Жанр: Фантастика
Всадники Перна 3. Белый дракон
... шагавшему за ним человеку.
- Мы неплохо подгадали время, Торик! Думается, никто не заметил нашего прибытия.
А Н'тона они вряд ли станут расспрашивать! - И он кивнул на смутно видимый в
полутьме силуэт Предводителя Форт Вейра, который пересекал дно бенденской чаши,
направляясь к ярко освещенным Нижним Пещерам. Но Торик на него не смотрел.
Задрав голову, он вглядывался туда, где на широком карнизе сидел на задних лапах
бронзовый Мнемент. Фасеточные мерцавшие в полутьме глаза Мнемента были
устремлены на вновь прибывших. Зейр Робинтона крепко схватился коготками за ухо
арфиста и поплотнее обернул хвост вокруг его шеи.
- Он тебя не тронет, Зейр, не бойся, - сказал Робинтон, отчасти адресуя это
замечание владетелю Южного холда, который напряженно и с изумлением разглядывал
нависшее над ними чудовище.
- Он почти вдвое больше самых крупных драконов Древних, - ответил Торик
почтительным полушепотом. - А я-то привык считать Н'тонова Лиота таким
громадным!
- Я полагаю, Мнемент - самый крупный из бронзовых Перна, - одолевая оставшиеся
ступеньки, сказал Робинтон. Он думал о противной колющей боли, неведомо с какой
стати поселившейся в груди.
Он надеялся, что отдых, нежданно-негаданно выпавший ему в последние дни,
облегчит боль, но этого не произошло. Надо будет посоветоваться с Олдайвом,
Мастером лекарей.
- Добрый вечер, Мнемент, - сказал он, вступая на карниз и кланяясь бронзовому
гиганту. - Мне всегда казалось невежливым - проходить мимо, не поздоровавшись с
ним, - негромко заметил он Торику и вновь повернулся к дракону. - А это мой друг
Торик. Лесса и Ф'лар его ждут. "Я знаю. Я уже сказал им, что вы здесь". Робинтон
кашлянул. Мнемент далеко не всегда снисходил до ответа, и Робинтон всякий раз
бывал необычайно польщен. Однако пересказывать слова дракона Торику он не стал:
южанину и без того было явно не по себе.
Торик торопливо двинулся в сторону короткого коридора, стараясь, чтобы Робинтон
все время был между ним и Мнементом.
- Должен предупредить тебя - Рамота еще больше! - забавляясь, но старательно это
скрывая, сказал Робинтон.
Торик проворчал что-то, а в следующий миг придушенно ахнул: коридор привел их
прямо в спальный покой бенденской королевы. Вейр, вырубленный в толще скалы, был
громаден; Рамота сладко спала, растянувшись на каменном ложе и обратив
клиновидную голову в сторону входа. Шкура королевы искрилась живым золотом в
сиянии нескольких светильников, озарявших покой...
- Как я рада видеть тебя, Робинтон! Наконец-то ты вернулся! - воскликнула Лесса,
бегом бросаясь навстречу. - А загорел-то до чего!..
И, к изумлению и восторгу арфиста, ее руки сомкнулись вокруг его шеи в кратком и
совершенно неожиданном объятии.
- Хорошо бы почаще уносил меня шторм, - выговорил он, пряча за напускным
легкомыслием искреннюю нежность, между тем как сердце взволнованно и гулко
билось в груди.
- Только посмей!.. - Во взгляде Лессы смешались облегчение и гнев. Потом она
обернулась ко второму гостю, и на подвижном лице ее появилась улыбка,
приличествующая Госпоже Вейра. - Мы рады приветствовать тебя, Торик, спаситель
нашего доброго Мастера арфистов!
- Да я, собственно, ни при чем, - ответил Торик удивленно. - Я бы сказал, ему
просто отчаянно повезло. Сущее чудо, что они не потонули в той буре...
- Менолли недаром выросла в приморском холде, - возразил Робинтон: воспоминание
о пережитом испытании заставило его содрогнуться. - Если мы вправду не потонули,
так в основном благодаря ей. Хотя... были моменты, когда я не очень-то цеплялся за
жизнь...
- Стало быть, ты скверный моряк, Робинтон? - посмеиваясь, спросил Ф'лар. Он
крепко стиснул ладонь арфиста в своей и левой рукой дружески огрел его по плечу.
И Робинтон только тут неожиданно осознал, какой тревогой аукнулись его
похождения обитателям Бендена. Благодарность, пронизанная чувством вины,
охватила арфиста. Правду сказать, тогда, во время шторма, он думал разве только
о том, как бы пережить очередную волну, с грохотом вздымавшуюся над маленькой
лодкой, да еще - как бы укротить собственный желудок, стремившийся вывернуться
наизнанку. Мореходное искусство Менолли помешало ему вполне осознать всю степень
опасности, и лишь много позже он додумался спросить себя: а может, девушка
просто скрывала свой страх, дабы не уронить себя в его, Робинтона, глазах?.. Ей
ведь приходилось бессменно сидеть на руле, спасать изорванный ветром парус,
устраивать плавучий якорь и делать еще тысячу дел, а он, Мастер арфистов, был
бессилен хоть чем-нибудь помочь ей: в какой-то момент Менолли даже привязала
его, измученного морской болезнью, к мачте, чтобы он не вывалился за борт в
очередном приступе тошноты...
- Да, Ф'лар, моряк из меня неважнецкий, - зябко передернул плечами Робинтон. -
Океаны должны бороздить прирожденные мореплаватели, а не сухопутные бездари
вроде меня.
- Оно бы и лучше, - заметил Торик не без едкости. И повернулся к Предводителям:
- Ко всему прочему, у этого человека нет ни малейшего чутья на погоду. А
Менолли, конечно, неоткуда было знать, как сильно в это время года Западное
Течение...
И Торик развел руками, всем своим видом изображая беспомощность перед лицом
столь полного отсутствия здравого смысла.
- Значит, поэтому тебя и унесло в такую даль от Южного холда? - спросил Ф'лар,
жестом приглашая гостей за круглый стол в углу большой комнаты.
- Так, по крайней мере, мне объяснили впоследствии, - вздохнул Робинтон,
припоминая бесконечные лекции о течениях, приливах, дрейфе и ветрах, которые ему
пришлось безропотно выслушать. И у него не было никакого желания еще раз
испытывать судьбу, применяя на практике все эти познания.
Лесса посмеялась его шутовскому тону и налила всем вина.
- Только вообразите, - сказал Робинтон, вращая меж пальцев стакан, - ведь там,
на борту, совсем не было вина!.. Ну то есть просто ни капельки!
- Какой ужас!.. - вскричала Лесса, а Ф'лар добавил, смеясь:
- Какие лишения.
- Между тем этот печальный случай оказался весьма благотворен, - сказал
Робинтон, переходя к непосредственной цели своего визита. - Южный континент,
дорогие мои Предводители, оказался существенно больше, чем мы с вами
осмеливались предполагать.
Он покосился на Торика, и тот вытащил карту, спешно скопированную с другой,
большой, оставшейся в его холде. Жесткий пергамент упрямо сворачивался, и Ф'лар
с Лессой прижали руками углы.
Северный континент был изображен во всех подробностях, как и изученная часть
Южного. Робинтон указал на выступающий полуостров, где располагался Южный Вейр и
холд Торика, потом обвел пальцем топографически проработанную область по обе
стороны полуострова - побережье и изрядный кусок материка, прорезанный двумя
реками.
- Как видите, Торик не сидел без дела. По-моему, он очень удачно дополнил и
расширил работу, начатую еще Ф'нором, когда тот жил в Южном.
- Я пошел к Т'тону за разрешением на исследование. - Лицо Торика живо отразило
неприязнь, смешанную с презрением. - Т'тон едва дослушал меня и заявил, что я
волен поступать, как мне вздумается, - лишь бы, мол, его Вейр в достатке
снабжался дичью и свежими фруктами.
- Снабжался?.. - Ф'лар не поверил своим ушам. - Да ведь там достаточно отойти в
сторону на несколько длин дракона - и бери все, чего душа пожелает!
- Иногда они так и делают, - ответил Торик. - Но я пришел к выводу - пусть лучше
мои люди сами приносят им то, что им требуется. Тогда они по крайней мере нас не
трогают...
- Что значит - не трогают?.. - Возмущение Лессы не знало границ.
- Я сказал только то, что сказал, Госпожа. - И Торик решительно обратился к
карте. - Мои люди, ходившие внутрь страны, добрались вот досюда. Дорога до
крайности тяжела. Приходится прорубаться сквозь джунгли, а они там таковы, что
самое острое лезвие через час нужно снова точить. Я никогда еще не видел
подобной растительности!.. Мы знаем, что здесь - холмы, а там, дальше, - горный
хребет. - И он указал на карте, где именно. - Но, знаете ли, шаг за шагом
прорубаться туда - уж очень накладно. Поэтому мы сперва разведали побережье,
обнаружили две эти реки и поднялись вверх по течению, докуда смогли. Западная
река, как оказалось, берет начало в большом заболоченном озере, а на восточной
нас остановил водопад в шесть-семь длин дракона высотой. - Торик выпрямился и с
легким отвращением оглядел ничтожно малый исследованный участок материка. - По
моим прикидкам, даже если суша простирается к югу лишь до этих хребтов, мы и то
разведали территорию вдвое больше Южного Болла или Тиллека!
- Но неужели Древние вовсе не интересуются исследованием своих земель? - спросил
Ф'лар, и Робинтон понял: по мнению бенденского Предводителя, это не лезло ни в
какие ворота.
- Вовсе! И, скажу тебе со всей откровенностью, - Торик пристукнул пальцем по
карте, - если не появится более достойного способа путешествовать через тамошние
чащобы, скоро и у меня не будет не только свободных людей, но даже охоты с этим
возиться. А что? На сегодняшний день земли у меня ровно столько, сколько я могу
удержать, не опасаясь за своих людей: ведь Нити-то падают...
Он сделал паузу, и, хотя Робинтон прекрасно понимал причину его нерешительности,
арфист не стал вмешиваться: пусть Предводители выслушают мнение энергичного
южанина из его собственных уст. И Торик сказал:
- Большей частью наши всадники предпочитают не трогать не только нас, но и Нити.
- Что?! - взорвалась Лесса, но Ф'лар положил руку ей на плечо:
- Я как раз думал об этом, Торик...
- Да как они смеют? - В голосе Лессы звучала такая ярость, что Рамота завозилась
на своем ложе.
- А вот так и смеют, - сказал Торик, нервно оглядываясь на королеву. Робинтон,
впрочем, видел, что возмущение Лессы, вызванное отступничеством Древних, его
весьма обнадежило.
- Но... Но... - Лесса буквально не находила слов. - Как же ты управляешься, Торик? -
спросил Ф'лар, успокаивая подругу.
- Да мы уж привыкли, - ответил южанин. - У нас вполне достаточно огнеметов -
спасибо Ф'нору, оставившему их мне... Мы выпалываем всю траву внутри холдов и
загоняем скот в каменные стойла, когда ожидается выпадение Нитей... - Он скромно
пожал плечами и вдруг улыбнулся разгневанной Госпоже: - Они мало чем помогают
нам. Лесса, но хоть не вредят. Не волнуйся. Мы научились обходиться и без них.
- Дело не в том! - сказала Лесса сердито. - Они же всадники, поклявшиеся
защищать...
- Вот потому-то вы и отправили их на юг, - напомнил ей Торик. - С тем, чтобы они
никому не мешали и не обижали людей.
- Но это еще не дает им права...
- Я же сказал тебе. Лесса: они нам не вредят. Мы и без них отлично обходимся.
Он произнес это не без вызова, и Робинтон, хорошо знавший Лессу, невольно затаил
дух.
- Может ли Север чем-нибудь тебе помочь? - спросил Ф'лар, стараясь хоть как-то
загладить позор, навлеченный нерадивостью Древних на все Племя Дракона.
- Я очень надеялся, что ты спросишь об этом, - заулыбался южанин. - Нет-нет, я
знаю, что вы дали слово чести и не станете вмешиваться в их дела... я совсем не
про то, - добавил он поспешно, заметив, что Лесса готова была опять возмутиться.
- Видите ли, у нас кончаются кое-какие припасы, например, мой кузнец жалуется на
нехватку железа. Еще нам пригодились бы некоторые части для огнеметов, которые,
по его словам, может изготовить лишь Фандарел...
- Я прослежу, чтобы ты все это получил.
- И еще я хотел бы отдать свою младшую сестру Шарру в ученицы Мастеру лекарей
Олдайву, о котором рассказывал мне Робинтон. У нас, на Южном, есть некоторые
болезни - например, огненная лихорадка...
- Милости просим, - тотчас ответила Лесса. - Пусть она побывает и в Бендене:
наша Манора - травница, каких поискать...
- И вот еще... - Торик снова замялся в нерешительности и покосился на Робинтона -
арфист поспешил ободрить его улыбкой и жестом, - я к тому, что если бы нашлись
смелые мужчины и женщины, которые захотели бы попытать счастья в моем холде... я
думаю, что сумел бы принять их и без ведома Древних. Только, если такие
найдутся, пусть приезжают небольшими группами: земли там немеряные, это верно,
но, понимаете, некоторым людям становится очень уж не по себе, когда с небес
сыпятся Нити, и - ни одного дракона над головой...
- Конечно, конечно, - сказал Ф'лар с таким напускным безразличием, что Робинтон
едва удержался от смеха, - думается, мы сумеем подыскать несколько безрассудных
молодцов и девиц, готовых присоединиться к тебе.
- Вот и отлично. - Торик испытывал явное облегчение. - Если у меня появятся еще
люди, в следующий прохладный сезон можно будет взглянуть, что там дальше, за
реками!
- Но ты сам только что говорил, - начал Ф'лар, - что это невозможно.
- Ничего невозможного. Просто очень трудно, - ответил Торик и с улыбкой добавил:
- У меня есть ребята, готовые продолжать, несмотря ни на какие препятствия. Да
мне и самому до смерти интересно, что же там дальше!
- И нам, - сказала Лесса. - Ведь Древние не вечны.
- Это обстоятельство, - ответил Торик, - часто меня утешает. Однако... - И он
озабоченно прищурился, глядя на двоих Предводителей.
Робинтон втихомолку восторгался дерзостью Тори-ка. И, конечно, арфист был весьма
доволен собой, ведь это он сумел подвести Торика к мысли обратиться к северянам
именно с той просьбой, на которую они всего более готовы были откликнуться:
послать на Южный независимых и деятельных людей, притом таких, у которых не было
никакого шанса обзавестись холдом на Севере. И еще Робинтон видел, что манеры
южанина были внове Предводителям Бендена. С одной стороны, он не унижался и не
лебезил, с другой - не угрожал и не требовал. Там, на Южном, Торик не имел
возможности опереться ни на всадников, ни на Мастеров, ни на других владетелей.
Умудрившись тем не менее выжить, он обрел независимость и уверенность в своих
силах, он знал, чего хотел, и знал, как добиться желаемого. И оттого он
обращался к Лессе и Ф'лару, как к равным.
- Я только хотел бы, - сказал он, - выяснить один небольшой вопрос.
- Да? - наклонил голову Ф'лар.
- Что будет с Южным, с моими людьми, со мною самим, когда Вейр Древних опустеет
совсем?
- Я бы сказал, что к тому времени ты более чем заслужишь право на владение, -
Ф'лар подчеркнул последнее слово, - тем холдом, который ты отвоевал у джунглей
собственным трудом и отвагой.
- Отлично! - И Торик решительно кивнул, по-прежнему глядя Ф'лару в глаза. Его
загорелое лицо неожиданно расплылось в улыбке. - А я уже и забыл, как здорово
умеете действовать вы, северяне. Так, значит, я буду ждать подкреплений!
- А новоприбывшие получат землю, которую сумеют обжить? - быстро спросил
Робинтон.
- Всю, с какой смогут управиться, - пообещал Торик очень серьезно. - Только не
присылайте помногу! Я буду принимать народ постепенно, подгадывая так, чтобы
Древние не дознались.
- Сколько же ты сможешь принять за один раз? - спросил Ф'лар.
- Ну... для начала человек шесть-восемь. А когда они обстроятся и обживутся, еще
столько же. - Он усмехнулся. - Но если бы вы знали, сколько там свободной земли...
- И это неплохо, - сказал Ф'лар, - ибо у меня У самого есть кое-какие виды на
Южный. Кстати, Робинтон, как далеко на восток вы забрались с Менолли?
- Я и сам хотел бы это знать, Ф'лар. Но я знаю только, где мы оказались, когда
кончился шторм. Поистине, я в жизни не видал места красивее. Представь: лазурные
волны, идеальный полумесяц белоснежного песчаного пляжа, а вдали, прямо по
центру бухточки, - громадный, удивительно правильный конус горы.
- Но ведь назад-то вы возвращались вдоль берега, - нетерпеливо перебил Ф'лар. -
Можешь хотя бы сказать, какое там побережье?
- Могу только сказать, что оно там было, - сказал Робинтон и свирепо сверкнул
глазами на Торика, который посмеивался над его замешательством. - Дело в том,
что мы были вынуждены идти либо у самого берега, на что Менолли не отваживалась,
не зная, какое там дно... либо далеко в открытом море, дабы избежать Западного
течения, которое со всей очевидностью затащило бы нас обратно в ту самую бухту.
Место это, как я уже говорил, в самом деле очаровательное, но в тот момент я рад
был покинуть его поскорее... на некоторое время, я имею ввиду. Так что, хоть мы и
шли все время в виду земли, никаких подробностей я, увы, так и не разглядел.
- А жалко. - Ф'лар был явно разочарован.
- Не огорчайся, - утешил его Робинтон. - Мы шли вдоль этого берега полных девять
дней. Сколько земли, которая только и ждет, чтобы ее исследовал Торик!
- За мной дело не станет, если только я получу все необходимое и людей".
- Как бы лучше переправить их к тебе, Торик? - спросил Ф'лар. - Проще и быстрее
всего было бы на драконах, но, сам понимаешь.
Робинтон негромко засмеялся и заговорщицки подмигнул остальным:
- А почему бы, скажем, еще одному кораблю не сбиться с курса в водах к югу от
Исты?.. Я тут беседовал с Идароланом, Мастером моряков, так он все жаловался, до
чего сильны нынче шторма.
- Так вот каким образом тебя занесло на Южный! - сказала Лесса.
- А как же иначе? - с самым невинным видом ответствовал Робинтон. - Представь,
Менолли тихо-мирно пыталась обучить меня управлению парусной лодкой, и вдруг,
совершенно неожиданно, налетает ужаснейший шторм и загоняет нас прямехонько в
гавань к Торику. Ведь так, Торик?
- Конечно, арфист. Все было именно так, как ты говоришь!
Глава 3
Утро в холде Руат и Главной мастерской кузнецов в холде Телгар. Нынешнее
Прохождение, 15.5.9
Джексом грохнул обоими кулаками по тяжелой деревянной столешнице с такой силой,
что тарелки и чашки подпрыгнули и зазвенели. Сидевшие за столом изумленно
притихли и уставились на него.
- Хватит! - сказал Джексом и, поднявшись, расправил широкие костлявые плечи.
Руки от удара болезненно заныли. Он повторил: - Я сказал, хватит!
Позже он со странным удовлетворением вспоминал, что все-таки не сорвался на
крик. Тем не менее это была вспышка, давшая выход многолетним обидам, и голос
Джексома звенел, разносясь по всему просторному залу, так что слуга, вошедший с
кувшином горячего кла, испуганно замер.
- Я - владетель этого холда, - продолжал Джексом, глядя прямо в лицо Дорсу,
своему молочному брату. - А кроме того, я - всадник Рута, который, вне всякого
сомнения, - настоящий дракон! - Джексом перевел взгляд на Бранда, главного
эконома, и увидел, что у того отвисла челюсть от изумления. - Рут пребывает в
добром здравии с того самого дня, как вылупился из яйца! - Тут Джексом глянул на
озадаченного Лайтола, потом скользнул глазами по лицам четверых приемышей: они
появились в холде совсем недавно и еще не усвоили привычки насмехаться над ним.
И обратился прямо к Дилане, своей молочной матери, которая с дрожащими губами
взирала на выросшего питомца: - А сегодня я отправляюсь в Главную мастерскую
кузнецов, где, как вам всем отлично известно, мне будет оказан прием, вполне
соответствующий моему положению. И посему, - он еще раз окинул взглядом весь
стол, - нет ни малейшей нужды снова затевать в моем присутствии разговоры,
подобные тем, что велись здесь нынешним утром. Я достаточно ясно выразился?
И, не дожидаясь ответа, Джексом решительно зашагал вон из зала. Он внутренне
ликовал оттого, что наконец-то дал им отпор, но к ликованию примешивалось
чувство вины: наверное, ему следовало владеть собою получше. Лайтол окликнул
его, но Джексом впервые не послушался воспитателя. Нет уж! Пускай кто-нибудь
другой извиняется за свое поведение, а с него, Джексома, довольно. Он -
владетель Руата, пусть даже очень еще юный. Сколько было в прошлом таких же
столкновений, и всякий раз он мужественно глотал обиду или старался быть выше
ее. Все, хватит! Джексому хотелось лишь одного: оказаться как можно дальше от
Руата, где его положение было так двусмысленно. Как можно дальше от своего
слишком рассудительного и совестливого опекуна и особенно от этой кучки
несносных людей, принявших каждодневную близость за вседозволенность...
Рут издали ощутил бурю, клокотавшую в душе его всадника. Он выскочил из старого
каменного амбара, служившего ему вейром в холде Руат, и, полураскрыв хрупкие с
виду крылья, побежал навстречу юноше, готовый помочь, утешить, защитить.
Почти всхлипнув, Джексом вскочил ему на шею и послал Рута вверх. Как раз в это
время из массивных дверей холда появился Лайтол, и Джексом поспешно отвернулся,
чтобы впоследствии не пришлось врать, когда его спросят, видел ли он, как Лайтол
ему махал.
Рут стремительно мчался ввысь: маленький белый дракон был легче своих громадных
собратьев и быстрее набирал высоту.
- Ты - самый что ни на есть драконовский Дракон! Ты во всем их превосходишь! Во
всем!.. - сказал Джексом, но в мыслях его еще царил такой хаос, что Рут на
всякий случай вызывающе протрубил. Коричневый сторожевой дракон удивленно
окликнул их со скал. Еще миг - и вокруг Рута материализовались все огненные
ящерицы, сколько их было в холде, и закружились, возбужденно вереща.
Поднявшись над утесами, Рут исчез в Промежутке и безошибочно вынес Джексона к
берегу озера, лежавшего высоко в горах над Руатом: с давних пор это озеро было
их любимым прибежищем.
Джексом выскочил из дому в одной рубашке без рукавов, и от нестерпимого - хоть и
кратковременного - холода Промежутка зубы у него застучали.
Рут между тем плавно скользил к берегу озера.
- Это несправедливо! Как это несправедливо! - сказал Джексом и ударил себя
кулаком по бедру так, что Рут хрюкнул от неожиданности.
"Что с тобой такое сегодня?" - спросил дракон, аккуратно опускаясь у самого края
воды.
- Ох, Рут... да ничего.
"А все-таки?" - И дракон повернул голову, заглядывая ему в глаза.
Джексом соскользнул с шелковистой белой спины, обхватил руками теплую шею и
притянул к себе клиновидную голову друга.
"Зачем ты позволяешь им расстраивать тебя?" - спросил дракон. Его глаза часто
мерцали, светясь любовью и заботой. Джексом подумал и усмехнулся:
- Отличный вопрос. Видишь ли, очень уж хорошо они знают все мои больные места. -
И невесело засмеялся. - Вот где должна была бы сработать эта самая
объективность, о которой без конца твердит Робинтон. Да что-то не получается...
"Мастера арфистов славят за мудрость..." - заметил Рут, но неуверенно, и Джексом
невольно улыбнулся.
Ему всегда говорили, будто драконы не способны понимать абстрактные категории и
разбираться в сложных отношениях между людьми. Тем не менее Рут частенько
изумлял его замечаниями, заставлявшими усомниться в правильности этой теории. По
мнению Джексома, драконы - во всяком случае, Рут - понимали куда больше, чем
казалось людям.
Даже таким знатокам, как Предводители - Ф'лар, Лесса и особенно Н'тон... Вспомнив
о Предводителях, Джексом почувствовал, что у него появилась особая необходимость
посетить сегодняшнее собрание в Главной мастерской кузнецов. Н'тон обязательно
прилетит туда послушать Вансора. Вот к кому можно будет обратиться за помощью...
- Тухлая скорлупа! - ругнулся Джексом. Наподдал ногой камешек и долго следил за
тем, как тот отскакивал от поверхности воды, рождая разбегающиеся волны, прежде
чем затонуть. Робинтон любил приводить в пример волны, поясняя, как одноединственное
действие порою приводит к многочисленным последствиям...
Джексом фыркнул, подумав о том, сколько волн, вероятно, породит его сегодняшняя
выходка. Но, собственно, с какой стати он так взвился именно сегодня? Ведь все
началось как всегда. Сперва Дорс отпустил какую-то вполне бородатую шуточку
насчет ящериц-переростков. Потом Лайтол привычно осведомился, как чувствует себя
Рут: можно подумать, дракон должен был за ночь истаять, зачахнуть, умереть. И,
наконец, раскудахталась Дилана, этак по-матерински, в тысяча первый раз заявив,
будто в Главной мастерской кузнецов гостей морят голодом. Приторная заботливость
кормилицы последнее время немало раздражала Джексома, в особенности ее привычка
гладить его по головке на глазах у завистливого родного сына...
С этой поистине освященной временем чепухи начиналось каждое утро в холде Руат.
Так почему же именно сегодня она привела его в такую ярость, заставила вскочить
на ноги и вне себя броситься вон из холда, владетелем которого он был по праву,
прочь от тех самых людей, над которыми - теоретически, правда, - он имел полную
хозяйскую власть?..
Конечно же, не Рут был тому причиной. С ним-то все в порядке...
"Да, со мной все в порядке, - подтвердил Рут. И жалобно добавил: - Вот только
поплавать времени не хватило."
Джексом с виноватой улыбкой погладил чувствительное надглазье дракона:
- Вот видишь, я и тебе все утро испортил. Прости, пожалуйста.
"А вот и не испортил. Я поплаваю здесь, в озере. Здесь так тихо. - И Рут ласково
ткнул Джексома носом. - Да и тебе здесь лучше. Я знаю".
- Ладно, - буркнул Джексом. Он не привык долго сердиться и уже сожалел о том,
что дал волю чувствам... хотя, по совести говоря, надо же было им его довести!
Вслух он сказал: - Купайся, Рут. Только помни, что нам надо поспеть к сроку в
Главную мастерскую кузнецов!
Стоило Руту развернуть крылья - ив воздухе над ним тотчас возникла стайка
огненных ящериц. Файры возбужденно пищали; Джексома коснулись их мысли, полные
веселого самодовольства: в самом деле, кто, кроме них, мог додуматься, что Рут
отправился к озеру! Одна из ящериц тотчас исчезла опять, и Джексом вознегодовал:
стало быть, за ним присматривали! Пожалуй, по возвращении в холд он скажет
несколько слов еще и об этом. За кого они там его принимают? За дитя неразумное?
Или за Древнего?
Он вздохнул, тотчас раскаявшись. Еще бы им не взволноваться за него - это после
того-то, как он вылетел вон из холда, точно ошпаренный! Хотя, собственно, они
знали: вряд ли он полетит куда-либо, кроме как на озеро. Да и какая беда с ним
может случиться, пока рядом Рут? И уж разумеется, не было такого места на Перне,
где их с Рутом не разыскали бы файры...
Джексом почувствовал, что вновь начинает сердиться - на сей раз на ящерок. С
какой стати глупые маленькие создания липли именно к Руту?.. Где бы ни появился
белый дракон, все окрестные файры мигом сле
...Закладка в соц.сетях
