалось?
- Получалось, - улыбнулась Татьяна. - Первым, что я принесла из сновидения, была
грязь на моих ногах. Просто проснулась однажды, гляжу - а ноги грязные, даже постель
вымазала. В этом сновидении я босиком лазила по какому-то болоту и никак не могла
выбраться. Когда проснулась, грязь на моих ногах пахла тиной.
- И ты поняла, что случилось?
- Нет. Я подумала, что лунатила и бродила вокруг деревни - там у нас тоже было
болото. Но когда рассказала Каину, он только засмеялся, и сказал, что я не лунатик, а очень
хорошая сновидящая. И предупредил, чтобы я была осмотрительнее.
- Помогло? - Сергей с интересом смотрел на девушку. То, что рассказывала Татьяна,
казалось просто фантастикой.
- Немного, - улыбнулась Татьяна. - Из снов я больше ничего не приносила, но
однажды потеряла во сне одеяло.
- Это как? - не понял Сергей.
- Вот так и потеряла. Вошла в сновидение, увидела у себя на плечах одеяло. Ну, я и
бросила его - чего жалеть, все равно сон, к тому же оно мне мешало. А когда проснулась,
одеяла не было.
- Но разве такое может быть? - не поверил Сергей. - Получается, ты должна была
физически войти в другой мир - только тогда ты могла бы потерять одеяло.
- Может, так оно и было. А может, как-то иначе. Меня и тогда это не очень волновало, а
уж сейчас и подавно. Просто однажды подобные вещи прочно входят в твою жизнь и ты
встаешь перед выбором: или пытаться все объяснить, тратя на это свою силу и сводя на нет все
свои достижения, или оставить все как есть. Я выбрала второе.
- Но разве тебе не хочется знать, что именно с тобой происходит? - спросил Сергей, не
совсем понимая логику Татьяны. - Это банальность, но, как говорится, знание - сила.
- Нет, - не согласилась Татьяна, покачав головой. - Знание - это просто знание. Оно
может быть силой, а может и не быть ею. Обычно большая часть наших знаний оказывается
абсолютно бесполезной. Более того, они тянут нас на дно, приковывая к устоявшимся
стереотипам восприятия. Мы точно знаем, что есть что, именно это и не дает большинству
людей войти в мир магии. В их сознании просто нет места для чего-то необычного. Если
хочешь, могу доказать это на конкретном примере. Больше не будешь? - Татьяна указала на
чайник, Сергей покачал головой. - Тогда пройдем в гостиную...
В комнате Татьяна прошла к книжной полке, взяла с нее какую-то книгу. Взглянув на
расположившегося в кресле Сергея, подошла и села в кресло напротив.
- Вот, посмотри, мне вчера подруга на работе детектив дала почитать. Сказала, что
интересный. Прочитала я два десятка страниц и бросила - потому что книжка совершенно
простая, в ней нет ни одной умной мысли. Хочешь, я тебе это наглядно докажу - но не как
недовольный читатель, а как ведьма?
- Давай, - пожал плечами Сергей. - Будет интересно.
Глаза Татьяны блеснули.
- Смотри... - Она перевернула книжку корешком вверх, раскрыла веером страницы и
легонько тряхнула. Спустя мгновение Сергей почувствовал, как у него зашевелились полосы...
Не то чтобы это было страшно - скорее просто очень необычно. Не каждый день
становишься свидетелем чуда - в ушах почему-то зазвенело, на глазах у Сергея из книги
начали высыпаться буквы. Они падали на стол легкими черными пятнышками, это напоминало
маленький черный снегопад. Вот буквы посыпались быстрее, за несколько секунд образовав на
столе маленький черный холмик. Затем буквопад ослабел, еще через пару секунд на стол легли
последние значки. Улыбнувшись, Татьяна продемонстрировала Сергею чистые белые
страницы.
- Видишь? - сказала она, ее голос звучал необычно гулко. - В этой книге нет силы,
буквы в ней не держатся.
Сергей протянул руку, осторожно взял книгу - ее страницы и в самом деле были
ослепительно пусты. Нагнулся к столу, пытаясь рассмотреть холмик букв внезапно
заслезившимися глазами. И тут же понял, что на столе ничего нет...
Татьяна иронично улыбалась, откинувшись на спинку кресла. Несколько раз моргнув,
Сергей снова взглянул на стол - он был чист. Посмотрел на книгу, открыл ее - все буквы
оказались на месте.
- Ну и как? - осведомилась Татьяна, продолжая улыбаться. Ее голос снова стал
совершенно нормальным.
- Впечатляет, - признался Сергей, проведя рукой по падкой поверхности стола. -
Выходит, это была только иллюзия?
- Это зависит от того, с какой точки зрения смотреть. Для кого-то вся наша жизнь не
более чем иллюзия. Майя, как сказали бы буддисты. Поэтому очень трудно судить о том что
реально, а что нет, в зачет идет лишь наше восприятие. Эта книга действительно плохая, буквы
не хотели держаться на ее страницах. В нашем обыденном мире тому, что ты видел, места нет.
В мире магов это не является чем-то необычным. Тряхнув любую книгу, я могу легко судить о
ее качестве. Из хорошей книги обычно выпадают лишь единичные буквы. Из плохой они
высыпаются практически все.
- Но как ты это сделала? - не понял Сергей.
- А вот это как раз и есть самая большая загадка магии. Я не могу объяснить, как я это
делаю. Не потому, что не хочу, а потому что не знаю. В то же время я чувствую, как я это
делаю. Основой является мое желание увидеть книгу - я беру ее в руки, переворачиваю, и тут
же что-то меняется. Меняется восприятие, меняются чувства, меняется даже ход времени. Те
законы реала, которые мы считаем незыблемыми, на какое-то время перестают действовать.
Мы словно выпадаем из привычного мира, оказываясь в условиях измененной реальности.
- Но ты же как-то научилась этому? Соответственно есть какие-то упражнения?
- Я этому не училась. - Губы Татьяны снова тронула улыбка. - В буддизме необычные
способности называют сиддхами. Сиддхам нельзя научиться, они просто приходят в
определенный момент - тогда, когда ты к этому готов. Однажды они придут и к тебе.
- Хотелось бы верить, - усмехнулся Сергей. - Кстати, ты уже не первый раз
упоминаешь буддизм. Он как-то связан с магией?
- Не больше, чем остальные религии. Но и не меньше. Возьмем хоть наше православие, в
нем тоже есть множество упоминаний о сиддхах. Правда, там эти чудеса связывают с именем
Господа, но это уже частности. Что касается моего интереса к религиям, то он чисто
профессиональный. Как ведьма я обязана быть в курсе разного рода оккультных наук, должна
разбираться хотя бы в основах классических религиозных систем. Ну и, самое главное, мне это
просто интересно. Я уже давно не читаю беллетристику. Эту книжку, - Татьяна взяла книгу из
рук Сергея, - я взяла только для того, чтобы и не расстраивать Оксану. Это секретарша в
фирме, где я работаю.
- Я все собирался об этом спросить. - Сергей с интересом взглянул на девушку. - Ты
уже успела найти работу?
- Ну, с моими способностями это не так уж сложно. - Татьяна загадочно
улыбнулась. - Я теперь финансовый советник в одной очень известной фирме. Но это все
пустое... Кажется, у тебя есть еще вопросы?
- Да, - согласился Сергей. - Мы как-то отвлеклись от темы - речь ведь шла о
Браслете. Ты сказала, что тот монах принес его из сна. И что можно было делать с этим
Браслетом? Зачем он был нужен?
Прежде чем ответить Татьяна несколько секунд помолчала.
- Браслет - это предмет силы, - сказала она. - Владеющий им обретает нешуточную
власть над людьми и пространствами, ему становятся под силу самые невероятные чудеса. Это
очень редкая вещь.
- И это действительно реально? - В голосе Сергея проскользнуло недоверие.
- Более чем. Однако есть одно условие: дело в том, что владеть Браслетом не может
любой желающий. Браслет - предмет силы. И чтобы владеть им, надо тоже обладать силой. И
силой немалой. Раньше этим предметом владел Каин. Он мог все, но не делал ничего - считал,
что ему это просто не надо. Больше всего меня злило то, что он не вмешивался в происходящие
вокруг него события - даже там, где это нужно было сделать. Именно из-за этого Браслета мы
с ним и поссорились. - Татьяна опустила глаза, потом снова взглянула на Сергея. - Я всегда
говорила ему о том, что если есть возможность сделать мир лучше, то ее надо использовать.
Каин всегда отвечал, что он не судья и не спаситель. Каждый должен идти своей дорогой, а он
пойдет своей. Более того, он вообще считал Браслет злом. Он говорил, что если Браслет
попадет в руки плохого человека, то мир ждут страшные бедствия. В качестве примера
приводил Гитлер, спецкоманда которого собирала артефакты по всему миру. Именно сила этих
артефактов позволила Гитлеру добиться таких успехов. Но все изменилось, когда в противовес
артефактам Гитлера в Россию - тогда еще Советский Союз - были свезены со всего мира
другие артефакты. Их везли из Индии и Европы, из Америки и Африки. Один из самых ценных
артефактов был привезен с Тибета. Это тоже была война - война, о которой почти никто не
знает. После войны святыни вернули их владельцам, однако какие-то из них - те, что были
куплены за деньги либо, чего греха таить, выкрадены спецслужбами, - остались в Советском
Союзе. Однако борьба за них продолжалась, в начале восьмидесятых один из самых
уникальных предметов выкрали западные спецслужбы и вывезли в Германию. Результатом
этого стало воссоединение Германии и развал Советского Союза. Мы действительно проиграли
Западу, однако в первую очередь проиграли именно на магическом фронте. Каин говорил, что
здесь не обошлось без предательства. После развала Союза большая часть артефактов была
разворована и вывезена на Запад. Сейчас их потихоньку начинают возвращать, но это
невероятно сложно.
- Звучит как фантастика, - пробормотал Сергей, проведя ладонями по лицу. - И что,
наш президент, правительство - все об этом знают?
- Понятия не имею, - улыбнулась Татьяна. - Но думаю, что если им что-то и известно,
то очень немногое. Когда был Советский Союз, всем этим заведовал спецотдел КГБ.
Официально этот отдел занимался проблемами защиты первых лиц государства от разного рода
зомбирования, гипноза и прочих способов воздействия на психику. Этих лиц всегда
сопровождали сотрудники спецотдела. Была и неофициальная составляющая этого ведомства
- так называемые астральные телохранители. Они защищали наших вождей на тонком плане
- я уверена, что защищают и сейчас. Одним словом, противостояние между Россией и Западом
никогда не оканчивалось. И сейчас я вижу новый этап этого противостояния - западные
эксперты ошиблись в своих расчетах, их подвела банальная жадность. Им нужно было
потратить на Россию еще пару сотен миллиардов долларов в виде безвозмездных кредитов - я
имею в виду эпоху правления Ельцина. Тогда бы Россия окончательно потеряла свой
потенциал, живя на деньги Запада. Но они поскупились, и Россия выжила. Теперь это поняли и
на Западе, а значит, будут новые попытки задавить нас. Поэтому не верь, когда наш и
американский президент жмут друг другу руки - это только для публики. На деле все совсем
по-другому.
- Откуда ты это знаешь? - полюбопытствовал Сергей. - Вряд ли спецслужбы делились
с тобой своими секретами.
- От Каина. В миру он Алексей, бывший работник одного закрытого научного института.
Именно этот институт занимался проблемами психотронной войны. Когда Союз развалили,
закрыли и институт, началась грандиозная возня вокруг его наработок. Каин предпочел уйти от
всего этого подальше. Сейчас он живет в одном маленьком селе, держит пасеку. Говорит, что
общаться с пчелами гораздо приятнее, чем с коллегами по работе. А Браслет Каин получил
незадолго до закрытия института, его привезли из Австрии наши спецслужбы - это была одна
из последних удачных операций того времени. Каин курировал этот проект и должен был сдать
Браслет в спецхран, однако не сделал этого: боялся, что в суматохе развала Браслет попадет в
дурные руки. Потом институт закрыли, а Браслет так и остался у Каина. Кстати, сейчас
институт снова начал работать. И, говорят, весьма успешно.
- И Каин так и не вернул Браслет? Даже когда все стало налаживаться?
- Не вернул. Дело в том, что Браслет - это вещь индивидуального пользования. Нельзя
заглянуть человеку в душу, поэтому никогда точно не известно, как поведет себя человек,
заполучивший Браслет. Даже если этим человеком будет сотню раз проверенный офицер
спецслужб. Чтобы ввергнуть мир в хаос, совсем не обязательно желать ему зла. Иногда к этому
приводят самые благие побуждения. Каин говорил, что человек слишком несовершенен, чтобы
ему можно было доверить такую силу. Хотя я была с ним не согласна.
- Но сейчас, как я понял, Браслет у тебя?
- Да, Сережа. Дело в том, что Шорг всегда хотел владеть им, и Каин это знал. Когда он
понял, что обманулся с Шоргом как с учеником, а точнее, как с человеком, то решил, от греха
подальше, уничтожить Браслет. Мне это казалось безумием, и я... украла его.
Татьяна опустила глаза, было видно, что она все еще очень переживает ту ситуацию.
Потом снова взглянула на Сергея.
- Каин поймал меня в тот момент, когда я вытащила Браслет из его тайника - место, где
находился тайник, я выследила еще раньше. Он посмотрел на меня и сказал: "Ты сделала свой
выбор. Теперь за Браслет отвечаешь ты". После этого он велел мне покинуть его дом, сказав,
что я ему больше не нужна. Шорга он выгнал двумя неделями раньше. С тех пор, насколько я
знаю, он не берет учеников.
Татьяна замолчала, молчал и Сергей. Когда молчание стало слишком тягостным, Сергей
вновь посмотрел на девушку:
- Ты пробовала надевать Браслет?
- Разумеется, - грустно улыбнулась Татьяна. - В тот же день, как заполучила его.
Однако он оказался слишком силен для меня, я едва не погибла. Дело в том, что с Браслетом
может совладать только очень сильный маг. Мужчинам в этом плане легче, но и из них
подойдет далеко не каждый - разумеется, я имею в виду именно магов, а не обычных людей.
Сила Браслета огромна, защелкнуть его на руке - все равно что вскочить на спину
необъезженного мустанга.
- А Шорг смог бы с ним управиться?
- Смог бы, он очень силен. Именно поэтому Браслет спрятан там, где его никому
никогда не найти. - Татьяна немного помолчала. - Понимаешь, Сережа, у Браслета есть одна
очень неприятная черта: он меняет сознание владельца. Ты становишься богом, но богом очень
глупым. Даже не глупым, скорее Браслет просто вытаскивает на поверхность все то, что ты
тщательно прятал в глубинах своего сознания. Ты открываешь в себе такие черты, о которых и
не подозревал. И если ты не обладаешь нужной степенью отрешенности, вся эта скрытая часть
твоей личности выходит на первый план и начинает руководить тобой. Представь существо,
долгое время бывшее в заключении, - и вот ему дали свободу. Ты становишься другим
человеком, ты можешь совершить то, во что потом, сняв Браслет, будешь просто не в силах
поверить. Я испытала это на себе и просто так больше не надену Браслет ни за что в жизни. И
знаешь, - Татьяна внимательно посмотрела на Сергея, - сейчас я думаю, что Каин был прав,
когда хотел уничтожить его. Так было бы лучше для всех.
- Тогда его надо уничтожить, - пожал плечами Сергей. - Потом предоставь Шоргу
доказательства этого - скажем, видеозапись, и он от тебя отстанет.
- Видеозапись? - усмехнулась Татьяна. - Тогда будет еще хуже. Пока Браслет у меня,
Шорг еще как-то со мной считается. Я нужна ему живой, иначе бы он меня уже давно убил. А
если он узнает, что Браслета больше нет, то никогда мне этого не простит.
- Но не можешь же ты все время от него прятаться. Надо что-то придумать.
- Я думаю над этим уже который год, и все впустую. Шорг неуязвим, у него просто нет
слабых мест. Его можно любить, можно ненавидеть. Но нельзя не признать, что он
выдающийся маг. Каин знал, кого выбирать в ученики, он чувствовал потенциал Шорга. И не
его вина, что как человек тот оказался полным ничтожеством.
Татьяна вздохнула, потом улыбнулась:
- Не будем о грустном. Ты не против немного прогуляться?
- Да нет. Куда мы пойдем?
- Пусть это будет моим маленьким секретом... - Татьяна снова улыбнулась и поднялась
с кресла.
Гена не любил самолетов, поэтому ехать предпочел поездом. Двое суток в мягком вагоне
- не бог весть какой срок. Можно и отдохнуть, развеяться. Компанию ему составил преданный
Сева, он специально вернулся, дабы сопровождать шефа. Ехали комфортно, ни в чем себе не
отказывая, поэтому утром третьего дня, сходя с поезда, Гена выглядел неважно. Опухшее лицо,
круги под глазами. Плюс дикая головная боль - коньяк, купленный перед поездкой в дорогом
магазине, явно оказался паленым. Шагая к машине в сопровождении Севы и встретивших их
боевиков, Гена думал о том, что с этим дрянным магазинчиком непременно надо будет
разобраться. Это не армянский коньяк, это одно название. Технический спирт, подкрашенный
жженым сахаром - вот и весь их коньяк...
О том, чтобы явиться к обманувшей его Татьяне в таком виде, не могло быть и речи,
поэтому кортеж Гены прямиком направился в гостиницу. Вымыться, выспаться, опохмелиться.
Тогда и мир не будет казаться таким мрачным.
Того же мнения придерживался и Сева, хотя он как раз чувствовал себя совсем неплохо.
Это была его особенность - сколько бы Сева ни пил, он никогда не пьянел, да и по утрам не
похмелялся. Вот и сейчас был весел и вполне удовлетворен жизнью. Глядя на мрачного шефа,
только посмеивался:
- Ничего, шеф. Сейчас приедем, тут уже близенько. Примешь ва-а-нну, выпьешь
ко-о-фе... - Сева хохотнул, Гена тоже против воли улыбнулся. Хороший у него помощник.
Правда, дорого обходится, но оно того стоит.
Принимать ванну как таковую Гена не стал. Добравшись до номера, постоял под душем,
тупо глядя в выложенную итальянским кафелем стену, затем влил в себя полбутылки пива и
завалился спать...
Проснулся он в половине седьмого. Какое-то время не мог понять, утро сейчас или вечер,
стрелки хваленых швейцарских часов твердо стояли на своем - половина седьмого, и точка. А
уж утро это или вечер, решай сам...
Оказалось, что это все-таки вечер. Поднявшись с кровати, Гена подошел к зеркалу, около
минуты хмуро разглядывал свое мятое отражение. Провел ладонью по лицу - надо бы
побриться. Да и вообще пора привести себя в порядок. А потом... А потом чего-нибудь поесть.
И, разумеется, выпить...
Ужинали в ресторане, - в сотне метров от гостиницы. Опрокинув в рот стопку водки и
хорошенько закусив, Гена почувствовал себя значительно лучше. И музыка казалась уже
вполне мелодичной, и лица людей были вполне симпатичными. Впрочем, главное здесь - не
переусердствовать, поэтому Гена твердо отказался от предложения Севы снова наполнить
стопки:
- Ты пей, а я пас...
От предложения выпить Сева никогда не отказывался, поэтому с удовольствием выпил и
закусил, к зависти двух охранявших их боевиков - им сегодня пить не полагалось по статусу.
Наевшись, закурил, и по лоснящейся физиономии Севы было видно, что он вполне
удовлетворен жизнью.
В номер вернулись около одиннадцати. Спать не хотелось, поэтому почти до двух часов
ночи Гена провел в компании Севы, обсуждая самые разные темы. Разумеется, и предстоящую
операцию. Если Севу и удивили некоторые пожелания шефа - в частности, вывезти Татьяну в
лес, то он ничего не сказал. Слово шефа - закон. Спать расходились в разном настроении -
Гена в сладостном ожидании мести, Сева - с ощущением того, что завтра будет долгий и
трудный день.
К дому Татьяны выехали после полудня - было известно, что домой она возвращается
около шести вечера. Впрочем, все эти мелочи Гену волновали очень мало: он знал, что девушке
от него никуда не деться. Знал он и то, как с ней по ступить, решение пришло к нему этим
утром. Все правильно - ей завяжут глаза, залепят скотчем рот, чтобы не кричала. Затем все
уедут, а он останется с ней до утра в ее квартире... А там... Там будет видно. Может, он и
оставит ее в живых - если она как следует об этом попросит...
Впереди ехал джип с тремя боевиками, еще двое - Сева и водитель - сидели в джипе
вместе с боссом. Сам Гена вальяжно устроился на заднем сиденье, сегодня он был вполне бодр
и доволен собой. Машины неслись по широкому проспекту, Гена смотрел в окно и думал о том,
что было бы неплохо разместить здесь парочку магазинов - место людное, бойкое. Впрочем,
пока ему хватало и своего города, поэтому о магазинах Гена думал так, мимоходом.
- Вон там она живет, - сказал Сева, указав рукой на престижную кирпичную
многоэтажку. - На третьем этаже. Машины пока кинем в сторонке, чтобы не светиться.
- Хорошо... - благосклонно кивнул Гена, думая о том, что эта квартира - на третьем
этаже - конечно же куплена на его деньги.
В подъезд сначала зашли Узбек и Вадик. На двери подъезда был кодовый замок, однако
код выяснили еще несколько дней назад. Узбек некогда был весьма квалифицированным
домушником, однако в свое время крупно пролетел, позарившись на квартиру одного из
родственников Гены. Разумеется, наглеца быстро отыскали, однако наказывать его Гена не
стал, решив, что такой человек ему пригодится. Решение было правильным - Узбек, несмотря
на свою типичную азиатскую тщедушность, оказался не только весьма искусным взломщиком,
но и достаточно образованным человеком. В свое время он закончил сельскохозяйственный
институт, имел диплом агронома и даже пару лет проработал каком-то колхозе. Однако
зарплата агронома Узбека явно ', устраивала, что и определило в итоге его встречу с Геной.
Оказавшись на лестничной площадке, Узбек огляделся, потом подошел к двери Татьяны и
несколько раз позвонил. Никто не ответил, девушки и в самом деле не было дома,
удовлетворенно хмыкнув, Узбек вынул отмычки. Пока он вскрывал дверь, Вадик стоял у двери
напротив и закрывал ладонью дверной глазок - так, на всякий случай. Впрочем, долго ему так
стоять не пришлось - послышался щелчок замка, Узбек самодовольно усмехнулся и
посмотрел на Вадика:
- Готово...
Зайдя в квартиру, Вадик обошел ее, потом достал сотовый телефон и набрал номер Севы:
- Все нормально, мы на месте... Да, ждем...
Гена появился через несколько минут, с ним были Сева и долговязый Валера. В
разговорах между собой Валеру обычно называли Шпинделем, однако в присутствии самого
Валеры предпочитали обращаться к нему по имени. Валера не любил своей клички, а рука у
него была на редкость тяжелая. Водители остались в машинах, их задачей было предупредить о
появлении Татьяны.
- Неплохо, - сказал Гена, пройдясь по квартире. - Мне нравится. Может, даже не буду
ее продавать... - Он посмотрел на Севу и усмехнулся. Впрочем, последнюю фразу он сказал
для красного словца. Заверенная нотариусом дарственная на эту квартиру уже лежала у него в
кармане, там не хватало сущей малости - подписи этой нахальной воровки. Впрочем, при
необходимости можно было обойтись и без подписи. В том, что он вернет свои деньги, Гена не
сомневался.
Теперь оставалось только ждать, когда воровка вернется домой. Гена расположился в
кресле, Сева на диване. Узбек прошел на кухню - его так и подмывало покопаться в шкафах,
однако он понимал, что все здесь принадлежит боссу. Тем не менее, увидев на столе в кухне
маленький электронный будильник, он спокойно отправил его в карман, после чего
почувствовал себя значительно лучше. Мелочь, а все равно приятно.
Валера и Вадик устроились в спальне неподалеку от входной двери. У Вадика нашлись
картишки, поэтому время ожидания обещало пролететь незаметно. Так оно и случилось -
прошло не больше часа, когда из гостиной послышался мелодичный звонок сотового телефона.
Оказалось, что Татьяна решила сводить его в местный художественный музей на
открывшуюся на днях выставку работ молодых художников. Сначала Сергей воспринял это без
особого энтузиазма, мысли о творчестве навевали на него грусть. Однако картины невольно
притягивали взгляд, и через несколько минут Сергей уже забыл о своем нежелании сюда идти.
Более того, здесь ему было хорошо, Сергей окунулся в привычную для него атмосферу. К его
удивлению, Татьяна прекрасно разбиралась в живописи. Однако по-настоящему его
взволновали не познания Татьяны, а ее изумительное чувство вкуса. Как человек с
музыкальным слухом чувствует малейшую фальшь в игре исполнителя, так и Татьяна сразу
улавливала малейший отход от гармонии. Более того, она безошибочно чувствовала настроение
писавшего картину мастера.
- Взгляни сюда, - говорила она, указывая на очередное полотно. - Вроде бы все по
канонам. Все ровненько, гладенько, аккуратненько. Сюжет приятный, должен глаз радовать. А
картина мертва. Почему? Да потому что душа этого художника слишком грязна для того, чтобы
написать хорошую светлую картину. Вроде и краски чистые, яркие, а все равно из-под них
мертвечина выглядывает.
И она была права - глядя на картину, Сергей полностью согласился с ее выводами. В
этой картине не было Духа - не было того мимолетного, что отличает действительно
талантливую
...Поділитися у соцмережах
