Жанр: Фантастика
Скорость тьмы
...ержащий на
своих плечах свод Земли.
- Так вы хотите сказать, что мы нашли захоронения именно этих мифических
существ? - поинтересовался Карел, до которого постепенно стала доходить страшная цель
тибетских экспедиций Третьего рейха.
Вот, оказывается, КОГО собирался пробудить из тысячелетнего сна бесноватый фюрер.
Или все-таки это - легенды невежественных оккультистов?
В конце концов, псионик мог и ошибаться. Никого в каменных развалинах нет, лишь
древняя истлевающая пустота.
Курт Мерц не чувствовал присутствие "чужака" в одном из членов экспедиции, что уже
говорить об остальном. Иногда псионики все-таки ошибались.
- Лично я ничего не берусь сейчас утверждать, - несколько высокомерно объявил
археолог. - Я высказал лишь очередную оригинальную теорию, не более. Но когда я увидел
огромную дверь, то сразу вспомнил работы Гербигера.
- Интересно, что думали об этих строениях наши предшественники? - вслух рассуждал
Фох. - Побывали они в подземном городе или нет и что, в конце концов, тут нашли?
- Мы здесь как раз для того, чтобы все выяснить, - напомнил Зикс - Нужно обыскать
город и узнать, что находится в его противоположном конце...
Пустые запыленные улицы были достаточно широки, но прямые отрезки попадались
редко. Создавалось впечатление, что исследователи забрели в гигантский каменный лабиринт,
лишенный тупиков, но от этого не становившийся менее опасным.
Зикс продолжал время от времени расставлять эxo-маяки, но, как вскоре выяснилось,
такая предосторожность была излишней. Через четверть часа немцы выбрались к тому самому
мосту, по которому вошли в подземный город.
- Что за... - Фох ошарашенно глядел на перекинувшийся через пропасть мост. - Что
же получается, мы шли по кругу и вернулись к изначальной точке?
- Что-то здесь не так... - пробормотал профессор, ступая на мост. И тут же нелепо
взмахнул руками и, отшатнувшись, повалился назад.
Подскочившие к нему Карел и Зикс помогли археологу подняться.
- Что случилось?
- Мост, он... он нарисованный! Исследователи в замешательстве переглянулись.
- Подойдите и убедитесь сами.
- Невероятно... - прошептал майор, касаясь руками холодного камня.
Картинка была совершенно четкой и объемной. Цвет, глубина... Не возникало никаких
сомнений: мост и пропасть существуют, но руки говорили об обратном, натыкаясь на холодную
шершавую преграду.
- Здесь какой-то оптический обман, - заявил изучающий камень Фох. - Что-то
воздействует на наше зрение извне. Никакого рисунка нет.
- Тогда что же это? - раздраженно спросил Зикс - Может быть, галлюцинация? В
таком случае почему она у всех одинакова?
- Но я же говорю, - не унимался шарфюрер, - оптический обман...
- Смотрите, - хрипло проговорил профессор, дрожащей рукой указывая на мост. - Там
кто-то идет...
По существующему лишь в их воображении мосту медленно брел человек. Он, словно
сомнамбула, тяжело переставлял ноги, мотая из стороны в сторону опущенной на грудь
окровавленной головой.
- Это Шнее! - воскликнул Зикс, хватаясь за автомат. - Но ведь я его уже один раз...
Немец выстрелил, но пули тут же рикошетом отскочили от камня.
- Зикс, прекратите стрельбу, там никого уже нет.
Руководитель экспедиции огляделся.
Нарисованный мост оставался на месте, но бредущего по нему человека уже не было.
- Но вы же все его только что видели? Ведь видели, так?
- Успокойтесь. - Фох неприязненно посмотрел на взмокшего Зикса. - Мы все видели,
но в данный момент опасность исходит от вас. Вы чуть нас всех только что не перестреляли,
опустите автомат.
- Кто здесь приказывает?
- Я говорю: опустите оружие...
- Так, спокойно, - встал между готовыми вцепиться друг в друга офицерами Карел, -
Нужно возвращаться назад, если выход по-прежнему находится на том же месте, что и вначале.
- Что вы имеете в виду? - обеспокоено спросил профессор.
- Архитектура города меняется, разве вы не заметили?
Карел был единственным, кто обратил внимание. Стоило лишь на несколько секунд
отвести взгляд, как здания вдалеке меняли свою форму.
Что это было, галлюцинация или время от времени включался скрытый под камнем
особый механизм, майор не знал.
Но одно он уяснил наверняка. Магия в этом проклятом месте не действовала.
Он успел проверить, нарисовав на камне втайне от прочих членов экспедиции древнюю
формулу вызова огня. Формула не работала...
Зикс развязал свой рюкзак, достал небольшой прибор, напоминающий походную рацию.
Щелкнул черным тумблером, покрутил ручки настроек.
Динамик был мертв.
- Ничего не понимаю...
Руководитель экспедиции снял заднюю панель прибора, проверил какие-то контакты,
вытащил и снова вставил блок питания.
- Что, неужели ваши хваленые маяки не работают? - с издевкой поинтересовался Фох.
- Как же мы вернемся назад? - запаниковал профессор.
- Передатчик в порядке. - Зикс задумчиво крутил верньеры. - Возможно, кто-то шел
следом за нами и выводил маяки из строя.
- Наверное, то был бедолага Шнее, - рассмеялся Фох. - По всей видимости, ему не
очень пришлась по душе лишняя дырка в голове или куда там вы ему выстрелили...
- Зикс, не делайте глупостей! - предостерегающе поднял руку псионик. - Назад...
Но эсэсовец уже резко выпрямился, ударив не ожидавшего нападения шарфюрера ножом
в живот.
Фох упал и, покатившись к нарисованному на скале обрыву, внезапно оказался на мосту.
Ставший частью объемной картины шарфюрер поднялся на ноги, зажимая рукой
кровоточащую рану.
Наверное, он и сам до конца не понял, что произошло.
Одно из стороживших мост каменных существ повернуло огромную голову в сторону
застывшего на мосту эсэсовца.
Карел ринулся вперед, но холодный камень по-прежнему не пускал.
Существо тяжело сошло с постамента.
Фох сразу все понял и, несмотря на рану, бросился бежать. Каменная бестия настигла его
в два прыжка, запрыгнув на спину.
Сломав тонкие перила, человек и ожившая смерть бесшумно полетели вниз, в
несуществующую, нарисованную на стене бездну.
Стремительно развернувшись, Мерц ударил Зикса в лицо, затем выбил у него нож и
приложил затылком о каменную стену.
- С этого момента руководство переходит ко мне как старшему офицеру группы, -
спокойно заявил псионик. - Думаю, никто не станет возражать?
Возражений не последовало.
- Идите за мной, я попробую отыскать выход...
Их осталось всего четверо: профессор Зигель, Дитер Хорст, Курт Мерц и Зикс. С
последним псионик без сомнения что-то сделал. Его даже не пришлось связывать. Бывший
руководитель экспедиции выглядел совершенно безучастным ко всему, плетясь в хвосте их
маленького отряда. Карел попытался с ним заговорить, но тот никак не реагировал.
- Оставьте, штурмбаннфюрер, - посоветовал Мерц. - Наш бравый герой предстанет
перед военным трибуналом. В таком состоянии он менее опасен.
Похоже, майор сильно недооценил способности псионика. Интересно, как он поведет
себя, если они все-таки не отыщут выход.
- Смотрите, - воскликнул профессор, указывая куда-то вдаль. - Раньше ничего
подобного здесь не было.
Прямо посреди древнего города возвышался огромный величественный храм.
Широкая лестница вела к светящемуся входу. Белоснежные стены не были изуродованы
временем, строение вовсе не выглядело заброшенным, как прочие здания подземного города.
- Куда вы, профессор? - удивился Мерц, видя, как археолог, позабыв обо всем, спешит
к удивительному строению. - Может быть, там ловушка.
- Или выход, - предположил Карел, направившись следом за Зигелем.
Псионик колебался недолго, любопытство пересилило, и он тоже направился к странному
подземному храму, ведя за собою на незримом поводке погруженного в транс Зикса.
Опытнейший псионик с самого начала экспедиции заподозрил неладное.
Особо ему не понравился штурмбаннфюрер Хорст.
У этого человека не было ауры, словно перед Мерцем расхаживал живой мертвец. Ни
одной мысли, даже проблески сознания расолога не доходили до обостренных чувств псионика.
Кто мог возвести подобный блок? Что скрывал штурмбаннфюрер? О чем недоговаривал?
Но пустых предположений мало, требовались факты, а их как назло и не было.
Мерцу не к чему было придраться, и он с иезуитским терпением ждал, когда же
штурмбаннфюрер допустит ошибку. А ошибка непременно последует, ведь Дитер Хорст
все-таки человек.
Профессор исчез в храме, когда остальные члены экспедиции преодолели лишь половину
подъема.
Первым вслед за археологом в дверной проем пошел Карел, чувствуя, как тело
преодолевает невидимую упругую преграду. На несколько секунд сделалось трудно дышать,
еще мгновение - и майор оказался внутри.
Зигель застыл невдалеке от входа. Обернувшись к штурмбаннфюреру, он дрожащим
голосом произнес:
- Вот они, Воины Шамбалы, мы все-таки нашли их!
На глаза ученого навернулись слезы.
Повсюду, насколько хватало глаз, в воздухе парили прозрачные золотые саркофаги в виде
сфер, разрезанных пополам. Их были тысячи. Невероятные древние существа ждали
пробуждения к новой жизни.
Карел подошел к ближайшему саркофагу, украшенному странными рисунками и
надписями. Поверхность саркофага на ощупь оказалась холодной.
В саркофаге лежали двое, женщина и мужчина. Их тела были покрыты золотой пылью.
Женщина около трех метров ростом, мужчина не меньше пяти.
В руках спящие гиганты сжимали оружие. Прозрачные копья с тающими в воздухе
наконечниками едва заметно пульсировали бледным синим светом.
Ложе золотых великанов было изготовлено из угольно-черного блестящего камня.
Могучие грудные клетки едва заметно вздымались и опадали. К выбритым вискам шли тонкие
белые шланги, по которым струилась вязкая темная жидкость.
- Им семьсот и более лет... - бормотал профессор, осторожно обходя саркофаги. -
Представьте, они по-прежнему живы, они ждут воскрешения. Просто... невероятная мощь. Мы
даже на йоту не можем представить себе их возможностей. Телепатия, телекинез... лишь малая
толика того, что им доступно.
- Все высшие и низшие миры заключены в человеке, - произнес за спиной Карела
Мерц. - Все, что создано и находится во всех мирах, создано для человека. Это наше
наследство, оно принадлежит нам по праву.
- Вы только что прочли отрывок из каббалистической книги "Зогар"? - удивился
Зигель. - Не знал, что ваши познания столь глубоки.
Псионик усмехнулся:
- Иногда и я могу преподносить сюрпризы, но не всегда приятные...
Майор не обратил внимания на слова Мерца, сейчас его больше интересовали даже не
парящие над полом полусфероиды, а огромное кольцо, установленное точно в центре
громадного зала. Символ вечности был очевиден: змея заглатывала свой хвост.
Наверняка и непосвященный догадался бы, что это проход.
Карел подошел ближе.
Покрытое змеиной чешуей кольцо казалось изготовленным из камня, но вот постамент...
возможно, железный. Конструкция, скорее всего, приводилась в действие неким тайным
механизмом.
- Что вы там разглядываете, штурмбаннфюрер? - поинтересовался псионик.
Мысли археолога сейчас были ясны и чисты, как у младенца. Ученого интересовал только
храм. Мысли же расолога оставались для Мерца загадкой.
- Похоже, вы нашли ворота?
- Вам знаком этот символ?
- О да, знак бесконечности, замкнутой, не способной вырваться наружу силы. Я бы не
советовал вам слишком приближаться к этой штуке.
Но Карел уже нажал на педаль, замаскированную под узорчатую каменную плиту.
В том, что именно эта плита открывала проход, не было никаких сомнений. Только очень
внимательный глаз мог увидеть в переплетении хаотичных линий египетский Анх, "завязку от
сандалии", символизирующий всю ту же бесконечность.
Каменные врата бесшумно сдвинулись с места.
- Я же сказал, ничего здесь не трогать! - срывающимся голосом выкрикнул псионик.
Но на Мерца майору было сейчас глубоко наплевать.
Ворота вращались все быстрее, каменная чешуя свернутой в кольцо змеи стала краснеть,
от ожившей конструкции повеяло жаром.
Внезапно внутри раскалившегося механизма что-то со звоном лопнуло, ворота
остановились.
В раскаленном круге возник яркий, залитый солнцем пейзаж.
Покрытые буйной зеленью горные вершины спускались вниз. Невдалеке текла река, вдоль
которой шла широкая пыльная дорога.
По дороге маршировали солдаты, с приглушенным ревом ползли танки, американские
"Шерманы" и английские "Челленджеры".
"Союзники", - догадался Карел, вспоминая свою давнюю ночную беседу с гостем Иной
Стороны.
Чертов пришелец все-таки оказался прав.
- Немедленно отойдите в сторону, - властно потребовал Мерц и, хотя майор его сейчас
не видел, он был уверен, псионик сжимал в руке пистолет. Не оборачиваясь, разведчик
выстрелил, точно чувствуя спиной эсэсовца.
Дар ясновидения не спас псионика. Курт Мерц был мертв.
Освободившийся от подавляющего влияния Зикс схватил автомат, но прежде четыре пули
прошили ему грудь.
Руководитель экспедиции захрипел и, пуская на губах кровавые пузыри, грузно осел под
ноги опустившему пистолет Карелу.
- Вы и меня убьете? - дрожащим голосом спросил профессор, в ужасе глядя на
распростертые среди золотых саркофагов тела.
- В этом нет необходимости, - усмехнулся штурмбаннфюрер и, махнув в сторону
прохода пистолетом, коротко бросил. - Бегите!
Зигель судорожно сглотнул, облизнув пересохшие губы.
- А что там... за вратами?
- Такой же мир, как и наш, - снова усмехнулся Карел. - Ну, почти такой же. Когда вы
туда попадете, то сразу почувствуете разницу. Там даже воздух другой... Честно говоря, я вам
сейчас завидую, профессор.
Снова посмотрев на мертвых эсэсовцев, археолог что-то беззвучно прошептал и,
решительно подойдя к вратам, шагнул в раскаленный круг. В ту же секунду заглатывающая
хвост змея погасла.
Проход закрылся.
Теперь это снова было огромное каменное кольцо, не более того.
- Весьма благородно, штурмбаннфюрер. Я ожидал, что именно так вы и поступите.
Майор стремительно обернулся. У выхода из храма стоял далай-лама Воталхе. "Зеленый
брат" умиротворенно улыбался.
- Опустите оружие, оно вам больше не понадобится. Ведь я вам не враг, просто в
трудную минуту мы помогли друг другу...
Карел молчал.
- Понимаю: у вас накопилось много вопросов, но времени, как всегда, слишком мало.
Видите эти прекрасные божественные создания? - Воталхе медленно обвел руками сияющий
золотым светом зал. - Их можно называть по-разному, и каждое из названий будет
правильным: боги, сверхлюди, атланты, Воины Шамбалы, Высшие Неизвестные... Имена не
имеют значения, значимо только грядущее. Перед вами истинная раса тех, Кто Приходит
После. Вы не обратили внимания, но на каждой гробнице есть особые насечки и треугольники,
которые медленно вращаются по часовой стрелке. Это часы, они идут уже более тысячи лет.
Неправда ли, просто великолепный механизм? Нам стоило бы преклонить голову перед
мудростью его древних создателей. Верхний символ - дата. Именно в этот день и час
гробницы откроются. Хотите знать число? - Далай-лама улыбнулся.
- Воины Шамбалы проснутся тринадцатого июня тысяча девятьсот сорок шестого года
на тринадцатый год существования Тысячелетнего рейха. Не правда ли, весьма символичная
дата? Возникает резонный вопрос: куда они после пробуждения направятся?
Воталхе указал на каменные врата:
- По-моему, ответ очевиден.
- Получается, что тот мир обречен? - спокойно спросил Карел.
- Не просто мир, - возразил далай-лама, - а лучший из возможных. Им, в отличие от
нас, все-таки удалось укротить вырвавшуюся Тьму. Они побеждают. Ровно через год Гитлер
отравится в своем берлинском бункере вместе со своей женой Евой Браун. Их тела сожгут во
дворе, а останки переправят в Южную Америку. Германия будет побеждена и разделена
державами-победителями на разные части. Герман Геринг предстанет перед судом и
впоследствии в тюрьме примет яд. Гиммлер и Геббельс тоже сведут счеты с жизнью, но
значительно раньше. Борман и Мюллер скроются в Латинской Америке. Гесс, будучи уже
дряхлым столетним стариком, повесится в английской тюрьме...
- Зачем вы мне все это говорите?
- Я хочу, чтобы ты понял... я использовал тебя не ради зла. Наша Тьма не должна
пожрать соседний мир, ее скорость велика, но мы почти успели.
- Мы?
- Да, именно мы. Те, у кого внутри не пустота. Жаль, что ты не сразу понял. Я
обращаюсь сейчас не к штурмбаннфюреру Хорсту, а к тому, кто прячется под его личиной. Наш
мир - это Проклятый Вавилон, та самая Шамбала, о которой многие слышали, но никогда до
конца не верили в ее существование. Змеиные врата - не выход, а вход в Шамбалу с другой
стороны. Там тоже есть свой Тибет, своя Лхаса, почти такая же, как и тут. Но они практически
ничего о нас не знают. Мы - два стоящих друг напротив друга зеркала, одно из которых
кривое. Там - настоящий мир, здесь же - чистилище. Нас уже ничто не спасет, а вот у них
есть еще шанс, и сегодня я дам его им, разрушив врата.
- И куда тогда придут те, кто сейчас спит?
- Они придут в наш мир, - скорбно ответил далай-лама. - В мир, который изначально
был обречен, и, чтобы мог жить соседний, он должен погибнуть.
Майор выстрелил в ближайший саркофаг.
Как он и ожидал, пуля со звоном отскочила от золотистой прозрачной крышки.
Уничтожить подземный храм наверняка невозможно.
Воталхе медленно стянул со своих рук зеленые перчатки, и стало понятно, почему он
никогда их не снимал. Руки были сплошь покрыты замысловатыми узорами.
Удивительная татуировка пришла в движение, кроваво-красные символы стали меняться,
складываясь в дрожащие извивающиеся линии.
- Да, скорость Тьмы велика, - произнес Воталхе, - но ты еще можешь успеть спасти
того, кто тебе по-прежнему дорог...
Это были его последние слова.
В следующую секунду сердце Дитера Хорста остановилось.
Но Карел сумел задержаться, успев увидеть, как превращаются в пыль огромные
каменные врата.
17
Трупы выбрасывали прямо на грязный снег.
Два эсэсовца методично очищали кузов "грузовика № 3", или "душегубки",
остановившейся посреди леса. В "грузовике № 3" помещалось два десятка человек. Из второй
машины (крытого камуфлированного фургона) выводили заключенных.
Карел постепенно осознавал, ЧТО с ним произошло.
Далай-лама каким-то образом уничтожил его донора. Но почему разведчика не выбросило
в родное тело, а швырнуло по оперативной цепочке?
Вывод напрашивался лишь один: настоящее тело было мертво.
Случилось самое страшное, что могло произойти с нейроразведчиком: Карел пошел по
"цепочке". Теперь все зависело от его сноровки и умения быстро ориентироваться.
Он оказался в идущем на смерть заключенном. Что ж, не самый лучший вариант, но
задержаться пока стоило, чтобы подумать и решить, как выбираться из всего этого дерьма.
"Душегубка" стояла у самой обочины. Машина была выкрашена в черно-зеленый цвет, на
бортах кузова нанесены белые кресты. Изобрел этот ад на колесах некий эсэсовский ублюдок
по фамилии Беккер.
Слава богу, что майор не оказался внутри, а попал во вторую обыкновенную
транспортную машину. Хотя жить ему, судя по всему, оставалось минут пять.
Что ж, сейчас посмотрим.
Жаль, он не знает, где находится. Впрочем, гадать в его положении глупо.
Айнзатцгруппа по уничтожению заключенных насчитывала восемнадцать, человек вместе
с водителями грузовиков. Эсэсовцы прибыли на отдельной машине, у каждого автомат.
Все заключенные были славянами, евреев уничтожали по-другому, в специальных местах.
Этих же просто пускали в расход при любом удобном случае, особенно когда к границам
очередного лагеря подходили войска союзников.
Многие старались не смотреть на кучу выброшенных из "душегубки" обнаженных
трупов. Каждый понимал: это конец, но по-прежнему не желал верить, что вот прямо сейчас его
жизнь оборвется.
Среди заключенных были и женщины, что Карела здорово удивило.
Откуда же их всех привезли?
Видимо, немцы лихорадочно зачищали следы своих преступлений, ликвидируя
небольшие секретные лаборатории, работавшие с живым материалом. Свидетели зверств
Третьему рейху явно были не нужны.
Однако их не спешили расстреливать.
Отобрав несколько наиболее крепких мужчин (в число которых попал и донор Карела),
эсэсовцы выдали заключенным лопаты, приказав рыть у дороги большую яму.
Земля была мягкая, не промерзшая, яма быстро росла, углубляясь. Если они вдруг станут
рыть медленно, их тут же убьют. И хотя смерть ждет в любом случае, человек цепляется за
жизнь до последнего.
Майор решил действовать. Методично работая лопатой, он осторожно пошарил в памяти
донора, нащупывая "оперативный резерв".
Лежащая на уровне подсознания команда мгновенно активизировалась. Мышцы
сравнительно молодого мужчины налились силой, сердце забилось учащенней, зрение
обострилось, открылся внутренний взор.
С непривычки Карел чуть не сломал в руках толстый черенок лопаты.
Теперь он видел стоявших полукругом эсэсовцев затылком. До ближайшего врага было
около четырех метров. Смешное расстояние, но следовало еще немного выждать.
Прочих заключенных, в том числе женщин, уже раздели. Все их жалкое имущество,
включая одежду, конфисковывалось и передавалось службе безопасности для пересылки в
Министерство финансов рейха.
Трудно сказать, что сейчас чувствовали эти озябшие на холодном ветру люди, глядя, как
неумолимо углубляется их могила.
Ненависть придала майору силу.
Тело стремительно выпрямилось. Тяжелая лопата взметнулась в воздух, снося голову
ближайшему солдату. Прошло всего лишь две с половиной секунды, а Карел уже держал в
руках холодный автомат.
Первой же очередью он уложил сразу пятерых. Затем упал на землю и, сорвав с пояса
обезглавленного немца гранату, метнул ее в "душегубку".
Грузовик оглушительно взорвался.
Сдетонировали баллоны с газом "Шторм-Ц". Взрывная волна с легкостью расшвыряла не
успевших опомнится солдат.
Майор вскочил на ноги, размывшись в воздухе. Эсэсовцы открыли огонь, но завладевший
оружием заключенный исчез. Скрывшись в дыму горящего грузовика, Карел по одному
расстреливал врагов.
Второй грузовик стал круто разворачиваться, выруливая на дорогу, но майор не дал ему
уйти. Сняв с ближайшего трупа нож, он вскочил в темно-зеленую кабину и полоснул
визжащего шофера по горлу.
Грузовик несколько раз вильнул и с грохотом врезался в дерево, но Карела внутри уже не
было.
Позабыв об оцепеневших от ужаса, вжавшихся в землю заключенных, эсэсовцы
спрятались за уцелевшей машиной, продолжая вести беспорядочный огонь.
Рывшие общую могилу мужчины попадали на дно грязной ямы, что-то пронзительно
кричал смертельно раненный офицер.
Ублюдков оставалось ровно пять.
Карел спокойно вышел на открытое место и снова исчез.
Один из немцев не выдержал и побежал.
Как по волшебству, через секунду в его спине вырос короткий нож с черной, украшенной
имперским орлом рукоятью. Выронив автомат, солдат кубарем полетел в придорожную канаву.
Ускользая от человеческого зрения, майор обошел засевших за машиной немцев с тыла и
хладнокровно расстрелял их в упор.
Последние два патрона от приберег для лежащего на снегу в пятне крови офицера.
- Ну что же вы? - прокричал Карел заключенным, опуская горячий автомат. - Бегите!
Только теперь майор осознал, насколько стремительно все произошло.
Со стороны короткая битва выглядела совершенно фантастично. Просто у одного из
солдат конвоя внезапно отпала голова, а через секунду в снег повалились ближайшие к нему
эсэсовцы, и одновременно с этим взорвался грузовик.
Выбравшиеся из ямы мужчины с ужасом глядели на Карела.
- Погодите, где мы?
- Это... граница с Венгрией... - заикаясь, ответил тщедушный бледный паренек и без
оглядки просился к лесу.
Раздетые люди поспешно, не глядя друг на друга, одевались и уходили - кто куда. Очень
скоро по их следу пустят пси-псов, но возможность спастись у них все же была.
Майор остался на месте.
Медленно обойдя распростертые на земле трупы, он собрал несколько автоматных рожков
с патронами, заткнул за пояс пистолет и офицерский кортик.
Мертвые эсэсовцы радовали глаз. Странно: раньше он никогда не испытывал подобных
чувств, значит, просочились мысли и чувства донора. Такое иногда случалось.
Конечно, бедняга донор не мог по собственной воле активизировать вложенные в него под
гипнозом резервы, это способен был сделать только нейроразведчик, и то в самой безвыходной
ситуации, вот как сейчас.
Теперь донор наверняка погибнет.
Этот рывок на грани сил медленно высасывал из его тела жизнь. Но зато майор спас
других и забрал жизни тех, кто не имел право называться людьми.
Как далеко конвой отъехал от лагеря? Судя по тому, что "душегубка" сделала свое черное
дело, достаточно далеко, "Шторм-Ц" действовал постепенно, вызывая сильные галлюцинации.
Его давно собирались заменить, но в конце войны истреблять практически уже было некого.
Забравшись в помятую ударом, но уцелевшую машину, Карел выбросил из кабины тело
шофера и, заведя двигатель, поехал в том направлении, куда двигалась остановившаяся
колонна.
Часть собак он отвлечет на себя, увеличив тем шансы беглецам.
Если граница Венгрии действительно где-то рядом, то здесь должны идти бои. Союзные
войска со всех сторон продвигались в глубь оккупированных немцами территорий.
Во многих местах фронт уже приблизился к самому рейху. Не за горами были решающие
битвы и, если бы не брошенные в бой дивизии "Тотенхерц", фашистский левиафан давно бы
уже издох.
Через некоторое время майор услышал взрывы и артиллерийскую канонаду.
Он оказался прав: где-то неподалеку шел бой.
Вот у обочины приткнулся обгоревший "Ганомаг" с разорванной гусеницей, еще через
несколько метров Карел объехал застывшую посреди дороги "Пантеру" с оторванной башней.
Скорее всего, тут постарался советский штурмовик Ил-2.
Послышался нарастающий гул авиационного двигателя. Майор прибавил газу, осторожно
выглядывая из кабины.
Тяжелые очереди насквозь прошили кузов машины, и вслед за этим на бреющем полете
над дорогой пронесся бело-синий американский "Кертис".
Истребитель спешил туда, где гремели взрывы. В одинокую, мчащуюся внизу машину он
пальнул на всякий случай.
Карел не был в обиде на летчика, на его месте он поступил бы так же. Главное, машина
оставалась на ходу, и линия фронта приближал
...Закладка в соц.сетях
